Текст книги "Милан. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Глава 4
Откровенный разговор с Жанной

После того как Жанна отправила воспитанниц в раздевалку, тёплая компания пошла в тренерскую, где сейчас тоже всё оказалось совсем не так, как было раньше. Сделан евроремонт, на полу новая светлая плитка, белые пластиковые стены, белый потолок, светодиодные светильники. Модные светлые шкафы с окраской под бук, столы с ноутбуками, МФУ на тумбочке. В углу электронные весы. Кондиционер. Микроволновка и чайник на небольшом столике у весов.

– Заходите, чем богаты, тем и рады, – Жанна включила чайник, достала чашки из шкафа, положила в вазочку печенье и мини-рулеты.

– Да… – мечтательно сказала Анна Александровна, сидевшая у стола Авдеевой. – Тут совсем не так, как было раньше, в славные золотые времена.

– В лучшую или в худшую сторону изменения? – рассмеялась Авдеева. – Или ты уже не помнишь, как было в девяностые годы? Когда на лампочки скидывались копейками, вскладчину покупали коньки и ребят старались подкормить чем могли?

– Помню, помню… – неопределённо ответила Анна Александровна, словно задумавшись.

Когда чайник вскипел, Жанна разлила по чашкам кипяток, пригласила всех за стол, поставила сахарницу с ложками, пачку пакетикового чая, предложила угощаться. Конечно, чай пить не хотелось, недавно позавтракали в ресторане, но правила приличия нужно соблюдать… После того как молча попили чай, Авдеева, подумав, начала говорить.

– Ну а теперь я к вам обращусь, наверное, с наглой просьбой, – сказала Жанна. – Как вы отнесётесь к тому, чтобы провести с нашими воспитанниками мастер-класс? Я понимаю, что это нахальство с моей стороны, но такой шанс, наверное, больше никогда нам не представится. Правда, я не уверена, что смогу собрать достаточно денег за него, сейчас родители на мели, зарплату дадут только в десятых числах… У нас большая часть города живёт от получки до получки.

– Простите, о каких деньгах идёт речь? – с большим недоумением спросила Сашка.

– Ну… – замялась Авдеева. – За мастер-класс же нужно платить, к нам приезжали знаменитые московские и питерские фигуристы, они за дневное восьмичасовое занятие брали по 100.000 рублей со спортивной школы.

– Чего? – чуть не подавилась чаем Сашка. – Это что за деятели нашлись? Как звать? Чего добились?

– Ну, имена говорить я не буду, это неэтично, – развела руками Жанна. – Но дела обстоят именно так. Да в принципе, по деньгам это не так-то и дорого! Родители скидывались по 3000 рублей, часть оплатила школа. Море положительных эмоций, фотографий на сайте школы, постов в соцсетях. Наши ребята остались очень довольны!

– А какие спортивные результаты после этого мероприятия были? – неожиданно спросила Анна Александровна. – Помогли вам эти мастер-классы?

– Ну, в чём-то помогли, а в чём-то… – замялась Жанна. – Ребята, безусловно, стали кататься увереннее.

– Никаких денег нам не надо! – уверенно заявила Людмила. – Что это за… Барыги??? Неужели для родной школы мы не сделаем эти самые мастер-классы бесплатно? Давайте, завтра собирайте всех, кого сможете, сделаем всё, что нужно. Мы приехали с коньками, всё у нас есть. Всё покажем и расскажем.

– Правда? – обрадовалась Жанна. – Это замечательная новость! Буквально для всех!

Жанна, да и все присутствующие как-то упустили из виду, что Арина Стольникова назвала ДЮСШОР-1 своей родной школы. А ведь это было бы очень удивительно!

– Как у вас дела идут? – с небольшим стеснением спросила Анна Александровна. – Финансовые дела, спортивные? Чем живёте вообще?

Люда вдруг подумала, что мама сейчас оказалась в недвусмысленном положении: судя по всему, после того как она в середине девяностых годов уехала вместе со Стасом, сюда больше не возвращалась, и забыла про родной город и про всё, что её с ним связывало. В том числе и про ДЮСШОР-1, которой она уделила значительную часть своей жизни в конце восьмидесятых-начале девяностых годов. Ведь Анька здесь наводила знатную движуху, судя по её словам, а потом слилась.

Тем не менее, и город и спортивная школа в её отсутствии, естественно, всё так же жили, существовали, испытывали трудности, преодолевали их, испытывая искреннюю радость даже от небольших удач, но всё это прошло мимо Анны Александровны, которой всё это стало безразлично, так как она погрузилась в свою судьбу. А может, просто повзрослела, и ушла эта весёлая детская бравада, связанная с плакатами и фигурным катанием? Увы, люди имеют свойство взрослеть и хоронить свои детские увлечения и мечты…

Сейчас естественно, со стороны казалось немного странным, что она интересуется тем, до чего ей 30 лет не было дела. Однако, по-видимому, Жанну это нисколько не волновало. Все они прошли через трудные времена, приходилось принимать трудные решения и зачастую эти решения в корне меняли их жизнь. Тут увы, было не до сантиментов и разговоров о вечной дружбе…

– Дела… – задумалась Жанна. – Дела идут прекрасно, жаловаться не буду. Ты же застала, когда построили второй каток? Сейчас здесь, на старом, у нас занимаются только одиночники, перворазрядники, кандидаты в мастера спорта, и хоккеисты с конькобежцами. На втором катке только фигуристы: парники и одиночники, мастера спорта, но у нас хотят его немного отжать и тоже запустить туда хоккеистов. Третий каток, который на Рабочем посёлке… на нём свои тренерские кадры. Там больше процветает детское и любительское катание. Ты, наверное, не знаешь, но район порядочно расширился, проведено массовое строительство, сейчас он считается как довольно труднодоступный, дорога туда ведёт одна, постоянно большие пробки. Из центра туда никто не хочет ездить тренироваться, поэтому занимаются там только дети, которые живут в этом микрорайоне. Естественно, выборка среди них маленькая. И хоть желающих заниматься фигурным катанием много, но серьёзных результатов там нет. Ребята приходят, позанимаются год-два, уходят, потом опять приходят. Сплошная чехарда.

– Это тот каток, который имени Хмельницкой? – спросила Люда.

– Да, именно тот самый, – согласилась Жанна. – Там всё сделано очень здорово: всё новое, современное, трибуны на 1000 человек, но… Место строительства выбрали явно неудачное. Хотели построить в месте жительства Люськи, сделать услугу местным детям, но получилось как всегда. Район стал оживлённый, но его доступность значительно снизилась. Конечно, если бы проложили новую, хотя бы 4-полосную дорогу, возможно, у катка и появилась бы более широкая перспектива. Всё дело в транспортной доступности. Если раньше у Люськи была большая проблема ездить на тренировки в центр, сейчас большая проблема попасть в этот каток из центра.

– А у вас как дела? Как с финансами?

– У нас всё хорошо! – заверила Жанна. – С финансами нет проблем. Мы на зарплате от министерства спорта Свердловской области. По-прежнему, шеф «Уралвагонзавод», ремонты все делаются, оборудование приобретается, ребятишки занимаются бесплатно, родители, если только нужно брать дополнительные подкатки, сверх лимита рабочего времени тренера, платят фиксированную таксу. Ну, или хотят совсем уж крутой инвентарь.

– А какие результаты? – спросила Анна Александровна.

– Есть результаты, на уровне регионалок мы традиционно лидируем, вперемежку с Екатом, – пожала плечами Жанна. – Но… ты же сама понимаешь… У нас многих ребятишек переманивают и уже переманили. Едва ребёнок стал более-менее перспективным, сразу забирают в центр. Взять ту же Лизу Хромову. Сейчас она же в вашей группе катается?

Жанна повернулась к Людмиле с Сашкой и выжидательно посмотрела на них.

– В нашей группе, я знаю, что она из Екатинска, – согласно кивнула головой Люда.

– Когда она хорошо выступила на открытом первенстве Москвы младшего возраста, там как раз присутствовал Бронгауз с одной из своих учениц, кажется, с Ксенией Котовой, потом я видела, как он говорил с Лизой, потом с её родителями, а через неделю они забрали вещи, ушли из нашей школы и поехали в Москву. То же самое было с двумя мальчишками, они сейчас по юниорам за Петербург катают. Ещё одна девочка ушла в школу «Москвич» в Москву. Получается, мы куём кадры для столицы. Ещё одного чемпиона, своего, родного, нам воспитать никак не получается… Едва у ребят появляются результаты, они уезжают в центр.

Люда внимательно посмотрела на Авдееву: безусловно, в словах тренера была печаль. И это было понятно, годами упорно работать, с самого раннего возраста учить детей, заниматься перспективными, довести их до юниорства, до первого спортивного разряда, вложить много физических и эмоциональных сил. А потом, едва наметится хотя бы небольшой результат, на всё готовое придёт чужой дядя или тётя из Москвы и заманит плюшками в столицу. И похоже, так было раз за разом…

– Ничего, будет и у вас своя чемпионка или чемпион! – сгладила неловкую ситуацию Анна Александровна. – Мы возьмём над вами шефство!

– И каким образом? – поинтересовалась Авдеева. В глазах её было недоверие.

– Позовём сюда опять Левковцева! Он сейчас strong! – рассмеялась Анна Александровна. – Представь себе, я же ездила в Америку, на Гран-при! В Норвуд! Видела его там! Чувствует себя хорошо, здоровый, активный, был там со своими парниками.

– Я смотрела эти соревнования, – согласно кивнула головой Жанна. – Мельком в телевизоре видела его, чуть не расплакалась от воспоминаний. Кажется, почти совсем не постарел. Очень рада за него. Всё-таки не потерялся Владислав Сергеевич, нашёл свой остров в море этой жизни. Но как же нам его всё-таки не хватает… Как нам было тяжело, когда он уехал. Но разве можно людей винить за это? Всем хочется кушать, у всех есть дети. Всё же, я думаю, уехал он, скорее всего, потому что закончила со спортом Люська. Не нашёл в себе стимул больше работать здесь, где всё напоминало о былом величии. Решил начать с нуля на новом месте. Впрочем, это его решение. Я его больше двадцати лет не видела, даже по телевизору. Только мельком, в интернете что-то проскальзывало. Впрочем, что было, то быльем поросло. Мы тоже здесь не лаптем щи хлебали. Прошли через многое. Работали с детьми, радовались победам, даже небольшим. Всё у нас было прекрасно. Не пропали.

– Так вы его переманите сюда обратно! – бесцеремонно влезла во взрослый разговор Смелая. – Раз вам нужен авторитетный тренер, который сможет поднять фигурное катание у вас!

– А это действительно, здравая идея! – согласно кивнула головой Анна Александровна, у которой сразу же загорелись глаза. – Прекрасная мысль, Саша! Можешь иногда выдавать годноту!

Люда с большим недоумением уставилась на маму. В каких розовых облаках она витает? Что значит «здравая идея»? Неужели тренер, обладая своими учениками, работающий за границей, бросит всё и переедет сюда? В Екатинск? Ради чего? Даже она, обладающая малым опытом в тренерстве и организации фигурного катания, понимала, что для того, чтобы это произошло, должно произойти слишком много невероятных событий. Похоже, Авдеева была того же мнения.

– Но как это всё устроить? Да нет, вы издеваетесь! Это же фантастика! – рассмеялась Жанна. – Он разве согласится сюда приехать, в эту тьму таракань? После скольких-то лет? Он же там уже приработался, есть свои фигуристы, свои клиенты, деньги, уважение. Наверняка купил дом, обзавёлся связями. Как можно из Америки приехать сюда?

– У него есть клиенты, деньги и уважение, это да, безусловно, – согласилась Анна Александровна. – У него нет очень важного: хотя бы одного талантливого спортсмена, которого можно вывести на пьедестал чемпионата мира или хотя бы этапа Гран-при. Он работает с многими, но при этом распыляется на несколько направлений, при этом не имея хорошего успеха ни с кем. Денег у него наверняка много, за счёт множества учеников, но нет одного, которого хочется иметь каждому тренеру: талантливого ученика, с которым можно сворачивать горы. А у вас… Если бы появился тренер такого уровня, уже не стали бы забирать фигуристов в столицу. Кто знает, может быть, наоборот, сюда бы все ехали?

– Нет, это какая-то фантастика! – снова рассмеялась Жанна. – Давай посмотрим на вещи реально: от нас же уходят не просто так. В Москве авторитетные школы, которые финансируются лучше, чем наша. Эти школы могут оказывать финансовую поддержку переехавшим к ним ребятам: арендовать квартиры, помогать в трудоустройстве родителям, пробивать содержание от государства. В общем, обустраивать. Анька, мне ли тебе говорить? Ты же сама наверняка этот путь прошла. Вдобавок не забывай: самое главное – это судейская лояльность. К ученицам авторитетных школ отношение совсем другое, чем к нам, провинциалам.

– Это всё ерунда! – напористо возразила Анна Александровна. – Бояться волков: в лес не ходить! Откуда ты знаешь, что именно сейчас думает Левковцев? Может, он уже разочаровался в Америке, перегорел, там тоже конкуренция очень высокая. Может, он сейчас и хотел бы сюда вернуться, но его никто не ждёт и, естественно, не зовёт. Да и некуда. В конце концов, много наших, кто раньше, в девяностые годы, уехал на запад, вернулись обратно. Сейчас не бедствуют, учат одиночников и танцоров. Россия сейчас стала другая! Это тебе не девяностые, и даже не нулевые годы! Я тебе говорю! В спорте громадные деньги крутятся!

– И как к нему подступиться? – с недоверием спросила Жанна.

– Очень просто! Лично! Или через меня! – заявила Анна Александровна. – Ты, естественно, знаешь, что через 10 дней в Москве состоится «Ростелеком»? Левковцев там будет со своей парой, если ты смотрела стартовые списки. А плюс, там ещё будет много интересного, например, туда приедет Люська, и они с Маринкой и Танькой кое-что замыслили! Там будет очень весело и прикольно!

– Что они там замыслили? – с любопытством спросила Смелая. – Я же буду там участвовать! Тётя Аня, а скажите, пожалуйста, что они там замыслили?

– Нет, Саша! Тебе я не могу сказать! – с большой важностью ответила Анна Александровна, свысока посмотрев на Смелую и покачала головой. – Извини, это не моя тайна, и раскрывать её не буду. Всё узнаете в своё время. А на твоём месте, Жанна, я бы приехала на этап. Я уверена, там будет много чего интересного и крайне необычного!

– Ну, мне нужно посоветоваться с Артуром, – неуверенно ответила Жанна. – Как он скажет. Он сейчас не слишком активен в фигурном катании, более зациклен на боксе и горных лыжах. У нас там есть определённые результаты. Даже, я бы сказала, очень приличные результаты, в пределах мировых чемпионатов. Приоритет спортшколы сместился в этом направлении.

– Ничего не знаю про твоего Горинского! – воскликнула Анна Александровна. – Приезжай одна! С дочкой повидаешься! Остановишься или у неё, или у нас, билеты я тебе на соревнования достану, будем вместе сидеть болеть! Неужели тебе не хочется вживую посмотреть на платья, которые сшила Милана? Увидеть, как они работают на зрителя?

– А… Разве Милана Горинская – ваша дочь? – с большим удивлением спросила Сашка.

– Да! – рассмеялась Авдеева. – Как видишь, по стопам матери не пошла. Ни в фигурное катание, ни в тренерство, хотя фигуркой она занималась лет до 10. Хорошо, убедили вы меня. И, если честно, заинтриговали. Теперь я неделю не буду спать и всё время гадать, что же за нежданчик там устроили в Москве… Ладно, сидеть с вами очень приятно, однако я хочу провести вас по моему хозяйству, показать, что здесь есть хорошего.

– А ты можешь с работы отлучиться? – с некоторой наивностью спросила Анна Александровна. – Без тебя тренировка не остановится?

– Аня, я сейчас главным тренером секции по фигурному катанию работаю, – укоризненно ответила Жанна. – Координирую лишь основные, самые главные моменты подготовки. Более точечно с ребятами занимаются тренеры второй категории: по силовой подготовке, специальной подготовке, три тренера, ведущие младшую, юниорскую и взрослую группу. В штате есть хореограф и балетмейстер. Как видите, сейчас у нас не так, как было раньше, когда Владислав Сергеевич, Виктория Анатольевна и Артур тянули на себе всё подряд. Если кто-то из тренеров в отпуске, уехал на соревнования, сильно занят, его место занимаю я. В целом, нам сотрудников хватит.

– А кем же тогда у вас будет Левковцев если придёт к вам? – неожиданно спросила Людмила.

– Значит, будет главным тренером, а я старшим, – рассмеялась Жанна. – Девчонки, но вы же сами понимаете, что это абсолютная фантастика. Ладно, пойдёмте на экскурсию по спортивному комплексу. Кстати, потом, в конце, нужно зайти к Артуру, иначе он обидится.

Люде было очень любопытно посмотреть, какой стала альма-матер, в которой она занималась фигурным катанием с 4 лет. Лишь бы только опять не прослезиться. За себя она была нисколько не уверена…

Глава 5
Экскурсия по ДЮСШОР-1

Экскурсию начали со святая святых каждого спортивного центра: с раздевалки. Именно здесь происходили самые важные события в плане коммуникации воспитанников. Не там, в тренировочных помещениях, где они оказывались во власти тренеров и спортивных снарядов, а именно здесь, где юные спортсмены оставались наедине с собой и со своими одногруппниками.

Раздевалка по контуру была всё такая же, как и раньше, глобальных изменений тут не было. Однако сделан хороший ремонт, поставлена новая мебель для хранения вещей. Шкафчиков не было, вдоль стен находились вешалки для верхней одежды. Под ними рундуки, закрывавшиеся на замок, на рундуках мягкие сиденья со спинками, которые одновременно служили и крышками, чтобы присесть во время переодевания либо отдохнуть после тренировки.

Для Люды это показалось более предпочтительным и удобным. В середине 1980-х в раздевалке стояли обычные железные шкафы, запирающиеся на замок, такие же, которые находились в заводских мойках. Конечно, туда можно было положить много чего, и всё это закрыть на замок, однако для отдыха места не оставалось. Посреди раздевалки стояли деревянные лавки без спинок, которые фигуристки во время отдыха переносили к шкафчикам, чтобы можно было посидеть на них, прислонившись спиной.

– Да у вас тут классно, не сравнить с тем, что было раньше! – не удержалась Людмила.

– А откуда ты знаешь, как было раньше? – неожиданно спросила Сашка, внимательно посмотрев на подружку.

– Мне… Мне Люська, то есть Николаева Людмила Александровна сказала! – замялась Люда, коря себя за очередной прокол. – Помнишь, когда мы говорили с ней на контрольных прокатах? Она много рассказывала о своей судьбе!

Отмазка выглядела крайне нелепой, однако взрослые, да и смелая тоже, не обратили внимания на детский лепет, вышли из раздевалки и направились в зал общефизической подготовки. Люда с Сашкой следовали за ними в небольшом отдалении.

– Слушай, Сотка, – нахально улыбнулась Смелая. – Я тут подумала, почему бы тебе от Брона не перейти сюда? Ну, когда тот самый Левковцев сюда приедет? Прикинь, если бы ты переехала сюда, это был бы неожиданный для всех ход! О тебе все мировые газеты писали бы! Представляешь, что на сайтах было бы? Миллионы комментов! Депутаты Госдумы запросы в профильный комитет делали бы! Классная была бы движуха! Порофлили бы! Я уже представляю заголовки: «Олимпийскую чемпионку загнобил Бронгауз!», «Олимпийская чемпионка убежала от главного тренера сборной в провинцию!», «Кто выгнал Арину Стольникову с родного катка?». Это круто было бы! Ха-ха-ха!

Настолько абсурдным было это заявление Сашки, что Люда отреагировала на него громким смехом и покрутила пальцем у виска. Однако тут же подумала, что это был бы неплохой ход… В какой-нибудь параллельной вселенной. Здесь же, увы, нет. Она видела ДЮСШОР-1, и по-прежнему считала его родным и близким, однако, её тут никто не ждал. Она была тут чужой. Этой спортивной школе нужно было растить своих чемпионов, прямо с детства…

Зал общефизической подготовки утратил свою самобытность и стал похож на «Хрустальную звезду». Здесь уже не стояли старые спортивные снаряды советского производства вперемешку с самоделками, которые делал Уралвагонзавод в порядке шефской помощи, не было выщербленного от случайных падений тяжелоатлетических снарядов выбоин на бетонном полу. Она и сама роняла пару раз гантели и небольшие штангочки на пол, по небрежности или когда соскальзывала рука. И могла бы даже сказать, где находятся эти щербины, если бы пол был старый.

Здесь покрытие и пола, и потолка, и стен было новым, комфортным, светлым, яркие светильники на потолке отражались в никелированных изогнутых трубах тренажёров.

В остальном всё было так же: все снаряды заняты юными спортсменами, усердно исполняющими упражнения, за столом сидит тренер по силовой подготовке, иногда раздающий указания занимающимся. На столе стоит небольшая пузатая магнитола, из которой доносится ритмичная музыка без слов, задающая темп тренировке.

Естественно, дети, увидев посторонних людей, отвлеклись от тренировочного процесса и уставились на вошедших. Наверное, несколько секунд продолжалась стадия узнавания, а потом раздались удивлённые возгласы.

– Смотрите, это же Арина Стольникова, а рядом с ней Саша Смелова! – воскликнула одна из девчонок, занимавшаяся у шведской стенки и имевшая самый хороший обзор по направлению к двери.

Тренер по силовой подготовке, коротко стриженный мужчина лет тридцати, увидев вошедших гостей, встал, с удивлённой улыбкой подошёл и поздоровался со всеми. Жанна вынуждена была сказать пару слов.

– Ребята, сегодня к нам в спортивную школу неожиданно пришли Арина Стольникова, олимпийская чемпионка, и Александра Смелова, чемпионка мира среди юниоров. Девушки хотят посмотреть, как мы занимаемся, как у нас всё устроено. Завтра на ледовой арене состоится мастер-класс с их участием. Мы пока ещё не знаем, в какое время это будет, но скоро всё это выяснится. Во сколько состоится это мероприятие, мы тоже ещё не решили, но ориентировочно, в 10:00 утра. Более подробно я напишу вечером, в родительском чате. А сейчас мы не будем отвлекать вас от тренировки: у нас лишь экскурсия по нашему учебному заведению. Поговорите завтра более подробно.

Раздались громкие аплодисменты и одобрительный возгласы. Дети явно были очень рады такому развитию событий!

После посещения зала общей физической подготовки Жанна провела всех по первому этажу, потом поднялись на второй этаж, в зал хореографии, где случилось абсолютно то же самое, что и в зале ОФП. Ребята, занимавшиеся хореографией у станков, под руководством женщины лет тридцати в спортивном костюме, увидев вошедших, прекратили тренировку и уставились на них в ожидании, что всё это значит. Однако тут же узнали вошедших и точно так же зааплодировали.

Зал хореографической подготовки, естественно, тоже претерпел большие изменения. Сейчас не вдоль одной стены, а вдоль всех стен, кроме той, в которой находилась входная дверь, стояли большие зеркала от пола до потолка, со станками из двух ручек, тянущихся по периметру. Под ними пуфики для отдыха, на которых разбросаны олимпийки, рюкзаки, на полу лежат коньки. Всё как всегда. У стены рядом с входной дверью ещё два пуфика по обе стороны от неё, и в углу письменный стол с раскрытым ноутбуком и стоявшей рядом большой блютуз-колонкой, из которой играла классическая балетная музыка: балет «Дон Кихот».

Самое большое впечатление на Люду произвела, конечно же, ледовая арена. В ней с 1986 года уже три раза делали капитальный ремонт. Сейчас это было ультрасовременное сооружение с прекрасным льдом, по которому тянулась крупная красная надпись «ДЮСШОР-1 – главный чемпион!». Там, где раньше была небольшая трибуна всего для 200 зрителей, сейчас во всю стену тянулась трибуна на 500 мест. Возможно, сделали бы и больше, однако не хватило размеров помещения. А так как сооружение было собрано с советской тщательностью, из бетонных панелей, расширить его не представлялось возможным.

На правой стенке висел большой LCD-монитор, конечно, не такой, который был, например, в Оберстдорфе, но этот тоже был приличного размера: примерно 2 на 3 метра. Сейчас на него подавалось изображение с какой-то боковой камеры, и было видно, как по льду рассекают подростки в ультрасовременных тренировочных костюмах. На бортиках множество логотипов спонсоров, из известных только Федерация фигурного катания России, Федерация фигурного катания Свердловской области и «Ростелеком». Из местных спонсоров на бортиках несколько аббревиатур, среди которых одна означала «Уралвагонзавод». По всему видать, арена была зоной особой гордости Жанны Авдеевой.

– Видите, как у нас классно тут! – с гордостью сказала она. – Ничуть не хуже, чем в свердловском «Факеле».

– «Факел» мы видели, там мраки по сравнению с вами! – заявила Сашка. – Почему здесь не провели соревнования «Уральские самоцветы»? Тут даже монитор вон какой! И трибуны намного больше. Я думаю, и людей больше пришло бы на фигурное катание, по крайней мере, ученики этой школы точно наполнили бы все трибуны.

– Вы видите, сейчас в городе проходит эта выставка «Экспо-металл»! – заявила Жанна. – Приехало много народу со всего мира, поэтому проблемы с гостиницами и безопасностью. Свердловская федерация сказала, что старт будут проводить там, в Свердловске, именно в «Факеле», потому что больше свободных арен не было. Однако мы уже несколько раз проводили «Уральские самоцветы» на своей территории, так же как и чемпионаты Свердловской области, региональные соревнования, открытые чемпионаты Екатинска. Насчёт соревнований будьте спокойны: нас тоже занимают по полной программе. А сейчас давайте на новую арену сходим, посмотрим, что там. У нас на ней занимается секция парного катания и одиночники-мастера спорта.

– И сколько человек парным катанием занимаются? – с интересом спросила Анна Александровна. – Мне помнится, у вас сначала одна спортивная пара была, потом две. И, кажется, они даже что-то выигрывали на юниорском первенстве и на чемпионате СССР.

– Да, так и есть, – подтвердила Жанна. – Биткеев и Крестьянина пару раз доходили до взрослых чемпионатов СССР и до бронзовых медалей, однако дальше пойти не получилось. Потом они ушли от нас, уехали в Ленинград, впрочем, это уже совсем другая история.

– Они же кажется, в Ленинград уехали с Викторией? – спросила Анна Александровна.

– Да, с Викой, – подтвердила Жанна. – В начале девяностых она стала очень большим специалистом, ей с Левковцевым стало трудно уживаться на одной площадке. Двух хозяев не бывает. Да и Биткеев с Крестьяниной хотели большего внимания главного тренера, в то время как всё внимание Владислава Сергеевича было приковано к Люське. А сейчас у нас в парах занимаются 5 пар по третьему спортивному, три юниорские и две взрослые пары. Как видишь, это порядочное число, учитывая относительно невысокую популярность этого вида спорта в стране. Результаты есть. Иногда даже на чемпионат и первенство России отбираемся.

Про новую арену Люда слышала первый раз, поэтому с большим любопытством отправилась в экскурсию на неё. Чтобы пройти туда, пришлось обогнуть весь каток, подойти к трибуне, и там, рядом с гаражом, откуда выезжала заливочная машина, был прорублен новый проход, который закрывала дверь с надписью «Тренировочный каток №2. Посторонним вход строго воспрещён.».

Открыв дверь, Жанна прошла внутрь. За дверью был короткий крытый переход длиной всего 5 метров, с одним окном, находившимся слева. В окне видно две высокие стены корпусов, тянувшиеся на всю длину арены. Стены обшиты сэндвич-панелями, крашенными в синий цвет.

– Так они совсем близко здесь поставили, – неожиданно удивилась Люда. – Тут же, за нашим корпусом, стадион был.

– Да, был стадион, – согласилась Анна Александровна, не обратив внимания откуда дочери известен этот факт и почему она назвала первый корпус нашим. – А вот эта стена поистине эпохальная – вдоль неё в марте 1986 года я твоего отца, тогда зелёного пацанёнка Стасика Стольникова, вела в хоккейную секцию, чтобы он записался в неё. Его Олимпиада Ивановна, царствие ей небесное, которая работала здесь техничкой, пускать не хотела. Он тогда твёрдо решил заниматься хоккеем, собрал все свои скромные причиндалы, вместе со мной, и в большей степени под моим влиянием и наблюдением, приехал в ДЮСШОР, а его техничка не пускает. Представь себе, какой облом! У парня жизнь чуть не разрушилась! Если бы не я, пошёл бы он на завод слесарем-сборщиком.

– И что ты сделала? – с интересом спросила Люда.

– Я его провела секретной тропой! – смешно округлила глаза Анна Александровна. – С определённого момента я сюда ходила как к себе домой! Просто как-то увлеклась фигурным катанием, когда Люська в гору пошла. Соревнований тогда показывали мало по телевизору, я ходила сюда, смотрела, как ребята катаются, потом сама стала кататься. Представь себе, у меня даже юношеский разряд есть!

– Да, было такое! – рассмеялась Жанна. – Но что же ты всё-таки сделала со своим будущим мужем?

– Я и говорю: провела его секретным ходом, вдоль этой стены, через столовую, в коридор, – объяснила Анна Александровна. – Так мы попали на тренировку хоккейной группы, и тренер сразу его взял. Благодаря только мне!

– Ну, сейчас такой финт ушами уже не прошёл бы, – рассмеялась Жанна. – Как видишь, здесь твой путь преградил бы этот переход. Кстати, насчёт стадиона, про который упомянула Арина… Когда начали строить второй тренировочный каток, там тоже была большая стройка. Территорию спортивной школы расширили, и сделали новый стадион, даже с небольшой трибуной. Там сейчас городские матчи по футболу проводятся среди команд предприятий, на легкоатлетическом манеже все городские старты по лёгкой атлетике. Ну и наши ученики занимаются, само собой.

В конце крытого прохода была ещё одна дверь, обитая теплоизоляцией, с табличкой «Закрой меня» и шутливой умоляющей рожицей. Впрочем, закрывать дверь не приходилось: на ней стоял автоматический доводчик, который плотно закрывал полотно во избежание утечки тепла. Во времена Люды у входа на арену доводчика не было: двери закрывались простыми пружинами, такими же, которые стояли, например, в подъездах, и грохот при закрывании стоял несусветный.

За этой дверью был обычный быстровозводимый тренировочный каток, размером 30×60 метров. Металлические колонны, над ними фермы, обшитые теплоизоляцией. Вокруг арены белые бортики, на которых сейчас лежали олимпийки, салфетницы и стояли бутылки с водой. На бортиках названия спонсоров.

В противоположной стене – ещё одна дверь: запасной выход, ведущий на стадион. Здесь, у ближнего борта, несколько скамеек, на которых сейчас лежали рюкзаки, рядом стояли кроссовки. В общем, обстановка типичного тренировочного катка, где нет ни трибун, ни зрителей. Впрочем, зрители были: у бортика стояли тренеры, мужчина и женщина, в тёплых спортивных костюмах. Они внимательно наблюдали за несколькими катающимися парами, что-то на ходу подсказывая им. Рядом с тренерами стоял небольшой столик, на котором располагалась большая пузатая магнитола, сейчас игравшая что-то ритмичное.