Текст книги "Благими намерениями (СИ)"
Автор книги: Зоя Солнечная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
– Привет, садись, – Дарк сцепил пальцы, положив руки на бумаги перед собой, и уставился на меня, внимательно рассматривая. – Лилит, сообщи Магдалине, что новенького привезли.
– Я тебе не девка на побегушках, – огрызнулась она, но все же отошла.
– Ребята, можете пока отдохнуть, не маячьте перед глазами, – сообщил Дарк оставшимся рядом двум парням. – Проблем здесь не будет.
– Уверен? – уточнил демон.
После утвердительного кивка они вдвоем ушли, Дарк проводил их взглядом, а затем перегнулся через столик и тихо с напором произнес:
– Риша ни о чем не в курсе, ясно? Не подставляй ее, иначе я лично тебе крылья вырву.
– Ей ничего не грозит, – успокоил его я и сразу задал интересующий меня вопрос. – Почему ангелы не сражаются с демонами?
– А почему должны? – Дарк поднял брови. – Магда больше двух сотен лет назад организовала мир среди нас.
– То есть ангелы и демоны не сражаются из-за нее?
– Да. Нам запрещено сражаться и убивать друг друга без ведома руководства.
– А если их уведомить?
– Не рекомендую лезть в драку с твоим-то уровнем силы. У тебя в лучшем случае десятый ранг, и чтоб ты понимал расстановку сил, у меня – седьмой, те трое, что ты видел – ангел и демоны восьмых и девятых рангов, а Магда, которая уже спешит сюда, пятого. Ты один из самых слабых среди нас.
– Я спрашиваю из интереса, – я спокойно сидел и смотрел на него
– Что ж… – он помолчал, раздумывая. – Тебе все равно придется изучить наши правила, так что я рад твоему интересу. Разрешено сражаться только при возникновении споров, это называется правом сильнейшего. Убивать запрещено вообще, если на то не выдано прямое разрешение руководства, и в каждом конкретном случае оно свое.
– То есть неделю назад ты попался под необходимость доказывать право сильнейшего и проиграл? – только повреждения, нанесенные демонами или другими ангелами, могли быть настолько же опасны для ангела, как те, что отправили его в больницу.
– Нет, – он зло сдавил челюсти. – Это тебя не касается.
– Бывший парень Риши демон? – я и так догадался, что происходит, но все же решил уточнить догадки и зашел с другой стороны.
– Его имя Сидонай, первый помощник Магды. Ты с ним еще познакомишься, – подтвердил он и хмуро посмотрел на меня. – По нашим законам она принадлежит ему, так что если ты на что-то с ней рассчитывал, то не лезь, иначе пострадает в конечном итоге она.
Я и без него уже сложил два и два, и его ответ ещё раз подтвердил мои догадки. Риша была девушкой демона два года. И все это время он наверняка питался ею, поскольку лучший и самый незаметный способ питаться – во время секса. Этот демон силен, раз смог разделаться с ангелом седьмого ранга; демон такой силы выпил бы девушку за год. Она продержалась два, а это значит, что он пил ее совсем небольшими порциями, поскольку даже если бы Михаэль пытался восстанавливать ее Сущность, у него вряд ли хватило бы сил на это без возможности с ней спать и постоянно целовать; демоны бывают очень прожорливы. А раз Сидонай из Риши пил мало, значит, он пил из других. Отсюда и родилась их ссора на почве измены. Он изменял ей, чтобы не убить. И своей цели он достиг. С точки зрения судьбы именно Сидонай должен был убить Ришу, и он не сделал этого, превратив ее таким образом в баг. После чего демон отомстил Михаэлю за то, что тот рассказал ей о его изменах, не убив его лишь потому, что их законы запрещали. А впрочем, скорее уж просто Михаэль оказался живучим, демоны в ярости не слишком рассудительны.
