Текст книги "Доктор (СИ)"

Автор книги: Anakris

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Реборн

Дон Жуан мафии, самый лучший киллер, Бывший Аркобалено Солнца и прочее, и прочее недоумевал. Он не был педофилом, на девушек младше возраста совершеннолетия он смотрел исключительно с точки зрения эстетики, но эта сеньорита… Она невероятна.

В первую их встречу она была красива той самой чистой невинностью, что так редко встречается в мафии. Её пламя было неподражаемо теплым, и вся она казалась домашней, мирной, словно пламя в камине зимой. Тот самый огонь, около которого хочется сидеть ночи напролет, закутавшись в плед и цедить терпкий глинтвейн. Её персона вызывала в нем желание флиртовать, и лишь привычка быть честным самим с собой не позволила ему воспользоваться оправданием в виде новой «добычи».

Во вторую встречу она осталась собой. Пусть немного выросла, ну ладно, не немного, у неё появилась очаровательная фигура, прелестное личико обрамляли мягкие кудри, в которые так и хотелось зарыться руками. Весь её вид вызывал в нем легкий интерес, симпатию и что-то еще, в чем Реборн абсолютно не желал разбираться. Однако её Пламя, теперь оно было другое, похожее на костер в лесу или свет маяка в шторм. Тот самый Огонь, что мог спасти любую заблудшую душу. Теперь Тсунаеши Инганноморте пробуждала в нем легкое желание если не обладать ею, то хотя бы иметь возможность греться у её костра.

Реборн прекрасно понимал всю тщетность попыток сманить Хаято Гокудеру и Ламбо Бовино в Хранители к Десятому, но попытаться он был обязан. Оба предсказуемо отказали. И если первый всего лишь пообещал подорвать его на своем динамите, а так же рассказать суть предложения своей Донне, то второй мстил с поистине детским воображением и недюжинным умом, ибо найти источник сплетен можно было, лишь зная о некрасивом предложении Вонголы.

Третья встреча была неожиданной. Уставшая, бледная, с кругами под глазами, она была жуткой, как же ему хотелось в тот момент «поговорить» с её Хранителями! Однако в тот момент, когда он уже хотел начать диспут, шальная мысль: «А почему я беспокоюсь о какой-то девчонке» выбила его из колеи. Весь полет он просидел, анализируя собственные действия, поступки, реакции и мысли. И пришел к выводу, что-либо он ей симпатизирует из-за пламени Неба, либо из-за внешности. Второй вариант не выдержал критики, он ведь не педофил. На этом моменте они прилетели. Дальше было не до посторонних мыслей. Знакомство с Наследником и прочая мишура всегда его сильно утомляла.

Вот уж где он не ожидал её встретить, так это в Средней Намимори. Однако именно там и произошла их четвертая встреча. Увидев, как она уложила на лопатки кандидата в Хранители Кирито, Реборн уже понял, что Кея не признает Кирито. А реакция Рехея, еще одного кандидата, показала что, скорее всего, где-то в предках этой девушки был Вонгола Примо. Причем, её Пламя гораздо сильнее Воли Савады. Это было бы критично, не читай он доклады CDEF и шпионов Тимотео, что явно описывали стихийное образование Семерки Савады.

Весьма своеобразной надо сказать, трое с примесью японской крови и один китаец, плюс в Токио жили еще трое: араб, испанец и итальянец. У всех них в предках можно было найти первое поколение.* Правда их своеобразность была не только в национальности, но верить досье в плане психологического портрета было последним, что бы сделал Реборн. Потому оставалось только ждать личного знакомства. Запрос на перевод всех пятерых в класс к Саваде Кирито уже был отправлен.

– Здравствуйте, Араки Эцунори – сан.

– Приветствую, Инганноморте Тсунаеши – сан.

Комната в традиционном японской стиле, небольшой столик, подушки вокруг него, множество мелочей и безделушек, а так же приятная цветовая гамма создавали ощущение уюта и тепла.

«Практически как дома», поймала себя на этой мысли Тсунаеши, когда невольно стала вслушиваться в слишком тихие звуки. В Альтамуре тишина всегда была предвестником разрушений.

Неспешное течение разговора в истинно японском стиле, где все самое главное говорится в конце. Двойственность фраз, красивые словесные кружева, приятный напиток и занимательный собеседник – это были первые переговоры, от которых девушка получала удовольствие. Благодаря интуиции, она видела подводные камни, из-за муштры Эстранео, она могла направлять русло беседы, ну, а уровень образования давал возможность быть если не наравне, то где-то близко с главой клана Араки.

Но все когда-то подходит к концу. Часы пробили полдень, ознаменовывая четыре часа с начала переговоров, документы были в основном подписаны и все, что оставалось, это отдать бумаги нотариусу и юристу, что придут завтра.

Тсунаеши уже хотела аккуратно уйти, как Араки-сан пригласил её отобедать с ними, а отказаться было не вежливо. И именно за чашечкой ароматного зеленого чая и стала ясна истинная причина приглашения Донны Инганноморте к главе клана.

– Я пригласил вас, дабы обсудить не только вопросы стажировки своих подчиненных и вероятного спонсирования в качестве благодарности за лечение моего наследника, но и рассказать вам кое-что. Дело в том, что ваше имя Тсунаеши Савада, дочь Наны Савады, в девичестве Року, которая прямой потомок по женской линии Йоко Араки. Основательницы нашего клана. – Глава древней семьи замолчал и сделал глоток горячего чая.

– Хм, не скажу, что я не догадывалась о своей фамилии, но, позвольте поинтересоваться, откуда такое внимание? – Спросила изрядно напрягшаяся девушка. Она сидела все также расслабленно и спокойно, но чувствовалось что-то такое, на уровне инстинктов, заставляющие следить за ней, в ожидании атаки.

– Основной причиной являются её способности, проявляющиеся крайне редко. – Перебивать старого человека Тсунаеши не стала, хотя на языке так и крутилось «и что?» – Ваше Пламя немного не такое как у остальных, но это я думаю, вы и сами знаете? – Риторический вопрос, – это пошло от Йоко-самы. Мы не знаем, откуда она возникла в Японии, вот только первой и единственной аркобалено не только Неба, но и Грозы с Ураганом была именно она. О ней остались лишь записанные мемуары её детей да книги на странном языке. Я понимаю, что вы хотите узнать, зачем я это рассказываю. – Эцунори-сан отставил стакан с уже остывшим чаем, а потом посмотрел в глаза девушки, что выражали искренне недоумение и вопрос «К чему это?». – Просто Йоко-сама оставила четкие инструкции относительно тех её потомков, что получат схожие с ней силы. Основательница клана Араки была крайне удивительным человеком. Высокая, статная, гордая и независимая, она смогла в то непростое время основать собственный род, встать в его главе и удерживать власть до самой смерти. Благодаря той системе тренировок, что она разработала, появилась Японская школа овладения Огнем Души, её имя чтут во многих кланах, а потомки, особенно с Пламенем, издревле обладали некоторыми привилегиями и неприкосновенностью. Именно поэтому твоя мать смогла выйти за этого недо-японца, и именно из-за этого мы не смогли вмешаться в твое похищение. – Араки Эцунори-сан впервые за всю их беседу ярко выразил свою досаду, горечь, вину и еще массу отрицательных эмоций так явно. Раньше Тсунаеши читала его чувства лишь благодаря интуиции. Но глава клана взял себя в руки и продолжил неожиданно твердым голосом. – Я начал этот разговор по трем причинам. Первая и самая главная, я прошу у тебя прощения за то, что наш род не вмешался в ход событий двенадцать лет назад. Мы должны были защищать тебя и твою семью, а вместо этого позволили тебе исчезнуть на долгие десять лет. Признаю, мы нашли тебя абсолютно случайно в Кембридже, два года назад. – Тсунаеши уже хотела возразить, как Эцунори-сан продолжил.

– Вторая причина, это посмертная воля Йоко-самы, я обязан был рассказать тебе о вашем родстве и предоставить допуск к документам о ней и её материалам. Это я уже сделал, адрес тебе сейчас принесут. Предупреждаю сразу, защиту там ставили не мы, она работает как-то странно и пропускает внутрь только тех, в ком течет её кровь с пробужденным Огнем Души. – К столу подошел молодой человек и положил перед Донной Инганноморте карту Хоккайдо. Старый глава выдохнул. – Третья причина тебе известна, просьба о стажировке врачей.

– Вы меня удивили. Честно. Я слышала о Йоко Араки, меня с ней даже сравнивали, но вот так узнать что ты её потомок… Я что-то должна клану Араки, японцам? – спросила девушка, снимая очки и делая вид, будто смотрит на Эцунори-сана поверх руки, трущей переносицу.

«Он не лжет, и даже не играет словами. Я действительно потомок Йоко Араки, действительно неприкосновенна из-за этого родства и правда могу поковыряться в её документах. Кажется, Кавахира говорил о ней что-то, да, он делал предположение о её „нездешности“ проще говоря – попаданка. Вот только в дом и, правда, могут войти только её потомки… Своеобразная проверка. Интересно, что мне от неё досталось? Сила, интуиция или склонность к метаморфозам? Скорее всего, последнее, ведь насчет моей фамилии он тоже не солгал, а значит я, предположительно, потомок Джотто Вонголы, а от него однозначно идет интуиция. Впрочем, может идти и сила, все-таки основатель „королевской“ семьи, по легендам он мог особенно не напрягаясь смести с лица земли небольшой остров или город…» – эти мысли быстро промелькнули в её голове, как впрочем, и некоторые видения о будущем, так она решила все-таки принять предложение Скуалло, а так же нашла свой Дождь. Чья кандидатура её ничуть не удивила.

– Нет. Клану Араки ты ничего не должна. Японцам впрочем, тоже, просто существует традиция, по которой все потомки, если они изобретают какой-то прием, то описывают его и передают в библиотеки при Академии. Или вносят какие-нибудь изменения по своему профилю.

– Понятно. Адрес дадите?

– Конечно, она отмечена на карте.

– Благодарю.

– Что ж, надеюсь встретиться с вами завтра у юриста, надо будет подписать бумаги

– Это взаимно. До завтра.

– И как все прошло? – Спросил Хаято уже сидя в машине.

– Не плохо, и очень интересно. Я все же бывшая Савада. У меня в предках Йоко Араки и Джотто Вонгола, кстати, добавь в наши планы посещение вот этих двух мест, – протягивая Гокудере карту и потягиваясь.

– Йоко Араки?

– Родоначальница Японской школы управления пламенем, я о ней слышала, меня с ней даже сравнивали, но никто и не предполагал подобного…

– Кавахира?

– Он самый. А у тебя как?

– Замечательно, сегодня прошелся по магазинам закупил технику и продукты, часть везу с собой, часть прибудет вечером. Утром встретился с Сасагавой, ты уверена, что он твой Хранитель? Я, конечно, чувствую связь, но такой громкий парень. Он, кстати, предложил мне с ним подраться на ринге, это вообще нормально?

– Да. Он же Солнце.

– М-да, а Альба не такая. Кстати они звонили, передавали привет, в клинике все хорошо, попало несколько мафиози-кровников, положили их, конечно, в разные концы, но ты сама знаешь, Михаэль ходит и рычит на всех, жалуется, что ты забрала Ламбо и думает применить его тактику.

– Это какую?

– Мелкое пакостничество.

– Ну это как-то не солидно… – протянула Тсунаеши даже не пытаясь скрыть искреннего веселья и радости.

До дома оставалось не так уж много, вот мелькает пригород и парк Кокуе, как вдруг Тсунаеши замирает и неверяще тянет.

– Да ладно. Быть того не может!

– Еши?

Но девушка не слышит его, а набирает номер Кисе и смотрит в окно. На её лице такая гамма эмоций, от недоверия до шока и радости.

– Кисе? Привет, нет, ничего не случилось плохого, но ты не знаешь где сейчас Мукуро? Да, тот самый Рокудо. Нет? Вы вообще связывались? То есть просто обменивались мейлами, да? Из-за Варии? М-да изрядно они крови попортили. Ладно, я собственно к чему, кинь ему наш адрес, нынешний. Он сейчас на подлете к Японии. Конечно, я уверена! Я его видела! Угу, спасибо!

Шумно выдохнув, Тсунаеши растекается по сиденью и весело улыбается, глядя на растерянного Хаято, что пытается вспомнить знает ли он некого Мукуро Рокудо. Видя его сосредоточенность, девушка хмыкает и поясняет:

– Я уже говорила, что с двух до девяти лет провела в лабораториях, так? А потом сбежала вместе с Кисе, Михаелем и еще тремя ребятами. Те трое были сами по себе командой. Мукуро, Кен и Чикуса были жителями других секторов. Рокудо – проект Примо, он потомок Деймона Спейда, очень сильный и обученный Туман с двумя кольцами, он мой Хранитель, наверное, мы с ним встретимся сегодня вечером или завтра с утра. Кену сначала пророчили место в нашей группе, но что-то пошло не так или он выдал нестандартные результаты, в общем, он ушел в проект Пара. Его суть состояла в соединении бойца и аналитика. Его «мозгом» был Чикуса. Из-за высокого уровня умственного развития Какимото сразу поставили на этот проект. Мы бежали вместе, а до этого некоторое время пробыли в мысленной связке. Помимо этого я пересекалась с ними и ранее, на тренировках. Они веселые ребята с оригинальным чувством юмора. Если Мукуро согласится то в вашем с Михаэлем ведомстве может быть пополнение, а может и нет, я давно их не видела. Знаю только что они не в ладах с Варией, некоторое время учились в России и Китае, жили в Бразилии да участвовали в некоторых конфликтах в Мексике. В общем, развлекались на полную катушку.

– Хм. Мы приехали. И вас ждут. – Тактично заметил Хаято, указывая на Кею, что стоял у дверей. Тсунаеши все так же весело улыбаясь, вышла из машины и громко предложила Хибари вести её на тренировочную площадку. Гокудера усмехнулся, глядя на обалдевшую от женских объятий рожу Облака и пошел в дом, сказав Небу, чтобы не забыла забрать Ламбо. Проходя на кухню, обдумывая новую информацию и задавая себе вопрос, а сколько еще секретов у его Неба, что она замалчивает лишь потому, что они не приходятся к слову?

Хаято, когда только попал к Инганоморте, периодически задавал себе вопрос, через что должны были пройти эти трое, что бы понимать друг друга столь полно?

Он видел, что Рокурото полностью не доверяют ни Кисе, ни Михаэль, что если им кажется, что кто-то несет угрозу их Семье, то первым кого они инстинктивно прикрывают – Тсуна и Альба. Причем было неважно кто угроза, Рокурото ли, он или кто-то другой. И угрозой его считали лишь до сигнала Еши, а потом проверяли не на верность, а на способности, узнавали его склонности и характеристики, способности и навыки. Почему так?

А потом был разговор, начавшийся с доклада Марии об уничтоженной семье Эстранео и прямой вопрос Рокурото об их причастности к этому. Он видел, что Михаель и Кисе уже были готовы напасть на них, атаковать на смерть, причем всех. И его, и Ламбо, и собственное Небо. Только прямой, как дуло пистолета, взгляд, смотрящий в глаза Бирна и пламя Неба, что затопило помещение, сковывая тело не хуже льда, останавливало их.

– Что ты знаешь? – вопрос, прозвучавший словно выстрел, и ощутимо возросшее давление, четко давали понять – солгать не получится. И Рокурото рассказал, о том, что их родители были одиночками-киллерами, получившими заказ на убийство босса Эстранео, но так и не вернулись, о том, что когда они искали их и на свой страх и риск проникли на одну из известных им баз, то увидели лишь разрушения, следы Варии и кого-то другого, о том, что они не слепые и видели желание Кисе и Михаеля их убить, за то, что он их Небо. Пояснил, что они не желают им вреда и просто хотят понять и помочь.

На что Тсунаеши, переглянувшись с парнями, рассказала о собственном детстве, об экспериментах, о последствиях и сказала что уже давно собиралась поведать об этой немаловажной части их жизни, но как-то не приходилось к слову.

С каждым её предложением давление снижалось, лед отступал, а её глаза все больше смотрели в никуда. Михаель сжимал собственные кулаки и теребил пистолет, контролируя все пространство, реагируя на малейшее действие с их стороны. Кисе просто сидел за столом и аккуратно крутил в руках солонку. Причем так, что не было понятно, в кого он хочет её запустить: в Михаеля, если тот надумает стрелять, или в них, если они сделают неправильное движение.

Тот разговор был тяжелым и выматывающим, но потом стало проще. А вот сейчас выясняется что у них пополнение, причем крайне странными личностями.

Насколько знал Хаято первое время Хранители хотят как можно больше проводить со своим Небом, это необходимо для становления связи. Если этого не сделать, то Хранитель будет не совсем адекватным, а Небо нервным. И сейчас все признаки были на лицо. Трудно принять тот факт, что за все время их знакомства он не заметил нестабильного состояния Тсунаеши, но вот облегчение и спокойствие, что омыло его в машине, говорило лучше всяких слов, что связь с Мукуро была начата, но не образована до конца. Оставалось надеяться, что они сойдутся и не ревновать в течение ближайших трех месяцев – Туман прилипнет к Еши намертво. Надо рассказать об этом остальным и в особенности Ламбо, а то с него станется.

Тренировка, или скорее салочки, были веселыми. Ведь что в физическом плане, без использования пламени, могла противопоставить парню с тонфами девушка со скальпелем без цели убить? Крайне мало. Вот она и уворачивалась, играла и убегала, периодически весело смеясь и говоря подначивающие фразы, Кея злился, Кея рычал и требовал нормального боя.

– Да ладно тебе, весело же! – Заметила Тсуна стоя над упавшим Кеей. Аккуратно отодвигая его тонфа ногой.

– Ты можешь драться нормально? – Простонал, приподнимаясь, парень и обессилено падая. В данном поединке его собственная сила играла против него.

– Понимаешь, в чем дело, ты физически сильнее, я более быстрая. Вот почему ты всегда идешь напролом? Я бы даже сказала напрямик! Ты же видишь, что я уворачиваюсь и не вхожу в прямой поединок, так что тебе стоит чуть изменить тактику? Всего лишь надо проявить смекалку и чуть больше интеллекта. Вставай. – Произнесла девушка, протягивая руку. Хибари смерил её взглядом, задержал взор на протянутой руке, схватил её и резко потянул на себя, нависая и блокируя все конечности.

– Так? – Отодвигая голову, на расстояние недостаточное для удара, произнес Облако.

– Да, но ты допустил маленькую ошибку. – Ехидно ответила Тснаеши и легонько нажала на кисть, что так и не отпустил парень. От резкой и неожиданной боли Кея на миг ослабил хватку и вмиг оказался на земле, обездвиженный. – Ты забыл, что я нейрохирург. Знание о нервных окончаниях играет мне на руку.

Вставая с, в очередной раз, поверженного противника Тсунаеши аккуратно отошла на несколько шагов и уже собираясь что-то сказать, вдруг извлекла из кармана странного вида телефон.

– Вот ведь, совсем забыла! Хорошо хоть напоминалку поставила. – Произнесла Инганномотре, что-то набирая в телефоне. – На сегодня все, мне сейчас за братом идти надо. – Сказала девушка, сжимая предплечье и помогая встать Хибари. – Увидимся!

Тсунаеши быстро скрылась за забором, просто перепрыгнув через него, а Кея задумчиво смотрел ей вслед и понимал, что обязательно в скором времени поймает Саваду и расспросит об итальянцах и их традициях. Он ведь твердо решил через два месяца уехать в Альтамуру, язык он за это время выучит, с документами тоже разберется, а ДК сможет прожить и без него. Кусакабе совсем не плохой руководитель.

Ламбо стоял у ворот и ждал Тсунаеши-не-сан, как сказала ему учительница, он знал, что Еши-не уже бежит, её Пламя стабильно приближалось и скоро она будет здесь. Вот только эти странные люди со смешными прическами, члены Дисциплинарного Комитета, почему они здесь?

Когда одноклассники увидели их, то немало удивились, по их словам ДК защищал школу так же как и весь остальной Намимори, то есть просто патрулировал по ночам, а тут защита аналогичная той что была у средней Намимори. Это было ново, и, естественно, все сразу подумали на Ламбо. Решили что это из-за него. Может они не так уж и не правы, все-таки глава мафиозной семьи приехала в их город, парни же с прической а-ля Элвис Пресли не говорят, кого они защищают.

– Привет! Долго ждал?

Спросила Тсунаеши, а Ламбо просто посмотрел на её взмыленные плечи, тяжелое дыхание и счастливые глаза.

– Интересный спарринг-партнер?

В этом мире было только три вещи, известные Ламбо, что могли заставить Тсуну демонстрировать свои эмоции: удачная операция, карнавальный фестиваль и хороший противник. Сегодня она никого не оперировала, до ближайшего карнавала еще две недели, а значит, она с кем-то подралась.

– Очень! А у тебя что?

Тсунаеши уже взяла себя в руки, попыталась забрать у мальчика сумку, потерпела поражение в этом начинании и теперь, легко подхватив его за туловище, сажала себе на шею. Теленок любил сидеть на плечах у Еши, тут было тепло, высоко и очень безопасно, а потому ни разу не возражал против такого положения, а даже иногда подыгрывал ей.

– И-го-го, лошадка! – Громко засмеялся малыш и легонько дернул за височные пряди на манер поводьев. Тсуна ответила легким перезвоном колокольцев и, игриво наклонив голову а-ля лошадь, начала издавать цокающие звуки в такт шагам. Ей вторил мальчишечий голос, распевающий громкую песню на итальянском.

– А давай зайдем в кафе! Мы же ни разу не пробовали истинно японскую кухню приготовленную коренным населением островов! Это кощунство. – Предложила девушка, когда они проходили мимо Таке-суши.

– Великий Ламбо-сан согласен, верная лошадка! – И под веселый смех ребята вошли в помещение.

Деревянная отделка, меню за стойкой и четыре небольших столика с двумя посетителями равнодушно встретили гостей. Из заднего помещения раздавались голоса, а люди аккуратно отводили глаза и делали вид, что они ни слова не понимают по-японски.

– Старик! У меня всего лишь сломана рука, ну давай я тебе помогу!

– Нет, Такеши, иди в комнату или погуляй, развейся, врач четко сказал, никаких нагрузок!

Ламбо внимательно вслушался в голоса, прислушался к себе и наклонил голову к Тсуне, заглядывая ей в глаза. Что-то найдя в их глубине, он набрал воздуха в грудь и громко закричал, чувствуя себя сейчас на полные пять лет, как истинный ребенок.

– Аааааа, хочу есть! Тсуна-не, я хочу вон те суши! Великий Ламбо-сан хочет суши с тунцом! – громкие крики разбили напряжение в баре, а детские руки, что вроде как беспорядочно дергали за волосы, на самом деле пытались сделать массаж головы, второе действие, обожаемое им в исполнении Неба.

– Ламбо! Тише, подожди, пожалуйста, сейчас все будет! – Со смехом потирая свои уши и взглядом извиняясь перед всеми заметила девушка. – Извините нас, он иногда очень громким бывает, – легонько кланяясь и ссаживая теленка на стул возле стойки, произнесла Тсунаеши. Тут из двери вышел мужчина лет тридцати и вежливо спросил:

– Про суши с тунцом я уже слышал, а что еще желают столь юные особы? – Со смешком и легким извинением в позе ответил шеф-повар.

– Суши с лососем, а еще «Филадельфию» и суши с угрем на вынос. – Все так же улыбаясь, озвучила заказ Еши, не замечая того, что Ламбо аккуратно слез со стула и исчез в недрах дома.

Теленок не сомневался, Тсуна привела его сюда потому что не знает как подступиться к своему Дождю. Она ведь с ним нигде не пересекается! А значит, таким образом, она просит его о помощи, впервые! И Ламбо не подведет. Он сможет подружиться с этим парнем.

– Как скажете. С вас триста йен. Сейчас все сделаем.

– Спасибо! – Не находя Ламбо взглядом, ответила Тсунаеши. Она оглядела помещение, заглянула под стойку, вышла на улицу и лишь потом обратилась к хозяину бара. – Простите, вы не видели моего брата?

– Привет, я Ламбо, а ты? – Ребенок лишь слышал о подобном когда-то. Что Хранители одного Неба иногда могут чувствовать друг друга до инициации, но с ним такое было впервые. Ведь Гокудера появился в клинике раньше него, а ни Кею, ни Рехея он еще не видел, потому теленок немного робел перед таким высоким, со странной повязкой на руке, спортивным парнем.

– Такеши, а ты откуда здесь взялся? – Ребенок, что подошел к нему на заднем дворе их дома был странным. Начать хотя бы с того, что на его голове была крайне странная прическа, а закончить его легким акцентом. Но он был очень милым и совсем немного родным. Также ощущались Хибари и Рехей в школе, его вроде-бы друзья, семпаи в жизни. Они поддерживали его, пусть и своеобразно. Приятные воспоминания немного развеяли отрицательные эмоции, и Ямамото по-новому взглянул на ребенка. – Тебя не ищут?

– Ищут, но я прячусь! Злобная Лошадь сбросила меня с себя и теперь хочет накормить до смерти! – патетично воскликнул ребенок и спрятался за ногу Такеши со словами – спрячь меня! Не дай мне умереть!

На такую тираду Такеши лишь рассмеялся и, почесав затылок здоровой рукой, заметил:

– В таком случае, а давай сбежим? – Мысль о том, что это вообще-то статья, да и мало ли чей это ребенок была задвинута далеко-далеко, а легкий кураж вспенивал адреналин в крови не хуже бейсбола. – Я знаю неплохое место, тут не далеко, там правда живет не очень любящий шум парень, но нас там искать не будут. Точно тебе говорю.

– Да? – Переспросил сомневающийся ребенок, но увидев честные глаза и глубокий кивок, решительно протянул к нему руки. – Побежали?

– Побежали, – с блеском в глазах произнес юноша и быстро ушел из дома в сторону поместья Хибари.

Люди в повязках Дисциплинарного Комитета внимательно проводили его глазами и набрали номер главы, ситуация перестала быть стандартной.

Комментарий к Ростки веселья

У всех них в предках можно было найти первое поколение.* – невозможно, что бы при уровне развития контрацепции в 14 веке, именно тогда, кажется, жил Примо, у него был только один ребенок, поскольку ни монахом, ни геем он не был. Более того в каноне, кажется, и в фаноне, точно, его считают тем еще ловеласом, как и все Первое поколение.

========== Полный сбор ==========

Хибари Кея.

Молодой парень раз за разом внешне беспорядочно двигался по задней площадке дома и взмахивал тонфа. Крайне странное для постороннего наблюдателя действие было попыткой хотя бы мысленно победить этого вертлявого «зверька-который-не-зверек».

Потому что назвать хищником её не получалось, у неё не было той ауры, тех стремлений, что возникают у хищников. Но для травоядной она была слишком яркой и сильной, а из категории зверьков её выбивали глаза.

Таких глаз не может быть у шестнадцатилетних девушек. Глубокие, цвета жженой карамели, они словно видели всю боль мира, знали все тайны мира. Бесконечно глубокие и мудрые, наверное, такие глаза могли принадлежать драконам из мифов.

Она возникла в его жизни абсолютно непредсказуемо. Даже странно, её привел Сасагава Рехей, глава клуба по боксу. Наверное, впервые Хибари был ему за это благодарен. Ведь если бы не его стремление, то они бы и не познакомились.

Телефонная трель прервала размышления Хибари, а дисплей высветил номер одного из его подчиненных, что следили за младшим братом девушки. Все-таки город у них был спокойным, но с приездом репетитора Савады скоро перестанет быть таким, толпы травоядных различной степени вооруженности начнут ходить по Намимори, и мало ли кто попадется им на пути?

– Слушаю.

– Хибари-сама, Ямамото Такеши вместе с Ламбо Бовино идет к вам, будет через пять минут, они сбежали от Тсунаеши-сан. Какие действия нам предпринять?

– Если она спросит вас, то ответьте, в противном случае просто наблюдайте.

– Хорошо.

Тренировка была прервана, сосредоточится уже не получалось и потому Хибари взял в руки итальянский словарь и стал заучивать слова, сидя на ступенях.

Он уже знал, что, ладно пусть будет «кошка», Тсунаеши действительно на них чем-то похожа, для девушки это родной язык, пусть и владела она японским на превосходном уровне.

Через некоторое время он отложил книгу и начал проговаривать слова вслух периодически сверяя произношение с программой на телефоне. В идеале бы найти учителя, но не обращаться же к «взрывному травоядному»? А других итальянцев он не знал.

– Так, а теперь аккуратно, вот мы и на месте. – Раздалось со стороны ворот, через которые перелезали Такеши с ребенком. Хибари отложил устройство и спрятал словарь.

– Травоядные.

– О привет, Хибари-сан, а мы вот к тебе в гости. – Поприветствовал ГДК Ямамото, – познакомься, это Ламбо-кун.

– Наслышан. Ты зачем сюда пришел?

– Да так, само получилось.

– Тучка, тучка, тучка, – Ламбо надоело стоять рядом с Такеши и он начал носиться вокруг Кеи. – А меня схватила Злая Лошадь и хотела закормить до смерти, но Дождик спутал все следы и она нас теперь не найдет! Великий Ламбо-сан спасен!

– Как ты меня назвал? – Раздался тихий вопрос от калитки, все посмотрели на молодую шатенку, что задумчиво игралась со скальпелем.

– Тсуна-не… А мы, вот… – Запинаясь, отступая за Хибари начал отвечать Ламбо.

– Зверек. – Кивнул Кея, решив прервать эту пантомиму. – Ямамото Такеши.

– Приятно познакомиться, Инганноморте Тсунаеши. – Кивнула девушка. – Спасибо, что присмотрели за ребенком и извините за доставленные неудобства.

– Ничего страшного, это вы меня простите, не знаю, что на меня нашло.

– Ламбо, так ты будешь суши? – Вспомнила шатенка, убирая оружие.

– Нет. Я хочу пасту!

– Хорошо, сейчас придем домой, и я сделаю тебе пасту. – Покорно согласилась Тсунаеши.

– Ура!

– Зверек, я провожу.

– Я провожу.

– О, спасибо. Но мы тут недалеко живем. – Хибари просто внимательно посмотрел на нее, а Такеши аккуратно забрал сумку, всем своим видом они говорили о бесполезности возражений – ладно, ладно, – примирительно подняла руки девушка. – В таком случае я рассчитываю, что вы зайдете!

Мукуро Рокудо

Сколько раз за эти четыре года Мукуро хотел сорваться в Италию и проведать Тсунаеши? Множество. Огромное количество раз он хотел увидеть её в живую, а не с фотографии, присланной Кисе, услышать её голос не в записи, прикоснуться к ней. Его тянуло и влекло к ней ежедневно, ежечасно, ежеминутно. Туман искрился, менялся и никак не хотел контролироваться. Его Пламя представляло угрозу для всех, в ком видел претендентов на свое Небо. Его не останавливало ни расстояние, ни границы. Мукуро знал, где сейчас Тсунаеши, просто на инстинктивном уровне понимал, что с ней, но сдерживался. Не приходил.

Пламя требовало, обещало, желало. А он останавливался на грани её восприятия. А все из-за своей гордости и нежелания признавать очевидное. Ведь он лучший! Ему не нужно Небо. Именно так он пытался себя уговорить в первые месяцы. Потом стало хуже, но нежелание являться к Верде вновь пересилило. Когда Тсунаеши поступила в Кембридж, стало проще. Англию не зря зовут Туманным Альбионом, те девять месяцев в году, что она проводила на учебе, для него были отпуском. Мукуро мог контролировать свой Туман, чувствовал Небо, обменивался с ней Пламенем и знал о ней все. Самочувствие, настроение, пристрастия и мог защищать её от разных неприятностей. Это было замечательное время. Но потом что-то изменилось.