Текст книги "Зумер и Пенс (СИ)"
Автор книги: Аргус
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)
На этот раз поездка прошла без происшествий. Автобус возле места аварии, где валялись разбитые стекла и был рассыпан песок, а также лежали цветы притормозил и дал сигнал, а потом снова набрал скорость. Они проехали Керву, обогнули Святое Озеро и приехали наконец в Северную Гриву.
Там сойдя с автобуса компаньоны, по просьбе Профессора, первым делом купили жаренные пирожки с повидлом и творогом, которые он очень любил раньше и очень давно, по состоянию здоровья не ел. Оказалось, что он способен вместе с Виктором ощущать сигналы от вкусовых рецепторов, и после поедания вредной, приготовленной на кипящем растительном масле пище, она была запита холодным квасом. Старик урчал от удовольствия, как тигр заваливший и съевший кабана в тайге.
Глава 3
Начало
– Больше никогда не ешь такую дрянь! – предупредил Пенс Зумера, – оглянутся не успеешь, как отрастишь пузо, посадишь печень, получишь язву и угробишь здоровье!
– Зачем же Вы их съели? – улыбнулся Виктор, – я их и так не ем.
– Это ностальгия! По молодости! Когда я гвозди мог есть! – с тоской ответил профессор, – ладно, идем к моей даче. Зайдем на нее со стороны леса, чтобы нас не заметили.
Они сошли с центральной улицы и пошли лесной тропинкой огибая тянущиеся дачные участки. Наконец Профессор дал команду остановиться.
– Хочу спросить тебя, как домушник домушника, ты через заборы лазать умеешь? – обратился он к Виктору.
– Нет, а зачем? – удивился юноша.
– Что значит – зачем? – возмутился старик, – а залезть в чужой сад или город? И объесть там клубнику с грядки, или спелую черешню прямо с дерева?
– Так на базаре или в магазине их ведь купить можно – возразил зумер.
– Много ты понимаешь! Какое удовольствие есть купленную на базаре, – искренне удивился Артем Николаевич, – только гастрономическое! Для пуза! А вот залезть в чужой сад, под покровом ночной темноты, когда в любой момент можно огрести хозяйским поленом по спине, это, – он задумался, – это сродни охоте на мамонта или кражи невесты! И клубника и черешня добытая таким способом, она в сто раз вкуснее! Она приправлена острым вкусом опасности!
– Вообще-то, это называется воровством! – изумился юноша, – вот я не ожидал, что такой пожилой уважаемый профессор, как выясняется, в детстве промышлял воровством из чужих садов! Так Вы и меня плохому научите!
– Я не родился профессором! И почему только в детстве? – возразил старик, приоткрывая занавес над своей, как выяснялось очень интересной, жизнью, – да что с тобой говорить! Вы же кроме своих телефонов ничего и не знаете! Вы на мир смотрите только через экран смартфонов! Представляешь себе, – мечтательно сказал он, – приглашаешь Лену на свидание! И вместо пафосного ресторана или концерта поющих ртом скоромохов, ведешь ее вечером в чужой сад! Вы перелазите через забор, залазите на черешню и объедаетесь спелой черной или красной свежей ягодой прямо с ветки! И кормите, лучшими и самыми крупными из них, друг друга! Это так романтично! Да любая девушка после такого приключения, отдастся тебе прямо там, на дереве!
– Думаете? – засомневался Виктор, – представляю себе Лену в открытом вечернем платье перелезающую через забор! А если они там застрянет и провиснет на этом заборе? Или платье порвет? А если в самый ответственный момент хозяин сада прибежит? И хорошо если с оглоблей, а не с ружьем в котором патроны с солью! Вот мне Лена спасибо скажет, когда в ее попу заряд соли попадет! Или по ее спинке оглобля проедется! А уж ее родители как мне благодарны будут! Мало того, что склонил их дочку у мелко уголовному преступлению, так еще и покалечил! Нет уж спасибо! Лучше без такого экстрима!
– Скучный ты, зумер! – презрительно произнёс пенс, – ни ума, ни фантазии! Максимум на что тебя хватит, как я погляжу, это стащить пару черешен на базаре у торговца или в магазине с ящика!
– Вы, Артем Николаевич, меня на «слабо» не берите! Не буду я воровать ни клубнику, ни черешню! С Вами я вижу, только начни. А закончим чем? После петрушки и укропа из соседнего огорода? Начнем воровать свиней и коров, станем скотокрадами? А потом конокрадством займемся? Вот будет радость Лене, когда я ей, визжащую и гадящую свинью под окно ее спальни притащу! Или мычащую корову, или лошадь с телегой! Рано утром! А как соседи их элитного дома удивиться!
– А ты думаешь, если ты притащишь ей мешок украденных денег, это будет что-то принципиально другое? – усмехнулся профессор, – по форме да, а по сути нет!
– Не собираюсь красть никаких денег! – гордо ответил Виктор, – я их заработаю!
– Ты смотрел фильм «Золотой теленок» с Сергеем Юрским в роли Бендера? – поинтересовался, склонный, как оказалось, к антисоциальному и антиобщественному поведению, старик.
– Может быть, я не помню. Это же какое-то старье! – пожал плечами юноша.
– Сам ты старье, молодое, – обиделся за классику пенсионер, – там есть такой диалог. Диалог звучит так:
– Шура, запомните: большие деньги можно только украсть! – говорил Бендер.
– А заработать⁈ – спрашивает Балаганов.
– Заработать, Шура, можно только геморрой! – отвечает Великий Комбинатор. Конечно, в оригинальном романе Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Золотой теленок» этой реплики не было – она стала крылатой благодаря блестящей экранизации тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года. В фильме ее произнес актер Сергей Юрский. По сюжету, так Бендер иронично комментирует попытки своего спутника Балаганова разбогатеть честным трудом! Хотя я не помню, чтобы Балаганов вообще хотел заниматься общественно полезным трудом! Он был идейным тунеядцем и членом шайки сыновей лейтенанта Шмидта! – закончил киноэкскурс в прошлое профессор.
– Артем Николаевич! Вы точно профессор? Из Вас какие-то криминальные наклонности так и прут! – настороженно произнес Виктор, – не удивлюсь, если скоро Вы мне предложите ограбить банк!
– Ну это не так уж и трудно! – оживился пенсионер, – главный вопрос, на самом деле, это не деньги достать, а легализовать их! Вот стащим мы миллион долларов, и что ты на них купить сможешь? Ты даже в банк их положить не сможешь, без доказательства их легального происхождения и уплаты положенных налогов. Да, ели по мелочам тратить, как мы сейчас будем это делать, никто тебя спрашивать не будет, откуда ты взял деньги. А вот если квартиру купить захочешь, или что-то еще, типа этого, то там нужна легализация! Ладно, мы пришли!
Они остановились у покосившегося забора с калиткой. Профессор показал, как ее открыть и они вошли на территорию дачи. По указанию мужчины, Виктор подошел к одному из деревьев и стал руками разгребать землю. На глубине десять сантиметров была обнаружена жестяная коробка из-под печенья. Вытащив и открыв ее они увидели завернутую в полиэтиленовую пленку пачку сто долларовых купюр.
– Сколько тут? – потрясенно спросил юноша, который столько денег не только никогда не держал в руках, но и не видел вживую.
– Немного. Десять тысяч американских долларов, или примерно шестьсот двадцать тысяч рублей. Для начала нам хватит, – ответил старик.
– На что хватит? – шепотом спросил Виктор.
– Ну как на что? – бодро ответил его подельник, – на подготовку к ограблению банковского хранилища! Уж там мы возьмем настоящий жирный куш! Не то что эти гроши! Купим костюм с отливом, машину с магнитофоном, и повезем Лену в Ялту, – ввернул он очередную кинофразу, но зря. Зумер ее не знал, или не помнил.
– Я не буду грабить банк! – твердо ответил зумер, и хотел положить деньги обратно в коробку, – а у меня и прав нет.
– Шучу я, – вздохнул профессор, – куда тебе! Это нам нужно, чтобы привести тебя в порядок, и придать твоему убогому и тщедушному телу более-менее товарный вид. Ну и приодеться! Покорение Лены, это будет дорогостоящее предприятие! Спрячь деньги, зарой яму и идем, пока нас никто не увидел. У нас много дел еще!
Скрыв следы раскопок, компаньоны покинули дачу профессора и направились на автобусную остановку. До райцентра они добрались без приключений, а там отправились в больницу, где лежали. Обменяв в отделении банка несколько сто долларовых купюр, друзья купили бутылку шампанского и коробку конфет. В лечебном учреждении они нашли своего врача Василия Константиновича и передали ему презент, который был с радостью принят. Осторожно выяснив, что тела всех погибших находятся в судебно-медицинском отделении, которое расположено тут же, на территории больничного городка, они покинули больницу.
Так как в Шатуре делать было больше нечего, Виктор снова направился на автостанцию и купил билет до Москвы. Его сельские каникулы закончились, так и не начавшись. Автобус номер триста семьдесят шесть от Шатуры до Москвы, станции метро Котельники, обычно шел в среднем от двух до двух с половиной часов. Точное время в пути зависело от дорожной ситуации, так как на маршруте постоянно были пробки.
Прибыв в Столицу юноша направился домой. Его мама, очень миловидная и симпатичная женщина лет тридцати пяти, увидев сына запричитала и обняв заплакала.
– Витенька, – всхлипнула она, – вот ты совсем обо мне не заботишься! Я так переживала. Там еще авария с автобусом какая-то была, все пассажиры и водитель погибли! Я чуть не поседела! Нельзя так себя вести!
– Мамуля, – обнял ее сын, – прости. Просто по дороге я познакомился с ребятами, они меня пригласили на пару дней помочь им с работой на стройке. Я помог! И вот мой заработок. И он протянул женщине две сто долларовые купюры. Это составляло почти двенадцать тысяч рублей. Мама, работавшая в школе преподавателем истории, получала сорок тысяч рублей в месяц.
– Мой добытчик! – улыбнулась вытирая слезы мама, – совсем стал взрослым! Иди умывайся и садись ужинать! Ты еще больше похудел.
– Ну как Вам моя мама? – спросил профессора Виктор, направляясь в ванную комнату. Но тот ничего не ответил, – Артем Николаевич, ау! Вы тут? Или покинули мою голову.
– Тут я, – проскрипел старик, – так это твоя мама? А как ее зовут?
– Да, это моя мама! Виктория Ивановна Воронова! – с гордостью произнес юноша, – правда она очень красивая?
– Тут не поспоришь, редкая красавица, – согласился поселенец, – а сколько ей лет?
– Онам у меня очень молодая! Ей всего тридцать шесть лет! – ответил зумер.
– А тебе семнадцать? Значит она тебя родила в девятнадцать лет? – продолжал расспросы пенс.
– Да, на втором курсе института, она взяла академический отпуск, а потом вернулась на учебу, но в другой университет, – произнес Виктор.
– То есть, начала она учиться в одном, а заканчивала учебу в другом высшем учебном заведении? – уточнил старик.
– Да! Она сама поступила на исторический факультет Московского Государственного Университета, проучилась год, потом родила меня, и перевелась в Педагогический институт, – рассказывал историю мамы юноша, – кстати! Она Ваша коллега, то же историк! А Вы где преподавали?
– В разных местах, но в педагогическом институте я точно не преподавал, – пробурчал пенсионер, – а твой отец где?
– Мама не была никогда замужем, про моего отца никогда не говорила, – вздохнул полусирота.
– А отчество у тебя тогда чье? – не отставал профессор.
– Это имя дедушки, отца мамы, – с печалью произнес Виктор, – и он, и бабушка уже умерли. Мы с мамой совсем одни на этом свете. Вот скажите, Артем Николаевич, как мог мой отец бросить такую красивую и умную девушку, как моя мама? Она такая хорошая, добрая заботливая! Лучше ее нет никакого на свете! Я ее так люблю!
– В жизни всякое бывает, – хмуро произнес старик, – может быть он погиб, или они расстались по другим причинам. А может он был женат, и не мог развестись. А может быть, он вообще не знал, что ты родился. Может быть твоя мама ему не сказала, что она беременна тобой. И он не знал о твоем существовании вообще! Женщины часто так делают!
– Вот пусть и не знает! – зло произнес юноша, – столько лет мы без него обходись, обойдемся и дальше! Не нужен он нам!
– Хорошо, – помолчав ответил Артем Николаевич, – давай посмотрим с чем придется иметь дело. Раздевайся, прими душ и просмотрим на вверенную нам материальную часть.
– Какую часть? – не понял Виктор.
– На тело твое! – пояснил старик. Когда юноша остался совсем голым бросив старое белье и одежду в корзину профессор скептически заметил, – что сказать, не Аполлон, и даже не Бельведерский. Жалкое душераздирающее зрелище, как говорил по этому поводу один мой знакомый ослик!
– Я знаю этого ослика! Его зовут И-а, и он из мультфильма про Вини-Пуха! – обрадовался юноша.
– Именно, так! Но там он сказал это по поводу потерянного им хвоста! В твоем случае я это говорю по поводу не развитых мышц! – пояснил профессор. Из зеркала на них смотрел среднего роста юноша, симпатичный, но очень худой. На ребрах можно было играть на ложках, руки и ноги тоже не отличались красивым рельефом, хотя сложен он был неплохо.
– Хорошо, но так совершенно не пойдет! Скажи, Виктор, ты не планируешь сниматься в ближайшее время в кино? – просил пенсионер.
– В каком кино? – не понял его компаньон.
– Ну например, «Узник Бухенвальда», или «Жертва анорексии», или «Как я провел лето в каменоломне», или в рекламе' Почему я решил избавиться от глистов'! – рассмеялся Артем Николаевич.
– Нет, от продюсеров мне таких предложений не поступало, – поддержал шутку юноша.
– Вот и хорошо! – с удовлетворением произнес старик, – значит от истощенности этого тела можно будет безболезненно избавиться. Завтра и начнем. А пока лезь в душ.
После ужина они сидели за ноутбуком. Профессор попросил показать ему предмет амурных страданий младшего члена команды. Тот с готовностью открыл специальную папку, которая имела названием одну букву «Л». В ней оказалось множество фото и видеофайлов. Когда мужчина увидел девушку, он только присвистнул от восхищения.
– Виктор, – с сомнением произнес он, – вот скажи мне, старому человеку, ты точно хочешь ее? Скажу тебе откровенно, мой юный друг, даже я в молодости, конечно, сто раз подумал бы, а стоит ли связываться с такой красоткой! Всю жизнь будешь жить как на кипящем вулкане и охочих до чужих жен мужиков от нее отгонять! Вот оно тебе надо?
– Так сердцу не прикажешь, – вздохнул юноша.
– Это точно, – подумал о чем-то своем старый ловелас, – но хороша! Даже слишком. И сразу видно, что цену она себе хорошо знает! А знаешь, что это означает для нас?
– Нет! – признался Виктор.
– Такая признает только того своим мужчиной, который будет превосходить ее во всем, кроме пожалуй одного, – усмехнулся старик.
– Чего же? – уточнил юноша.
– Красоты! Вот с этим она точно не согласиться! – рассмеялся Артем Николаевич, – хорошо, давай отдыхать, завтра у нас много дел! Это твой последний день на расслабоне! Скоро с тоской будешь о нем вспоминать. Время твоего пустопорожнего препровождения закончилось!
Утром мама ушла в школу, а друзья, ведомые профессором направились в гипермол который находился рядом, где сразу пошли в отдел одежды и обуви.
– Зачем мы здесь? – спросил с удивлением Виктор.
– Купим нормальную одежду чтобы нам не стыдно было показаться у серьезных людей в серьезных организациях, куда мы потом отправимся, – сообщил ему старик.
– А чем моя плохая? – удивился юноша.
– Всем, и в первую очередь дешевым качеством. Сразу видно, что ты нищеброд. Человека в такой одежде серьезно воспринимать никто не будет. И в такой обуви тоже. Слушай меня внимательно, – начал профессор, – о дежда для верхней части среднего класса, или upper-middle class как оговорят в лучших дома Лондо́на, обычно базируется на принципах «тихой роскоши» (quiet luxury), высокого качества, идеального кроя и отсутствия кричащих логотипов . Основа их гардероба – это долговечность, дорогие натуральные ткани и классические, неподвластные времени силуэты. Это основа повседневного гардероба. Вещи этих брендов узнаваемы среди «своих» благодаря безупречному пошиву и материалам (кашемир, шелк, тонкая шерсть), но лишены массивных лейблов. К таковым относятся следующие бренды, запоминай:
– Brunello Cucinelli – эталон стиля upper-middle, известный своими кашемировыми изделиями и нейтральными оттенками.
– Loro Piana – специализируется на ультра-дорогих и редких материалах.
– Max Mara – легендарный итальянский бренд, знаменитый своими классическими пальто из шерсти и кашемира.
– The Row – бренд, основанный сестрами Олсен, ставший синонимом бескомпромиссного минимализма и высокого качества.
– Ralph Lauren Purple Label – премиальная линейка, предлагающая безупречную классику и стиль «старых денег».
– Я ничего не запомнил, – признался потрясённый Виктор.
Глава 4
Адвокат
– Это не страшно, мы сегодня покупать осенние и зимние вещи не будем, – успокоил его старик, – продолжаю. Смарт-кэжуал и деловой стиль (Mid-to-Premium). Это одежда для работы, офиса и повседневных встреч. Здесь важны баланс цены и качества, а также аккуратный, собранный внешний вид. Нам подойдут следующий бренды:
– Massimo Dutti – бренд, который часто считается золотой серединой в ценовом сегменте «цена – качество» с хорошими базовыми силуэтами.
– Reiss – британская марка, предлагающая отличный современный крой, часто используемый в деловом гардеробе.
– Theory – американский бренд, специализирующийся на идеальных брючных костюмах и минималистичной офисной одежде.
– Maje и Sandro – популярные французские бренды, добавляющие в базовый гардероб элементы актуальных трендов.
Так же всегда актуальна элегантная классика. Бренды, отсылающие к стилю old money. В их коллекциях преобладают аккуратные джемперы, рубашки, поло и качественный деним.
– Ralph Lauren (основные линии)
– Tommy Hilfiger
– Lacoste
– Brooks Brothers
– Как Вы это все помните? – удивился юноша. – и что такое деним?
– Деним – это прочная хлопчатобумажная ткань саржевого плетения, которая традиционно используется для пошива джинсов, курток, комбинезонов и других предметов гардероба, – стал рассказывать Артем Николаевич, – Особенностями этой ткани являются фактура. Лицевая сторона ткани окрашена (классически – в синий цвет индиго), а изнаночная остается белой или серовато-бежевой. Из-за диагонального переплетения нитей на поверхности заметен характерный рубчик. Классический деним состоит на сто процентов из хлопка, но в современные ткани часто добавляют эластан или лайкру для лучшей посадки и комфорта. Это износостойкий и долговечный материал, который первоначально применялся для пошива рабочей и крестьянской одежды. К популярным видам денима относятся следующие. Сырой (Dry/Raw denim), когда ткань, которая не проходила процесс стирки и обработки после окрашивания. Она жесткая, плотная и со временем красиво занашивается и выцветает индивидуально под владельца. Санфоризированный (Sanforized), это деним, прошедший специальную обработку для предотвращения сильной усадки после стирки. И шамбри (Chambray), самый тонкий и легкий вид, визуально напоминающий деним, но используемый для пошива летних рубашек и платьев.
– Вы специально грузите меня такими подробностями? Зачем? – нахмурился юноша.
– А чтобы ты понял, что для Лены это будет обычая тема для разговора, в которой ты должен ориентироваться как рыба в воде! Может быть ты уже передумал ее окучивать? – ехидно и вкрадчиво спросил профессор.
– Нет! – твердо ответил Виктор.
– Ну тогда продолжим! – усмехнулся старик, – Обувь и аксессуары! Верхний средний класс инвестирует в обувь и сумки, которые служат годами. В этом сегменте ценятся обувные бренды с историей или отличным исполнением. Среди них следующие:
– Celine
– Bottega Veneta (особенно модели без логотипов, узнаваемые по особому плетению кожи)
– Tod’s (знаменитые лоферы и мокасины)
– Church’s или Tricker’s – классическая качественная обувь.
Для людей из этого социального слоя стиль является отражением их ценностей. Часто можно встретить сочетание дорогих базовых брюк от Brunello Cucinelli с простой качественной футболкой от более демократичного бренда вроде Uniqlo. Главный критерий – функциональность, идеальная посадка и отсутствие крича щих элементов. Все понял?
– Ничего я не понял! Вы специально так говорите? Чтобы я опустил руки и отказался от своей мечты? – с обидной спросил зумер.
– Бойся своих мечт! Они могут сбыться! – усмехнулся старик, – а ты что себе думал, Ромео недоделанный? Подойдешь и скажешь Лене, сударыня, я Ваш навеки! Обещаю большую и чистую любовь, пойдемте на сеновал, или на худой в нумера, недорогие! А у нее сразу засвербит в одном месте она запрыгнет тебе на шею, с криком, «Владей мною безраздельно»! И вы отправитесь предаваться разнузданным плотским утехам? Где сломаете не одну кровать?
– Почем это недорогие и почему это на шею? – уже разозлился Виктор.
– Потому, что на дорогие у тебя денег нет, а на шею, потому, что ты на своих слабых руках далеко не унесешь! Даже до сеновала! – продолжал издеваться над ним вредный и желчный старик, – а кончится весь этот балаганный подход к этой девушке одним вопросом с ее стороны! Сказать, каким?
– Ну скажите, Вы же еще не совсем еще меня растоптали, Вы же такой остроумный и взрослый, Вам же доставляет такое удовольствие издеваться надо мной, – скрипел зубами юноша.
– Вопрос будет такой, – продолжал добивать его профессор, – нафига ты мне сдался со своей большой и чистой любовью? Что я с ней буду делать? У меня таких признаний каждый день вагон и маленькая тележка! Вот что ты сделал, чтобы быть со мною вместе? Чтобы меня добиться? Мастурбировал под одеялом представляя нас вдвоем? Ну случится чудо чудное, небывальщина необыкновенная, и переспим мы, а что дальше? Куда ты меня после сеновала приведешь? Из огромной квартиры моего отца и загородного дома? В свою двушку на окраине. Да Бог со мной. А наши дети где будут жить? Их учить и кормить надо. В секции и кружки водить, а они все платные! Я должна им дать, не меньше, чем мои родители в детстве дали мне! А дали они мне много! А что я дам им с тобой? Нашу большую и чистую любовь? Но это любовь для нас! А им, кроме нее, нужно еще много чего! Скажи мне, как будущий глава семейства, что ты как отец можешь дать им? Отвечай!
Виктор молчал. На его глазах закипали слезы яростной беспомощности. Проклятый старый хрыч без всякой пощады бил по самым больным его местам. И самое горькое было то, что ответить старой скотине, ему было нечего. Тот был кругом прав.
– Может нам подняться на крышу и прыгнуть вниз головой на асфальт, раз я такое бесполезное существо? – с глубокой печалью предложил он своему компаньону.
– Я тебе прыгну, сукин ты сын! – вдруг разозлился старик, – ишь чего удумал, стервец! Ты, подлец, о матери подумал? Щучий сын! Она тебя, вместо того, чтобы бросить в роддоме, тащит всю жизнь на себе, личную жизнь свою ради тебя забросила! Все тебе отдает! А ты ее совсем убить хочешь? Ты у меня, малахольный, головой в унитаз с дерьмом нырять будешь, пока всю дурь из башки не выбросишь! Ты просто махровый эгоист! Ай, яй, яй! Почему меня, глистообразного дрыща, Лена не любит! Да за что тебя любить! Если ты сам убиться хочешь? Себя не уважаешь, другие тебя тем более уважать не будут!
– Зачем Вы мне все это говорите? – спросил Виктор, – я Вас не пойму.
– Слушай Витя меня внимательно, – вдруг совсем другим мягким и доброжелательным голосом произнес Артем Николаевич, – ты взялся за очень неподъемное дело. Очень трудное и без гарантированного успеха. Сам посуди мы, можем все сделать, стать богатыми и знаменитыми, а любви между тобой и Леной не случиться. Это ведь не математика. Тут нужна химия. А ее может не возникнуть. Просто не судьба.
– И что же тогда делать? – с отчаянием спросил юноша, – просто отступиться?
– Ни в коем случае! – твердо произнес незваный психотерапевт, – мы сделаем все что сможем. Но если у нас не получится, мы не когда не сможем себя упрекнуть, что мы сдались!
– Спасибо, – обрадовался Виктор, – Вы мне поможете?
– А чем по твоему я сейчас тут с тобой занимаюсь? – возмутился Артем Николаевич, – ты что себе думаешь, старый, выживший из ума, старик мучает тебя просто так, потому что ему делать нечего?
– Ну если честно, то я так и подумал, – признался его компаньон.
– Кто бы сомневался! – вздохнул старик, – любое дело начинается с оценки текущего состояния, ресурсов и возможностей. Вот этим мы сейчас и занимались. Чтобы ты понял, что ты не продвинутый зумер, а пока просто пустое место, но с большими, и пока неадекватными, текущему положению твоих дел, претензиями. И тебе предстоит много работы, чтобы стать человеком. Надеюсь, ты это понял?
– Понял! – обрадовался Виктор, – с чего начнем?
– Как я и сказал, с одежки по которой встречают! Идем, купим две пары джинсов пару рубашек. Не больше! – произнес профессор.
– А почему, Вам денег жалко? – не преминул подколоть его юноша.
– Остряк? – саркастически ответил мужчина, – конечно жалко! Мне же их тратить не перетратить! Ты не забыл, что мое тело лежит в холодильнике морга в Шатуре а ты тут разгуливаешь с моими деньгами в кармане?
– Простите, это было неуместная шутка, – повинился зумер.
– Одежды покупаем мало, потому, что я очень надеюсь, что через пару месяцев она тебе станет мала, из-за роста твоей мышечной массы. И придется покупать большего размера. Хватить трепаться, идем за вещами.
Они быстро, с помощью девушки продавца, выбрали джинсы и рубашки. Дорогая одежда произвела магическое преображение с юношей. Он выпрямился и в нем проснулась уверенность в себе. Девушка-консультант с интересом стала его рассматривать. Потом протянула ему карточку со словами:
– Это мой личный номер. Если Вам что-то будет нужно еще купить, обращайтесь! Меня зовут Вера. Я заканчиваю работу в девять часов.
– Большое спасибо, Вера, – растерялся Виктор, – До свидания.
Друзья вышли из бутика неся старую одежду в пакете, который им дала Вера. Она покусывая губу смотрела ему вслед.
– Вы это видели. Артем Николаевич? – ликовал Виктор, – первый раз в жизни мне девушка сама дала свой личный телефон! Видите, я не так уж и безнадежен! Может быть пригласить ее сегодня на свидание? Она же сама предложила!
– Началось в колхозе утро! – рассмеялся старик, – уймись, спермотоксикозник! Я уверен, что она такое предлагает каждому покупателю!
– Вот опять Вы обзывайтесь, – обиделся юноша.
– Витя! – по отчески начал профессор, – давай по порядку. Карточку со своим личным телефоном она дала не тебе! И пригласила не тебя!
– Очень интересно, – удивился зумер, – а кому же? Может быть Вам – со всем ехидством, на которое был только способен, добавил он.
– Можно сказать, что и мне! Пока твоим деньгам, а если быть уж совсем точным, то моим деньгам! – усмехнулся мужчина, – и потом, что это? Все? Лена больше не нужна? Ты решил замутить с первой продавщицей, которая тебе улыбнулась? Не огорчайся, но это первая типичная реакция задрота, который вышел на тропу большой сексуальной охоты! Но размениваться на мышек и даже зайчих, мы не будем! Наша цель – тигрица Лена!
– Вы правы! – с сожалением был вынужден согласиться Виктор но все равно он был очень доволен.
Они вышли из мола, выбросили пакет со старой одеждой, на которую юноша уже не мог смотреть без отвращения в мусорный бак, и отправились в адвокатскую контору. Она располагалась в центре Москвы в солидном здании, занимая там целый этаж. По дороге пенсионер тщательно инструктировал молодого члена головного кооператива, что и как нужно говорить. Виктор вошел в здание и поднялся на четвертый этаж. Когда он вошел в приемную там сидела молодая симпатичная секретарша и здоровенный охранник. Причем, он был вооружен не дубинкой а пистолетом, и, судя по всему, не игрушечным.
– Здравствуйте, – заученной профессиональной улыбкой приветствовала его секретарша, – чем я могу Вам помочь? Иосиф Иванович Вам назначил время встречи?
Она посмотрела на большую деревянную красивую резную дверь на которой веселела черная табличка с золотыми буквами «Иосиф Иванович Авербух. Член адвокатской палаты г. Москвы».
– Иосиф Иванович Авербух? – удивился Виктор, – как-то имя и фамилия не бьется с отчеством.
– Это из серии Кондратий Абрамович Нахимсон, потомственный донской атаман! – рассмеялся пенсионер, – в советское время, после сталинского «русского разворота» в тридцатые годы двадцатого века, когда он зачистил многие нацменские кланы во власти, его отец, от греха подальше, поменял имя с Йоханан на Иван. Так многие тогда делали. Потом в метриках так и осталось. Не отвлекайся!
– Нет он мне не назначал. Я по поводу Крашенинникова Артема Петровича. Точнее его смерти! – ответил как его научил сам покойный, Виктор. Секретарша ойкнула и зашла в кабинет шефа. Потом вышла и пригласила его войти. В кабинете он увидел вышедшего из-за стола толстенького низкого лысоватого человечка в очках в шикарном дорогом костюме. На руке был золотой «Ролекс» а на галстуке сияла золотая заколка с бриллиантом. Дополнял образ весьма успешного адвоката огромный золотой перстень с большим изумрудом. Он протянул руку Виктору и спросил:
– Петр Николаевич умер?
– Да! Он погиб!
– Как это произошло? Когда и где? Садитесь, пожалуйста! – он показал на два кожаных кресла.
– Произошла авария. В наш автобус, в котором мы ехали, врезался «Камаз» с песком. Он погиб мгновенно! – печально ответил юноша.
– Прошу прощения, мы не познакомились! Я Иосиф Иванович Авербух, адвокат. Могу я узнать с кем имею честь?
– Да. Я Воронов Виктор Иванович, школьник.
– Хорошо. Где произошла авария, где находится тело, и какое к этому имеете отношение Вы? – сразу перешел к делу адвокат.
– Авария произошла на дороге между Шатурой и Северной Гривой, тело, вместе с остальными погибшими, находится в судебно-медицинском отделении города Шатуры. Я ехал с ним в том автобусе, и единственным остался живым в том автобусе. Мы познакомились по дороге, так как сидели рядом и оказались соседями по дачам, уверенно ответил Виктор.
– У Вас там сеть дача? – спросил Авербух.
– Нет, мама сняла там у знакомых комнату на лето, – пояснил юноша.
– Мне все понятно! – кивнул Иосиф Иванович, – у меня к Вам большая просьба! У Вас же сейчас каникулы?
– Да! – кивнул посетитель.
– Не могли ли бы Вы меня сопроводить в этот город, показать, что и где? – попросил адвокат, – я должен организовать его похороны и захоронение, как он меня просил. Естественно, я оплачу потраченное Вами время.
– Конечно, а можно мне будет присутствовать на его похоронах? Мне он показался очень приятным человеком, – в свою очередь попросил Виктор.
– Можно, – вздохнул Авербах, – боюсь кроме нас там больше никого и не будет. Тогда завтра у меня в офисе ровно в девять утра. Эх Петя, Петя, как же так, – вздохнул мужчина. Виктор попрощался и покинув кабинет отправился по второму адресу. Его путь лежал в фитнес-клуб. В две тысячи восемнадцатом году безоговорочным лидером премиального и элитного фитнес-сегмента в Москве была сеть World Class, особенно ее флагманские клубы категории Luxury, например, «World Class Романов» в центре города, куда он и поехал.
