![](/files/books/160/oblozhka-knigi-adepty-i-nechudovischa-si-366432.jpg)
Текст книги "Адепты и (не)чудовища (СИ)"
Автор книги: Hanna Castle
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
Глава 17
Я погружалась в океан, в бездонный и безводный океан, наполненный тишиной и покоем. Где-то далеко, сквозь стену льда и холода был слышен стук, а затем чьи-то сильные руки схватили меня и потянули вверх. Только вот я совершенно не хотела покидать место, где было тихо и спокойно, душа не болела, а сердце билось размеренно, с каждой минутой сокращая количество ударов.
– Эшли, проснись, – не унимался этот глупый нарушитель покоя, тряся за плечи и согревая участки тела, к которым он прикасался.
К счастью, вскоре он прекратил попытки разбудить меня, а я снова начала опускаться на дно.
Неуемный посетитель почти бесшумно передвигался по комнате, но мой слух уловил лёгкий перезвон стеклянных бутылочек, в которых я хранила спасительное зелье.
– Нет, только не это! Эшли, малышка, зачем?
Мужской голос звучал обеспокоенно, но меня это совсем не трогало. Его присутствие немного напрягало, но с каждой секундой всё меньше и меньше.
– Даже не вздумай умирать! – Решительный тон опять помешал такому желанному погружению в ледяную бездну, а горячие ладони, опустившиися на живот, приятным теплом заполняли изнутри, прогоняя холод. – Я тебя не отпущу, слышишь!
Я всё прекрасно слышала и понимала, но ответить не могла. Состояние, похожее на сон, не отпускало, даже не смотря на ускорившийся бег крови, подгоняемый сердечной мышцей.
– Вот так-то лучше, – шептали мужские губы, а руки продолжали наполнять моё холодное тело живительным теплом, таким знакомым и родным. – Поспишь немного и всё будет, как прежде. Продолжишь гонять Люфта, чтобы он не отлынивал от курсовой. Адаму мозги вставишь, а то он скоро меня с Лукианом переплюнет и всех девок в академии перепортит. Ну, а с Кеннетом я сам побеседую…
Майрон, а это был он, всё говорил и говорил, не останавливаясь ни на минуту, не прекращая делиться истинной магией, изгоняя зелье и возвращая меня к жизни.
– Ну вот, уже намного лучше, – тоном целителя продолжал Эрнис. – А сейчас ты поспишь, а я попробую обмануть всех. Что тут у нас в аптечке?
Снова послышался лёгкий перестук стекла и комната наполнилась запахом трав. Как прилежная адептка, сразу же определила аромат мелиссы, ромашки, чебреца, лаванды и душицы. Понятно, Майрон откупорил почему-то два зелья – от простуды и от бессонницы. Не успела подумать о том, зачем они ему понадобились, как почувствовала лёгкие прикосновения влажных пальцев к губам.
– Это, чтобы они поверили, что ты пила зелье от простуды и снотворное.
И действительно, я ощутила вкус этих зельев. Но зачем? Я не болею, да и проснуться никак не могу.
– Умница моя, – похвалил меня друг и поднялся с постели.
– Что здесь происходит? – Прогремел ещё один мужской голос, услышав который, вспомнила причину чрезмерного приёма замораживающего зелья.
– Профессор Холгер, – не растерялся целитель. – Адептка Эсмонт не сможет сегодня посетить занятия.
В комнате наступила мёртвая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием мужчин.
Первым пришёл в себя преподаватель, вспомнив о том, что он как-бы имеет право знать причину такого состояния адептки.
– Причина?
– Вчера Эшли попала под дождь и простыла. Она приняла зелье, но не учла, что в нём содержатся травы со снотворным эффектом. А так, как вечером у неё произошла ссора с Джосом, девушка переживала, долго не смогла уснуть и выпила порцию зелья от бессонницы. Как результат, она проспит целый день.
– Вы уверены, что это обычный сон?
– Я провел диагностику и могу сказать со стопроцентной уверенностью, Эшли просто спит.
– Я приглашу целителя…
– Ни в коем случае! – Голос Майрона звучал категорически.
– Ни вам это решать, адепт Эрнис, – холодно заявил профессор Холгер и я услышала, как приоткрылась дверь.
– Эшли вам этого не простит!
Ого! Что придумал Майрон, чтобы не дать взрослым целителям обследовать меня и выяснить, что именно принимала глупая адептка?
– Не понял, – удивление смешалось с раздражением, но дверь закрылась. – Что вы имеете ввиду?
После тяжёлого вздоха, мой друг продолжил лгать и делал это профессионально.
– Если в академии узнают, что адептка-целительница неправильно совместила лечебные зелья и это привело к таким вот последствиям, её успеваемость резко пойдёт вниз и Эшли не возьмут к разлому. А вы сами прекрасно знаете, что она об этом мечтает и делает всё возможное, чтобы оказаться рядом с магическими существами. Да она буквально бредит тем, как извлечёт яд из зубов рыбы-крылатки или обнаружит ткань паука-ткача. Я ведь и пришёл к ней так рано, чтобы вместе обсудить способ извлечения яда и его дальнейшего хранения.
Слушая речь Майрона, я и сама начала верить, что ошибочно приняла два несовместимых зелья, а не пыталась заглушить боль от предательства жениха и чуть не умерла. Как ни странно, но от мысли о любовнице и ребёнке в душе ничего не всколыхнулось. Всё же употребление трёх порций зелья за одну неделю дало эффект и даже истинная магия Майрона не смогла полностью вывести зелье из организма.
– Хорошо, – после недолгого раздумия согласился профессор. – Я попрошу кого-нибудь посидеть с Эш… с адепткой Эсмонт.
– Я мог бы остаться…
– Адепт Эрнис, – рявкнул маг, – вы считаете уместным оставаться наедине со спящей незамужней девушкой в одной комнате?!
– Но у Эшли нет подруг в академии и другие адептки могут навредить ей, а не помочь, – не сдавался Майрон.
– Я попрошу Люсинду Блэкворд присмотреть за Эшли.
Майрон не смог ничего ответить. Он видимо был поражен также сильно, как и я, услышав, кого профессор назначил на роль моей сиделки. Через пару минут друг отошёл от потрясения и неуверенно возразил:
– Может лучше я? Или Адам?
– Нет!
Больше не говоря ни слова, Холгер покинул комнату, а Эрнис подошёл ко мне и тихо прошептал:
– Держись, малышка.
Он хотел сказать что-то ещё, но не успел.
– Майрон, что с ней?
Ещё один знакомый голос и снова воспоминания о не очень-то приятном разговоре с кузеном. И чего он прибежал с утра пораньше?
– Джос, лучше выйди из комнаты Эшли, а то я за себя не ручаюсь!
Таким сердитым голосом Майрон вообще никогда не разговаривал. Он мог быть смешливым, очень часто соблазняющим, иногда серьёзным, но злым, никогда.
– Что случилось? – Не обращая внимания на друга, почти кричал Кеннет.
– А то ты не понимаешь, что случилось? – Зашипел в ответ Майрон. – Вчера после вашей милой беседы Эшли выпила снотворное.
Эрнис лгал лучшему другу и всё ради сохранения моей тайны. А может и ради себя? Я так хотела крикнуть, что Джос ни в чём не виноват. Я, конечно, обиделась на парня за его несправедливые обвинения, но лишать себя жизни из-за такого не собиралась. И вообще, не думала о смерти, когда пила очередную порцию зелья. Единственное, о чём мечтала, это заглушить чувства, вызванные предательством жениха.
– Но, я не думал, что она так отреагирует, – голос кузена звучал глухо, словно издалека.
– Не думал он! Что ты ей вчера сказал?
– Прости, но это наше с Эшли личное дело и я не могу тебе ничего рассказать.
Парни ещё бы долго выясняли отношения, но их прервал женский голос, заслышав который вздрагивали не только адепты, но и большинство преподавателей:
– Все вон из комнаты!
– Да, миссис Блэкворд, – чётко отрапортавали адепты и дружно покинули помещение.
Мне тоже захотелось вскочить с кровати и отправиться на занятия, лишь бы не оставаться наедине со строгой смотрительницей библиотеки и, как оказалось, моей родственницей. Но зелье действовало надёжно, не давая мне не только подняться с постели, но даже произнести слова протеста.
– Вы побудете с Эшли, пока она спит? – Совсем рядом прозвучал голос Эвана.
– Не волнуйся, Орест. Со мной она в полной безопасности.
– Эван, зови меня Эваном.
– Да, конечно, прости, постоянно забываю. Старость не радость, – вздохнула магиня и судя по звуку, опустилась на стул. – Иди уже, иди. Всё в порядке будет с твоей невестой.
Звук шагов, хлопок закрывающейся двери и вот, я наедине с самым опасным представителем королевской семьи. А в том, что Люсинду боятся далеко за пределами академии, почему-то не сомневалась ни на миг.
– Какая же ты хрупкая девочка и так похожа на мать, – неожиданно мягко прозвучало из уст Люсинды и сухая прохладная рука коснулась моей щеки. – Как жаль, что всё так получилось.
Глава 18
Проснувшись и открыв глаза, никак не могла понять, что происходит в моей комнате. Рядом с кроватью стоял стул, на котором расположилась Люсинда Блэкворд, собственной персоной. Я тут же закрыла глаза, целиком и полностью уверенная в том, что по-прежнему сплю. Но смотрительница библиотеки даже во сне обладала властным характером и не стала мириться с таким игнорированием.
– Эшли, я вижу, ты уже проснулась. Как себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Что именно и в каком количестве ты вчера принимала?
Но не успела я ответить на вопросы Люсинды, как со стороны кухни прозвучал незнакомый женский голос:
– Люси, милая, ну что ты вот так сразу налетела на нашу бедную девочку? Для начала мы её покормим, дадим время привести себя в порядок, а потом, если она захочет, всё нам расскажет.
Я во все глаза пялилась на прекрасную женщину, которая в данный момент что-то готовила и не верила своим глазам. Неужели замораживающее зелье вызывает галлюцинации? Если присутствию Люсинды Блэкворд я больше не удивлялась, постепенно вспомнив события прошедшего вечера, то как можно было объяснить нахождение вдовствующей графини Вероники Кеннет, родной сестры Раяна II в моей чердачной комнатушке, кроме как побочным действием чрезмерного употребления зелья?
Подскочив с кровати, попыталась изобразить реверанс, чтобы поприветствовать королевскую особу, но тут же была остановлена миссис Блэкворд.
– Тише, тише. Тебе нельзя делать таких резких движений, – обеспокоенный голос строгой смотрительницы библиотеки окончательно выбил меня из колеи и я послушно опустилась на постель. – Умница, посиди немного, а затем потихоньку сходишь в ванную, а Вероника накроет на стол.
Мои глаза округлились и я молча переводила ошарашенный взгляд с одной женщины на другую.
– Спасибо за беспокойство, но не стоило…, – промямлила невнятным охрипшим голосом.
– Эшли, всё в порядке. Девочка моя, я так рада наконец-то познакомиться с тобой. Но все разговоры только после того, как ты нормально покушаешь, – интонации в голосе Вероники Кеннет менялись с нежной и ласковой на повелительную.
Не посмев ослушаться, под внимательными взглядами королевских родственниц побрела в ванную. Умывшись холодной водой, задумчиво уставилась в зеркало. И так, мозг, начинай работать!
Орган, отвечающий за столь важный процесс, решил таки действовать и мысли, гулявшие до этого момента непонятно где, собрались вместе.
На пару с пришедшим в норму мозгом мы подвели итог произошедшего и вот, что из этого получилось.
Первым делом следовало выяснить, с какой целью явилась сестра моего отца. Если судить по её поведению, в отличие от Джоса, графиня настроена положительно и вроде бы ни в чём меня не обвиняет. Но это не факт…
Второй вопрос на повестке дня – состояние моего здоровья и сохранение тайны. Благодаря Майрону никто не узнал, что на самом деле я приняла. Значит, необходимо придерживаться версии с простудой и неправильным комбинированием зелий.
Ну и последняя проблема, из-за которой снова закололо в сердце, а на душе стало тяжело, это конечно же профессор Холгер, мой жених. Неверный жених, у которого будет ребёнок от другой женщины…
– Эшли, всё хорошо?
– Да, спасибо. Я скоро выйду, – поспешила успокоить графиню Кеннет и занялась собою.
О женихе-предателе подумаю позже, когда останусь одна. Надеюсь, мои неожиданные гостьи ненадолго задержатся в тесной комнате общежития и я смогу спокойно подумать и решить, что же делать дальше.
– Всё, больше не могу, – тяжело вздохнув, отодвинула от себя тарелку, все ещё наполовину заполненную едой.
– Но ты почти нечего не съела, – забеспокоилась Вероника Кеннет, но её остановила Люсинда Блэкворд.
– Потом ещё поест. Я сейчас должна вернуться в библиотеку, – привычным голосом заговорила смотрительница. – Вы пообщайтесь и Эшли, если вдруг захочешь поболтать, заходи ко мне в любое время.
Неуверенным кивком головы я согласилась с предложением Люсинды, смутно представляя себя болтающей о всяких пустяках с этой властной женщиной.
Стоило закрыться двери за спиной миссис Блэкворд, как графиня тяжело вздохнула и из её прекрасных карих глаз потекли слёзы.
– Ваше Сиятельство, почему Вы плачете? Я чем-то обидела Вас?
Женщина промокнула слёзы салфеткой и посмотрела с такой нежностью во взгляде, что даже мой слегка замороженный мозг не выдержал и эмоции пробились наружу. В глазах подозрительно защипало и я тоже почувствовала влагу на лице.
– Эшли, детка, я плачу от счастья. Я так счастлива, что Раян разрешил нам встретиться. И это благодаря Джосу. Он такой переполох во дворце устроил. Я ни разу не видела Его Величество таким ошарашенным, как после разговора с моим сыном.
Графиня говорила так быстро, словно боялась, что я остановлю её и не дам выговориться до конца. И она оказалась права.
– Ваше Сиятельство, простите, что прерываю Вас, но можно я буду задавать вопросы, а Вы просто ответите на них.
– Хорошо, – неуверенно согласилась гостья, – но обращайся ко мне по имени. Я, как ни как, твоя родная тётя.
Не рискнув назвать графиню Вероникой, я просто задала вопрос:
– Как давно Вы знаете о моём существовании и почему Его Величество запрещал Вам видеться со мной?
Голос звучал ровно и сухо, несмотря на чувства, рвущиеся наружу, которые пришлось силой воли загнать на место.
– Раян признался, что ты не умерла при рождении, когда тебе исполнилось шестнадцать. Но в целях твоей безопасности, он скрывал, где именно ты живёшь и, если бы я поехала навестить тебя, об этом тут же написали бы в прессе. За жизнью королевских особ следят очень тщательно…
– Почему же никто ничего не узнал, когда сам Его Величество прибыл в наш с дядей дом?
– У Раяна имеется много способов скрыть свою внешность и остаться неузнанным.
Мой скептический взгляд дал понять, что я совершенно не верю в такую отговорку и графиня все поняла.
– Ты имеешь полное право обижаться и на меня, и на своего отца. Но, Эшли, дай мне шанс всё объяснить.
– Мне Джос вчера объяснил достаточно.
– Значит это из-за него ты приняла снотворное?
– Нет конечно! Я случайно выпила его, забыв о зелье против простуды. Это очень глупая ошибка для будущего целителя и я прошу Вас никому об этом не рассказывать.
Я старалась говорить уверенно, надеясь, что Вероника поверит.
– У меня гора с плеч. Я ведь думала, что ты…
– Глупости, – резко остановила домыслы графини. – Я никогда умышленно не причиню вред ни себе, ни кому бы то ни было. Я – целитель и ценю жизнь.
– Хорошо. Можно я кое-что расскажу тебе о твоём отце и о Неве?
Услышав имя матери, которую я знала лишь из рассказов дяди Леона, молча кивнула в знак согласия и пригласила Веронику пройти в ту часть комнаты, где находилось удобное кресло. И графиня во всех подробностях поведала мне о любви своего брата к простой девушке.
Так я узнала, что Раян на самом деле любил мою мать и хотел сделать её своей законной женой. Он даже смог убедить совет магов, что брак с неродовитой, но сильной целительницей принесёт пользу королевству. Маги согласились, надеясь на рождение истинных целителей в королевской семье. И только из-за глупого древнего закона Раян и Нева должны были ждать некоторое время, прежде чем вступить в законный брак. Истинный огневик не обладал должным терпением и частенько оставался на ночь у любимой. В результате, мама забеременела…
Я была уверена, что продолжение истории мне прекрасно известно, но это было не так. Его Величество, узнав о смерти Невы, потерял контроль над магией и вынужден был отсиживаться в специальной комнате, не позволявшей необузданной силе вырваться наружу. В таком состоянии Раян провёл неделю, а когда смог контролировать себя, Неву уже похоронили. У короля спросили, желает ли он увидеть дочь, тот ответил, что для него ребёнок умер вместе с любимой женщиной. Дядя Леон, узнавший о смерти сестры, прибыл в столицу и забрал меня с собой. Люди короля пустили слух, что бастард мёртв.
Через год дяде пришло письмо от короля с номером счёта, на который ежемесячно перечеслялась приличная сумма на моё содержание, но сам Раян не хотел ничего слышать о дочери.
Рассказ графини воспринимался, как нечто далёкое и почти не трогал меня. Единственное, чем я поинтересовалась, это какой была моя мама.
– Такой же красивой, как и ты. Нева была доброй, отзывчивый девушкой. Она никогда не проходила мимо людей, нуждающихся в помощи. В столице не было такой клиники, где бы ни побывала твоя мама.
– Спасибо.
– За что? – Удивилась моя собеседница.
– За хорошие слова о маме.
– Это ещё не всё. Я хочу объяснить, почему твой отец избегал общения с тобой.
– Не стоит. Мне всё равно. Я уже сказала вашему сыну, что не претендую на трон и на деньги короля. Я прямо сейчас готова отдать всё то, что он перечислял на моё содержание. Мы с дядей Леоном даже не притронулись к его деньгам.
– Что Джос наговорил тебе? – Требовательным тоном, присущим королям, поинтересовалась Вероника, опустив информацию о деньгах.
– Спросите у него. Мне бы не хотелось иметь хоть что-то общее с королевской семьёй. Простите. Ничего личного. Вы мне очень понравились, но я выбрала для себя иную жизнь и в ней нет места никому из вас.
– Я понимаю тебя. Сама в юности натворила такого, из-за чего мои дети лишились права наследования. Ни моя дочь Ирида, ни Джос не могут претендовать на трон. И это очень плохо. К сожалению, твой брат Филипп очень болен…
– Я знаю.
Вероника бросила на меня удивлённый взгляд, но не стала ни о чём расспрашивать.
– Филипп хочет познакомиться с тобой и я прошу, не отказывай ему в этой просьбе.
– Хорошо. Я согласна встретиться с братом.
И снова я смогла удивить графиню. Она, видимо, собралась долго и упорно уговаривать меня на встречу со смертельно больным родственником, а тут я, не возражая, готова увидеться с Филиппом.
Она ведь даже не подозревает, зачем мне понадобилась эта встреча. Будь Филипп здоров, никогда бы не согласилась на знакомство с ним, но брат болен и вполне возможно, что моя магия сможет его исцелить. По крайней мере, попытаться стоит…
– Филипп приехал вместе со мной и ожидает тебя в городе. Но нам следует поспешить. Его Высочество не в состоянии проводить долгое время вне дворца. Он взял с собой артефакты, но этого мало…
– Тогда почему мы ещё здесь? Поспешим!
Спускаясь по лестнице мы обе молчали, каждая думая о своём. Понятия не имею, какие мысли бродили в голове графини, лично я вспоминала начертание рун, которые могли мне понадобиться для исцеления брата. А может они уже нанесены на тело наследника королевским целителем? Было бы просто чудесно! В этом случае, мне придётся лишь влить силу в организм больного родственника и надеяться, что это поможет.
Почему я была так уверена в благополучном исходе? Да сама не знаю. Но моя магия словно подталкивали меня к брату. Может это из-за того, что истинная сила стремилась помочь нуждающемуся и вполне возможно, благодаря родственным связям, мой дар исцелит Филиппа.
– Ваше Сиятельство, – совсем рядом прозвучал голос профессора Холгера. – Очень рад Вас видеть в стенах академии. Адептка Эсмонт?
Наконец-то он заметил меня за спиной графини, но я не спешила смотреть в глаза лжеца и предателя, а просто поздоровалась, как и положено адептке:
– Доброе утро, профессор Холгер.
– Как вы себя чувсвуете?
– Прекрасно, – ледяным тоном ответила на вопрос преподавателя, чем вызвала удивление не только у самого профессора, но и непонимающий взгляд Вероники.
Графиня быстро пришла в себя и заговорила с мужчиной:
– Не знала, что Вы преподаёте здесь. Ну, это не важно. Не могли бы Вы сообщить Аарону, что я забираю Эшли из академии.
– В смысле забираете? – Повысил голос мой жених. – По какому праву!
– Не навсегда, а только до вечера. Не беспокойтесь так сильно. Верну Вашу невесту в целости и сохранности.
А вот сейчас уже зависла я. По словам жениха, о его особенности знал лишь король. А тут выходит и Люсинда, и Вероника в курсе, что Орест и Эван – одно лицо. О чём ещё лгал жених? С каждой минутой желание пришибить супермага возрастало, но я взяла себя в руки, вспомнив о Филиппе.
Не глядя на профессора, продолжила спускаться вниз, оставив за спиной графиню. Эван и Вероника тихо о чём-то переговорили и графиня догнала меня на выходе из общежития. К счастью, нам больше не встретился никто из знакомых, позволив беспрепятственно покинуть территорию академии.
Мы буравили друг друга взглядом минут десять, не меньше. Филипп, высокий худой мужчина с голубыми глазами на бледном лице и темными волосами, как у отца, с интересом разглядывал меня, невысокую, хрупкую, с цветными косичками и мрачным макияжем, который я не забыла нанести, отправляясь в гости к брату. Моя одежда вызвала немалый интерес брата. Оно и неудивительно! Сомневаюсь, что во дворце хоть кто-то надевал безразмерные свитера с изображением паука-ткача. Даже, если бы у придворных неожиданно возникло желание приобрести нечто подобное, они бы потерпели фиаско. Мой свитер был выполнен по спецзаказу и являлся единственным в своём роде.
– Прикольный свитер, – первым заговорил Филипп. – Не подскажешь, где можно купить такой же?
Оценив наряд принца, я искренне улыбнулась. Мужчина в классическом чёрном костюме-тройке и в лаковых блестящих туфлях, интересующийся одеждой неформалки, выглядел как минимум странно.
– Могу подарить нечто подобное. Кто Вам больше нравится: цербер или спрут-убийца?
– Думаю, паучка будет достаточно. У меня через месяц день рождение, – не растерялся наследник, но затем тихо добавил. – Если доживу, конечно.
– Ваше Сиятельство, – я повернулась к графине, тихонько наблюдавшей за нашим знакомством. – Можно мне остаться наедине с Его Высочеством?
– Конечно, если Филипп не возражает?
– Да, тётя, спасибо, что привезла Эшли. Но нам необходимо поговорить.
Графиня осторожно прикрыла дверь, оставив меня с братом. Что ж, пожалуй рискнём…
– Ваше Высочество…
– Эшли, называй меня по имени, пожалуйста. И хватит уже стоять, присядь куда-нибудь, – принц окинул взглядом незнакомую для него комнату в поисках подходящего предмета мебели и остановился на мягком кресле, стоявшем у окна.
Графиня и принц арендовали небольшой домик недалеко от академии, куда прибыли ночью инкогнито. Для всех придворных Его Высочество плохо себя чувствовал, а Вероника ухаживала за больным племянником. Об отъзде принца знали только король, целитель и пара телохранителей.
– И так, Филипп, – начала уверенно, чтобы не передумать. – Я должна тебе кое в чём признаться, но ты поклянешься, что никто, даже король не узнает о нашем разговоре.
– Ого, какая ты!
– Какая?
– Смелая, упорная и необычная, – начал перечислять брат. – Я представлял тебя совершенно другой. Клятву давать кровную?
– Да, что вы все с этой кровной клятвой? Просто пообещай, что не сдашь меня.
– Даю слово, что никто от меня не узнает ни одну тайну моей сестры Эшли.
Я сделала вид, что "сестра", прозвучавшая из уст принца, меня совершенно не взволновала и принялась объяснять наследнику, как планирую исцелить его болезнь.
– Ух ты! – Снова воскликнул, поражённый услышанным Филипп. – И отец не подозревает, что ты истинный маг, да ещё и целитель? И даже Орест Холгер не смог понять, каким даром ты обладаешь? Ну, Эшли! Ты – чудо!
Принц веселился, но было заметно, как непросто даётся ему держать лицо, не позволяя боли выйти наружу.
– Всё, посмеялся и хватит. Покажи, какие руны нанесены на твоё тело.
– То есть, я должен раздеться перед тобой?
– Я – целитель и по выходным работаю в клинике. Ты даже не представляешь себе, что я там видела. Тебе же надо всего лишь снять рубашку, чтобы я осмотрела спину и грудь. И сканировать легче, прикасаясь к коже, – разговаривала, как с маленьким, забыв о разнице в пять лет.
– Слушаюсь и повинуюсь, – продолжил улыбаться принц, начав расстёгивать пуговицы на пиджаке, затем перешёл к жилетке, а там ведь ещё рубашка.
– Я точно подарю тебе свитер, и не один. Как у тебя хватает терпения, проделывать это каждый день? Или тебя слуги одевают?
– Жила бы во дворце и не к такому бы привыкла, – с тяжёлым вздохом ответил мученик, в конце концов справившийся с одеждой и стоявший передо мной, обнаженный по пояс.
Я подошла ближе и начала осмотр, игнорируя ироничный взгляд принца. Было бы на что смотреть? Кожа да кости. В клинике я видела боевиков без одежды. Вот это зрелище!
– Отлично. Руна обезболивания вполне подойдёт, а вот руну восстановления придётся обновить. Постой немного, я возьму перо.
Наследник молчал и только внимательно следил за моими действиями. Я же извлекла из рюкзака специальное перо целителя для нанесения рун и чернило. Затем ещё раз заглянула в учебник по рунологии, захваченный из комнаты на всякий случай и убедилась, что руна на спине Филиппа та, что надо.
– Пожалуй, тебе лучше прилечь, – указала в сторону дивана, достаточно большого, чтобы вместился принц и я смогла сесть рядом.
– Как скажешь, – безропотно согласился брат.
– И ты вот так сразу доверился мне? – Нанося руну, решила поинтересоваться у родственника.
– Ты ведь тоже доверила мне свою тайну. Тем более, чем я рискую? Мой целитель не может помочь. Все, кого отец вызывал ко мне, оказались бесполезны.
На пару минут он замолчал и мне ничего говорить не хотелось.
– Всё, руну обновила. Перевернись на спину. Я проведу диагностику.
– Мой целитель каждый день её проводит, но никак не может найти причину, по которой органы отказываются работать, – поделился Филипп.
– Я, конечно, не опытный целитель, но кое-что тоже умею. Лежи тихо и не шевелись.
Где-то с полчаса водила руками по телу принца, детально изучая каждый орган, каждый сосудик внутри организма. Особое внимание уделила каналам, по которым текла магия. И ничего! Всё было почти в порядке. Ни один из органов не мог явиться причиной столь тяжёлого недуга. И вдруг я почувствовала, что сердце Филиппа стало биться неровно, с небольшими перерывами, постепенно замедляясь. Брат побледнел ещё сильнее и тяжело задышал.
– Началось, – с трудом выдавил принц. – Сейчас отключусь…
– Кто ж тебе позволит, – уверенным голосом заявила брату и принялась вливать силу в руну восстановления.
Делала это небольшими порциями, не превышая разрешённые пять магединиц. Сердце нормализовалось, а я, закрыв глаза и положив руки на грудь пациента, ждала. Чего именно и сама не знала. Магия руководила мною и я не могла не доверять своему дару.
И вот оно! По магическим каналам, окружавшим сердце, вытекало что-то странное. Никак не могла понять, что же это такое и где прежде я могла встретить подобное вещество. А потом меня озарило – императорский корень! Тот самый корень, способный убить носителя королевской крови. Я подолгу находилась рядом с растением, прикасалась к нему и не могла не узнать ощущение, возникавшее при этом. Едва уловимая сила покалывала пальцы, вызывая лёгкую боль даже у меня, всего лишь сканирующую тело, что ж говорить о Филиппе, в организме которого находился сок опасного растения. Кто же осмелился травить наследника?
Об этом подумаю позже. Одной рукой отслеживала продвижение яда по каналу, другой схватила перо, обмакнула его в чернило и начала наносить руну очищения на кожу принца. Справившись с задачей, убедилась в правильности рисунка и полностью сосредоточилась на передаче силы Филиппу.
И снова краткие вливания по пять единиц. Больше нельзя. Магконтроль сразу же зафиксирует выброс магии и вычислит, где именно он произошёл. И тогда конец не только моим секретам, но можно будет распрощаться с целительством. У меня, первокурсницы, не только не было разрешения на применение магии в объёме, превышающем допустимый, но и наносить руны самостоятельно, без присмотра целителя, не имела права. В общем, в данный момент я нарушала кучу правил и законов, но останавливаться не собиралась. Истинный дар также не противился, ведь жизнь Филиппа была в моих руках, в прямом смысле.
Сколько прошло времени, не знаю. Но как только с кожи исчезла руна очищения, поняла, что яд полностью выведен из организма принца.
– Вот и всё, – убрала ладони с живота брата и заозиралась по сторонам в поисках воды.
Пить хотелось ужасно. Ничего странного. Я сбилась со счёта, сколько было вливаний силы. Для моего резерва это сущая ерунда, но физические силы необходимо восстановить. И помимо воды не мешало бы что-нибудь съесть.
– Что значит "всё"? – Уточнил Филипп, приподнявшийся на диване и наблюдавший за мной.
– Ты здоров, а я хочу пить и есть.
– В смысле здоров? Ты имеешь ввиду, что смогла снова настроить сердце?
– Не только. Я вывела яд и твои органы перестанут отключаться.
– Почему никто из целителей не обнаружил яд? – Недоверчиво прозвучал голос брата.
– Давай ты оденешься и мы поедим чего-нибудь. Я немного потратилась, исцеляя тебя.
Филипп тут же засуетился, быстро оделся и позвал графиню Веронику. Женщина, войдя в комнату, очень внимательно посмотрела на нас, но ничего не спрашивая, выполнила просьбу племянника и через короткое время принесла еду и питьё. А затем оставила нас.
Я словно в сказку попала, наблюдая, как знатная аристократка в очередной раз накрывает на стол, а компанию за обедом составляет наследный принц. Ну и дела…
– Эшли, не томи. Объясни нормально, что за яд? – Заметив, что я больше не набрасываюсь на еду, как голодный цербер, Филипп начал допрос.
– Это императорский корень. Для обычных людей, у которых не течёт королевская кровь, он совершенно не опасен. Это растение даже в сыр добавляли для улучшения вкуса. Но для таких как ты, он является сильнейшим ядом. Кто-то незаметно травил тебя и не один год. Чтобы не вызвать подозрения, давали лишь крохотные дозы. С каждым годом тебе становилось хуже, но ни артефакты, ни целители не могли обнаружить яд, потому что уже никто не помнил об этом растении. Ну, почти никто.
– Я с детства люблю сыр, – задумчиво произнёс Филипп. – И ем его каждый день.
А дальше мы молчали и пили чай. На столе был сыр, но мы не рискнули притронуться к угощению, не зная, кто именно покушался на наследника. И тут я вспомнила о недавнем визите Оскара в мою комнату, где он увидел и узнал императорский корень.
– Оскар знает о существовании корня, – не задумываясь, сдала брату племянника королевы. – У него в детстве была гувернанткой целительница-травница. И он говорил, что видел императорский корень в королевской оранжерее.
– Значит Оскар нашёл тебя? – Проигнорировав полезную информацию, выдал принц. – И чего он хочет?