сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)
Придя со школы, она закинула сумку под стол, на всякий случай освежила в памяти советы, перечитав статью и пошла искать репетитора. Того нигде не оказалось, значит он, с наибольшей вероятностью, должен быть у себя в комнате. Тсунаеши тихонько постучалась, элегантно запнувшись по пути о ковер и, не дождавшись разрешения, вошла. И слегка замялась. Реборн выглядел как-то непривычно умиротворенно, чистя и смазывая любимый пистолет. А он в хорошем настроении, обычно за нарушение личного пространства он сразу начинал стрелять. Леон, ставший большим для шляпы, расположился на широком плече. Вошедшая девушка нервно поправила края юбки и решила дверь за собой не закрывать, чтоб оставить возможность стратегического отступления. Кашлянула, чтоб привлечь внимание репетитора, который не удостоил ее даже взглядом. Кашлянула еще раз. Третий.
— Никчемная Тсуна, если в горле запершило, иди и… Что ты делаешь?
Девушка не стала терять времени на раздумья и препирания и приступила к делу, делая все в точности так, как говорилось в журнале.
Реборна мало что могло выбить из колеи: за свою долгую и насыщенную жизнь он много чего повидал. Но Тсуна, стоящая у двери и воображающая, что глазами раздает автоматные очереди, с этим успешно справилась. Девушка быстро-быстро переводила взгляд то на киллера, то на противоположную от него стену и от такой амплитуды ее голова слегка покачивалась. Реборн молча наблюдал, поджав губы и не совсем понимал, как реагировать. Когда у девушки в глазах начало слегка плыть, она решила, что пришло время анаконды. Тсунаеши резко замерла, посмотрев, зачем-то, еще слегка исподлобья. Щеки от смущения опять стали предательски пунцовыми. Было страшно от того, что Реборн смотрит в ответ и ничего не говорит.
«Может быть он пленился», — подумала кареглазая.
Леон резко принял форму водяного пистолета.
— Я не знаю и не хочу знать, что за ритуал ты сейчас исполнила, но в мою комнату тебе запрещено заходить, — струя холодной воды попала девушке точно в зрачок, от чего та издала высокий, режущий слух, писк и вывалилась за пределы комнаты, упав на пятую точку. Реборн медленно закрыл дверь так, чтоб из щели было видно его полное осуждения лицо. До вечера они не разговаривали — каждый размышлял о своем.
«Если бы она так сделала при первой встрече с Занзасом, то, я уверен, что Конфликт колец бы не состоялся. Серьезно, что не так с этим ребенком? Может быть я где-то допустил ошибку в ее воспитании? Да нет, чушь, это все гены Иемицу» — пронеслось в голове у Реборна, поглаживающего Леона, который явно находился в стрессе. Морда ящерицы показывала, что он просто играет в жизнь, не понимая, какая роль ему уготована.
Тсуна же все это время пролежала уткнувшись лицом в подушку. Хару, с которой она быстренько списалась по телефону, посоветовала не отчаиваться так быстро и не опускать руки. Написала, что это только первая попытка, и война еще не проиграна.
Тсунаеши не хотела воевать. Она хотела дотронуться до его бакенбард. Но, может быть, достаточно того, что она имеет возможность просто находится рядом: порой можно и малым довольствоваться. Наслаждаться такими моментами, как вчера, надеяться, что они будут повторяться. Вот только как быть, когда она станет боссом Вонголы? Реборн ведь не будет обязан нянькаться с ней до конца жизни.
— Почему это не сработало? — прошипела Тсуна журналу, валявшемуся на полу. Журнал надменно промолчал.
«Ну а что ты хотела, подружка? Что у тебя реально с первой попытки получится разжечь в мужчинке страсть? Не в сказке ведь живешь, открой лучше 13 страницу и посмотри, как делать маникюр, позорище» — скорее всего пронеслось бы в его мыслях. Тсуна нервно хихикнула от своих фантазий и вновь уткнулась в подушку.
Отвлек ее резко севший на кровать киллер. Тсуна подскочила от неожиданности, скомкав одеяло.
— Не заходи так бесшумно, черт возьми!
— Иди ужинать, никчемная Тсуна, маман уже на стол накрывает, — Реборн, как обычно проигнорировал ученицу. Тсунаеши цокнула языком и угукнула. — И если ты считаешь, что твое сумасшествие станет причиной не делать домашнюю работу, то ты ошибаешься, — сказал он, переведя взгляд на одиноко валявшуюся под столом сумку и скрестив руки.
— Хии, почему сумасшествие, Реборн? — Тсунаеши приподнялась на локтях. — Это была игривая анаконда! — выделяя ударениями и микропаузами последние слова, пыталась объясниться Тсуна. Почему он этого не понимает, ведь взрослый же человек? Наемный убийца издал смешок.
— Правда? И игривость анаконды заключалась в безумных бегающих глазенках?
— Я просто предохранитель сняла, — выдохнув и смущенно потупив взгляд призналась Тсунаеши.
На следующий день в их дом приехал Шамал. Внеплановая проверка психического состояния показала, что у девушки все в норме. Но приставучему доктору пришлось, конечно, во всем признаться.
— Тсуна-чуан, ты такая забавная. Обещай дяде-врачу, что больше не будешь так делать. Никогда. Я такой паники в глазах Реборна еще ни разу не видел, — и потянулся к девушке. Тсуна увернулась, с блеском в глазах притянула руки к сердцу, которое билось быстро-быстро. Шамал слился в нежном поцелуе с холодной стеной. Даже та была в ужасе от его бесстыдства, а как же кино-домино, букет ромашек?
«Он волновался за меня!» — радости девушки не было предела. Хотелось прыгать и хлопать в ладоши. В это мгновение она глубоко уверовала в эффективность журнала.
— Шамал-сан, только обещайте, что не расскажете ему ничего.
— Для малышки Вонголы я сделаю все, что угодно!
Комментарий к Часть 2
Реборн не хочет переживать такой стресс в своем возрасте хд
========== Часть 3 ==========
— И в награду ма-аленький поцелуйчик! — медик вытянул губы трубочкой. Тсунаёши не успела возмутиться, как в комнату вошёл Реборн.
Ранее он был выгнан из помещения Шамалом, требующим уважать личное пространство девушки и врачебную тайну. Хотя для всех был очевиден его корыстный мотив. Тень шляпы Реборна падала на лицо, но врач физически почувствовал на себе тяжёлый взгляд киллера. Шамалу даже показалось, что по голове его огрели чем-то чугунным, и в мгновение совратитель мимикрировал под нормального члена социума: втянул губы обратно в лицо, ухмыльнулся, почесал щетину, поправил халат. Тсуна стояла молча и тоже не знала, куда деть руки. Можно было бы также почесать щетину на подбородке, но таковой, к сожалению, на нём не оказалось. Где-то на первом этаже были слышны крики детей.
— Пошли, немолодой повеса, есть что обсудить, — киллер обратился к врачу, а затем устремил взгляд на Тсуну, приподняв поля шляпы. Затем кивнул ей в сторону дверного проема. — А ты успокой свою рыдающую корову, пока я его не выкинул за шкирку. Они с И-Пин разнесли коридор, и теперь это твоя ответственность.
Поэтому этим субботним днём Тсунаёши вновь обратилась к журналу после долгих уговоров Ламбо перестать плакать и помириться с подружкой. Она решила прятать его под матрасом, чтобы вездесущий киллер не раскрыл её план. Если он обнаружит её сокровенный источник ценнейших руководств по обольщению, то всё обернётся крахом. Тсуна почему-то переживала, что он может возненавидеть её и, может быть, выгонит из дома. Хотя это он жил у неё уже почти два года. Этот красавец вообще хоть раз платил за аренду? Стоп, а где находится ее паспорт и свидетельство о рождении?
Тсунаёши отогнала все лишние, напавшие роем мысли, и погрузилась в чтение.
«Совет седьмой. Готовка
Прописная истина: путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Но многие девушки забывают об этом маршруте, а зря! Вкусная стряпня — безусловно, панацея от одиночества. В этом деле вашим верным товарищем станет Месье Холестерин. Если откормить мужчину достаточно сильно, он физически не сможет от тебя убежать. У тебя есть прекрасная возможность подавить его волю к жизни, растоптать остатки его самоуважения и эмоционально привязать к себе. Не упусти её!
Воспользуйся нашими рецептами в разделе «Кулинария». Там ты найдёшь простые рецепты из того, что есть дома в каждом холодильнике»
Тсуна бегом устремились к маме, упав всего лишь с четвёртой ступеньки. Нана поливала цветы в гостиной. Помирившиеся дети сидели почти вплотную у экрана и завороженно наблюдали за жизнью южноамериканских попугаев. Тсуна могла поставить все свои карманные деньги на то, что следующую неделю они будут ходить за ней и умолять купить птицу. Просто прошлый просмотр передачи про животных закончился тем, что они страстно захотели стаю каких-то там приматов. Тсунаёши уже хватало своих —детям пришлось отказать.
Тсунаёши подошла к матери, облокотилась на окно, кончиками пальцев погладила
лист бегонии и буднично спросила:
— Мам, у нас ещё не закончились печень гуся, трюфели и коньяк?
— Милая, но у нас их отродясь не было. У нас есть рис с рыбой и сакэ, — Нана удивилась такому вопросу. Затем её щеки слегка порозовели, и она мечтательно начала заливать горшок с бедным растением. — А знаешь, твой папа однажды купил нам коньяк. Тогда была наша годовщина. Буду с тобой честна, мы с ним так оторвались, — на этом слове она слегка потрясла плечами. — Как вы, молодёжь, говорите, — женщина ласково заправила дочери прядь волос за ухо. — А через девять месяцев родилась ты.
Тсунаёши застыла с выражением шока и отвращения на лице. Её мать никогда не делилась с ней такими вещами, как эта. И, если честно, Тсуна была бы не против находиться в неведении о своём алкогольном зачатии.
— Это всё объясняет, — неожиданно её волосы потрепал Реборн, появившийся будто из ниоткуда.
Ну как потрепал. Голова Тсуны от таких колебаний чуть не рассталась с шеей, а на образовавшееся из волос гнездо не посмотрела бы ни одна уважающая себя ворона. И Тсуна ещё собирается готовить этому грубияну?! Да, он от неё зачерствевшего бублика век не дождётся!
Девушка, скидывая руку мужчины и одновременно пытаясь пригладить непослушные волосы, повернулась, чтобы высказать ему мнение о его же малоприятной персоне. Но ухмылка репетитора и прищур глаз со смешинкой поумерили её пыл. Она сглотнула, вспомнила о своей цели и гордо прошествовала на кухню. Может быть, мама что-то напутала, раз был в её жизни коньяк, то и трюфели точно где-то завалялись. Киллер пошёл за ней следом. Нана тихонько хихикнула и вернулась к растениям. Тсунаёши обшаривала все шкафы, тумбочки и ящики, громко хлопая дверцами, но заветного гриба действительно нигде не было. На вопрос Реборна о том, чем она занимается, ответила как есть. Вдруг он ей поможет. Хотя это явление происходит реже парада планет, и рассчитывать на него не стоит.
— Никчёмная Тсуна, ты должна стать идеальным боссом Вонголы, а становишься поросёнком-ищейкой, — киллер поправил пиджак и сел на стул.
Оттуда наблюдать за девушкой было удобнее. Как всегда он источал ауру самодовольства. В своей голове киллер уже прокручивал тысячу вариантов, как может развлечь себя за счёт Тсуны. Вернее, какой ценный урок и тренировку он может сегодня провести.
— Между прочим, всё чисто, я нигде не насорила. Причём тут поросята? — задав риторический вопрос, девушка спрыгнула со стула, упёрлась руками в бока, прикусила губу и задумчиво покосилась куда-то в угол.
Реборн всегда считал закатывание глаз жестом недостойным его персоны, но девушка изо дня в день настойчиво старалась заставить киллера изменить своё мнение. Она присела на корточки и обшаривала внутренности газовой плиты, наполненной сплошь сковородками всевозможных диаметров.
— Можешь не искать, всё так, как сказала маман. Зачем они тебе вообще нужны, никчёмная Тсуна?
Тсуна засомневалась, стоит ли рассказывать о том, что хочет что-то приготовить, тем более ему. В журнале ничего об этом не говорилось, не указывалось, что обязателен элемент сюрприза для человека, которого собираются очаровывать. На самом деле, будет даже лучше, если он поприсутствует на кухне, пока она готовит. Пусть посмотрит, какая она хозяюшка. Хоть Тсунаёши за свою жизнь научилась готовить лишь рамен быстрого приготовления и банальную яичницу, она надеялась, что в процессе готовки пробудится какой-нибудь ген «Нана 47». Логично, что на кухне всё должно быть легко и просто, главное чётко соблюдать рецепт.
— Да так, хотела быстренько состряпать фуаргу, — девушка пожала плечами с таким видом, будто решила заварить чай. Киллер фыркнул со своего места.
— Фуарга? — он издал пфыкающий звук. — Настоящий французский изыск.
Тсунаёши кивнула с видом знатока, внутри расстроенная, что план не получится осуществить. Гиперинтуиция подсказывала перевести взгляд с репетитора на настенный шкаф. Над лохматой головой загорелась маленькая лампочка. Пока она обыскивала кухню, заприметила на полке пачку спагетти. Их однажды готовила Нана, когда в дом Савад приезжал Дино, как всегда со своей оравой людей. Домохозяйка тогда решила накормить мафиози их традиционной кухней. Она тогда скупила почти все макаронные изделия, которые нашла в супермаркете, и к счастью Тсуны, осталась одна пачка. Реборн ведь самый что ни на есть итальянец! Это даже гениальнее, чем какая-то печень раскормленной птицы. Да и что может быть проще, чем закинуть макароны в кипящую воду?
— Тогда приготовлю спагетти, — сказала девушка, резво запрыгивая обратно на стул.
— И что за неожиданное желание готовить? Я в тебя не учебником кинул, а поваренной книгой?
Когда Тсуна слезла и обернулась, мужчина каким-то образом переоделся в костюм шеф-повара. Беленький такой, с платочком в цвета флага Италии и огромным, просто гигантским колпаком. Тсуне он напомнил какую-то праздничную поганку.
Да, о костюмах. После снятия проклятья Аркобалено осталась одна неожиданная особенность Реборна — страсть к переодеванию, которой он периодически прибавлял на голову девушки седые волосы. Она-то думала, что это то, что исчезнет из её жизни в первую очередь, но мужчина надежд не оправдал.
Однажды он заранее предупредил её, что проведает девушку в школе. Должен был пройти очередной тест, видимо, он хотел присутствовать лично, желая всё проконтролировать. То, что он уведомил девушку заранее, было неожиданностью. Киллер никогда никого не ставил в курс дела и не предупреждал о своих зверских и тиранических планах заранее.
Девушка весь день вздыхала, вспоминая, как Реборн переоделся в мистера Рибояму, когда находился ещё под проклятьем. Она ожидала увидеть что-то похожего формата. Её фантазия разыгралась, и она уже почти видела перед собой Реборна в каком-нибудь бежевом или, может быть, тёмно-зелёном пуловере, классических тёмно коричневых штанах, а, может быть, даже в джинсах. Она никогда не видела его в джинсах, если так подумать. В повседневной жизни он всегда был статным мужчиной в классическом костюме и в отличной шляпе. Разве что в виде редчайшего исключения мог надеть цветную рубашку или галстук.
И именно поэтому фантазия об учителе Реборне была такой сладкой. Ох, а как здорово он бы смотрелся в очках. Или если бы одна из прядей его зачёсанной назад чёлки упала бы на лицо, пока он проверял бы тест своей ученицы. Тсунаёши, щёки которой тронул лёгкий румянец, повернула голову к открытому окну. От лица мгновенно отошла вся кровь, из мира фантазий её резко выбил вид огромного голубя, в груди которого торчало сосредоточенное, полное серьёзности лицо киллера. Тсуна застыла в шоке, глупо открыв рот. В какой-то момент их взгляды пересеклись.
«Какого чёрта этот ненормальный творит?»
Она в панике пробежалась глазами по классу. Кажется, никто, кроме неё, не заметил аномально огромную птицу с человеческим лицом в теле. Пока она осматривала комнату, Гокудера показал ей большие пальцы вверх, Ямамото улыбнулся до ушей, а Киоко украдкой помахала ладошкой. Всё как обычно. Никто опять ничего не замечает, что не так с этими людьми?! Что не так с ними всеми?
В голову ей прилетела какая-то палочка, обмотанная запиской. Девушка отчаянно не хотела прикасаться к бумаге. И как он умудрился что-то написать и кинуть? В костюме не было никаких видимых отверстий ни для рук. Ни для ног? А каким образом он влез на ни в чём неповинное дерево? Она вновь перевела взгляд на окно. Реборн сидел уже на соседней ветке, находившейся чуть ближе к окну. Розовые голубиные лапки с огромными когтями мёртвой хваткой впились в дерево, голова птицы зловеще кивала так, будто она была живой.
Тсунаёши в панике развернула записку, в которой аккуратным почерком было написано:
«Хаос. Не отвлекайся от теста, никчёмная Тсуна. За ненормального ты понесёшь отдельное наказание. Готовься.»
