290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Отверженный (СИ) » Текст книги (страница 2)
Отверженный (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 14:30

Текст книги "Отверженный (СИ)"


Автор книги: Kellerr




Жанры:

   

Слеш

,


сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

– Умею.

– Не умеешь, – усмехнувшись, продолжал гнуть своё Локи. – Помню, в Асгарде ты частенько любил забавляться с погодой. То страшный ливень после твоих молний пойдёт, то резко похолодает из-за сгустившихся туч. А сейчас ты как без рук.

– Локи… – Тор прибавил шаг, чтобы догнать наглеца.

– Что «Локи»? Я вот научился контролировать свои силы, пусть меня и поднимал на смех весь Асгард. Ты же предпочёл спрятаться за молотом, а теперь, когда его нет, взялся обманывать отца и побежал ко мне.

Как бы ни хотелось опровергнуть это, Локи сказал чистую правду. Тор помнил времена, когда Локи начал испытывать дискомфорт из-за того, что эмоциональные всплески порой приводили к выбросу странной энергии. Иногда начинали подпрыгивать столы и стулья поблизости, иногда деревья качались без ветра. Однажды Тор ощутил эту силу и на себе: Локи едва не сшиб с ног одним только взглядом. Никаких целителей не потребовалось – заботливая Фригга быстро поняла, в чём тут дело. Лаувейя – асинья и мать Локи, была колдуньей. От неё-то и передались столь порицаемые в Асгарде способности к сыну.

Тор устыдился своих резких порывов и продолжил плестись следом, буравя взглядом спину Локи. Тот был куда сильнее, чем многие о нём думали. Может, на момент битвы с Бальдром у него не оставалось шансов на выигрыш, зато Локи с достоинством пережил последовавший позор. Защитная реакция – грубость и язвительность – без неё никуда. Локи не забивался в угол и не рыдал от обиды, а отвечал тем, кто о нём шептался. Так ли был ужасен его характер или это вынужденная мера?

Тору вдруг захотелось пробить защиту Локи, заглянуть ему в глаза и прямо спросить, чем же он его обидел. Так что же не так, Локи? Что?..

Когда лес кончился, они упёрлись в высокие скалы. Тор тяжело дышал, но упрямо отказывался признавать усталость. Казалось бы, такая невинная вещь как сугробы вымотала его сильнее, чем битва с врагом.

– Устроим привал, переночуем здесь, – распорядился Локи, выбрав местечко, где не было снега, а стены скал прятали от ветра.

– Но ведь мы шли всего ничего!..

– Ты явился к вечеру, забыл? Нечего было столько спать, могучий Тор. Ночью соваться в Свартальвхейм опасно. Дождёмся утра.

Тору было поручено принести веток и поленьев для костра, а сам Локи занялся приготовлением ко сну. Недовольный тем, что ему так легко и просто отдали приказ, Тор отправился бродить по пустынному лесу. С трудом пробираясь по глубокому снегу, он бормотал себе под нос замысловатую ругань. Локи махнул рукой и указал в сторону, отправив Тора собирать хворост! Да были бы они в Асгарде… Опомнившись, Тор остановился и вздохнул, задрав голову к тёмно-серым небесам. Они не в Асгарде. Они в Йотунхейме, и здесь Тор всего лишь гость. К тому же Локи куда лучше разбирался в выживании здесь, ведь Йотунхейм был для него родным домом.

Тор всерьёз задумался, чтобы вызвать молнии и рискнуть повалить с их помощью дерево, но в который раз засомневался в последствиях. Кто знает, насколько сильным может оказаться удар – не навредить бы всему Йотунхейму.

От размышлений его отвлекло тихое настойчивое рычание за спиной. Прислушавшись, Тор решил, что ему показалось, и сделал шаг вперёд. Рычание повторилось. Обернувшись, он наткнулся на два свирепо горящих янтарных глаза и жуткий оскал. Огромный зверь со вздыбленной чёрно-серой шерстью, похожий на мидгардских волков, но больших размеров, замер неподалёку от Тора и не сводил с него гневного взгляда. Лапы были согнуты – в любое мгновение он мог прыгнуть. Тор примирительно выставил вперёд руку, пытаясь успокоить зверя, но тот в ответ клацнул зубами и зарычал сильнее.

