Текст книги "Плацдарм (СИ)"

Автор книги: Ар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

– Яйценос! – Навстречу выметнулась дамочка в черно-красном исполнении, с занесенным палашом. Одежда подрана, могучие мышцы сочатся кровью. – Заклятьем бью…

Во избежание выстрелил из партера – гася инерцию броска. Я против мистики. Считай, из тех сапиенсов, которые поняли, что молния – не божественная сопля, а погодное явление. Накаченная споткнулась, закатив глаза в попытке рассмотреть отверстие во лбу… Палаш мой. С ним и выдвинулся к центру улочки.

Лязгнуло… Затрещали камни.

Смахнул ударом нелепо протянутую руку с топориком, из пылевой взвеси проявилось орущее лицо… Левый сектор чист.

– Шест, проконтролируй! – рявкнул костлявой тени за остовом авто. Немного увлекся, соединив образы братства с апокалиптическим раскладом. Но Тощий не подвел – упал на кого-то в излюбленной манере – пятками на голову. Сместился к груде трепещущей плоти…

Я отработал фланги, смещаясь в тыл… Несколькими росчерками клинка пригасил стоны.

– Шест!

– Кончились! – прозвучало хриплое сожаление. Напарник закашлялся и поправился: – У меня чисто. Паскуды сдохли…

– Время подарков, а?

– Чего?

– Смотри, сколько нам принесли, – обвел широким жестом побоище. Над отдельными телами уже проявились искры адхар. Смекнул и пересчитал… Обогнув воронку, пересчитал еще раз. А нет, показалось – четырнадцать штук, четырнадцать подтверждённых смертей.

– Понял, – закивал Шест. – Понравилось… Но они могут… – Он посмотрел в направлении стадиона.

– Больше не придут, сливки сняты. Обноси смело. Для био найди контейнеры, потом разберемся.

– Одну возьму. – Шест показал руку, где от локтя до плеча тянулся порез. – Быстрее заживет.

Я согласно кивнул. И принял полезную информацию – у местной медицины обнаружилась приятная изюминка. Сползав за рюкзаком, приступил к вдумчивому обследованию трупов. Перво-наперво отыскал разгрузку, подмеченную в начале боя. Использовал без регулировки – лишь бы привычно разместить оружие. У ТТ сменил обойму, наблюдая как Шест споро ворочает мясо. На плече напарника уже болтались четыре малых рюкзака и останавливаться он не собирался, тычками и пинками открывая доступ к карманам фанов.

Оценка пригодной одежды, как и обуви, показала весьма посредственные результаты. Часть посечена осколками, часть проще сжечь, чем отстирать. Приглянулись коричневые полуботинки на толстой подошве. Примерился ступней…

– Точно, – послышалось бормотание тощего. Затрещала ткань.

Ботинки на удивление не воняли. Обтер с мыска подтек крови чужой штаниной и закинул в рюкзак. Не стремясь лишать Шеста увлекательной работы, перевернул труп… Маэстро с застывшим удивлением на лице. Судьба распорядилась. А я было отложил ушлепка в долгий список – свидеться при возможности. У правой закопченной ладони мертвеца блеснула серовато-белая искра…

– Шест, – окликнул я тощего. Тот подскакал на одной ноге, пытаясь вторую вдеть в сапог. – Знакомо?

– Аэро, – кивнул мужчина. – Не самая редкая адхара. Достать только трудно – чаще всего находят на высотках… вообще, где повыше.

– Об этом тоже спрошу.

Шест пожал плечами и утопал. Собрав аэро в контейнер, я для формальности похлопал Маэстро по нагрудным карманам куртки. Вытащил два спичечных коробка, повертел… И ведь ничего, сука, не изменилось. Мертвые руины, зачинавшийся день, тяжелый запах крови… Еще раз повертел коробки. На обеих идентичные картинки – мужик на лошади, прям один в один. Только на левом написано «Спички», а на правом «Шкуляки».

– Нахрен, – перебросил один коробок напарнику. Еще один вопрос не потяну.

Обвешанный рюкзаками Шест, при обновках, сиял грязной физиономией. Жизнь у него наладилась – резко и безудержно. Завидую… Я распрямился, неосознанно похлопал по рукояти ножа, поддернул кобуру, поправил палаш, притороченный к кустарным креплениям… И перехватил шмалабой, протянутый напарником. Плюс одна стрелковая единица – всегда в радость.

– Второй посекло, – объявил тощий. – Зато обоймы достал…

Приятная тяжесть и хреновая эргономика. Перевернул оружие, вглядываясь в проблески искр… В прицельном осмотре сектора оружие проявило неудобство. Спусковой крючок без скобы, тянуться неудобно… На правой стороне корпуса разглядел небольшое затертое клеймо – зигзаг молнии в круге. Шест понимающе подошел, несколькими движениями показал, как выщелкнуть и вставить магазин, как досылать патрон… Однозарядка, так и думал. Механизм только что не скрипел, режа слух. В магазине – внушительном прямоугольном коробе – поблескивали продолговатые пилюли с заостренными кончиками. Цельный, грубо отлитый металл…

– Не понял, – признался честно. Пневматика? На ярости и выхлопе? Потом обратил внимание на едва уловимое покалывание метки. В шмалабое присутствовали адхары… но неправильные, измененные. – Торговцы сказали, откуда ружьишко?

– Не спрашивали. Там за лишнее слово выставят адхар в счет. Хрен расплатишься.

– Понял. Теперь давай решать… – Тощий отступил на шаг и напрягся. Я успокоительно вскинул руку: – Выдохни, свирепый. Мы замяли проблему и можем разбежаться. Долгов между нами нет. Твое мнение?

– Пойду с тобой. – Категоричности Шесту не занимать. Взял и решил. Мне понравилось.

– Тогда слушай простые правила. Ты подчиняешься мне. Приказы не обсуждаются, любую хрень вроде «а нам точно надо прыгать?» не потерплю. Если есть вопросы, копишь и задаешь только на привале, когда поймешь по моему подобревшему взгляду, что я готов слушать. Или если сам спрошу. Вся ответственность за жизнеспособность группы на мне. Могу и буду делегировать, но с полным пониманием, чего, сколько и как мне надо. Начнешь косячить, пристрелю нах… Вопросы?

– Не все слова понял. – На лице Шеста никакого смятения. Ровная уверенность в дне текущем. – Но я разберусь… Ты мне Ворона напомнил. Держал нас в кулаке… Простые правила, ага…

– Джимми. – Я протянул руку для знакомства. Постарался не поморщиться, когда тощий точно клещами хватанул мою ладонь. Экзоскелет ходячий, сука.

С группой вопрос, считай, утряс. Обзавелся добротным бойцом и громадьем планов, которые не терпят отлагательств. Надо бы ранжировать – расставить приоритеты, чтобы не погрязнуть в месиве насущного. Закинув ремень шмалабоя на плечо, осмотрел перспективы улочки – остатки домов тянулись в серое полотно горизонта, отсеченного… не поверите, зубьями новых домов. Не хватало банального знания местности…

– Ориентируешься? – спросил напарника, обведя пейзаж неопределенным жестом.

Тощий отрицательно мотнул головой:

– Не местный. Наша группы с Бочковой, район Железного Коня… На территорию фанов старались не лезть, держали ширму на Паровозик… там, кончено суховато, но свой достаток имели, пока…

– Стоп. – Даже ладонь поднял. Это что к хренам за география. – Железный конь?

– Ну реально железная лошадь с отрубленной башкой. Типа статуя…Площадка приметная.

– А на Паровозике, полагаю паровоз?

– Зришь в корень, – довольно осклабился Шест.

– Тогда слушай вводную. Сейчас ищем любую возвышенность, в приоритете место, где можно пересидеть пару-тройку часов, привести себя в порядок. Осматриваемся и намечаем маршрут. Куда идти, я скажу. Почуешь сухих или что недоброе, сразу объявляй…

– Там. – Шест ткнул вдаль, где в конце улочки сливались глыбы развороченных зданий и дырявыми остовами расползались новые кварталы. Несколько зданий действительно можно принять за остатки высоток. Возьмем в разработку…

– Выдвигаемся.

Хрустнула галька и чья-то кость под сапогами тощего. Я вздохнул… А работы-то много. Шевели поршнями, Джимми.

Глава 9

Вторая высотка, точнее ее оставшаяся часть, выглядела более перспективно. Восемь этажей с уцелевшими панельными перекрытиями. Сквозь дыры просматривались лестничный пролеты, площадки и пещеры квартир – темные берлоги с неизвестным содержимым. Первую высотку я забраковал и Шест со мной согласился – сквозь здание виднелось небо во всех направлениях, без специального снаряжения подняться не реально. Только ударно спуститься, растекшись кляксой по асфальту. А второй домик ничего так…

– Чуешь? – спросил тощего, который осторожно заглядывал в развалы первых этажей.

– Нет. Но сухие в округе есть.

– А зверье? – неожиданно озвучил мысль, что подкралась из подкорки. Подсознательно ждал от одичавшего города сюрпризов, но тот не спешил тешить стереотипы…

– Сожраны, – лаконично ответил боец. – Можно крыс найти… Что покрупнее вырезано фанами и сухими. У крупных лагерей всегда так.

– То есть ничего такого зубастого в ночи не таится?

– Намекаешь на байки мусорщиков? Говорю же, веры им нет…

– А байки, сука, есть. – Я решительно шагнул в темноту подъездного блока. Дойдет очередь и до местного фольклора. Осмотрелся… Этажа до четвертого можно пробраться по завалам лестниц. Трудно, но можно. Дальше уйти в квартиры, обойти плотно сцепленные осколки плит и поискать проход наверх. Перекрытия дырявые…

Стукнуло. Шест деловито отбарабанил древком копья по стене. Посыпалось… Под моим взглядом тощий изобразил смущение:

– Проверил. Меня разок так завалило…

– А теперь мы оба под потенциальным обвалом. Вместе веселее, да?

– Да все надежно Джимми, нас выдержит.

Оставил выводы напарника без комментариев. К сожалению, дрессурой пока заниматься некогда, но я пометил пунктик. Шест хорош, а станет еще лучше, если не пристрелю его к хренам с досады.

Начали восхождение. Шест с рюкзаками по габаритам едва вписывался в изломы. Но молча полз, вспахивая слежавшийся мусор. Обломки держали плотно, едва заметный люфт присутствовал, щекоча нервы. Когда переползли в квартиры, стало полегче. Само-собой здесь побывали до нас, оставив лишь клочки да щепки. Немного пластика, стекла разнесено по углам, все деревянные части вынесены, остались лишь бетон да лохмотья выцветших обоев.

Подсаживая Шеста на этаж выше – в пролом обвалившегося потолка, чуть не крякнул. А он меня выдернул рыбкой, черт костлявый. Так и пробрались до восьмого, отмотав по горизонтали, чуть меньше, чем по вертикали. Кое-где балансировали над пропастью, на узких перешейках плит. И ползли, зло прокачивая воздух…

На восьмом этаже присмотрели комнатенку при остатках фронтальной стены. Над нами серо-жемчужное небо, легкие дуновения пробирали прохладцей. Мародерка сюда захаживала реже, оставив части разломанного шкафа, перекошенную тумбочку с пачкой желтых газет. На полу, под грязью, просматривался ковер. Если и в соседних апартаментах, что найдем, место на загляденье…

Шест высунулся в остатки оконного проема и бегло осмотрел близлежащую территорию. С сожалением сказал:

– Костерок на запалишь. Срисуют.

– Разгружайся, проверим подношения.

Из шкафной дверцы, камней и принесенных частей сгнившего дивана в полчаса соорудили приемлемые седалища и столик. Тощий присел, довольно хрюкнул и помассировал ноги, повращал руками… Я молча стоял. Боец осознал:

– Расслабился без команды?

– Встал и проверил все подходы, сунул пальцы в каждую щелку. Если откусят, вернешься и доложишь.

– Понял, командир. – Шест утопал в ближайший пролом. Удалявшийся скрип порадовал скоростью действа.

Пока боец при деле, изучил окрестности. Морду в проеме не светил, прислонился к стене. Что сказать… Развалины порадовали изобилием развалин. Дороги, тропки, разъезды… Видимость далека от идеальной. Хотя несколько приметных точек разглядел – где-то там меня тащил Маэстро. Вот и определились… Оттуда при должном старании найду дорогу к Крысолову. Хочу порадовать пенсионера, потешить мою природную общительность…. Заодно проверил луч-ось в туманной дали. Незыблемо светит, зараза, отдается легким током в метке. Градусов пятнадцать правее, проявился сигнал сенса – совсем слабый, вроде фантомной щекотки. Оценку перспективы счел удавшейся, с тем и переместился на седушку.

Вернулся Шест, потиравший плечо:

– Зацепился. – Он сел, покряхтел, притираясь, и доложил: – Чисто. Никто не подберется незамеченным. Там реально можно навернуться…

Я кивнул, принимая информацию. Над полезной словесной нагрузкой тощего стоило поработать, но и я не без греха, когда допекут. Общий стресс, близость смерти и еще там по мелочам…

– Сгружай рюкзаки, займемся приятным. – О дверцу дробно стукнуло, зашуршало. Если было чего бьющееся, можно не искать… Довольный Шест полез загребущими мослами к ремням и завязкам. Потрошитель на полставки. – Сперва, что вынесли со стадиона.

Вытряхнули, разложили и я призадумался. Семь упаковок гречки, три – риса и четыре – рожек. Часть изготовителей знакомы пестрыми логотипами – сам не брал, но на полках видел. Пять банок овощных консервов, которым немало досталось от времени. Я повертел помятую жесть, нашел срок годности с потертыми цифрами… и забыл, как страшный сон. Но смерть от просрочки будет позорной… Три полуторалитровых бутылки с водой и даже относительно прозрачной. На донышке колыхалась некая перхоть, но жажда пренебрежительно фыркнула…

– По банке и пять глотков воды, – сказал я в ответ на отчетливую просьбу во взгляде Шеста. Чет резковато он принял роль ведомого… Хотя встречал и таких, из них получались толковые исполнители, но с творческой инициативой беда… «А нам, бл… не спектакли ставить», – встрепенулся внутренний голос.

– Там еще мясное было… в основном оно и было. Ты велел не брать, – пояснил Шест и присосался к бутылке. Его глотки – это что-то… Мой просчет, не учел.

– Сперва разберем хабар. – Подавая пример, я закопался в первый рюкзачок.

По итогам первой боевой мы стали, несомненно, богаче. При текущем раскладе и рулон туалетной бумаги показатель обеспеченности, а у нас их три. Вилки, ложки, ножи перебрали и оставили себе, которые почище. Пластиковые миски, одноразовая посуда на последнем издыхании, табак, соль в мешочках, четыре пакетика чая, пересушенного минимум дважды, рабочий фонарик на батарейках, которые удивительно сохранились. В одном из рюкзаков обнаружился ухоженный плюшевый заяц с оторванным ухом и был закинут тощим в угол. А могло получиться трогательно… Запасного белья и тому подобного не нашлось. Совсем. Фаны попались смелые – шли без оглядки и без скидок на слабость. Уважаю. Вдосталь собрали перевязочного материала, попалось даже несколько упаковок стерильных бинтов. У всех в запасе присутствовали пустые блистеры под адхары – их велел забирать без обсуждений. Веяния нового времени – никогда не знаешь, где найдешь, а где просрешься. Особую радость доставили запасы воды в 0,5 исполнении и две побитых фляги. Из одной напахнуло дешевым первачом. Под конец Шест обнаружил зеркальце – критически себя осмотрел, хмыкнул и протянул мне. Я успел увидеть в коротком отблеске перемазанную ущербную физиономию и коротко резюмировал:

– Выбрось.

– Куда?

– Нах…

В углу рядом с сиротливым зайцем коротко звякнуло. Общую сортировку и отделение зерен от плевел завершили ударными темпами – разобрали полезное добро на два рюкзака, оставив немного еды на обещанный мной перекус.

– Еще момент. Есть запасной пистолет и пару обойм. Ты как по части огнестрела? – спросил для проформы, чтобы не оставлять непоняток. Тощий видел мое оружие, но смолчал, не проявляясь. Он мотнул головой:

– Не обучен. В свое время не смогли достать… не потянули цену. Да и привычен я к адскому плевку. – Шест погладил шмалабой, пристроенный подле седалища.

– Адский плевок? – Я махнул рукой. – Не отвечай. Из обязательного экипируешь вон тот нож. Копье заменим чем-то более весомым.

– Жалко Кол, – Тощий подвигал челюстью, обозначая эмоцию. Тупо загадка… – У Ворона привык к пожарному топору…

– Который здоровый? Типа, штурмовой… Достанем, боец, обещаю.

И Шест поверил. Довольно кивнул.

В открытую банку с овощным рагу я церемонно погрузил обретенную вилку с отломанным зубчиком. К удобствам отношусь без пиетета, но при наличии – одобряю. Пара глотков смазали пищевод и нектаром упали в желудок. Тенденции положительны… а дальше не каркай, Джимми.

– Теперь поговорим. Если не понял, я не местный, поэтому вопросы будут простые и удивительные, – начал я разговор, когда голод чуть сбавил обороты. Мелькнула мысль о био, но была раздавлена волей.

– Спрашивай, – Шест пожал плечами. – Ты командир.

– Сперва объясни, что за Проводники.

– Думал, слухи, – замялся напарник. – Один охотник, другому, как говорится… Кажись, из семейки Шваха болтали, пересекались как-то у костерка. Вроде есть умельцы, которые новые ширмы чуют, ну и, наверное, открыть могут… А там, прикинь, чистая зона и счастье даром.

Любопытные байки – прям вписываются в реальность сенсов и встроенной функции. Вывод… Очередной вектор поисков – пока на грани мифов. И надо бы придержать бойца на пороге сладостной мечты:

– В сказки веришь? Ширму открыть могу, ты видел, но никаких чистых зон и счастья. Просто идешь за мной, а там как случится. И не болтай лишнего…

– Само собой. – Шест многозначительно повращал глазами. – Это наша информация.

– Кроме фанов поблизости есть лагеря?

– Если из крупных, то только Разорители… Ну не то, чтобы поблизости, они вроде как за ширмой, а то и парочка наберется. Точно не знаю, народ бродит, треплется… У Разорителей большая территория, много отжали, многих подмяли… Та троица у Вальтера…

– Сдохли, – пресек я возможные догадки.

– Эт нехорошо… Разорители не простят, все знают. – Шест помрачнел, сведя физиономию в гримасу напряжения. – Если встанут на след, нам хана. Говорят, их боевая тройка в легкую может вырезать средний лагерь…

– Боевая тройка? – А день то только расцветает. Ответы привносят ясность, ясность дает будущее.

– Контролер и две ведьмы, так говорят. Ты их видел…

– Да. И это подводит нас ко второму вопросу. На какой адхаре ты воспрял, Шест?

– Гео, – удивленно ответил напарник. – Все знают… Вальтер, тоже приобщился, если не понял. У фанов, так-то не очень по части обращенных, не свезло… Это ж лотерея…

– Расскажи про себя. Мне важно понять принцип. – Я заинтересовался. Мне достались пиро и аква, отмеченные сенсом, как элементы с нестабильной интеграцией. И прям чувствовалось до жопоболи – понять и разобраться крайне важно, чтобы выжить и не сломаться.

– Влип по случаю. Рядовая охота… Шли на Шварца и встряли – две отары сухих, много упитанных. Пока кружили, запутывали по развалинам, меня оттеснили к магазинчику «Зеленая хрень», ну я так называю, там реально нарисована… – Видя мое нетерпение, Шест собрался: – Попал в разлом и провалился… Если ты не в теме, гео трудно заметить. Пока пытался выбраться сослепу всосал всю адхару.

– И как?

– Точно заживо закопали. Тяжесть, не вдохнуть… думал, опозорюсь… ну, понимаешь… Не знал, как пахнет могила, а там узнал… Может, конечно, померещилось… Когда очнулся, в пролом уже скреблись. В десяток рук… Хотели выскрести, как остатки на донышке… Скрывать не буду, пересрал. А в башке только одно – лишь бы не сгрызли, лишь бы не сгрызли… Кому угодно, готов был помолиться, чтобы уйти – как таран, насквозь и чтоб суки, как кегли…

– И? – поторопил.

– Ушел. Помню накатило жаром, туман в мозгах… Я ору и бегу.

– Адхара дала силу.

– Ворон почти так и сказал. Вот с тех пор… – Шест посмотрел на лопаты ладоней, сжал кулаки. – Мне повезло. Большинство после адхары не выживает. В пользу только био. Гео, аэро и аква – скорее сдохнешь, чем обратишься. Немногие готовы рискнуть… ну, из тех, кого знаю, конечно… В зонах всякой хрени по паре…

– А пиро? – спросил и внутренне замер.

– Смерть. Человек, сгорает, как фитилек… Воет страшно… А пахнет ниче так, крысятинкой средней прожарки. Едал как-то…

– Я понял, – остановил бойца. Общая серость дня потемнела. Точно мало мне проблем, довеском еще одна прилетела… – Еще что можешь сказать про местные группировки?

– Остальные так, по мелочи, вроде нас с Вороном. Крутятся, прячутся… договариваются. Если свезет, урвут кусочек и протянут еще день. Одиночкам проще, но таких не люблю. Редко оседают на месте, все в пути… Сучьи пилигримы, лезут, куда хотят, забирают чужое… Типа, мол не знали, что чужое, не написано… Я паре надписал. – Шест потряс кулаком. – Но, сука, пилигримов, многие привечают… Ходят далеко, рассказывают новое… Ворон говорил – дилемма…

– С дилеммами, боец, сразу ко мне. Решу. Что по адхарам? Зачем их собирают, если не хотят пользовать?

– Не понял… – Шест искренне удивился. – Это ж адхары… За био глотку перегрызут в легкую. Торговцы берут без вопросов, дерут в три дорога, но можно реально достать всякое полезное… И опять же, если свезет, можешь подняться – обращенных привечают… – Шест осекся, вспомнив фанов, и буркнул: – Если не мудаки.

Опять торговцы. Элита бытия… Любопытно, неужели ни одна продуманная сука не попыталась их раскулачить. Ведь очевидный маневр… Зачем отдавать, если есть шанс поиметь в особо циничной… Чего-то я не знаю, но с вопросами пока повременю. Картина чуть прояснилась – достаточно для осмысления и планирования… и страшно захотелось заглянуть к Разорителям. Ведьмы, надо же…

– Хорошо. Отдыхаем чутка, готовимся к походу.

– Куда? – Тощий с грустью потряс опустевшей банкой. Выбросил.

– В гости.

Пока тощий деловито копался в рюкзаке, что-то перебирая и довольно ворча, я занялся подгонкой снаряжения. Подтянул крепления, проверил подсумки, распределил нагрузку – методичные действия помогали нивелировать скачки мыслей, упорядочить стремления и банальное «хочу». Просчитать варианты… Думаю, до вечера выберемся к намеченному месту, откуда смогу сориентироваться в местоположении Крысолова. Немного отклонимся от маршрута к третьему сенсу, но сроки пока не горят. Оставлять же за спиной нерешенный вопрос – моветон, как говаривал Годри. Опять же, у старика мой багор…

С временем не угадал. К офисному центру, приметному разломом, наминавшем росчерк молнии, вышли по первой темноте. С маршрутом не свезло. Не самая легкая дорога, осложненная завалами и тупиковыми проходами, уводящими в бетонные нагромождения. Несколько раз меняли курс, продираясь сквозь остовы зданий, разок занырнули в полузасыпанный цокольный этаж, пережидая дерганные силуэты, что выплеснулись на перекресток соседнего квартала. Изобразив броуновское движение, со скрежетом потыкавшись в обломки, сухие скрылись в тени, сотканной из развалов. Затихли щелчки, шорохи, и Шест окрестил сухостой малой отарой. Для верности выждали десяток другой минут – трудно вести подсчеты, выцеливая шмалабоями шевеленье мусорных обрывков.

Далекая зарница озарила искомое, отогнав темноту.

– Лагерь, – кивнул Шесту. Мышцы противно подрагивали, обозначая истощение резерва. Весомей чувствовалась тяжесть снаряжения.

Через несколько минут тощий махнул рукой из-за нагромождений плит – смутный на смутном, серое пятно в черных изломах. Обогнув препятствие, разглядел находку. С торца главного здания полегло строение этажа на два – перекрытиями пробило центральный корпус, образовав треугольное заглубление под провисшими конструктами. Пещерка, наполненная затхлым и темным…

Посветил фонариком… Луч тонкой насмешкой оббежал по серым граням валунов, выхватил куски металла, пластика… дальнейшее терялось в темноте. Шест, пользуясь коротким освещением, торопливо осмотрел ближние текстуры стены. Что-то новое…

– Признал чего?

– Лагеря покрупнее обычно ставят метки, метят территорию… Значки там, цифры… Если свезет на знак фанов, или Разорителей, местечко занято и лучше по-быстрому сорваться.

Спросил не зря. Территориальная составляющая местных раскладов стала яснее. Ударила бесшумная молния, позволяя охватить общий пейзаж в бледно-голубом исполнении. Чисто – никаких рукотворных свидетельств чужого присутствия. Успокоенный боец спрыгнул в углубление – под своды изломанной «пещерки». Я пригнулся у стены, держа сектор под прицелом – в затылке неприятно свербело, ночь без укрытия не вдохновляла. Куски разложившейся городской реальности с завидным постоянством возникали на мушке – при каждой вспышке.

– Штормит, – послышался радом голос тощего. – Может ось гневается…

– Это типа гроза? – спросил не оборачиваясь.

– Всегда гроза… молнии же. – Тощий осмотрелся, отошел на десяток шагов и зарылся в кучу мусора. – Помоги.

Непонятно как Шест учуял обломок дерева средних размеров, передавленный в щепу и засыпанный битым кирпичом. Дрова – состояние посредственное, но небольшой костерок позволить можем. С охапкой трухлявости я сунулся под шалашик обломков. Легкий спуск, небольшой поворот, преграда из пары балок, еще спуск, щель между плитами и небольшой пятачок перед окончательным завалом… Достаточная защита, чтобы отсечь вероятных наблюдателей. И западня, если зажмут по фронту. Инстинкты слегка взбрыкнули… Лагерь надо готовить загодя, просчитывая вектора угрозы…

Шест свалил древесину под бочок опорной стены и шустро задвигал камни, пока я фонариком методично освещал закутки.

– Ни хрена не видно, – послышалось бурчание.

Озвучивать, что впредь будем искать место заранее, не стал. Моя промашка, хотел достичь цели… А очевидными мыслями делу не помочь. Пристроив фонарик на изломе арматуры, помог бойцу соорудить из камней небольшой очаг и пару насестов. Тощий сложил щепу и подпалил со второй спички…

Огонек метнул тени по обломкам, затрещал… Я отстранился, понимая, что напарник дело знает. Костерок окреп, потянуло теплом… Пятачок лагеря приобрел некий уют с долей тоски по ушедшему. Не рефлексируя, погасил фонарь и присел, подтянул рюкзак.

– Намахнем горячего. – Шест потер руки. – Может по пять капель? Во фляге бормотуха… согреет и подопрет.

– Не здесь, – отмел я предложение. Да и не хотелось пить непонятный продукт под маркой фанов. Может, уроды, из почек выжимку делают…

Зашипели открытые банки, поставленные на камни у огня. Пока грелось, я сходил к выходу проверил, насколько наше стойбище демаскировано. А, почитай, не видно – обнаружить можно только по запаху дыма, хотя того дыма – едва уловимая струйка, что рассасывалась по щелям. Тяга на загляденье… И даже странностью не сочту, устал.

После ужина, грея руки у багровой россыпи с редкими язычками пламени, спросил у притихшего Шеста:

– Как часто надо закидываться био?

В полумраке нескладная тень приподняла плечи, завозилась:

– Да хоть без остановки жри, помрешь здоровеньким. – Послышался смешок. – А так, если нормально питаться, можно разок за семь циклов, хватает… Но многие по-другому делают, добавляют в еду, воду – уходит меньше, хватает на дольше.

– Но чистая лучше?

– А то…

Я порылся в рюкзаке и достал пенал-контейнер. Извлек блистер с зеленым шариком адхары:

– Жирная, из-под Вальтера. Впитывай.

– Твоя, ты добыл… – Шест осекся, шумно выдохнул. – Гео…

Я посмотрел на грязноватую искру в контейнере. Главный фан был щедр, признаю.

– И что? Ты вроде как уже оприходован…

– С каждой адхарой сила растет, просто редко кому удается получить несколько… – Шест сдал назад и показательно расслабился. Мол, секундная слабость, командир.

– А риск, что сдохнешь?

– Так уже обращен. – Он мотнул головой. – Это же все зна…

Тощий оборвал фразу, почувствовав мое напряжение, и добавил:

– Гео к гео только в гору…

– Не тушуйся, зона немного повредила мне память, потому и спрашиваю. – Я протянул ему блистер. – Сперва зеленую, потом коричневую. Это приказ.

– Я… – Мир бойца дал ощутимую трещину.

– Слушай, по твоей фигуре ты должен нависать и подавлять, чтобы враг пятился и срался. Кости тоже дело, но они хуже внушают… Усек? Я тоже заглотну…

С био Шеста серьезно повело, а с гео реально накрыло. Он сгорбился, обхватил колени руками и начал тихо раскачиваться. Я подложил в костер пару щепок по увесистей и приготовился ждать… Шмалабой передвинул на колени. Просто так.

– В норме… я в норме, – прозвучало в багровом сумраке спустя некоторое время. Точно не скажу, но гео приложило хорошо – далеко не на пять минут. Значит, и я когда-то валялся после адхары невразумительным овощем – подходи и надкусывай. – Спасибо…

– В жопу засунь свое спасибо, боец. Я дежурю первым. Ложись и наслаждайся новыми возможностями.

Ночь прошла спокойно. С утренней серостью я резко проснулся, когда тощий звякнул банкой. Первой мелькнула мысль о необходимости раздобыть походную утварь – для варки, жарки… И звенеть точно тележка старьевщика, изображая скрытность в присутствии врага. А как по-другому? Пока не знаю, но непременно решу…

– Как сам? – буркнул я, разминая затекшие мышцы и пересаживаясь к костру.

– Сносно. Все тихо. – Боец решил говорить по делу. Выглядел он столь же дико… И в нашем убежище хорошо так попахивало. Бомжатник люкс.

После скудного завтрака без сожаления расстались с апартаментами. Дорога и цель звали, подергивали нервы… Приметных мест, сколько успел запомнить, пока меня волокли фаны, немного – едва, чтоб выдерживать направление, нарезать зигзаги по однообразным улочкам… Шест молчаливо шествовал в фарватере и судя по лицу, ничуть не переживал о пункте назначения. Рядовой ведомый…

Через несколько часов впереди показался знакомый перекресток и купол крыши, пробитый одномоторником. Здесь надо бы поосторожнее. Крысолов не зря просил расчистить местность перед торговым центром – скорее всего имел виды на торговые закрома, возможно, знал, где и чем можно поживиться. Не исключено, что мусорщики прошлись только по верхам в виду сложной сухостойной обстановки, а в глубине, если подойти с пониманием, осталось то, что заставляет деда учащенно дышать по ночам.

Я предостерегающе поднял руку и скользнул к невысокой баррикаде из побитого транспорта при выходе на перекресток. Рядом захрустел Шест в искренней попытке стать менее заметным – простроился к ржавому железу, оставляя тылы без должного внимания. Я контролировал, да… Обвел развалины за спиной тощего быстрым жестом и хлопнул по коробу шмалабоя – бди, боец, слушай и смотри, перебирая шорохи и стылые образы… А я пока изучу перекресток и темные пробоины входов в торговый центр.

Изменений, тех, что видно невооруженным взглядом, ноль. Чутье подсказывало, старик уже посетил развалины – время подходящее, да и тянуть с мародеркой не стоило – будучи под пятой великих фанов. Вопрос – уложился ли в сутки или подошел к делу вдумчиво, без риска? В любом случае, стоит задержаться на спонтанном наблюдательном пункте… Пристроив рюкзак в бетонной выемке, устроился на длительную лежку. Примерный маршрут Крысолова вычислить не сложно, позиция годная… Шест изобразил что-то мимикой, не дождался ответа и переполз в укрытие, из которого удобнее просматривались тыловые подходы. Но любопытство тянуло его на перекресток – прям свербело…

Я хмыкнул, дисциплиной тоже займусь и начну с себя. Там, где не служил, меня бы уже приставили к внеочередному инструктажу за пониженную боевую и политическую… Потянулось ожидание. Отвел на наблюдение порядка часа, если верить ощущениям… Шест все активнее скрипел обломками.

Я показал тощему кулак и замер. Крысолов и Крыса – вынырнули из переулка и споро поковыляли к торговому корпусу. Изменились мало – неказистые фигуры в вещевом миксе не по размеру. Девушка двигалась первой, помахивая тесаком, старик шагал более осторожно, оружие без нужды не трогал… Они скрылись в развале здания, и я дернул рюкзак.