Текст книги "Начало (Маргоша-о)"
Автор книги: А Зю
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)
– Алло.
Ее узнают не сразу:
– Алле, кто это?
Маша судорожно вздыхает – если так, значит не так уж Сергей и влюблен. Наверняка, в голове у мужика легкая интрижка с официанткой и ничего серьезного. Уже решительней, она говорит:
– Это Маша. Вы меня помните?
– Маша?! Что за вопрос.
– Мы не сможем, сегодня встретится, извините.
Может, не стоило тогда вообще звонить? Но что сделано, то сделано. В голосе кавалера чувствуется огорчение:
– По-моему, мы на «ты»? Что случилось?
– Ничего. Просто не могу.
– Тогда, завтра?
– Не могу ничего обещать, извини.
3. Пригород Малиновска. На шоссе появляется еще один автомобиль, на повороте он останавливается возле места аварии и из него выбираются двое мужчин. Неторопливо они осматривают разбитую машину, заглядывают внутрь через лобовое стекло. Один приказывает другому:
– Проверь, что с ней. Осторожно, чтобы не наследить. Если без признаков, вариант А – звони в ГАИ, если цела…
– То, что?
– Давай, не тяни, проверяй.
Просунув руку в опущенное боковое стекло, второй мужчина трогает вену на шее:
– Пульс есть. Кажется, башку отшибла, шишка здоровая и больше ничего серьезного.
– Ясно. Тогда вариант «Б» – даже еще лучше, не будем брать грех на душу. Продадим папаше и подзаработаем. Тащи ее к нам в машину и подчисть здесь.
Вдалеке слышится женское «Ау!» заплутавших грибников и главный из двоих хмыкает:
– Как все удачно. На удава и мартышка.
4. Рабочий день в «Мужском журнале» катится к завершению и Борис Наумыч собирает актив редакции в зале заседаний подвести итоги. Начальник восседает на председательском кресле, остальные расположились кто по правую, кто по левую руку.
– Ну, что, марксисты –ленинисты, кажется, номер получился? Успели? Антон, типография за тобой.
Зимовский с места рапортует:
– Макет уже там и в работе. Через час начнут печатать.
– И?
Игорь подает голос:
– Завтра утром номер у распространителей поедет по киоскам. К обеду будем иметь первые цифры.
Шеф удовлетворенно кивает:
– Надеюсь, они нас порадуют. Не хочется портить праздник. Не забыли? На завтра заказан целый зал в ресторане «Боргато», гуляем все – издательство, типография, бухгалтерия. На каждого запланировано по два места за столиками, так что не забудьте пригласить кто своих дам, а кто кавалеров.
Валентин не может удержаться от шутки:
– Это что же, в Тулу со своим самоваром?
Антон его подначивает:
– Валентин, можешь вместо самовара захватить любимую надувную куклу.
5. Жилой дом на окраине. Вечереет. Зайдя в подъезд, Аня с опаской заглядывает в почтовый ящик и видит там знакомый сероватый конверт без обратного адреса, но с синим штемпелем. Вскрывать его очень не хочется, но и не посмотреть что там – страшно. Предупрежден, значит, вооружен. Хочется верить, что ее испуг надуман, а опасения – плод стрессовых эмоций. Анюта пытается читать пляшущие строчки, и листок выскальзывает из ослабевших пальцев: «Дорогая Аня! Я весь день ждал твой эфир, ждал знака, намека от тебя, ловил каждое твое слово. И когда передача закончилась, меня, будто осенило – это ведь специально ты сохранила нашу тайну! Никто чужой не должен касаться грязными мыслями нашей любви. Я понял, что ты также горишь от нетерпения и ждешь меня, как изнываю я в преддверии нашего свидания. Я уже рядом. Твой навеки Илья». Трясущимися руками Сомова открывает дверь в квартиру, заходит внутрь и хватается за телефон. Едва на том конце откликаются, она истерично тараторит:
– Гоша можно я к тебе приеду? Можно у тебя пожить?
– Ань, ты чего?
Женский голос срывается на истеричный крик:
– Можно или нет!
– Ладно, приезжай, места хватит…
6. Аэропорт «Шереметьево». Когда Наташа, получив багаж, появляется в зале прилета, ей навстречу кидается Каролина Викторовна:
– Доченька! Как я соскучилась!
– Мамочка.
После дежурных поцелуев, мать хватается за тележку с двумя чемоданами. Егорова – младшая крутит головой:
– Ты что, одна? А где папа?
Каролина желчно бросает:
– Ну, ты же знаешь какой он занятой. Минутки не может уделить ребенку.
Наташа меняется в лице:
– А сама-то? Обещала – вместе полетим, и даже не заехала.
– Ой, извини, так получилось… Ты же знаешь своего отца, вечно он все путает. И с билетами тоже.
Когда парочка выходит на улицу, губы Натуси презрительно кривятся:
– Мы что, на такси поедем?
Лицо и голос матери становятся слащавыми:
– На такси. Но я заказала vip-машину и обслуживание.
Плетясь угрюмо за тележкой с багажом, Наташа ворчит:
– Все нормальные люди на каникулы в Европу едут, а я как дура – в Москву!
7. Отдел ОБЭП по г. Малиновску. Старший следователь переминается с ноги на ногу, стоя перед начальником. Тот хмур, но, кажется, не слишком злится:
– Гаврилов, я же предупреждал, головой отвечаешь за задержанную. Ну и где она?
– Я думаю, она где-то прячется на территории комбината.
– Где? Местная охрана и москвичи все прочесали. Как растворилась!
Глаза Гаврилова вспыхивают надеждой:
– А может и правда того?
– Что, того?
– Ну, это же химкомбинат. Упала в бак и растворилась.
– Твое счастье Гаврилов, что тебя и твоих орлов не пустили дальше проходной, а то бы точно погон лишился. На, почитай!
Серия 20
1. Отдел ОБЭП по г. Малиновску. Старший следователь берет в руки распечатку:
– Это что?
Начальник кивает:
– Рапорт охранника с дальних ворот комбината и сводка происшествий.
Гаврилов углубляется в чтение… Потом поднимает недоуменный взгляд:
– Это что же получается: из ворот выехал только один автомобиль, с новым начальником охраны, и потом этот же автомобиль найден сгоревшим в лесу, в сорока километрах?
– И заметь: пустым, без пострадавших.
Следователь старается поймать глаза полковника:
– Так что, объявлять обоих в розыск?
– А вот и не угадал. Пострадавших нет, заявлений нет. Какие там проблемы и происшествия у следственной группы из Москвы нас не касается. По крайней мере, без прямого распоряжения сверху. Все рапорты и отчеты по предварительному расследованию чужаки увозят с собой, а мы умываем руки. Так что ступай, работай.
– А что начальник охраны комбината? Его искать?
Полковник пожимает плечами:
– Начальника пришлют нового. Сам говорил – режимное предприятие и нам не подчиняется.
2 Ресторан «Myrtille» в 1-м Обыденском переулке. Павел ведет свою даму к угловому столику и помогает ей сесть. На столе уже накрыто, но Маше, в ее цивильном наряде и без макияжа, неуютно. Однако она не отступает от намеченного плана и изображает уверенную в себе женщину, для которой отсутствие красивого маникюра на руках не повод комплексовать:
– Ну и о чем ты хотел поговорить?
Шульгин поднимает бокал красного Marrone Barolo:
– Давай сначала выпьем, немного покушаем. Отдохнем и успокоимся. Разговор сам потечет, когда наступит время.
Маша немного нервничает и потому отвечает резче, чем хочет:
– Предлагаешь расслабиться и получить удовольствие?
– Вот именно. Я виноват перед тобой, я знаю. Я тебя искал.
– Зачем?
– Извиниться. Попросить прощения. Начать все заново.
Девушка уже берет себя в руки и даже пытается флиртовать:
– Предупреждаю, это не быстрый путь.
– Машенька… Я готов.
– Ладно, выпьем.
И она поднимает свой бокал.
3. Престижный район Москвы. Лана открывает дверь в свою квартиру и останавливается – внутри ей чудится незнакомый чужой запах и он вызывает тревогу. Она пожимает плечами – наверно, занесло по вентиляции от соседей. Когда девушка проходит в комнату, она понимает, что волновалась не напрасно – там двое мужчин: один за столом, другой встает сзади, перекрывая путь отступления. Голос Ланы дрожит:
– Кто вы и что вам нужно?
– Не верещи… Садись, есть разговор. Если все расскажешь честно, мы уйдем и ничего не сделаем с такой красавицей.
Девушка осторожно присаживается к столу и замирает в напряженной позе. Гость продолжает:
– Твой любовник… Он тебе ни о чем не рассказывал?
Она испуганно переспрашивает:
– Какой, любовник?
Угрюмый мужчина тычет в фотографию Калугина на столе:
– У тебя их так много? Да вот этот!
– А…Э… О чем, рассказывал? Я не понимаю.
– Например, о своих планах, о деньгах или о бывшей жене? Кстати, не знаешь где она?
4. Квартира на Ломоносовском. Заявившись к Игорю с сумкой–тележкой, наполненной напиханной впопыхах одеждой, Анюта пытается втолковать старому приятелю свою жилищную проблему:
– Гош, поверь, мне ужасно неловко перед тобой. Мне недельку и все, и потом я найду себе новую квартиру.
Ребров уже успел заказать по телефону две порции суши, открыл бутылку вина, и выяснение причин бегства Сомовой из дома проводит в уютной сытой обстановке:
– Я, все-таки, не понимаю Ань, чего ты так всполошилась. Есть же милиция, в конце концов. Да и не факт, что этот Илья потащится до самой Москвы. Я читал у таких «женихов» в каждой области по «невесте»!
Анюта никаким доводам не верит:
– Ага, милиция… Ты же знаешь ее принцип – угрозы угрозами, а будет труп, тогда и приходите.
– И ты предполагаешь пересидеть и спрятаться? Я не я и хата не моя?
Она тоскливо опускает голову:
– Типа того.
Игорь отправляет в рот аппетитный ролл с лососем:
– У тебя же защитник есть, этот, как его… Марат, ты говорила.
Сомова c безнадежным видом отмахивается:
– Он мне уже плешь проел, что я дура и сама во всем виновата. Ну, можно я у тебя поживу?
– Ань, ну чего ты спрашиваешь? Конечно, живи.
5. Квартира Калугиных. Андрей торопливо поднимает телефонную трубку – вдруг это мать, или Алиса… Или таинственные недоброжелатели? Но на том конце провода взволнованный голос Ланы:
– Андрей! Ко мне приходили!
Калугин сглатывает комок в горле, но старается не выдать тревоги:
– Приходили? Кто? Пожалуйста, успокойся и объясни.
В голосе девушки проскакивают истеричные нотки:
– Не знаю! Твои приятели, наверно… Или Катерины твоей!
– Она не моя!
– Мне все равно, чья она, но они требовали какие-то деньги, расспрашивали про тебя, интересовались, где сейчас Катя!
Андрей осторожно интересуется:
– Расспрашивали про меня?
– Да и я им сказала, что у нее и у тебя давно разные дороги. И в никакие денежные дела она тебя не посвящала. Правильно?
Калугин облегченно вздыхает:
– Умница.
– Я сказала, в какой она больнице, когда выписывается. Ты же понимаешь, что я не могла это скрыть?! Я слабая женщина, а они мне угрожали!
6. Квартира Егоровых в центре столицы. Родители хлопочут возле дочери, слоняющейся с кислой физиономией:
– И что я тут буду делать, целую неделю? На луну выть?
Каролина Викторовна беспомощно оглядывается на мужа:
– Ну, как что, доченька, как что… У тебя же столько друзей и подруг!
Та даже фыркает, так ей смешно:
– Нормальные друзья сейчас отрываются в Лондоне и Париже… И в Нью-Йорке. Или посоветуете ходить по местным отстойным клубам?
Егоров-старший начинает заводиться:
– Есть театры, кино, выставки!
Лицо дочери искажает презрительная усмешка:
– Куда-а-а?
– А что, кроме клубов, тебя ничего не интересует?
– В любом случае, таскаться одной… Я что, ущербная?
Отец вдруг примирительно предлагает:
– Хочешь, я тебя завтра с собой возьму? У нас, как ты называешь – корпоративная новогодняя «тусовка» в ресторане.
Наташа снова фыркает, и дергает плечом. Но, кажется, идея отца приходится ей по вкусу.
7. Квартира Калугиных. Вера, услыхав мужское бормотание, выходит из комнаты, в которой обитает, и стоит под дверью, подслушивая. Андрей горячо кого-то убеждает в трубку:
– Ты все сделала правильно! Перевела стрелки. Пусть разбираются с теми, кто действительно замешан… Нет, я не могу сейчас к тебе приехать…. Сначала мне нужно вернуть домой дочь и успокоить мать… Давай, завтра, а? У нас банкет и я тебя приглашаю…
Калугин нечаянно задевает кнопку громкой связи и из трубки прорывается во всю мощь женский истеричный голос:
– Андрей, ты с ума сошел?! Я к тебе теперь на пушечный выстрел не подойду! Удали номер моего телефона!
Раздаются короткие гудки, и мужчина со вздохом нажимает кнопку отбоя. Верочка тут же выглядывает из-за притолоки:
– А меня можно пригласить на ваш банкет? Я нисколько не помешаю, обещаю!
Калугин вздыхает:
– Ладно, будешь там моей дамой.
Серия 21
1. Вечер следующего дня. Корпоратив «Хай Файф» в ресторане «Балчуг». Для посторонних посетителей заведение сегодня закрыто. В главном зале полумрак, шумно, играет музыка. Столы сдвинуты к одной стороне, позволяя вторую использовать для танцев и променада. Войдя внутрь под руку со Светланой, Игорь отпускает девушку, оглядываясь по сторонам:
– Ну что, иди, пасись детка, шампанское и закуски уже на столах.
Девушка вполне довольна отведенной ей ролью:
– Ага. Где-то тут Катька должна быть с подружкой. Пойду, поищу.
Гоша оживает:
– Подружка? Я ее знаю? Симпатичная?
– Ребров!
– А что такое? Я просто познакомиться.
Светочка хихикает:
– Знаю я, как «просто познакомиться»… Лариса ее зовут, Лариса. И у нее есть молодой человек.
Глаза Реброва блестят в предвкушении добычи:
– Я вовсе не собираюсь становиться ее молодым человеком, ты же меня знаешь.
– Угу… Вот, именно.
2. Народ все прибывает. Калугин помогает пришедшей с ним Вере раздеться, а потом несет верхнюю одежду в гардероб. Когда парочка заходит в общий зал, их встречает гвалт и музыка. Андрей извиняется:
– Я тебя оставлю на время? Развлечешься самостоятельно?
– Конечно.
Он, не успевает далеко отойти, как натыкается на Зимовского.
– О! Андрюха! Я смотрю ты не один? Что за краля? Твоя?
Калугин тушуется:
– Это не то, что ты подумал. Это… Это родственница, из Тамбова… Э-э-э из Саратова.
– Да ладно, не дрейф, мне-то что.
Андрей почему-то добавляет:
– Она моя двоюродная сестра.
Зимовский шлепает коллегу по плечу:
– Да не оправдывайся ты! Давай махнем лучше по сто грамм.
– Нет, нет! Я уже взял вот шампанское.
– Понятно… Ну ладно, не скучай, пойду, поищу кампанию…
3. Психиатрический спец-интернат в Ферзиково Калужской области. Время посещений уже закончилось, но дежурная сестра вынуждена вызвать главного врача для суровых граждан квадратной формы. Когда тот спускается к выходу, она оправдывается:
– Вот…, требуют вас.
Один из громил угрюмо кивает:
– Ты главный мозгоправ? Тут у вас баба одна лежит, у нас с ней терки. Поговорить надо.
Доктор старается выглядеть уверенным:
– Во-первых, есть установленные правила посещений, во-вторых, есть ограничения, и я не уверен, что встреча с вами будет пациентке на пользу. Как ее фамилия?
– Калугина. Екатерина Калугина.
– Она не хочет никого видеть и это ее право!
В диалог встревает второй громила:
– Слушай, мужик, ты, кажется, не понял.
Голос врача срывается и дает петуха:
– Все я прекрасно понял. Хорошо, я посмотрю ее карту, общее состояние и возможно разрешу одну встречу. Возможно… При ее согласии!
Посетители улыбаются золотыми коронками:
– Она согласится. Передай ей, что это в ее же интересах.
– Сейчас не девяностые, не надо угрожать!
Но гости уже движутся к выходу:
– Отдыхай, папаша. Мы заглянем после праздников.
4. Ломоносовский проспект. Марат провожает Сомову до самой квартиры и даже порывается зайти внутрь. То, что Аня неожиданно переехала с прежнего места жительства к некоему другу детства, пусть даже и под предлогом «испуга», гложет Ремнева ревностью:
– Анечка я все равно не понимаю. Какой-то придурок, написал дурацкое письмо, и ты тут же сорвалась! И не ко мне, а к «другу детства»! Странно, ты не находишь?
– Марат, я тебе сто раз объясняла: мы с ним как брат и сестра с самой школы. И напросилась я к нему ненадолго, буквально пока не подберу новый вариант. Кстати, у него есть девушка и он с ней сегодня на новогоднем банкете издательства.
Они так и стоят под дверью, и Сомова крутит в руках ключи. Марат пытается ее приобнять:
– Так что же мы тут стоим, мерзнем, открывай! Мы можем тоже устроить новогодний банкет.
Анюта освобождается:
– Подожди, нет, так некрасиво будет – сама вползла в чужой дом и непонятно кого с собой потащила.
Ремнев хмурится:
– Ты хочешь сказать, что я тебе непонятно кто?
5. Ресторан «Балчуг». Егоров под руку с женой и дочкой, расхаживает от одной группы сотрудников к другой. Он замечает Калугина, беседующего с незнакомой девушкой, и хочет направиться к ним:
– О! Сейчас девочки я вас познакомлю с нашим художественным редактором.
Каролина ворчит:
– Я уже есть хочу. Скоро начнется этот балаган?
Не слушая мужа, она устремляется к столу. А вот дочка с интересом смотрит в сторону Андрея уже в одиночестве посматривающего по сторонам.
– Пап, пойдем.
– Но, мама…
– Мама познакомится потом.
Отец вздыхает:
– Ну, пойдем…. Андрей! Можно тебя на минутку? Познакомься.
6. Квартира Реброва. Аня готовит себе нехитрый ужин. В доме тихо и в голову лезут разные мысли. Про обидевшегося Марата, про доброго Игоря, приютившего ее. То, что Ремнев ревнует понятно – чувствует, что просто так, к чужому мужику, девушка жить не напросится – что-то их связывает. Правда, что именно, она может рассказать только психологу, да и то не каждому. Здесь, в квартире, рядом с Гошей, ей спокойно и уютно. Даже если он не замечает ее чувств и приводит подруг…
Вчера ночью наверно тоже кто-то у него был. Аня не слышала когда пришла гостья и когда ушла, но точно ей чудился сквозь дверь бормочущий Гошин голос, мужской смех и четко произнесенное имя – Маша. Или это он бормотал во сне? Нет… Кто-то был, все же… Или нет? Любопытство разбирает и Аня, бросив готовку, спешит заглянуть в спальню друга. Внутри все, как обычно, забытых женских вещей не наблюдается. Заглянув в бельевой ящик, она обнаруживает детали дамского белья разных комплектов – мелькает мысль: «Трофеи!». Вздохнув, Сомова возвращается на кухню, к шипящей сковородке.
7. Московская частная клиника. Именно сюда доставляют девушку, пострадавшую в автоаварии. Ее голова перевязана, и пострадавшая спит, накачанная успокоительными лекарствами. Мужчина кивает своей охране и те отступают на несколько шагов, оставляя начальника наедине с врачом:
– Ну и как она, доктор?
– Я осмотрел ее и, пока была в сознании, поговорил.
– Ну и? Насколько все серьезно?
– Внешних повреждений нет, но она ударилась головой, лицо опухло и, кажется, наступила амнезия.
Последний факт заставляет мужчину нахмуриться:
– Потеряла память? Совсем? Какие ваши прогнозы?
Доктор отвечает уклончиво:
– В целом требуется время для восстановления. Может быть, небольшая косметическая лицевая операция. Но это станет понятным, когда опухоль спадет. А память, думаю, вернется, хотя…
Важный посетитель кидает взгляд в сторону охранников и качает головой:
– Лучше бы не вся. Мать, по крайней мере, на это надеется!
Серия 22
1. Корпоратив «Хай Файф» в «Балчуге» подходит к завершению. Нарезвившись в танцах и закусив возле фуршетного стола, Игорь и Антон находят оазис для небольшого перерыва возле барной стойки. Пропустив по паре рюмок вискаря и оценив достоинства и недостатки дергающихся на танцполе девиц, они приходят к выводу, что хотя вечер в целом удался, но пора делать выбор. Отправляться в холодную постель, после столь горячих отплясываний, шуток и комплиментов в адрес дам, противоестественно. Антон показывает приятелю взглядом на одну из девушек:
– Ну и как тебе вон та штучка?
Гоша, с ухмылкой на губах, только качает головой:
– Катька? Это Светкина подружка. Зачем мне бабьи склоки и разборки?
– То есть, ты не против, если я положу на нее глаз?
– Положи, положи… Нет, мне хочется что-то свеженькое, не распробованное.
Зимовский с сомнением смотрит на друга:
– Думаю, в нашем розарии, таких уже нет... Если только Калугинская родственница?
– Это с которой он пришел? Не… Не в моем вкусе.
Наметанный глаз Игоря замечает Катину подружку, кажется, ее зовут Лариса, и Ребров соскакивает с табурета возле бара. Вслед слышится:
– Счастливой охоты Акелла. Не промахнись.
– Сплюнь. Сегодня эта крошка будет спать в моей постели.
2. Квартира Васильевых в 1-ом Обыденском переулке. Переодевшись в ночнушку, выключив свет, Маша ныряет в девичью постель, затем тянется взять с тумбочки дневник и ручку. Пора разложить по полочкам сегодняшние впечатления и наметить планы на ближайшие дни. Она выводит буквы красивым почерком:
«Сергей… Думаю, у нас могло бы с ним что-то получиться. Я будто почувствовала искорку между нами…. Как все не вовремя, одно на другое. Зато, Павел! Он, конечно, мил и просил прощения. Верить или нет? Пожалуй, не стоит, буду придерживаться первоначального плана. У меня предчувствие, что все может получиться даже лучше, чем я думаю!».
Перечитав написанное, она вырывает листок из блокнота и рвет его на мелкие кусочки – не дай бог, кто-то доберется до дневника и узнает тайну раньше времени. На чистой странице она быстро пишет какую-то муть из интернета, стишки про любовь: «Ты меня бросил, я теперь лодка без весел».
3. Квартира на окраине Калуги. Медсестра психиатрической больницы собирается на работу в ночную смену – без мужа, с сыном школьником на руках, приходится браться за самые неудобные дежурства. Звонок в прихожей заставляет плотнее прикрыть дверь на кухню, где дите делает уроки и идти открывать. На пороге двое крепких мордоворотов и они не слишком церемонятся с хозяйкой:
– Филатова?
– Да.
Гость машет красной коркой перед лицом женщины, но в руки не дает:
– Сегодня твое дежурство?
– Да и я очень спешу.
– Не опоздаешь, мы на машине, подвезем. Не бойся, если сделаешь все как надо, в накладе не останешься.
Женщина опасливо жмется к кухне:
– А если я откажусь?
Один из громил улыбается щербатым ртом:
– Ничего страшного, сироту не бросим, определим в детский дом.
Другой командует, разворачиваясь на выход:
– Поехали, подробности по дороге.
4. Квартира Калугиных на Новослободской улице. Когда Андрей с Верой возвращаются домой после банкета, в прихожей их встречает Ирина Михайловна:
– Тише, не гремите. Я уже уложила Алису спать.
Калугин целует ее в щеку:
– Спасибо мамуль. Вы с ней во сколько приехали?
– Сразу после школы. Ее вещи я тоже привезла после твоего звонка. Андрюш, ты уверен, что девочке теперь здесь безопасно?
Сын самоуверен и даже весел:
– Да, конечно. Никаких проблем. Никто больше не потревожит.
– Тогда что, я забираю Верочку к себе?
Девушка подает голос:
– Ой, я могу здесь в кресле переночевать, чтобы не беспокоить.
Ирина Михайловна смотрит с подозрением то на нее, то на сына – неужели между этими двоими что-то есть? Хоть и двоюродная, но сестра!
Андрей, заметив хмурый взгляд матери, торопится поддержать девушку:
– Уже поздно, мам ты тоже можешь остаться – тебе постелим в гостиной в кресле, а Вере в комнате Алисы.
5. . Психиатрический спец.интернат в Ферзиково Калужской области. Катерина прогуливается по коридору возле палаты для легких больных – ее перевели сюда в преддверии закона о сокращении бюджетных средств на психиатрическую медицину: скоро, таких как она, будут выписывать пачками для амбулаторного наблюдения по месту жительства. Сквозь приоткрытую дверь сестринской, она слышит негромкий разговор санитарок.
– Галь, это что за мужик тебя сегодня привез. Поди, крутой?
– Круче не бывает.
– Ну, расскажи!
– Не суй нос, не в свое дело!
– Ты чего?
– Ничего… Где листок с назначениями Калугиной?
– Вот, в общей стопке. А что такое? Ей что-то новое назначили?
– Вот, именно… Успокоительное на ночь. Чтобы крепче спала.
6. Москва. Следственный комитет. Начальник отдела вызывает следователя, который проводил следственные мероприятия на химическом комбинате Малиновска. Результат поездки оказался катастрофическим и потому подполковник смотрит на подчиненного хмуро:
– Доложи результаты.
Майор заглядывает в папку:
– Гражданка Маргарита Васильевна Реброва по кличке «Василиса» находится в частной клинике под местной охраной. Из комы вышла быстро, но, по мнению врачей, полная амнезия возможна на долгие годы. Есть предложение изъять ее оттуда и обследовать нашими врачами.
Начальник морщится:
– И что потом с ней делать? Если диагноз подтвердится? Она же не сумасшедшая, в психушку не упрячешь. За свои прошлые грехи отвечать с пустой головой не сможет…, будет хлопать ресницами на судей как корова! К тому же журналюги вой поднимут.
Следователь молчит, подозревая, что сейчас последуют конкретные указания и лучше выполнить их четко и быстро. Подполковник шлепает ладонью по столу:
– В общем, так... Пока не вернется память, задерживать подозреваемую бесполезно. Решения о приостановке дела в связи с новыми обстоятельствами и состоянием здоровья, я подпишу.
7. Квартира на Ломоносовском. За шторами ночь. Сомова спит чутко и просыпается от звяканья ключей в замке и возни в прихожей – наконец-то Гоша вернулся со своего банкета. Анюта хочет встать встретить, но тут доносится тихий женский смех и негромкие переговоры. Ого, он не один!
– Возьми бокалы, а я в холодильнике что-нибудь посмотрю: сырку, фруктов, конфет…
Шелест шагов двух пар ног мимо двери, заставляет Сомову приложить ухо к двери. Вот все загадки и разрешились – наверняка и прошлой ночью этот Казанова был не один! Просто девушка упорхнула очень рано, Аня и не заметила ее следов. Снова слышится приглушенный смех, переходящий в бормотанье и громко сказанное женское имя «Лариса»… Сомова снова ложится в постель и накрывает голову подушкой – слушать чужое веселье и эротические приключения ей не хочется. Нужно быстрей отогнать будоражащие мысли прочь и уснуть.
8. Спец.интернат в Калужской области. Санитарный микроавтобус, погрузив спящую пациентку, выезжает за ворота. Маршрутный лист предписывает перевезти ее в другое аналогичное заведение. Главному врачу не нравятся темные личности, проявившиеся вокруг его больной, да и решения о ее выписке на амбулаторное лечение он полагает преждевременным. Лучше еще раз собрать комиссию и обследовать, но на этот раз стороннюю, с другими специалистами.
Когда машина останавливается возле заправки и машину покидают и шофер, а потом и сопровождающий врач, по нужде, Катерина приоткрывает глаза – как она ловко всех обманула! И в первую очередь дежурную медсестру! Она сразу поняла, что лишние таблетки подсунули враги – ее хотят усыпить и передать бандитам! Ее хотят убить! Конечно, она не стала их глотать, только сделала вид, а потом в темноте выплюнула и засунула под простыню. И спать не стала, притворилась. Катя, поднявшись с лежанки, тихонько откатывает дверь микроавтобуса, буквально на полметра, выскальзывает наружу и также тихо закрывает. Вот и все! Теперь бегом в лес и там схорониться, поджидая попутку.
Конец второй части.
Серия 23
Март, 2009 т.
1. Медицинский центр «Села». Укрывшись в служебном помещении, главный врач вскрывает полученные коробки, пересчитывает упаковки с лекарствами, сверяет по списку и убирает внутрь железного ящика. На коробочках английские слова смешаны с китайскими иероглифами и потому приходится еще прикладывать русские стикеры с расшифровкой.
Сейф поделен на три отделения: в верхнем, новейшие лекарства, полученные от солидных западных фирм практически бесплатно, но с условием предоставить полный отчет по их воздействию на пациентов, в среднем – дешевые китайские аналоги проверенных западных брендов, в самом низу – стандартная номенклатура, выдаваемая по рецептам строгой отчетности. Обычные лекарства в «Селе» хранятся в обычных шкафчиках под замком или без. То, что курьер привез сейчас, Сергей раскладывает по двум верхним отделениям сейфа и недовольно ворчит:
– И куда мне их столько? Я ж не реализую.
Описания действия новых препаратов, доктор складывает стопкой – надо будет выкроить время и почитать, что, зачем и отчего.
2. Редакция «МЖ». Зимовский, стукнув костяшкой пальцев по приоткрытой двери кабинета главного редактора, стремительно проходит внутрь. Игорь, оторвавшись от экрана компьютера, поворачивает голову, вопросительно глядя на вошедшего:
– Что-то важное? Я тут ответ пишу в городскую администрацию, не хочу прерываться.
– А это по поводу участия в конкурсе?
– Да, Егоров говорит: будет полезно для рекламы. Так что у тебя?
У Антона в руках несколько листков и он кладет их на стол перед главным редактором:
– Вот, кое-какие мысли по теме нового номера.
– Ага, посмотрю… Озвучь вкратце.
Зимовский задумчиво поднимает глаза в потолок:
– Как тебе: женщины и автомобили, некое сравнение? Типа шикарная блестящая «Хонда», покоцаная жизнью, но бодрящаяся «Волга» или даже «Чайка», современная хабалистая «Лада»… Ну, ты меня понял…
Игорь одобрительно кивает:
– М-м-м, пожалуй, есть повод покрутить… Посмотрю.
И Антон с довольным видом направляется к выходу.
3. Заброшенная деревушка на несколько домов Бычки в Калужской области. Хозяин, вернувшись из соседнего села, раздевшись и разувшись в теплых сенях, проходит с сумками в избу. Его гостья, вздыхая, начинает выгружать продукты на стол:
– Геннадий Евгеньевич, как думаешь, меня еще ищут?
– Кто?
– Я же тебе рассказывала: меня хотели похитить, но мне удалось сбежать в последний момент.
Мужчина задумчиво теребит небритый подбородок:
– Здесь-то точно никто искать не станет.
Женщина вздыхает:
– Мне хочется навестить отца, увидеть дочку. Она наверно уже совсем большая.
– Весной буду перебираться в Москву на все лето, к сыну, а ты, если здесь уже невмоготу, поезжай к отцу, осмотреться и все разведать. Если что, мой номер телефона у тебя есть, помогу, чем смогу.
4. Ресторан «Прага». Уютный кабинет на несколько персон. Заместитель московского мэра и его жена готовы приступить к трапезе, но ждут гостя. Наконец администратор приводит рыжего суетливого мужчину и тот подсаживается к столу. Высокопоставленный чиновник приподнимает бровь:
