Текст книги "Гарем моего мужа (СИ)"

Автор книги: Зинаида Хаустова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 7.5. Одержимость

Тимур

Работать трудно. Стоит вспомнить, что в шаговой доступности Заира, и вся кровь от головы стремительным домкратом падает в пах.

Мне кажется, весь офис уже заметил мою озабоченность, и это очень плохо. Слабые места показывать нельзя. А это уже за рамками слабости, одержимость какая-то.

В голове прокручивается текст аята: «женитесь на других женщинах, которые нравятся вам: на двух, трех, четырех. Если же вы боитесь, что не будете одинаково справедливы к ним, то довольствуйтесь одной».

Я всегда был горд, что могу быть справедливым ко всем своим женщинам. Речь сейчас не о подарках и деньгах. Деньги – пыль под ногами. Я любил каждую из своих женщин одинаково. Считал, что могу идеально выполнять требования аята.

Аллах забыл оставить нам указание, что делать, если справедливость ломается на третьей? Если во всех женщинах начинаешь видеть только одну? Можно ли после этого довольствоваться только одной или нужно продолжать стремиться к справедливости?

Всегда с легкостью решал все задачки с неоднозначным толкованием в Коране, теперь столкнулся с нерешаемой.

Вспоминаю свое самое крупное фиаско за всю жизнь, произошедшее прошлым вечером. Когда Аида настойчиво вырывала меня из моих грез. Заставляла видеть ее, слушать ее и быть именно с ней. И я, блядь, не смог! Впервые в жизни не смог трахнуть женщину, потому что мне не дали представить другую.

Аида была в полном шоке. Думаю, она не поверила в мои неприятности на работе. Теперь серьезно думаю о том, чтобы отселить Заиру в другой дом. Пантера способна превратить ее жизнь в ад.

Да, пришло время завести новый дом. Все-равно на работе я смогу видеть кошку каждый день. А если отселить Малику к Заире, то я смогу проводить две ночи в их доме и уходить только на одну.

Где поселить Камилу? Адам любит тетю, нужно ее оставить рядом с ним.

Вспомнив о сыне, вздыхаю. Не хотел разрываться между разными домами, чтобы Адам не страдал, как я в детстве, когда отец постоянно уходил от нас.

Реальная одержимость, если я интересы женщины уже ставлю выше интересов сына.

Только хочу связаться с Дианой и попросить соединить с риелтором, как одергиваю свою руку. Ни к чему ей знать о моих планах. Сам залезаю в справочник и нахожу нужный контакт. Договариваюсь о деловом обеде на завтра.

Приходит Мурат и падает в кресло для посетителей.

– Ты реально хочешь уволить Максимова, если не удастся нарыть компромат на таможенника?

– Это требует наказания, – устало тру лицо руками, – ты сам знаешь, какие нас ждут убытки. Даже, если я возьму его в сексуальное рабство, он в жизни не расплатится.

– Нормального джиарщика не так легко найти. Может, стоит просто оштрафовать? – давит Мурат.

– И получить в ближайшем окружении обозленного чудака? О лояльности можно будет забыть. А на фиг мне нужен нелояльный джиарщик?

– Ладно, Тимур, как знаешь. А с бойкотом ты уверен? Как его сворачивать, когда проблема решится?

– Чутье мне говорит, что надо делать. А свернуть никогда не проблема. У современной аудитории память, как у аквариумной рыбки – завтра объявят новый бойкот и про наш все моментально забудут.

В кабинет врывается Заира, за ее плечом маячит Диана.

– Я говорила, что вы заняты, – выкрикивает ассистентка.

– Диана, закрой дверь с той стороны, – сам смотрю на жену, у которой зло раздуваются ноздри.

– Ладно, Тимур, я пойду, – усмехается Мурат.

– Что случилось, детка? – устраиваю кошку на коленях и глажу по вздыбленной шерсти.

– Я спросила, когда ты освободишься, а она говорит, что не обязана отчитываться перед простым дизайнером. Я говорю, что я твоя жена, а она ухмыляется и спрашивает: «Чем докажешь?».

– Я поговорю с Дианой, – тяжело вздыхаю.

– Она портит мне нервы, а мне… – Заира резко замолкает и испуганно смотрит на меня.

– Что тебе, детка? – подталкиваю ее продолжить.

– Мне все это не нравится.

Похоже, кошка решительно настроена выдавить со своей территории Диану. Подозреваю, ей бесполезно объяснять, что я больше не притронусь к помощнице. Проблема в том, что рысь реально хорошая ассистентка. Она работает у меня три года и сильно облегчает рабочий процесс.

Пересаживаю Заиру на кресло и вызываю Диану.

– Извинись перед моей женой, – холодно требую я.

Рысь недобро сверкает глазами, расправляет плечи и бросает:

– Прошу прощения за свою нетактичность. Впредь буду держать язык за зубами.

Стерва. Сдаваться явно не собирается. Лучше бы реально любовника завела.

– Если инцидент повторится, будешь уволена, – сверлим друг друга глазами, – можешь идти.

Перевожу взгляд на кошку. Вытянулась как стрела, поджала губы, ни капли торжества на лице. Усмехаюсь. Похоже, крошку полумеры не устраивают.

Маленькая кровожадная ведьмочка.

Сгребаю ее в охапку и мягко массирую напряженные мышцы.

– Я завтра не смогу с тобой пообедать, сходишь с Наташей? – отвлекаю кошку от происшествия с Дианой.

– А можно с девочками? – заглядывает мне в глаза Заира.

– С девочками можно, – разрешаю я.

Настроение крошки резко улучшается.

– Я на самом деле пришла спросить, зачем нужен этот бойкот, – смущенно вспоминает кошка.

– Не забивай свою голову неженскими мыслями, – шепчу я и накрываю губы Заиры своими.

Глава 7.6. Ы

Заира

Мой трудовой день проходит как во сне. Я создаю дизайн бойкота для разных носителей, перемежая работу страстным сексом. И от первого действа, и тем более от второго в крови носятся табуны эндорфинов. Порой кажется, что наш медовый месяц продолжается. Я так счастлива, что пеку все макеты, как горячие пирожки. К концу рабочего дня у меня все готово в нескольких вариантах. Какой-нибудь обязательно утвердят.

Сегодня ночь Малики, поэтому вечер приходится коротать в одиночестве. Выхожу в сад и долго гуляю по слабоосвещённым дорожкам. Дышу воздухом. Возмещаю своему ребенку долгий день в офисе.

Засыпаю, как только голова касается подушки.

Утром все повторяется как в дне сурка. Тимур будит меня рано утром и везет в пустой офис. Время до начала рабочего дня принадлежит только нам двоим.

Я лежу у него на груди и шепчу ему в губы:

– Ты только мой.

И я не жду никакого ответа. Я говорю, потому что так сейчас чувствую.

Тимур улыбается и хочет что-то сказать. Не хочу ничего слышать о том, что мужчина принадлежит Аллаху, а не женщине. Закрываю своей ладонью его рот и заталкиваю его слова назад.

Перед обедом к нам забегает директор нового супермаркета Кирилл. Интересуется у Натальи по поводу акции.

– Кирилл, прости, мы сейчас заняты бойкотом. Все сдвигается, – охлаждает его цапля.

– Понятно, – недовольно бросает мужчина. Он поворачивается к Оле и кидает на нее жадный взгляд. Просто пожирает глазами.

Девушка невозмутимо подходит к моему столу и предлагает отправиться на обед.

Девочки с нами не идут. Мы с Олей сделали свою часть работы. Все изображения и тексты готовы. А у них сегодня аврал.

Заходим в офисную столовую. Набираем еду в зоне раздачи. Занимаем столик у окна. Оля отходит к бару и приносит кофе с Бейлисом. Отпивает немного и смакует.

– Не понимаю, как мусульмане живут без спиртного. Должны же быть какие-то радости в жизни. Чем вы его заменяете?

– Наверное сексом, – неуверенно пожимаю плечом.

Оля давится своим кофе.

– Это ваши мужчины им заменяют, – хихикает девушка, – а женщинам какая радость?

– Секс – взаимная радость. Муж должен возбудить страсть в супруге перед близостью. Ислам приветствует любовные игры и прелюдию.

– Серьезно? – Оля смотрит на меня с недоверием, – религия вторгается в интимную жизнь человека?

– Ислам – практическая религия, – ковыряю в салате вилкой.

– Забавно, – улыбается Оля, – но не могу осуждать. Любовные игры лучше, чем викторианское «раздвинь ноги и думай об Англии».

– Прости? – вздергиваю бровь, – не поняла, о чем ты.

– Ну, то ли королева Виктория, то ли кто-то из ее свиты что-то такое говорили о половой жизни. Раз секс неизбежное зло в целях продолжения рода человеческого, то нужно его перетерпеть во имя великой цели, – смеется Оля.

– Нет, – решительно качаю головой, – так нельзя зачинать ребенка. В Сунне пророка говорится, что нужно играть с супругой, шутить, целовать, пока в ее глазах не вспыхнет желание. Тогда ребенок будет здоровый, сильный и красивый.

– Этот пункт можно поприветствовать, – соглашается девушка, – но положение о многоженстве ваших мужчин я понять не могу.

Опускаю глаза в миску. Можно подумать, что мне оно нравится.

– В довольстве мужчины довольство Аллаха. Нужно признавать потребности своего мужа. Все имамы утверждают, что мужчинам мало одной женщины, – механически озвучиваю аргументацию в защиту многоженства.

– Я бы не смогла терпеть измену, – категорично заявляет Оля.

– Христианство нетерпимо к плотским радостям за пределами моногамии, мусульманкам рекомендуется смирять гордыню и терпеть, – чувствую, как накатывает приступ тошноты и сдавленно прошу, – давай сменим тему.

– Ты побледнела, – заволновалась коллега, – тебе плохо?

Протягиваю руку к чаю с лимоном и делаю пару глотков. Становится легче.

– Нет, все нормально. Здесь просто душновато.

– Заира, привет! Ты забавная в этой косынке – к нашему столу подходит улыбающийся Максим Андропов, – к вам можно подсесть?

Теряюсь от его вопроса. Очевидно, что с Максом никто не провел разъяснительную беседу о правилах общения с женой владельца. И я точно не хочу быть человеком, который будет эту беседу проводить.

– Мы скоро уходим, – бросаю я.

– Я быстро, – Андропов идет в зону раздачи, и я с облегчением смотрю на очередь, в конец которой он становится.

– Ты знаешь Максима? – удивляется Оля.

– Мы учились в одном колледже, – поясняю я.

– Мы тоже, правда я раньше закончила – девушка изумленно выгибает бровь, – оказывается, у нас много общего. Знаешь, я была в ОЛДЖа влюблена, когда училась. Макс говорит, что он еще работает.

Вспоминаю преподавателя спецкурса по слепой печати на клавиатуре. ОЛДЖ – кличка, образованная из сочетания букв начальной позиции правой руки. Смазливый паренек, но мне никогда не нравился. Я всегда любила брутальных мужчин, похожих на Тимура.

– ОЛДЖ женился, – сообщаю я.

– Макс сказал, – хмурится Оля.

– На тебя Кирилл глаз положил, – вспоминаю я сцену в кабинете.

– С чего ты взяла? – неподдельно удивляется девушка, и я смотрю на нее с искренним недоумением.

– Видно же! – с тревогой слежу за Андроповым, который приближается к кассе. Перевожу взгляд на недоеденное Олино пирожное.

– Мне не видно, – пожимает плечом коллега и отправляет последнюю ложку в рот.

Облегченно вздыхаю и успеваю вытащить Олю из столовой до того момента, как Максим успевает к нам присоединиться.

Вечером в машине накатывает невыносимая сонливость и я вырубаюсь на плече у Тимура.

Перед ужином меня ловит в коридоре Малика. Она затаскивает меня в библиотеку и взволнованно спрашивает:

– Диана – это та самая секретарша Тимура?

– Да, – подтверждаю я.

– Она сегодня в обед приезжала к Аиде. Мне кажется, они готовят какой-то заговор.

Глава 8. Запуск

Тимур

Моя девочка вырубается после первого же оргазма. Дыхание размеренное, ровное. Видимо, днем я кошку сильно вымотал. Лежу за ее спиной, вдыхаю запах и дурею. Ласково касаюсь нежной кожи. Трусь стояком между ягодицами. Заира сладко спит, не реагируя на мой безмолвный зов.

Встаю и иду в ванную. Мусульманину нельзя мастурбировать своей рукой, только рукой женщины можно. Врубаю прохладный душ и пытаюсь охладить свой пыл. Безумие. Полный дом женщин, а я стою под холодными потоками и рассуждаю о рукоблудии.

Возвращаюсь назад и любуюсь, как спит Заира, свернувшись в клубок. Ложусь рядом и укрываю своими объятиями.

Вспоминаю дневную встречу с риелтором. Назвал ему интересующие районы и требования к дому, теперь буду ждать предложения. Очень хочется увидеть реакцию Заиры, когда она услышит новость. Пытаюсь представить ее радость и незаметно проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь ночью от требований плоти. Сон кошки все также глубок и крепок. Медленно погружаюсь в расслабленное тело и неторопливо дохожу до пика. Удивительно, но Заира продолжает спать. Даже становится страшно. Неужели девочку так выматывает работа. Может быть, ей это все не нужно?

Офис гудит как улей. В воздухе резонирует напряжение.

– Какие дела, Мурат? – спрашиваю вошедшего зама.

– Не успели нарыть компромат, но ходят слухи, что это не только наша проблема. У одной из конкурирующих сетей тоже застрял товар и, если языки не врут, тоже из Франции.

– Интересный расклад, – складываю руки домиком и трусь об них лбом, – нужно бы им набрать и предложить разделить косты на акцию. Запускаем все по максимуму, – принимаю я решение, – к прессухе все готово?

– Да, сегодня на полдень назначена, – подтверждает Мурат.

– Хорошо. Тогда одновременно с ней запускаем инфу по всем рекламным каналам.

***

Арендованный зал для пресс-конференций забит весь под завязку. Тема явно зашла нашим средствам массовой информации. Телевизионщики устанавливают камеры. Царит нездоровое возбуждение.

Зачитываю вводную речь о ненормальном карикатуристе, высмеявшем гетеросексуальные браки. Журналисты в зале скучают, все это было в высланном пресс-релизе.

Пиарщик предлагает залу задавать вопросы, и атмосфера начинает искрить.

– Почему вы решили, что выходка одного маргинала дает право объявлять бойкот целой стране? – спрашивает меня юноша, похожий на кролика из Винни-Пуха.

– Подобные выходки открывают окна Овертона, – вещаю я, – поэтому свое несогласие нужно показывать оперативно и твердо.

– Тимур, вы же мусульманин, вам не кажется, что концепция брака в исламе тоже несколько странная? – вопрошает женщина феминистической наружности.

– Ничего странного. Как и большинство религий мира, ислам признает только гетеросексуальные союзы. Мы всего лишь напоминаем христианской Европе об их собственных ценностях.

Вопросы сыпятся как из рога изобилия. Отбиваю все удары. Внезапно девица с алыми пухлыми губами томно интересуется:

– Тимур Гареев, а сколько у вас жен? – смотрит нагло, считает, что поймала меня в ловушку.

– Моя семейная жизнь – мое частное дело, – по залу разносится возмущенный гул.

Поднимаю руку, чтобы призвать к тишине и добавляю:

– Могу клятвенно заверить, что я предпочитаю женщин, – раздаются одобрительные смешки.

После пресс-конференции девица с губами пробирается ко мне, практически повисает на локте и пробует договориться об эксклюзивном интервью. Призывно смотрит в глаза:

– Мы могли бы быть полезны друг другу, – негромко говорит с придыханием, – вы мне информацию, я вам интересный досуг. Не сомневаюсь, что ваши жены со мной не сравнятся.

Усмехаюсь. Интересно, насколько далеко журналистка готова зайти.

– Олеся, – читаю я имя на бейдже, – как вы знаете, я мусульманин. Могу прикасаться только к женам и невольницам. Если вы стремитесь к отношениям со мной, то должны поступить ко мне в рабство.

Смотрит потрясенно, хлопает ресницами.

– Какое рабство? У нас двадцать первый век на дворе, – нервно поправляет волосы.

– Можем все оформить юридически по всем стандартам двадцать первого века, – откровенно забавляюсь над шокированной девицей.

Журналистка резко сползает с моего локтя и растворяется в зале.

Отвечаю еще на несколько вопросов на камеру и возвращаюсь в свой офис. Приходит Наташа и отчитывается, что посев по социальным сетям прошел успешно. Аудитории тема понравилась и попала в тренды. Активно постят по пабликам. В патриотических хвалят, в лгбтшных ругают. В понедельник будут промежуточные итоги.

Только отпускаю Утесову, звонит телефон. На экране высвечивается номер владельца другой конкурирующей сети.

– Привет, Камиль, чем обязан? – отвечаю я на вызов.

– Тимур, ты охуел? Что за бойкот Франции? – рычит в трубку Алиев.

– Поспокойнее, Камиль, – усмехаюсь я, – только не говори, что ты против гетеросексуальных браков.

– Не трахай мне мозг, у меня склад забит, кто убытки будет возмещать? – уже орет конкурент.

– Принципы дороже, чем Бургундское, – кидаю я Камилю на прощанье и жму отбой.

Набираю внутренний номер.

– Мурат, тут мне Алиев звонил. Говорит, что у него склад забит. Мне кажется, этот факт требует пристального внимания.

– Я тебя понял, Тимур. Присмотримся.

В прекрасном настроении вызываю к себе Заиру и предлагаю отправиться на обед.

Глава 8.1

Заира

За ужином наблюдаю за Аидой. Не нравится мне ее спокойствие. Даже не буравит меня ненавидящим взглядом. Выглядит невозмутимой и умиротворенной.

Явно задумали какую-то гадость с Дианой. Физически ощущаю, как сжимается кольцо опасности. Теперь небезопасно ни дома, ни в офисе. Навис дамоклов меч, лишь остается ждать конца.

Еще бы представлять себе опасность. Но отдаю себе отчет, что не способна предугадать ход мысли Аиды. Слишком изощренный ум, чтобы я могла его просчитать.

Попросить защиты у Тимура? Но чем он может мне помочь. Диану он так и не уволил. Аиду тем более никуда не уберет. Я даже не могу пожаловаться на аферу с противозачаточными, потому что в моих интересах молчать.

А есть же стопроцентный выход. Стоит рассказать о беременности, и от меня все отстанут. Я перестану представлять опасность для прочих женщин Тимура.

Представляю свой день взаперти в своих апартаментах. Неудовлетворенной профессионально и сексуально. Становится тоскливо.

Все моя дурацкая натура. Ну кто еще предпочтет риск спокойной жизни?

Занимаемся любовью с Тимуром. Вжимаюсь в сильное тело. Чувствую безопасность в его объятиях. Почему я не могу провести в них вечность и еще один день? Накрывает умиротворенность, и я засыпаю.

Просыпаюсь в светлой комнате. Неужели уже утро? Жадные руки ласкают тело, кажется, я задолжала Тимуру вечером. Плавлюсь в жарких мужских объятиях и охотно возвращаю все долги.

С трудом отлипаем друг от друга и приезжаем в офис с опозданием.

Сегодня важный день и напряженная атмосфера. Все ждут решения Тимура – запустит ли он акцию с бойкотом или отменит все в последний момент.

Общая нервозность передается и мне. Возвращаются вечерние страхи, о которых я забыла в объятиях Тимура. Мне внезапно становится душно, а потом накатывает тошнота.

Срываюсь с рабочего места и быстрым шагом направляюсь в уборную. Едва успеваю наклониться над унитазом, как мой завтрак покидает желудок. Меня рвет до упора, до желчи. Чувствую себя беспомощной.

Слышу робкий стук в дверь кабинки.

– Заира, с тобой все нормально? – с облегчением узнаю голос Оли.

Нажимаю на кнопку смыва и без сил выползаю к раковинам.

– Да, со мной все нормально, – отвечаю заторможенно, – никому не говори, пожалуйста, – прошу умоляющим голосом.

– Заира, ты беременна? – спрашивает Оля полушепотом.

– Если Тимур узнает, я больше не буду работать, – объясняю я всю серьезность положения.

– Я никому не скажу, – обещает коллега серьезно, и я ей почему-то верю.

Умываюсь холодной водой, прополаскиваю рот, и мы возвращаемся в отдел.

– Бойкот запускаем, – сообщает Ира последние новости.

В груди волнительно сжимается – мой первый серьезный проект.

Пробираемся с Олей в конференц-зал. Девочки опять не с нами. Они запускают всю рекламную кампанию в момент начала пресс-конференции.

Тимур сидит за столом вместе со своим пиарщиком. Он в элегантном костюме, кажется мне невероятно красивым.

Зал забит журналистами. Даже не верится, что все они пришли послушать Тимура. Меня распирает гордость за своего мужчину. С удивлением наблюдаю, как он с легкостью отвечает на все вопросы. Я знала, что мой муж умный, но не подозревала насколько.

Купаюсь в своем восхищении, пока на руке Тимура не повисает какая-то брюнетка. Хочу, чтобы он отстранился, но Гареев даже не думает. Любезно с ней о чем-то беседует, возможно, назначает свидание. В груди разрастается ревность. С трудом себя контролирую. Здесь не место для бурных сцен. Журналистов очень бы порадовало. Заставляю себя подняться и удалиться из зала.

В рекламном отделе радостное возбуждение. Бойкот поддержали в социальных сетях и шарят с вирусной одержимостью.

– У нас намечается широкий охват, – вводит нас в курс дела Лена.

Наталью вызывает Тимур. Сижу и думаю, притащил он эту брюнетку с собой в офис или как.

– Это надо отметить вечером, – объявляет Ирка, – Артем, пойдешь с нами сегодня в «Эйфорию»?

– Мне-то что отмечать, это не мой проект, Заире предлагай, – отмахивается дизайнер.

– Нет, я точно не смогу, – отказываюсь испуганно.

В кабинет залетает Кирилл.

– А Натальи нет? – спрашивает растерянно.

– Она у Тимура, – поясняет Лена, – Кирилл не хочешь с нами вечером в клуб, мы отмечаем акцию.

Мужчина растерянно смотрит на Олю и не решается спросить, идет ли она.

– Оль, а ты пойдешь? – интересуюсь я за Кирилла.

– Почему бы и нет? – девушка заливается краской.

– Я сегодня свободен, – наконец-то определяется мужчина, – с радостью составлю вам компанию.

Возвращается Наталья и Кирилл интересуется сроками акции для нового магазина.

– Оля работает над слоганами, – оповещает мужчину цапля, – но отдел занят бойкотом, это пока приоритетная задача.

– Можем вечером вместе поработать над слоганами – негромко говорит Кирилл Оле, и та снова заливается краской.

Вижу на экране сообщение от Тимура и иду к нему в кабинет.

– Крошка, ты проголодалась? – встречает меня вопросом муж.

У него прекрасное настроение.

– Что за шармута на тебя вешалась? – интересуюсь с порога.

Подходит ко мне, улыбается и обнимает за талию.

– Красивая, да? – дразнит меня Тимур, – обещала сказочный досуг.

– Ты конечно же согласился? – в тон мужчине интересуюсь я.

– Сказал, что спрошу разрешения у жены, – Тимур прижимает меня к двери и прокручивает замок, – ты разрешаешь?

– Нет, – выдыхаю ему в губы.

– Злая девочка, – хрипло шепчет Тимур, его глаза темнеют, – не хочешь, чтобы мужа радовали другие, придется порадовать самой.

Сгребает меня на руки и через мгновение кидает на диван.