Текст книги "Плацдарм (СИ)"

Автор книги: Ар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Дальнейший словесный поток, который выдал щетинистый, напоминал понос. Фонтанирует и не заткнуть. Скомканные речи о насущном. С трудом вычленил основные моменты и постарался неплохо – уложился в пятнадцать минут.

Группировка называла себя прудоитами. Тут даже уточнять не стал, чтоб не засорять мозг. У каждого пруда своя утка и свой прудоит – как водится. Стояли крепким лагерем на станции, чье функциональное прошлое – загадочный туман. Но станция раскинулась на бывшем берегу и определенные догадки присутствовали… Численность населения, интерпретируя щедрый жест докладчика, достаточная, а значит инфраструктура станции не из простых. Гораздо интереснее направление базирования – щетинистый махнул в направлении сенса, и что-то мне подсказывало – совпадений не миновать. Первый сенс, порадовавший безлюдным пространством, скорее исключение. Но о том узнаем с натуры…

Прудоиты держали две ширмы – на Эстакаду, позднее отрезанную ордой, и Паровозик, тоже не без изъяна. У Эстакады разбили пост, чтобы отслеживать сухих, или, что вернее, вовремя крикнуть «Пиз… бегите». С Разорителями главный прудоит, который бешенный Конго, завязан по классической схеме. Те нагрянули через третью ширму, что вела на непонятное Депо, и быстро разложили все по полочкам – кто кому платит, кто кого удовлетворяет. История старая, но именно щетинистый ее и помнит… Такая вот удача. Недавно Разорители появились в свирепости и злобе, потребовав установить кордоны у ширм и отслеживать малые группы… Само-собой докладывать эмиссару, расквартированному на станции. Две боевых тройки, как я понял, и главный хмырь умений неясных. Кривая сложности чутка подросла…

Из остаточного – на Рытвине сыщется еще пара-тройка проходов через барьер, территория вполне себе масштабная, но там другие лагеря и что у них с Разорителями неясно…О других лагерях известно мало, потому как до них тупо никто не добирался. Дороги блокировали сухие, да не простые, а активно жрущие… На этом я прервал захлебывающийся диалог. По раскладу, с которым можно работать, принял достаточно.

– Слышал, на Рытвине мелькали торговцы? – вторая тема, не менее интересная.

– Зачем шутишь? – Мужик удивленно заморгал. Тут не понял… А щетинистый добавил бледности и поспешил добавить: – Два дня… стоят два дня. Всегда ракета.

Я походу закомплексовал от недопонимания.

– Торговцы отмечают прибытие сигналом… – вступил Шест. – К нам, правда, сами захаживали…

– Так объясню, – облегченно выдохнул абориген. – У крупных лагерей они выбирают площадку для торговли и когда появляются, хреначат ракетой. Красной шутихой. К мелочи могут и сами заявиться… По мне, так срутся силы…

– И сигнал был два дня назад? – уточнил скорее для себя.

– Всяко. – Прудоит тщательно показал направление. – Вон та косая башенка, там улочка с разорванным грузовиком, оттуда прямиком до синей птицы. Дальше на Ось и не промахнетесь… Вымпел торговцев издалека видать. Они всегда стоят пять циклов. Но мы последнее время к ним не хаживали…

– Шест, отведи… – Я отвернулся от допрашиваемого. Надо бы определиться…

– Жизни, жизни… Как на духу! – Прудоит несколько обмяк, безвольным кулем осев на тротуар. – Знаю байки…

– Оглуши и брось где-нибудь, – закончил напутствие. В мыслях уверенно лидировали торговцы, как некая эфемерная мощь.

– Спаси… – Щетинистый охнул. Зашуршала галька под телом.

И надо бы заняться раной. Жадность Кинга немного отсрочила явление подкрепления, грех не воспользоваться. Вернулся внутрь помещения, к рюкзаку, посмотрел на довольную ухмылку Шеста. Тощий кулачок мог и обрадовать невзначай… Уже вскрывая рюкзак, спросил:

– Оглушил и бросил?

– Сделал в лучшем виде, командир. – Шест бесхитростно переключился на мелкую, которая деловито перебирала запасы над жерлом котомки: – Что в прибыли?

– Аэро, но совсем мелкая… Био в достатке. – Крыса скептически посмотрела, как я стягиваю разгрузку и дополнила: – Станет меньше.

Бойцы озаботились. По итогу бронежилет все же помог, пуля сломала траекторию и прошла по касательной, вырвав приличный кусок мяса из бока. Кровь запеклась, присохнув, по ощущениям, еще на первых секундах. Отдирать трудно до зубовного скрежета, но и потерял немного… Крыса сурово шикнула на мои попытки перевязаться и в пять минут добротно заделала рану повязкой, смоченной в био. Боль в чем-то даже привычна – знакомые нотки из пластов памяти.

Развиться отголоскам не дал. Отсрочкой лучше не злоупотреблять – Разорители выгонят стаю при первом намеке на возможную цель. И хорошо – распылят силы, проще решить возможный конфликт. С дракой спешить не буду, хотя и своего не упущу… Кто к нам с мечом, тот обосрется, как водится.

Крыса замялась, теребя ремень. Отходить после краткой медпомощи не спешила.

– Коротко и ясно, – помог ей с обращением.

– Я бы рискнула. – Мелкая сумела поднять взгляд и твердо посмотрела мне в глаза. На лице продвинутая решительность. Даже интересно… – Принять аэро. Нам поможет, так думаю… А я смогу, впитаю и так ровно… Вот прикинь, Малюта такой резкий…

– Стоп, – поднял руку. – Твое короткое, хреначит мое ясное. Я обещаю тебе аэро. Как только сведу риски к минимуму. Там, куда приведет нас задание, разумею сильную возможность принимать адхары без угрозы смерти… А если нет, найду способ.

– А че тогда ждем? – Крыса впряглась в рюкзак. Подхватила арбалет и обозначила шаг к порогу. Цель и мотивация, без барабанной дроби. Тощий скромно промолчал, собираясь. Будет время, разберусь с его третьим приемом гео – лишь бы понять тенденцию прогресса обращенного… По предварительным наметкам, полагал оставить вопросы до посещения ячейки 7-244, которая обещала многие ответы. Или я тешил себя самообманом…

– К торговцам? – Шест почти не спрашивал. Очевидный путь.

Проследовали, держа ориентир на кособокую тень башни, что виднелась за мешаниной домов. Пара часов ушла на относительно ровной ход – местность подчищали, сохраняя топологию проходов. Временами встречались наносы из мусора и сушеных костяков, сметенные к рифам стен во имя свободы прохода. Сухих не встретили – только ровные шорохи и тяжелое дыхание… Признаюсь, мое – тело противно подрагивало, борясь с ранением и общим истощением. Сдается, среди местных ходоков вряд ли сыщутся сальные породы…

Улочку с разорванным грузовиком опознали сразу. Машина именно разорвана – фрагменты кузова выстелили бетонное крошево, щедро замешанное на черном месиве. Пятачок мясорубки напрягал неясной предысторией… Чихнули и прошли. Крыса еще и за покореженный короб кабины сбегала – отлила в ложной скромности.

Щербины тротуара привели к очередной вехе пути – синяя птица возникла в пыльной дымке добротным рисунком на кирпичной стене. Именно синяя, беспородная пичуга с неловкой надписью под правой лапкой – «мама»…У стены навалены кости с остатками плоти. Веха не из бодрящих, признаю…

Метрах в тридцати от развалин с рисунком начинался проспект, что вел к далекому штриху Оси. На марш определил еще часок – препятствий в меру, ход не портят, просто упорствуй на морально-волевых.

Сумерки встретили в ларьке, диссонансом укрепившемся на проспекте меж заваленных деревьев и столбов. Следов лагерных стоянок – ноль целых, точно люди пробегали бесконечную аллею на раз – в едином порыве. Эдакая подозрительная спешность… Во избежание, огня не разводили, перекусив сухпаем, а на дежурстве я усиленно рекомендовал бдеть… Люди Конго, гонимые Разорителями, могли расстараться.

Утро встретили без эксцессов. Мелкая настояла на перевязке командного бока, и Шест сподобился поддержать… Выгнал их на марш ускоренным темпом, пусть прочувствуют заботу. Рана вроде притихла, теребя нервы лишь краткими ударами… Био поберег – впереди сделка века в моем исполнении.

Вымпел торговцев и вправду заметили издалека. Красный сморщенный шар, что витал в воздухе над домами. Возможно, метеозонд, что наводило на интересные мысли…

Остановил отряд в преддверии искомой территории – в полуподвальном помещении с видом на небольшую площадь, где высились металлические фермы хаотичного конструкта. Минимум функциональности – скорее забытая концертными устроителями площадка нежели торговый пост. Но что-то смущало…В безалаберность почитаемых торговцев не верилось.

– Выждем, – сказал бойцам, которые незамедлительно скинули рюкзаки и устроились у пролома стены – любопытствовать. Торговцы, как местный фетиш – всегда увлекательно. Но сильного послабления группе не дал – минут пять-десять на первые впечатления от равнодушной композиции площадки. Пора подготовиться к эпохальной встрече…

Под непонимающими взглядами напарников перепаковал рюкзак, уложив внутрь бронежилет, разгрузку и оружие. Себе оставил нож и багор. Куртка, штаны, ботинки – уже потрепаны, но не затасканы, на добрый образ заядлого пилигрима без особого достатка. Критически осмотрел бойцов. Крыса как-то нехорошо постаралась задвинуть арбалет, а Шест приник к шмалабою…

– Командир, – решился тощий. – Хотелось бы остаться при своем …

Мелкая закивала, еще и за Малюту ухватилась.

– Они торговцы, по всем описаниям, что успел собрать, опытные дельцы… А любой коммерсант прежде всего оценивает клиента на предмет платежеспособности. И угадайте, как проходит оценка? – подкинул я намек. Порой задвигаю прописные истины, но подтягивать бойцов необходимо.

– Хм, – подала голос Крыса.

– Мы обычные пилигримы, кое-что у нас есть и кое-что мы хотим купить. По-простому, без «обосрусь, но впарю», – развил мысль.

– Хм, – повторилась мелкая. Тощий задумчиво уставился на девушку:

– Типа поняла?

– Встречают по одежке… – Мелкая с надеждой посмотрела на меня, и я кивнул.

– Шест, заведешь разговор. Наш интерес – еда, вода и оружие.

– Понял, доводилось… – Тощий взбодрился, почуяв родную колею.

Напоследок еще раз осмотрел торговый пост. Местность открытая, вход обозначен широким куском картона. Могу ошибаться, но именно там в тени конструкций поблескивает металл. Укрытий ноль… И функция нехорошо свербит – лагерь скрывает адхары, как первозданные, так и измененные, о которых пока гадаю.

Вышли на площадь спокойным шагом, без резких движений и почти сразу среди конструкций шевельнулись силуэты. У вывески обозначилась фигура крепкого мужчины… Жадно вгляделся по мере приближения. Поза равнодушного ожидания, без вальяжности – уверенный самец на привычном посту. Темная униформа, поверх которой модифицированная броня – жилет с расширенной кустарной защитой, почти доспех – сделан добротно и функционально, без апокалиптического фетишизма. На голове кепи, лихо задвинутая назад, в руках автомат… А ведь и не чаял свидеться. АК и вроде как семьдесят четверка… Потянуло родиной, да…

Метрах в двадцати от точки, увидел среди ферм еще четверых – бдительных и хорошо вооруженных. Пожалуй, задумку понял – общая эфемерность фортификации не подразумевала оборону. В случае угрозы, завалят конструкт и отступят, ведя шквальный огонь по дезориентированному противнику. А местные наступают без экивоков – гордой кучкой говна в пончо, шляпе и с припрятанным болтом. Ситуативно, согласен… Плюсик торговцам.

– По здорову, – вскинул руку мужчина на входе. – Вы первые, вам и удача.

Цепкий взгляд уже смерил наши рюкзаки, изучил оружие, прошелся по пыльным заплатам. Опытный взгляд… и холодный, показная вежливость лишь маска, за которой живет расчетливая скотина. Мне понравился… Я держал на лице самое спокойное выражение из доступных, прямых взглядов избегал… Впереди впечатляющий тощий «богомол» вот об него и тритесь зрачками.

– Ось в помощь, – махнул Шест. – Торгуете?

– Помаленьку.

А Крысе и играть не надо – с любопытством зверька смотрит по сторонам. Мужики на стропилах немного расслабились, спустились, кучкуясь у прохода вглубь лагеря. А там интересно, вижу отсюда… Аккуратная разнокалиберная тара, что составлена из расчета быстрого свертывания.

