![](/files/books/160/oblozhka-knigi-crossroads-nachalo-posle-konca-385027.jpg)
Текст книги "Crossroads: Начало после конца"
Автор книги: Antoine Vinorado
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)
– Наверное, ты не понимаешь всего, что сейчас происходит, – начал Роберт, отстукивая каблуками каждый шаг. – Я объясню, – улыбка с его лица исчезла. – Ты хороший инженер, Алекс. Лучший из тех, кого я знаю. Превосходный изобретатель. И ты мне нужен.
Он выдержал паузу и продолжил:
– Работа в Центре не предел твоих амбиций, я ведь знаю это. Мы работаем на совсем другом уровне. У нас тебе не придется изобретать обслуживающий персонал, ты сможешь сконцентрироваться на более значимых проектах. Мы уже десять лет закупаем твои роботизированные платформы «Пехотинец» и «Сержант». Работа с ними – сущее удовольствие. Руководство компании приняло решение, и в данный момент в моем лице предлагает тебе перейти к нам на постоянную работу. Мы увеличим твой оклад в два раза и добавим проценты от реализации всех созданных тобой систем.
Роберт посмотрел на Алекса, пытаясь увидеть на его лице хоть какую-то реакцию, но, ничего не заметив, улыбнулся и сменил тон.
– Ты подумай, а я пока расскажу, что мы делаем конкретно здесь. Ты находишься на одном из четырех секретных полигонов компании Robotics & Guns Industries. На этом объекте мы проводим испытания самых мощных инновационных проектов. Один из них испытывается сегодня, а мы станем свидетелями.
Он подошел к массивным воротам, перекрывающим весь проход, и отсканировал сетчатку. Толстые створки с шипением отворились, пропуская людей дальше.
– Наша компания всегда интересовалась инновационными разработками, не разделяя науку и оружейный бизнес, – с придыханием продолжил Роберт. – Почти три века назад наши отцы-основатели поняли, что недостаточно просто штамповать винтовки, необходимо смотреть в будущее, и создали первое научное инновационное бюро под прикрытием оружейной компании.
Навстречу по коридору прошел взвод солдат, закованных в броню, с огромными гаус-пушками в руках. Для испытательного научного комплекса здесь было много людей с оружием, не похожих на охрану. Алекс с интересом сопроводил взглядом могучих воинов, продолжая слушать.
– То, что доводилось до людей как гениальные разработки одного или пары человек, на самом деле являлось итогом работы десятков, а иногда и сотен выдающихся научных деятелей. Авиация, артиллерия, связь – ничего бы этого не было, если бы не прародители нашей компании. «Манхэттенский проект» тебе о чем-то говорит? – повернув голову к Алексу, спросил Одли.
– Создание ядерной бомбы… Да, я изучал историю в университете, – прозвучало в ответ.
– Верно, – улыбнувшись, подтвердил Роберт. – Почти сотню лет человечество потратило, чтобы раскрыть секреты атома и приручить себе его мощь. Сейчас толпы людей стремятся уничтожить то наследие, не понимая, что без него не было бы того мира, что мы имеем. Все в цепочке стоит на своих местах и все взаимосвязано, хорошее и плохое, черное и белое. И одно не может существовать без другого.
Алекс пытался внимательно вслушиваться в каждое слово, но чем дальше они продвигались, тем сильнее и ярче становилось волнение внутри, мешающее мысли и чувства. А Роберт продолжал рассказывать:
– Мы думали, что ядерные реакции – мощнейший источник высвобождения энергии. Пока ученое сообщество не заговорило об антивеществе и его чуть ли не магических свойствах. Чуть более века назад мы поддержали исследовательские институты и профинансировали создание Большого адронного коллайдера. Так, впервые в две тысячи шестьдесят четвертом году мы получили стабильный атом антивещества и смогли приступить к реальному изучению его свойств.
Коридор уперся в новую толстую металлическую преграду, Роберт вновь отсканировал сетчатку глаза, и проход открылся.
В просторном помещении находилось порядка сорока человек в странных белых и темно-оранжевых комбинезонах с системами фильтрации воздуха на лицах. Они сидели за пультами и мониторами, перебегали от стола к столу, что-то бормоча друг другу, и многозначительно записывали данные на огромной цифровой доске. Посреди комнаты стоял большой голографический стол, над которым проецировался подземный горизонтальный ядерный полигон.
– Так вот, – спускаясь по небольшой лестнице, перекрикивая разговоры ученых, продолжал Одли. – В шестьдесят четвертом году мы получили первый стабильный атом, оказалось, что его потенциальные энергетические возможности в десятки раз выше, чем мы прогнозировали. А для получения этой энергии достаточно было извлечь частицу из вакуума. И никаких отходов – чистая и мощная энергия! Это был прорыв! Но синтезировать промышленно стабильное антивещество оказалось непросто.
– Здравствуйте, добро пожаловать в центр управления полигона «Новый день»! – поприветствовал вошедших приятный голос искусственного интеллекта.
– Позже, – небрежно ответил Роберт, отмахнувшись от возникшей рядом голограммы девушки-помощника.
Он подошел к маленькому пульту управления системой, сделал несколько заметок и вернулся к Алексу.
– О чем я говорил? Антивещество, верно! – ответил на свой же вопрос Одли. – Сейчас в мире всего пять грамм антивещества. По причине нашего финансового участия один из них сегодня у нас на полигоне. По всему периметру ангара стоят четыреста аккумуляторов высокой емкости, и один этот грамм обеспечит нас и коллайдер энергией высочайшего качества на долгие годы, зарядив их все. Это позволит нарастить выработку антивещества в десятки раз. Ну а где применять такую мощь, вариантов масса. Мы откроем новую эру, и ты станешь этому свидетелем!
– Даже не знаю, что сказать, – обескураженно произнес Алекс, рассматривая новейшие высокотехнологичные приборы ученых. – У меня голова кругом. Столько всего…
– Господа, – диалог прервал один из людей в комбинезонах, неожиданно возникший перед лицом. – Вам нужно надеть это для вашей же безопасности.
Низкий коренастый мужичок протянул два комбинезона темно-оранжевого цвета, а его ассистенты – респираторы с системой фильтрации воздуха. Надев защитные костюмы, новоприбывшие сели за голографический стол, наблюдая за последними приготовлениями.
На голограмме по огромному ангару, выполняющему роль полигона, бегали люди в таких же белых и темно-оранжевых комбинезонах. Они отлаживали системы питания аккумуляторов, поправляли крепления, устанавливали датчики, проверяли их работоспособность.
– Этот полигон находится где-то рядом, или мы видим трансляцию издалека? – рассматривая голограмму, спросил Алекс.
– Относительно рядом… – покачав головой, ответил Роберт. – Он в пяти километрах от нас и в девятистах сорока метрах под нами. Сам и считай, близко это или нет.
Алекс улыбнулся, но решил уточнить:
– А это безопасно?
– Начиная с трехсот метров и глубже здесь твердая скальная порода. Она прекрасно сдерживает любые волнения. На этом полигоне проходили испытания ядерных бомб от ста двадцати мегатонн. Антивещество не имеет такого разрушительного эффекта. Его реакция при контакте с другими веществами – самоуничтожение с выбросом огромного количества чистой энергии. Мы в полной безопасности, – успокоил его Одли.
Люди с изображения полигона исчезли. В помещение центра управления зашел очередной человек в комбинезоне и, показав большой палец, поднятый кверху, дал начало отсчету. Завыла сирена, а дикторский голос еще из старых времен четко отсчитывал секунды: десять, девять, восемь, семь… откуда-то сверху пошла непонятная вибрация.
– Что это? – поинтересовался Алекс.
– Это авиация сбрасывает бомбы на наземный полигон. Так мы прикрываем вибрации подземных испытаний, – получил он краткий ответ.
Отсчет продолжался: три, два, один – на изображении подземного полигона ничего не произошло. Всё вокруг замерло в ожидании. Не выдержав затянувшейся паузы, Роберт вскочил и, зло ударив по столу, закричал на уткнувшихся в мониторы ученых:
– Это что за цирк?! Где обещанный итог?! Мы триллионы долларов всадили в этот проект – ради чего?!
Вдруг изображение полигона озарила вспышка.
– Мистер Одли, смотрите! Приборы зашкаливают, получилось!
И действительно, аккумуляторы заряжались с бешеной скоростью. За считанные секунды они были забиты энергией под завязку.
Глубоко внизу послышались гул и скрежет, а вся мебель в центре управления начала ходить ходуном. Все напряглись, такого эффекта явно не ожидалось.
На изображении ангара-полигона виднелась маленькая колба с антивеществом, а из нее, устремляясь ввысь и извиваясь, словно огненные змеи, с огромной скоростью вылетали зеленые потоки неизвестной субстанции. Она быстро заполнила весь полигон, а затем, игнорируя любые преграды, устремилась вверх.
Гул снизу нарастал. И нарастал быстро.
– Всем оставаться на местах, – скомандовал Роберт, – что на приборах?
– Приборы дошли до предельных значений и держат их, сэр, – ответил один из сидящих за монитором людей.
– Что происходит, кто-то может объяснить?
Ответом Роберту была лишь тишина. Подземный гул становился все громче, а вскоре его поддержал и вой сирены: «Опасность обрушения, сейсмическая нестабильность, покиньте объект в соответствии с планом эвакуации. Опасность, покиньте объект в соответствии с планом эвакуации».
Началась паника. Мониторы взрывались один за другим, люди мчались к единственному выходу, спотыкаясь и падая, но огромная дверь отказывалась открываться. Все вокруг выло, кричало и гудело.
Где-то позади спин людей, устремившихся к двери, послышался первый вопль ужаса, теряющий силу, переходя в слабый хрип. Неизвестная зеленая субстанция проникала в помещение сквозь стены и пол, заполняя его.
Обернувшись и увидев четырех корчившихся от жуткой боли ученых, вокруг которых, словно играясь, вились зеленые потоки, Алекс подбежал к стоящему посреди помещения обескураженному Роберту и закричал:
– Где выход?! Кто-то знает, что мы здесь? Отвечай!
– Выхода нет, это произошло… – не веря тому, что видит, с отрешенной улыбкой, ответил Одли.
Воплей боли становилось больше, как и панических криков свидетелей мучений. Грохот нарастал, перебивая звуки сирены. Все это давило на голову, а зеленая дымка была уже почти повсюду.
Внимание Алекса привлек электрический треск где-то справа. Он повернул голову и увидел, как сотни маленьких молний, свернувшись в пучок, повисли в метре от него. Пучок начал разрастаться, раскидывая белые искры во все стороны. Одна из них попала на руку, оставив глубокий ожог.
Алекс толкнул Роберта в обратную сторону, подальше от опасного клубка; зацепившись за валяющийся стул, они оба упали.
Перед его лицом оказалась голова одного из научных сотрудников, еще несколько минут назад спокойно выполняющего свою высокооплачиваемую работу. Сейчас же его глазницы оказались пусты, а кожа, натянутая до предела, обтягивала полностью обезвоженное тело. Однако даже это не могло скрыть неимоверных страданий, что испытал человек перед смертью.
Потоков зеленой субстанции становилось больше. Роберт рядом истерически смеялся, уставившись в стену. Алекс закрыл глаза и заплакал, вспоминая Центр, свой дом, любимую жену.
Адская боль вернула его из сладостных воспоминаний. Будто горящий кинжал, зеленый поток медленно пронизывал его тело, заставляя нервную систему биться в конвульсиях. А за спиной усиливался треск.
Валяющийся стул взмыл в воздух, куда-то устремился, больно ударив Алекса по колену. Роберт перестал смеяться, вскочил, подхватив того под руки, развернул и подтолкнул навстречу темно-синему окну, образованному белыми искрами.
Ледяной воздух моментально привел в чувство. Зеленый поток оторвался от плоти, оставляя на память спазмы по всему телу. Неизвестная сила втянула Алекса в длинную темно-синюю воронку, унося куда-то с невероятной скоростью. Давление зашкаливало, голова готова была лопнуть, а легкие не могли поймать ни капли воздуха.
Где-то вдалеке, в начале воронки, было видно, как засосало Одли. Резкий поворот, толчок, удар, еще удар…
Воронка с силой выплюнула тело Алекса, и оно кувырком покатилось по лесному склону. Очередного удара не выдержало ребро, сломавшись с легким хрустом. Тело пронзила яркая обжигающая боль. Мужчина невольно сжался и на всей скорости врезался затылком в ствол сосны. Перед глазами пробежали круги, застилающие голубое небо тьмой. Мужчина потерял сознание.
Глава 3: Пробуждение
Голые вершины деревьев тягуче поскрипывали, ударялись длинными сухими ветвями друг о друга, качаясь на ветру. Серые грузные облака застилали небосвод, рассыпая хлопья снега. Голова жутко болела, мышцы одеревенели, суставы отказывались сгибаться. Тело промерзло до костей, а внутренности, иссохшие и измученные, казалось, функционировали из последних сил.
– Я не умер? – глухой стон вырвался из глубин легких.
В полуоткрытый рот сквозь прохудившийся респиратор стекла капля талой воды, и первый маленький глоток отдался резкой болью по всему горлу. Спазм не давал вздохнуть, Алекс закашлялся. Со стороны головы послышался хруст веток, и чьи-то осторожные шаги зазвучали совсем рядом.
Респиратор с помощью незнакомца покинул лицо, дав приятное ощущение свободы плоти. Нечто холодное, отдающее металлом, коснулось губ и влило в рот живительную жидкость. С каждым глотком становилось легче, но спасительное нечто отдалилось так же неожиданно, как и возникло.
– Еще, умоляю! Еще! – Алекс что было сил пытался дотянуться до удаляющейся фляги, но руки не слушались, лежа мертвым грузом на холодной земле. – Что с моим телом, почему оно не подчиняется?
– Это мы выясним, – послышался напряженный мягкий голос. – Удивительно, что ты вообще можешь дышать и говорить. Я бы посоветовала тебе меньше делать и того, и другого. Твое трухлявое тело может не выдержать, и придется мне яму копать для тебя, а делать этого я не очень хочу. Промерзло все.
Над ним стояла женщина средних лет с длинными, собранными в хвост вьющимися темными волосами. Морщины её лица выдавали легкий, но вздорный характер, а в глубоких карих глазах виднелась мудрость и высокий интеллект.
Она изучающим взглядом прошлась по телу Алекса, постояла несколько секунд в замешательстве и, будто приняв решение, сняла свой плащ с капюшоном, накинув на лежащего перед ней мужчину.
– Глядишь, продержишься часок, а большего нам и не надо, – добавила она, видимо, оценив ситуацию и приняв решение.
– А? – плохо расслышал Алекс последние слова. – Часок, да, часок…
Картинка перед глазами расплывалась, мысли путались, и дикая слабость жутким грузом придавливала сильнее к земле. Сквозь сон он ощущал свежесть мха, по которому тянулась его рука, порывы ветра, шебуршащего его волосы, и тяжелое дыхание спасительницы, тянущей за лямки его грузное тело. Затем тепло, приятный запах хвои, треск костра, укол в руку, легкость, такая приятная легкость…
Он не мог понять, сколько проспал, но самочувствие за это время значительно улучшилось. Над ним вместо потолка простиралось огромное витражное окно, открывающее вид на все еще пасмурное небо. В комнате догорал камин, отбрасывая редкие искры на закаленное стекло. Вдоль стен расположились пустой письменный стол и пара непримечательных шкафов, а по всему полу расстилался пушистый ковер, пожелтевший от старости. Алекс слегка приподнялся и только тогда заметил лежащую у постели собаку, внимательно следящую за ним.
– Эй, красавчик, сидеть! – пес не сдвинулся с места, гавкнул, удивленно наклонил голову и, высунув язык, продолжил пристально наблюдать. – Ладно. А так? – решив, что это кибер-пес, мужчина сделал очередную попытку. – Ввод кода: RKBB 30FPA113 LNRD, принять, – собака никак не отреагировала, лишь фыркнула и мотнула головой в ответ на слово «принять».
Она встала, виляя хвостом, подбежала к двери, явно ожидая кого-то в скором времени встретить. И оказалась права. За дверью послышались шаги. В комнату вошла та же темноволосая женщина, чей силуэт, хоть и мутно, но все же блуждал в памяти яркой звездой спасения. Собака завиляла хвостом еще активней, ластясь и притираясь к хозяйке, неосознанно мешая ей пройти.
– Смотрите, наша соня проснулась, – усмехнувшись, произнесла женщина, погладив собаку за ухом. – Неплохо выглядишь для недавнего мертвеца, даже цвет кожи уже походит на человеческий, – пошутила она.
– Где я? – Алекс был рад видеть кого-то, кто был способен на юмор.
В его голове крутились тысячи вопросов, и разобраться с ними он желал как можно скорее. Однако из всех мучающих его вопросов, самым важным был тот, что касался его местоположения, так и норовя сорваться с языка.
– Ты в моем жилище, – спокойно присаживаясь на стоящий рядом стул, произнесла хозяйка. – Я Мария Флор, можно просто Мари, – представилась она. – А это моя собака Альфа, но с ней ты уже успел познакомиться, – женщина почесала по голове свою питомицу, отчего та закрыла глаза, урча от удовольствия. – Теперь твоя очередь. Кто ты такой?
– Я Алекс… – пытаясь прийти в себя, неуверенно произнес лежащий в постели.
– Что ж, Алекс, – перебила его Мари.
Ее правая рука, все время скрытая за спиной, в мгновение оказалась напротив головы гостя, крепко удерживая рукоять небольшого старого револьвера.
Алексу приходилось видеть такие в прошлом, в далеком детстве, когда его покойный дед хвастался свой коллекцией огнестрельного оружия.
– Теперь, когда можешь говорить что-то вразумительное, – угрожающим тоном продолжила женщина, – ты расскажешь мне все. И кто ты на самом деле, и как оказался у той сосны, и что за одежда на тебе, поросшая от давности мхом. Я хочу знать все, и, если мне на долю секунды покажется, что ты врешь, я спокойно отправлю тебя обратно отсыпаться под сосну, объяснила понятно?
От мягкой и приветливой женщины не осталось и следа. Перед ним предстала совершенно иная её сторона. Теперь незнакомка была полна уверенности, жесткости, предупреждая всех взглядом о готовности пойти на любые меры для реализации своих угроз. Наклон ствола револьвера и угрожающе побуждающий вопрос «Ну?» заставили Алекса отойти от первоначального замешательства, поднять руки и перейти к попыткам вернуть ситуацию в рамки привычного для него стандарта.
– Эм-м, Мария, верно? – уточнил он, но, не найдя отклика в глазах сидящей перед ним женщины, продолжил: – Давай ты уберешь пистолет, и мы спокойно поговорим. Честно признаюсь, последние дни у меня вышли совсем безумными, и я бы рад что-то тебе объяснить, но пока у меня у самого вопросов куда больше, чем ответов.
Ствол револьвера медленно поплыл вниз. Синхронно с пистолетом опускались и поднятые руки.
– Я… – Алекс запнулся.
В его голове пролетели картинки последних событий, оставляя после себя нарастающее беспокойство. Он вспомнил страшное видение.
– Аннет… – вдруг пробормотал он и откинул одеяло, пытаясь вскочить с кровати, но снова поднятое дуло пистолета и рычание спутницы его хозяйки заставили остановиться. – Ты не понимаешь! – повышенным тоном выдал Алекс. – Я должен найти её! – от резкого подъема его голова закружилась, и все еще слабые ноги опустили тело обратно на кровать.
– Кого? – Мари вскочила со стула, недоверчиво смотря на мужчину, держа его на мушке.
– Аннет – моя жена. Возможно, с ней что-то произошло. Я должен убедиться, что все в порядке. Мой электронный помощник у тебя? – осматривая голую руку, спросил Алекс.
– Не знаю, о чем ты, – нахмурившись, ответила Мари.
– Скажи, сколько я пробыл без сознания? Сегодня же среда?
Мысли в голове путались, казалось, все произошедшее действительно было буквально вчера, но время и ощущения не встраивались в логическую цепочку. На голове не то что ссадины, даже шишки не было, а падающий снег? В августе не может быть снега.
– Сегодня четверг, – невозмутимо ответила Мари.
Прошел точно не один день и даже не два. Беспокойство и страх рождались где-то в глубине от осознаний возможного. Алекс взглянул на сидящую перед ним женщину глазами, полными волнующей обескураженности, и, проглотив ком в горле, уточнил:
– А какой месяц, подскажи, пожалуйста?
– Август. Ты совсем потерялся, что ли? – раздражаясь из-за глупых вопросов, повышенным тоном ответила Мари.
– А как же снег в лесу, или мне показалось?
– Ну, идет снег, чего удивляться? – пожала плечами женщина. – Уже лет тридцать, как погода нас балует и удивляет, не менять же каждую неделю календарь. Я не понимаю, ты меня за дуру держишь или действительно только вчера родился?
Алекс не отвечал. Его голова снова опустилась, а взгляд хаотично блуждал по комнате. «Снег в августе… Такой погоды не было, я знаю. Что-то не так, она… она сумасшедшая или шутит! Наверное, сейчас поздняя осень, я просто долго восстанавливался. А как попал в лес и сколько там пролежал, как выжил?»
– Эй, тебе плохо? Выглядишь не очень, – наблюдая за каждым движением мужчины, поинтересовалась Мари.
– Извини, – оторвавшись от размышлений, произнес Алекс. – Я правда многих вещей не понимаю сейчас и прошу, скажи мне как есть. Где мы находимся, почему я не в больнице, и какого черта вокруг происходит? Пожалуйста, я не понимаю.
– Да, интересный случай, – тяжело вздохнула и усмехнулась Мари. – Ты успокойся только, здесь ты в безопасности. Это мой дом. Когда-то давно он был станцией биологических исследований, но сейчас живу здесь только я и вот она, Альфа, моя подружка.
Собака, будто почувствовав, что говорят о ней, подняла голову и заскулила.
– Жизнь у нас нелегкая, но грех жаловаться, у остальных ничуть не лучше, – скривившись, добавила женщина. – Дом стоит на краю реликтовой пущи, где я тебя и нашла. Это единственное место на сотни километров в округе, где природа фактически не тронута аномалиями и сохранилась в первозданном виде. Насчет больницы не знаю, этого слова не слышала уже очень-очень давно, а лазарет есть у каперов, но тащить тебя туда я не собираюсь. Не волнуйся, я уже сообщила о тебе, и скоро каперы будут здесь, а там уже от тебя зависеть будет, помогут они тебе или же наоборот.
– Прости, кто будет здесь? – непонимающе переспросил Алекс.
– Каперы. Да ладно тебе, не знать каперов!
Мужчина всем своим видом показывал, что не понимает, о чем она говорит. Это удивляло, забавляло и радовало Мари. Ей, привыкшей к одиночеству, было в радость выговориться хоть кому-то, кто мог поддержать разговор.
– Ну ты даешь… Вообще ничего не знаешь? – удивленно и восторженно уточнила она.
Алекс отрицательно помотал головой.
– Ладно, тогда слушай.
Револьвер наконец опустился на кровать. Женщина уселась удобней и продолжила:
– Я точно не знаю, как оно там было, но всюду ходит одна и та же история. Говорят, что в День Обнуления лидера каперов, Маркуса Безрукого, завалило в горной пещере. Он просидел там тридцать дней без воды и еды, борясь с жуткими тварями тьмы. А на тридцать первый день огромный камень, заваливший проход в пещеру, дал трещину, и Маркус сумел расчистить проход на волю. Он вышел из пещеры совершенно новым человеком. Его тело пылало энергией, а с языка слетали статьи Кодекса Каперов.
Мари артистично, с воодушевлением пересказывала местную легенду. Было видно, что для нее это больше чем история, она верила, что это все случилось на самом деле.
– Где бы Маркус ни появлялся, людям становилось лучше, – продолжала она. – Опасности их избегали, аномалии не трогали, находились пропитание и вода. И люди шли за ним, подчиняясь его правилам, защищая себя, улучшая свои жизни.
Женщина на секунду остановилась, запутавшись в мыслях, но, собравшись, решила закончить:
Сейчас каперы – одна из крупнейших группировок в мире. Они есть везде. Собирают все, что найдут, делятся и с другими людьми, мне помогают. Хотя я слышала и такое, что нередко они, наоборот, грабят свободных, но мне кажется, что это слухи. Кодекс и Маркус не позволили бы такому случиться, – махнув рукой, усмехнулась она. – Да… Надеюсь, ты не из законников или фанатиков, потому что если это так, то конец твой предрешен. Ты не похож на них, но и я не особо знающая. Просто, если что, не держи зла, я всего лишь пытаюсь обезопасить себя. И я тебя подлечила, не забывай, так бы и валялся под деревом.
Мари взглянула на мужчину, желая увидеть его реакцию. Он же, широко раскрыв глаза, смотрел на нее. Пауза затянулась. Вдруг Алекс встряхнул головой, сжал губы и нарушил тишину.
– Подожди, ты сейчас серьезно? Ты серьезно хочешь, чтобы я во все это поверил? Это же сказки какие-то, а взрослая женщина, казалось бы.
Он встал, довольно грубо отодвинул Мари, взял одежду со стула и направился к выходу. Она опешила от такой реакции и, уже было потянулась снова за пистолетом, но, услышав слова Алекса, остановилась.
– Ты можешь хвататься за револьвер сколько угодно, – холодно произнес мужчина. – Там барабан пуст, я успел заметить. Остановить меня не выйдет, не пытайся. Я тебе очень благодарен, действительно благодарен, но выслушивать бредни не стану. Как доберусь до цивилизации – обязательно отплачу за добро, в долгу не останусь. Ну а сейчас мне пора, прощай.
Алекс накинул куртку и, оставив защитный комбинезон, вышел из комнаты. Поворот, еще один.
– Вот он, выход, – произнес он себе под нос и отворил дверь.
В лицо ударила прохлада. Уже знакомые взору грузные серые облака закрывали солнце, а легкий ветер слегка гонял неудачно лежащие листья. На мгновение остановившись, вздрогнув и пожалев об оставленном комбинезоне, он сделал первые шаги, отдаляясь от дома. Затем снова остановился, обдумывая направление, но решив, что, куда бы он ни пошел, везде что-то найдется, отбросил эти мысли и продолжил движение.
За спиной оставался темно-зеленый лес и дом, похожий на два здоровенных валуна, соединенных меж собой. А впереди виднелись десятки холмов разной высоты и крутизны склонов, скрывающие между собой небольшие уютные долины с журчащими в них мутными ручьями.
Алекс шел вперед уверенным шагом, с интересом разглядывая незнакомые ему пейзажи. И чем дальше он оказывался, тем удивительней и необычней они становились. Сначала сменила свой зеленый окрас трава. Она стала желтоватой, потом и вовсе начала примерять на себя весь спектр оттенков, от лимонного до ярко-красного и фиолетового.
Мелкие кустарники исчезли, как и редкие деревья. Очередной причудливый цветастый холм остался позади. Алекс порядком замерз, энергии становилось все меньше, и идея уйти из дома Мари уже не казалась такой хорошей. Но вернуться он не мог, слишком много наговорил человеку, который спас ему жизнь, и сейчас, прокручивая раз за разом их диалог, он сгорал от стыда, погружаясь в самобичевание.
Где-то за тучами солнце готовилось ко сну, лаская их своими последними лучами. От этого они становились еще более грузными и тяжелыми. Все вокруг давило и навевало тоску.
Вдруг в конце долины Алекс заметил постройку. «Видимо, фермерский домик», – подумал он и прибавил шаг.
Тень опускалась на изгибы холмов и плоскости долин. Лишь подойдя вплотную, Алекс действительно понял, чем является «фермерский домик». Им оказалась давно заброшенная водяная мельница. Ее колесо было разбито, стены обросли коричневым мхом, дверь висела на сгнивших петлях и держалась разве что на добром слове.
Алекс осторожно отодвинул её и прошел внутрь. К его великой радости жернова не занимали почти все пространство, они вовсе отсутствовали. Вместо них посреди приличной по размерам комнаты стояла хорошо знакомая Алексу система РИТЕГ.
Комната была полностью оборудована для жилья: когда-то стильная кухня, пара диванов, кресло, стулья, ванная и камин для души. Жаль лишь, что мебель сгнила, кухня скрывалась под толщей пыли, а ванную облюбовал странного вида мох.
Видно было, что уже долгие годы эта комната, как и вся «мельница», была прибежищем скорее для насекомых и грызунов, нежели для людей. Тем ни менее в сложившихся обстоятельствах это было лучше, чем ничего.
Алекс, медленно пробираясь в темноте, добрался до генератора и с сердцем, полным надежды, нажал на пульте управления несколько кнопок. Послышался легкий электрический гул где-то в глубине, экран управления зажегся, выдав надпись: «До конца службы генератора осталось тридцать восемь дней. Обратитесь в службу технической поддержки для замены установки». Нежданный постоялец выдохнул, ему нужна была всего одна ночь, а там будь что будет.
Вместе с генератором проснулся и камин, запрограммированный на поддержание температуры в помещении. Его голографическое пламя озарило комнату теплым и мягким светом, а из заслонок, раздувая снопы пыли, хлынули потоки горячего воздуха.
Глубоко вздохнув, Алекс пододвинул кресло ближе к теплым заслонкам, удобно сел и просто смотрел в огонь. Тепло, легкий треск якобы существующих бревен и манящий танец языков пламени вместе с чувством безопасности не оставили измученному, уставшему гостю ни шанса. Не прошло и минуты, как дрожащее тело расслабилось, унося своего хозяина в сон.
За мутными окнами выл ветер, заставляя скрипеть и качаться не только одну старую дверь, а казалось, что и всю «мельницу». Где-то вдалеке слышался вой неизвестных существ, порождений ночи. А внутри, свернувшись калачиком, мирно спал человек.
Дверь в очередной раз качнулась, позволив легким отблескам камина отвоевать жалкие дюймы у ночной темноты. Затем качнулась снова, возвращаясь в исходное положение, но в этот раз ей что-то преградило путь. И это что-то оказалось живым.
Длинные черные, покрытые обгоревшими угольными наростами пальцы, собравшись в ладонь, мягко отодвинули дверь, позволяя существу проникнуть внутрь. Оно медленно и осторожно ступало по скрипучему полу.
Все его тело имело черный окрас и было покрыто такими же угольными наростами, как и пальцы. Передвигалось оно на четырех конечностях ловкими движениями, изредка останавливаясь и присаживаясь на массивные задние лапы. Существо аккуратно обошло комнату по периметру, осторожно присматриваясь к камину и отдыхающему возле него человеку. Убедившись в безопасности, оно аккуратно продвинулось в глубь комнаты.
Тишину нарушил непредвиденный хлопок двери, не сумевшей сдержать очередной порыв беспощадного ветра и все же сорвавшейся со старых петель. Существо резко обернулось и сжалось в готовности совершить прыжок атаки или бегства. Алекс перевернулся на другой бок, также заинтересовав нового гостя своим движением. Оно прижалось к полу и медленно направилось прямо к человеку. Черные конечности обхватили кресло, подняв массивное тело над спящим, позволяя наблюдать за каждым его вздохом.
Тепло из камина уступало место ночному холоду, быстро заполняющему комнату через освобожденный проход. Некоторые особо ярые порывы ветра доходили до лежащего в кресле человека, колыша его волосы и заставляя тело судорожно вздрагивать.
Алекс снова передернулся, попытался найти более удобное положение, но, не найдя его, непроизвольно приоткрыл глаза. Сквозь сон виднелись отблески камина, все та же комната и что-то черное, непонятное… так близко.