Текст книги "Акулы чуют кровь (СИ)"
Автор книги: GlassBush
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)
Вокруг них кружили акулы. Добрый десяток бледных убийственных силуэтов разрезал толщу воды с изяществом, которое пугало и восхищало одновременно. Однако, нападать они не спешили – наоборот. Увидев мечника, они, словно прикормленные собаки, тыкались ему носом в руки, выпрашивая ласку. Тот, привычным жестом, почёсывал им лбы и затылки. Заметив, как розоволосая внимательно наблюдает за ними, он кивком подозвал её, указывая на ближайшего хищника.
Робко, опасливо разглядывая полный внушительных зубов рот, девушка коснулась чувствительного носа, мягко поглаживая серую кожу. На ощупь акула оказалась шершавой и тёплой.
Это, пожалуй, можно было назвать самым необычным животным, с которым ей приходилось общаться. Куноичи не сдержала счастливого смеха и, случайно, выпустила весь свой воздух. Выныривая, она старалась отдышаться.
Рядом показалась голубая макушка. Чоуджуро странно моргнул третьим веком, видимо, очищая склеру от солёной воды.
– Чоуджуро-сан, это просто нечто! – посмеиваясь, девушка счастливо улыбалась. – Я никогда не думала, что смогу вот так вот просто погладить акулу! Их так много. Никогда не видела такую большую стаю. Неужели они так окружают весь остров? Чем же они питаются?…
Поток вопросов остановили жёсткие обветренные губы. Если бы Сакуру не придержали за плечи, она бы наверняка погрузилась под воду. Растерявшись, девушка вздохнула, открыв рот, тут же ощутив, как чужой язык прошёлся по её зубам. Каждое движение его несло в себе надрыв, отдающий солоноватым привкусом океанской воды.
Вся эта ситуация застала её врасплох тем напором эмоций, что сейчас приходилось принимать от Чоуджиро. Пока она хлопала глазами, мечник отстранился, прижимаясь своим лбом к её лбу.
На щеках его был лихорадочный румянец, а сбившееся дыхание какое-то время мешало сформулировать мысль.
– Вы скоро уйдёте, – наконец-то озвучил он, зажмурившись. – Ну почему вы уйдёте? Как же так..
Сакуре нечего было ответить на это. Она, испытывая смешанное чувство стыда и жалости, прижала свою ладонь к его щеке.
В голове у девушки всплыли напутствия Ширануи-тайчо “ничего не обещай”. Но она могла хотя бы попытаться быть милосердной. Она видела себя в этом человеке напротив, как бы не старалась абстрагироваться.
– Если наши селения смогут договориться, то всегда будет шанс встретиться снова, – прошептала она, мягко оглаживая большим пальцем чужую скулу. – А пока, давайте сделаем друг-друга хорошими воспоминаниями, Чоуджуро-сан.
После, она сама к нему потянулась, давая мысленное обещание, что это самый-самый последний раз.
*
– Сакура, ты что, попала под водную технику? – недоумённо спросил Какаши-сенсей. – Постарайся быстрее просушиться и собирайся. Мы готовы к обмену.
В их дипломатической квартире, прислонившись к стене большой комнаты, стоял Кубикирибочо.
========== Часть 5 ==========
Раненый АНБУ оказался молодым мужчиной с русыми волосами и карими глазами. Сакура начала лечение сразу же, как его опустили в лодку.
Маску им не вернули, видимо, оставив как трофей. Полушлем с хитай-атэ неизвестного задумчиво вертел в руках Какаши. Долгое время их небольшой отряд сохранял молчание. Они и сопровождающие шиноби из Кири вежливо игнорировали друг друга, после распрощавшись краткими кивками.
Первый час раненого несла медик, постоянно отслеживая его состояние, полностью сосредоточившись на непрерывном сканировании организма бывшего пленника. Джонины же взяли на себя сопровождение, обмениваясь жестами и рублеными фразами.
Когда Ширануи-тайчо дал знак, они сделали первый привал. Аккуратно опустив АНБУ на землю, Сакура заключила, что состояние пациента удовлетворительное. После этой новости плечи мужчин заметно расслабились.
– Ну и влетит же тебе, Тензо, – выдохнул Хатаке. – Хокаге была в ярости.
– Видели мы этот порт, – ответил коллеге Генма, прикусывая кончик сенбона. – Хорош, не поспоришь. Наверняка у Химе есть готовый план, как нам туда протиснуться.
Хатаке покосился на брюнета, но ничего не сказал, тихо вздохнув. Они позволили себе передохнуть ещё несколько минут, прежде чем вновь двинуться в путь. В этот раз ускорились, проведя в молчании и непрерывной гонке со временем следующие несколько часов.
Ночёвку уже организовывали в глубине территории Страны Огня, в сумерках. Дежурить у привала осталась Сакура. Капитан был неподалёку, расставляя охранные печати. Хатаке же осуществлял разведку близлежащей территории, параллельно собирая дрова для костра.
В попытке напоить пациента, куноичи аккуратно переложила его голову себе на колени. Стоило воде смочить треснувшие губы, человек закашлялся, приоткрывая глаза.
– С вами говорит медик Конохи, Харуно Сакура, – привычно начала заученное вступление розоволосая. – Вы осознаёте себя?
Одной из опасностей для врача было оказаться рядом с дезориентированным бойцом, рвущимся в бой. Можно было получить от своих же кунаем в лоб. Именно поэтому каждый раз, стоило мужчине открыть глаза и показать намёк на пробуждение, девушка нейтрально представлялась, давая понять, кто она такая. Это могло дать несколько секунд на объяснение перед атакой, если пациент всё ещё думал, что он в пыточных Кири.
– Д-да, – прохрипел брюнет, хрипло вдыхая. Грудь его, плотно перебинтованная, дёрнулась. Вместо формы АНБУ на мужчине были нейтральные серые кимоно и хакама туманного селения. Та одежда, в которой он был пойман, к сожалению, была слишком сильно пропитана кровью.
– Какаши-сенсей называл вас Тензо, – продолжила тем временем девушка, надеясь, что оперативник будет её слушаться и не вскочит в попытке сопротивления. – Я могу называть вас Тензо-сан?
– С-сенпай? – кареглазый моргнул, фокусируя взгляд на медике. – Он здесь?
– Он в одном отряде со мной, скоро подойдёт, – ободряюще улыбнулась розоволосая. – Отряд состоит из трёх человек. Я, Какаши-сенсей и Ширануи-тайчо. Мы забрали вас из Кири и сейчас движемся в сторону Конохи. На данный момент мы уже на территории Страны Огня. Первая ночёвка.
Она поправила лезущие в глаза русые волосы, что сосульками свисали с перебинтованного лба. Пряди потемнели, пропитанные потом и кровью.
– Завтра мы будем дома, – до этого предельно напряжённый, мужчина расслабился, разжимая сжатую челюсть. – Хотите пить?
– Да, пожалуйста, – тихо прошелестел он, стараясь приподняться, чтобы помочь девушке. Сил у несчастного почти не было.
Аккуратно, небольшими порциями, Сакура дозировала воду, чтобы оперативник не захлебнулся. Но несмотря на это, он всё-равно пролил небольшую часть. Вздохнув, медик вытерла ему подбородок, когда тот откашлялся.
– Скоро мы разведём костёр, и я смогу вас покормить рисовой кашей. Твёрдую пищу пока нельзя, как и пищевые таблетки. Хорошо?
Болезненно прикрыв глаза, мужчина еле заметно кивнул.
– Ну ты устроился, – прозвучало сбоку преувеличенно бодрым голосом. – Тензо, тебя ещё и покормят? Боже, боже, что за изнеженный парень.
Хатаке, нагруженный целой связкой сухого хвороста, опустился на корточки около своего знакомого.
– Как он? – поинтересовался мужчина, старательно скрывая волнение.
– Пришёл в сознание, – улыбнулась девушка учителю. – Состояние стабильное. Завтра сдадим его в стационар, и он спокойно восстановится.
– Молодец, – рука в перчатке взъерошила розовые волосы. – Спасибо.
– Сенпай, – донеслось приглушённо, – долго меня держали?
Седовласый джонин неловко покосился на куноичи и та, понимающе кивнув, аккуратно приподняла русую голову, перекладывая её со своих коленей на свёрнутый плащ. Некоторые разговоры могут иметь высокий уровень секретности. Что ж поделать.
Забрав дрова у извинившегося мужчины, она принялась разводить костёр, пока парочка за её спиной перешёптывалась, обсуждая сорванную операцию. К тому моменту, как начинала закипать каша, разваренная из собранных в дорогу онигири, появился Генма.
– Это нам? – изогнув бровь, настороженно протянул джонин.
– Пациенту, – пояснила, фыркнув, девушка. – Но если вы любите жидковатую кашу на воде без соли и сахара, то могу оставить и вам, капитан.
– Спасибо, я ценю твою заботу, Харуно, – ухмыльнулся брюнет, вытаскивая из-за пазухи парочку кроликов. – Но я предпочту это. Хатаке, в две руки. Поможешь?
Готовая к употреблению белая масса переместилась в дорожную плошку, остывая. И пока Сакура аккуратно дула на ложку, остужая каждую порцию, мужчины успели распотрошить несчастных млекопитающих и закинуть их в котелок. Тензо же, медленно (у несчастного только несколько часов назад срослась сломанная челюсть) поглощал пресную кашу. Тарелка совсем опустела, когда розоволосую позвали ”к столу”.
Мясо было пресноватым, но пряные травы, что Генма собрал по пути к привалу, придавали ему приятное послевкусие. Только сейчас, вот так вот сидя у костра, Сакура поняла, как сильно она устала. Темнота вокруг, разгоняемая алыми всполохами, убаюкивала. Однако, каждый шиноби знал, что это было ложное, преждевременное спокойствие. По пути домой надо быть вдвойне внимательным, позволяя себе выдохнуть только после того, как пересечешь ворота селения.
Тензо за спиной уже начал посапывать – уставший оперативник, подлеченный и накормленный, наверное, впервые после плена и многочисленных допросов, получил шанс нормально поспать. Сакура же, взяв кружку, потянулась к чайнику. В дороге маття всегда выходил неказистым, но именно его было удобно заваривать – порошок проще взять с собой, в отличии от хрупких листочков сенчи или улуна.
Горьковатый привкус взбодрил, оседая на языке. Девушка удовлетворённо сделала первый глоток, грея руки о поверхность кружки – после заката солнца ощущалась прохлада.
– Ну, – прервал молчание Хатаке, – что делали пока меня не было?
В голосе сенсея, тщательно замаскированное, скользило напряжение. Первым ответил Ширануи, демонстративно фыркая.
– Я могу показать тебе отчет, как закончу документы дома, если ты такой мнительный, – карий взгляд скрестился с серым. – И не смотри на меня так, Хатаке. Я никого ничего не заставлял делать.
– Всё в порядке, Сенсей, – немного неловко улыбнулась девушка, догадываясь, отчего её учитель так вглядывается в её лицо. – Я просто отвлекала внимание.
Хатаке скрестил руки на груди, переводя свой взгляд с брюнета на розоволосую.
– Да за кого ты меня принимаешь? – изогнул бровь Генма. – Ничего неприличного я не приказывал.
– Тогда что это было на пристани? – седоволосый повторил выражение лица коллеги.
– О чём ты? – брюнет демонстративно хлебнул чая. – Нас просто провожала делегация Мизукаге с охраной.
Сакура же, поняв о чём идёт речь, поёжилась. Сложно было не заметить взгляды, что кидал в её сторону Чоуджуро, стоящий по правую сторону от Теруми Мей. Харуно же лишь улыбнулась ему на прощание, взвалив себе на плечо раненого Тензо.
– Сакура, – настойчиво произнёс Хатаке, смотря прямо в зелёные глаза.
Девушка, не желая делиться произошедшим, прикусила нижнюю губу. Оставалось надеяться, что Генма сдержит слово и никому ничего не скажет. Она решила остановиться на полуправде.
– Мы просто проводили время вместе, – смутившись, прошептала она, отводя взгляд. – Бродили по Кири, он показывал мне город… немного поплавали в море.
Взъерошив свои серые волосы, Какаши вздохнул.
– Вот поэтому я не люблю это, – сквозь синюю маску было заметно, как скривился его рот. – Позади тебя всегда остаются люди, что смотрят вслед. А ты просто уходишь.
Вздрогнув, Сакура шмыгнула носом. В точку.
– Мы обсуждали это сотни раз, Какаши, – закатил глаза брюнет. – И тем более, несколько разговоров и один заплыв не создадут проблем никому. Перестань быть таким моралистом.
– Мы – шиноби, Генма, – тихо и как-то печально ответили ему. – И ты лучше моего знаешь, как могут привязаться одинокие люди.
А потом он отставил свою кружку и встал, привычным жестом растрепав Сакуре волосы.
– Идите спать, я дежурю первый.
Чувство стыда разъедало Харуно всю ночь, так и не дав нормально выспаться.
*
– Да чтоб эта селёдка рыжая подавилась! – стукнула кулаком по столу Цунаде. Дубовый элемент меблировки скрипнул, но выдержал недовольство хозяйки кабинета.
Четверо шиноби, выстроившись в ряд, к гордости своей, даже не вздрогнули. Разве что Сакура с трудом подавила желание втянуть голову в плечи.
– Ну ничего, – пробормотала блондинка себе под нос, просматривая отрисованные карты, заметки об ориентирах и выявленных деталях селения, скрытого в тумане. – Ничего-ничего. Мы пристроимся к этим рыбкам. Один из причалов будет моим, и на нём будет выгравирован символ Листа.
Отчёты, ещё не изученные, стопкой лежали на её столе. Поморщившись, она осмотрела ожидаемый объем работы и наклонилась, звеня чем-то под столом. На столешнице тут же оказалась чарка и бутылочка сливового вина.
– Свободны, – выверенным движением женщина наполнила тару. – Теперь я буду думать.
Развернувшись на пятках, Харуно почти покинула кабинет, когда её окликнули.
– И да, Сакура, – женщина, уже начавшая читать повести о днях в Кири, махнула ладонью. – Доделай Кота, раз начала. Шизуне, дай ей допуск к АНБУ. А теперь кыш-кыш.
Темноволосая, прихватив товарку под локоть, скорым шагом покинула помещение. Сакура и не запомнила момента, как ей оформили пропуск, вписали курируемого пациента и отправили регистрироваться в больницу. Като лично провела осмотр куноичи, не выявив никаких повреждений, кроме мелкой болячки на нижней губе.
После, немного смазанно, розоволосая проверила Тензо, откорректировав состав капельницы. Больше витаминов, меньше анальгетиков.
И вот, словно и не заметив вовсе как прошёл остаток дня, девушка сидит за столом, ковыряя палочками еду. Мама, что сейчас находились внизу, в семейной лавке, тепло поцеловала её в лоб, сказав, что ужин в холодильнике. Папа махнул рукой, спросив, что купить сладкого к чаю.
Ей дали время, оставив одну.
Кусочек лосося в кляре по какой-то причине горчил, вставая поперёк горла. В голову лезли образы людей, что она видела годы назад. Первые детские задания, слёзы, раны и разочарования. Светлые волосы Наруто, что всегда поддерживал, несмотря на свой дурацкий характер. Редкая, но такая дорогая улыбка Саске-куна, которую она берегла у сердца.
Она скучала. Именно сейчас ей так не хватало команды, способной прикрыть спину и подставить плечо. Сидя вот так, она чувствовала себя одиноко, глупо, жалко и мерзко.
Раздражённая, девушка вспомнила, что забыла даже отстегнуть пояс с оружием. Так и села за стол. С легким щелчком она отсоединила подсумки, вешая их на спинку стула. Один из мелких боковых отделов непривычно выпирал и, нахмурившись, куноичи нырнула в него пальцами, пытаясь вспомнить, что могла туда засунуть.
На ладони оказалась небольшая жемчужина, мягко отражавшая электрический свет.
Аккуратно положив перламутровый шарик на стол, Сакура шмыгнула носом и отодвинула тарелку.
Рыбу она сегодня есть точно не сможет.
========== Часть 6 ==========
– Да не расстраивайся ты, – блондинка наполнила чарку подруги сливовым вином. Её товарка шмыгнула носом. На лицах обеих девушек виднелся лёгкий алкогольный румянец. Разговаривать им приходилось тихо. В поместье Яманака уже почти все спали.
– Ты не понима-аешь, – протянула медик, размахивая кусочком креветки в кляре. Несчастное членистоногое уже было надкусано, так что выглядело это не очень угрожающе.
– Да что я там не понима-аю, – передразнила розоволосую подруга. – Меня на этот экзамен даже не выдвинули. Папа сказал, что, видите ли, маловато боевой практики. Это я то не боевая?
Стукнув по гладким доскам веранды, наследница клана ойкнула, встряхнув кистью. Она была неаккуратна и ушибла мизинец.
– Ты самая моя боевая подруга, – доверительно сообщила Сакура, отпивая вина, перекатывая терпкий вкус на языке. – Я бы тебе доверила свои тылы во время боя.
– Ой, иди знаешь куда, – отмахнулась светловолосая, наполняя теперь свою чарку. – Твои тылы мне сто лет не нужны. А на джонина тебе может полевое повышение дадут. Чего разнылась?
– Наставница столько в меня вложила, – с пьяным надрывом медик прижала руки к груди. – А я не прошла!
Яманака закатила глаза, снова пригубив вина.
– Сенджу-химе и в алкогольную инуст-идутр, – она моргнула, и потянулась за креветкой, – индустрию вложила. Что ж теперь?
– Наш семейный бизнес процветает, – кивнула Харуно, расправив плечи. Но потом снова сгорбилась. – Она столько саке у нас купила-а.. А я так и не отплатила..
– Сакура, – Ино драматично выдержала паузу и подняла вверх палец. Розоволосая сосредоточила на ней всё внимание, даже немного нахмурившись от усердия.
– Сакура, – повторилась блондинка, опуская с хлопком руку на своё колено. – Ты не должна ничего возвращать!
Медик непонимающе сморщила подбородок.
– Тебе не возвращать триста рьё?
– Нет! В смысле, да! – драматичный указательный палец вновь поднялся вверх. – В смысле, это другое.
Яманака снова разлила вино, пополняя опустевшую тару.
– Если тебе что-то сделали, плохое или хорошее, это не значит, что ты в долгу!
Двумя глотками выпив свой алкоголь, Сакура встряхнула головой.
– Да что ты сказать то хочешь?
Старательно хмуря брови, светловолосая куноичи потёрла переносицу.
– Пример! – поймав озарение, начала девушка. – Вот, допустим, признаются тебе в любви. А тебе этого не надо. Что ты сделаешь?
– Вежливо откажу? – неуверенно ответила розоволосая, озадаченно изучая решительные голубые глаза напротив.
– А будешь чувствовать себя виноватой? – продолжала собеседница.
– Немного? – в груди, укрытой бордовым ципао, что-то кольнуло. Будто на краю сознания промелькнуло давно забытое воспоминание, что побуждало это самое чувство.
– А не должна! – торжественно подытожила блондинка. – Я, после пары свиданий, не считаю, что должна отношения. Мы спокойно расходимся.
Пригубив ещё вина, Харуно надула губы, отчего-то не решаясь смотреть в голубые глаза подруги. Этот цвет заставлял её чувствовать себя неуверенно.
– Но им же может быть грустно, – пробурчала она. – Как ты с этим справляешься?
– Ну я же не влюбляю их в себя, – цыкнула собеседница, привычным жестом накручивая золотистый локон на палец. – Никаких сетиме-снимент-сентиментальных жестов и откровений. Только разговоры о погоде и какой-нибудь ерунде.
Сакуре показалось очень важным прояснить этот вопрос.
– А если это заставит их привязаться? – она разглядывала пальцы своих ног, которые казались особенно бледными в свете луны.
Ино шумно и протяжно выдохнула, распуская волосы. Длинные золотые локоны прикрыли плечи, на зависть подруге. Харуно, из-за своей слабости и уязвимости не могла себе такого позволить.
– Мы – шиноби, – Яманака взболтала глиняную бутылочку, с печалью замечая, что та опустела. – Нам положено быть непрису-ступными. Нам сложно привязываться.
Ослабив узел хитай-ате, розоволосая стянула повязку. Металл бликовал от слабого света. С тихим стуком медик откинулась на гладкие доски веранды, складывая руки за головой.
– А всё-таки?
Расслабленную позу повторили, заваливаясь рядом. В ночной тишине особенно чётко были слышны цикады.
– Тогда это красный флаг, лобастая, – блондинка вслепую ткнула товарку вбок. – С такими соца-социально неловкими утятами лучше не связываться.
– В смысле? – за уголком крыши виднелось бесконечное звёздное небо.
Ещё немного – и начнёт собираться предрассветный туман.
– Эти могут внушить себе, что ты та самая, и всё, – Яманака старалась звучать многозначительно, но зевок и путающийся язык портили всё впечатление. – Таким поможет только терапия.
Глаза слипались и у Сакуры. Она повернулась набок, подкладывая ладони под голову.
– Да ну, – уже совсем тихо звучал голос медика, – ерунда всё это…
Утренний туман накрыл девушек в тот момент, когда они обе сладко спали. Как и полагается туману – сделал он это бесшумно и эффективно.
Лишь роса осела на двух свернувшихся калачиком фигурах.
*
Несмотря на провальный экзамен, дел у розоволосой куноичи меньше не стало. Интенсивность тренировок же наоборот – увеличилась. Теперь ей приходилось постоянно отслеживать равномерный поток чакры, направленный в бьякуго. Неизвестно, сколько времени потребуется для того, чтобы печать накопила достаточно для активации, поэтому оставалось только усердно работать и ждать, когда это дойдёт до автоматизма.
Также усилилась медицинская практика. Девушка почти перестала выполнять задания вдали от селения, иногда отправляясь в крупные города в центре Страны Огня или навещая столицу. После расформирования седьмой команды, её часто прикрепляли в качестве медицинской поддержки к самым разным отрядам. Некоторые были знакомы – вроде её одноклассников. Кого-то она мельком встречала в госпитале. Прочие, как Тензо-сан, стали приятными знакомствами, что вежливо кивают на улице при случайной встрече.
Однако, несмотря на это, она всё-равно немного завидовала ребятам из своего выпуска. Даже получив повышение, они оставались командами, вместе тренируясь или просто встречаясь в свободное время.
У Сакуры такой роскоши не было. Даже Какаши-сенсея видела она редко, больше случайно, когда их сводили задания. Изначально очень закрытый, он не искал встречи, хоть и не отталкивал специально. Он мог улыбнуться, спросить как дела, но после – всегда уходил.
Харуно относилась к этому с пониманием, хоть порой и становилось немного грустно.
Она была одна. Без команды.
Глупо наверно было ждать, что кто-то будет цепляться за неё также, как когда-то давно она цеплялась за других.
Хотя, иногда девушка позволяла мечтать себе о человеке с вороными волосами, что возвращался именно к ней. О тонкой, почти незаметной, улыбке, небольших ямочках на бледных щеках и протянутой руке. Она бы простила его за все. Обратилась всем своим существом, отдавая всё что у неё есть…
Любить человека на расстоянии оказалось так просто.
И очень больно.
*
Отмечать в охране Хокаге АНБУ с маской кота – стало маленькой привычкой для розоволосой. Тот, само-собой, никак на её присутствие не реагировал. Однако, девушка всё-равно не могла сдержать дружелюбной улыбки.
В этот раз, когда Цунаде вызвала ученицу к себе в кабинет, он тоже был рядом.
Помимо неё в помещении находилось три джонина. Двоих из них она знала. Девушку с иссиня-тёмными волосами видела первый раз в жизни.
– Ну что же, – по лицу Сенджу расплывалось трудно сдерживаемое торжество. – У нас есть неплохой шанс утереть нос рыжей селёдке.
Сакура моргнула, не сразу понимая о чём идёт речь. Однако это и не понадобилось, Наставница была рада сразу же пояснить. Подозвав к себе Генму, она протянула ему папку, видимо, с содержанием миссии.
– На территории дождя видели нукенина, подобравшего Нуибари, – она переплела пальцы рук и водрузила на них подбородок. – Судя по докладам разведки, неизвестный – посредственный мастер кендзюцу. Он даже не до конца понимает, что именно использует для грабежа случайных торговцев.
Немного скосив глаза, куноичи заметила наброски угловатого профиля. Смуглый мужчина со шрамом на подбородке и тонким длинным мечом в руках.
– Ширануи, – продолжала тем временем блондинка, – твоя задача, как капитана, сделать всё, чтобы эта железка лежала у меня на столе. Не думаю, что возникнут проблемы с этим любителем, но команду видишь сам.
Старшая сестра Кибы еле слышно фыркнула. Оба её нинкена заворчали.
Харуно же с большим интересом изучала катану и танто, что располагались на спине незвестной куноичи. Судя по всему, в этот раз с ними направили мастера кендзюцу. Что было логично, ведь основной частью задания была боевая реликвия селения, боготворившего своих мечников.
– Так точно, – перекинув сенбон из одного уголка рта в другой, подытожил мужчина. Оглянувшись, он скользнул взглядом по трём девушкам, капитаном которых его назначили на ближайшие несколько дней. Цыкнув, брюнет покрепче перехватил папку и задумчиво глянул на часы, что висели над дверью.
– Вопросы? – нетерпеливо уточнила женщина, покачивая ногой под столом.
– Никак нет, – также кратко ответил джонин.
– Тогда свободны, – махнула рукой женщина. – Сакура, останься.
С лёгким чувством неловкости девушка следила, как её будующая команда освобождает помещение. Проходя мимо, Ширануи кратко сообщил, что будет ждать её на сборе через три часа в пятой переговорной четвёртого блока. Получив в ответ кивок, мужчина удалился последним.
– Я знаю, что ты переживаешь из-за экзамена, – без предисловия сразу начала Сенджу. – Поэтому даю тебе возможность полевого опыта, которого не хватило. Следи за старшими товарищами и бери пример. Не каждому новичку везет на такие выходы.
Юная медик сглотнула, изо всех сил стараясь не поджимать губы.
– Я не давлю на тебя, – женщина потянулась за какими-то документами, – но постарайся не застывать на месте. Скоро времени на раскачку не останется.
Перебрав листы, блондинка разгладила свиток, что всё норовил скрутиться.
– Удачи, девочка моя, – неожиданно мягко прозвучало из уст старшей женщины, но потом, почти сразу, в голос вернулись стальные нотки, больше подходящие правительнице селения. – Свободна.
Кратко поклонившись, как и полагается по уставу, девушка на негнущихся ногах вышла из кабинета. В коридоре, игнорируя снующих туда-сюда чунинов, она привалилась к стене, прижимая руку к беспорядочно бьющемуся сердцу.
“Подвела,” – билось у нее меж ребрами. – “Подвела-подвела-подвела.”
Сжав зубы, она постаралась выпрямиться. До хруста в позвоночнике. До боли в шее.
Цунаде-сама добра и даже немного сентиментальна. Именно поэтому розоволосой полагается трудиться в два раза больше, чем кому-либо.
Потому что просто стараться – недостаточно.
Она сделает всё, чтобы оправдать доверие женщины, что оказалась единственной, кто поделился с ней своими техниками и секретами.
*
– На пять часов, три километра в пролесок, – выходя из состояния полной сосредоточенности обозначила расположение цели Хана. Русоволосая девушка обвела на карте окружность, в пределах которой лежал ключ к завершению специального задания.
Генма, поигрывающий кунаем с обездвиживающей печатью, задумчиво прищурился.
Югао-сан, а именно так звали темноволосую женщину с мечом, положила ладонь на оплетённую гарду.
Сакура почувствовала, как внутри разгорается предвкушающий трепет – смесь страха, адреналина и боевого возбуждения. Розоволосая очень надеялась, что никто из отряда не заметит, как подрагивают её пальцы, затянутые в плотные кожаные перчатки.
– Стандартное построение, – наконец обозначил капитан. – Югао, при виде цели атакуешь первая, мы прикрываем и вмешиваемся при необходимости. Харуно…
Куноичи напряглась, вся обращаясь во внимание.
– … как медик, держишься позади. Береги чакру для лечения. Если нукенин выживет, то обрежешь ему связки, чтобы не мог шевелиться, и подтянешь до минимума, необходимого для жизнедеятельности. Он нам может пригодиться.
Перебарывая предвкушающий тремор, девушка кивнула. У неё давненько не было серьезных заданий и, против её воли, волнение захватывало каждую клеточку тела.
Наводка Инудзука вывела их к укреплённому схрону, обложенному печатями сокрытия. Харуно почти успела расслабиться, как всё полетело к чертям. Разведка ошиблась. Торговцев грабил не нукенин, а целый отряд, сбившийся из беглецов сопряжённых селений.
Перед тем, как рвануть в атаку, Сакура услышала, как грязно выругался Ширануи, вытаскивая из-за пазухи стопку с печатями. Эффект неожиданности дал врагам кратковременное преимущество. Однако, этого хватило, чтобы разделить четвёрку из Листа.
Сакура отчаянно пыталась прорваться к кому-нибудь из команды, как ирьёнин, она была обязана быть рядом. Но ей не давали и шанса. Судя по смешкам окруживших её ниндзя, те даже не старались пойти в полноценную атаку, лишь удерживая подальше от отряда. Забавляясь с одинокой девчонкой. Десять против одной – очевидное преимущество. Перебарывая панику, куноичи сейчас тратила все силы, чтобы не дать себя обездвижить. Ей повезло пробить защиту одного из атакующих, размозжив голову ударом кулака, пропитанного чакрой.
– С-сука, – прошипел шиноби с цуруги{?}[Прямой обоюдоострый меч, распространённый в Японии до X века] в руке. Судя по маслянистым разводам, его клинок был обработан каким-то веществом.
Огромной ошибкой было упустить из вида этого противника, переключаясь на оживившегося блондина, которому почти удалось раздробить молотом её колено. Бедро обожгло, разрезая мышцы. Больше рефлекторно, чем осознанно, девушка пустила чакру по кровеносным сосудам, выискивая яд. Находясь посередине схватки и пребывая на грани полного чакроистощения, её сил хватило лишь на то, чтобы остановить его распространение. Токсичное вещество застыло у кромки ранения. От дальнейших попыток анализа девушку отвлёк удар поддых, заставивший согнуться пополам.
Мужчина с её кровью на своём мече ухмыльнулся, смотря как его товарищ наступает на голову пытающейся подняться куноичи.
– Не повреди её личико, – протянул он, приближаясь. – Я хочу сам испачкать его попоз…
Договорить нукенин не успел. Сакура, с распахнутыми от удивления глазами, будто в замедленной съемке, смотрела как его торс буквально ломается пополам смазанным металлическим росчерком. Кровь хлынула, пачкая всё вокруг. Преступный отряд затих.
Шмыгнув окровавленным носом, она узнала смесь серого и голубого. Человек, сжимающий разделённый на две части Хирамекарей выглядел непривычно сосредоточенно. Лицо, как каменная маска, было бесстрастно.
– Чоуджуро-сан? – тихо-тихо выдохнула она.
А потом поляна окрасилась в красный.
========== Часть 7 ==========
“Он не просто поддавался во время нашего спарринга,” – как-то отстранённо мелькнуло в голове Сакуры, когда она следила за серо-голубыми всполохами на поляне. – “Он вообще не старался.”
То, с какой лёгкостью джонин Кири орудовал своим огромным оружием не могло не вызывать восхищения. Особенно если учитывать то, что поднимал он меч на чистой мышечной силе, вливая чакру в массивные обтекаемые клинки. Бирюзовое свечение то извивалось, то взрывалось, то уплотнялось, следуя за каждым взмахом, словно смычок кокю{?}[Традиционный японский трёхструнный смычковый музыкальный инструмент.] за рукой музыканта.
Если бы не собственные ранения и изнывающее жжение яда, который, с имеющимися остатками сил, так и не получилось вывести, Сакура бы даже полюбовалась. Её эмоциональные качели прервала рука, болезненно схватившая за встрёпанные розовые волосы.
– Эй, если дёр.. – нукенин не договорил. С лёгким свистом меч промелькнул у её левого виска, снося ему голову. Тело с гулким стуком упало на сухую почву.
– Прошу прощения, Сакура-сан, – тихий голос звучал странно среди этой кровавой бани. – Мне неудобно на вас отвлекаться. Постарайтесь держаться покрепче.
Непонятно каким образом оказавшись рядом с ней, юноша подхватил девушку, прижимая её к себе животом. Руки автоматически сцепились за его шеей, а ноги, что он сам ей приподнял, стараясь не задевать кровоточащую рану, скрестились за поясницей.