– Далеко ли ходите? – вежливо спросил торговец. Портрет составлен, игра пошла…

– До Оси не дошли, – пожал плечами Шест и народ лениво осклабился, как при заезженной шутке.

– Так мы поможем. – Торговец передвинул автомат на бок. – Есть горючка, достойная еда… оружия нынче немного, но подберем от души.

– Горючка? – переспросил от неожиданности. Приятный сюрприз…

– Бензин, – охотно пояснил мужчина. – И горелку сыщем…

В этот момент на его руке пискнул браслет. И грянула тишина… Мужик уставился на источник сигнала круглыми глазами, точно змею в трусах увидел. Нежданчик, что напрягает до ступора… Взбрыкнула функция. Импульс не выражен, но и без того понял – все пошло по зональной сраке. Коммерсант быстро зыркнул на нашу группу, задержал взгляд на мне…

– Ждите, – рубанул торговец и отступил вглубь лагеря. И вижу же – отчаянно хочет схватиться за оружие, но контролирует позыв… А четверо его подельников сместились в стороны – на хорошие позиции для секторального огня. Если попытаемся уйти – накроют с довеском, не вывезем. Сука… Чутье накачивало адреналином, подвывало.

– Какого… – Шест начал пригибаться.

– Стоим ровно, – сказал я тихо и жестко. – Разберусь.

Торговец вернулся минут через пять напряженного звона пространства. Безапелляционно ткнул в меня дулом АК:

– Ты. Пойдешь с нами.

Хреновые плюшки…

Глава 14

Крыса закусила губу – до крови, густой черной капли на бледно-розовом абрисе. Я сместился чуть вперед, уводя прицелы. Держали плотно, заметен опыт и выучка… хотя на лицах изрядная доля непонимания ситуации. Небольшой, но плюс для изначально проигрышной формации боя.

– Напряг с пилигримами? – спросил на пробу.

– Замри, – лидер, если, конечно, таковой подразумевался среди пятерых, отследил мое движение. – Конечно же бродяга…

– Как есть, – не сдержался Шест и под моим взглядом стушевался. Ни слова тощий, дрогнет у кого палец и апокалиптическая карьера закончится не начавшись.

– Кому заливаешь, – фыркнул мужчина. Судя по глазам, он и сам не до конца уверовал, но что-то не давало ему сорваться. Приказ? Куда он отлучался на пять минут… Копим, информацию, копим. – Типа шел и принял семя, так что ли?

– Как-то не припомню, – ответил осторожно. – Терял конечно сознание…

– Заткнулся! Вочер не врет, – торговец покосился на браслет. По мне так просто полоска черного металла… – Машина взяла свое…

Звучало именно так – с большой буквы «Машина». Типа дьявол за плечом. Сучья мистика, как же бесит… Внутри закрутился маховик злости. Но допускать эмоции в реальность еще рано…

– Мои люди уйдут, – сказал я утверждающе, не допуская иного толкования.

Секундная пауза. Скрипнула бетонная крошка…

– Верон, они же с ним… – прозвучало из-под ферм, где шевельнулся один из торговцев. Автомат в его руках нехорошо рыскнул по целям. А вот глаза задержались на Крысе – в карей мути мелькнул сальный голод. К хренам коммерцию, просто гнилой человечек… А определенность я уважаю.

– Мы ведь еще живы, – говорил я ровно, не допуская провалов в голосе. – Значит, приказ доставить меня живым… Ты пожил, Верон, я вижу. Знаешь, как трудно удержать человека от глупости… Мои люди уйдут, и я пойду ровно.

– Сраный осемененный! – рявкнули из укрытия. Один приговор уже не оспорить. Сука не умел подбирать формулировки. – Кончим их, Верон. Сотрем. Регион не узнает…

Послышалось согласное хмыканье. Торговцы избегали сложностей… Кожаные человечки. Упоминание региона заставило лидера очнуться.

– Молчать! – рявкнул он. – Забыли кодекс, менялы?!

Никто не ответил. Мужик мотнул автоматом в неопределенность развалин:

– Пусть уходят. Отдай им оружие, все отдай…

– Командир… – Шест звучал несколько потеряно. Крыса недобро покраснела…

– Отходите к последней стоянке. Это приказ, – сказал жестко, отдавая рюкзак и сталь. – Ждите.

– Ты бредишь? – удивился торговец. – Ты, сука, бредишь?

– Ушли, – скрежетнул по итогу, и бойцы откачнулись, сделали шаг назад. А под фермами поста витало недовольство – нет единства на рынке, совсем нет… Не отпустят моих, вернутся, а то и главного похерят. С этим уже можно работать…

– Медленно. – Верон сдвинулся в сторону и коротко показал, куда мне пройти. В сумраке прохода зашевелились торговцы, отступая вглубь лагеря. Прицел не сбивали – держали, как по линеечке.

Под ногой хрустнула фанерка. Дорожка вымощена на двоечку… А запах, который уловил еще на подходе, недурственен. Приблизился к пятиметровой площадке – зоне свободной торговли, где выставлены первые образцы. Чуть дальше за листами жести, ограничивающими периметр, еще проход и новое пространство с тюками. Склад? Для пятерых груза многовато… Фонит, конечно, адхарами, а там, где осколки допустимо немыслимое… Узнаю, позже.

Я вдохнул, определяя источник аромата. Бензин… Два бидона литров на 50 каждый. Крышки халтурно прикрыты, отсюда и наносит. Червяк сомнений, падла, незамедлительно пискнул… Шаг, еще шаг… Торговцы следили неотрывно, сдвигаясь за целью.

– Верон, объяснишь… – не выдержал один. – Вочер никогда…

– Самсон, бл… Хрена ли тебя никогда не заткнуть?

За словами выплескивалось нервное напряжение. Хорошо… Еще шаг.

– Мужики, – Я поболтал ладонями. – Чую недоброе…

– Чего? – Кто-то пренебрежительно фыркнул.

– Ведете, как скотину, а там конец один… – Пора остановиться. – Обидно мне и хочется так конкретно вам поднасрать. Понимаю, погоды не сделаю, уведете, куда надо… но хочется, верите?

– Он походу того…

А Верон, упырь, молчал. Отсюда слышу скрип проклятых извилин – думает, пытается просчитать.

– Я вам бензин разолью. Просто возьму и разолью нахрен. Чтобы вы суки потеряли в прибыли… – Шагнул к бидонам, положил руки на крышки… Очнулись торгаши только через секунду, рявкнули в несколько голосов, подступили…

– Отошел! Назад! Гонд… Назад!

А Верон молчал. В холодных глазках непонимание… Рванул и от души врезал мне прикладом по корпусу. Судя по силе удара, адхары в мужике присутствовали, но на минималках… или хорошо дозирует. Но, главное, врезал… чего и добивался. Сомкнул пальцы и меня швырнуло на асфальтовую корку… а следом и бадьи, чьи крышки сорвало в падении… Щедро плеснуло.

Кто-то подскочил – пропнул мне по ребрам… Боль и скрежет. Как же хорошо… Толчок позволил перевернуться, закрутить тару в щедром разливе… Больше, больше…

– Отпустил, бл…!! Разжал…

– Не стрелять! – медведем взревел лидер.

Я завозился в луже, намазывая грязь. По лицу текло… Харкнул кровью. Мышцы на приказ подняться среагировали вяло…

– И чего добился? – Верон оглядел сотоварищей, нагнулся… – Чего? Ты? Сука? Добился?

– Я… – Удалось перевалиться на четыре кости. Немного распрямился… – Джимми.

Шлепнул ладонями по разливу. В груди накатило жаром… За пиро и долбаный мир! Выдыхайте, мясо!

Пламя не взметнулось… рвануло ввысь с утробным ревом. Расплескалось жадным полотнищем… Определенно шире лужи. По нервам резануло обжигающе, затрещала одежда, волосы… А маховик жара только набирал обороты – огонь касался моей кожи, наливался белизной и бил в сторону длинными языками, где спадал багрянцем. Снова льнул ласковой женщиной…

– А-а-а…!! – тянули на высокой ноте. Запахло стейком…

Ударила очередь… Звон и скрежет. Крутнулся волчком, уходя с потенциальной траектории… Картинка смутная, напоминает скан тепловизора, и отчего-то черно-белая… Пять мятущихся факелов. В тяжелых брониках есть один минус – подселил огонь за подклад и как на гриле – до хрустящей корочки…

Подрубил первую фигуру. Кулаком ударил в черно-багровое… Пламя послушно лизнуло врага белизной. Цапнул с противника раскаленный клык ножа. Это же нож? Со зрением беда – трудно определиться…

Второй и третий… Что-то рвануло, хлопнуло дробью… По спине чиркнуло болью и тут же чувства слизнуло пламенем.

Удар, еще…

Вой сменил тональность, уходя в ультразвук… В руке с инсталляцией, точно жрущий демон поселился – рвал и метал…

Остался лишь огонь и ничего кроме…

Пожарище схлопнулось внезапно – по щелчку. Пламя свернулось воронкой, втянулось в эпицентр, пожирая воздух… И над черными россыпями отчетливо колыхнулась красная искра адхары. Вот оно как… рождение и смерть, да…

Понял, что надсадно ору, до боли в горле… В правой руке огрызок стали, в левой горсть золы и вроде кость. На теле ни клочка одежды и волос… лишь пепельные разводы.

Новая пиро порскнула зигзагом, словно принюхиваясь… Помню, огонек не бегал как аква, а брал свое жадно и уверенно. Адхара кольнула в бедро комариным укусом. Мышцы скрутило, заваливая меня на спину… выгнуло дугой. Но боль слабее… и приятнее что ли. Когда тряска чутка поутихла, приподнял голову и с недоверием посмотрел на вздыбленный член. Словил, без шуток…

Выжженный радиус, сизо-черное месиво, исходящее дымком… Удушливый запах обугленного мяса от пяти комков плоти в остатках униформ. А посреди голый распластанный человече с эрекцией… От такого только бежать, вот прям конкретно рвать, сука, на форсаже…

Попробовал вздохнуть. Организм неохотно подтвердил функциональность. Оператор-стажер еще в строю… Сел, осмотрелся, стараясь не акцентироваться на возбуждении. Подобие товарного зала уничтожено, но на склад пламя не проникло, облизав жестяную преграду подпалинами… Адхара утянула силу и теперь есть, где порезвиться. Я мотнул головой, отгоняя призраков… Сделка века – пять трупов и все без сдачи. А товар-то стоит… Автоматов жалко – угорели.

Ощупал бок. Рана запеклась в черную корочку… И разом накрыла боль, заставив скрежетнуть зубами. Встать бы… Давай ка, Джимми, по вертикали… Затошнило, но даже блевать нечем. Адская сухость…

На ногах стоялось плохо. Надо бы дойти до бойцов, маякнуть и вернуться за поживой… Дым от пожара заметят, гости набегут, только успевай радоваться. Хлопнул себя по ягодице. Звук получился неожиданно громкий. Прикрыться бы чем… а и хрен, дольше мнусь. Шажок к выходу, второй… Скупыми движениями, разгоняя боль и вязкость.

Позади, со стороны склада, назову так, прозвучал требовательный писк сигнала. Зуммер? Связь? На секунду замер, определяясь… Пришлось вернуться. Держась за стенки, пробрался в закрома. А тут хорошо – радость для загребущего хомяка. В углу помещения на 30–40 квадратов аккуратно пристроены две тележки – подвеска странная, разнесена шире корпуса и по виду сильно подвижная. Колеса широкие, литые… Теперь понятна грузоподъемность торговой бригады – впрягались и тащили.

Новый сигнал направил меня к небольшому столику, сложенному из ящиков. Рядом складной стульчик, перед которым прямоугольная коробка передатчика. Корпус без видимых креплений, пара кнопок, решетка динамика, требовательный зеленый огонек вызова и микрофон, приваренный к верхней грани. Под кнопкой надпись «Самшит 12». Никогда не видел… Более того, крепло ощущение, что такая хрень, в принципе, недолжна здесь работать… Но работала и нудно пищала.

Ткнул кнопку под индикатором. Зашуршало, треснуло…

– Верон, – пробился мужской голос. – Какого… Верон…

Кольнула острая жалость – такой шикарный источник информации и не для меня. Холодный наплыв воздуха заставил зябко поежиться. Еще раз осмотрел прибор и не найдя переключателей «приема-передачи» просто сказал:

– Верон не ответит.

Голос поперхнулся. Из динамика ровно звучал шорох статики… Музыка космоса и безнадеги. На торговцев делал хорошую ставку… а не свезло.

– Что с остальными? – спросили сурово.

– Не потянули сделку. – Отвечать не хотелось, но надеялся выжать лишнюю крупицу данных.

– Ты че, сука, волокешь?! – сорвался голос. И харкая злобой, уточнил: – Ты… Тот?!

Никогда не понимал настолько общих вопросов. И что отвечать? Я по любому тот…

– Я Регион 5, – выплюнул собеседник, точно ставил жирную точку, которая все объяснит и расставит по полочкам.

– А я Джимми.

– Да что, бл… происходит?! – Нервишки у собеседника ни к черту. – Кто? Ты? Такой?

Ответа торговец не дождался и заорал:

– Тебе конец, сука! Слышишь? Тот, кто принял семя… сраную машину… Таких давим! На костяк и мясо… Понял?!

– Не понимаю, о чем речь, – сказал спокойно. И на том конце связи задохнулись, закашлялись.

С минуту стояла благословенная тишина.

– Какого хера ты появился, ведь было хорошо…Ровно было. – Регион неожиданно успокоился. – Это тебя Разорители ищут?

– Да.

– А теперь и мы постараемся. Обещаю. Я лично приложу все силы… Лично.

Связь перервалась. Стихли потрескивания, погас огонек. Ну кое-что я успел подчерпнуть из разговора… «Регион 5» – само название подразумевало ранжирование и некую организационную структуру в торговой группировке. И они сильно не любят древнюю машинерию, которая под знаком трилистника щедро награждает функциями.

Посмотрел на метку, что проступала сквозь грязь на ладони. Прислушался… Сигналы привычно зудели на подкорке. Надеюсь, Регион меня найдет, сильно надеюсь… Он обещал.

Вернулся на пожарище. Присмотрелся к трупам… Био уже проявились, хоть и странные. Жирные мутно-зеленые шарики с прожилками коричневого и серого, что вызывали подсознательное неприятие, почти отвращение… Странно, ранее за собой особой брезгливости не замечал. А закинуться био хотелось… унять боль страждущего тела. Хмыкнул и потопал на выход. Головешки под ногами неприятно резали ступни…

Сориентировался по развалинам, что подступали к площади. По растрескавшейся дорожке прочь от лагеря… На одиннадцать часов проход меж развороченных стен, там и пройду. Накатила апатичная усталость. Совсем не лады…

Дойти до намеченной улочки не успел. Из-за домов вырулил незабываемый тандем – тощая тень при юрком силуэте. Со стороны достаточно неповторимый вид… Остановились, с плеч Шеста соскользнули рюкзаки. Признают в лысом погорельце командира или нет? А может и стрельнут, если особо мнительные. Я таки, сука, принял семя…

Крыса дернулась, точно хотела броситься навстречу… и передумала, саданув тощего в бок:

– Я ж тебе говорила, что сделает их на раз!

– Какого хера, мелкая. Я вообще первый вышел, пока ты сиськи мяла… Командир, я первый к тебе пошел!

– Я вроде велел ждать, – намекнул, давя усмешку. И часа не прошло, уже расслабились черти.

– Мы и ждали, – согласилась Крыса, взглядом упираясь куда-то мне в пояс.

– Командир, а как вообще… – Шест потыкал багром в сизое облачко за моей спиной. Лагерь торговцев в общем ракурсе смотрелся неприглядно.

– Купил оптом, не глядя, – буркнул в ответ. – Дай одеться что ли…

– А… сейчас, – опомнился боец, ныряя к рюкзаку. Зашуршал… и с довольным видом перекинул мне ботинки. Я поймал, посмотрел, еще раз посмотрел… Ничего не изменилось.

– Серьезно? Ботинки? – Я окинул взглядом голые ноги. А на костлявом лице Шеста прям улыбка. – Трусы давай, умник!

– Надо бы раны обработать, – деловито объявила Крыса.

– Позже. Успеть бы вывезти добро…

– Вывезти? – встрепенулся Шест. – Там тачки торговцев остались?

– Две, – кивнул, торопливо натягивая одежду. Взялся за багор… Уже лучше. Парой глотков воды запил крохотную био. Волна теплоты скользнула по пищеводу и расцвела мягким взрывом. Совсем хорошо. Надо потом встать на стоянку – заныкаться, куда поглубже и передохнуть пару часиков, привести мысли в порядок. Да просто помолчать за чисткой оружия…

Жестом направил бойцов к торговому посту. Сам пристроился следом… правая нога отчего-то охромела. Но грань еще далеко…

На пожарище возникла короткая заминка – напарники хлопали глазами, губами, изучая жирную копоть. Спросить боялись… Правильно, хер бы ответил.

– Есть проблемы? – спросил вкрадчиво.

– Не, – торопливо ответил Шест за двоих. – Они вообще какой-то бред волокли… Всякого по зонам наслушался, бывало, завернут такого… Древние машины, конечно, так себе…

– Да насрать, – гордо объявила Крыса.

Согласно кивнул. Если бойцы и сокрыли мутные мысли, то минимум, на остатках рефлексий. Пару дней понаблюдаю, послушаю… хочу, чтоб не осталось сомнений.

– Био с трупов не брать, – приказал я, продвигаясь к складу.

– А че они такие… – Шест осторожно ходил меж останков. – Не видал таких…

– Отставить. У нас мало времени.

Самая сладкая часть – пожива. Выгнали в центр площадки одну тележку. Шест расцвёл, оглаживая колеса… И запрети ему, все равно впряжется в нехитрые оглобли. Одна тощая лошадиная сила. Что-то у него связано с колесной техникой – чуть ли не фетиш. Пусть себе…

Я озвучил приоритеты. Еда, питье, амуниция. Остальное бросать жаль, стоит посмотреть только на несчастные глаза Крысы, которая откладывала в сторону инструменты, бытовой скарб, вроде как семена, химию… и далее по списку из десятка пунктов. Я потерял интерес, найдя главное – оружейный ящик. Два АК 74, четыре запасных рожка, десяток боевых ножей, три Макарова с полными магазинами, одна граната Ф1… И это они называли «немного». Да я почти у входа в рай… Погладил автомат, принюхался к смазке…

– Джимми, адхары нашли, – радостный писк мелкой. А праздник не только у меня… Отношения с торговцами в глубоких минусах, но заглянули с пользой, так полагаю.

– Пакуемся. И уходим.

По коже легкий зуд – опасность близится. Надо успеть подыскать укрытие… Вот только с колесным транспортом оставим хороший след. Придется подчищать, что нас замедлит… Расчет на секунды. Хотя Шест взял бодрый темп – вес упряжи не про него, точно корзину с продуктами катил. А то и пошустрее – техника торговцев отлично сбалансирована и отлажена, ход легкий, маневренности можно и поболее, но тоже достойно. Проходимость – просто чудо.

Я пригляделся к следам на развалах тротуара. Удивительный минимум – шоркни разок и легкие намеки на проходку отпадут… В чем дело – не понял. Оглянулся на темную глыбу торгового поста – мазнул прицелом автомата по площади. В прорехах конструкций серело небо, стылыми клыками виднелись обломки. Дальше, дальше… на ход ноги и счастливое слово. Расцвела щербатой улыбкой Крыса, не отводя взгляда от поклажи в тележке – в ее понимании мы почти богачи.

Курс выдерживал немного в сторону от сенса и лагеря прудоитов, уводя группу от потенциального столкновения с поисковыми отрядами. Не знаю, что у Разорителей с торговцами, точат ножи или же трутся деснами, но предположу худшее… позади только враг.

На подъеме преодолели первые дворы, пару технических площадок у остатков контор… Мусор бодро потрескивал под колесами. Шест тянул, не замечая преград… Еще развалины, кривые улочки с тупичками, прикрытыми тентами, и норами подвалов. Заслышав легкое пощелкивание, я коротко усмехнулся – дошли. Нехитрая истина нового мира – живые сухие первый признак нехоженых троп. А там, где аборигены не спешат появляться, можно передохнуть.

Четверка сухостоя скреблась у осыпи, что вела в широкий провал цокольного этажа. Двигались бесцельно и, судя по натоптанному, не первый час…

– Работаем тихо. Крыса стреляй, мы контролируем.

Щелкнула тетива. Болт оторвал сухому сморщенное ухо. Девушка зашипела… Без комментариев, сама поняла в чем ошибка. Твари встрепенулись, учуяв добычу… А скорострельность арбалета, без сноровки, так себе показатель. Но Мелкая успела стрельнуть еще разок – выбила челюсть и упокоила первого. Второго я аккуратно снес багром, оставшихся размазал тощий – только чернотой плеснуло.