Текст книги "Гость (СИ)"

Автор книги: Демиург

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 24 страниц)

Глава 9. Идеальная армия.

Едва уловимое движение кистью превращает меч в молот. Лёгкий и даже миниатюрный, если сравнивать с теми монстрами, которыми пользовались на Перекрёстке, но недооценивать его не стоило. Моё оружие имело несколько форм, за что тоже пришлось платить и даже не золотом. Хотя оно того стоило, кузнец превзошёл самого себя. Но, к сожалению, внести другие свойства нельзя. Иначе невозможно будет протащить подобную вещь в закрытый мир, не связанный с Перекрёстком.

В душе тихонько шелохнулось сожаление о том, что в Пляску Смерти скользнуть невозможно. Требовалась полная концентрация, а её сбивала боль, постоянно обитающая в душе. Что гораздо хуже, я из-за этой боли даже думать нормально зачастую не мог. Когнитивные функции пошли вразнос уже давно.

Впрочем, последнее не мешало мне мощным ударом расколоть череп ближайшего скелета, а затем активировать один из артефактов.

– Испепеляющее Солнце.

Небольшая эмблема звезды с десятью лучами треснула и развалилась, печально хрустнув под сапогом, а по монстрам вокруг начали бить лучи солнечного света, обрушивающиеся с небес и мгновенно испепеляющие всех, по кому попадали. Мощная штука, но, к сожалению, одноразовая. Впрочем, как и всё остальное, что планировалось использовать.

Вокруг тела закружились потоки ветра, и я сорвался с места, нанося многочисленные удары молотом и хаотично перемещаясь по каменному плато. Где-то за спиной раздавались размеренные шаги костяного великана, который неторопливо следовал за слишком юркой целью. Он преследовал меня с завидным упорством.

Удар, противника с правой стороны игнорирую, на него обрушивается удар света, сбиваю летающее нечто и перепрыгиваю разогнавшиеся останки невиданного зверя. Две мощные ходовые конечности, длинные лапы, оканчивающиеся когтями из костей, вытянутый череп и массивный клюв. Идеальный воин для преследования и сражения на открытых пространствах, хотя мозгов для контроля собственной скорости явно маловато.

Где-то высоко в небесах хохотал Гастер. Он продолжал сражаться своими лучами, которые словно уничтожали саму материю на молекулярном уровне, просто их трансформируя и комбинируя с чем-то другим. Возможности разглядеть получше не имелось.

Между мной и четырёхруким магом расположился ректор, атакующий мертвецов с воздуха и останавливая всех тех, кто пытался помочь личу, а таких нашлось немало.

Моя функция заключалась в том, чтобы отвлекать основную массу тварей и устраивать беспорядок в рядах мертвецов, создавая возможность для атаки Люмье и давая больше времени Гастеру.

Впрочем, я и сам немало скелетов разрушил, артефакт работал даже слишком хорошо. Мощность значительно больше расчётной. Интересный эффект, хотя времени на подробные исследования причин, к сожалению, нет. Но надо будет запомнить, вдруг когда-нибудь дойдут руки, если жив буду.

Не считая обычных скелетов, человеческих и не очень, а также когтистых бегунов, на поле боя присутствовали какие-то бесформенные твари из множества костей. Ассоциировались с осьминогами, которым вместо щупалец приделали человеческие руки, только значительно больше, чем должно было быть. Их преимуществом было полное игнорирование условий местности. Передвигались даже по вертикальным поверхностям и делали это довольно быстро, хотя их боевые качества оказались сомнительны.

Впрочем, встречались и осьминоги с наездниками на спине, эти уже значительно опаснее, но медленнее, что позволяло мне растягивать противников и непрерывно перемещаться по полю боя, избегая попыток окружить надоедливую цель и внося хаос.

Бегать и махать молотом оказалось значительно проще, чем предполагалось. Большое количество скелетов позволяло буквально прыгать по их головам, уходя от медлительного великана и попутно разрушая всех, кто удачно под руку попадётся. Молот, окутанный ветром, вполне спокойно справлялся с костями противников, хотя на черепа тех же когтистых бегунов приходилось тратить по три удара.

Качество заменялось количеством. Ассортимент разнообразных химер впечатлял. Особенно автор всего этого безумия потрудился над летающими тварями, их я насчитал под десяток разновидностей. С последними вполне успешно справлялись Ступени и небольшие пространственные барьеры. Разогнавшиеся монстры встречались с моим заклинанием и мгновенно превращались в мешанину из костей. Законы физики никто не отменял.

Гастер явно переоценил опасность этих существ, предрекая нашу смерть. Да я и сам ожидал большего, если честно. Всё складывалось даже слишком хорошо, до того момента, как где-то высоко в небе раздался голос лича. Язык был мне неизвестен, но приказ оставался предельно понятен.

Все воины армии мёртвых, имеющие крылья, мгновенно оставили попытки догнать меня или атаковать Люмье, сосредоточившись на прорыве к Гастеру. Ректору пришлось поднапрячься, а я отчётливо почувствовал мощную магию жизни.

Впрочем, от действий Люмье меня отвлекло отсутствие шагов за спиной. Оглянувшись, узрел очень странную картину. Великан наклонился, схватив в кулак под десяток тварей, а затем выпрямился и метнул их в Гастера. Маг уклонился, но это стоило ему пропущенной атаки со стороны лича. Великан был не слишком полезен, но оттягивал на себя часть внимания. Нехорошо.

– Дробильщик.– Я ткнул молотом в сторону великана, а один из артефактов рассыпался в пыль.

Великан жалобно захрустел и затрещал, попав в жернова пространственной магии. Я хотел сохранить этот артефакт, предоставив столь массивного противника Люмье, когда тот освободится, но обстоятельства к экономии не располагали. Не выдержав настолько сильного воздействия, монолитный скелет развалился, похоронив под собой ещё пару сотен своих меньших братьев.

Все артефакты были настроены на управление голосом, поскольку отвлекаться во время сражения не хотелось, так оказалось банально удобнее и быстрее. Но приходилось очень тщательно выбирать момент использования, поскольку каждого хватало лишь на один раз. Хотя все усилия того определённо стоили.

Гигант меня больше не тревожил, а все летающие монстры до сих пор пытались добраться до своего повелителя, потому передвигаться по полю стало только легче, и сражение потеряло даже малейший оттенок опасности. Я просто продолжал бегать и вращать молотом, хотя это не имело особого смысла, ведь сила Испепеляющего Солнца постепенно угасла.

Я продолжал этим заниматься до того самого момента, как с небес рухнул Люмье, от которого волнами расходилась сила магии жизни. Быстро разобравшись с оставшимися химерами, мы просто присели на чей-то массивный скелет и принялись наблюдать за сражением лича и Гастера.

– Поможем?

– Дай ему размяться.– Я перевёл взгляд с небес на своего собеседника.– Наш новый друг слишком давно не сражался в ясном сознании.

– Как скажешь.– Люмье оглядел поле, заваленное костями.– Странно это всё.

– Ты тоже заметил?– Ректор кивнул.– Магии в пространстве действительно с избытком, но это не объясняет столь массовое поднятие нежити. Мёртвые тела не лучшие вместилища для разлитой вокруг силы, такого не должно было произойти. Некоторая их часть ещё и восстановила свои функции. Дракон вообще ревёт, хотя голосовые связки у него явно отсутствуют.

– Может из-за лича?

– Нам и до него восставшие встречались.– Я отверг этот аргумент даже не задумываясь.– Некромантами тут тоже не пахнет. Если такое происходит по всему миру, то проблема в самом мире. Даже возникают мысли, что его прокляли. И ещё, тут из скелетов идеальная армия собрана, ты заметил?

– Нет.– Люмье пригляделся к останкам вокруг и задумчиво хмыкнул.– Вообще не понимаю, о чём ты. Химеры как химеры.

– Гигант, чтобы разрушать стены. Клювастые твари для сражения на открытых пространствах. Чудовищные подобия осьминогов, которые способны преодолеть укрепление любой высоты и бегать даже по потолку. Ещё и с наездниками.– Я перечислял функции тех или иных монстров, тыкая в них пальцами. Вышла примерно дюжина подразделений самой различной направленности.– Были бы они покрепче и поумнее...

– Действительно странно.

– Жаль, что времени всё это тщательно исследовать у меня нет.– Откинувшись на спину, я вновь уставился в небо. Гастер успешно давил своего противника, хотя дракон ему ощутимо мешал.– Ладно, ты прав. Надо помочь.

Я поднялся на ноги, а молот сменился копьём.

– Железкой в него тыкать будешь?– Иронично приподнял бровь Люмье.

– Вроде того. Пожиратель Материи.

Копьё словно поплыло, потеряв свои очертания, по нему пробежали разряды молний. Со звуком громового разряда я метнул оружие, которое достигло своей цели почти мгновенно. А затем почти половина тела дракона просто исчезла. Абсолютно беззвучно. Монстр рухнул на землю, вызвав небольшое землетрясение, лич разъярённо взревел.

Ещё один артефакт оказался разрушен. Надеюсь, что на сегодня он был последним. Подойдя к ополовиненному телу дракона, я подобрал копьё, а затем и Цветок, который остался абсолютно невредим.

– Ладно, такую железку я тоже не отказался бы иметь.– Люмье осмотрел поверженного противника, а я тем временем спрятал добычу в скрипичный футляр.– Даже в таком состоянии ты умеешь впечатлить. Хотя это больше ужасает.

– Неужели я внушаю страх посланнику самой Жизни?– Ректор сначала напрягся и сжал руку в кулак, а потом расслабился, словно о чём-то вспомнив.

– Давно знаешь?

– С самого начала.– Он изумлённо приподнял бровь.– Это было достаточно очевидно. От тебя слишком сильно пахнет её силой. Аж в носу свербит.

– Мне сначала показалось странной формулировка, что об этом нельзя говорить ни с кем, кроме тех, кто знает, но, полагаю, Жизнь даже не рассчитывала на то, что я тебя обману.– Ректор кивнул в такт своим мыслям.– Ты действительно страшный человек.

– И когда?

– Сразу после смерти.– Люмье понял вопрос правильно.– Я не ты и оказался к ней не готов, хотя и нашёл силы пожертвовать собой, как того требовал долг. Жизнь предложила мне выбор. Служение или путь дальше.

– Не жалеешь?

– Знаешь, вообще нисколько.– Он улыбался.– Сил прибавилось, да и по мирам попрыгал изрядно. Скучать не приходится, хотя особо и не загружают. Подробностей, сам понимаешь, не расскажу. Последние лет десять сижу на Перекрёстке, изучаю магию. До недавнего времени не мог понять, почему Жизнь подстроила всё так, чтобы я оказался его жителем.

– Думаешь, дело во мне?– Продолжая улыбаться, Люмье кивнул.– Значит я был не слишком самонадеян, предположив, что тебя сюда отправили именно ради меня.

– Получается что так.– Звонко рассмеялся ректор.– Не слишком преувеличиваешь масштаб собственной личности.

– Как считаешь, зачем я Жизни? Или ты послан меня убить?

– Для этих целей она точно выберет кого-то другого.– Отмахнулся Люмье.– Ведь я гарантированно провалю задание, даже пытаться не стану. Слова про долг не были шуткой, выбор между Жизнью и человеком, спасшим мой мир, будет в пользу последнего.

– Это зря.– Ректор пожал плечами.

– Может быть. Полагаю, что ты нужен именно Смерти. Было бы глупо считать, что эти сущности не помогают друг другу.– Я в ответ на это лишь кивнул.– Какой интересный стиль боя.

– Не встречал раньше?– Он покачал головой.– Гастер не пользуется элементами, перед нами магия в чистом виде. Есть преимущества, есть недостатки, куда без них. Ничего особенного, просто иной способ использования силы.

– Очень гибкое использование воплощения.

– Чистая магия ограничена фантазией. Она не имеет привычных нам рамок. В теории, можно создать что угодно. К примеру, если я воплощу зеркало, представив отражение этих лучей, разрушающих материю, то они и будут отражаться. Битва воображений, если угодно.

– Надо будет поинтересоваться.– Ректор внимательно наблюдал за действиями Гастера.– Что дальше по плану?

– Подождём Ливию и ингредиенты Риты. Они явно дольше провозятся. Затем к Целителю, заодно и фей попытаемся исцелить.

– А с ними что не так?– Последнюю фразу услышал Гастер, как раз покончивший со своим противником.

– Крыльев нет.– Вместо меня ответил Люмье.– Судя по слухам. А должны бы быть.

– И что для этого нужно?

– Ты.– Гастер неопределённо хмыкнул, явно не уловив своей причастности к восстановлению дочерей Мельпомены.– Целителю для работы нужен накопитель с чистой силой, не окрашенной каким-либо элементом. Я вообще-то планировал обратиться к какому-нибудь богу магии, но ты тоже подойдёшь. Так что этот вопрос решён. Он ещё просил накопитель с силой бога, но такой у меня есть.

– Даже интересно, откуда.

– Я ведь Хранитель. Умею договариваться с подобными сущностями.– Умолчу о том, что он у меня не один. И даже не два. А ведь Лурия ещё и за силой богини жизни пошла. Целая коллекция собирается.– Так что есть шанс вернуть малышкам крылья.

"Спасибо." В моей голове синхронно прозвучали целых три голоса.

"Перестаньте."

– Ладно, пора бы отсюда выбираться. Давайте пока на своих двоих, что-то я устал.– Ректор в ответ на это заявление расхохотался, Гастер лишь неопределённо хмыкнул. А затем окинул меня взглядом с ног до головы.

– Кстати, чуть не забыл. Твои артефакты, они впечатляют. Ты великий мастер.

– Нет. Не мастер и уж точно не великий.– Я наткнулся на удивление со стороны обоих спутников. Вздохнув, начал пояснять.– Быть может, созданные мной артефакты не так уж и плохи, но они лишь копия. Я подражаю чему-то другому, иногда дополняя или комбинируя, но ничего нового создать не могу.

– На это тоже требуется мастерство.– Возразил Люмье.

– Быть может. Но это не моё призвание. Я их не чувствую. Свои творения. Независимо от того, насколько они хороши, просто не ощущаю. Я могу быть артефактором, но никогда не смогу стать мастером.

– Как-то всё это слишком абстрактно.

– А я, кстати, понял.– Неожиданно кивнул Люмье.– Хотя и не поддерживаю. Если что-то настолько хорошо получается, то не делать этого просто преступление. Ещё и работа над временем. Основу артефакта явно же ты делал.

– Нет. Её делал бог. Хотя я тоже руку кое-где приложил.

Часы, собранные Ритой. Она лишь занималась настройкой и созданием приемлемого материального носителя, а ещё добавляла в конструкцию руны. Фундамент действительно сотворил бог времени. Старый долг.

Мои спутники впечатлились.

– Вот в такие моменты действительно ощущаешь, что Хранитель является существом иного уровня.– Гастер был даже слишком задумчив. На мгновение стало интересно, какие мысли витали в его голове.– Когда он мимоходом упоминает о том, что может обратиться к богу с просьбой сделать артефакт.

– Лишь обстоятельства. Полагаю, ты на моём месте тоже бы к этому пришёл.

– Не уверен.– Маг печально улыбнулся.– Но может хоть не совершил бы столько ошибок.

Я обернулся птицей, почувствовав, что достаточно восстановился после боя. Мои спутники мгновенно оторвались от земли. Обратный путь занял даже меньше времени, поскольку не приходилось заниматься поиском ориентиров. Преодолев разлом в пространстве, мы вновь оказались на Перекрёстке.

Я снял с пояса артефакты, которые удалось сохранить, и спрятал их в футляр, а затем достал новый, который выглядел как кубик из множества сегментов с рунами, нанесёнными на внешней и внутренней сторонах. Каждый из сегментов вращался в четырёх направлениях. Крайне полезная и многофункциональная вещь.

Собрав нужную комбинацию, я дождался отклика. Руны окрасились в зелёный.

– Рита, что у вас?

– Лу уже вернулась, сейчас отправилась передать накопитель и клыки Ливии, она ещё не закончила с жемчужиной.– Послышался возбуждённый голос девушки.– Я пока собрала только половину. Кое-что пришлось заказывать, на доставку потребуется время. Рада, что с вами всё в порядке.

– Постарайся не привлекать внимания, вопрос не настолько срочный. Зайду через три оборота, зови, если буду нужен.

– Зайдёшь?

– Ага. Скоро можно будет не скрывать моего присутствия. Так что встретимся у тебя.

– Хорошо. Буду ждать.

Цвет рун вернулся к нейтральному белому, а я убрал артефакт в футляр и закрыл его.

– Пока всё?

– Торопишься куда-то?

– Страстно желаю выпить.– Гастер едва ли не притопывал от нетерпения.– Перед походом в мир мертвецов как-то не к месту было, а сейчас самое время. Я уже много сотен лет к алкоголю не притрагивался.

– Вообще-то поддержу.– Улыбнулся Люмье.– Этот мир. Он давил. Надо восстановить душевное равновесие.

– Алкоголики. Идите отсюда. Ливия вас найдёт, когда будете нужны.– Мои спутники переглянулись и мгновенно исчезли, вызвав небольшое колебание пространства.– Да, больше спасибо, что подкинули до города. Я же в состоянии самостоятельно прыгнуть на две сотни километров.

А я, если честно, тоже собирался насладиться вкусом хорошего алкоголя. В последнее время что-то зачастил, но так совпало, что поводы были. Как-никак день рождения. Осталось вспомнить, сколько мне исполняется лет, что тоже довольно нетривиальная задача.

Глава 10. Хорошая традиция.

Двести семьдесят три года. Откуда я выяснил столь точную цифру? Спросил у одного бога из моего родного мира. Это было после сражения с Лилианой, когда волей-неволей пришлось задуматься о собственном возрасте, раз уж во время путешествия речь заходила.

Отсчёт вёлся по летоисчислению моего мира, в котором четыре сотни дней в году. На Перекрёске меньше. Но это не столь важно. Значительно дольше, чем планировалось прожить, хотя в сравнении с теми же самыми богами я до сих пор остаюсь практически младенцем. Радует только тот факт, что все эти года были насыщенными на события и новые знания. Если меня однажды запрут в Городе, и я действительно стану одним из его жителей, то с ума сойду довольно быстро.

Я однозначно могу назвать культуру, из которой почерпнул традицию празднования этой даты, но не сумею определить точный момент, в который начал ей следовать. Считать с того времени, когда это было лишь механической привычкой, или с того, когда это начало приносить мне удовольствие? Даже если не придавать большого значения подобному празднику, в нём есть что-то правильное. Хорошая традиция.

Хотя я трактовал её несколько неверно. Если правильно помню, этот день надо проводить в кругу родных и друзей, получая подарки и веселясь от всей души. Последнего я и вовсе не умел, подарки в нынешней ситуации были бы несколько неуместны, а мои родные и друзья на данный момент заняты спасением души одного неуёмного мага. Да и вообще, весь этот шум и веселье несколько утомляли. Предпочту провести время в одиночестве.

Впрочем, не совсем. Рядом были феи. Они хрустели печеньем и одаривали меня волнами радости. Тоже хороший подарок, если задуматься. А я что-то пил. Напиток назывался акавит, если не ошибаюсь. Впрочем, без разницы. Никогда такого раньше не пробовал. На вкус ничего так.

Спокойное местечко в этом городе было найти не то чтобы очень сложно. Особенно во второй четверти оборота. В это время обитатели Пацифиды полным составом собирались на Арене. Турнир разгорался всё сильнее. Количество участников скоро станет равно тысяче, что ознаменует начало нового этапа. Вообще, задумавшись о том, почему их так много, я получил довольно занимательный ответ.

На этап Перекрёстка попадало по десятку претендентов от каждого мира. Их разбавляли почти пять сотен свободных участников, выступающих от своего собственного имени. Но основную массу составляли именно представители гильдий или иных организаций, пожелавших принимать участие. Я раньше не принимал это во внимание, но подобных объединений значительно больше, чем можно было представить. И от каждого ещё по десятку участников.

Хотя, несмотря на количество, очень малая часть их представителей попадала даже в тысячу. Без поддержки мира подобное требовало великих усилий. Стабильно высокие результаты показывал примерно процент всех организаций. Если не меньше.

В общем, Арена была как никогда наполнена зрителями, а улицы Пацифиды опустели. Что позволило мне улечься на первой попавшейся крыше и любоваться парящими островами. Феи жевали печенье, а над нами расположился купол, скрывающий от случайных взглядов. Впрочем, даже если меня заметят, то серьёзных последствий подобное иметь не будет. Я же не в дом влез.

Умиротворённое лежание и хруст печенья были прерваны тихими шагами. Слегка повернув голову, я тщательно оглядел долгожданного гостя. Босая девушка в свободном белом платье. У неё было лицо, но его оказалось невозможно воспринять. Как только я отводил взгляд, оно словно замазывалось прямо в сознании. Просто стиралось из памяти. Это происходило столь быстро, что противиться было абсолютно бесполезно.

– Давно не виделись. Выпьешь?– Я протянул гостье напиток, но она как всегда молчала и просто смотрела.– Пока ещё рано, извини.

Это была смерть. Моё персональное воплощение конца. Так и не разобрался, настоящая она или просто галлюцинация раздираемого болью сознания. Оба варианта могли быть верны, вероятность примерно одинаковая. Что означал её приход? Почему она не имела лица? Если это лишь иллюзия, то почему она принимает подобный вид? Много вопросов, ответы на которые вряд ли удастся получить.

Очевидно лишь то, что я опять отключился. Измождённое тело взяло паузу. Артефакт на подобный случай лежит у фей в кармане. Как только заметят, то вернут в нормальное состояние. Впрочем, сегодняшняя галлюцинация немного отличается от привычной. Она заговорила.

– Ты нужен мне.

– Я ещё не отошёл от гибели жены, зайди через пару сотен лет.– Рефлекторно отшутился я, даже не до конца осознав произошедшее. Это серьёзно уменьшало вероятность того, что девушка является лишь галлюцинацией.

– Вскоре ты найдёшь знак.– Абсолютное игнорирование моих слов. Безэмоциональный и сухой голос. Интересно.– Просьбу о помощи. Я даю тебе право вмешаться и убить. Можешь сражаться в полную силу.

– Была бы она, эта сила.– Озадаченно бормочу в пустоту, моя персональная смерть исчезла, растворившись в потоке налетевшего ветра.

"Ты как?" Ворвался в сознание обеспокоенный голос старшей феи.

" Ещё жив. Спасибо за помощь. Долго лежал?"

" Пару минут, не больше. Бормотал что-то. Если хочешь, могу глянуть."

" Нет, спасибо."

Малышка предлагала мне исцеление разума. Временное эмоциональное спокойствие и забвение. Помогает разобраться в себе и вытащить на поверхность самые сокровенные мысли. Иногда бывает полезно в качестве самоанализа. Однако, если это действительно смерть, то для феи опасно лезть в её дела.

Разрешение относилось к убийству богов или вмешательству в их дела. Я, как Хранитель, ограничен некоторыми правилами. Мне нельзя пойти и уничтожить первого встречного бога просто потому что захотелось. Хотя человека, кстати, можно. Я остаюсь смертным, но слишком силён для ограничений, что накладываются на них, а потому имею другие.

Хранителю дозволено убивать богов только в случае угрозы существованию какого-либо мира или когда они первые проявят агрессию. Смерть, если это была она, фактически стёрла это правило лёгким движением руки. Условия, правда, смутные. Каков будет формат просьбы о помощи, что за знак? Следует ли это воспринимать буквально?

Впрочем, она не могла говорить яснее. Не представляю даже, чем ей пришлось расплатиться за вмешательство. Правила сковывали сущность такого уровня по рукам и ногам. Опять же, если всё произошедшее не было лишь галлюцинацией. Впрочем, кого я обманываю?

Правила, правила, всюду правила. Они были основным законом равновесия, системой мер и противовесов. Быть может, не идеальной, но успешно функционирующей несчётное количество лет. Кто их придумывал и накладывал, раз даже сама Смерть не может переступить через некоторые запреты? Полагаю, если я однажды узнаю ответ на подобный вопрос, то сразу же окажусь стёрт с лица вселенной. Окончательно и бесповоротно.

Устав пытаться постичь непостижимое, я решил вздремнуть и закрыл глаза, но сразу же оказался потревожен нарушением периметра скрывающего купола. Приняв сидячее положение, уткнулся взглядом в идеально белый доспех, на спине которого расположились металлические крылья.

– Не то чтобы у нас было запрещено на крыше лежать.– Я моргнул, а Гейр уже предстала в повседневной одежде.– Но лучше так не делать. Шанс наткнуться на сумасшедшего в пределах Пацифиды довольно велик, поэтому старайся не создавать конфликтов. Тот факт, что дом явно не твой, как раз может оказаться причиной того самого конфликта.

– Неужели у целого магистра величайшего из орденов Перекрёстка нет больше дел, чем отлавливать обычных музыкантов по чужим крышам?– Я иронично приподнял бровь, а Гейр расхохоталась и присела рядом со мной.

– На обычных времени действительно не найдётся.– Она протянула феям горсть конфет. Явно готовилась к встрече. Я создал вазочку из кристаллов, в которую и были высыпаны сладости. Малышки накинулись на угощение, а Гейр расхохоталась.– Кстати, с величайшим Белые бы не согласились. Очень горделивые ребята.

– Звонкая.– Кажется, она это уже говорила при прошлой нашей встрече. Но не вслух.– У тебя очень звонкая радость.

– Спасибо, наверное.– Гейр озадаченно уставилась на старшую фею, которая вернулась к поеданию печенья. Её сёстры предпочли конфеты.– Это комплимент?

– Он самый. Можешь гордиться. При нашей первой встрече они сказали, что я слишком пустой и мутный.– Девушка расхохоталась.

– Прямо в точку. Удивительное попадание. Это у тебя акавит?– Я кивнул.– Дай хлебну. Отличная штука.

– Правда, на магистра ты не очень то и похожа.

– Закончилось.– Гейр озадаченно потрясла бутылкой, а затем вернула её мне и вновь рассмеялась.– Да ладно. Уравновешиваю остальных. Все такие важные и серьёзные, словно в похоронном бюро работают.

– Это что?

– А, забудь.– Отмахнулась девушка.– Вернёмся к началу этого интереснейшего разговора. Ты чего тут сидишь?

– Праздник. День рождения у меня сегодня.– Она захлопала в ладоши.

– Поздравляю. Но это не повод сидеть на чужой крыше.

– А где мне ещё сидеть?

– Что, друзей нет?– Она усмехнулась и слегка наклонила голову.

– Есть.– Я откинулся на спину и уставился в небо. Почему бы и не поговорить.– Даже сестра найдётся, хоть и не кровная родственница. Желания с ними сидеть нет. Да и заняты все. Не такой и важный повод, чтобы от дел отрывать.

– Одинокий.– Печально резюмировала средняя фея.

– Не грусти.– Младшая положила мне на грудь конфетку.

– Спасибо. Пожалуй, что вы правы.

– Серьёзно?– Пожалуй, Гейр удивилась даже больше, чем при первой встрече с феями.– Вот так теперь выглядят одинокие люди?

– А что мне, плакать?– Девушка расхохоталась.

– Не отказалась бы посмотреть. Если, конечно, в процессе с ума не сойду от пережитого эмоционального потрясения.

– К тому же, я чётко осознаю абсолютную парадоксальность этого чувства. Очень малому количеству разумных даны такие близкие люди, какие имеются у меня. И, несмотря на это, в душе всё равно очень тщательно свило гнездо одиночество. Прямо рядом с яростью.

– Он просто другой.– Старшая сказала это серьёзно, словно выносила смертельный диагноз.– Отличается от всех остальных. Его никто не может понять, хотя он понимает всех, за редким исключением. Даже самые необычные и яркие из существ не будут способны влезть в душу нашего друга. Полагаю, проблема в этом.

– Тебе виднее. Я считаю, что прост, словно табуретка.

– Какая-то у вас печальная обстановка для праздника.– Гейр тоже откинулась на спину и о чём-то задумалась.– Если серьёзно, то все мы одиноки в сущности своей. Поэтому, может не так уж и плохо это осознавать?

– А я разве говорил, что страдаю от этого?

– Страдает.– Мгновенно отреагировала старшая фея.– Но не то чтобы очень часто. Время от времени.

– Сейчас в карман засуну.

– А я что? Я печенье жую.– Она действительно вернулась к этому занятию, а Гейр расхохоталась.

– Кстати, а вам не тесно втроём в таком маленьком кармане сидеть?

– Маленьком?– Я хотел рассмеяться, но боль в груди посоветовала этого не делать.– Да там тридцать кубических метров свободного пространства. Учитывая их размеры, вообще курорт.

– А как же?..

– Сладкое в пространственный карман нельзя переместить. Им приходится выпадать в реальный мир ради лакомства. Туда никто не сможет влезть просто так. Даже я сам.– Это потребовало немалых усилий. Зато малышки были абсолютно спокойны.

– А если ты плащ где-нибудь оставишь?– Она мгновенно нашла уязвимость.– Или будешь похоронен под толщей воды? Они же навеки останутся пленницами.

– Там запасной выход есть. Одноразовый, правда, да ещё и со встроенной функцией самоуничтожения, но об этом я тоже позаботился.

– Неплохо.– Гейр рассмеялась, а затем резко затихла и печально улыбнулась.– Даже слишком неплохо, особенно для простого музыканта.

– Кстати о музыке. Сегодня праздник, да и настроение подходящее. Хочешь послушать какую-нибудь легенду?

– А какие есть?– Я тщательно задумался, а затем начал перечислять. Сегодняшний репертуар обязан был быть особенным.

– Легенда о городе, в котором жили Лунные маги. Об их гибели и наследии. Башне, в которой содержались великие знания, на её вершине никогда не затухало пламя, а входная дверь была увита прекраснейшими орхидеями.

– Орхидеями, говоришь...– Глаза Гейр сверкнули.

– Ещё есть история о Лабиринте и дочери самого ветра, что оказалась в нём заперта на сотни лет. Или о Башне. Чудовищном изобретении гениального народа, что мечтал создать новый мир, но лишь пожирал чужие. Могу поведать о двух Героях. Один из них проиграл и стёр себе память. Другой смог спасти свой дом, потому что пошёл за Тенью– величайшим из убийц. Последняя, совсем недавно её написал, она о метаморфе. Он сразился с богиней, что желала стать властительницей двух миров и выкрал величайшее из сокровищ, после этого словно провалившись сквозь землю.

" Перестань, она догадается."

" Уже догадалась. Я и не рассчитывал обмануть их, вмешательство мира сделало это практически невозможным."

" Давно?"

" Подозревала сразу же. Или ты считала, что можно просто так в кабаке встретить магистра ордена Стимфалийских Птиц? Сегодня она лишь пришла подтвердить подозрения и подтвердила. Скорее всего действует по приказу. Её нельзя отпускать."

" Даже не думай навредить столь звонкой девушке."

" Перестань. Обидно даже."

" Прости, волнуюсь."

" Понимаю."

– У тебя ещё много текстов в запасе.

– Не то чтобы я придумываю их в одиночестве.

– Он отказывается подыграть той песне, которую написали мы.– Озвучила претензию средняя фея, недовольно фыркнув.

– Серьёзно? Но...

" Чувствую боль. Слышал?" В моём сознании закричала старшая. А я слышал. Это было довольно далеко. И я с такого расстояния мог слышать только одного человека.

Я подхватил фей и забросил в карман. Довольно грубо вышло, но они поймут. Гейр замолчала и смотрела на меня с недоумением.

– Держи меня, магистр. Иначе я здесь кровавую бойню устрою...

***