Текст книги "История великих путешествий. Том 3. Путешественники XIX века"

Автор книги: Жюль Габриэль Верн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Этим открытиям обоих французов предшествовала их экспедиция в оазис Сива. В конце 1819 года они выступили с несколькими спутниками из Эль-Файюма и углубились в Ливийскую пустыню. На пятнадцатый день пути, после стычки с арабами, они достигли Сивы, сделали все измерения храма Юпитера-Аммона и астрономически определили, как и Браун, его положение. Позже этот оазис стал целью военной экспедиции, во время которой были получены новые, чрезвычайно важные данные в дополнение к уже собранным Кайо и Леторзеком.

Затем они посетили оазис Фарафра, не исследованный еще ни одним европейцем, и оазис Дахла и Харг [334]  [334]Харг – правильно: Эль-Харга, центр одноименного оазиса.


[Закрыть]. Материалы этой экспедиции были отосланы во Францию Жомару [335]  [335]Жомар Эдм Франсуа (1777 – 1862) – французский инженер, географ и археолог. Входил в научную комиссию Египетского института (1799 – 1801). Работал над монументальными публикациями «Описание Египта» и «Географические памятники» (сборник древних карт). Был одним из основателей Парижского Географического общества (1821).


[Закрыть], и тот использовал их при составлении труда под названием «Путешествие в оазис Сива».

Некоторое время спустя Рюппель [336]  [336]Рюппель Вильгельм Петер Симон (1794 – 1894) – немецкий путешественник и натуралист. В 1817 году посетил Египет (отчет о путешествии опубликовал в 1818 году). В 1822 – 1827 годах путешествовал по северо-востоку Африки (Нубия, Сеннар, Кордофан) и Аравии, в 1833-м – по Эфиопии. Издал описания двух своих путешествий: «Путешествие в Нубию, Кордофан и Каменистую Аравию» (1829) и «Путешествие в Абиссинию» (1838 – 1840). Автор зоологических монографий о млекопитающих Абиссинии и птицах Северо-Восточной Африки.


[Закрыть]посвятил семь или восемь лет исследованию Нубии, Сеннара, Кордофана [337]  [337]Кордофан – область на востоке Судана, между Нубией и Дарфуром, к западу от Белого Нила. В начале XIX века Кордофан был вассалом дарфурского государства. В 1820 году был завоеван Египтом. Ныне – провинция Республики Судан (с центром в г. Эль-Обейд).


[Закрыть]и Абиссинии; в 1824 году он поднялся по Белому Нилу и прошел больше шестидесяти лье вверх от места его слияния с Голубым Нилом.

Наконец немецкий натуралист, горный советник в Австрии Йозеф Руссеггер [338]  [338]Руссеггер Иозеф фон (1802 – 1863) – австрийский геолог; в 1836 году посетил Египет, Нубию, Кордофан, Синай и Палестину. С 1850 года был директором Горной и лесной академии в немецком городе Хемнице. Основной труд – «Путешествия по Европе, Азии и Африке» («Reisen in Europa, Asien und Afrika», 4 тома, 1841 – 1849).


[Закрыть]в 1836 – 1838 годах тоже побывал на нижнем течении Бахр-эль-Абьяда. Его путешествие, совершенное по заданию правительства, послужило началом больших и плодотворных изысканий, которые предпринял в этих краях Мехмед Али.

Глава третья
НАУЧНОЕ ИЗУЧЕНИЕ ВОСТОКА И ЭКСПЕДИЦИИ ПО АМЕРИКЕ

Расшифровка клинописи и изучение Ассирии до 1840 года. – Древний Иран и Авеста. – Триангуляция в Индии и изучение Индостана. – Исследование и измерение Гималаев. – Аравийский полуостров. – Сирия и Палестина. – Центральная Азия и Александр Гумбольдт. – Пайк у истоков Миссисипи, Арканзаса и Ред-Ривер. – Две экспедиции майора Лонга. – Генерал Касс. – Скулкрафт у истоков Миссисипи. – Исследование Нью-Мексико. – Археологические экспедиции в Центральной Америке. – Естественно-исторические изыскания в Бразилии. – Шпикс и Мартиус, принц Максимилиан Вид-Нейвид. – Орбиньи и «Человек Америки».

Хотя открытия, о которых мы собираемся рассказать, собственно говоря, и не являются географическими, они все же пролили новый свет на многие древние цивилизации, настолько расширили сферу истории, а также общие воззрения, что мы не можем не сказать о них несколько слов.

Так, разбор клинописных памятников и расшифровка иероглифов были очень важными событиями по их последствиям. Перед нами раскрылось множество фактов, которые до тех пор были не известны или в исковерканном виде дошли до нас в более или менее фантастических рассказах древних историков – Диодора [339]  [339]Диодор Сицилийский (ок. 80 – 29 до и. э.) – древнегреческий историк, автор «Исторической библиотеки», произведения, составленного из различных более ранних источников. В этом произведении излагается история средиземноморского мира с древнейших времен до 60 года до н. э. Русский перевод «Исторической библиотеки» выпущен в 1774 – 1775 годах.


[Закрыть], Ктесия [340]  [340]Ктесий из Книда (V век до н. э.) – древнегреческий историк и врач, автор описательных работ о Персии («Персика») и Индии («Индика»).


[Закрыть]и Геродота. Поэтому невозможно обойти молчанием столь значительные научные открытия.

Благодаря им мы близко знакомимся с новым миром, с высокоразвитой культурой, с нравами, образом жизни и обычаями, совершенно не схожими с нашими. Как любопытно держать в руках счета управляющего какого-то вельможи или правителя области, читать такие романы, как «Сетна» [341]  [341]«Сетна» – вероятно, имеется в виду сказка о фиванском царе Секененра и гиксосском царе Апепи, почитателе бога Сета (Новое царство, XV – XIV века до н.э.).


[Закрыть]и «Два брата» [342]  [342]«Сказка о двух братьях» – одно из лучших произведений древнеегипетской художественной литературы периода Нового царства.


[Закрыть], такие сказки, как «Сказка об обреченном царевиче» [343]  [343]«Сказка об обреченном царевиче» – романтическое произведение древнеегипетской литературы, созданное в период Нового царства.


[Закрыть].

Раньше древние постройки огромных размеров, прекрасные храмы, роскошные склепы, художественно изваянные обелиски были для нас только великолепными памятниками. Теперь же, когда прочитаны покрывающие их надписи, они рассказывают нам о жизни царей, воздвигнувших их, и сообщают обстоятельства, сопутствовавшие их сооружению.

Сколько имен народов, не упоминаемых греческими историками, сколько исчезнувших городов, сколько подробностей относительно религии, искусства, ремесла, быта; сколько политических или военных событий со всеми деталями раскрывают нам иероглифы или плиты, покрытые клинописью!

Мы знакомимся с повседневной жизнью древних народов, о которых раньше имели лишь неполные и, так сказать, поверхностные сведения; теперь у нас даже есть представление об их литературе. Может быть, не так уж далек день, когда мы будем знать жизнь египтян XVIII века до нашей эры не хуже, чем жизнь наших предков в XVII и XVIII веках после Рождества Христова.

Карстен Нибур сообщил о сделанных непонятными надписях Персеполиса и первый снял с них точные и полные копии. Производилось немало попыток прочесть эти надписи, но все было напрасно, пока наконец благодаря гениальному вдохновению и блестящей интуиции Гротефенду [344]  [344]Гротефенд Георг Фридрих (1775 – 1853) – учитель геттингенской гимназии; разобрал в персепольской надписи имена двух царей из династии Ахеменидов, Дария и Ксеркса, а также имя Гистаспа, отца Дария. Таким образом правильно определил 19 алфавитных знаков, чем положил начало дешифровке клинописи.


[Закрыть]– ученому филологу из Ганновера – не удалось в 1802 году проникнуть в окутывавшую их тайну.

И как же действительно своеобразны и как трудно поддаются толкованию эти клинописные надписи! Представьте себе ряд клиньев («cuneus»), поставленных различным образом и образующих расположенные по горизонтали сочетания, что выражают эти сочетания? Представляют ли они звуки и слоги или буквы вроде наших, из которых складываются целые слова? Имеют они идеографическое [345]  [345]Идеография – система письма при помощи идеограмм, то есть знаков, обозначающих не звуки (как буквы), а целые понятия; способ обозначения одним письменным знаком целого слова или понятия.


[Закрыть]значение, как иероглифы китайского письма? Какой язык скрывается за ними? Вот сколько задач надо было разрешить. Были лишь основания думать, что надписи, привезенные из Персеполиса, сделаны, вероятно, на языке древних персов, но Раск, Бопп [346]  [346]Бопп Франц (1791 – 1867) – немецкий филолог, автор «Сравнительной грамматики индоевропейских языков», в которой были изложены основные принципы лингвистической науки.


[Закрыть]и Лассен [347]  [347]Лассен Христиан (1800 – 1876) – немецкий ориенталист скандинавского происхождения.


[Закрыть]еще не успели провести исследования иранских языков и показать их родство с санскритом.

Рассказать о том, путем каких остроумных умозаключений, гипотез, попыток и догадок Гротефенд пришел к распознанию алфавитного письма, как ему удалось в некоторых сочетаниях выделить имена, бывшие, по его предположению, именами Дария [348]  [348]Дарий I Гистасп (правил в 522 – 486 до н. э.) – древнеперсидский царь; провел ряд реформ, упрочивших монархическое государство. При нем начались греко-персидские войны.


[Закрыть]и Ксеркса [349]  [349]Ксеркс – персидский царь (правил в 486 – 465 до н. э.), сын Дария I; руководил 3-м походом персов в Грецию (480 г. до н. э.), который окончился полным разгромом агрессоров.


[Закрыть], как благодаря этому он определил многие буквы, а зная их, прочел и другие слова, – рассказывать все это – значило бы выйти из рамок нашей книги. Так или иначе метод был найден. Другим оставалось лишь дополнять и совершенствовать его.

Все же прошло больше тридцати лет, прежде чем изучение клинописи достигло заметных успехов. Новый значительный шаг вперед сделал французский ученый Эжен Бюрнуф [350]  [350]Бюрнуф Эжен (1801 – 1858) – французский востоковед, автор выдающихся работ о санскрите, буддизме и «Авесте», древнейшем памятнике зороастризма.


[Закрыть]. Использовав свое знание санскрита [351]  [351]Санскрит – древнейший письменный язык Индии. Принадлежит к индийским языкам индоевропейской языковой семьи. На протяжении исторического времени прошел 3 периода развития: ведийский (III тысячелетие до н. э. – V век до н. э.), эпический (IV век до н. э. – IV век н. э.), классический (с V века н. э.). В более позднее время санскрит положил начало целому ряду средне– и новоиндийских языков. Санскритское письмо (слоговой алфавит деванагари) используется – иногда в измененной форме – многими языками Индии.


[Закрыть]и языка «зенд» [352]  [352]Зенд – устарелое название языка, на котором была написана «Авеста». Позднее этот язык стали называть пехлеви, а название «зенд» сохранилось за комментарием к «Авесте».


[Закрыть], он доказал, что язык надписей Персеполиса был просто диалектом «зенда», на котором говорили в Бактрии [353]  [353]Бактрия – область между Гиндукушем, Памиром, реками Амударья и Герируд (Мургаб) и пустыней Каракум. При Дарии I вошла в состав Персидского государства. Главный город – Бактры (современный Балх в Афганистане).


[Закрыть]еще в VI веке до нашей эры и на котором записаны книги Зороастра [354]  [354]Зороастр – греческая форма имени легендарного пророка и основателя Древнеперсидской религии Заратуштры.


[Закрыть]. Его работа вышла в 1836 году. В то время немецкий ученый из Бонна Лассен, занимавшийся изысканиями в этой же области, пришел к тождественным выводам.

Вскоре все имевшиеся надписи были прочитаны и был установлен весь алфавит, за исключением небольшого числа знаков, относительно которых ученые не могли прийти к согласию.

Но все-таки это был только фундамент, а здание оставалось еще далеко не завершенным. Действительно, ученые заметили, что надписи из Персеполиса, по-видимому, повторялись в трех параллельных колонках. Не имели ли они здесь дело с одним и тем же текстом на трех главных языках империи Ахеменидов [355]  [355]Ахемениды – династия древнеперсидских царей, правившая в 558 – 330 годах до н. э.


[Закрыть]– персидском, мидийском и ассирийском, или вавилонском [356]  [356]В современной лингвистической терминологии ассиро-вавилонский язык называется аккадским.


[Закрыть]. Предположение оказалось верным. После расшифровки одной такой надписи появилась возможность сопоставить ее с остальными и дальше действовать так, как действовал Шампольон [357]  [357]Шампольон Жан Франсуа (1790 – 1832) – французский археолог, которому посчастливилось дешифрировать древнеегипетские иероглифы, чем было положено начало новой науке – египтологии. Расшифровку ученый сделал по обломку стелы, найденному близ Розетты («Розеттский камень»). На этим камне египетский текст (иероглифическое и демотическое письмо) сопровождался параллельным древнегреческим переводом. Доклад о своем открытии ученый опубликовал в 1822 году, позднее он написал грамматику и составил первый словарь древнеегипетского языка. В 1828 – 1830 годах Шампольон руководил весьма плодотворной в отношении собранного материала археологической экспедицией в Египет. Был членом Академии надписей и почетным членом Петербургской академии наук.


[Закрыть]в отношении Розеттского камня, на котором рядом с греческой надписью имелись два перевода, сделанные письмом демотическим [358]  [358]Демотическое письмо – поздняя, наиболее сокращенная форма египетской скорописи. Существовало с VIII века до н. э. по V век н. э. Название образовано от греческого слова «демотикос» – «народный», что подчеркивает гораздо большую распространенность этого способа письма по сравнению с иероглифическим.


[Закрыть]и иероглифическим.

Удалось установить, что другая надпись сделана на ассиро-вавилонском языке, принадлежащем, как еврейский, химьяритский [359]  [359]Химьяриты – жители Химьяритского царства, рабовладельческого государства на юго-западе Аравии в 115 г. до н. э. – 570 г. н. э. Были одним из самых значительных племен в составе Сабейского царства, культуру и язык которого химьяриты унаследовали. В конце VI века н. э. царство было завоевано персами.


[Закрыть]и арабский, к семитской языковой семье, а третья – на языке, получившем название мидийского и приближающемся к турецкому и татарскому [360]  [360]Мидийский язык – видимо, автор имеет в виду язык Мидийского царства, образовавшегося на северо-западе современного Ирана и на юге Азербайджана в конце VII века до н. э. В следующем столетии царство значительно расширило свои границы, включив в свой состав множество этнически различных племен. Однако основу населения Мидийского царства составляли ираноязычные племена, и утверждение автора о близости языка мидян к тюркским ошибочно.


[Закрыть]. Но распространяться об этих исследованиях – значило бы вторгаться в чужую область. Это должно было стать задачей таких ученых, как датчанин Вестергорд [361]  [361]Вестергорд Нильс Людвиг (1815 – 1878) – филолог, профессор Копенгагенского университета; в 1841 – 1843 годах путешествовал по Ирану и Индии: работал над переводом Авесты.


[Закрыть], французы де Сольси [362]  [362]Сольси Луи-Фелисьен-Жозеф-Кэньяр де (1807 – 1880) – крупный французский археолог и нумизмат. В 1843 – 1872 годах опубликовал ряд работ по древнеегипетскому и аккадскому языкам, демотике и клинописи, а также по античной географии.


[Закрыть]и Опперт [363]  [363]Опперт Жюль (1825 – 1905) – французский ассириолог, автор значительных работ по клинописи.


[Закрыть], англичане Норрис [364]  [364]Норрис Эдвин (1795 – 1872) – английский востоковед, один из первых дешифровщиков клинописи. Сначала служил в Ост-Индской компании (1818-1837), потом был избран помощником секретаря Королевского Азиатского общества, с 1859 года – секретарь этого общества. С 1868 года работал над составлением «Ассирийского словаря».


[Закрыть]и Роулинсон [365]  [365]Роулинсон Генри Кресуик (1810 – 1895) – известный английский востоковед, крупнейший специалист по истории древней Ассирии. Член Лондонского Королевского географического общества с 1844 года; дважды избирался председателем Общества: на 1871 – 1872 и 1874 – 1875 годы. Роулинсон в 1835 году скопировал ряд клинообразных надписей, среди них – знаменитую надпись на Бехистунской скале. Ученый правильно определил 18 алфавитных знаков пермской клинописи, а потом, вместе с Норрисом, около 200 знаков так называемой II клинописной системы (новоэламские надписи). Расшифровал также несколько десятков слоговых знаков III клинописной системы.


[Закрыть], если упоминать только самых известных.

Знакомство с санскритом и исследования брахманской литералы (о чем мы расскажем ниже) положили начало новой отрасли науки, которая сделала со временем большие успехи. Огромная область, называемая востоковедами «Ираном» и включающая Персию, Афганистан и Белуджистан еще задолго до появления на исторической арене Ниневии и Вавилона, была средоточием развитой культуры, связанной с именем Зороастра – законодателя, воина и основателя религии. Его ученики, преследуемые в эпоху мусульманского завоевания, изгнанные из своего древнего отечества, где сохранилась их религия, бежали на северо-запад Индии и стали там известны под именем парсов.

В конце XVIII столетия француз Анкетиль-Дюперрон [366]  [366]Анкетиль-Дюперрон Абраам Иасинт (1731 – 1805) – французский востоковед, первым переведший на родной язык крупнейший памятник религиозной мысли древних иранцев – священную книгу Авесту.


[Закрыть]привез в Европу точную копию со священных книг парсов, написанных на языке самого Зороастра. Дюперрон их перевел, и в продолжение шестидесяти лет они были для всех ученых источником сведений о религии и языке Ирана. Эти книги известны под названием «Зенд-Авеста»: оно состоит из обозначения языка – зенд и заглавия книги – Авеста [367]  [367]Авеста – священная книга зороастрийской религии. Создавать ее начали в первой половине VI века до н. э. Древнейшая часть канона – Гаты, стихотворные проповеди, вложенные в уста пророка Заратуштры. В состав Авесты вошли также гимны богам, частично – очень древние, и религиозные проповеди. Окончательно канон оформился в первые века нашей эры.


[Закрыть].

Но после успехов в изучении санскрита надо было по-иному подойти к этой области знаний, применив новые, строгие методы. В 1826 году датский филолог Раск, а затем глубокий знаток санскрита Эжен Бюрнуф снова взялись за изучение зенда. Бюрнуф даже опубликовал в 1834 году капитальное исследование, посвященное «Ясне» [368]  [368]«Ясна» – один из основополагающих священных текстов зороастризма.


[Закрыть]– исследование, составившее эпоху. Обнаруженное сходство древнего санскрита и зенда давало основание предполагать, что оба эти языка имеют общее происхождение, и доказывало родство, вернее сказать – единство, народов, на них говоривших. У этих народов мы обнаруживаем одни и те имена божеств и одинаковые предания, не говоря уже о сходстве нравов и о том, что оба они в древнейших писаниях называют себя одним и тем же родовым именем – арии. Незачем, пожалуй, говорить о том, насколько важно было открытие, проливавшее совершенно новый свет на начальный период нашей истории, так долго остававшийся неизвестным.

С конца XVIII столетия, то есть с того времени, когда англичане прочно утвердились в Индии, всестороннее изучение природы этой страны проводилось очень энергично. Оно, естественно, обогнало этнологию [369]  [369]Этнология (в отечественной терминологии – этнография) – историческая наука, изучающая культурные и бытовые особенности различных народов, исследующая исторические изменения и развитие этих особенностей, проблемы происхождения, расселения и культурно-исторических взаимоотношений народов.


[Закрыть]и смежные науки, для расцвета которых нужна более твердая почва и более спокойные времена. Вместе с тем само собой понятно, что знакомство со страной необходимо и для управления ею, и для торговли. Поэтому маркиз Уэлзли [370]  [370]Маркиз Уэлзли – Ричард Колли, 1-й маркиз Уэлзли (1760 – 1842), британский государственный деятель, с 1793 года член Контрольного совета по делам Индии в 1797 – 1805 годах был одновременно губернатором Мадраса и генерал-губернатором Бенгалии, один из наиболее заслуженных в распространении власти Великобритании в Индии чиновников. Его административная деятельность, а главным образом проекты реформ гражданского управления, вызвала недовольство руководства Ост-Индской компании, и Уэлзли был отозван из Индии.


[Закрыть], бывший тогда управляющим Ост-Индской компании, сознавая всю важность составления карты английских владений, в 1801 году поручил пехотному офицеру Уильяму Лемтону [371]  [371]Лемтон Уильям (1756 – 1823) – подполковник британской армии, военный геодезист, основатель Тригонометрической службы Индии. В 1801 – 1816 годах написал ряд отчетов и научных работ, посвященных результатам и методике астрономических и геодезических измерений.


[Закрыть]связать тригонометрической сетью восточное и западное побережье Индии с обсерваторией в Мадрасе.

Но Лемтон этим не ограничился. Он точно измерил дугу меридиана от мыса Коморин [372]  [372]Теперь этот мыс называется Кумари.


[Закрыть]до деревни Такур-Кера в пятнадцати милях на юго-восток от Элличпура [373]  [373]Элличпур – городок в южных предгорьях гор Гавилгарх, примерно в 550 км северо-восточнее Бомбея (штат Махараштра).


[Закрыть]. Длина этой дуги превышала двенадцать градусов. С помощь знающих офицеров, среди которых следует упомянуть полковника Эвереста [374]  [374]Эверест Джордж (1790 – 1866) – британский военный геодезист; участвовал в геодезических съемках на Яве, с 1818 года перешел в Тригонометрическую службу Индии, с 1830 года занимал пост главного землемера Индии. Под его руководством создавалась тригонометрическая сеть в Индостане, в том числе определялись высоты основных гималайских вершин. Уехал из Индии в 1843 году. Уже после отъезда Эвереста его преемник Эндрю Во предложил назвать в честь заслуженного офицера одну из безымянных вершин – Пик XV. После камеральной обработки результатов геодезических съемок оказалось, что эта вершина – самая высокая на земном шаре.


[Закрыть], правители Индии добились бы завершения поставленной перед топографами задачи значительно раньше 1840 года, если бы новые захваты территорий не отдаляли все время срока окончания съемки.

Почти в то же время зародилось стремление к изучению литературы Индии.

Именно в Лондоне, в 1776 году, появился первый перевод отрывков из самых важных индийских кодексов. Девять лет спустя в Калькутте сэром Уильямом Джонсом [375]  [375]Джонс Уильям (1716 – 1791) – британский востоковед, о чем достаточно говорится в тексте Ж. Верна, и юрист. В последней ипостаси выпустил пользовавшуюся успехом книгу «Очерки на тему закона о взятии на поруки» («Essay on toe Law of Bailments», 1781).


[Закрыть], первым европейцем, в совершенстве изучившим санскрит, было основано Азиатское общество, журнал которого «Азиатские исследования» («Asiatic Researches») сообщал обо всех научных работах, касающихся Индии.

Вскоре, в 1789 году, Джонс опубликовал свой перевод драмы «Шакунтала» [376]  [376]«Шакунтала» – одно из лучших произведений классической индийской литературы; драматическое произведение, принадлежащее перу поэта Калидасы (V век н. э.). Написана на сюжет одного из эпизодов эпической поэмы «Маха6харата». Полное название произведения – «Узнанная по кольцу Шакунтала». Пьеса и в наши дни с успехом исполняется актерами народных театров, оставаясь очень популярной среди всех слоев населения.


[Закрыть], прелестный образец индийской литературы, исполненный чувства и изящества. Непрерывным потоком стали выходить санскритские словари и грамматики. В Британской Индии началось настоящее соревнование. Оно, разумеется, перекинулось бы и в Европу, если бы континентальная блокада [377]  [377]Континентальная блокада – торговая блокада Великобритании, объявленная правительством Наполеона I в 1806 году. Всем союзным и подвластным Франции государствам не только запрещалось торговать с островной державой, но и поддерживать какие-либо почтовые, культурные и прочие отношения. Впрочем, запрет неторговых связей соблюдался не слишком строго. Блокада формально была отменена в 1814 году после падения Наполеона.


[Закрыть]не препятствовала проникновению книг, опубликованных за границей. Однако даже в эту эпоху некий англичанин, по фамилии Гамильтон, живший в это время в Париже на положении пленного, изучал восточные рукописи во французской Национальной библиотеке и надоумил Фридриха Шлегеля [378]  [378]Шлегель Фридрих (1772 – 1829) – немецкий критик, филолог, философ, писатель, теоретик романтического направления в искусстве.


[Закрыть]заняться санскритом, для изучения которого теперь необязательно было выезжать на место.

Учеником Шлегеля был Лассен, о котором нам уже пришлось говорить. Они оба погрузились в изучение литературы и древностей Индии, уделяя большое внимание публикации, переводу и комментариям текстов. В то же время Франц Бопп тоже упорно занимался санскритом, сделал свои грамматики общедоступными и пришел к заключению (тогда вызывавшему удивление, а теперь принятому всеми) о родстве индоевропейских языков.

Вскоре установили, что Веды [379]  [379]Веды, или ведическая литература – древнейшие памятники индийской литературы, относящиеся к концу II тысячелетия – первой половине I тысячелетия до н. э. В развитии ведической литературы выделяют несколько этапов. Первый – самый древний, к которому относятся собственно веды ( санскр. «веда» – «знание») – 4 сборника гимнов, молитв, заклинаний, жертвенных формул. Самый ранний из них – Ригведа («Веда гимнов»); он имеет и наибольшее значение в религиозной и культурной жизни страны. Большая часть Ригведы, как принято считать, создана между 1500 и 1000 годами до н. э.


[Закрыть](пользовавшиеся особенным почтением и потому не подвергавшиеся никаким переделкам) сохранили очень древний и очень чистый язык, на котором были когда-то написаны. Близкое сходство их языка с языком зенд заставляло относить создание Вед к тому периоду, когда еще не произошло выделения двух ветвей арийской языковой семьи.

Потом изучили оба эпоса брахманской эпохи, наступившей вслед за ведийской – «Махабхарату» [380]  [380]«Махабхарата» – древнеиндийская эпическая поэма. В основной части, литературно оформленной в X – VIII веках до н. э., содержится повествование о борьбе за власть двух царских родов. Однако эпос сильно разросся за счет позднейших добавлений: мифов, легенд, басен, афоризмов, философских и правовых трактатов, вставных поэм.


[Закрыть]и «Рамаяну» [381]  [381]«Рамаяна» – древнеиндийская эпическая поэма о подвигах принца Рамы, которого сторонники индуизма считают одним из воплощений бога Вишну, о похищении Раваной, предводителем демонов, Ситы, жены Рамы, и о ее освобождении. Авторство поэмы, насыщенной богатым философским подтекстом, приписывается мудрецу Вальмики. Дошедший до нас текст поэмы датируется веками н. э. До сих пор «Рамаяна» является одним из любимейших проведений в Индии; ее сюжеты постоянно разыгрываются актерами многочисленных народных театров, странствующих по городам и селам; представления на сюжет «Рамаяны» – непременный номер всех народных празднеств.


[Закрыть]. Благодаря более глубокому познанию языка и более близкому знакомству с мифами ученым удалось приблизительно установить время создания этих поэм, вычленить в них многочисленные позднейшие вставки, распознать в этих чудесных аллегориях все, что оставило след в истории и географии страны.

В результате терпеливых и кропотливых исследований ученые пришли к выводу, что языки кельтский, греческий, латинский, германский, славянский и персидский имеют общее происхождение и что материнским языком был именно древнеиндийский. Если язык был единым, то и народ должен был быть единым, различия, существующие в наши дни между перечисленными языками, объясняют последовательным дроблением первобытного народа; о времени ответвления народов можно приблизительно судить по большей или меньшей близости их языков к санскриту и по характеру заимствованных из него слов, по своей природе соответствующих различным ступеням развития цивилизации.

Одновременно создается ясное и четкое представление о жизни, какую вели праотцы индоевропейских народов, и о переменах, которые вносила в нее цивилизация. Веды показывают нам этот пранарод в то время, когда он еще не распространился по всей Индии и занимал только Пенджаб и Кабулистан. Эти поэмы делают нас свидетелями борьбы пришельцев с первоначальным населением Индостана, оказывавшим ожесточенное сопротивление, так как победители зачисляли его лишь в самые низшие и позорные из своих каст. Благодаря Ведам мы входим во все подробности пастушеской и патриархальной жизни ариев, приобщаемся к той относительно спокойной семейной жизни и задаемся вопросом, стоит ли ожесточенная борьба современников тех мирных радостей, которыми отсутствие чрезмерных потребностей наградило их праотцев.

Мы, разумеется, не можем долго задерживаться на затронутой теме; но из того малого, что мы рассказали, читатель легко поймет, насколько важны были эти исследования с точки зрения истории, этнографии и лингвистики. Мы отсылаем его за остальными подробностями к специальным сочинениям востоковедов. Результаты, которых до 1820 года добились исследователи Индии в различных областях знания, изложены были с пониманием дела и беспристрастностью в обширном труде Уолтера Гамильтона, носящем заглавие «Географическое, статистическое и историческое описание Индостана и соседних стран». Это одно из тех произведений, которые, знаменуя определенный этап в истории науки, точно определяют степень ее развития в данную эпоху.

После беглого обзора работ, касающихся духовной и общественной жизни индусов, следует сказать о том, что предпринималось для изучения природы страны.

Один из самых поразительных выводов, к которому пришли в результате своих путешествий Уэбб и Муркрофт [382]  [382]Муркрофт Уильям (1765 – 1825) ветеринарный врач британской Бенгальской армии (с 1803-го) и путешественник. Пересек Гималаи, исследовав долины Сатледжа и Верхнего Инда (1811 – 1812), посетил Лахор и Кашмир (1819 – 1822), Бухару (1825). Сборник его географических трудов издан в 1841 году.


[Закрыть], состоял в том, что Гималайские горы необычайно высоки. По приблизительным расчетам этих исследователей, Гималаи оказались, во всяком случае, не ниже самых высоких вершин Анд. Измерения полковника Колбрука позволили ему утверждать, что вершины этой горной цепи достигают двадцати двух тысяч футов, а его подсчеты, по-видимому, давали цифру меньше действительной. Уэбб, в свою очередь, измерил одну из высочайших гор Гималаев – Джамунавагари [383]  [383]Если речь идет о вершине в истоках реки Джамуны, то это может быть только Бандарпун, высота которого составляет 6315 м. Но скорее всего имеется в виду соседний крупный горный массив Бадринатх высотой 7188 м (по современным определениям). Надо отметить, что приводимые Ж. Верном высотные определения сильно завышены.


[Закрыть]– и определил, что ее вершина поднимается на двадцать тысяч футов выше того плато, на котором она находится и которое возвышается приблизительно на пять тысяч футов над низменной равниной. Не удовлетворившись этими результатами, ему самому казавшимися слишком приблизительными, Уэбб измерил тогда со всей возможной математической точностью Девалагири (или «Белую гору»), и по расчетам получилось, что ее вершина достигает двадцати семи тысяч пятисот футов [384]  [384]Имеется в виду вершина Дхаулагири. Ее высота, по современным определениям, составляет 8172 м (на 80 м ниже указанного в тексте значения).


[Закрыть].

Особенно поражают в Гималаях параллельные ряды горных хребтов, как бы карабкающихся друг на друга. Это дает гораздо более яркое представление об их высоте, чем дало бы зрелище стоящего посреди равнины пика, гордая вершина которого теряется в облаках.

Результаты Уэбба и Колбрука, однако, подтвердились, когда полковник Кроуфорд измерил тригонометрическим способом восемь самых высоких вершин Гималаев. Высочайшей из них, по данным Кроуфорда, оказалась гора Чумулари, расположенная у границ Бутана и Тибета: ее вершина находится на высоте тридцати тысяч футов над уровнем моря [385]  [385]Конечно, подобных высот (свыше 9000 м) на Земле нет. Что же до горы Чумулари, или точнее – Чумалари, то ее вершина, согласно Азиатской энциклопедии (Encyclopedia Asiatica; New Delhi, 1982), поднимается над уровнем моря «всего» на 23 944 фута (7183 м).


[Закрыть].

Эти цифры, хотя они и совпадали и хотя трудно было допустить, чтобы все наблюдатели ошибались, весьма изумили ученый мир. Главное возражение состояло в том, что в этих краях, по теоретическим расчетам, снеговая линия [386]  [386]Снеговая линия – граница, выше которой снег в горах за лето не успевает растаять (называется также границей вечных снегов).


[Закрыть]должна проходить на высоте почти тринадцати тысяч футов над уровнем моря. Поэтому казалось невероятным, чтобы по Гималайским горам действительно росли леса гигантских сосен, как утверждали все исследователи.

И все же опыт показал ошибочность теоретических рассуждений. Во время своего второго путешествия Уэбб поднялся на Нити-Гот, самый высокий в мире горный перевал, и определил его высоту. Она равнялась шестнадцати тысячам восьмистам четырнадцати футам [387]  [387]Нити-Гот – расположен в округе Гарвал под 30°46'10" северной широты и 79°51'50" восточной долготы. Его высота, по Азиатской энциклопедии, составляет 16 570 футов (4971 м).


[Закрыть]. Уэбб не только не обнаружил на перевале снега, но отметил, что в летнее время снега не сохранилось и на скалах, вздымающихся еще на триста футов над перевалом. Крутыесклоны, где уже трудно было дышать, поросли великолепными лесами, состоявшими из сосен, кипарисов, кедров и елей.

«Уэбб, – пишет Десборо Кули [388]  [388]Кули Уильям Десборо (год рожд. не изв. – 1883) – британский географ, почетный член Лондонского Королевского географического общества, автор «Истории географических открытий» (1830 – 1831), на которую часто ссылается Жюль Берн, и учебника «Физическая география» (1876).


[Закрыть], – объясняет отступление границы вечного снега в Гималаях тем, что их главные вершины вздымаются к небу посреди высоко приподнятого плато. Так как нагретость воздуха зависит главным образом от количества солнечной радиации, отраженной поверхностью земли, то отсюда следует, что близость обширных равнин должна оказывать существенное влияние на температуру в горах. Этих замечаний, по нашему мнению, вполне достаточно, чтобы опровергнуть возражения некоторых ученых, считающих, что Гималаи не поднимаются так высоко. Их можно с полной уверенностью считать самыми высокими горами во всем мире».

Теперь надо сказать несколько слов об одной экспедиции, предпринятой в края, уже посещенные Уэббом и Муркрофтом.

У путешественника Фрейзера [389]  [389]Фрейзер Джеймс Бейли (1783 – 1856) – английский путешественник, совершил несколько путешествий по Персии, Курдистану и Месопотамии. В 1815 году вместе с братом Уильямом (1784? – 1835) исследовал Непал и истоки Ганга и Джамуны. Автор трех книг о своих путешествиях.


[Закрыть]не было ни инструментов, ни инструкций для измерения высоких вершин, среди которых он намеревался побывать, но он обладал острым восприятием, и его занимательный отчет местами представляет большой интерес. Он посетил истоки Джамуны и, хотя поднимался на высоту более двадцати пяти тысяч футов, повсюду видел деревни, живописно лепившиеся по склонам, испещренным пятнами снега. Затем Фрейзер, несмотря на возражения проводников, отправился к Ганготри. Проводники говорили, что дорога крайне опасна и что там дует гибельный ветер, лишающий сознания всякого, кто отважится туда подняться. Исследователь все же поднялся к Ганготри и был так восхищен величием и великолепием пейзажей, что испытанное им наслаждение искупило все трудности пути.

«Гималайские цепи, – описывал Фрейзер, – чрезвычайно своеобразны. Все путешественники, видевшие их, согласятся со справедливостью такого мнения. Действительно. Гималаи не похожи ни на какие другие горы, и когда смотришь на них с какой-нибудь возвышенности, их причудливые очертания, остроконечные пики необыкновенной высоты вызывают такое удивление в пришельце, что тот не может оторвать от них глаз и подчас чувствует себя словно во власти обманчивого миража».

Теперь мы должны покинуть Индию и перенестись в Аравию, по которой было совершено несколько интересных путешествий. Прежде всего надо упомянуть об экспедиции капитана английской армии Сэдлера. Приняв на себя в августе 1819 года поручение губернатора Бомбея к Ибрахим-паше, который вел войну с ваххабитами, Сэдлер пересек Аравийский полуостров от порта Эль-Катиф в Персидском заливе до Янбу на Красном море.

Этот любопытный отчет о переходе через Аравию, какого до тех пор не совершал ни один европеец, к несчастью, не был напечатан отдельной книгой, и с ним можно ознакомиться лишь по очень редкому изданию под названием «Записки Бомбейского литературного общества».

Почти в то же время, между 1821 и 1826 годами, английское правительство поручило капитанам первого ранга Морсби [390]  [390]Морсби Фэрфакс (1786 – 1877) – британский морской офицер, впоследствии – адмирал.


[Закрыть]и Хейнзу гидрографические работы, целью которых являлась сплошная съемка берегов Аравии. Таким образом была составлена наконец первая точная карта этого полуострова.

В начале этого тома говорилось об археологических и исторических исследованиях и разысканиях Зетцена и Буркхардта в Сирии и Палестине. Остается сказать несколько слов об одной экспедиции, результаты которой были особенно важны для физической географии. Речь идет о путешествии баварского натуралиста Генриха Шуберта [391]  [391]Шуберт Готтхильф Генрих фон (1780 – 1860) – был не столько натуралистом, сколько натурфилософом, последователем идеалистического учения Фридриха Вильгельма Шеллинга. Кроме многочисленных философских и естественно-научных трудов, издавал книги о собственных путешествиях.


[Закрыть].

Объехав Нижний Египет и Синайский полуостров, Шуберт в 1837 году вступил в Палестину. Баварского ученого сопровождали двое его друзей – доктор Эрдль и художник Мартин Бернац.

Путешественники, высадившись в Акабе на Красном море, двинулись с маленьким арабским караваном в Хеврон [392]  [392]В настоящее время город Хеврон (к югу от Иерусалима) называется Эль-Халиль.


[Закрыть]. На дорогу, по которой они шли, никогда еще не ступала нога европейца. Вокруг расстилалась широкая плоская долина, тянувшаяся доМертвого моря и некогда, может быть, служившая для него стоком в Красное море. У Буркхардта и многих других, которые лишь догадывались об этой долине, возникало такое же предположение, причем прекращение стока воды по ней они приписывали поднятию земной поверхности. Измерения высоты различных точек, сделанные Шубертом и его спутниками, доказали ошибочность такой гипотезы.

Действительно, начинаясь от залива Акаба, дорога на протяжении двух-трех дней пути поднимается в гору до места, называемого арабами «седлом», и затем спускается к Мертвому морю. Водораздел находится на высоте семисот метров над уровнем моря. Во всяком случае, таковы данные, полученные через год французским путешественником графом Берту, изучавшим те же места.

На пути к Асфальтовому озеру (Мертвому морю) Шуберт и его спутники занимались и другими барометрическими наблюдениями. Они очень удивились, увидев, что их прибор показал девяносто один фут «ниже» уровня Красного моря, а затем и дальнейшее постепенное понижение. Сначала они решили, что вкралась какая-то ошибка, но, смирившись с очевидностью, должны были признать, что Асфальтовое озеро никогда не могло изливаться в Красное море по той причине, что уровень озера гораздо ниже морского уровня.

Тот факт, что Мертвое море расположено во впадине, становится еще более очевидным, когда, идя от Иерусалима, приближаешься к Иерихону. Дорога проходит по длинной, круто спускающейся долине. Уклон кажется особенно крутым, потому что гористые плато Иудеи, Переи и Хаурана очень высоки (последние поднимаются почти на три тысячи футов над уровнем моря).

Все же и общий вид этих мест, и свидетельства приборов так явно противоречили до тех пор господствовавшему мнению, что Эрдль и Шуберт с некоторым сомнением отмечали свои результаты, приписывая их неисправности барометра и внезапным резким колебаниям атмосферного давления. Но на обратном пути в Иерусалим ртуть в барометре снова вернулась к среднему уровню, как это было до их отправления в Иерихон. Волей-неволей приходилось признать, что Мертвое море расположено по меньшей мере на шестьсот футов ниже Средиземного – цифра, которая, как доказали более поздние исследователи, была в два раза меньше действительной [393]  [393]Абсолютная отметка уровня Мертвого моря в устье реки Иордан 395 м ниже уровня Мирового океана, в центральной части западного побережья, напротив полуострова Эль-Валедж – минус 392 м.


[Закрыть].

Спору нет, путешественникам посчастливилось внести существенную поправку, имевшую важные последствия, потому что она привлекла внимание ученых к явлению, вскоре подтвержденному другими исследователями.

Таким образом, физико-географические данные о бассейне Мертвого моря все пополнялись и уточнялись. Два американских миссионера, Эдуард Робинсон и Эли Смит, в 1838 году дали новый толчок исследованию библейской географии. Они были предшественниками фаланги путешественников, натуралистов, историков, археологов и инженеров, которые под руководством Английской ассоциации или наряду с ней стали вскоре исследовать землю патриархов, помогли исправить карту и, наконец, совершили много открытий, проливающих новый свет на историю древних народов, по очереди владевших этим уголком Средиземноморского бассейна.

Не только бассейн Мертвого моря, но и другие области Азии привлекали внимание эрудитов и путешественников. Вся Малая Азия вскоре открыла любознательности ученых сокровища, хранившиеся в ее недрах. Путешественники пересекали ее из конца в конец. Паррот [394]  [394]Паррот Йоханн Якоб Фридрих Вильгельм (1791 – 1841) – немецкий натуралист и путешественник. С 1811 года вместе с Морисом Энгельгардтом совершил ряд путешествий в Крым и на Кавказ, инструментально измерил разницу уровней Черного и Каспийского морей. С 1815 года – на службе в русской армии, с 1821 года – профессор Дерптского (Тартуского) университета. В 1816 году путешествовал в Альпах и Пиренеях, в 1828 году объехал Кахетию и Армению, в 1837 году добрался до мыса Нордкап. Основные труды: «Путешествие в Крым и на Кавказ» («Reise in die Krim und der Kaukasus»; Берлин, 1815 – 1818, в 2-х т.), «Путешествие в Пиренеи» («Reise in die Pyreneen»; Берлин, 1825), «Путешествие к Арарату» («Reise zum Ararat» Берлин, 1834, в 2-х т.).


[Закрыть]посетил Армению, Дюбуа де Монперё [395]  [395]Дюбуа де Монперё Фредерик (1798 – 1850) – швейцарский геолог и археолог; совершил несколько больших путешествий по Украине и Кавказу; странствию, о котором здесь идет речь, посвящена его книга «Путешествие вокруг Кавказа, к черкесам и абхазам…» («Voyage autour du Caucase, chez les Tcherkesses et les Abkhases…», 1838 – 1843).


[Закрыть]в 1839 году объехал Кавказ; Эйхвальд [396]  [396]Эйхвальд Карл Эдуард (в русской традиции – Эдуард Иванович; 1795 – 1876) – российский ученый немецкого происхождения. Изучал медицину и естественные науки в Берлине и Париже. В 1819 году вернулся в Россию и получил место приват-доцента при кафедре зоологии Дерптского университета. Затем руководил кафедрами зоологии и медицины в Казанском и Вильнюсском университетах, в Петербургской медико-хирургической академии. В петербургский период своей деятельности читал также лекции по палеонтологии в Горном институте и по минералогии в Инженерной академии. Научные интересы Эйхвальда были весьма многообразны: он публиковал труды по медицине, зоологии, ботанике, палеонтологии, геологии, минералогии, антропологии, этнографии и археологии. Основной труд его жизни – капитальная «Палеонтология России». Путешествие по Кавказу и Каспийскому побережью Эйхвальд совершил в 1826-1827 годах.


[Закрыть]в 1825 и 1826 годах исследовал побережье Каспийского моря. Наконец, Александр Гумбольдт благодаря щедрости российского императора Николая, продолжил в азиатской части России и на Урале общие физические и географические наблюдения, которые он с таким рвением производил в Новом Свете [397]  [397]Великий немецкий ученый Александр Фридрих Генрих фон Гумбольдт (1769 – 1859) путешествовал по России в мае – сентябре 1829 года. Он был приглашен лично Николаем I «в интересах науки и страны». Знаменитый путешественник давно хотел посетить Азиатскую Россию. Ему необходимо было провести серию наблюдений для выработки общегеографических концепций. Однако формальной причиной приглашения стало проведение экспертизы уральских и алтайских золотых рудников. Гумбольдт должен был оценить рентабельность проекта царского правительства, решившего было чеканить платиновые деньги. 1 мая (ст. ст.) путешественник прибыл в Петербург и через Москву, Нижний Новгород, Казань добрался до Перми, откуда и началось настоящее путешествие. Некоторое время ученый разъезжал по Среднему и Южному Уралу, посетив все главнейшие железнорудные, золотые и платиновые рудники и заводы, а также малахитовые прииски, а потом отправился на Алтай. На обратном пути путешественник еще раз посетил Южный Урал (Миясск – Златоуст – Орск – Оренбург) и совершил из Астрахани короткую поездку по Каспийскому морю. В Петербург А. Гумбольдт вернулся 13 сентября 1829 года.


[Закрыть]. Вместе с минералогом Густавом Розе, натуралистом Эренбергом, известным своими путешествиями по Верхнему Египту и Нубии, и горным инженером Гельмерсеном Гумбольдт объехал Сибирь, посетил золотые и платиновые прииски на Урале, исследовал прикаспийские степи, а также Алтайские горы до самых границ Китая. Ученые поделили между собой работу. Гумбольдт взял на себя астрономические, магнитные, физические и естественно-исторические наблюдения, а Розе вел путевой дневник, который опубликовал на немецком языке в 1837-1842 годах.

Результаты этой научной экспедиции, хоть и проделанной очень быстро – всего за девять месяцев ученые проехали не менее 11 500 миль, – были очень значительны.

В первой публикации, появившейся в Париже в 1838 году Гумбольдт ограничился только климатологией и геологией Азии. Однако за этой предварительной работой последовал в 1843 году капитальный труд – «Центральная Азия».

«Он собрал и систематизировал в этой книге, – отмечает Ларокет, – главные научные результаты своей поездки в Азию и изложил остроумнейшие соображения о форме материков и о строении гор Тартарии. Особенно много внимания он уделил обширной впадине, которая тянется из Северной Европы к центру Азии, через моря Каспийское и Аральское».

Теперь нам надо покинуть Азию и вкратце рассказать о различных путешествиях по Новому Свету, с начала века следовавших одно за другим.

В то время, когда Льюис и Кларк пересекали Северную Америку от Соединенных Штатов до Тихого океана [398]  [398]Стоит напомнить читателю, что в самом начале XIX века территория Соединенных Штатов Америки не простиралась дальше реки Миссисипи.


[Закрыть], молодой офицер, лейтенант Зебулон Монтгомери Пайк [399]  [399]Пайк Зебулон Монтгомери (1779 – 1813) – американский офицер и исследователь.


[Закрыть]получил в 1807 году приказ правительства разведать истоки Миссисипи. Он должен был постараться также завязать дружеские отношения с индейцами, которые ему повстречаются.

Хорошо принятый вождем могущественного объединения индейцев сиу [400]  [400]Сиу – крупнейшая языковая семья коренных американцев, неоднородных по культуре, но сходных по физическому типу; в состав сиу входили племена дакота, ассинибойнов, воронов, манданов, оседжей и др. В европейской традиции начала и середины XIX века под «сиу» чаще всего понимали индейцев дакота. Так и здесь автор, говоря об «объединении» сиу, имеет в виду союз семи племен дакота («семь костров совета»).


[Закрыть]и получив от него даже священную трубку – талисман, обеспечивающий помощь союзных племен, – Пайк поднялся по Миссисипи и миновал два больших притока этой огромной водной артерии – Чиппева и реку Святого Петра [401]  [401]Река Святого Петра – так во времена первопроходцев называлась река Миннесота, правый приток Миссури.


[Закрыть]. Но от впадения реки Святого Петра до водопадов Сент-Энтони течение Миссисипи преграждено многочисленными водопадами и порогами. Добравшись до 45° северной широты, Пайк и его спутники были вынуждены бросить каноэ и продолжать путь на санях. К страшным зимним холодам вскоре добавились муки голода, но ничто не могло остановить отважных путешественников. Следуя вдоль значительно сузившейся Миссисипи, они прибыли в феврале к озеру Лич (озеро Пиявок), где их радушно приняли в своем лагере монреальские охотники за пушным зверем.

Побывав на озере Ред-Сидар (Красного Кедра), Пайк вернулся в Порт-Луи [402]  [402]Современное название Порт-Луи – Астория.


[Закрыть]. Это трудное и опасное путешествие длилось около девяти месяцев, и, хотя его цель и не была достигнута, оно все же принесло пользу науке.

Находчивость, хладнокровие и храбрость Пайка не прошли незамеченными; правительство вскоре повысило его в чине (он стал майором) и доверило ему руководство новой экспедицией.

На этот раз дело шло об исследовании обширного пространства между Миссисипи и Скалистыми горами, об открытии истоков Арканзаса и Ред-Ривер (Красной реки). С двадцатью тремя спутниками Пайк поднялся по Арканзасу. Эта красивая река судоходна до самых гор, где она берет начало (то есть почти на протяжении двух тысяч миль), и лишь в летние месяцы ее течение преграждают песчаные мели.

Однако плавание еще не закончилось, как наступила зима. Жестокие мученья, пережитые Пайком во время первого путешествия, повторились и оказались даже еще более тяжкими. Дичь попадалась так редко, что отряд четыре дня оставался без пищи. Многие отморозили ноги, и это усугубило трудности пути для тех, кто еще оставался здоровым. Достигнув истоков Арканзаса, майор спустился к югу и вскоре вышел к довольно большой реке, которую принял за Ред-Ривер.

Это была Рио-Гранде, река, берущая свое начало в Колорадо, тогда еще испанской провинции, и впадающая в Мексиканский залив.

Мы уже говорили, с какими трудностями Гумбольдт получил разрешение на въезд в испанские владения; по этому одному можно судить, до чего не любили испанцы пускать чужеземцев на свои земли. Вскоре майор Пайк и его люди были окружены отрядом испанских солдат, взяты в плен и доставлены в Санта-Фе. Жалкий вид – одежда в лохмотьях, истощенные лица – говорил не в пользу американцев, и испанские солдаты приняли их сначала за дикарей. Все-таки, когда ошибка разъяснилась, Пайка и его спутников отправили сушей в Луизиану. 1 июля 1807 года они прибыли в Накитош.

Неудачный исход этой экспедиции на некоторое время охладил рвение правительства Соединенных Штатов, но не частных лиц, купцов или охотников, которых с каждым днем в стране становилось все больше. Многие из них пересекали Америку из конца в конец, от Канады [403]  [403]Напомним, что в те времена Канадой называлась только небольшая часть современного государства с таким же названием: восток полуострова Лабрадор да полоска земель вдоль реки Св. Лаврентия (Нижняя Канада) и юго-восточная часть современной провинции Онтарио (Верхняя Канада). Обе эти провинции были административно объединены особым законодательным актом британского парламента в июле 1840 года (см. т. 4 настоящего собрания сочинений).


[Закрыть]до Тихого океана. Среди таких путешественников-одиночек надо особо отметить Даниэля Уильяма Хармона, служащего Северо-Западной компании, который, пройдя от 47-го до 53-го градуса северной широты, побывал на озерах Гуроне, Верхнем, Дождей [404]  [404]Рейни-Лейк на американо-канадской границе.


[Закрыть], Лесном, Манитобе, Виннипеге, Атабаске, Большом Медвежьем и дошел до Тихого океана.