Текст книги "Withering Away (ЛП)"

Автор книги: GalaxyThreads

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Вдох. Выдох. Вдох… В лёгких что-то резко хлюпало. Это не сулило ничего хорошего.

Да. Ещё он чувствовал, как скребут под кожей рёбра, и это, вообще-то, ужасно. Локи медленно дышал, стараясь не корчиться, и попытался сесть. Такой сильной боли он не чувствовал уже довольно давно.

Будь проклято оружие Проксимы, а ещё его собственная неспособность увернуться.

Что он вообще хотел… Точно. Тор. Глупые мидгардцы потеряли его брата, но он до сих пор не знал, как. Скотт Лэнг из-за паники не слишком щедро делился информацией.

Они его потеряли.

Локи почувствовал резкий обрыв связывающего их ментального канала, но предположил, что всё дело исключительно в том, что Тора отправили назад во времени при помощи их странного устройства. Но, очевидно, это не так.

Предмет, который Тор надел ему на руку на «Властителе», отсутствовал. Видимо, его забрал Брюс, когда срезал с него рубашку. Наверняка они использовали его для прыжков по таймлайну.

Локи хотелось изучить эту штуку, но сейчас это не имело никакого значения.

Тор. Тор всё ещё… Что заставило его подумать, что можно отпускать брата одного? Он знал, он знал: что бы там не собрали мидгардцы, оно обязательно будет ненадёжным. Это заложено в их природе. С их примитивными инструментами и без Камня Времени они были обречены в какой-то момент совершить ошибку, поэтому с его стороны было наивно и глупо считать, что они могут справиться.

А теперь они потеряли его брата.

Он обязательно убьёт их, но сначала нужно разобраться, как всё исправить.

Локи заставил себя успокоиться и выровнять дыхание. Проклятое тело! Битва должна была закончиться совсем не так. Выжившие асгардцы должны были уйти вместе с Тором, и тогда он бы смог выторговать у Мастера их жизни в обмен на свою. Вот и всё.

Вместо этого Тор опять вытворил самоотверженную глупость и отправил его позаботиться о народе. А ведь Локи изначально сомневался, что с ним у них будет больше шансов выжить. Теперь же почти все из тех, кто владеет сейдом, мертвы, Тор пропал, а он оказался втянутым в нечто такое, что совершенно не понимает.

Он должен встать.

Он должен найти Тора.

Локи до боли прикусил губу и попытался дотянуться до кровати, но рука соскользнула, и он ударился об неё головой. Когда мир на секунду померк, он поморщился и сжал губы.

Вставай, вставай, вставай…

Ещё одна попытка принесла примерно такие же плоды, и Локи разочарованно вздохнул. Хорошо хоть никто не видит его слабость, хотя это и не важно. Если он сможет встать на ноги, то станет проще вытащить жалкую задницу Тора, в эпицентр какой бы катастрофы он опять не влез. И тогда его брат будет в безопасности.

Живой.

Танос не будет близок к тому, чтобы…

Хватит. Тор жив, он почти в порядке, и… Локи совершенно не представляет себе, где он. Мидгардцы взялись прыгать по таймлайну без Камня Времени, и это может иметь катастрофические последствия. Тора может даже разорвать по дороге домой.

Локи зашипел сквозь зубы, опустил голову к груди и прижал правую руку к рёбрам. Энергия его сейда была так же истощена, как и он сам, но он собрал последние силы, чтобы вернуть кости на место. Он не надеялся, что сможет достаточно быстро исцелиться сам, ведь его регенерация стала совсем ужасной после Свартальфхейма, а, быть может, и раньше.

Он зажмурился и очень сильно прикусил губу, пытаясь сдержать болезненный стон. Столь быстрое исцеление используется как форма пытки, а теперь он применяет её к самому себе. Конечно, с ним бывало и хуже, но всё равно ничего приятного.

Локи почувствовал, как по венам течёт холод, и чуть не упал, когда его начало тошнить кровью.

Под кожей всё отвратительно двигается и скребётся. Рука. Это его рука или ещё чья-то? Пять пальцев или шесть? Это…? Стоп. Стоп, стоп, стоп. Сейчас не время. Он не собирается отступать, когда есть столь неотложные дела. Хотя у него, как всегда, и выбора-то не было.

Он решительно отбросил воспоминания, чтобы подумать о них как-нибудь в другой раз.

Наконец кости соединились с лёгким щелчком. Взгляд Локи расплылся, но он сдержал крик, прикусив язык; во рту чувствовался привкус крови. Его дыхание было неровным, и его душили странные мидгардские запахи.

Они вообще знают, сколь много распространяют запахов?

Так можно заставить кого-то задохнуться, причём совершенно не напрягаясь.

Локи вновь направил свой сейд по грудной клетке и поморщился, когда почувствовал оставшиеся трещины в рёбрах. Зато кости срастались. Было трудно дышать, но ведь становилось лучше, и этого вполне достаточно.

Со своими руками он уже сделал всё что мог, пока они беседовали с Тором (Норны, это было менее полутора часов назад, но кажется, что прошли годы. А ведь два часа назад он вообще был на «Властителе»). Но вот его плечо… С ним всё иначе. Его кожа и мышцы переносили ожоги намного хуже, чем какие-либо другие травмы, и, учитывая его истинное происхождение, это было весьма печально.

Локи вновь потряс головой.

Да уж, сосредоточиться сегодня совсем не получается.

Внезапно сейд прекратил окутывать его травмы, и Локи отпустил руку, облегчённо переводя дух. Магия сделала всё, что могла, теперь нужно было ждать, пока тело примет лечение. Но, возможно, ему придётся провести несколько часов, борясь с тошнотой и раздирая кожу из-за очень неприятных ощущений. Тут всегда пятьдесят на пятьдесят, и это – ещё одна причина, почему мадам Эйр не рекомендовала ему использовать такой метод, когда он у неё учился.

Эйр.

Она была на «Властителе», и Локи не знал, осталась ли она там, когда Валькирия ушла с теми, кто не мог сражаться. Она могла до сих пор находиться на корабле, чтобы принять ту судьбу, что уготовил ей Мастер, или же скрываться с беженцами. Лично он очень надеялся на последнее.

Но сейчас это не важно.

Медленно и осторожно Локи приподнялся, опираясь на кровать. Он почувствовал покалывание во всём теле, а потом нервы разблокировались, и стало очень некомфортно; он прикусил губу и зажмурился.

Дыши.

Локи осторожно потёр левое плечо прямо под местом ранения. Вдруг у него внутри всё скрутило, так как он понял, что его шрамы на виду. Он так хорошо скрывал их с самого две тысячи двенадцатого, но нынешние события всё-таки заставили его совершить ошибку.

Жалкий дурак.

Он выдохнул сквозь зубы и мысленно взмолился, чтобы Тору не потребовалась его помощь с уничтожением дракона или ещё чем-либо столь масштабным. Его сейд на исходе, как и силы, но он не оставит брата, где бы там мидгардцы не «потеряли» его.

Локи тряхнул головой, убрал налипшие на лицо волосы и поморщился, осознав, насколько это отвратительно. Потом достал из своего магического тайника запасной комплект кожаной одежды. Почти все вещи, которые он привык вызывать и использовать, находились в Асгарде, так что после Суртура доступа к ним больше не было. Единственная броня, которая у него оставалась, была с Сакаара, но она не выжила в битве с Чёрным Орденом.

Он разгладил на себе одежду и поправил так, чтобы она не впивалась в повязку на левом плече.

Ему очень хотелось лечь и уснуть.

Внезапно открылась дверь, и Локи вскинул голову, чувствуя, как в кровь выбросился адреналин. Но особенной необходимости в этом не было, так как в комнату вошёл Капитан. Его лицо было измученным, светлые волосы спутанными, но голубые глаза быстро осматривали комнату. Когда он заметил Локи, то заметно расслабился.

Он открыл было рот, но терпение Локи иссякло. Не было времени на любезности.

– Что вы сделали с моим братом? – получилось слишком резко, но его это мало заботило.

Мужчина сжал зубы, помолчал секунду, а потом ответил:

– Ничего.

Ха.

Локи приподнял бровь, стараясь не показывать растущее разочарование.

– Ты, возможно, считаешь меня недалёким или глухим, капитан? – мрачно поинтересовался Локи. – Я слышал, что сказал Скотт Лэнг, поэтому я ещё раз тебя спрашиваю: что вы сделали с моим братом, капитан?

Роджерса немного передёрнуло, он сжал губы, а потом с некоторым усилием проговорил:

– Как много Тор рассказал тебе о том, что мы делаем?

Совершенно недостаточно, но этого стоило ожидать от его брата. Блондин, к сожалению, умеет выражаться крайне расплывчато. Рука Локи дрогнула, но он не стал радовать Мстителей и делиться тем, что сразу пришло ему в голову. Вместо этого он уверенно ответил:

– Достаточно. Вы собираете Камни, да?

Роджерс легонько кивнул; было заметно, что ему катастрофически некомфортно. Во имя Норн, Локи ведь не кусается.

– Отлично, значит, суть ты знаешь. Ты нам поможешь, – заявил капитан.

Локи приподнял брови и с трудом сдержал смех.

– Я?

Роджерс запнулся, но продолжил:

– Поскольку это связано с Асгардом. Тор отправился туда за Эфиром, но наш метод перемещения… подвёл. Если только мы не отправимся за ними лично, вот в чём дело. Мы понятия не имеем, где их искать в Асгарде.

– Вот в чём дело.

Они понятия не имеют, что делают.

Они потеряли его брата в складках времени.

Возможно, быстрая смерть будет слишком милосердной для них.

– И что я должен с этим сделать? – резко спросил Локи. Он переступил с ноги на ногу, стараясь не показать этого. – Если вы надеетесь, что я могу дать вам с собой карту, то вы обратились не по адресу. Предполагаю, что за последние годы ничего не изменилось, и Асгард представляет собой сверхновую.

– Нам нужен проводник, а не карта, – торопливо пояснил Роджерс, – а ты единственный, кто есть поблизости и может помочь.

У Локи едва не отвисла челюсть.

Чего?

Они… Чего?

Локи стукнул правым кулаком о левую ладонь.

– Проводник, – повторил он несколько более сконфуженно, чем ему хотелось бы. – Вы хотите, чтобы я провёл вас по Асгарду, вы нашли Тора, а потом…?

– Тони работает над созданием новых хроно… – Роджерс осёкся и перевёл дух, словно осознав, что он либо раскроет слишком много информации, либо его просто не поймут. Причём, скорее всего, первое. – Нового способа перемещения во времени, – поправился капитан. – Мы передадим его им, и тогда, как мы надеемся, всё должно заработать.

Локи едва сдержал смех.

– Я должен поставить на кон свою жизнь и жизнь моего брата, и всё из-за вашего «надеемся»?

Он не идиот. Он знает, к чему приводит «надеемся» на поле боя.

Роджерс замялся, открыл рот, чтобы что-то сказать, но сразу же закрыл. После нескольких секунд молчания он жёстко проговорил:

– Ты нам поможешь, иначе мы оставим тебя здесь наедине с Небулой.

Локи весь сжался, чувствуя, как лицо омрачает гримаса ужаса. Нет. Нет. Он лучше отгрызёт себе руку, чем… Роджерс не может… Мидгардцы. Конечно он говорит серьёзно. Как невежественно. В следующий раз, когда Локи окажется в одной комнате с этой садисткой, в живых останется кто-то один.

И это точно не она.

Мой отец хочет с тобой пообщаться, Маленький Король.

У него внутри всё скрутило, и он смерил Роджерса ожесточившимся взглядом. Капитан не отступил, но напрягся, стремясь продемонстрировать серьёзность своих слов. Локи нахмурился и прикусил губу.

– Ладно, – натянуто проговорил он. – Что я должен сделать?

Роджерс на секунду прикрыл глаза, явно испытывая облегчение, потом подобрался и ответил:

– Нам нужно знать, где в момент вторжения будет доктор Фостер. Тор и Ракета должны быть там, но мы не знаем, как туда попасть.

Стоит признать: он тоже понятия не имеет, где в этот момент находилась доктор Фостер. Подробности о смерти своей матери ему приходилось узнавать из сплетен, потому что, будучи Одином, он не мог подойти к кому-то и спросить. Один был там, а вот Локи не было.

Хотя, если его мать убили во время схватки за Эфир… похоже, доктор Фостер была с ней, причём, скорее всего, поблизости. Локи предположил, что она могла быть в гостевой комнате личных покоев королевы или в одной из её собственных комнат. Но, тем не менее, мисс Фостер также могла находиться совсем в другом месте.

Вообще-то, это не должно быть проблемой, ведь он владеет поисковыми заклинаниями. Они выручат, если что-то пойдёт не по плану, так что о чём тут беспокоиться? Они ищут не Джейн, а Тора. Локи сможет найти его магическую ауру в любой точке дворца. Он делал это сотни раз, это элементарная задача; что хорошо, так как что-то посерьёзнее он вряд ли осилит.

– Когда мы должны уходить? – спросил Локи и облизнул потрескавшиеся губы.

– Как можно скорее, – ответил Роджерс, перехватывая щит поудобнее.

Локи кивнул и постарался выпрямиться. Судя по тому, как прищурился капитан, вышло не очень убедительно. Локи отвёл взгляд.

Роджерс перевёл дух и кивнул на коридор:

– Сюда.

Прогулка до пункта назначения прошла в полном молчании, и это было очень хорошо. Когда они пришли, Локи постарался оглядеться получше. Он заметил мидгардские машины, припаркованные в углу помещения, а остальное пространство явно было расчищено в спешке. Платформа немного возвышалась над полом, и теперь, когда у Локи не расплывалась картинка перед глазами, устройство казалось чуть более надёжным.

Однако в дальнем углу он заметил небрежно убранное красное пятно.

Кровь.

Его.

Эта картина вызвала воспоминания, о которых он предпочёл бы сейчас не думать; он взял себя в руки, вцепившись ногтями в ладони. Старк и Брюс стояли перед экранами, оживлённо переговариваясь и глядя на уравнения Схождения. Причём его вторая половина была неверной. Они не туда поставили запятую, а корень начинался раньше, чем нужно.

Но всё же оно было очень похоже на правильное, и Локи это немного впечатлило, хотя он не очень хотел в этом признаваться.

Старк многозначительно оглядел его с головы до ног, а потом отвернулся, но сразу же встретился со взглядом Роджерса. Когда капитан приблизился к нему, он тяжело вздохнул.

– Есть прогресс? – спросил капитан.

Локи отвёл взгляд. Прогресс? Это что, у Старка и Брюса нет способа, как совершить успешное перемещение во времени?

Чудесно.

Вот так они потеряли Тора. Их невежество и заносчивость привели к исчезновению его брата, и Локи хотел бы…

– Не совсем, – признался Старк. – Пятница пытается раздобыть заметки доктора Фостер о Схождении, но получается не очень. Похоже, она их не публиковала, причём наверняка по просьбе Тора. Вот наше исправленное уравнение, но оно по-прежнему не работает.

Старк перевёл дух и горько улыбнулся.

– Теперь мы можем доставить домой руку и ногу, а это уже кое-что, – добавил он.

На лице капитана отражались примерно те же чувства, что испытывал Локи.

– Это весь ваш прогресс? – спросил он, скривившись.

– До этого было лишь несколько ногтей и палец, – вставил Брюс, а потом поднял глаза от экрана. Локи постарался не дёргаться, когда он перевёл на него озадаченный взгляд.

Мужчина отложил блокнот и ручку, после чего приблизился и встал перед ним. Локи не дрогнул, но посмотреть ему в глаза не решился.

– Ты всё ещё бледноват, – мягко проговорил Брюс. Бледноват? – Сядь, – он указал рукой на платформу, и Локи подавил желание закатить глаза.

Он не ребёнок, он может сам о себе позаботиться. Локи покачал головой, но, тем не менее, сделал то, о чём его попросили. Старк, кажется, был немного смущён этим, но не стал ничего говорить.

– Есть места, где болит сильнее, чем везде? – спросил Брюс.

– Нет, – процедил Локи.

Ему очень хотелось, чтобы Брюс прекратил притворяться. Они общаются исключительно в связи со стечением обстоятельств. Локи – всего лишь ещё один пациент. Ещё одно тело, которое нужно вылечить.

Беннер, очевидно, ему не поверил и хотел возразить, но тут его позвал Старк, и мужчина, скрывающий в себе монстра, отошёл. Оказавшись вне поля его зрения, Локи с облегчением выдохнул.

Старк и Брюс принялись активно обсуждать уравнение и то, как им перепрограммировать свои устройства, но у них явно не было существенного прогресса. Они ходили кругами более двух минут, после чего Локи решил, что быстро они точно ничего не сделают. Эти люди мало изучали звёзды. Тор изучал, и это была одна из немногих вещей, где их интересы пересекались. Локи безучастно заявил:

– Ваше уравнение неверно.

Все дружно повернулись к нему. Старк терпеливо перевёл дух и посмотрел на него так, словно Локи был капризным ребёнком, с которым ему не очень хотелось иметь дело. Брюс же уронил карандаш.

– Ты ещё и астрофизик? – с сомнением спросил он.

– Кто? – переспросил Локи, потом выпрямился и покачал головой. – Вы имеете в виду того, кто изучает звёзды?

– Скорее, физику космоса, – вставил Старк. – Хотя, не важно.

А. Точно. Он так долго не был собой и скрывался под личиной собственного отца, что почти забыл, каково это, когда люди сомневаются в каждом твоём слове. Тор на «Властителе» прислушивался к его советам, а с другими гражданами он не общался, так как был слишком занят помощью целителям.

Но всё-таки это раздражает. Он тысячелетиями копил знания, и, поскольку в Асгарде он не делал больше ничего полезного, этих знаний набралось очень много. Если бы Асгард ещё существовал, он бы призвал сюда те книги, о которых ему известно, и обрушил их на головы этим людям.

Эта мысль радовала его больше, чем должна была.

– Во имя Норнов, – выдохнул Локи, закатив глаза. – Я вырос в Асгарде, и Схождение там изучается так же, как ваши дети изучают процесс выработки растениями сахара. Фото… сизис, или как его там.

– Синтез, – вставил Роджерс.

Какая разница. Локи отмахнулся.

– Не важно. Так. Вот, – он указал на вторую половину уравнения. – Эта часть описывает процесс появления… (как они её называют?) чёрной дыры. Она используется в настройках Биврёста. Вы пытаетесь понять, почему миры выстраиваются в одну линию, а это чем-то похоже на… разрастающуюся гибнущую звезду.

Никого это не убедило, и Локи хотелось рвать на себе волосы. Но он перевёл дух и схватил со стола Брюса блокнот и карандаш.

– Смотрите. То, что мы зовём Иггдрасилем – это орбиты планет, движущихся вокруг чёрной дыры в центре нашей Галактики. Во время Схождения планеты выстраиваются в одну линию и начинают мешать друг другу. Сила сейда, связывающего эти миры, вырывается в виде «порталов», и благодаря этому не происходит взрывов или разрушений.

Локи показал троим мужчинам набросок Иггдрасиля.

– Когда пик Схождения проходит, миры перестают взаимодействовать, и всё заканчивается. Вот это те основы, которые учат в Асгарде все дети.

Он вновь забрал блокнот и продолжил писать в углу.

– Уравнение для описания этого процесса, которое вы пытаетесь найти, выглядит так, – Локи быстро набросал вереницу комплексных чисел. – Но это совершенно не то. На самом деле вам нужно знать расположение Земли относительно чёрной дыры, чтобы прыгнуть сквозь червоточину в нужную точку пространства-времени, которая, учитывая год, находится где-то в этих пределах.

Локи бросил свои записи на стол, и все трое молча уставились на него. Роджерс пытался не таращиться слишком потрясённо, Старк был близок к этому, а брови Брюса грозили вот-вот улететь с его лица.

– Это основы теории относительности сейда, – смущённо отмахнулся Локи.

Он должен был всё это знать, чтобы самостоятельно перемещаться между мирами. Не теми путями, что были созданы до него. Он… он что, сделал что-то не так? Непонятно. Почему они молчат?

Старк громко скрипнул зубами, взял блокнот, внимательно изучил записи, а потом поднял взгляд на Локи.

– Обалдеть, Тор сильно недооценивал твои мозги, – выдохнул он. – Поверить не могу, что ты только что расписал масштабную модель Галактики с грёбанной чёрной дырой. Потрясающе.

Локи удивлённо посмотрел на него.

– Брюс, – обратился Старк к своему компаньону, – начинай забивать это. Я пока подготовлю тестовые алгоритмы, прогоним всё вперёд, назад и вообще по-всякому, чтобы точно всё проверить. Чтобы всё действительно заработало. Никаких ошибок. Мы вернём их. И Эфир. Любой ценой.

Роджерс кивнул и тихо повторил последние два слова. Потом обернулся к ним:

– Нужно предупредить Клинта, что мы готовимся уйти; нам нужно действовать как можно быстрее.

Локи до боли сжал кулаки.

Соколиный глаз.

Он не рассчитывал, что ему придётся работать с этим человеком. Возможно, он был слишком оптимистичен, думая, что им почти не придётся встречаться. Хотелось бы не делать этого как можно дольше.

Через двадцать минут, во время которых Бартон полностью игнорировал факт его существования (хотя он и не хотел внимания), Локи стоял на платформе с ним и капитаном, и у каждого на правой руке были намотаны эти устройства.

Пока Брюс что-то забивал в компьютер, Старк давал Роджерсу последние наставления:

– У нас недостаточно частиц Пима, чтобы делать больше одного захода, даже учитывая те, что Скотт спёр из его лаборатории в Нью-Йорке. Так что включить заднюю не получится, понимаешь? – спросил Старк. Он старался говорить беззаботным тоном, но было понятно, что ему совершенно не смешно.

– Я понял, – заверил Роджерс. – Сделаем всё за один раз.

Они должны были так сделать ещё в прошлый раз.

Старк потрепал капитана по плечу, бросил взгляд на Локи, а потом взволнованно посмотрел на Бартона.

– Возвращайся, или я тебя прибью, – заявил он лучнику.

– Спасибо, Тони, – натянуто хохотнул тот.

Старк поднял большой палец вверх, и его лицо стало совсем напряжённым.

– Удачи, ребята, увидимся через пару минут.

После этого они прикоснулись к устройствам на руках. Локи почувствовал жёсткий рывок, и его потащило сквозь время.

========== Часть 11 ==========

– Ты стучать разучился? – спросил Ракета, стоявший слева от него. – Ты уже столько тут стоишь, что становится не по себе.

Тор раздражённо посмотрел на енота и заставил себя перевести дух. Они прибыли в Асгард чуть более двадцати минут назад, проникли на территорию дворца и безо всяких проблем нашли покои Джейн. Теперь же они стояли прямо перед её дверью, и Тор пытался собрать всё своё мужество, чтобы постучаться.

Постучаться. Он может это сделать. Ничего страшного.

У него вспотели ладони, а сердце в груди бешено стучало. Всё-таки стоило позволить Локи пойти с ними, потому что было бы намного проще погрузить Джейн в транс, а не пытаться с ней разговаривать и…

Он поднёс кулак к двери, но замер в последний момент.

Нет.

Он не может этого сделать.

Не может.

Он занёс было ногу, чтобы начать отступать, но Ракета схватил его за ботинок, не давая сдвинуться с места.

– Так, стоять, блондинчик, – потребовал енот.

Тор быстро замотал головой. Нет, он должен уйти; последняя беседа с Джейн была просто ужасной, и он не хотел её повторять. Они не «бросили друг друга». Всё было совсем не так.

– Дыши, – скомандовал Ракета, потирая переносицу свободной лапой. – Ох, клянусь: если ты отключишься, я тебя никуда не потащу, ты понял?

Разумеется.

Тор едва заметно кивнул, и Ракета слабо улыбнулся в ответ.

– Хорошо. Слушай, я не люблю говорить вдохновляющие речи, и вообще они у меня отвратительно получаются, так что давай просто сделаем это, а? – он указал на дверь и без тени юмора в голосе добавил: – Если ты не пойдёшь туда и не поговоришь с милой барышней, все так и будут мертвы. Все.

Это… Ужасная мотивация.

– Иди, – подтолкнул его Ракета. – Охмури её.

Охмури? Он сам понял, что сказал?

Тор сцепил зубы, попытался совладать со своим языком и несколько раз стукнул в дверь. Сердце ушло в пятки. Что же он наделал, что он наделал, что он…?

Дверь открылась, и вместо Джейн другой резкий голос спросил:

– Вы кто?

От неожиданности Тор вскинул голову. Это… Ох, Норны, какой же он идиот. Джейн была его гостьей, но чужаком на этой планете. А ещё она была нездорова. Тор совершенно забыл, что за всё время пребывания здесь она почти не оставалась одна. При ней всегда кто-то был, чтобы она не заблудилась и не потеряла сознание. Это не говоря ещё о всей суматохе, что творилась вокруг. Тор думал, что выбрал момент, когда Джейн дольше всего будет одна, но…

Мадам Эйр.

Тут была мадам Эйр, главный лекарь Асгарда.

Что ж. Это провал.

Тор встретился взглядом с Ракетой, а потом медленно отступил, подняв руки. Ему тут же пришлось внутренне содрогнуться, так как енот вскинул свою чрезмерно огромную пушку. Насилие ничего не решит!

– Послушайте, леди… – заговорил Ракета.

Мадам Эйр прищурилась и убрала седеющие светлые волосы за плечи. Тор услышал, как в отдалении Джейн спрашивала, кто пришёл. Сердце вновь ушло в пятки, ведь он не говорил с ней уже почти шесть лет. Норны, он по ней скучал. Мадам Эйр сместилась так, чтобы как можно лучше закрыть собой комнату, нахмурилась и тихо проговорила:

– Вы не должны здесь находиться. Здесь гостья королевской семьи, и вы ей мешаете.

Норны, он, должно быть, совсем плохо выглядел, раз его не узнала женщина, которая заботилась о нём с рождения. Тем не менее, рисковать он не стал. Тор быстрым движением схватил Ракету за шиворот (несмотря на риск быть укушенным), закинул себе на плечи и побежал.

Мадам Эйр что-то удивлённо крикнула им вслед, а потом позвала эйнхериев. Тор скрылся за углом, тихо ругаясь сквозь зубы.

Ракета ругался вслух, потом развернулся и вновь поднял свою пушку.

– Что ж, замечательно. Можно я их пристрелю? – спросил он.

Тор спрятался за колонной и покачал головой, зажмурившись. Он начал смутно вспоминать, что в разгар суматохи с Эфиром Фандрал ему рассказывал, как мадам Эйр заходила проведать Джейн и наткнулась на двух странных незнакомцев, которых после этого никто не видел.

Он даже не предполагал, что это важно, и списал всё на двух слуг. О них больше ни разу не заходила речь, поэтому Тор совершенно об этом забыл. Что ж, хорошо, наверное, что наконец выяснилось, кто это были.

Он не позволит Ракете убить этих людей.

Да, он в отчаянии, но он точно не тиран.

Тебе здесь не место. Этот шёпот вернулся, и внутри вновь поселилось гнетущее чувство, требовавшее покинуть это время. На «Властителе» он пробыл не так долго, поэтому это чувствовалось не так сильно, но теперь шёпот стал явным. Тебе здесь не место.

– Ну блин, – разочарованно простонал Ракета. – Может, я хотя бы отстрелю часть потолка, чтобы преградить им путь?

Тор вновь помотал головой и медленно пошёл вперёд. Енот поёрзал, устраиваясь поудобнее.

– Ладно, если ты не даёшь мне взять пушку и всё тут разнести, то как ты рассчитываешь выбраться? Откупишься коллекцией наклеек Грута?

Чем? Тор озадаченно нахмурился и повернул голову, собираясь задать вопрос, но Ракета торопливо добавил:

– Лучше не спрашивай. Он их очень любил, когда был помладше, – он тихо вздохнул. От его дыхания у Тора зашевелились волосы на голове, а по спине пробежал холодок. Потом енот добавил: – Звезда моя, я слышу, что они идут. Если у тебя есть грандиозный план, то пора приступать к его исполнению.

Эм… Нет. У него нет грандиозного плана. На данный момент ему нужно просто убраться отсюда и подумать. Они не должны были встретить мадам Эйр, этого не должно было произойти.

Тор пожал плечами, вынырнул в коридор и вновь побежал. Он сотни раз бывал в этих коридорах и знал, что в одной из соседних комнат есть проход к тоннелям, ведущим в самую старую часть дворца. Там можно было бы скрыться на пару часов. Туда не знал дорогу никто, кроме королевской семьи и самых старых горожан.

Им просто нужно добраться туда.

Да, это он может сделать.

Ракета крепко держался за его плечо, и Тор начал понемногу расслабляться. Но тут он завернул за угол и в кого-то врезался. Енот с него свалился, а он запаниковал и попятился, при этом пытаясь извиниться и хватая встречного за руки, чтобы удержать от падения. Чёрт возьми, ему следовало быть аккуратнее, потому что теперь он наверняка окончательно сорвал миссию и …

– Тор?

Ох, Норны.

Тор выпустил руки матери. Его охватило отчаяние, и он панически задыхался. Ох, нет, нет, нет. Он нарушил законы времени. Локи убил бы его на месте, будь он здесь.

Его мать была здесь, и…

– Сынок? Что случилось? Я думала, ты… – Фригга запнулась и замолчала, когда всмотрелась в его лицо.

Он никогда раньше не стеснялся повязки на своём глазу, но сейчас сильно пожалел, что выбросил подаренный Ракетой протез после того, как обезглавил Таноса.

Издав пару заикающихся звуков, Тор скосил глаза на Ракету. Тот был в порядке, хоть и выглядел взволнованным. Тогда он вцепился в свой хрононавигатор и изо всех сил крутанул. Они могут попробовать ещё раз. Они могут забрать Эфир из тех тысячелетий, что он был спрятан, и им не придётся встречаться с Джейн.

Или его матерью.

Тор видел, что Ракета последовал его примеру и прикоснулся к собственным часам, но ничего не произошло. Не было знакомого толчка, заставляющего уменьшится и отправиться сквозь время. Хроночасы были запущены, но почему-то не заработали.

Его охватил ужас.

Нет.

Нет.

Этого не должно было произойти!

Они должны были забрать Эфир и исчезнуть! И всё. Больше никакой беготни и суматохи, и… Он громко выругался, крутя часы ещё раз и ещё, но не добился никакого результата.

Они не вернутся.

Они застряли в две тысячи тринадцатом.

– Ты не тот Тор, которого я знаю, верно? – мягко спросила Фригга, и Тор с отчаянием посмотрел на неё.

Она не должна была его увидеть! Он и так натворил достаточно бед, и он не должен был так ошибаться сегодня, в тот день, когда она умрёт. Что же он наделал. Это ужасно, отвратительно, это катастрофа…

Фригга покачала головой и положила руку ему на плечо.

– Я воспитывалась ведуньями, дорогой. Я знаю, что такое петля времени, – она вздохнула и посмотрела в сторону коридора, откуда слышались шаги эйнхериев. Тогда она взяла его за руку и потянула куда-то. Из-за сильного потрясения и шока Тору оставалось лишь молча следовать за ней. – Пошли, – махнула она рукой Ракете.

– Клянусь, леди, – тихо прошипел енот, крепче сжимая оружие, – никаких покушений на убийство.

– Взаимно, – заверила Фригга, слегка улыбнувшись.

Женщина увела их в маленькую комнату, в которой, насколько знал Тор, занимались музыкой дети слуг. Потом она усадила их на одну из скамеек и закрыла дверь. Ракета продолжал возиться с хроночасами, но безуспешно.

Фригга села за маленький стол и повернулась к ним. На секунду её взгляд задержался на часах, а потом она поинтересовалась:

– Что вы здесь делаете?

Её тон был настолько спокойным, что Тору хотелось кричать и рвать на себе волосы. Это чувство никак не оставляло его, и было совершенно непонятно, что делать.

Тебе здесь не место.

Он вновь что-то пискнул, и Ракета заявил, махнув лапой:

– Ах да, простите, величество, он у нас больше не разговаривает. Я за посредника. Он говорит, что не может ничего объяснить, так как это секрет. Ш-ш-ш, – енот приставил палец к губам в универсальном жесте призыва к молчанию.

Тор униженно опустил глаза.

Он должен был лучше справиться со всем этим.

– Что? – переспросила Фригга, нежно прикасаясь к его щеке и заставляя вновь посмотреть на неё; от этого прикосновения у него по коже побежали мурашки. Столько времени прошло. – Что-то случилось с твоим языком?

Тор покачал головой.

– С твоим голосом?