Текст книги "Сильный 4 (СИ)"

Автор книги: Ферриус Понс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)

Глава 29

– Что же, все собрались. И комната моей дочери, наконец, свободна. Хотелось бы понять, как урегулировать сложившуюся ситуацию.

Его Милость Габор Надаши был грузным и немногословным человеком. Первый факт был чем-то из ряда вон выходящим, потому что в нём чувствовалась Сила, но, видимо, любовь к сытной пище превышала даже возможности магии. А ведь не скажешь так, что слаб, но чем больше потенциал человека в Даре, тем более устойчиво тело к различным пагубным воздействиям.

Немногословность же вполне подходила бывшему военному. Очередному представителю армии на моём пути, только уже другой страны.

– Кх-хм… – прочистил горло глава семейства Надаши, напоминая о себе.

Все ждали моих слов, не зря же за мной аж архонта нескольких королевств отправили. Под всеми подразумевались сама Марта Эрдёди, отставной генерал Надаши, его сын, имя которого не запомнил, ну и виновники собрания. Горислав, как договаривались, от меня громких речей не ждал, собирался с духом. А симпатичная Эстер Надаши не ждала ни от кого ничего.

Как и я, девушка рассматривала произведения живописи, развешанные на стенах гостиной, где мы собрались. До этого у нас с пассией моего сына был затяжной зрительный контакт, в котором мы обменялись представлениями друг о друге.

Это была та ещё штучка. Старше Горислава на несколько годков, пониманием реалий жизни она превосходила юного любовника на десяток, а то и более лет. Расчётливая и умная, не выделяющаяся при этом особо привлекательной внешностью. Фигура была вполне ничего, но вот личико выдавало посредственный потенциал. Впрочем, Горислав явно эту планку сдвинул с места. Не удивлюсь, если на то и был весь расчёт с её стороны.

– Я прошу руки вашей дочери! – высказался мой сын.

Что же, не быстро, зато без заметного волнения.

«И как же у нас отреагировали окружающие? Понятно.»

Домнисора Эстер всё же заинтересована в этом браке. Не хочет становиться принцессой по какой-то причине.

«Вот. Сейчас начнётся.»

– Отклоняется! – категорично заявил Габор, – ссориться с королевской семьёй и разрывать давно заключённую помолвку настоящий патриот не будет!

– Мы с вашей дочерью любим друг друга! Уверен, можно найти решение!

Сомневаюсь, что сам Горислав верил в свои слова, но позицию решил удерживать. А дочурка принялась сверлить папу взглядом, продавливая позицию. Знает, что самой начинать говорить нельзя при старших семей.

«Как же интересно!»

Генерал Надаши потуги своей младшей, вроде как, не замечал, продолжал смотреть на меня. Мне же нравилась коллекция его картин. Такие простые бытовые сюжеты со слегка обнажёнными пышными простолюдинками.

– Молодой человек, о каком решении может идти речь, если вы своими преступными действиями поставили в такое положение юную девушку и всю нашу семью?

– Ваша Светоч, – произнёс я.

– Милость, – поправил меня барон.

– Ваша Светоч, княжич Горислав, на худой конец просто Горислав Мирославович, раз уж мы находимся в приватном кругу…

Оторвал взгляд от картин и направил его на насторожившегося генерала. Он опасался, но всё же не ожидал такого мягкого проявления силы.

– … всё же семья у молодого человека весьма знатная. Проявлять неуважение к её члену…

– Ни в коем случае не собирался, – быстро ответил Габор.

– Вот и славно, – я встал со своего места и подошёл к первой картине, – не очень хорошо разбираюсь в современно политики. Меня долго не было в Роматии и её окрестностях…

Принизил статус Вингрии.

…Настолько я понимаю, семье Надаши не интересно породниться с семьёй Старза?

В моих словах чётко звучало, что бароны не желают отдать дочь в княжеский род.

– Если бы это было возможно, мы бы отдали с большой радостью!

– Ваша Милость, – обратился к старику Надаши, – мне нравится ваша привычка говорить коротко и по сути.

– Спасибо, – сумел смутить прожжённого военного так, что тот раскраснелся.

– Давайте представим, что обстоятельства у нас складываются так, что всё зависит от воли молодых людей. Для примера, чтобы сказала домнисора Эстер на предложение Горислава?

Посмотрел на девушку, которая очень обрадовалась моему вопросу.

– Конечно, я отвечу согласием!

Тоже очень коротко. Знает лиса, как лучше общаться в присутствии своего отца. Клясться в вечной любви явно не для этой аудитории.

Посмотрел на сына. Тот выражал стойкую уверенность. Можно было бы спросить его ещё раз, но тогда вышло бы, словно я сознательно над ним издеваюсь. А ведь я только даю ему урок с женщинами.

– Буквально перед прибытием сюда виделся с Её Сиятельством Кешко…

Сразу же в семье генерала все стали значительно более настороженными.

– … Несравненная Мариуца просила передать, что если Эстер Надаши сумела взять от произошедшего всё необходимое, то она, в свою очередь, возьмёт девушку к себе.

Перешёл к следующей картине, краем глаза наблюдая за взбудораженной пассией Горислава. Теперь ей было наплевать на реакцию окружающих, на возможного будущего мужа и прочие мелочи.

– Отец, – в голосе её прорезались прошлые поколения полководцев, – я смогла!

– Давай не будем сейчас… – начал отвечать Габор.

– Можете не сомневаться, – влез со своей экспертизой, – могу подтвердить, что девочка стала значительно сильнее с прошлой нашей встречи, а прошли всего лишь сутки.

Повернул голову к Гориславу.

– Очень недурно для ненамеренных воздействий!

– Отец…

Эстер было наплевать на всё остальное. Что же такого наобещала её Мариуца, что та готова из платья выскочить, что она вчера и сделала, чтобы оказаться пригодной для планов графини Кешко.

– Мы обговорим это позже… – буквально прошипел глава семейства.

Он не знал, как теперь выкручиваться самому. Полковник ведь хотел надавить на возможный брак, который был ему не менее выгоден, чем первоначальный. Поиметь больше возможностей в разборках женихов. А теперь сама невеста готова была кинуть всех.

– Я подразумеваю, что вопрос женитьбы Эстер теперь не стоит столь остро, поэтому его мы закроем. С королевской семьёй мы обсудим недоразумение отдельно, а пока я планирую покинуть это помещение.

Посмотрел на Марту, которая кинула соглашаясь.

– Но Горислав… Мирославович… – принялся говорить Габор.

– Мой сын провёл ночь в спальне девушки и впервые был застигнут его родственниками так, что нет возможности уйти. Недовольный отец и разъярённый брат! Очень интересная ситуация, с которой должен справиться мужчина, раз уж он любит ночные походы по опочивальням. Стоит только помнить, что за спиной у молодого человека княжеский род с Сильными представителями.

– Без серьёзного вреда здоровью, – выпалил тот самый старший брат Эстер, смышлёный оказывается.

Кинул полный уважения взгляд на парня.

– И дать возможность защищаться! Всем счастливого дня! Приятно было познакомиться!

Посмотрел на посмурневшего Горислава, перешёл на видение Силы. Подавители явно работают на его ауру, но если сумеет пробиться подальше от дома, то сможет улизнуть. Однако мне показалось, что он намеренно останется, чтобы удовлетворить претензии от старших мужчин.

Направился к домни Эрдёди, что ждала меня у дверей.

– Интересные у тебя методы воспитания, – сухо заметила она.

– На ходу сочиняю, – в противоположность ей, улыбнулся.

***

– Как же хорошо! Просто прогуливаться рядом с тобой!

Лина пружинистым шагом двигалась по аллее вдоль клумб с цветами, высаженными тут стараниями Агнес. Меня она держала за руку и тянула за собой, словно штурманский корабль баржу. Важнейшее отличие заключалось в том, что периодический моя половинка останавливалась, приближалась и сильно прижималась в объятия, словно пыталась стать целым.

– Пускай Агнес обзавидуется. Такую красоту тут развела, а наслаждаюсь в полной мере всем этим я! А вообще сама виновата, столько раз порывалась ей помочь, но меня настойчиво просили не вмешиваться.

– К тому же она занята делами. Ещё и это неудобное приглашение ко двору, – дополнил её доводы.

– Это было ожидаемо. Мы с тобой учинили, конечно…

– Массовую оргию.

– Не, это не новость. Новость – это восемь беременных на десяток участниц. Только Миклеску обошла сия участь. И они мне на это жаловались!

Супруга звонко засмеялась.

– Согласен с тобой, без встречи бы никак не обошлось. Это ещё Орм никак не активизировался. Уверен, и этот не сможет сидеть спокойно.

– Такая у этих королей натура. Иначе долго они на своём месте не сидят…

Лина остановилась, наклонилась к одному особо яркому цветку. На лице моём сама собой появилась улыбка, а потом ещё и расползлась на всю ширину. На Ангелине было совсем лёгкое платье. Оно часто при движении прилегало к фигуре и тогда становилось почти прозрачным. Рамки приличия при таком облачении соблюдались только из-за наличия нижнего белья.

– … А, вообще, Агнес ещё и сама виновата потому, что строит из себя обиженную! – сообщила моя ворожея, оторвавшись от цветка.

– Она ожидала, что я вернусь вместе с Гориславом.

– А мне понравилось, что ты придумал! Ребёнок, конечно, не мой, но ему явно требуется разъяснить манеры. Для того же их придумали, чтобы не расхлёбывать последствия некрасивых решений.

Моя Златовласка снова потянула меня вперёд, но я придержал её.

– Горислав только что вернулся.

– О, мы должны это видеть! – воскликнула она.

– Уверена?

– Конечно! Я всегда вламываюсь, когда хочу. Мне позволительно! И ты привыкай! Твой дом, всё-таки.

– Хорошо, только дойдём ногами. Пускай немного поговорят наедине.

Было интересно, как будет себя вести сын наедине со своей мамой. Что он ей расскажет.

Дошли мы в итоге быстро, не во дворце всё же живём. Даже обозначать свой приход не пришлось, потому что общалась вторая часть нашего семейства с открытыми дверями. Общались, надо сказать, тихо. Пока мы не зашли.

Агнес вперила в меня злой взгляд и произнесла:

– Посмотри, каким красивым вернулся твой сын!

Горислав лица не прятал. Налитый синевой след от удара под глазом уходил к самой скуле. Хорошо его приложили.

– Мне стоит спросить, что же тогда со вторым парнем?

Мой шутливый вопрос остался без ответа. Значит, не очень хорошо он себя показал.

– Вообще не вижу ничего серьёзного, – продолжил говорить, – учитывая что пострадала честь невесты принца. Как думаешь, что бы было со мной, если бы мы познали близость прямо перед твоей свадьбой?

– Ничего бы не было, Мирослав, потому что этого и не могло быть! – приятным тон княгини Старза не стал, – я прекрасно понимала, что не могу себе этого позволить в тот момент, в отличие от этой шлюхи!

Горислав промолчал.

«Надо же, а ведь говорил такие серьёзные слова о любви. А тут даже не заступился за свою практически невесту.»

Агнес мои мысли уловила и зло сверкнула глазами. Вышло так, что за девушку заступился именно я.

– Если бы ты просто забрал сына, таких последствий бы не было! А теперь…

– Теперь я, пожалуй, пойду! – перебил мать Горислав, – ничего по этому поводу мы предпринимать не будем. Незачем и не за кого. Проблем быть не должно – Эстер уже уехала куда-то очень оживлённая…

Он не уточнил, конечно, что ещё более оживлённая, чем вчера при первом своём опыте.

– Не стоит переживать о ней, Горислав, – выразила сочувствие Агнес, – она не стоит того.

– Конечно, она того не стоит, мама! Только и я не стою того, как оказывается!

С этими словами он направился к двери.

– Хорошего дня, Ангелина. Хорошего дня, отец!

Сказал он это совершенно будничным голосом. Таким же обыкновенным шагом и вышел, оставив удивлёнными меня и его мать.

– Хорошего дня, отец! – тихо пропела одна очень весёлая особа, сверкая янтарными очами.

– Нет так нет, – наконец произнесла Агнес, – но на королевскую аудиенцию мы всё же должны пойти.

– Само собой! – согласился, – чтобы я не посмотрел на очередного монарха? Быть такого не может!

***

Пожалуй, был слишком оптимистичен в своём желании встретиться с Королём Вингрии. Сборы я пропустил, погрузившись в современную литературу. Манера письма всё ещё ощущалась немного архаичной, особенно если сравнивать с технологическим миром, но мастерство авторов, наоборот, могло дать фору. Всё же совершенно другой ритм жизни.

Как сейчас я ощущал, ритм этот был медленным, очень медленным для изменившегося восприятия. Как только раньше не почувствовал? Был занят переживаниями, связанными с жёнами и возобновлением прежнего уровня взаимопонимания. Но в данный момент стало поджимать.

Сложность структуры мышления, разделённого на отдельные уровни анализа и функционирования, по возвращении сама собой упростилась. Только всё равно мозг старался впитывать как можно больше информации или же генерировать её самостоятельно. Он так привык, сейчас ему было очень неуютно работать на холостом ходу.

А ещё, как ни странно, не хватало того, чего давно у меня уже не было – приключений. Сидение на месте так же доставляло дискомфорт, но в этом случае на противоположной чаше весом тяжелело ощущение скорого изменения ситуации.

Скоро Она заметит.

– Мирослав, сделай, пожалуйста, такое лицо, словно ты всех просто презираешь, – попросила Агнес.

– Да, а то кажется, что ты их даже за людей не считаешь, – дополнила Ангелина.

– Ха!

Усмехнулся их неожиданной манере речи, так схожей с двумя знакомыми сёстрами. Радовали, определённо мои женщины меня очень радовали.

– А теперь ты слишком плотоядно нас разглядываешь, – первая супруга ущипнула меня в сложенную в локте руку, за которую держалась.

– Отвык я от устоев этого общества!

– Мне, вот, всё нравится. Раньше я одна развеивала местную скуку, а теперь могу спрятаться за плечо своего мужчины, – сообщила вторая супруга.

– Нравится, что одна половина зала тебя ненавидит, а вторая желает? – с сарказмом спросила Зажигалка.

– Не скромничай, моя дорогая, ты сейчас находишься в той же ситуации. Одна часть пожирает глазами твоё облегающее красное платье, а вторая считает его до жути вульгарным – парировала Златовласка.

– Должен отметить, что очень доволен выбором наших нарядов. Ваши вечерние платья…

Ещё раз насколько было возможно оглядел своим спутниц. Вышло в большей степени уделить внимание выдающемуся содержимому глубоких вырезов на платьях. А платья были облегающими, на манер коктейльных из другого мира. Агнес была в ярко-красном, а Ангелина в золотистом. Не несли они на себе особых украшений, потому что главную красоту они собой скрывали, обнажая в особо важных местах.

– … почти так же хороши, как мой брючный костюм.

Да, мне пошили хороший костюм тройку, в котором было удобно. Это ли не радость?

– Пф… – прозвучало одновременно от обеих моих половинок.

– Ладно, мы, конечно, очень красивые, но мне надоело изображать павлина. Если сейчас ничего не начнётся, я вас забираю и…

– Началось, – сообщила Агнес.

Величественные двери, если измерять критериями простых смертных, распахнулись и открыли вид на помещение, что отделяет зал, где мы находились от приёмной монарха. Из дверей вышел пышно одетый герольд и заявил во всеуслышание:

– На аудиенцию приглашается Его Сиятельство…

– Как грязно они решили играть, – оставила свой комментарий о происходящем Ангелина.

– Согласен, – сказал, уже поборов в себе приступ злости.

Выбранная властью манера поведения указывала на очередную попытку давления. Назначенный приём оказался далеко не приватным, так нам ещё и не выделили конкретного времени, заставляя ждать. Знали бы они насколько близко они подошли к угрозе быть просто аннигилированными в один миг.

Каждая минута промедления всё большим грузом потерянного времени ложилась на моё спокойствие. Вместо того чтобы проводить время со своими близкими, я… всё же проводил с ними время. Это и успокаивало, а также позволяло подумать в спокойной обстановке…

«Действительно, спокойная обстановка! Десятки недоброжелателей смотрят пристально, зато мои красавицы находятся рядом, и я ощущаю их тепло.»

… о ближайших перспективах. Словно вернулся назад во дворец своей памяти. Там я строил прогнозы и возможные пути решения проблем. По всему выходило так, что необходимо было вести себя сдержанно и соблюдать правила поведения высшей аристократии. Что совсем не значило, идти на поводу у Короля.

«Эх, взять бы вас обеих сейчас под бочок и прыгнуть куда-нибудь к морю. А тут оставить лишь наш образ, что якобы ожидает внимания монаршей персоны. Есть, правда, риск попасться, так как за вторыми дверями работают мощные подавители, которые дают чувство уверенности оппонентам. Не стоит их разубеждать.»

Нужно было оставить за спиной твёрдый фундамент для семьи, чтобы с моей следующей пропажей не была потеряна поддержка общества. Какой бы не был сильный монарх, против основы власти в своей стране он не сможет выступить. Или же выступит и пошатнёт своё положение, так как Мои Светлости тоже не были маленькими безобидными девочками.

– Ты удивительно хорошо держишься, – заметила моя домни в красном.

– В том плане, что на ногах ещё могу стоять?

Агнес улыбнулась, а за ней и Лина.

– Мы не будем рушить дворцы? – поинтересовалась домни в золотом.

– Уверен, нам приготовили интересную обширную программу. Хочется посмотреть её до конца.

– Хорошо, – ответили обе.

Мои половинки без проблем воспринимали мои мысли верхнего уровня – когда я громко думал. Но под этим поверхностным течением крутились потоки распределённого мышления. Мысли вроде как прыгали с одного на другое, но при этом удерживались несколько анализируемых цепочек идей и образов. Для своих женщин я грустил, радовался, злился, вдохновлялся и ещё множество чего делал в одно и то же время. Поэтому легко удавалось не беспокоить их действительно тяжёлыми мыслями.

Наконец время нашего ожидания подошло к концу.

Глава 30

Два артефакта подавления Силы, оба мощные, сравнимые с тем, что когда-то несостоявшийся покойный жених Мариуцы перевозил со своим отрядом привязанным к спине лошади.

Четверо отъявленных головорезов, двое из которых явно имели отношение к Церкви Единого Бога. От них чувствовалась благодать, что отличалась от привычной для Одарённого энергии. Эти были наиболее опасны, потому наиболее осторожны в моём присутствии. Как я ощущал их, так и они меня.

Король Вингрии Андраш Первый Арпад был удивительным представителем своей династии, потому что не обладал значительным Даром. Мне даже было трудно понять, на первый взгляд, какой был у него талант, потому что оттенок был едва различим. Что-то синее. Ничего удивительного, что он привык делать ставку на отсутствие магии в своём окружении.

На этот раз он слишком сильно понадеялся на свою стратегию.

Из приближённых Его Величества присутствовали два министра, один из которых выполнял роль голоса монарха. Ещё одна показательная демонстрация власти, которая не считает нас достойной прямого диалога.

«Прошлый раз Андраш Первый предпочитал вести со мной беседу лично. Не пытался оказывать излишние знаки внимания, не сетовал об отсутствии Ангелины. Просто пытался наладить связь.» – поделилась важным замечание Агнес.

«Тогда он не считал тебя серьёзной угрозой.» – ответил я.

– … таким образом действия Горислава Старза трактуются, как наносящие урон Короне и подлежат рассмотрению Генерального Суда, – закончилась обвинительная речь министра безопасности Вингрии.

Повисла тишина, которую прервала старшая моя супруга.

– Эстер Надаши и её семья отозвала помолвку с Его Высочеством Матьяшем Арпад, третьим принцем Вингрии, Ур Зичи.

– Это не является правдой, – заявил Януш Дичи, названый министр внутренних дел королевства.

– Тогда мы дождёмся суда и услышим на нём, что сказанное мною является истиной, – твёрдо сказала Агнес.

Януш прищурился с едва заметным раздражением.

– Скажите, ассони, кто всё-таки старший у вас в роду Страза?

– Вам, Ур Зичи, должно быть достаточно моих слов, как это было ранее десяток лет. Если же вы вдруг забыли, с кем общаетесь, я могу напомнить вам статус и Силу члена фамилии Старза на арене.

Агнес действительно разозлилась небрежному обращению мужчины. Конечно, он занимал высокий пост в правительстве, являлся носителем знатной фамилии и по общим заслугам имел право именоваться равно нам – Его Светлостью, но князем он не был, а тем более не мог по Силе сравниться с возможностями Зажигалки.

– Не стоит горячиться, Ваша Светлость…

«Ага. Пошёл на попятную.»

– … арена вам безусловно ещё предстоит. До Королевского суда ещё нужно дожить, – намёк был слишком наглый, – а ваш сын опорочил честь третьего принца, что требует защиты этой чести.

– Поединок? – уточнила моя половинка.

– Под подавителями на холодном оружии.

– Его Высочество лично будет участвовать?

– Подобного не требуется, – улыбнулся Януш Зичи, – без этого есть кому отстоять честь королевской семьи.

«Какие, однако, забавные сволочи!» – поделился мыслью со своими женщинами.

Лина считала также. Она вообще воспринимала гораздо больше невербальной информации от окружающих мужчин даже с ограничением Дара. Суть была именно в том, что артефакты угнетения Силы не могли в полной мере заблокировать особую энергию моей любимой супруги. Распространялось влияние в форме некоего тумана, который сильно рассеивался подавителями, но не уходил.

Королева Ночи обладала определённой репутацией, которую мужчины сразу же трактовали для себя однозначно. Невероятно привлекательная внешность была ещё более эффектна из-за облачения, нарушающего многие устои. Без того повышенное внимание к себе, Лина сейчас превращала в настоящий зуд, который не так-то просто было унять.

«Агнес, я выйду на дуэльную площадку. Они будут настаивать на немедленной сатисфакции – принимай. Не давай им шанса нас переиграть.»

Супруга явно сомневалась, но не стала возражать даже в мыслях.

– Его Светлость Мирослав Старза, мой запечатлённый перед Богами супруг, выйдет вместо сына.

– Я давал дозволение остановиться на моей земле двум женщинам и ребёнку, – сказал первые слова король, – в каком качестве присутствует здесь Мирослав Страза нам не понятно.

– Семье Старза, Ваше Величество. Вы давали дозволение семье и это запечатлено в бумагах, какие я могу предоставить вам, чтобы убедиться, в любое время.

– Бумаги я подписывал с одной главой, а сейчас эта роль сменилась.

Тут он был прав.

«Ты купила землю?»

«Нет, она дана в пользование. Купила я поместье.» – прояснила этот вопрос Агнес.

– Я прибыл погостить у родственников, – сказал и я своим первые слова на этих переговорах.

– В таком случае Вам не стоит задерживаться, Ваша Светлость. Мне говорили, что вы служите Роматии, а значит на землях Вингрии вам должно быть неудобно находиться.

– Я не являюсь вассалом Роматской Короны и лично Орма Первого. Княжеская семья Старза имеет личные наследственные права на часть Валакии.

– В таком случае вам стоит отбыть в родные земли. В моих землях магистры, мужчины, подчиняются мне. Со своих людей у меня и спрос другой. Слышал я уже, что девица, ещё недавняя, Эстер решила податься в ученье. Важный фактор в произошедшем и спрос тогда другой… если это дело внутреннее.

Умный. Ответить к его претензии по земле нечего. Как и отказать ему в праве просить меня покинуть его королевство. Но и мне есть что сказать.

– Хотелось бы для начала урегулировать вопрос с защитой чести и достоинства. Раз уж молодой человек требует удовлетворения, мы просто обязаны его дать. А позже обсудить оставшиеся вопросы.

Получил я, конечно, взгляд суровый и угрожающий. Его монаршее Величество намеревалось объяснить мне степень моего заблуждения. Но в этом мы были схожи.

***

Моя просьба не затягивать с решением вопросов между двумя молодыми людьми была удовлетворена. Они были уверены, что сумели перевести течение игры в нужный им исход. У меня было противоположное мнение. В нём я убедился, когда мы прошли в отдельную залу для боёв, и та стала заполняться участниками.

С удовлетворением отметил приход Ласло Кёсеги, члена правительства и ярого сторонника той части властной структуры государства, что не очень жаловала правящего короля. Его присутствие в зале уже многое говорило про ширину спутанных вокруг нашей семьи интересов.

Агнес была явно опытнее в интригах, потому холодным взглядом наградила своего недавнего друга. Свои позиции он потерял, и не ясно было, намеревается он позже их вернуть и укрепить или же дал волю чувству ревности и мести.

– Какой набор персоналий подобрался, – высказала вслух наследная княгиня Старза, – думается мне, что на выбор бретера принца повлиял виконт Кёсеги. Будь осторожен, Мирослав, поланин несколько раз убивал под подавителями, в том числе одного магистра.

– Удивляюсь, что он после этого ещё живой, – поделился мыслью.

– Многие его прикрывали для подобной работы, в том числе и мы.

– Я буду осторожен, Агнес… Лина, не волнуйся.

От моего прикосновения вторая княгиня вздрогнула. Была она ощутимо напряжена, но после моих сдержанных объятий и касания ауры расслабилась.

– Зачем он…

– Ты знаешь, – тихо проговорил.

И сразу же стал спускаться в круг арены. Там меня уже ожидал некогда друг, боевой товарищ, а теперь безусловный враг Воцех Новак. Моё приближение он встречал тяжёлым взглядом, полным решимости убить.

Жаль было мою сильную пчёлку, выдержка которой сейчас подвергала сомнению. Конечно, Ангелина никогда не выбирала Воцеха своим мужем, но мужчиной и близким человеком он был для неё долгое время. Это само собой рождает привязанность и любовь, пускай и в ограниченной форме.

Моей половинке было больно видеть, что её защитник сейчас брал на себя роль бандита и убийцы. Ничего, что он таким был всегда, таким он был для других. Её же он оберегал. А сейчас собирался ставить перед выбором, где на одной чаше весов была моя жизнь, а на другой ультиматум для Лины. И, само собой, сам пан Новак тоже рисковал своей головой.

Когда только Ангелина увидела в зале Воцеха, перед моим внутренним взором промелькнул его образ, стоящий в дверях личных покоев ночного клуба. Это был тот самый момент, когда я и Златовласка сливались в плотском танце посреди придающихся страсти тел.

Тогда это придало ей большей страсти, которую я не заметил и без того теряя голову. Сейчас супруге было обидно и стыдно за те проявления чувств. На мой взгляд, совершенно зря. Выбор был сделан, а кое-кто с этим не готов смириться.

– Бой на мечах под подавителями потоков маны, – начал озвучивать правила боя распорядитель, – до признания сторонами сатисфакции…

«Какое расплывчатое определение. И мечи совсем другие, тоньше и легче. К таким я не привык, и друже Воцех на это явно рассчитывает.»

– Напомните, для какой цели нужны подавители? – спросил в конце объяснительной речи, которая мало что прояснила.

– Чтобы участники не использовали Дар!

– Что, если пользоваться Даром подавители не мешают? Бывают, знаете ли, такие мастера, что способны преодолеть супрессивное поле.

– Намеренное использование способностей будет считаться проигрышем, – надменно заявил полноватый усатый мужчина, что распоряжался ходом мероприятия.

– Значит, я могу зажечь сейчас свечку и пойти спокойно домой?

Ох, как же злобно на меня посмотрел этот королевский чиновник. Воцех же скорее выражал презрение.

«Какой нервный стал. Ох, до добра тебя женщины не доведут! Особенно чужие жёны.»

– Вижу, смешно одному мне, – с безразличным выражением лица продолжил свою речь, – но вернёмся к серьёзным вопросам. Кроме способных преодолевать влияния подавителей, есть одарённые, чья Сила направлена на расширение способностей самого организма. На таких методы ограничения не действуют, а использование способностей является зачастую ненамеренным. Таких вы не допускаете до арены?

– Такие особенные одарённые не подвергаются ограничениям со стороны правил нашего дуэльного кодекса. Это считается собственной силой человека.

– Вот как? Умение лечить?

– Можете лечить своего противника сколько вам угодно, – нашёлся со своей шуткой распорядитель, – но и себя вы можете лечить при желании и возможности.

– Хорошо, я понимаю и принимаю правила!

– Чудесно! Тогда возьмите оружие, займите места и сообщите о готовности начинать.

Как бы не хотелось мне побыстрее разделаться с этой ситуацией, а всё же нужно было дать возможность пану Новаку полностью раскрыться. Не желал оставлять Лине сомнения касательно решимости близкого ей человека на самые крайние и даже подлые меры.

Меч в руке сидел непривычно, центр тяжести располагался где-то в конце второй трети длины. Лезвие имело прямую достаточно широкую форму, в конце заканчивалось остриём. Понятно было, что укол таким оружием должен выходить тяжёлым, но и рубящий удар не потеряет от этого своей силы.

Такое мне непривычно, учился я бою на обычных прямых мечах. Это понимал и Воцех, а потому едва заметно скалился от удовольствия, наблюдая за моими задумчивыми манипуляциями с непривычным типом вооружения.

Зато поланин демонстрировал уверенность, занял стойку открытую, но при этом был готов к быстрым действиям. Боевая рука была выдвинута вперёд, согнутая в локте, кисть вывернута к низу, кончик меча был направлен в землю, но не под прямым углом, а больше в мою сторону.

Я выбрал классическую стойку, прикрывая себя вытянутым вперёд и вверх мечом. Не получится у меня устать, держа в руках даже такое неудобное с непривычки оружие.

Ударил колокол, обозначая начало поединка.

Воцех сразу же пошёл в мою сторону. Я устремился навстречу, не желая терять возможность отступить. Только в этот момент понял, что устаревшие облегающие штаны для ситуации, в которой я оказался, куда более удобны, чем мои футуристического вида брюки. Хорошо, что от пиджака избавился, да только вот пришлось остаться в одной рубашке, тогда как у оппонента плотная ткань камзола, на вид ещё и со вставками.

Приблизившись, бывалый боец не стал затягивать, но действовал осторожно. Не воспринимал он меня серьёзным противником, но опыт заставлял его проводить оценку. Пара оценивающих размашистых ударов, несколько неглубоких выпадов, которые я всё время парирую без желания контратаковать.

И тут же взлетел темп.

Удары противника стали точнее и сильнее. Главное – короче, а скорость работы одной лишь кистью с помощью локтя поражала мастерством.

Я… сначала не смог сдержать скорости работы восприятия и реакции. Тело было готово к бою на равных с демоном. Самый быстрый клинок не вызывал никаких проблем. Но важно было ограничить себя на уровне человека. В хорошей физической форме, но не более.

И тут же начал проигрывать в парировании, компенсируя стремление уберечься от увечий дистанцией. Пропустил порез на внешней стороне руки, широкий круговой удар рассёк рубашку на груди.

Меня выдавило с центра арены. Четыре шага назад и я практически упёрся в высокий борт. Тогда сделал первый выпад, сбивая темп противника. А затем сильно и коротко с вложением от плеча вперёд бил в меч, таким образом забирая назад потерянную дистанцию.