Без молота силы были не равны. Массивное тело зверя говорило о том, что мощи ему не занимать. Если этим челюстям удастся добраться до Тора, то травмы обеспечены.

– Тише, собачка, тише… – пробормотал он. Зверь, оскалившись ещё сильнее, явно не оценил обращение и сделал резкий выпад вперёд, в два прыжка добравшись до Тора. Инстинктивно вцепившись в горло зверя, он попытался удержать клацающие челюсти на расстоянии. Оба повалились в снег, сражаясь на пределе возможностей. Зверь оказался не только сильным, но и гибким, постоянно норовил вывернуться из рук Тора.

Мгновение – и зверь, воспользовавшись заминкой, сомкнул челюсти вокруг его левой кисти. Тор взвыл от пронзившей боли, упёрся свободной рукой в его морду, попытался пнуть ногами – бесполезно. Клыки угнездились в его плоти, при любом движении проникая всё глубже, угрожая добраться до кости и раздробить её. Выбора не оставалось. Отпустив себя, Тор позволил клокочущей в нём силе вырваться на свободу, собирая тяжёлые тучи над головой. Поднялся ветер, завыв над головой. Засверкали молнии. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы вызвать сильный разряд – молния ударила прямо рядом, задев бок и лапу зверя. От неожиданности тот разжал челюсти, отпрыгнул в сторону и жалобно заскулил, поджав уши.

Выдохнув, Тор прижал кровоточащую руку к груди. Боль застилала разум, контролировать силу было сложно. Молнии продолжали бить в землю, гоня испуганного зверя прочь. Иногда они попадали в деревья, те падали, вздымая собой вихри снега. Жуткий грохот грома оглушил даже самого Тора, пока он, приходя в себя, лежал на спине и отстранённо наблюдал за устроенным погромом.

Наконец, повизгивания зверя стихли. Тор чувствовал полное опустошение к тому моменту, как гром и молнии сошли на нет. Ему всегда было интересно, есть ли предел его сил – оказывается, есть. Именно сейчас этот факт несказанно радовал, однако было бы куда лучше, умей он контролировать себя без помощи молота.

Тор не знал, сколько пролежал в снегу без движения. Сознание в какой-то момент отключилось, а когда вновь позволило очнуться, кто-то сильно тряс его за плечо.

– Тор… Тор!..

Он захрипел, попытавшись шевельнуться и отмахнуться от трясущей его руки.

– Локи, хватит!..

Тряска прекратилась, зато послышалось раздражённое шипение.

– Болван! Что ты здесь устроил? Я битый час тебя ищу!

– Это… – Тор с трудом приоткрыл глаза, заметив, что и без того тёмное небо почернело ещё сильнее. – Зверь.

– Зверь?

– Огромный, с клыками. Похож на мидгардских волков, – повозившись ещё немного, Тор сел, опираясь на руку и потирая саднящий затылок. Видимо, он сильно приложился, когда зверь напал на него и повалил на землю. – Я думал, здесь такие не водятся… Что?

Локи сидел рядом на коленях и озадаченно смотрел на Тора. В зелёных глазах застыло тяжёлое выражение, от которого Тору стало не по себе. Его дыхание не восстановилось, было сбивчивым, неровным. Несколько прядей зачёсанных назад волос выбились и трепались от любого движения воздуха.

– Потомок Фенрира, – сказал Локи, потянулся вперёд и аккуратно взял раненую руку Тора, переворачивая и проводя пальцами по ладони. – Ты его молниями отгонял?

– Пришлось – не было оружия, – почти виновато признался он и, усмехнувшись, добавил: – Оказывается, у меня есть предел сил.

Локи бросил на него скептический взгляд, но потом вновь принялся осматривать ранение.

– Нашёл чему радоваться. Рана начала затягиваться. Тебе бы асгардским целителям показаться.

– Я не вернусь в Асгард сейчас, – отрезал Тор, хмурясь – пальцы Локи хоть и не причиняли боли, но в любой момент ожидал подвоха. – Разве ты ничего не можешь сделать?

– Я маг, а не целитель. Я могу сварить зелье для растревоженного сердца, но вылечить телесные раны не в состоянии. Вставай, – он потянул его вверх, вынуждая подняться, перебросил здоровую руку Тора себе через плечи и уверенно поддержал за талию. В какое-то мгновение перед взором всё помутнело, а в ушах застыл противный звон. Тор мотнул головой, но последовал за шагнувшим вперёд Локи.

Идти было вдвойне тяжело – теперь путь преграждали деревья, которые приходилось обходить. Локи молчал, упрямо стиснув челюсти. Тор то и дело поглядывал на него, не понимая, сердился он или был просто взволнован. Мысль о том, что Локи переживал, заставляла улыбаться. Почти как в давние времена, когда они доверяли друг другу, были готовы прикрывать спины и делиться тайнами.

– Чего ты улыбаешься? – недовольно пробубнил Локи.

– Да так, вспомнил кое-что, – не стал признаваться Тор и перевёл тему. – Я никогда не видел потомков Фенрира. В Асгарде их нет.

– Конечно, нет, – Локи фыркнул. – Что в Асгарде хорошо, так это армия и охрана, которая любых подобных существ либо убивает, либо заковывает в цепи, либо прогоняет в иные миры. А у этих волков, знаешь ли, неплохой нюх на тайные тропы. Они легко могут переходить из одного мира в другой.

– То есть Йотунхейм не постоянное место их обитания?

– Разумеется, нет, – Локи говорил с такой интонацией, словно объяснял неразумному ребёнку элементарные вещи. – Почему он напал на тебя?

– Не знаю, – Тор закряхтел, перешагивая очередное дерево. – Я даже ничего не сделал, а он стоял за спиной, скалился и рычал на меня.

– Видно, не по душе ему асгардская вонь, – Локи вдруг рассмеялся. – Вот и решил загрызть тебя, чтобы смердело мертвечиной.

– Не смешно, – насупился Тор. – Он и правда мог загрызть меня, силы твари не занимать. А вот молот мне бы позволил избежать ранения.

– В том-то и беда, что ты слишком полагаешься на молот. Твоя сила не в молоте, Тор.

Крепко задумавшись над его словами, Тор ещё сделал несколько послушных шагов, потом затормозил и отстранился от Локи, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Ты смог бы научить меня контролю? – совершенно серьёзно спросил он, на что Локи удивлённо вскинул брови, затем нахмурился и неодобрительно качнул головой.

– Я не умею обучать.

– Но ты ведь обуздал свою стихию – магию.

– Ты не маг.

– Я имею в виду, что происходящее со мной сейчас похоже на то, что когда-то происходило с тобой, – Тор начал жестикулировать. – Это нечто огромное и бесконтрольное. Но ты научился сдерживать свою силу, подчинил её себе и направил в нужное русло, разве нет? Многим приёмам ты учился уже без надзора моей матери.

Локи медленно кивнул.

– Но я всё ещё не понимаю, что я могу…

– Ощущения. Опиши свои ощущения, чувства… всё, что придёт на ум.

– Ты тогда никогда не сможешь со мной расплатиться – я не работаю за бесплатно, – усмехнулся Локи. – К тому же это не входит в перечень моих услуг.

– Я уже пообещал тебе особую оплату, – сказал Тор, тут же коря себя за неосторожность. Хеймдалль же говорил действовать с умом, а не наобум! – В пределах разумного, конечно.

Глаза Локи загорелись интересом. Тору оставалось надеяться, что Локи обижен на него не так сильно, как на отца или Бальдра, и что страшной мести не предвидится.

– В пределах разумного, – нехороший азарт намекал на очередные хитрости. – Слишком уж ты на меня рассчитываешь. Молот тебе всё равно ещё нужен?

– Нужен, – Тор понуро кивнул. Лучше перестраховаться.

– Тогда сначала молот… а потом посмотрим, – сверкнул улыбкой тот.

– В пределах разумного, Локи! – едва ли не в панике повторил Тор, когда Локи снова потянул его руку себе на плечо и отмахнулся.

– Да понял я, понял.

– Наверняка снова обхитришь – ты же тот ещё обманщик, – пробормотал Тор себе под нос, но Локи наверняка его расслышал и специально ничего не ответил.

***

Разведя костёр с помощью руны огня, Локи покинул Тора примерно на час, приказав поддерживать огонь. Он вернулся с несколькими зелёными стеблями неизвестного Тору растения, сложил на расстеленную накидку и отыскал два камня: один плоский, второй совсем небольшой, который умещался в кулаке. Сидя около костра, Тор внимательно наблюдал за движениями Локи. Тот принялся размалывать листья в кашу с такой тщательностью, с какой не каждая женщина станет готовить обед.

– Что это? – не выдержав затянувшегося молчания, спросил Тор.

– Твоё спасение.

Тор попытался подступить с иной стороны.

– В Йотунхейме вечная зима, откуда здесь взяться такой травке?

Локи поднял голову и посмотрел на него как на идиота, однако вздохнул и принялся пояснять:

– Я был в Альвхейме – здесь недалеко есть тропа туда.

– Для чего это?

– Сказал же – для тебя, – закончив размалывать листья, Локи подошёл к Тору и попросил его вытянуть раненую руку. Зачерпнув на пальцы изготовленное снадобье, он принялся аккуратно накладывать его на ранки. Тору польстило то, что Локи ради него отправился в другой мир только из-за твёрдого отказа вернуться в Асгард и показаться целителям.

Взгляд Локи был прикован к руке, Тор же не мог отвести глаза от его лица: высокий открытый лоб, на котором пролегли морщинки от напряжения и сосредоточенности, прямой нос, тонкие плотно сомкнутые губы, ярко очерченные скулы. К нему хотелось прикасаться – в былые времена Тор частенько любил обнимать Локи, брать того за руку, и совершенно не задумывался об этом. Раньше ему не требовалось разрешения, а Локи не задавал лишних вопросов. Они были дружны, пока обстоятельства не превратили Локи в замкнутого язвительного йотуна-полукровку. Тор вдруг почувствовал острое сожаление: в его жизни был не только Локи, он плотно общался и с общими с братом друзьями: Сиф, Фандралом, Вольштаггом, Огуном. Когда-то он пытался склеить из них и Локи одну большую компанию, но Локи словно находился не в своей тарелке, вёл себя скованнее, чем обычно, а в общие беседы вступал только в том случае, если в них участвовал Тор. Тор частенько отвлекался от Локи, а когда замечал его, то ловил тоскливую улыбку и спрятанный взгляд.

После начала обучения Локи магии всё стало куда хуже. Вольштагг, который и без того любил подначивать его за излишнюю скромность, прямо заявлял, что род занятий Локи ему не нравится. Сиф была того же мнения, хоть и не высказывалась так резко. В конце концов, Локи вновь отделился. Тору пришлось разрываться между ними. Масло в огонь подливал и Бальдр: он словно специально плотнее общался с Тором и компанией, не подпуская Локи к ним слишком близко.

– Что? – с подозрением спросил Локи, и Тор только сейчас понял, что откровенно пялился на него, чем заметно то ли смутил, то ли насторожил его.

– Задумался, – улыбнулся он.

Локи оторвал от своей накидки тонкий лоскут и принялся обматывать руку.

– О чём?

– О тебе, – Тор чувствовал ответственность за Локи, пусть он и не был его младшим братом. Бальдр всегда оставался вполне самостоятельным, не требующим постоянного надзора, а вот Локи… Совсем другая ситуация. – Можно я тебя обниму?

Завязав узел, Локи вздрогнул, вновь поднял округлившиеся глаза на Тора и замер, словно его хотели ударить, а не обнять. Тор думал о том, что желание становится всё более ощутимым, а Локи всё смотрел на него затравленным взглядом и не давал ни согласия, ни отказа. Тор не стал более ждать – просто подался вперёд, сгрёб напряжённое тело в охапку и зарылся носом в тёплую шею. Волосы Локи щекотали нос, он слышал быстрое биение его сердца. Вот так, как раньше. Тор повозился, крепче обхватил плечи, сжал их и…

Болезненно закусил губу, когда ладони Локи несмело легли чуть ниже лопаток. Нет, совсем не так, как раньше. Раньше их объятия сопровождались улыбками и смехом, были более смелыми, быстрыми. Сейчас же Тор боялся сделать что-то лишнее. Боялся, что Локи взовьётся и оттолкнёт, оскорбится. Он обманом сидел на троне Асгарда, не считай его слабее, чем он есть на самом деле, гаденько шептал внутренний голос. Он умеет выживать в одиночку, не жалей его, не относись как к слабому, это неправда!

