Текст книги "Очень приятно, бездомный тэнгу (СИ)"

Автор книги: Чайный Лис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 10. Деревня Неспящих Сов. Часть 3

Большая часть угольно-чёрных волос незнакомки была убрана в огромную пышную и невероятно красивую причёску на голове, отдельные пряди ровными локонами спадали на плечи. Огромное количество всевозможных заколок и украшений, в основном в форме цветов и бабочек, сверкали в её волосах в слабом фиолетовом свечении.

Хару первым уверенно выступил вперёд и вежливо поклонился:

– Я бездомный тэнгу, очень приятно, а это мои друзья.

Женщина в фиолетовом изогнула свои брови от изумления и поднесла правую руку к лицу, слегка коснулась указательным пальцем нижней пухлой губы, выкрашенной в какой-то тёмный цвет – в фиолетовом свечении сложно разобрать, был тот таким же фиолетовым или всё-таки красным. Она задумчиво произнесла:

– Тэнгу? Что же тэнгу забыли в этих краях?

Она махнула второй рукой, люди почтительно несколько раз поклонились, чуть носами не достав до земли, и разошлись по своим делам, оставив госпожу Фуку и путников наедине.

Сота и Хибики настороженно следили за действиями и словами молодого господина, второй и вовсе подумывал вмешаться и ответить вместо него, однако белый тэнгу сам обо всём рассказал, даже не думая что-то утаивать:

– Мы направляемся в княжество Отаки, в резиденцию семьи Хонда. Жители одной из деревень сказали, что где-то в этой стороне находится пограничная деревня, через которую мы можем попасть в провинцию Кадзуса, но в лесу на нас напали охотники на ёкаев, а мы, кажется, немного заблудились в фиолетовом дыме.

Его невинная история вызвала смех у госпожи Фуку, та прикрыла рот рукой и добродушно рассмеялась, отчего Сота, Хибики и Акико только напряглись. Немного погодя, она внимательно оглядела всех путников и с улыбкой ответила:

– Вы находитесь в той самой пограничной деревне Неспящих Сов, я хозяйка и защитница этого места, моё имя Фуку.

Девушка с золотистыми глазами цвета ямабуки обошла тёмного и светлого тэнгу и с вопросом приблизилась к женщине в фиолетовом:

– Почему ваша деревня находится под куполом и не выпускает нас? И что это за совы?

На вытянутых руках Акико по-прежнему лежали две деревянные статуэтки в виде сов.

– О, это мои творения, – госпожа Фуку усмехнулась. – Они охраняют деревню и следят, чтобы сюда не проникали ни злые люди, ни опасные ёкаи.

– А нас почему пустили? – с подозрением поинтересовался Хибики: никто не любил, когда в их владения вторгались чужие ёкаи.

– Мы же тэнгу, у нас мир с людьми, – вставил своё слово Хару.

Госпожа Фуку убрала руку от лица и поправила цветы, которые продолжала держать, затем произнесла:

– Совы доложили мне, что на вас напали охотники, – она приблизилась к Акико и забрала сначала одну статуэтку, затем вторую, положив их сверху на стебли. – Только эти проказники не должны были вас обижать. Прошу простить меня, бездомный тэнгу, – госпожа Фуку обратилась к Хару, на миг прикрыла глаза, замолчала и вскоре продолжила: – Совсем не ожидала, что они смогут загипнотизировать тебя. Пройдёмте за мной, вы, должно быть, голодны.

Сота подскочил к ней с воплем:

– От голода умираем!

Женщина в фиолетовом с улыбкой двинулась вперёд, тэнгу пошли следом, а Акико настороженно щурилась, но всё-таки на месте не осталась. С таким количеством слоёв тканей госпожа Фуку как будто не ступала по земле, а проплывала над ней, одежда тянулась следом.

Они проходили мимо небольших домиков, на большинство из которых свисали ветви с фиолетовыми цветами, но не останавливались. При виде госпожи Фуку люди замолкали, почтительно кланялись, а когда небольшой отряд проходил мимо них, перешёптывались за их спинами. Однако обсуждали они вовсе не новоприбывших, до Хару долетали слова как про сбежавшую опасную змею, так и совершенно другие истории:

– Вот бы заполучить плод бессмертия.

– Но страшно покидать деревню, уже стольких убили…

Над этим диалогом белый тэнгу задумался и остальной путь прошёл молча. Неужели кто-то сумел вырастить плод бессмертия?! Хару еле сдержался, чтобы не обернуться и не расспросить людей: его остановили переживания, что люди боятся его, а Хару никого не хотел пугать.

Пройдя всю деревню, они добрались до невысокого холма, на котором располагался маленький уютный замок. Его даже замком было сложно назвать – походил на остальные дома, но находился на скромном возвышении и выглядел богаче. Сам домик был сделан из дерева и имел красивую изогнутую крышу с необычной фиолетовой черепицей в форме цветов. Из-за фиолетового свечения оставалось гадать, в самом деле она имела пурпурный цвет или это дым так влиял и окрашивал её. К входу вела небольшая каменная лестница, вдоль которой стояло несколько флагов с изображением всё тех же цветов – должно быть, это был герб госпожи Фуку, хозяйки деревни Неспящих Сов.

Она уверенно поднялась по ступеням, оставила обувь на пороге, первой вошла внутрь и затем пропустила гостей. Навстречу ей вышли две молоденькие девушки в светлых одеждах и с опущенными головами, они держали руки перед собой, спрятав их в рукава. Госпожа Фуку попросила накрыть на стол, после чего служанки поклонились и ушли, а сама поплыла дальше по коридору. Путники молча следовали за ней, но вскоре на одном из поворотов она остановилась, отодвинула сёдзи в сторону и вошла в другую комнату.

Они оказались в довольно просторном помещении. У стены стояла ширма с расписанным узором в виде перьев, что удивило тэнгу, перед ширмой находился невысокий стол, с обеих сторон от которого лежали подушки. Также подушки находились и в центре комнаты вокруг другого небольшого столика, по углам стояли горшки с растениями и невысокие шкафчики. На полках располагались как различные свёрнутые свитки, так и засушенные цветы. На столе у ширмы Хару успел заметить только несколько кистей для каллиграфии, как госпожа Фуку обратилась к путникам:

– Проходите, располагайтесь.

И сама села за тот самый стол, а остальные расположились на мягких подушках.

Хару, продолжая оглядываться по сторонам, присел последним и задумался, о чём спросить первым. После недолгого молчания он всё-таки решил задать самый невинный, на его взгляд, вопрос:

– Госпожа Фуку, а вас не раздражает фиолетовый цвет?

Акико кашлянула и едва сдержалась, чтобы не рассмеяться, Хибики просто хотел прикрыть лицо руками, но лишь опустил взгляд в пол, а Сота заржал в голос. Но Хару всего лишь решил, что о плодах бессмертия лучше спросит потом… и пока начнёт с более безобидной темы…

Женщина в фиолетовом тоже посмеялась, прикрыв рот рукой, после чего посмотрела на белого тэнгу и ответила:

– Фиолетовый – это мой любимый цвет, но даже если бы раздражал, то я бы ничего не смогла поделать. Пурпурный туман – это последствие от защитного купола над деревней Неспящих Сов, он исчезнет только тогда, когда я уберу барьер.

– К вам много опасных людей и ёкаев заглядывает? – тут же спросил Хару, пока остальные молчали.

Госпожа Фуку издала негромкое «хм» и тоже не спешила с ответом. Белый тэнгу уже потупил взор, испугавшись, что спросил что-то нехорошее, как та всё-таки заговорила:

– До нас дошли слухи, что в провинции Кадзуса выращивают плоды бессмертия, а вслед за этим начали пропадать люди, а по слухам ещё и ёкаи. Люди уверены, что это боги злятся и карают всех виновных и невинных, но я бы не спешила с выводами.

Она осторожно подбирала слова и свои собственные мысли не спешила озвучивать, пересказывала лишь слухи, а Хару уже загорелся волнующей его темой:

– И плоды бессмертия настоящие? Они даруют вечную жизнь?

Госпожа Фуку вновь засмеялась, а Хибики всё-таки не выдержал, дотронулся пальцами до лба и прикрыл глаза рукой.

– К сожалению, никто об этом не рассказывал.

Светлый тэнгу убрал руку от лица и обратился к женщине в фиолетовом:

– Госпожа Фуку, а купол вы воздвигли из-за историй с этими плодами?

– Увы, да, – она тяжело вздохнула. – Жители и моей деревни начали пропадать, я должна была как-то защитить их.

– А давно вы здесь живёте? – Хару хотелось побольше узнать об этой загадочной женщине. Чем тщательнее он разглядывал комнату, тем больше замечал, что на некоторых полках попрятались деревянные статуэтки сов, один из углов стола, в том числе, был высечен в форме головы совы.

– Достаточно, – с улыбкой ответила госпожа Фуку, одновременно с этим в комнату постучалась одна из служанок и сообщила, что еда подана.

Женщина в фиолетовом поднялась и повела гостей в столовую, которая находилась в противоположном конце маленького замка. Путники шли по узким коридорам, пока не оказались в нужной комнате с небольшим, но длинным столом, состоящим из нескольких маленьких квадратных, во главе которого на полу расположилась госпожа Фуку. Весь стол заполняло разнообразие блюд: фрукты и овощи, нарезанная и аккуратно свёрнутая сырая рыба во льду, также на каждого расставлены пиалы с рисом и отдельно с тёмным бульоном из водорослей.

Хару присел по правую руку от госпожи Фуку, рядом с ним расположилась Сота и Хибики, а Акико уселась напротив.

– Вы так и будете сидеть в плащах за едой? – с добродушной улыбкой поинтересовалась женщина. Монах Цуёши также хорошо относился к Хару, но оказалось, что он убил семью Акико, а её саму долгие годы держал в заключении, поэтому он заставил себя не спешить с выводами.

Белый тэнгу смущённо опустил голову и уставился в еду, неуверенный, что хотел бы снимать накидку и выставлять свои пепельные волосы напоказ. Руки он положил на колени и случайно задел округлость, выступающую под столешницей. Опустив взгляд ниже, он обнаружил и там деревянную сову.

– Как много сов у вас, – неосознанно произнёс он, случайно переведя тему.

Плечи госпожи Фуку подрагивали от смеха, она положила ложку на специальную подставку и тепло взглянула на Хару:

– Маленький бездомный тэнгу, осмелюсь предположить, что ты отпрыск Джунъичи из дворца Кинъу.

Киноварно-красные глаза расширились от ужаса и удивления, да так сильно, что скоро сравнялись бы с пиалами по размеру. Юноша вздрогнул и сильно дёрнулся – накидка спала с его волос, растрёпанные белые пряди рассыпались по спине, а красная лента выделялась на лбу. Акико вздохнула от его вида и отвела взгляд, схватилась за ложку и принялась есть суп, совершенно позабыв, что за волосами Хару надо ухаживать, иначе на его голове начинает твориться ужас.

Сота и Хибики с подозрением косились в сторону женщины, но молчали.

– Госпожа Фуку, откуда вы знаете моего отца? – не выдержал белый тэнгу. – И можете звать меня Хару.

Женщина в фиолетовом улыбнулась:

– Маленький Хару, я много чего знаю.

С этими словами она выпустила в воздух несколько пушистых фиолетовых перьев, которые, паря, зависли вокруг её головы. От неожиданности Сота закашлялся, но быстро пришёл в себя.

– Как видите, я тоже тэнгу и живу уже очень много веков, – заговорила госпожа Фуку. – Было время, когда я служила в императорском дворце, чисто из интереса, когда же это было… я служила у матери отца императора, если не ошибаюсь.

– У кого? – мигом перебил её Хару, и чуть не получил подзатыльник от Хибики, благо, их разделял Сота.

– У бабушки нынешнего императора, – через стол шепнула Акико, госпожа Фуку с благодарностью кивнула и продолжила рассказ:

– После её смерти я не пожелала оставаться в императорском дворце и покинула его, а со временем обосновалась здесь, на границе между провинциями Кадзуса и Симоса, окружённая цветами глицинии, которых тут росло всего пару деревцев. Покойная императрица ужасно любила эти цветы, даже меня называла глицинией…

Взгляд госпожи Фуку из радостного стал задумчивым, тоскливым, она грустно улыбнулась и снова открыла рот:

– Некоторое время я жила в месте, которое назвала Садом Неспящих Сов. Чтобы составить себе компанию, создала деревянные статуэтки, со временем мимо стали проходить люди, некоторые просились на ночлег, кто-то оставался и не спешил уходить. А я так привыкла к жизни среди людей, что и не прогоняла их, к тому же, они сами построили домики вокруг моего. Так и возникла наша деревня.

Хару с интересом слушал рассказ госпожи Фуку и понемногу ел.

– А вы всегда первому встречному рассказываете о своём прошлом? – не выдержал Сота и всё-таки задал свой вопрос. Вот до него уже Хибики достал и дал крепкий подзатыльник – да такой сильный, что звук от хлопка разнёсся по всему замку.

– Сота! – сердито воскликнул светлый тэнгу и снова замахнулся. – Где твои манеры? Прошу извинить нас.

Но госпожа Фуку ни капли не смутилась, а только рассмеялась. Стыд ощущали лишь несчастный Хибики, и он бы с радостью ушёл из-за стола, если бы не опасался, что Хару с Сотой могут ещё всякого необдуманного наговорить, и Акико, которая даже тэнгу не являлась и знакома была с ними всего пару дней.

– Не переживайте, я всякого успела наслушаться за свою жизнь.

– Госпожа Фуку, а сколько вам лет?

– Хару!

Щёки несчастного Хибики уже покраснели от стыда и злости, он, самый низкий из всех, уже был готов схватить Хару с Сотой за шиворот и выставить обоих за дверь, но слова молодого господина добили его:

– Хибики, что-то не так?

Они звучали так невинно…

Хибики уже подумывал достать катану из ножен и пронзить себе живот, лишь бы этот диалог не продолжался, но всё-таки заставил себя сжать зубы и остаться на месте. Это же Хару, всего лишь его наивный молодой господин в придачу с бестолковым Сотой. Акико молча ела, всё быстрее носила ложку от пиалы с супом ко рту.

– Мне так много лет, что я уже и не вспомню конкретное число, – засмеялась госпожа Фуку, чем вызвала улыбку на лицах Хару и Акико. Сота просто хмыкнул, уверенный, что та просто не хотела называть свой возраст, а Хибики смущённо смотрел в свою еду.

– Лучше о себе расскажите, как там во внешнем мире дела обстоят, – предложила она и тоже съела ложку супа, а затем и риса.

Разговор постепенно перетёк в мирное русло, Хару с Сотой перестали задавать глупые и неуместные вопросы, поэтому Хибики сумел успокоиться и даже расслабиться, но бдительности не терял. После сытного обеда госпожа Фуку предложила путникам отправиться к озеру.

– Горячих источников, увы, у нас нет, – добавила она с сожалением, когда все уже доедали моти с бобовой пастой на десерт и собирались вставать.

– Что такое горячие источники? – поинтересовался Хару, смутно припоминая, что Асахи рассказывал о чём-то таком.

– О, – удивилась госпожа Фуку, – тогда неважно, девушки проводят вас к озеру.

Она встала из-за стола, за ней поднялись тэнгу и Акико, в следующее мгновение служанки с опущенными взглядами оказались за спиной женщины в фиолетовом. Та улыбчиво попросила показать озеро, и когда все уже подходили к выходу, госпожа Фуку вдруг обратилась к Акико:

– А тебя, барышня, попрошу задержаться.

Среди них барышней назвать можно было лишь Акико, поэтому она послушно остановилась и взглянула на госпожу Фуку.

– Госпожа Фуку, что вам надо от Акико? – вступился за неё Хару, поймав взгляд прекрасных золотистых глаз цвета ямабуки.

– Не беспокойся обо мне, иди.

– Но мико…

– Иди, – твёрдо произнесла Акико. – Я позже догоню вас.

Хару тоскливо посмотрел сначала на неё, потом на госпожу Фуку, вздохнул и всё-таки поплёлся за друзьями-тэнгу и служанками. Последние носили куда меньше слоёв одежды, в отличие от их госпожи, как и волосы скромно убирали наверх, Хару даже не заметил ни одной ленты, не говоря уже о всевозможных заколках. Оставалось лишь гадать, какая сила их удерживала.

Девушки провели тэнгу по коридорам и оказались у другого выхода, откуда вид открывался не на деревню, а на всё те же деревья глицинии. С этой стороны холма не находилось никакой лестницы, поэтому пришлось идти по мягкой траве. Своими лапами Хару ощущал, насколько свежей и приятной та оказалась.

Невдалеке показалась пурпурная гладь озера, вокруг которой витали облачка фиолетового дыма – не заблудишься. Оставив Хару и Хибики в стороне, Сота первым рванул вперёд, на радостях подпрыгнул, обхватил колени руками и плюхнулся в воду, брызги разлетелись в сторону. Хару, на удивление, шёл неторопливо. Обожавший плескаться в воде, готовый там проводить весь день, он просто плёлся, вяло поглядывая в сторону Соты. Хибики задумчиво осмотрел его и предположил:

– За Акико беспокоишься?

– Немного.

В душе он помирал от беспокойства.

– Всё с ней будет в порядке, не переживай, – Хибики старался подбодрить, но Хару пропускал его слова мимо ушей.

Девушки-служанки протянули им мягкие полотенца и специальную коробочку с ароматными травами и средствами, после чего поклонились и удалились. Хибики вздохнул и приблизился к берегу, где сначала аккуратно положил полотенца, а затем скинул с себя одежду и сложил аккуратной стопкой, также вынул ленту из волос и оставил её сверху. Белокурые пряди упали ему на плечи, Хибики убрал мешавшиеся за уши и вошёл воду, которая оказалась ледяной. Он вздрогнул, едва не пискнув от неожиданности, но сдержался и прошёл глубже, чтобы вода доставала до пупка. Сота увидел выражение на его лице и заржал, после чего обратился к Хару:

– Молодой господин, иди к нам!

– Иду, – вяло пробубнил тот, но продолжал стоять на берегу и оглядываться в сторону замка.

– Госпожа Фуку наверняка предложила этой Акико искупаться отдельно от нас, – с хитрой усмешкой предположил Сота и добавил, повысив голос: – Или молодой господин хотел посмотреть на свою девушку без одежды?

Жар прилил к щекам и ушам Хару, всё его лицо покраснело от смущения.

– Она не моя! – крикнул он и вбежал в озеро, зачерпнул воды и умылся.

Сота с Хибики засмеялись, а Хару всё-таки снял с себя одежду и небрежно скинул на берег, пока та не промокла полностью. Ледяная вода привела его в чувство, мурашки пробежались по спине, Хару обхватил себя за плечи.

– Иди к нам, владыка Весенних Вод! – насмешливо подбадривал его Сота.

Хару повернулся в его сторону, зачерпнул в руки воды, со всей силы надавил и брызнул в сторону друга, но капли попали в стоявшего рядом Хибики. Хару наконец-то рассмеялся, согнул колени и присел, чтобы вода доставала до подбородка – так он старался привыкнуть к температуре. Затем снова встал, от лёгкого ветра ощутил холод и вновь опустился в озеро – на этот раз вода, наоборот, показалась тёплой. Дождавшись, пока он привыкнет, Сота хитро прищурился и брызнул в сторону Хару. Тот вовремя нырнул под воду, проплыл пару кэнов (Кэн = 1,81 м) и ухватился за ближайшие колени.

– Меня за что? – возмутился Хибики, когда Хару потянул его за ноги и уронил в воду.

– Чтоб не расслаблялся! – захохотал Сота, который уже оказался на противоположном конце озера.

Хару вновь нырнул под воду и торопливо погрёб в его сторону. Он держался близко ко дну, фиолетового свечения едва хватало, чтобы различать силуэты под водой, поэтому Сота внимательно щурился и вглядывался в каждое тёмное пятно. Однако Хару умудрился обогнуть озеро и подплыть со спины. Выглянув из воды и удостоив Соту хитрым взглядом, он усмехнулся, напружинил лапы и с радостным воплем выпрыгнул из воды, запрыгнул другу на спину. От неожиданности тот не выдержал и упал, утащив Хару за собой.

Хибики молча стоял в противоположном конце со стороны одежды, где спокойно и умиротворённо проводил время. Он вернулся к берегу, взял в руки ароматную коробочку и принялся мыться, пока Хару с Сотой развлекались и радостно шумели.

К озеру вдруг подбежал невысокий парнишка с кучей тканей в руках.

– Г-госпожа Фуку попросила передать вам ч-чистую одежду, – испуганно и заикаясь произнёс он.

– Оставь на берегу, – попросил Хару и кивнул головой в сторону остальных вещей. Парнишка поклонился, дрожащими руками аккуратно сложил новую стопку, вновь поклонился и тут же смылся.

– Хибики, ты так и будешь в стороне стоять? – окликнул его Сота.

– В отличие от некоторых, я купаться не люблю, – ответил тот, продолжая намыливаться, как вдруг обернулся и заметил, что Сота топил Хару. – Ты что творишь?!

– Он первый напал на меня!

Вместе с коробочкой сердитый Хибики поспешно двинулся в их сторону, но в воде быстро идти не получалось, та значительно замедляла его передвижения – не то, что идти по суше или лететь по воздуху. Когда он наконец-то приблизился, Сота отпустил Хару, а тот радостно вынырнул. На его голове, а впрочем, как и всегда, царил хаос. Хибики тяжело вздохнул:

– Молодой господин, дай я займусь твоими волосами.

Коробочку он вручил Соте, затем пальцы потянулись к голове Хару, а тот и не сопротивлялся, специально опустился пониже в воду и позволил расплести колтуны. В воде пепельные волосы меньше сопротивлялись, поэтому Хибики быстро закончил, забрал ароматную коробочку и намылил Хару волосы.

Сота с интересом следил за всем этим действом и, придерживая подбородок руками и демонстративно уперев локти в поверхность воды, насмешливо поинтересовался:

– А мои отмоешь?

– Сам справишься, – рыкнул Хибики, продолжая возиться с волосами Хару.

– Вредина, – надув губы, пробурчал Сота и отвернулся, но тоже решил воспользоваться содержимым коробочки и отмыться после приключений в лесу.