Во всей этой истории важно то, что демон сумел пойти против линий судьбы, а значит он вне системы частично или целиком, то есть тоже баг. Он – первый помощник Магды, устроившей мир между ангелами и демонами, и это нездоровая ситуация. Если баг силен, он начинает влиять на всех, с кем взаимодействует, искажая их судьбу. Таким образом, скорее всего, основной баг и причина проблем мира – Магда, которая со временем заразила и своего первого помощника Сидоная, через которого все докатилось и до Риши. Что ж, в одном я ему благодарен – Айриш осталась жива. Теперь надо придумать, как этих двоих убить, и проверить, кого она еще могла заразить. К сожалению, при имеющейся у меня информации я склоняюсь к тому, что как минимум частично она повлияла на всех Потусторонних. И если это так, убить придется их всех. Заодно и мир почищу, он потусторонних обычно не жалует, потенциально они весьма багоопасны.
– Столько птенчиков в одном месте, чудесно! – раздался женский голос с ехидцей со стороны лестницы. – Михаэль, почему у тебя такое лицо, словно ты собрался нашему новичку шею свернуть? Я ведь на него еще не посмотрела.
К нам подошла симпатичная полногрудая блондинка в черном обтягивающем платье. Она встала сбоку от нас с Дарком и оперлась на стол, наклоняясь и разглядывая меня.
– Ну-ка, кто тут у нас? – ее наманикюренные ноготки прогулялись по моему подбородку, а затем пальцы резко перехватили за него и дернули лицо так, чтобы я посмотрел на нее. – Какой красавчик…
В ее взгляде читалось желание немедленно присвоить меня себе, как и во взгляде многих до нее. Все женщины на меня так смотрят, божественная аура дает о себе знать.
– Со мной нет необходимости сюсюкаться, – я произнес это равнодушно, разглядывая ее. – Что тебе надо?
– Не советую дерзить, птенчик, я здесь главная. Хоть тебя и раздражает присутствие демона рядом, но ты привыкнешь, а на первый раз прощаю, – она покосилась на ноутбук и бумажки, поморщилась. – Разбросал же… Михаэль, неужели нельзя держать все в порядке.
– Я работал, Магдалина, – хмуро отозвался тот.
Блондинка усмехнулась и вернула свое внимание ко мне:
– Птенчик, у нас есть свои законы, ведь мы – цивилизованные создания. Не убивай своих, а свои для тебя не только ангелы, но и демоны. Не трогай людей без разрешения, мы скрываем наше существование. И тогда все будет хорошо, и демоны не тронут тебя, а в случае проблем с людьми мы найдем способы тебе помочь. Ты уже видел Лилит, она демон и вполне неплохо уживается со своими двумя мальчиками, из которых один – ангел. Так что ты привыкнешь.
– Чего ты ожидаешь от меня?
– Ничего, я объясняю правила. Главная здесь я, но за ангелами следит Иегудиил. Сейчас он в отъезде с моим первым помощником Сидонаем, но вернётся уже завтра. Вот этот ангелок перед тобой – Михаэль – поможет тебе во всем, что касается нашего мира. Он назначен твоим куратором. Он же обеспечит тебя всем необходимым: как вещами, так и информацией. Слушайся его, а если возникнут серьезные проблемы, ты всегда можешь найти меня здесь, этот клуб мой, – она выпрямилась, а затем театрально вскинула руку ко лбу, словно вспомнила что-то важное, и наклонилась к столу так, что ее грудь в глубоком вырезе оказалась у меня прямо перед глазами, а голос изменился на соблазняющий. – Чуть не забыла. Как твое ангельское имя, птенчик?
– Камаэль, – ответил я, оставшийся к вырезу равнодушным.
Дарк удивился, но промолчал.
– Камаэль? – она хлопнула глазами. – Кажется, мы с тобой неверно друг друга поняли, птенчик. Мне не надо врать. И издеваться надо мной тоже не надо. А теперь я повторяю вопрос. Как твое имя?
– Я – Камаэль, Небесный Свет, – ответил я, глядя ей в глаза.
– Бред, – прокомментировала она и, потеряв ко мне всякий интерес, выпрямилась и перевела взгляд на Дарка, ее голос стал презрительным. – Михаэль, займись этим недоумком, а мне надо идти.
С этими словами она покинула нас. Дарк проследил за ней не слишком радостным взглядом, а потом повернулся обратно ко мне.
– Ты все понял? Отныне слушаешься меня. К Рише больше не возвращаешься ради ее же безопасности.
– Я понял. И куда мне идти, в таком случае? – я решил пока не сопротивляться, через сутки мне нужно будет планировать побег к Рише, но пока буду вести себя примерно.
– Жить будешь у меня, пока не подберем тебе квартиру. Я тебя отвезу, когда закончу здесь все дела, а пока располагайся в клубе где хочешь.
Часть 2. Глава 7. Сидонай
Мое поведение сильно беспокоило Михаэля. Весь день и вечер он буквально ходил кругами вокруг меня, практически не выпуская из поля зрения, но все, что я делал, это стоял на балконе, убрав руки в карманы, и смотрел наружу. Застывать на месте и ждать мне было не привыкать. В конечном итоге он не выдержал и вышел на балкон ко мне:
– Ты слишком спокойно себя ведёшь. Что ты задумал?
– Ничего, – я отвлекся от созерцания заката и перевел равнодушный взгляд на него.
– Собираешься сбежать? – он не поверил и продолжал хмуро смотреть на меня.
– Мне некуда бежать.
– А Риша? – он с вызовом уставился мне в глаза. – Я знаю, что вы трахались, так что не вздумай врать.
– Я бросил ее.
Сразу следом мне в челюсть прилетел его кулак, повалив меня на пол. До моего брата ему далеко, так что я лишь слегка поморщился и спокойно потрогал челюсть, не свернул ли.
– Она тебя любила, ублюдок, а ты по ней потоптался, еще и чуть Магдалине не подставил, – он схватил меня за воротник плаща и резко вздернул на ноги. – Убеди меня, что я не должен тебе все пальцы переломать за это!
Похоже, ему нужен повод выместить на мне свою злость неразделенной любви.
– Делай что хочешь, мне все равно.
Мне в самом деле было наплевать, что он собрался делать. Ко всему можно привыкнуть, даже к столетиями страданий, и я привык. Вряд ли он причинит мне такую боль, чтобы я захотел сопротивляться. Он всмотрелся мне в глаза и, похоже, понял, что я не вру, потому что просто оттолкнул меня.
– Ты совсем отмороженый что ли?
Я ничего не ответил, сунул руки в карманы и безразлично отвернулся обратно к улице. Не было никакого смысла говорить что бы то ни было, как я делал первую сотню миров. Это попросту не давало результата, мне не верили, а повторять одно и то же из мира в мир я устал.
Впрочем, похоже, мое поведение его успокоило, потому что Михаэль в конце концов ушел спать и даже не являлся ночью, чтобы проверить, на месте ли я. А я потратил эту ночь на то чтобы обдумать все варианты развития событий и возможности устранения проблем мира. К сожалению, во многих из них мне требовалась вся моя божественная сила. Все остальные варианты были хоть и жизнеспособными, но слишком рискованными. Малейшая случайность – и весь план идет прахом, а я, в отличие от брата, рисковать не любил.
Помню наши игры с Самаэлем еще до падения Вавилона. Мы спускались к людям, выбирали из числа правителей себе по одному человеку и управляли этими государствами, устраивая войны, играя в шпионов и прочими средствами пытаясь захватить друг у друга власть. Брат всегда действовал импульсивно, часто рисковал, полагался на удачу. Иногда у него получалось, иногда нет. Его ставки всегда были высоки, он никогда не боялся потерять все. А еще он слишком хорошо меня знал, и начал пользоваться этими знаниями, предугадывая мои решения. Тогда мне приходилось импровизировать, совершать нелогичные поступки, чтобы сбить его с верного пути. Впрочем, это требовалось не всегда, поскольку наш третий брат Даниэль мешал нам, и порой весьма успешно. У него в такие моменты начиналась своя игра, он хотел, чтобы мы ушли и оставили людей в покое. Даниэль любил повторять, что богам среди людей не место, хотя сам любил путешествовать среди смертных, делая вид, что он один из них. Когда сестра выполнила приказ Отца и устроила апокалипсис, Даниэль ушел, и с тех пор она ищет его и никак не может найти. Я бы решил, что это ее проклятие, если бы не знал, что никому ее проклясть не под силу.
Я вздохнул, глядя на занимающийся рассвет. Не стоило вспоминать о братьях. Несмотря ни на что, я скучал по ним, хотя и старался об этом не думать. По Самаэлю особенно, мы с ним всегда были более дружными, тогда как Даниэль часто держался особняком и общению с нами предпочитал жизнь среди людей. И кем мы стали теперь? Я – скитающийся по мирам, обреченный всю жизнь страдать. Даниэль пропал, и я не слышал о нем уже очень давно, а значит скорее всего он осел в одном из миров, возможно даже – против своей воли. Самаэль тратит свое бессмертие на то, чтобы бунтовать и мстить, вместо того чтобы наслаждаться свободой, которую он так хотел и которую я ему подарил такой ценой, обрекая себя на свою судьбу. А сестра – в вечной попытке найти того, кого скорее всего уже давно невозможно найти.
На балкон вышел Дарк, прервав мои мысли. Я и не заметил, что уже позднее утро.
– Ты здесь что, всю ночь простоял? Мог бы лечь спать на диване.
– Мне не нужен сон, я бог, – я не счел нужным даже поворачиваться к нему.
Он у меня за спиной фыркнул, выражая свое презрение, и, отворачиваясь, бросил:
– Я договорился о документах для тебя. Через полчаса едем к Магдалине, надо уладить кое-какие дела, а потом поедем за документами.
– Я готов, – отозвался я прежним равнодушным тоном, так и не повернувшись.
В клубе пришлось провести несколько часов, пока Михаэль был занят. Я сидел за столиком на балконе и смотрел вниз на пустую сцену, подперев подбородок ладонью. Здесь было пусто, сегодня клуб не работал. Рядом со мной навис Сидонай. Меня уже успели познакомить с ним и местным главой ангелов Иегудиилом, но времени пообщаться не было, поскольку они вчетвером – Магдалина, Сидонай, Михаэль, Иегудиил – сразу ушли на совещание, оставив меня здесь. Кроме нас, здесь шаталась уже знакомая троица под руководством Лилит, так что моего побега никто не опасался. Впрочем, сбегать я в любом случае не собирался, и прямо сейчас просто игнорировал стоящего рядом демона, продолжая смотреть на сцену, вспоминая, как мы с сестрой иногда танцевали. Она всегда любила танцевать, как и Самаэль, а я, как и Даниэль, любил петь.
– Поднимай свой зад, синий, пора ехать.
Грубый голос демона раздался совсем рядом, и я повернулся:
– Куда?
– Не твоего ума дело. Двигай, – он всем видом показывал, что я здесь никто.
Сидонай не стал дожидаться моего ответа и направился к лестнице на первый этаж, не сомневаясь, что я пойду следом. Я молча встал и пошел за ним. Нас никто не видит, Михаэля нет, а слухи обо мне и Рише наверняка уже достигли его. Полагаю, он хочет меня убить. Но я не стал возмущаться или привлекать внимание, возможно, смерть поможет мне вернуть силу. Дело в том, что после смерти Сущность, покинув тело, проходит через шесть слоев Чистилища, после чего навсегда остается в седьмом слое, становясь частью Акаши, Отца, растворяясь в нем. Именно седьмой слой является переходом между мирами, то есть местом, где законы миров не работают вообще. Меня Отец не примет, и там я мог бы попытаться вернуть себе доступ прежнего уровня.
Мы ехали по улицам, которые я начал узнавать, и мне это не понравилось. Дом Айриш был совсем рядом. Сегодня заканчивался второй день после предыдущей попытки судьбы ее убить, и это было очень похоже на новую попытку. Впрочем судьба сама ведет меня к ней, и это хорошо, а то я уже начинал обдумывать варианты, как до нее добраться. Вот только плохо во всем этом, что защитить ее от этого демона у меня возможностей недостаточно, и я не знаю, что с этим делать. Если бы только сестра согласилась вернуть мне способности… Да и если она сказала “делай что хочешь”, если мир никто спасать не собирается, почему она вообще у меня их забрала? И я решился. Сидя на переднем сиденье и глядя в боковое окно, я негромко произнес:
– Ютони, я знаю, что ты наблюдаешь за мной. Верни доступ, ведь еще не поздно.
Сидонай покосился в мою сторону в попытке понять, с кем я общаюсь, однако он никого С Той Стороны не увидел:
– Ты с кем говоришь?
– Со своей сестрой.
– Ну говори, говори, – демон хмыкнул, посчитав меня сумасшедшим, очевидно, ему уже рассказали, что я называл себя Камаэлем.
Как и мой брат, я предпочитал не врать, если того не требуют обстоятельства. Но в отличие от него, я не пытался повернуть с помощью правды ситуацию в свою пользу. Я считал всего его уловки неправильными, так поступать нельзя, это несправедливо по отношению к собеседнику – пользуясь своими знаниями направлять его мышление в желаемую сторону. И только сейчас я подумал, что если все это время Самаэль был прав, а я ошибался? Что такое справедливость? Иронично, что этим вопросом вдруг задаюсь я, бог, который всегда сам нес и поддерживал справедливость и порядок.
Пошел второй день с тех пор, как он ушел. Глубокое чувство потери не желало оставлять меня. Да, я все помню, он предупреждал, что это долго не продлится, но все же я надеялась, что это случится хотя бы не так скоро. Да и потом этот его прощальный поцелуй… Он был невероятен. Я чуть с ума не сошла от удовольствия, а ведь это просто поцелуй. Свет оставил мне много приятных воспоминаний, подарил много радостных минут. Пусть они сейчас и омрачены, но где-то глубоко в моих мечтах мы с ним вместе, и нам обоим это нравится.
Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не позвонить никому. Кэнди и Спайка отвлекать на свои проблемы не стоит, им и так есть, чем вместе заняться. Дарку звонить и жаловаться было бы просто гадко с моей стороны, ведь он сам хотел быть со мной. Так вот и вышло, что я осталась совсем одна. Пытаясь унять боль души, я сидела перед телеком, куда вывела изображение с компьютера, смотрела сериалы на одном из многочисленных пиратских сайтов с фильмами и жевала чипсы. Не самое лучшее времяпрепровождение, но уж какое есть. Пойти на крыши и вышки я просто не могла, слишком живы еще воспоминания о том, как мы с ним гуляли по ним.
В пальцах я крутила его амулет. Чтобы хоть как-то унять бушующую в душе боль, я решила прибраться в доме, и наконец сложила диван, где и обнаружила амулет между диванных подушек. Мда, единственное место, куда мы не заглянули в его поисках. Теперь это единственное, что у меня от него осталось, и я решила, что не будет ничего страшного, если я буду его носить.
Был уже вечер, когда мое внимание привлек странный звук: входную дверь открывали ключом. Это было странно, поскольку ключ, переданный просто на всякий случай, был только у крестной, но она всегда предупреждала прежде чем явиться, и даже тогда предпочитала звонить в дверь, уважая мое личное пространство. Я оставила чипсы рядом с горой пустых пачек и вышла в коридор. И меньше всего я ожидала увидеть входящих внутрь Вадима и Света.
– Сид, ты охренел? Откуда у тебя ключи? – вот и все вопросы, на которые меня хватило.
Он злым раздраженным жестом бросил связку своих дубликатов на небольшую полочку в прихожей, что стояла там как раз под ключи и прочие мелочи.
– Здравствуй, сладкая, – он оскалился в усмешке.
В его голосе скользила ярость, и я испугалась. Никогда его таким не видела. Я никогда его не боялась, но сейчас он был совсем не тем, кого я знала. Конечно, он изменился не так сильно, как Свет, который в день своего ухода показался мне вообще другим человеком, но изменения в Вадиме были заметны сразу, а это говорило о многом. Я храбрая, но не дура, так что я попятилась, переведя взгляд на Света. Хотелось верить, что он здесь, чтобы мне помочь, но кажется, они просто были заодно.
Ответ на свой вопрос, зачем здесь Свет, я получила почти сразу. Я отошла всего на несколько шагов, как Вадим нечеловечески быстрым движением схватил Света, заломил ему руку за спиной, сломав ее с характерным хрустом и несколько раз ударил лицом об стену, отбив с нее в этом месте внешний слой вместе с краской и штукатуркой. Если бы на месте Света был человек, его голова бы раскололась, несмотря на крепость черепа. А это значит, что Сид…
– Ты не человек… – прошептала я, и только сейчас заметила, что по контуру его тела клубится тьма, и она намного мощнее, чем у Света.
Я стала судорожно размышлять, что делать. Надежда на помощь Света растаяла, когда после экзекуции Вадим отпустил его, и тот свалился на колено, схватившись одной рукой за стену, а второй – за часть лица, и яркая красная кровь полилась сквозь его пальцы.
– Не человек, – согласился Вадим и неторопливо, смакуя каждый шаг, направился ко мне, заставляя отступать. – Посмотри на это убожество одиннадцатого ранга, которое ты предпочла мне, демону шестого! Посмотри внимательно, потому что скоро он сдохнет прямо у тебя на глазах. Я никому не позволю безнаказанно трогать то, что принадлежит мне. Я берег тебя, защищал, а ты, как последняя шлюха, нырнула в постель к этому недомерку.
– Я люблю его! А тебе это чувство незнакомо! – когда по телу разливается адреналин, инстинкт самосохранения отказывает.
– Да если бы я тебя не любил, ты бы еще год назад сдохла, и это при хорошем раскладе!
Мы все находились в узком коридоре, и бежать было некуда, разве что на балкон. Я живу на шестом этаже, но мне ли бояться высоты. Вот только кто бы меня отпустил… Он потянулся ко мне рукой, чтобы схватить, но я отшатнулась назад, оказываясь в самой дальней части коридора.
– Замри, – спокойный и такой знакомый мелодичный голос, но с властной интонацией.
Сид спокойно отвернулся, явно не видя во мне угрозы, и посмотрел на Света с выражением лица то ли “кто здесь такой умный?”, то ли “ты что, бессмертный?”. Свет стоял во весь рост и пристально смотрел на него, словно забыл о крови на своём лице и вывихнутой руке:
– Ты тронешь ее только через мой труп.
– О, это у меня и так было в планах, – Вадим направился к нему. – Сначала ты сдохнешь у нее на глазах, а потом я сделаю с ней, что захочу.
– Найди способ сбежать, – сказал Свет явно мне, а сам с нечеловеческой скоростью бросился на противника.
Фигура в синем плаще и фигура в черной кожаной куртке сцепились, нанося друг другу быстрые удары. К сожалению, сказать “беги” было проще, чем сделать это. Они перекрывали проход полностью, лишая меня возможности выбраться через дверь. Оставить Света я не боялась. Уверившись, что он бог, я верила, что умереть он не может. В конце концов, Сид и Дарк нуждались в еде и сне, а значит, они все-таки не боги. Но раз он предложил мне бежать, значит, подозревает, что справиться с Вадимом не сможет, так что мне действительно нужно валить, и как можно быстрее. За те, секунды, что я думала, Сид уверенно шел к победе, пересчитывая головой Света стены коридора по нескольку раз.
Меня зажали в дальней части коридора и отсюда был только один путь. Я метнулась в спальню, распахнула окно и как была – в шортиках, топике и рубашке – выбралась наружу. Прохладный вечерний ветер сразу дал о себе знать, но сейчас было не до него, у меня нашлась более насущная проблема. Я могла бы спокойно спуститься, если бы балконы не были застекленными сверху донизу, но увы, они таковыми были, а я вообще босиком и без перчаток. То еще удовольствие – в таком виде по отвесным стенам лазить, причем безо всякой страховки. Впрочем, самосохранение у меня сейчас было почти на нуле, так что я потянулась вперед и ухватилась одной рукой за свой же балкон, перелезая из окна на него. К сожалению, я всего лишь человек, а те двое – нет, так что к этому моменту их драка уже закончилась, и в окно высунулся Вадим.
– А ну назад! – рявкнул он и резким жестом, удерживаясь за подоконник одной рукой, второй рванулся ко мне, чтобы схватить.
Я сдаваться без боя не собиралась, и так же резко дернулась вдоль балкона, чтобы Вадим не смог дотянуться. На этом мое везение кончилось, и успевшие замерзнуть пальцы соскользнули под весом и инерцией моего тела. Вадим буквально вылез из окна и потянулся рукой, чтобы успеть перехватить меня, а я рефлекторно дополнительно отпрянула, несмотря на угрозу жизни. Рефлексы решили, что спастись от Вадима важнее, чем не упасть, и я сорвалась вниз. Конечно, в следующую секунду, когда происходящее дошло до разума, я решила иначе, но было уже поздно, и я смотрела как Сид стремительно удаляется. В голове мелькнула наиглупейшая мысль, а что если я извернусь как кошка и хотя бы не убьюсь насмерть? Это вызвало истерический смешок. Во-первых, у меня не было хвоста, чтобы суметь так извернуться, а во-вторых, все равно убьюсь, я слишком тяжелая. В момент, когда я уже должна была размазаться по асфальту, случилось невероятное. Я резко затормозилась, но без удара и инерции, словно и не летела секунду назад с огромной скоростью, и свалилась на землю с высоты примерно в полметра, а вокруг меня появился на несколько секунд черный кокон, и порыв ветра разметал во все стороны мелкий мусор и пыль. За эти секунды я успела удивиться, а потом быстро сообразить, что происходит. Все дело было в амулете, Свет говорил, что он спасает от падения.
Вокруг не было ни души, что неудивительно, ведь мои окна и балкон выходили на заднюю безлюдную часть дома. Быстро, пока Сид не успел сориентироваться, я вскочила на ноги и бросилась бежать в сторону оживленной улицы, надеясь пропасть из виду в каком-нибудь магазине, поскольку затеряться в толпе в моей одежде было бы невозможно. К сожалению, Сид сообразил все быстрее, чем я ожидала. В несколько быстрых прыжков через один-два балкона, он добрался вниз и сбил меня своим телом в очередном прыжке, словно хищное животное, настигшее свою добычу. Далеко отбежать я не успела, упала под его весом, стесав себе колени и локти, но в пылу боя боли не почувствовала. Смогла лишь повернуться к нему лицом, когда он уселся сверху, полностью меня обездвижив, и вцепился в шею, начав душить. Вот только с учетом силы его пальцев он раньше сломает мне шею, чем задушит. Его отвлек Свет, который к тому моменту пришел в себя после их драки. Он спрыгнул вниз в один прыжок и приземлился на одно колено, снова разметав по сторонам пыль.
Прямо с того места одним рывком он бросился к нам, игнорируя привычные законы гравитации, словно за его спиной были крылья. Мелькнули два настоящих горящих синих огня на месте его глаз, а затем Сид с силой ударил меня затылком об асфальт, и перед глазами все померкло.
Мне было легко. Очень легко. Не было боли, не было никаких болезненных ощущений вообще, только пустота. Я приподнялась, взлетела над своим телом, и местность вокруг поменялась. Все проекции предметов из черных превратились в синие и стали более явными, а их материальная составляющая – наоборот, пропадала, быстро становясь все прозрачнее. Мир вокруг менялся из одного в другой стремительно, но плавно, как если бы цветовая палитра переходила от красного в оранжевый, затем так же плавно в желтый, зеленый и дальше через прочие цвета к фиолетовому. Вот был обычный физический мир, затем – та самая вторая сущность стала более явной. Затем такой же плавный переход в пыльную пустыню, небо в котором быстро окрашивалось в бордовый, переходя дальше. Примерно в этот момент мне обожгли запястье чьи-то пальцы, и мир вокруг замер в таком состоянии: пыльная буря, пустынный ландшафт с растрескавшейся землей под багровым небом. Мне было хорошо, а это прикосновение доставило болезненные ощущения, и я дернула руку на себя, пытаясь вырваться. Хотя “руку” и “дернула” – это громко сказано. Меня ведь на самом деле не было. Не было тела, и, разумеется, рук, но никак иначе описать происходящее я бы не смогла. Прямо передо мной появилась темная фигура. Сначала это была просто человекоподобная тень, закутанная в длинный плащ с капюшоном, но она быстро приняла очертания черноволосой двадцатилетней девушки. Ее глаза горели фиолетовым огнем из-под капюшона почти так же, как до этого горели синим глаза Света. Свет? Я уже почти начала забывать кто это, но именно сейчас воспоминание вернулось. Что со мной случилось?
– Я… умерла?
– Нет, но если отпущу – умрешь.
Шокирующее осознание, и я впервые в жизни после смерти родителей не знала, как реагировать. Руку в крепкой хватке все еще жгло, но я усилием воли заставляла себя не вырываться. Мир стал нехотя меняться обратно, проходя уже виденные мной стадии, словно кинопленку крутили в обратную сторону, и остановилось все, не дойдя обратно до физического мира и даже до мира синих проекций, однако отсюда я уже могла видеть свое тело и все происходящее. Вот только оно было размытым, словно я смотрела сквозь мутное стекло. Единственные, кто обладали здесь четкими очертаниями тела и одежды – это девушка рядом со мной и Свет, они существовали одновременно во всех слоях. Вокруг нее клубилась тьма, а он был окутан синим пламенем.
– Смотри, – грустно произнесла девушка, продолжая удерживать мое запястье и махнула в сторону Света. – Вряд ли еще доведется увидеть, как бог взламывает целый кластер миров ради простой смертной.
Рука у демона тяжёлая. А с его рангом мне и вовсе не тягаться. Даже не будучи ангелом, он быстрее меня, не говоря уже о силе. Когда Сид приложил меня лицом об стену, удивило не то, что я не успел на это отреагировать, а чувство неправильности происходящего. Мне было в новинку, что кто-то двигается и реагирует быстрее, чем я, ведь обычно, чтобы не выделяться, приходилось намеренно сдерживать силы. Ситуацию я быстро оценил как крайне сложную. Спасение Риши, если он действительно собирается ее убить, невыполнимая задача. Победить его я не смогу, а значит есть только один вариант – она должна сбежать. Пока Сидонай отошел от меня и общался с Ришей, я сумел встать, регенерация сделала свое дело, а увидев, как он к ней тянется, я решил остановить его единственным доступным мне способом:
– Замри, – я произнес это так, как когда-то приказывал ангелам и как до падения Вавилона общался с людьми.
Демона это не остановит, но взбесит. Сидонай обратил свое внимание на меня, оставив в покое Айриш. Она должна сбежать, а я смогу отвлечь его внимание. Надеюсь, я смогу дать ей достаточно времени:
– Ты тронешь ее только через мой труп.
– О, это у меня и так было в планах, – уверенный в своей безнаказанности, Сидонай пошел на меня с видом бронетранспортера. – Сначала ты сдохнешь у нее на глазах, а потом я сделаю с ней, что захочу.
– Найди способ сбежать, – попросил ее я, а сам бросился на демона.
Наша драка длилась не так долго, как мне бы хотелось. Демон как истинный потомок своего прародителя, моего брата, не смог удержаться от того, чтобы выместить ярость, и пытался пробить моей головой дырку в стене, бормоча по слову с каждым ударом:
– Не смей. Ее. Трогать. Она. Принадлежит. Мне!
В конечном итоге он переломал мне несколько костей, но отвлекся на что-то, чего я просто не мог сейчас видеть, а затем одним мощным ударом вырубил меня из сознания. Не знаю, сколько времени я так провел, вряд ли больше пары минут, но когда открыл глаза, это время показалось вечностью, ведь всю эту вечность она провела рядом с ним наедине, и кто знает, что он успел с ней сделать. От ощущения бессилия я впал в ярость. Со времен падения Вавилона ничто так сильно меня не задевало как то, что прямо сейчас, возможно, Сидонай допивает из Риши последние жизненные силы. Во мне бушевал обжигающий душу ураган ненависти, и я внезапно осознал, что она настолько дорога мне, что если не выживет, я отвернусь от Отца и буду строить свой собственный путь, как сделал Самаэль.