– Локи… – только и выдохнул Тор, чтобы перестать думать. – Всё в порядке?

– Как рука? – проигнорировав вопрос, поинтересовался тот, шепнув прямо в ухо.

Тора окатила горячая волна, по спине пробежали мурашки, а жар вдруг ударил прямо в низ живота. Содрогнувшись, Тор поспешно разжал руки, боясь продолжать сидеть в обнимку – мало ли что ещё может случиться. Отстранившись, он сделал вид, что внимательно ощупывает руку.

– Вроде даже не болит.

– Трава обладает обезболивающим свойством. Это всё, что я могу сделать в таких условиях.

В глазах Локи вместе с отражением огня плясали черти. Щёки его зарумянились, губы влажно блестели. И когда он успел облизать их?..

Красивый, какой же красивый…

– Я устал, хочу спать, – поспешно заявил Тор, поднимаясь на ноги. Внезапное желание не только обнять, но и поцеловать, совершенно сбило с толку и вынудило действовать совсем не так, как хотелось бы.

========== Глава 3. ==========

Локи отвык спать в присутствии кого-либо. Они расстелили на земле одну накидку, вторую же использовали в качестве одеяла. Лежать пришлось близко друг к другу – Локи специально примостился на самом краю, чтобы ненароком не соприкоснуться с Тором.

Он выставил над ними защитный купол. На его поддержание требовалось мало сил, и он нужен был не только для защиты от ветра и снега, а также чтобы сохранить тепло.

Костёр тихонько потрескивал, убаюкивая. Локи долго лежал без сна, прислушиваясь к тихому дыханию за спиной. Он знал, что Тор тоже не спит, но ни один из них не решался заговорить. За сегодняшний день они и так общались слишком много – за двести лет можно и отвыкнуть. А говорить хотелось до потери пульса. Прикрыв глаза, Локи прикусил язык и шумно выдохнул. Вспомнилось торопливое объятие Тора – совершенно не к месту, особенно если учесть, что стоило только перевернуться на другой бок, и можно было бы самому коснуться его руками. Тор пробуждал в Локи ностальгию. Несмотря на то, что жизнь в Асгарде оставила много отрицательных воспоминаний, Тор был светлым пятном. Локи пытался ненавидеть его так же, как и всю семью Одина, но не мог. Он был искренним и прямодушным, не то что его отец и брат, которые на публике казались белыми и пушистыми, а на деле вели себя подло за спиной. Локи многое в своём поведении перенял от Одина, вот только не скрывал свою истинную натуру и даже гордился этим.

За время изгнания интимная близость у Локи была всего несколько раз – жизнь затворника и одиночки не слишком располагала к постоянным отношениям. В основном это случалось спонтанно. В первый раз, когда асинья предложила расплатиться ночью любви за успокоительное снадобье из трав для своей матери, которых в Асгарде не достать, Локи удивился, но в итоге согласился. На тот момент прошло уже много месяцев, чтобы он успел позабыть, каково это, когда кто-то тебя обнимает, целует, прижимается обнажённым телом. Опыт был интересным, вызвавшим определённые эмоции, однако больше с той асиньей Локи не пересекался. То же самое случалось и с другими девами, которых можно было пересчитать по пальцам.

Однако самый запоминающийся опыт случился с благородным мужем из рода светлых альвов. Он был красив, хорош собой и вежлив в манерах, не позволял себе гадких слов и даже поблагодарил Локи за благосклонность и помощь. Подобных асов встретить было практически невозможно – в Асгарде презирались такие отношения. Возможно, именно поэтому Локи так и не смог в полной мере получить удовольствия от светлого альва, а он был весьма искусен в любви и явно знал, как сделать приятное мужчине. После у Локи осталось зыбкое чувство вины, и повторять этот опыт не было совершенно никакого желания.

Но Тор… с Тором хотелось попробовать всё даже в те времена, когда Локи ещё считался полноправным жителем Асгарда. Он не позволял себе лишнего, довольствуясь лишь дружбой. Воспитанный в традициях Асгарда, Локи боялся, что его неправильные чувства могли стать всеобщим достоянием, и тогда уже вечный позор был бы ему обеспечен. Однако, если задумываться о другом позоре, который последовал за проигрышем в сражении, Локи предпочёл бы задолго до этого связать себя с Тором. Бальдра же Локи искренне ненавидел. Если бы не здравый смысл, он непременно бы воспользовался шансом убить Бальдра, а не сослать на край Йотунхейма.

– Почему ты злишься на меня?

Локи не сразу понял, что вопрос прозвучал от Тора. Повозившись, он хотел было перевернуться, но решил остаться лежать к нему спиной.

– С чего ты взял, что я на тебя злюсь? – таким же спокойным тоном спросил Локи.

– Должен быть хотя бы обижен… я уделял тебе мало внимания.

Не самый приятный разговор, который можно было затеять ночью.

– Тор… – Локи помялся, но нехотя продолжил: – Я не был твоим единственным другом. Одного меня тебе было мало.

– Ты ревновал?

Кровь ударила в голову. Локи быстро перебрался на другой бок. Тор смотрел на него тоскливыми глазами преданной домашней собаки, каких любили заводить мидгардцы.

– Тебе было интереснее с другими, чем со мной. Это… неприятно, признаю, – всячески избегая упоминания о ревности, ответил он. Ответ, похоже, Тора не удовлетворил – его взгляд не изменился. – Потому что я доверял только тебе и думал, что это взаимно. Похоже на предательство.

– Я не предавал тебя.

– Но Бальдр сделал всё, чтобы ты перестал со мной общаться.

– Я общался с тобой!

– Перекидываться приветствиями раз в несколько дней – это не общение, – прошипел Локи сквозь зубы.

– Я предлагал тебе продолжать оставаться с нами – ты отказывался! – Тор приподнялся на локте, Локи сделал так же.

– Оставаться с твоими друзьями и братом? Ты хоть слышал, как они высказывались обо мне, как унижали меня за глаза? Думаешь, приятно даже ради тебя пребывать в кругу тех, кто откровенно меня презирал и мешал с грязью? – распалился Локи.

– Локи, в Асгарде к мужчинам, занимающимся магией, всегда было такое отношение – что ты хотел?

– Я не виноват в том, что моя мать была колдуньей! – вскричал он. – Не виноват, что это наследственное и что единственным выходом было подчинить эту силу, чтобы нормально жить!

Тор нахмурился, перевёл дыхание и продолжил уже более спокойным тоном. Обстановка между ними накалилась до предела.

– Локи… я понимаю, мои друзья не святые. И Бальдр не святой, но ты тоже славился не только безобидными шутками. И змею в покои подбрасывал, и иллюзорные тропинки в царском саду создавал, и много чего ещё.

Локи не мог в это поверить. Теперь он действительно злился на Тора. Тот сам завёл неприятный разговор, а в итоге защищал друзей и своего брата, который стал причиной главного позора Локи. Неужели он до сих пор ничего не понял? Неужели считает Бальдра настолько безобидным, что не попытался хотя бы выяснить последствия того поединка?

– Я мог делать что угодно, но ни разу не причинил ему серьёзного вреда, Тор, – гневно начал Локи, сжав руки в кулаки. Его трясло, глаза жгло от слёз обиды. – Да, я не отрицаю, что мой дар – мои проблемы и что асы оскорбляли меня только потому, что у вас так принято, но это не давало Бальдру никакого права насиловать меня после проигрыша в поединке и распускать грязные сплетни на весь Асгард!

– Но Бальдр!.. – горячо начал Тор и вдруг осёкся, отпрянул и с расширившимися от ужаса глазами уставился на Локи. – Подожди, что ты сказал?..

Локи помотал головой и опустил её, крепко сжав пальцами переносицу. Сейчас он чувствовал себя таким же слабым и беззащитным, как той злополучной ночью.

– Локи…

Он не ответил, и Тор дотронулся до его плеча.

– Локи, что ты только что сказал?

– Не заставляй меня повторять это, – проскрежетал Локи, рвано выдохнув и уставившись в сторону. – Я и так с трудом пережил то, что случилось.

– Я не знал, не был уверен… – сбивчиво забормотал Тор.

– А ещё называл меня своим другом, – выплюнул Локи ему в лицо. – Если бы ты действительно сохранил хоть какой-то интерес, мог хотя бы полюбопытствовать, в порядке ли я, – и, чтобы избежать дальнейших расспросов, снова лёг спиной к Тору и гневно бросил: – Спокойной ночи.

***

Тор долго сидел истуканом, тогда как Локи старательно изображал спящего. Внезапное признание выбило почву из-под ног. Он никогда не видел обнажившиеся эмоции Локи – тот всегда изъяснялся с сарказмом, давил хитрые ухмылки и никому не позволял видеть себя расстроенным. Лгал ли он? Вряд ли. Локи выглядел подавленным после поединка с Бальдром и на какое-то время стал невидимой тенью, а когда прошло время, превратился в худшую версию себя.

Кто бы мог подумать! – тот Локи, которого многие в Асгарде считали испорченным и неправильным, болезненно воспринял близость с мужчиной. Значит, ничего подобного раньше и в помине не было? Локи заслужил оскорбительное для мужа сравнение с женщиной только из-за магии? А Бальдр… Бальдр окончательно втоптал в грязь последнюю его гордость.

Тор почувствовал, как затряслись от ярости руки. Он разрывался между желанием явиться в Асгард и хорошенько преподать брату урок за унижение, на которое он действительно не имел прав, и желанием снова обнять Локи, попросить прощения за выходку младшего брата, да и за весь Асгард, наверное, тоже.

– Локи… Эй, Локи… – он с опаской коснулся его плеча. Мышцы Локи напряглись, но руку он не сбросил.

– Если ты сейчас начнёшь нести чушь с извинениями, я тебя ударю, – заявил тот. – Или наложу заклятие на твой глупый болтливый рот, чтобы молчал.

– А ты умеешь? – изумился Тор, но тут же хлопнул себя ладонью по лбу. Это, наверное, проще простого, а Локи весьма искусный маг. Что за дурацкие вопросы.

Так и провели остаток ночи. Тор сомкнул глаза только под утро, проспав всего два или три часа к тому моменту, как Локи завозился, поднялся и снял защитный купол. Сразу стало холоднее. Тор попытался свернуться калачиком и вернуть утраченный сон.

– Просыпайся, – в него прилетело что-то твёрдое, пахнущее гарью. С трудом приоткрыв глаза, Тор рассмотрел недогоревшую толстую ветку. Локи стащил укрывающую его накидку и набросил себе на плечи. Нижний её край был неровным – именно отсюда он вчера оторвал лоскут, чтобы перевязать Тору руку. – Как твоя рана?

Тор ощупал руку. Не болело, не саднило. Он вообще успел забыть, что вчера на него набросился волк.

– Нормально, – сказал Тор и торопливо сел. – Эта твоя чудо-трава хороша.

Локи пожал плечами.

– Всего лишь временная мера.

– Спасибо, – искренне поблагодарил Тор, без задней мысли хлопнув Локи по предплечью, но так и замер. Отнять руку оказалось куда сложнее – Локи смотрел без привычной холодности, с интересом. Взъерошенные волосы напоминали о недавнем сне, а за сном последовали и воспоминания о ночной беседе, объятиях, неуместном желании. – Локи…

– Идём, – будто прочитав мысли, всполошился тот. – У меня есть несколько кусков хлеба, вяленое мясо и вода. Перекусим по пути. Будешь?

– Буду, – согласился Тор. Теперь его мысли занимала вовсе не еда.

Идти пришлось вглубь высокой расщелины. Чем дальше они продвигались, тем сильнее сгущалась тьма. Локи поддерживал небольшой огонёк на кончиках пальцев – Тор постарался не удивляться. Оказывается, Локи умел многое, о чём Тор раньше и предположить не мог. Теперь он будто по-новому взглянул на того черноволосого юношу, которого гнобили из-за магии, с другой стороны. Тор видел целеустремлённого, сильного мужа, который мог противостоять чужому мнению и при этом не сломаться. Правда, теперь он уже сомневался в том, что Локи стоически пережил прошлое. В конце концов, он изменился именно после того, как Бальдр…

Мысль оборвалась, когда Тор споткнулся об камень и едва не налетел на Локи, ухватившись за талию и клюнув носом в макушку.

– Осторожнее, – предупредил Локи и отвёл его руку от себя. Тор мягко и ненавязчиво сжал холодные пальцы, не до конца отдавая себе отчёт в действиях. Тот покосился, передёрнул плечами. Почувствовав уверенность, Тор скользнул ладонью дальше и уже крепче перехватил ладонь. – Тор?

– Я держусь, – сказал он первое, что пришло в голову. – Как бы не упасть, тут так темно.

Локи тихо фыркнул.

– Не падай.

Так прошли ещё немного. Локи пояснил, что тропа в определённый момент перенесёт их в Свартальвхейм и, если он правильно помнил точку назначения, они окажутся вблизи одного из не самых добрых поселений цвергов. Не все цверги были готовы принимать в своём мире чужаков. Большинство из них хоть и уважали главенство Асгарда среди Девяти миров, но были враждебно настроены к появлениям асов. В своё время Один провёл много сражений, чтобы объединить миры. Некоторые объединения достались ему далеко не мирным путём. Одним из миров, завоёванных кровопролитием, был Йотунхейм, и Лафей – его правитель и отец Локи – был вынужден подчиниться. Однако Локи не был желанным ребёнком. Короткий роман с прекрасной асиньей Лаувейей окончился беременностью и полным нежеланием Лафея сделать её своей законной женой. Никто не знал, где много лет пряталась Лаувейя. Дар к колдовству помогал ей скрываться, но потом она явилась в Асгард с уже подросшим Локи. Попросив аудиенции царя, она отдала Локи под его покровительство, попросив спасти его.

Тор не знал, что случилось с Лаувейей потом. Не знал, жива она или мертва, но с того момента её больше никто не видел. Поговаривали, что жизнь в скитаниях в конце концов погубила её. Тор был склонен верить этой версии, как и многие другие.

– Где сейчас твоя мать? – спросил он, продолжая покорно следовать за Локи.

– Полагаю, умерла.

– Но ты не уверен в этом?

Раздражение Локи чувствовалось даже без зрительного контакта.

– Она привела меня в Асгард и исчезла, я не знаю, что с ней стало.

– И тебе никогда не было интересно? – допытывался Тор.

Зашипев, Локи остановился, расцепил их руки и повернулся к Тору лицом.

– Я не собираюсь интересоваться той, которая меня бросила.

– Но она твоя мать.

– А мой отец сам Лафей, но я не бегу к нему и не заявляю свои права на трон Йотунхейма, – огрызнулся Локи.

– Считаешь себя чужим?

– Я и есть чужой. Даже если бы мне был нужен Йотунхейм, меня не приняли бы йотуны – я не похож на них. Но и в Асгарде я не стал своим.

Тором вновь завладело безграничное чувство вины. Взгляд Локи, который в моменты искренних признаний становился самым грустным из всех, что ему приходилось видеть, выворачивал душу наизнанку. Сразу тянуло сказать что угодно, лишь бы Локи улыбнулся – у него была прекрасная улыбка.

– Для меня ты стал своим, – сказал он на одном дыхании.

– Немного поздно для этого, Тор.

Но Тор хотел донести до него свою правду. Подступив на шаг, так, что Локи оказался зажат между ним и скалой, он попытался снова.

– Прости, что поздно. Прости, Локи… – Тор поднял руку, положил её на основание шеи Локи и набрал в грудь воздуха, собираясь и дальше расписывать свои сожаления. Локи нахмурился и вывернулся. Прикосновение прекратилось.

– Хватит, – оборвал он. – Мы пришли, видишь?

Впереди в воздухе то и дело проскальзывали цветастые всполохи, такие же, как в Биврёсте. Их важный разговор в очередной раз оказался прерванным. Локи не был готов продолжать с той точки, на которой они остановились. А будет ли когда-нибудь готов? Ответа на этот вопрос Тор не нашёл, но был твёрдо уверен: они должны – обязаны! – его завершить.

– И как… что дальше? – Тор скрестил руки на груди, вплотную подойдя к тому месту, где реальность распадалась на множество растекающихся картинок.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю