444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Arladaar » Калгари 88. Том 16 (СИ) » Текст книги (страница 5)
Калгари 88. Том 16 (СИ)
  • Текст добавлен: 20 ноября 2026, 05:30

Текст книги "Калгари 88. Том 16 (СИ)"


Автор книги: Arladaar



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 24 страниц)

Не успели фигуристки ступить со льда, как Джон Ларсон, восседавший в кисс-энд-крае, высказался совсем не по сценарию.

– Девушки, а куда это вы покидаете эту арену? – спросил шоумен. – Слушайте, вы же видите, как вас буквально боготворят зрители. Давайте, сделайте им сюрприз, исполните что-нибудь ещё.

Трибуны разразились одобрительными криками и громкими аплодисментами. Зрители требовали выступить на бис! И этого никак нельзя было избежать!

– Хорошо! – кивнула головой Арина.

– Господин звукорежиссёр, поставьте что-нибудь, этакое… Необычное… Посмотрим, как наши умницы и красавицы смогут справиться с этой музыкой!

– Сейчас включу! Только, ради бога, не пожалейте! – раздался густой мужской голос.

Зрители зааплодировали и одобрительно засвистели.

Свет приглушился до минимума, став опять тёмно-тёмно-багровым. Очень медленно заиграла медленная, тягучая акустическая гитара с атмосферными синтезаторами. Фигуристки, поймавшие волну, взмахнули руками, красивыми рёберными дугами покатили к центру арены, где сделали несколько красивых параллельных пируэтов. Потом разогнались и покатили к правому короткому борту, у которого прыгнули параллельный двойной аксель. Зрители на трибунах восхищённо зааплодировали.

В это время запел мощный, величественный оперный мужской голос. В тон ему заиграла овердрайв-гитара и начал отбиваться медленный ритм ударной секцией. Судя по всему, звукорежиссёр был большой поклонник зарождающегося скандинавского эпического дум-металла. Фигуристки выехали из акселя в плавную арабеску, покатили к центру арены, где исполнили параллельное вращение в красивом заклоне.

Потом проехались к левому короткому борту, сделали несколько красивых зрелищных дуг и, когда музыка начала стихать, вернулись к калитке выхода со льда. Свет зажёгся опять, став ярким, и опять зрители на трибунах стояли и аплодировали, восхищённо крича, и было чего: включили совсем незнакомую музыку, но Арина, Линда и Марина откатали и под неё очень достойно.

Арине музыка понравилась. Она, как большая любительница рока и металла, сразу определила исполнителя. Это была шведская группа Candlemass – альбом «Epicus Doomicus Metallicus», творчество которой в корне отличалось от моды, которая сейчас пошла в тяжёлом роке. Сейчас, в середине восьмидесятых годов, почти все металл-группы старались играть как можно быстрее, стремительный треш-металл, а шведы, наоборот, уменьшили ритм до минимума, соединив тяжесть классического хэви-металла с красивым оперным вокалом, при этом создав жанры готик-эпик-дум и дарк-металл.

Подъехав к калитке, фигуристки остановились и ещё раз поклонились зрителям.

– Давайте запомним эти имена навсегда! – сказал Джон Ларссон. – Людмила Хмельницкая! Марина Соколовская! Линда Флоркевич!

Трибуны снова взорвались аплодисментами и громкими криками. Арина первая ступила со льда, взяла чехлы у Левковцева и посмотрела по сторонам. Здесь, у калитки, стояла масса народа: фигуристы, тренеры, и абсолютно все аплодировали им. Арина улыбнулась, помахала всем рукой и отошла в сторону. Сейчас предстояло катать Брайану Бойтано и завершить это чудесное шоу…

Глава 8
Конец показательных

Да, чемпиону мира Брайану Бойтано сейчас будет очень тяжело. Пожалуй, что никогда не было так тяжело, даже на самых сложных турнирах, даже на чемпионате мира! Ведь там всегда знаешь, с кем борешься и чего от этой борьбы ожидать. Прыгнул тройной аксель – и победил! Но как победить зрителей, которые только что устроили настоящую вакханалию, и кому? Троим бывшим юниоркам, которые откатали поразительно увлекательное представление, с восторгом встреченное зрителями.

Как с этим бороться?Зайдёт его мексиканская «кукарача»? Брайан даже на миг подумал, что перед показательными стоило бы узнать у этих юниорок, что именно они будут катать, и присоединиться к ним со своим номером, тогда вышла бы вообще бомба. Но сейчас уже поздно. Назад пути не было… Так ведь ещё надо же такому случиться, оказывается, номер ещё не закончился!

– А куда это ты, дорогая, направилась? – неожиданно спросил Джон Ларсон, стоявший здесь же, у калитки. – Люда, ты считаешь, что просто так покинешь нас? Скажи нам хотя бы пару ласковых слов на прощание! Например, что означает ваш номер? Вы катались под музыку разных стилей, разными способами, и нам, простым зрителям, очень интересно, что же такое мы видели?

Зрители на трибунах отреагировали восторженными воплями и громкими аплодисментами. Ларсон подошёл к Арине и поднёс микрофон к её губам.

– Это номер про то, как две туристки, танцовщицы, приезжают в канадскую глубинку и встречают злую куклу-клоуншу в лице Линды, но потом она становится доброй, и мы все вместе начинаем танцевать! – со смехом заявила Арина.

– Ну что ж, это прекрасно! – заявил Ларсен. – Номер у вас получился очень позитивный. Скажите, а сколько стоит поставить этот новый номер у знаменитых хореографов? Ведь, наверное, вы не сами его сделали?

– Нет, мы сделали его сами! – с гордостью сказала Арина и показала на Линду. – А придумала его вот эта замечательная девушка по имени Линда Флоркевич!

Снова раздались громкие аплодисменты и восторженные крики. Внимание Ларсона переключилось на Линду.

– Линда, честно говоря, я поражён, тебе довольно мало лет, но ты при этом ставишь такие великолепные номера! – с восхищением сказал Ларсон. – Как ты думаешь, этот номер войдёт в анналы фигурного катания? Будут зрители его пересматривать и по нему изучать то артистическое искусство, которое у тебя есть в избытке?

– Безусловно, этот номер будут пересматривать, и не один, а тысячу! – рассмеялась Линда. – Кстати, хочу выразить свою благодарность всем зрителям, которые болели и переживали за нас. Ребята, вы самые лучшие! Спасибо вам огромное за всё!

Зрители отреагировали на это заявление ещё более громкими аплодисментами и восторженными криками.

– Ну что ж, ещё раз благодарю вас за всё, – сказал Ларсон и повернулся к Брайану. – Брайан, уж не заскучал ли ты? Хочешь на лёд? Как настроение? Ты уже придумал, как будешь принимать овации – скромно кланяться или эффектно упадёшь на колено, раскинув руки? Ведь тебе они наверняка не светят после той феерии, что устроили девушки!

– Естественно, хочу на лёд! Но, как я вижу, тебе, Джонни, до меня нет дела! Ты полностью запал на троих моих коллег! – пошутил Бойтано. – Аплодисменты же я буду просто вымаливать, встав на колени!

– Но ты же, как настоящий джентльмен, терпеливо ждал своей очереди! – весело сказал Ларсон. – Я, кстати, не слышу криков твоих болельщиков. Ребята, а вы что замолчали? Вы перешли на сторону Хмельницкой и Флоркевич?

По трибунам пронеслись смешки, чуть позже переросшие в дружный хохот и свист зрителей, перемежаемые аплодисментами.

– Громче! Ещё громче! Вооот тааак! А теперь встречайте! Последний участник нашего великолепного шоу! Брайаааан Бойтаноооо! – громко сказал Джон Ларсон. – Приветствуем нашего американского чемпиона!

Надо отдать должное Джону Ларсону, как опытный шоумен он понимал, что публика сейчас на взводе от тройного номера Хмельницкой, Соколовской и Флоркевич, и Брайану будет тяжеловато перебить такие овации, поэтому затеял небольшое интервью с Людой и Линдой, чтобы сбить накал, а потом, перевёл её внимание на Брайана, вставил пару шуток, а потом с большим пафосом объявил его выход. Естественно, зрители начали громко кричать и аплодировать при виде своего спортсмена, полностью переключившись на него.

Брайан Бойтано при ярком соревновательном свете выехал на лёд и остановился у калитки в картинной позе: опёршись обеими руками о бортик и скрестив ноги, при этом опустив голову с мексиканской шляпой. Свет приглушился, стал тёмно-синим. Крики и аплодисменты зрителей стихли.

Заиграла громкая и очень энергичная мексиканская песенка «Кукарача», с обилием духовых инструментов, гитар, скрипок и погремушек маракас. При первых звуках Брайан резко поднял голову вверх и сделал активную пробежку к центру арены, широко разведя руки в стороны. Там остановился, сделал быстрый пируэт и вошёл во вращение либелой. Потом сделал очень потешное выражение лица, быстрыми широкими дугами разогнался к правому короткому борту, развернулся задними перебежками и покатил к центру арены, где с ходу прыгнул тройной аксель с рукой наверх. Неудачно! Фигурист поскользнулся и упал на лёд, коснувшись его обеими руками. Трибуны дружно ахнули, почти заглушив музыку. Вот это нежданчик! Очевидно, что Брайан хотел удивить зрителей, чтобы о нём оставили хорошее впечатление, и решил сделать элемент ультра-си, да ещё и редкий, который он только иногда прыгал: с одной рукой наверх. Но дело это при таком тусклом свете очень опасное, поэтому фигурист не докрутил чуть не половину оборота, на прямых ногах врезался в лёд и очень травмоопасно свалился на правое бедро.

Брайан встал, с досадой махнул рукой и пошёл дальше по прокату. Больше он не рисковал, не делал элементы, которые могут ему навредить. Прыгнул ещё два прыжка: двойной сальхов и двойной аксель. Исполнил несколько вращений. В середине программы был прекрасный и очень креативный участок, когда музыка стихла, освещение приглушилось, перейдя в абсолютную темноту.

Американский фигурист в это время остановился, бросил на лёд свою мексиканскую шляпу, снял галстук, рубашку, распустил и бросил красный кушак, оставшись в белой майке-алкоголичке. Сейчас абсолютно ничего не напоминало о том, что он только что катался под мексиканскую музыку. На льду стоял фигурист, одетый в чёрные штаны и майку. Неожиданно музыка поменялась. Заиграла песня «Princes of the Universe» группы Queen. Композиция была довольно активная, хард-роковая, поэтому поменялся и стиль катания Брайана. Сейчас он ехал очень активно, делал множество перепрыжек, прыжков в шпагат, выпадов, несколько раз сделал движения, характерные для рок-музыки, словно играл на электрогитаре.

Что означало это преображение? Какая философия крылась за этим показательным номером? Эта довольно свежая песня служила основной темой к недавно вышедшему фильму «Горец». Арина подумала, что фигурист хочет сказать: в конце концов я останусь один, непобеждённый и прославленный! Конечно, рядовому зрителю это могло быть и непонятно. Но она, которая в хореографии и различных либретто хорошо соображала, почему-то подумала именно так.

В чёрных брюках, белой майке-алкоголичке и с накладными усами Брайан Бойтано был очень похож на солиста группы Queen Фредди Меркьюри, и зрители взревели от восторга, когда зажёгся свет и они увидели фигуриста, сразу же наградив его громкими восхищёнными криками и аплодисментами, уже не смолкавшими до самого конца проката.

Сделав несколько последних дуг, Брайан закончил прокат и остановился в центре арены, высоко вскинув руки. А потом опустился на лёд и встал на колени, исполнив своё обещание. Зажёгся яркий соревновательный свет. Арина посмотрела на трибуны: все зрители на них стояли и с восторгом аплодировали своему спортсмену. Всё-таки зря переживал Брайан Бойтано! У него получилось поднять зал! Реакция зрителей была такая же, как от проката троицы девчонок.

Американский фигурист раскланялся и остался стоять в центре арены, идти в калитку сейчас уже не имело смысла: должен был состояться финальный выход.

– Брайан Бойтано! Единственный, неповторимый и непобедимый горец, а точнее, снежный король! – объявил Джон Ларсон. – Дорогие друзья. Сейчас состоится общий выход тех, которые всем нам дарили сегодня прекрасное настроение и заряд бодрости. Итак, встречайте!

Заиграла мощная танцевальная музыка. Информатор начал называть имена фигуристов, участвовавших в показательных выступлениях, и они один за другим начали выходить на лёд, в центре арены исполняя какой-либо элемент. Зрители в это время стояли и аплодировали своим героям.

Быстро дошла очередь и до Арины.

– Встречайте, уважаемые дамы и господа! – сказал информатор. – Людмила Хмельницкая!

Арина прыжком ступила на лёд, быстрыми, эффектными подсечками набрала скорость, покатила к центру арены, где сделала несколько троек и прыгнула тройной сальхов. Чисто! Под громкие аплодисменты она приземлилась абсолютно чисто, в красивую арабеску, широко раскинув руки и высоко подняв свободную левую ногу. Потом сделала несколько пируэтов и покатила к правому короткому борту, где собрались почти все фигуристы.

Когда все выстроились в ряд, фигуристы медленно поехали вдоль бортов против часовой стрелки. В это время у бортиков уже стояли множество зрителей и протягивали свои руки в надежде хотя бы раз в жизни коснуться руки любимого фигуриста, убедиться, что это живой человек. Некоторые протягивали маленьких детей, чтобы дети тоже коснулись рук фигуристов.

Ряд фигуристов растянулся и покатил вдоль бортов, касаясь рук зрителей. Так проехали полностью круг. Потом направились к центру арены, где традиционно выстроились в ряд, взяли друг друга за руки и с разбегу побежали к длинному борту, у которого остановились, подняли руки вверх и поклонились, уже сообща благодаря зрителей.

После этого развернулись, побежали к противоположному длинному борту, где остановились, подняли руки вверх и снова поклонились все вместе. Потом направились к центру арены, где выстроились в два ряда.

– А сейчас будет общая фотосессия! – объявил информатор. – На лёд приглашаются представители средств массовой информации, фотокорреспонденты и телеоператоры.

На лёд начали выходить фотокорреспонденты, телеоператоры, журналисты с личными фотоаппаратами, даже просочился кое-кто из зрителей, перемахнув через бортик. Впрочем, полицейские, наблюдающие за порядком, никак не отреагировали на это проявление фанатской любви.

Фотокорреспонденты начали фотографировать фигуристов, стоявших в ряд. Сделав общие снимки, переключились на снимки отдельные, авторские. Фигуристы в это время разошлись кто куда, начали становиться по нескольку человек или вообще поодиночке для фотографирования. Люда встала рядом с Соколовской, к ним подошла Линда. И очень многие присутствующие начали фотографировать эту великолепную троицу.

Примерно через 10 минут фотосессия была завершена. И вдруг, неожиданно…

У левого короткого борта, где сейчас никого не было, неожиданно включился фейерверк. Из-за бортика вверх забили несколько фонтанов огней жёлтого цвета. Зрители отреагировали на это восхищённым рёвом. Действительно, шоу вышло на славу! Но и это не всё!

– Дорогие дамы и господа, здесь ко мне подошли некоторые уважаемые люди, болельщики, и я хочу предоставить им слово! – неожиданно сказал Джон Ларсон. – Просьба к светотехнику: дайте, пожалуйста, на меня свет.

Когда прожектор осветил Джона Ларсона, рядом с ним стоял худощавый мужик небольшого роста, одетый в чёрно-белый полосатый костюм, красную рубаху и чёрный галстук-бабочку. В нагрудный карман пиджака засунута алая роза. Широкополая шляпа почти закрывает лицо, отчего видно только дочиста, до синевы выбритый подбородок. Вид у мужика был слегка гротескный, но в то же время очень серьёзный.

Несмотря на то что микрофон очень дорогой, в этот раз Джон Ларсон дал его этому мужику, наверное, ему сделали предложение, от которого невозможно отказаться.

– Дорогие друзья, – негромко и размеренно, с хриплым итальянским акцентом сказал мужик. – Все мы с вами видели, что происходило на этом турнире. Все мы видели, за кого переживало больше всего народа! Поэтому мы с некоторыми зрителями и болельщиками решили преподнести приз зрительских симпатий фигуристке, за которую болел, я думаю, весь стадион. Людмила Хмельницкая! Ты навсегда останешься в наших сердцах! Виват!

Скользящими шагами на лёд вышел обычный мужик, одетый совершенно просто, как обычный человек, в джинсы и ветровку, подошёл к смущённой Арине и протянул ей очень красивую коробочку, сделанную из обожжённого красного дерева, на которой мастерски вырезаны красивые буквы «LK», которые, наверное, должны были означать «Lyudmila Khmelnitskaya».

– Люда, это от благодарных зрителей, приз зрительских симпатий! Этот подарок преподнесён от чистого сердца и ни к чему тебя не обязывает! – с итальянским акцентом сказал этот мужик, дал коробку Арине, поклонился, по привычке прижал руку к несуществующей шляпе и такими же скользящими шагами покинул лёд. Вот это действительно был весьма неожиданный перфоманс, причём очень удивительный, никем и ничем не запланированный!

Трибуны разразились громкими аплодисментами и восхищёнными криками. Вот так уважаемые зрители отблагодарили Люду Хмельницкую, которая, по их мнению, пострадала совершенно несправедливо на этом турнире.

Арина немедленно открыла коробку и чуть не ахнула: внутри лежало массивное золотое кольцо тонкой работы с крупным бриллиантом. То, что это бриллиант, она догадалась сразу: такого чистого, яркого света, исходящего от этого камня, она ещё не видела никогда. Господи, да эта вещь стоит миллион долларов, а то и больше!

Арина оглянулась, быстро закрыла коробочку и положила её в нагрудный карман своего жилета.

– Наше великолепное шоу, к сожалению, подошло к концу! – сказал Джон Ларсон. – Я обращаюсь к вам, дорогие мои! Хочу, чтобы вы надолго, даже навсегда запомнили те счастливые минуты, что вы пережили здесь, наблюдая за вашими фигуристами, слушая прекрасную музыку и наслаждаясь обществом замечательных людей. До встречи на следующих шоу! Вы лучшие! Й-о-о-у!

Джон Ларсон шагнул в тень, показывая, что его работа закончена. Зрители в это время стояли, и стоя аплодировали. У многих, особенно у впечатлительных персон, на глазах были слёзы, даже у тех, которые только что смеялись, когда Арина, Марина и Линда, а следом за ними Брайан, катали свои номера. Именно сейчас зрители ощутили, что всё, великолепный праздник спорта, который длился целых три занимательных дня, оказался завершён. Завершён на замечательной, яркой ноте. Оказалось завершено событие, которое у многих составляло смысл их жизни в эти три дня, которое дарило очень яркие эмоции и впечатления. Конечно, это было тяжёлое чувство для многих, сродни чувству какой-то утраты…

Фигуристы, махая руками и улыбаясь, покатили к калитке, где друг за другом, надевали чехлы на лезвия и покидали ставшую такой гостеприимной ледовую арену.

– Ребята! Хочу вам напомнить, что сегодня в 10:00 вечера в ресторане The Best From De West состоится прощальный банкет, посвящённый окончанию турнира! – сказал Джо Блант и потом ещё несколько раз повторил свои слова. – Ждём вас там! А сейчас до встречи! Хочу выразить благодарность за то, что вы сейчас сделали! Шоу вышло великолепное!

Рядом стояли Тэнли Олбрайт, ещё несколько чиновников американской федерации и вместе со зрителем аплодировали фигуристам.

Арина с девчонками прошла в раздевалку и начала переодеваться. Опять навалилась неимоверная усталость. Казалось, что сегодня было значимого? Обычные показательные выступления, даже не соревновательные прокаты. Однако волнение и всё прочее опять сильно сказывались на ней, впрочем, она была не одна такая. Подавляющее большинство фигуристок сейчас тоже выглядели как выжатые лимоны.

Не спеша, кое-как, Арина переоделась в спортивный костюм сборника, тщательно сложила свои вещи в спортивную сумку, несколько раз проверив, чтобы ничего не забыть, особенно подаренное кольцо. Перед тем как выйти из раздевалки, одной из последних, неожиданно подошла к зеркалу, достала из кармана губную помаду, нарисовала на зеркале сердечко, оставила жирный отпечаток губ и написала по-английски: «Я вас всех люблю! Людмила Хмельницкая».

Потом, не оглядываясь, вышла из раздевалки. Неизвестно, вернётся ли она сюда когда-нибудь ещё…

Глава 9
Банкет

Сентябрьский день короток. Время 19 часов. На улице начало смеркаться. Опять зажглись светильники и ландшафтное освещение у арены, придавшие округе сказочный вид. Странное дело: вроде бы соревнования закончены, а зрители расходятся с большим трудом. Часть из них остались в нескольких кафе на первом этаже комплекса, часть пошла в пиццерию неподалёку, кто-то отправился в близлежащие бары: очевидно, что расходиться людям, разгоряченным показательными, не очень-то и хотелось, тем более, многие успели завязать знакомства. В общем, вечер продолжался.

У выхода из ледового комплекса фигуристов в этот раз опять ожидали фанаты. И не только фанаты, но и простые болельщики, и было их в этот раз намного больше, чем вчера и позавчера. Многие пришли с детьми. Они хотели последний раз взглянуть на своих любимцев. Арина выходила самая последняя, остальные фигуристы по быстрому расписались в буклетах и уже сидели в автобусах. Сейчас болельщики ожидали только Хмельницкую.

– Люда! Люда! Люда! – скандировали они и махали руками, радостно смеясь. – Спасибо тебе за всё!

– Вам спасибо большое! – помахала рукой и улыбнулась Арина, преодолевая усталость. – Вы самые лучшие!

– Приезжай ещё! Приезжай к нам! Мы любим тебя!

Арина поставила последние подписи на открытках и буклетах и отправилась к автобусу, терпеливо ожидавшему её на стоянке. А ведь он был почти полный! В этот раз семеро ждали одного…

…В ночь с 27 на 28 октября 1986 года многие телезрители Советского Союза, в число которых входили и любители фигурного катания, подверглись очень сильному испытанию: трансляция показательных выступлений фигуристов закончилась глубокой ночью, в 3:30. И несмотря на то, что завтра на работу, многие болельщики досмотрели их до конца. Видели всё: прекрасный тройной номер Хмельницкой, Соколовской и Флоркевич, триумф Брайана Бойтана, потом финальный общий выход.

Многие ощутили ту же самую ностальгию, которую ощущали зрители на арене. Когда выступление полностью закончились, и неожиданно на телеэкране появилась испытательная сетка с противным пищащим сигналом, многие даже не поверили, что всё закончилось. А ведь эмоций была масса, и нужно было с кем-то ими поделиться.

Именно сейчас пионервожатая Леночка поняла, что значит коллективный просмотр соревнований по фигурному катанию. Ничто так не сближало ребят, как последние два дня, несмотря на то, что они переживали за своих любимцев, каждый за своего. Иногда даже вспыхивали ссоры. Но именно сегодня проявился именно тот коллективизм, который тщательно воспитывался в Советском Союзе. Сейчас уже никто не спорил, какая фигуристка или фигурист лучше. Сейчас все болели за фигурное катание в целом. И ребятам именно сейчас нужно было высказаться! Поделиться впечатлениями, высказать своё мнение об увиденном. Так уж устроена психика у человека, что каждый видит то, что хочет, и на какие-то мелочи может не обращать внимания. И в таких вот разговорах, как всегда, рождается истина.

– Какие они все классные! – мечтательно сказала Малькова.

Девушка, стремящаяся к красоте, моде, неожиданно поняла, как она бесконечно далека от настоящей красоты, которая рождается не только внешностью и одеждой, но и внутренним содержанием. Она поняла, что ей никогда не достичь тех высот, которых уже достигли Хмельницкая и Соколовская в свои 15 лет. Поняла, что если она будет сидеть ровно, не шевелиться, то так ничего и не достигнет. Значит, нужно идти вперёд! Выбиваться из зоны комфорта, начать заниматься хоть чем-то, теми же танцами.

– Да, они классные! – согласилась Анька, тайком вытирая слезу. – Я уже жду не дождусь, когда приедет Люська. Она мне обещала привезти краски, фломастеры и альбом!

– Аня! – укоряюще сказал Стас, посмотрев на подружку. – Ну нельзя же так! В такой момент!

– А чё такова? – Анька пожала плечами и отвернулась, подавляя усмешку.

Вот же странные люди, даже шуток не понимают…

…Хмельницкие тоже смотрели допоздна, легли спать только в 4 часа, ещё полчаса обсуждая увиденное. Больше всего переживала Дарья Леонидовна, постоянно говорившая о том, что такой откровенный и даже эротичный наряд совсем не подходит для пятнадцатилетней девочки.

– Саша, я уже 100 раз на это внимание обращаю и буду обращать! – заявила Дарья Леонидовна. – На неё же люди смотрят!

– Смотрят! – согласился Александр Тимофеевич. – Смотрят, радуются и хлопают в ладоши. А как тут не радоваться? Мужчина импозантный подарил ей какой-то особый подарок! Очевидно, что она знает, что делает. Да и время такое, Дарья, сама себя вспомни. В каких юбочках ходили в шестидесятые-семидесятые годы, и блузку без лифчика была мода носить. Забыла уже?

– Да ладно тебе! – засмущалась Дарья Леонидовна. – Вспомнил вот…

Время 4:00, а на работу вставать в 6:30, грядущий рабочий день обещал быть тяжёлым. Решили поспать подольше, проснуться в 7 часов и ехать на работу на такси, чтобы Александр Тимофеевич не ходил в гараж и не тратил время. И надо же такому случиться, в 6:40 неожиданно зазвонил телефон. Дарья Леонидовна и Александр Тимофеевич по частым сигналам сразу поняли, что звонят из-за границы, и сразу же поняли, что звонит Люда.

Александр Тимофеевич поднял трубку и, естественно, услышал родной голос. И точно, Люда звонит!

– Люда, милая, как я рад тебя слышать! – обрадовался Александр Тимофеевич. – Смотрели все твои выступления, хотим поздравить с серебряной медалью.

– Здравствуй, папа, спасибо за поздравления! – радостно ответила Люда. – Я, конечно, сильно смущаюсь, что так рано звоню. У нас сейчас время только почти 10 вечера. Я боюсь, что потом вы уедете на работу, а я опять не успею с вами поговорить.

– Люда, я… – замялся Александр Тимофеевич. – Я хочу сказать, что серебряная медаль – тоже хорошо! Пожалуйста, не переживай! Поздравляю тебя от всей души! Это очень хороший результат!

– Папа, господи, ты что, думаешь: я переживаю оттого, что заняла второе место? – рассмеялась Люда. – Нет такого. Я прекрасно понимаю, что это великолепный результат. Я очень рада, что так получилось. Не всегда в жизни удаётся добраться до самого верха.

– Ты когда домой?

– Боюсь, что не скоро. Завтра мы уже улетаем в Москву, – помолчав ответила Люда. – Когда попаду домой, не знаю, я по датам посчитала, скорее всего, нас сразу же повезут в Свердловск, на следующие соревнования, я ещё у тренера не спрашивала. Но как только появится возможность, позвоню вам ещё раз. Если будет возможность. В общем, в ближайшее время пока меня не ждите. Можно маму?

Дарья Леонидовна уже окончательно проснулась и стояла рядом с мужем, с тревогой глядя на него. Из трубки частично доносился голос дочери, что-то было слышно, что-то нет…

– Здравствуй, Люда, я очень рада, что ты позвонила! – сказала Дарья Леонидовна. – Спрашивать, как твои дела, не буду, думаю, ты сама со всем справишься. Скажи мне лучше, как твоё здоровье, как самочувствие, нормально ли ты питаешься.

– Всё хорошо, мама. Кормят нас прекрасно, в еде никто не ограничивает, – рассмеялась Люда. – Я уже папе сказала, что, скорее всего, домой попаду не скоро. Наверное, мы сразу полетим в Свердловск.

Ещё немного поговорив, Люда сказала, что ей пора, сейчас у них будет торжественный банкет, посвящённый окончанию соревнований, и Дарья Леонидовна с улыбкой положила трубку. Такое ощущение, как будто тяжёлый груз упал с плеч. Многие сомнения разрешились, самое главное: Люда всем довольна, ей хорошо. А значит, хорошо и родителям…

…Арина долго думала, звонить родителям или нет, и когда времени до банкета осталось совсем немного, всё-таки решилась. Она вдруг сообразила, что сегодня почти 28 число, улетают они завтра, и наверняка сразу же отправятся в Свердловск, так как соревнования начинаются с 31 числа. Времени до следующих стартов всего ничего, и удастся ещё позвонить или нет, непонятно.

Соколовская на вопрос, будет звонить своим родителям или нет, традиционно отрицательно качнула головой. Арина же не могла поступить иначе, она чувствовала за родных людей ответственность, тем более, мама в положении, нужно было хотя бы выделить несколько минут и всех успокоить.

После того как поговорила с родителями, ощутила необыкновенную лёгкость и прилив сил. Сейчас можно было окончательно собираться на банкет. Время было 21:50. Пора!

Арина надела чёрные колготки и платье от Dior. Подошла к зеркалу и покрутилась: красота! Как же ей нравилось и как хорошо сидело это чудесное бордовое платье с короткими рукавами, небольшим вырезом и косой юбкой, которая разлеталась в стороны от малейшего движения, обнажая стройные бёдра. В таком платье только латину танцевать!

К платью надела туфли на каблучке. Потом стала приводить в порядок причёску: тщательно расчесала свои волнистые волосы, потом слегка взбила их и убедилась, что они очень красивыми кудрявыми локонами падают на плечи. Потом нанесла яркий вечерний макияж, опробовав подаренную болельщиками дорогую косметику. Нарисовала длинные стрелки на глазах, подвела брови, ярко накрасила губы. Вид получился взрослый и чарующий.

– Ты, Люська, прямо как Кармен! – похвалила Соколовская, встав за спиной Арины и выглядывая из-за её плеча.

Марина продолжала эксплуатировать свой светлый подростковый образ. Надела новое платье, белое, с принтом из тропических цветов, и белые колготки. Едва тронула косметикой глаза, брови и губы. В этот раз всё-таки решилась надеть летнюю лёгкую шляпку, решив немного выделиться среди всех. На ногах белые туфли на каблучке, захваченные из дома.

С причёской Соколовской вообще делать ничего не надо: расчесалась на прямой пробор, брызнула волосы лаком, и готово.

– Ну что, пора! – сказала Маринка, встав рядом с Ариной перед зеркалом.

Смотрелись они как две противоположности, действительно, как инь-янь, как чёрное и белое. Даже сейчас, посмотрев друг на друга и потом на отражения в зеркале, они как будто ощутили это. Потом снова посмотрели друг на друга и дружно рассмеялись. Вот ещё, думать о всякой ерунде…

…Ресторан The Best From De West, где проводился банкет, в этот раз был оформлен специально для этого мероприятия. Через всю длинную стену простиралась надпись «A gala reception dedicated to Skate America 1986». Под этой надписью в хаотичном порядке были размещены десятки, а может быть, даже сотни различных фотографий, сделанных во время турнира, как на прокатах, так и в кулуарах: у калитки, в служебном коридоре, вестибюле, на трибунах. Иногда кадры попадались очень забавные и вызывали дружный смех собравшихся. Почему-то все фигуристы считали первым делом пройти к этим фотографиям, сразу же бросавшимся в глаза.

Поодаль играл квартет из четырёх музыкантов, одетых в чёрные брюки и белые костюмы: гитарист, саксофонист, скрипач и виолончелист. Музыка была импровизация джаза, лёгкая, ненавязчивая, с латиноамериканским оттенком. Вдоль стен и оконного ряда, а кое-где и посреди зала, находились ряды столов, на которых сервированы фуршетные закуски – канапе и мини-бутерброды с ветчиной и сыром, копчёной курицей, лососем, икрой, томатами, огурцами, маслинами, а также тарталетки с разной начинкой. В маленьких тарелках стояли салаты, жюльены, паштеты, мясные и сырные рулетики, закуски из обжаренных овощей, фаршированных сыром, рыбой или мясом, мясные и сырные тарелки, горячие блюда из курицы, рыбы и морепродуктов с овощными гарнирами. Присутствовало много десертов: эклеров, профитролей, желе и муссов в стаканчиках. На отдельном столике напитки: бокалы с шампанским и вином, стаканы с соками, морсами, минеральной водой. Из ресторана официанты могли принести по заказу горячий чай и кофе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю