156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Маша и Дракон (СИ) » Текст книги (страница 1)
Маша и Дракон (СИ)
  • Текст добавлен: 8 августа 2018, 14:00

Текст книги "Маша и Дракон (СИ)"


Автор книги: Полина Белова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Маша и Дракон
Полина Белова

Глава 1.

Я стояла перед большими кованными воротами. Массивные, чёрные, с витиеватым рисунком, они были входом на территорию с огромным парком и двумя внушительными старинными зданиями с белыми колонами и широкой лестницей. Это ворота в мою новую жизнь. Там, за ними, был элитный колледж, где отныне мне предстоит учится. Ещё совсем недавно я и не мыслила ни о чем подобном. Для меня будет это впервые – учиться вместе с другими учениками, сидеть с кем-то за одним столом, общаться... Мой первый документ о неполном среднем образовании я получила этим летом. Уютная сельская школа находилась в небольшом посёлке у подножия гор. Все время обучения, я появлялась в ней раз в год, весной или в начале лета. До самого окончания поселковой школы я сдавала экзамены за год, экстерном.

Я робко вошла в ворота, точнее в калитку сбоку, потому что створки ворот открывали для машин. Одна, как раз, с тёмными стёклами, въехала на территорию. Специально дежуривший тут молодой охранник в красивой светло-серой форме бегом открыл створки, а потом так же быстро снова затворил их. Этот же паренёк заметил меня. Видимо, отметил про себя, что девушка в форме колледжа, явно студентка, стоит с небольшим чемоданом в руках (в нем был весь мой нехитрый скарб). Я неловко переминалась с ноги на ногу, не решаясь войти, когда охранник вежливо поинтересовался не нужна ли помощь. Сама я, не знаю сколько ещё так проторчала бы, если бы не он. На мои робкие пояснения, что, новенькая и нужно в общежитие, охранник подсказал мне и как пройти, и где найти комендантшу. Медленно пошла в нужном направлении, огладываясь вокруг. Как же тут здорово! Высокие толстые деревья, надёжные такие, старые. Клумбы оформлены узорами из цветов и камней. Увидела небольшой фонтан со скульптурой девушки с кувшином, из которого журчала тонкая струйка воды. Неожиданно из-за декоративного кустарника, куда сворачивала вымощенная узорной плиткой аллея, вышла мне навстречу группа парней. На них были одежды, которые похожи на форму, потому что, хоть вроде бы и разное всё, но с общим элементом: изображение чёрных драконов. Очень впечатляющая компания, связываться сразу не хочется, была бы возможность спрятаться, сразу бы так и сделала. А так, я просто сжалась вся, подобралась и осторожно шла мимо, кажется, даже дышала тише. Их было шестеро. Высокие, широкоплечие, походка уверенная. Скользнула взглядом и отметила парня в центре. Конечно, он сразу привлёк моё внимание. Такой классный! Волосы падали на левый глаз и он неосознанно мотнул головой, потому что они ему мешали. Мне почему-то вспомнилась песня про коня, там были слова «косит лиловым глазом». Три парня справа от «Коня» были блондинами, и опять песня про коней вспомнилась, которые уносят в «звенящую снежную даль – Декабрь, Январь и Февраль». И лица у них были какие-то отмороженные что ли, высокомерные, недобрые прямо скажем, от них холодом зимним веет. Декабрь и Январь – близнецы, похожи как две капли воды, а Февраль , хоть и высокий, но в их компании самого маленького роста (и месяц короткий, так что все логично). Остальных двоих не успела рассмотреть. Нечаянно встретилась взглядом с тем, с «лиловым глазом» . Ох, испугалась... И почему-то стало стыдно, что как бы подглядываю за ними. Я быстренько отвернулась от этих «породистых жеребцов» и ускорилась, почти побежала в нужный корпус.

В общежитии колледжа девочки жили по двое. Когда толстая важная комендантша привела меня в комнату, где мне предстояло жить ближайшие два года, там уже сидела на одной из кроватей очень миленькая, стройная девушка с длинными чёрными волосами. Моя соседка представилась Линой. Она несколько секунд с любопытством рассматривала меня, а потом сразу начала расспрашивать: кто мои родители, где мой дом и тому подобное. Я рассказала, что мой дом высоко в горах. Хотя дом – это громко сказано. Так, небольшое строение, где проживали мы вместе с бабушкой. У нас было небольшое хозяйство – куры, собака, кошка. В прежние времена это была научная станция, где бабушка работала поварихой, завхозом, уборщицей. Когда-то давно, совсем юной, она приехала на гору с мужем, который был значительно старше её и работал научным сотрудником на этой самой станции, прожила на ней всю жизнь, и, когда дедушка умер, осталась рядом с его могилой. Я жила с бабушкой, а сейчас она умерла. Лина узнала, что через два месяца мне будет шестнадцать. Вопросы звучали все суше и как-то бесцеремонно, поэтому я отвечала неохотно, скупо. Узнав, что я сирота и дом мой халупа в горах, Лина замолчала, задумалась, а потом выбежала из комнаты. Я выглянула за дверь. Интересно стало, куда она рванула. Соседка стояла возле комендантши и гневно требовала переселить её в другую комнату. Я захлопнула дверь и на секунду прижалась к ней спиной. Потом побрела к кровати и забралась на неё с ногами, обхватив колени руками. Вскоре Лина вернулась. Судя по насупленному, недовольному виду ей отказали. Больше она не стала говорить со мной, сделала вид, что занята, а потом и вовсе вышла из комнаты. Было так обидно и неуютно. Набралась смелости и вышла следом.

В конце коридора были большие двойные двери – вход в общую гостиную. Я осторожно прошла туда и остановилась, не решаясь войти. Там, по ту сторону чуть приоткрытой двери, были юноши и девушки, некоторые знакомились, но было видно, что большинство знали друг друга.

Так сложилось в моей жизни, что бабушка не только единственный родной мне человек, но и единственное моё общество на многие месяцы на горе. Научную станцию закрыли, все сотрудники уехали, а бабушка осталась сторожем. Раз в месяц она спускалась в посёлок у подножия горы, получала зарплату и делала необходимые закупки. Дорога вниз и вверх вилась серпантином и была местами довольно сложной, а потому – пешей. Мы, конечно, не были полностью оторваны от мира и людей. Время от времени к нам заходили лесники, охотники, работники с лесхоза. Мы их кормили, если нужно было, предоставляли ночлег. Это было дополнительным доходом для нашей маленькой семьи и всегда радостью для меня. Охотники рассказывали разные истории и всегда жутко хвастались. Один лесник даже подарил мне куклу! Этот добрый дядька знал, что будет недалеко от станции и зайдёт обедать к нам, вот и приготовил подарок для девочки. Такого шикарного подарка в моей жизни не было! Кукла была небольшая в нарядном голубом платьице с оборочками, в крошечных белых туфельках и с длинными волосами перехваченными голубой ленточкой. Она и сейчас есть у меня. Потом, долго я представляла, что этот лесник мой папа. На станции были мощные антенны, аппаратура и огромный работающий телевизор. Когда станция работала все оборудование на ней было новейшими разработками, последним словом науки и техники. Я, особенно зимой, проводила часы перед телевизором. Смотрела все подряд. Так вот, там в сериалах у героев были друзья и приключения. И теперь, когда вокруг меня было так много людей, мне тоже так хотелось друга! Любого! Хотя бы одного! Но выйти в гостиную, где все болтали, смеялись, шутили между собой было так страшно! И я продолжала стоять за дверью, подглядывая за всеми в узкую щёлочку. Вдруг увидела Лину и услышала как она возмущенно рассказывает кому то:

– Подселили ко мне нищенку, я отцу расскажу! Таким не место в нашем колледже. Вы бы её видели, девочки! Двух слов связать не может. Господи, за что мне такое! О чём я с ней буду разговаривать? А вдруг она будет воровать у меня? Мне что, накупить замочков и навесить на все шкафы и завезти сейф для украшений? Кстати, у неё даже уши не проколоты. Как можно в наше время ходить без серёжек? Она из леса к нам вышла, с какой то горы слезла на мою голову!

Дальше я не слушала, убежала в комнату. Села на кровать, в свою любимую позу, поджав колени к груди и запечалилась. Как я завтра пойду на занятия...

Мне раньше казалось, что люди, которые живут там, внизу под горой, лучше меня во всем. Я задумалась о себе. Оценки хорошие, но достаточно ли знаний для этого колледжа? Иностранные языки для меня не были проблемой. На нашей станции, пока она действовала годами работали учёные из разных стран: Японии, Китая и других. Я бегло говорила на шести языках, но ни писать, ни читать на них не умела. Испанец, Энрике, научил меня игре на гитаре. А ещё мы с ним любили танцевать танго. Я была единственным ребёнком и в свободное время интернациональное взрослое население станции с удовольствием возилось со мной. Только все закончилось, когда мне и двенадцати не исполнилось. А потом только телевизор и книги. Я смотрела сериалы про школьников и представляла мир внизу через призму этой телевизионной каши. Библиотека на станции была отличная, но все же книги в основном были научные.

Я понимала, что начинается новая жизнь, но шла в неё совсем одна. Весь мой опыт был почерпнут из книг и телевизора. Чувствовала жуткую неуверенность, казалось, что я маскируюсь, только притворяюсь настоящей в этом чужом мире. Вот бы найти друга...

Глава 2,


Глава 2.

Мои мечты о друзьях не сбылись. Прошло две недели занятий. Я одна. Одна за партой, одна на перемене, одна в столовой... Не то чтобы со мной не разговаривают или обижают. Просто сторонятся, просто не дружат, смотрят свысока. Сначала обнаружилось, что не очень успеваю по предметам. У ребят уровень явно был выше. Зато мне было делать нечего, кроме учёбы, и никто, и ничто не отвлекало от занятий во время и после уроков. Учёба стала моим единственным занятием и развлечением и я быстро нагоняла класс. Хотя я ещё развлекалась тем, что наблюдала за всеми. Как будто снова смотрела телевизор...

Прошёл почти месяц. Как-то, во время большого перерыва в занятиях, я сидела на небольшом декоративном валуне, нагретом на солнце в такой необычно тёплый осенний денёк, в сторонке от весёлых компашек и уже привычно наблюдала. До меня доносились смех, обрывки разговоров. Вдруг всё шумное студенческое сборище словно волной пошло. Внезапно все ринулись в сторону приближающейся компании парней. Кто-то пошёл навстречу, некоторые подошли поближе, сделав лишь несколько шагов, а некоторые просто развернулись в их сторону. Я стала на валун, чтобы получше всё рассмотреть. Троица была очень стильная, я уже знала их имена: Стас, Филлип и Виктор. Шли будто это показ мод. Местные звезды, я так понимаю музыкальная группа колледжа, но я их не слышала. На тусовки, вечеринки я не ходила. Лина почти каждый вечер куда-то бегала. Обычно, когда она возвращалась, я уже спала. У парней были длинные модельные стрижки, поблескивали часы на руках, наверное дорогие. Выглядят круто и немного небрежно, хотя одеты как мы все, в форму колледжа. Девчонки вьются около них, как мошки вокруг яркой лампы. Попискивают что-то заискивающе. Противно хихикают. Хор прилипал. Местная красотка лидирует, солистка – смеётся громче всех, говорит наглее. Хотя, может это я так от зависти? Марина действительно очень красивая. Блондинка, голубоглазая, волосы длинные, густые. А главное, возле неё всегда много подруг. И парни рядом вертятся, всегда готовы любую её просьбу выполнить. Я решила уйти в корпус. Но как-то неловко спустилась с валуна, нога подвернулась, я громко охнула и шлёпнулась. Бли-и-н, как неудобно... Все затихли, поднимаю глаза, а мне протягивает руку один из трёх красавчиков, Стас.

О бог ты мой! Что делать? Медленно, неуверенно, вложила свою ладошку в протянутую руку и Стас помог мне подняться. Потом вдруг наклонился, обрусил мне юбку и поднял сумку. Я буквально выхватила свои вещи у него из рук, буркнула «спасибо» и прихрамывая практически побежала в корпус. Тело буквально дрожало и дыхание сбивалось. В моей «наблюдательной» жизни стать центром события – это стресс.

С этого дня закончилась моя спокойная жизнь. Но тогда я даже не догадывалась об этом. В класс все возвращались странно поглядывая на меня. Я не могла понять, что происходит и нервничала. После окончания занятий все потянулись в столовую, на обед. Ко мне подошёл Ян, наш староста:

– Слушай, мне приказано присмотреть за тобой до возвращения Драконов. Прошу, не общайся со Стасом.

– Каких ещё драконов? – я растерялась. И тут вспомнились те парни, которых я встретила в самый первый день. То, что Ян подошёл и обратился ко мне было удивительно, волнующе. Для одного дня слишком много событий в моей жизни. Со мной почти не разговаривали. И я не знала радоваться или пугаться любым изменениям.

– Ты может видела компанию из шестерых парней в колледже, такие... с драконами на одежде. Это и есть Драконы. Они так себя называют. Опасные ребята. Чтобы не приказали, лучше с ними не спорить. У нас в с ними никто не спорит, даже учителя. – Ян замолчал, глядя на меня, ожидая какой-то реакции, но я только смотрела на него, ожидая продолжения пояснений. – Они сейчас в гонках участвуют, поэтому их нет в колледже. А у Стаса будут неприятности, если ты с ним будешь общаться. Он гордый, сам не откажется. Видно, ты ему понравилась. – Ян вздохнул и как-то печально посмотрел на меня, словно он понимал Стаса, потом почему-то добавил – Ты это... не бойся, постарайся лучше Гору понравится. Это один из драконов, Святогор Белов. Может слышала? – Я отрицательно покачала головой.

– Может всё обойдётся. – продолжил Ян – Ты очень красивая, но такая тихая...– он покраснел и чуть отвернулся от меня, пряча глаза – Пойдём, что ли, провожу до столовой?

Я пошла. И думала только о том, что только что мне сказали, что я красивая. Все остальное просто проплывало мимо: длинные коридоры, любопытные взгляды, вестибюль перед входом в столовую... Я кра-си-ва-я... Я красивая? Или для Яна я красивая? А я действительно красивая? Мне вдруг стало казаться, что только что я получила признание в любви. На вскользь оброненном старостой нехитром комплименте я уже надумала целый роман, куда там Ромео и Джульетте! И вдруг, поняла, что стою перед одним из Драконов, Гором, если правильно запомнила, а герой моего романа просто развернулся и ушёл, получив разрешающий кивок от «лилового». Любовная история в моей голове рассыпалась как карточный домик, а Ян так и не узнает как горячо я любила его почти две минуты!

Через час я приходила в себя в своей комнате. Вспоминала допрос, который мне устроили в столовой. Как-то так вышло, что я прошла за Гором, он сел за накрытый столик для шестерых, где уже сидели остальные Драконы, а я осталась стоять у столика, как служанка какая или официантка. Мне задавали вопросы таким тоном, что даже не приходило в голову не отвечать или возмущаться. Честно говоря, от робости я отвечала так тихо, что удивляюсь что мои ответы вообще слышали. Итак Драконы выяснили, что я нищая сирота из глубинки, которой по доброте душевной оплатили крутое обучение. Почему в их колледже – не знаю.

Я задумалась... И, правда, зачем в таком крутом заведении? Я сама не задавалась таким вопросом.

Этой весной я относила на стоянку охотников заказанный обед, по пути домой сделала крюк в сторону, посмотреть на любимую полянку первых весенних цветов. Деревья ещё были голые, но почки уже набухли, пахло весной. Неожиданно начался дождь, я поспешила домой поскользнулась, упала и скатилась в ложбину. Поднялась, с досадой, потёрла ушибленный бок и в двух шагах от себя увидела человека. Мужчина лежал на животе, рядом валялось охотничье ружье. Мне показалось, что он мёртв, но испугаться я не успела, потому что услышала тихий стон. Нога его была вывернута под неестественным углом. «Здоровый какой» – думала я, когда, тяжело дыша, волокла его на двух больших ветках связанных поясом, этакая волокуша самодельная. Ногу дядьке я кое-как зафиксировала, примотав шарфом к его ружью. Хорошо, что тащила вниз, по спирали, и прошлогодние листья, лежащие плотным слоем, были мокрыми из-за дождя и скользкими. Иначе, я бы просто не осилила. Правда, мне было очень скользко идти, к тому же, из-за неподъемной тяжести я много раз падала. Каким облегчением было свалиться на ступеньках, до которых я практически уже ползла, таща за собой волокушу с дядькой! Эти последние метры по ровному двору были самыми тяжёлыми. На следующий день я сообщила о найденном охотнике лесникам. Но дядьку забрали только через неделю. Мы с бабушкой вдвоём ухаживали за ним, как могли. Много позже я узнала, что, он человек богатый, его очень искали несколько поисковых групп. На охоте он был с товарищами, но заблудился, поскользнулся, неудачно упал, и так оказался у нас. Пока, после моего сообщения, лесники сообщили кому следует, пока там сопоставили находку и пропажу, пока организовали пеший перенос с горы, так и прошла неделя.

После весеннего происшествия прошло несколько месяцев. В начале лета я спустилась с горы, сдала экзамены и получила аттестат о неполном среднем образовании. В прежние годы, каждый раз мы с бабушкой останавливались дома у директора школы где-то на неделю. Старенький директор школы был другом моего дедушки. Он помогал мне получить первое образование экстерном и следил за моим обучением. В это лето я спустилась на экзамены сама. Бабушка неважно себя чувствовала. В середине лета ей неожиданно стало хуже. Она не пролежала и недели, особо не жаловалась, и умерла... Просто не проснулась. Если бы я только могла предположить, что бабушка заболела так серьёзно! Я похоронила её рядом с дедушкой. Мне больно вспоминать эти дни, чувствую вину.

После похорон время тянулось тоскливо и одиноко. Я была совсем одна. Потеряно толкалась из угла в угол. Ходила за ягодами. Это лето было очень урожайным на ягоды. Мне просто хотелось уйти из дома. Я бродила по склонам и мне казалось, бабушка ждёт дома. Однажды, вернувшись, я обнаружила гостя. Того самого дядечку с поломанной ногой, которому нам случилось помочь весной. Оказывается, все это время он лечился, проходил реабилитацию, а сейчас приехал поблагодарить спасительницу. Я покормила его остатками обеда для охотников, который я готовила на заказ. Пока он кушал, мы болтали о его лечении, он расспрашивал о бабушке. Узнав о моих обстоятельствах, он неожиданно предложил мне переехать в город и учиться в колледже. Пообещал помочь получить специальность и устроиться на работу. Раньше я бы отказалась, но после смерти бабушки мне было слишком тоскливо и невыносимо одиноко, так хотелось что-то изменить и я согласилась.

Откуда я знала, что это одно из лучших элитных заведений закрытого типа? Может потому что такое, с постоянным проживанием на полном обеспечении подростков с 16-ти до 18-ти лет было в наших краях одно? Наверное, жена опекуна не захотела, чтобы я проживала у них. Он перед колледжем привёз меня в свой дом и я даже ночевала там две ночи.

Помню, когда мы вышли с поезда, я впервые в живую, не по телевизору, увидела город, огромные дома. Казалось, попала в волшебную сказку. И страшно и хорошо. На следующий день жена спасённого сводила меня в салон, где мне впервые в жизни сделали маникюр и стрижку на длинные волосы. Мне так понравилось, что я старалась посмотреть на себя не только в зеркалах салона, но и в каждой витрине по дороге к дому благодетеля. Сначала смотрела на своё отражение, потом взгляд цеплялся за выставленные товары. В одной витрине были красивые манекены, наряженные в вечерние платья, в другой – огромный многоярусный торт с крошечными женихом и невестой сверху. Как же всё интересно! Но жена благодетеля торопилась, и я спешила следом за ней, боялась отстать и остаться одна на оживлённой улице. Кстати, спасенный дядечка оформил опекунство. Мне было неполных шестнадцать лет, поэтому в таких бумагах была необходимость, хотя, я видела, ему, а точнее его жене, это не совсем по душе. Я им очень благодарна, хотя мне однозначно дали понять, что на данном этапе с благотворительностью покончено и для меня сделали больше, чем планировали. Итак, я получила напутствие окончить колледж, в котором учёба мне была оплачена, а потом, при необходимости, дали разрешение обратиться за помощью в поисках работы. Я в основном молчала, боялась сказать что-то не так, только повторяла «спасибо огромное!». Однажды утром я взяла новенький чемодан, с набором новеньких вещей от опекунов и пошла в колледж сама. Точнее поехала на такси. Опекуну срочно куда то нужно было, а его жена не стала заморачиваться возней со мной. Она вызвала такси, назвала водителю адрес колледжа и попрощалась со мной.

После допроса Драконы разрешили удалиться – «лиловый» махнул рукой, отпуская. А точнее отмахнулся как от мухи. Я и ушла. Даже есть не стала. Сбежала в комнату. А потом, (о чудо!) пришла Лина и чуть ли не впервые стала болтать со мной выспрашивая подробности. Вытянув все, что смогла, убежала. Видно, понесла докладывать разведанные своим подружкам. Я было села за домашние задания, но ничего не лезло в голову. То вспоминала, что меня назвали красивой, то драконов и неприятный допрос, то Стаса. Как высокомерно «лиловый» цедил вопросы... И при этом они, жеребцы бездушные, неторопливо ели. А я стояла и отвечала! Вдруг всё это показалось невыносимо унизительным! Я решила стать ещё незаметнее и держаться от этих Драконов подальше, и от Яна , и от Стаса. Все равно противопоставить им всем мне нечего. Воевать стоит, только если есть надежда на победу.

Глава 3.


Глава 3.

Мой папа был единственным сыном. Бабушка рассказывала, что когда пришло время мальчику идти в школу, его отправили в город, к его бабушке с дедушкой, моим прабабушке и прадеду. Школьные и студенческие годы он провёл в городе. Там же женился. Но его первый брак был недолгим. Мама умерла, когда мне было три, от рака. Мы с бабушкой почти не разговаривали о маме. Я её совсем не помню, а бабушка невестку совсем не знала, видела разок на свадьбе сына и все. После смерти мамы папа привёз меня к бабушке. Он не очень ладил с родителями мамы и они не признавали ни его, ни меня. Бабушка говорила, что папа хотел, чтобы я временно пожила на станции, но потом ему предложили работу за границей и он уехал, а я осталась у бабушки насовсем. Прошло время, папа снова женился, там, за границей, у него появились другие дети... Я его не помню, как и маму, хотя он жив.

Здесь, в колледже, я узнала как много значат родители, для определения статуса студента. Постепенно приходило понимание, что я никто и ничто для них только потому, что сирота без средств. И не важно, что я уже по успеваемости среди лучших студентов. И то, что красива не так уж плюс, скорее минус. Красота без защиты беда...

Поначалу я ещё ничего не поняла. По-прежнему мышкой пробегала по коридорам колледжа, подолгу сидела в библиотеке над домашними заданиями, последней приходила в столовую быстро ела одна, когда вокруг было уже полупусто. После памятного допроса прошло недели три. Обычно в выходные я бродила по пустой территории колледжа. Все студенты разъезжались по домам и весь этот огороженный высоким забором мир был в моем распоряжении. В тот день был мой день рождения. Было утро субботы. Столовая в выходные не работала, но я запасалась сухпайком накануне. Позавтракала пирожком с мясом, запила водой и твердо решила выйти, наконец, в город. Одевалась, причёсывалась тщательно. Выложила из учебной сумки предметы для занятий, положила расчёску и задумалась...Что ещё ложат в сумку для прогулки? Ничего не придумала, так и пошла с одной расчёской в сумке. Я уже почти вышла с корпуса, когда на плечо легла тяжёлая рука. Я даже присела, от неожиданности и страха голос пропал. Гор...

Ни слова не говоря, он привёл меня, крепко держа за предплечье, в комнату. Потом узнала, в его комнату. От ужаса совсем не соображала и ничего не видела вокруг. Закрыл за нами дверь и буднично так сказал:

– Раздевайся. – Я продолжала стоять не шевелясь.– Раздевайся или пойдёшь отсюда в рваных шмотках.– Обхватила себя руками, будто могла защититься так, наивная. Он быстро подошёл, резкими, рваными движениями опрокинул меня на кровать животом вниз, задрал юбку, одним движением стащил колготки заодно с трусиками и ещё через мгновение я почувствовала как мне широко раздвигают ноги и внутрь будто кол вставляют в самое сокровенное место. Адская разрывающая боль, которая становилась сильнее и сильнее с каждым толчком. А он толкался и толкался сзади, крепко держа меня за бедра. Я пыталась вырваться, руки беспомощно хватались за покрывало на кровати, рот открылся в беззвучном вопле, но так и не издал не звука, голоса просто не было. Наконец, я почувствовала, что меня не держат. И поползла вперёд по кровати на другую её сторону. Там скатилась на пол и сжалась в комок, выглядывая так, что выше кровати были только глаза. Боль стала терпимой, но казалось внутри, между ног, по-прежнему находиться что-то постороннее, огромное, причиняющее боль и неудобство. Я наблюдала как Гор скрылся за небольшой внутренней дверью, послышался шум воды и через некоторое время он снова появился. Выглядел как обычно. Джинсы, футболка с драконом.

– Топай отсюда. Свободна! – я не понимала, что это он мне. Слова слышала и не понимала.

Гор поднялся. Бросил ключи на кровать.

– Когда надоест торчать за кроватью, дверь закрой, ключи отнеси коменданту. – и ушёл.

Я смогла нормально вдохнуть, всхлипнула раз, второй потом разрыдалась. Не знаю, сколько плакала, но стало легче. Медленно поднялась с пола. Мельком отметила небольшие бурые пятна на полу. Кровь. Опустила глаза, кровь на ногах. Сделала несколько шагов. Больно. А потом вдруг пришло понимание и стало стыдно. Господи, меня изнасиловали! Я подобрала с пола свои колготки с трусами внутри, взяла ключи, вышла, заперла дверь и пошла в свою комнату. Вот и день рождения!

Выходные пролежала на кровати, ничего не хотелось, ходить было больно. Время от времени я снова и снова мылась в душе. Но разве это смоешь? Вспоминала утро субботы и думала: что сделала не так? Пыталась решить как быть дальше. Самое странное, никаких мыслей о самоубийстве или мести Гору у меня не было. Если я умру никто и не вспомнит обо мне, не заплачет. Я не нужна никому, кроме самой себя. Пусть умирают гады и подонки, а такие как я должны жить. Я не сделала ничего плохого этому миру и буду счастливой. Только не сейчас. Потом, но обязательно буду! А женщинами все становятся рано или поздно. Я не перестала быть собой, что бы мне этот гад не сделал. И отомстить не могу. Я не Моська на слона бросаться. Я думала как спасти себя. И не придумала ничего лучше, чем сделать вид, что ничего не было. Вспомнила про ключи от комнаты Гора и отнесла их коменданту. Ещё не хватало, чтобы он пришёл за ними ко мне!

Глава 4.


Глава 4.

Тяжелее всего было в первый день. Вот уж понедельник день тяжёлый. Не представляла как встречусь с Гором. Как он поведёт себя, что скажет. Но все оказалось просто. Он не обратил на меня внимания. То, что для меня было концом света, для него ничего не значило. И это странным образом успокоило меня. Я даже подумала, что все будет по-прежнему. Но на третий день, в среду к нам постучали. Лины, как обычно, ещё не было. Я открыла. За дверью стоял Ян.

– Гор сказал тебе прийти в его комнату. Сейчас. – я попятилась – тебе лучше не заставлять его ждать. Беги быстрее – и Ян ушёл.

Несколько минут я стояла неподвижно, а потом пошла...Когда без стука открыла дверь и вошла, увидела, что Гор один. Лежал и лениво щёлкал пультом от музыкального центра.

– Раздевайся! – коротко приказал не глядя на меня. Я не пошевелилась. Когда шла по коридору, надеялась на разговор. Ну мы же люди, неужели не договоримся! А сейчас, глядя на равнодушное холодное лицо молодого мужчины, поняла, что зря верила в хороший исход. Он приблизился ко мне почти вплотную и вдруг сунул руку под юбку прямо в колготки. Сильно сжал лобок, кончики пальцев вошли в промежность.

– Я сказал раздевайся! Быстро! – сжал так, что стало больно и я невольно поднялась на кончики пальцев и прижалась к нему в попытке ослабить захват.

– Ну! – в голосе слышалось грозное нетерпение и я стала лихорадочно стаскивать блузку. Забыла расстегнуть пуговички на запястьях и лихорадочно снятая с плеч блуза запутала руки. Я было хотела исправить, но Гор сказал:

– Оставь так. – второй рукой он стащил колготки с трусами, развернул меня к себе спиной, рука все ещё оставалась внутри – я даже не думала сопротивляться. Слишком боялась его, чтобы быть непослушной. Мы сделали пару шагов к столу и через секунду я уже лежала на нем грудью, а Гор уже толкался в меня сзади. Снова было больно. На этот раз я тихо плакала всю «экзекуцию». Для меня это все другим словом и не назвать. За что только... За беззащитную красоту. За то, что глаза большие, зелёные, брови вразлёт, нос аккуратный, ровный, губы не большие, как сейчас модно, но красиво очерчены, ровные зубы. Фигурка ладная пропорциональная, стройные ножки. Волосы длинные светлые, с небольшой рыжиной и несильно вьются. На конкурс красоты я может и не подойду, но все же вижу в зеркале, что красива. Вот и расплачиваюсь за это сомнительное удовольствие. Может волосы обрезать? На лысо? Наконец Гор закончил мучительный процесс.

– Свободна! – ушёл в ванную. На этот раз не задержалась. Натянула как попало колготки, трусы сбились ниже попы неудобно, но я поправлять не стала. Одёрнула юбку. Выпутала блузку, натянула на плечи, кое-как застёгивалась уже когда бежала к двери. Коридор был пустым на моё счастье. Бегом в свою комнату и в душ.

Так продолжалось до самой зимы. Пару раз в неделю: стук в дверь, кто-то за ней передаёт приказ прийти в комнату Гора. Я прихожу, молча выполняю приказ раздеться. Терплю, так же молча. Иногда, если слишком больно тихо плачу. И тут же бегу в свою комнату, услышав долгожданное «Свободна!». Может кому-то такая ситуация показалась бы невыносимой, но я приняла её, потому что не знала как что-то изменить.

Я по-прежнему старательно училась, и по-прежнему выходные проводила в колледже.

Пришла зима. В первую субботу декабря я вышла из корпуса. Был солнечный день. Ночью выпал первый снег. В такие дни невольно ждёшь чего-то хорошего! Я медленно побрела к воротам. С тех пор как я впервые прошла через них прошло больше трёх месяцев. Как много и как мало! Я загадала, если охранник будет тот же – выйду в город!

С замиранием сердца заглянула будку у ворот. Там был тот самый парнишка, что встречал меня в первый день в колледже. Я решительно шагнула в калитку!

Теперь главное не заблудиться и найти дорогу обратно. Я решила просто идти прямо, а потом развернуться и обратно. Солнце светило ярко. Снег поскрипывал под ногами велело переливался разноцветным искрами. Эх, жизнь прекрасна! Несмотря ни на что! Я вертела головой стараясь не пропустить ничего вокруг. Вот надпись на лавочке Люба плюс Рома и сердечко. Чью-то любовь будут вспоминать на этой лавочке до новой покраски! Вот в окне первого этажа кукла. Зачем? Через занавески видна мебель в квартирах. Кое-где мелькают люди. Навстречу бежит малыш, за ним еле успевает бабушка, старенькая боится поскользнуться. Карапузик такой хорошенький, улыбается от уха до уха! Шлеп! Уже лежит. Поднял личико... Все равно улыбается! И я улыбаюсь, помогаю подняться на коротенькие ножки. Вот и бабулька его подоспела. Иду дальше. Вышла на небольшую оживлённую площадь. Магазины, небольшой стихийный рынок прямо вдоль тротуара, на противоположном конце – кинотеатр, заснеженный неработающий фонтан в центре. Прямо на бортике фонтана расположились уличные музыканты. Двое молодых ребят на гитарах наигрывают и поют песню Битлз «Yesterday». Рядом стоит, прислонённая к бортику третья гитара, видно третий парнишка отошёл ненадолго. Перед ними, прямо на снегу раскрытый футляр от гитары, в котором валяются несколько мелких купюр. Не знаю, что на меня нашло! После того, как со станции уехал испанец Энрике, я очень скучала. И часами играла на гитаре все, что мы с ним разучили. Потом нашла ноты и уже учила сама. Битлз очень люблю. Многие их песни знаю. Сегодня словно с ума сошла. Вдруг, неожиданно для себя самой, подошла взяла ту гитару, что стояла у бортика, села рядом с парнями и заиграла вместе с ними и запела. Словно в детство вернулась! Мы пели песню за песней. Собрались люди. Футляр, не маленький такой, был уже прилично наполнен, когда я почувствовала, что устала. Поставила гитару. Встала. Ребята, видно, тоже притомились.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю