Текст книги "Мятеж на галактической окраине (СИ)"

Автор книги: Заид Массани

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

       – Шалор, – на лагошский манер приветствовал Сенцова Чикри, вопросительно при этом взглянув на своего непосредственного руководителя. – Венья Моррисон меня предупредила о том, что вас интересует. Конечно, все нужные данные есть в Интерстаре, но я помогу вам сэкономить время. Подозреваю, что его нам сейчас может и не хватать.

       – Коллега Чикри – вы совершенно правы, – Сенцов вежливо кивнул инквизитору-лагошцу. – Итак – я вас слушаю. Коротко и, по возможности, по существу.

       – Э-э... да, разумеется...

       Чикри положил на поверхность стоящего посреди конференц-зала большого Т-образного стола свой ноутбук, поднял его верхнюю панель-дисплей и вытащил откуда-то тонкий и длинный серый кабель с разными разъёмами на его концах. Один разъём он подключил к компьютеру, а второй вставил куда-то в торец столешницы, после чего включил ноутбук и набрал на его сенсоратуре какую-то команду.

       Над столешницей возникла тонкая световая нить, которая буквально через пару секунд развернулась в виом, в проекционном створе которого возникло изображение планетоида, сбоку от которого в воздухе повисли строки с информационными данными.

       – Если вы собираетесь читать здесь лекцию об этом астрономическом объекте, коллега Чикри, – несколько недовольно произнёс Сенцов, глядя на столбцы цифр и букв, – то хочу вам напомнить...

       – Да-да, время и всё такое! – Чикри бесцеремонно перебил кастафорейца, продолжая что-то набирать на сенсоратуре. – Я помню, шалор. Не беспокойтесь.

       Лагошец с видом академика-астронома посмотрел на Сенцова и обратил своё внимание на трёхмерную проекцию.

       – Второй спутник Ольстера – Доусон – имеет средний радиус в тысячу двести сорок четыре километра, большую полуось орбиты, равную трёмстам двенадцати тысячам километров и состоит, в основном, из твёрдых каменных пород. Ядро Доусона железосодержащее, окружено внутренним жидким ядром из расплавленного железа с примесями серы и никеля. Гравитация на поверхности спутника составляет всего пятую часть от стандартной, атмосфера крайне разрежена и состоит, в основном, из водорода, аргона и фтора. Температура на его поверхности колеблется от минус ста сорока шести градусов по стандартной шкале ночью до плюс ста тридцати днём на подсолнечной стороне; это обусловлено крайне разрежённой атмосферой Доусона. Никаких поселений на его поверхности нет и пока не планируется их строительство, что исходит из весьма скромных возможностей планетарных властей.

       – Это всё? – спросил кастафореец.

       – Вкратце – да. Что-то конкретное хотите знать, шалор?

       – Особенности рельефа поверхности спутника позволяют создать там скрытную базу?

       – Да, поверхность Доусона весьма неоднородная, – согласно кивнул Чикри. – Встречаются довольно высокие горные хребты, разделённые долинами, каньоны глубиной до полутора километров и кратеры, оставшиеся с времён формирования самой звёздной системы. Так что да, спрятать базу там можно. Лучше всего для этого подойдёт северное полушарие спутника, и я полагаю, что наиболее вероятным местом расположения базы противника – кем бы он ни являлся – может быть район меж двумя горными хребтами, вот здесь. – Лагошец указательным пальцем левой руки ткнул в некую область на трёхмерной карте спутника. – Долина Сэлинджера, регион, весьма интересный в плане ландшафта. Рекомендую, в первую очередь, обследовать зондами этот район спутника.

       – Как скоро это можно будет осуществить? – Сенцов перевёл взгляд на второго гостя конференц-зала, мужчину в форме офицера Сил Системной Обороны. – Капитан Мендоса – что вы можете на сей счёт сказать?

       – Корвет "Горизонт" будет на орбите Доусона через семнадцать минут, – по-военному чётко отозвался военный космонавт. – На борту имеется двадцать шесть проботов, все оснащены генераторами маскировочного поля и прочим необходимым для ведения скрытного наблюдения оборудованием. Первые результаты мы сможем предоставить уже через сорок пять минут. Если господин инквизитор пожелает, мы можем начать подготовку к осуществлению десантной операции на поверхность спутника.

       – Да, начните приготовления...

       Сенцов с хмурым видом оглядел трёхмерное изображение, висящее над столешницей.

       – Коллега Чикри – чем так интересен район, о котором вы упомянули только что? Долина... как там её...

       – Долина Сэлинджера? – Чикри укрупнил изображение. – Ну, хотя бы тем, что это своего рода грандиозный разлом в коре спутника, который можно сравнить с Валлис Маринерис. За одним только исключением – это не каньон, а межгорная долина, сильно изрезанная и имеющая, скорее всего, тектоническое происхождение. Её возраст, по последним данным, примерно четыреста миллионов лет, и возникла она в те времена, когда Доусон ещё был тектонически активен. Собственно, он активен и сейчас, но куда менее активен, чем, судя по всему, в прошлом. Ширина её составляет шестьдесят два – двести пятнадцать километров, протяжённость равна почти двум с половиной тысячам километров. Рельеф её более чем разнообразен – от совершенно плоских участков поверхности, где и иголку затруднительно было бы спрятать, до кратеров и каньонов, иные из которых достигают глубины в два километра и имеют вполне приличную ширину.

       – Если там что-то есть, – произнёс Лустиг, глядя на проекцию, – а я в этом не сомневаюсь, то обнаружить это будет очень и очень непросто, учитывая особенности рельефа. Накрыть базу или станцию маскировочным полем – и фрага лысого её найдёшь! Придётся искать по остаточному излучению, кривизне гравитационного поля и квантовому эху!

       – На то у нас и есть проботы, Дэйв, – спокойно отозвался Сенцов. – Правда, времени на это...

       Договорить кастафорейцу не дал сигнал входящего вызова, прозвучавший в микрогарнитуре коммуникатора.

       – Слушаю, – произнёс инквизитор.

       – Извини, если я тебя от чего-то важного отвлекаю, Аристарх, – услышал Сенцов голос Сайруса Джелико, – но мне-таки удалось понять, что делает та штука, которую мы нашли в голове Прохорова.

       – Вот как? И что же она делает?

       – Это нейроимплант.

       – Поясни.

       – Я по-прежнему не знаю, кто или что производит такие девайсы, но зато я знаю, что именно он делает. Подключаясь, если можно так выразиться, к мозгу перципиента, имплантат формирует отличную от, так сказать, оригинальной область мышления, при этом личность перципиента сохраняется на восемьдесят-восемьдесят пять процентов. Что означают оставшиеся проценты, не имею ни малейшего понятия. Возможно, внедряется чуждая психоматрица, но здесь у меня ощущается острый недостаток данных, получить которые я мог бы путём довольно сложных и длительных экспериментов. И не на Ольстере, разумеется. Здесь просто нет подходящего оборудования. Но одно я могу сказать с полной уверенностью, Аристарх – мы имеем здесь дело не просто с инсургентами, а с самой что ни на есть настоящей ксеноинвазией. Так есть.

       После этих слов Джелико можно было услышать, как на Эрнандесе-IV чихает кустарниковая мышь.

Глава 13

       С минуту Сенцов обдумывал слова своего научного офицера, потом перевёл взгляд на леди-инквизитора Моррисон и заместителя шефа городской полиции Флатриджа Ласло Бенедека.

       – Значит, чужаки, – задумчиво протянул инквизитор. – Откуда – неизвестно, кто такие – неизвестно тоже. Плохо. А тот объект, который вы, коллега Чикри, имели... кхм... честь наблюдать в телескоп – как далеко он сейчас находится от Ольстера?

       – Прошу прощения, шалор, – несколько сконфуженно произнёс лагошец, – но два дня назад я его потерял из виду. Я настроил телескоп на автоматическое слежение за объектом, но он исчез, словно там включили экран невидимости. Нет никаких признаков его присутствия – абсолютно никаких. Ни излучений, ни гравиэха – ничего. И это очень подозрительно.

       – Готов ли Ольстер к отражению атаки из космоса? – Сенцов перевёл взгляд на офицера ССО.

       – Зависит от того, какими силами планета может быть атакована, господин инквизитор, – ответил Мендоса. – Если малыми силами, то мы сможем хотя бы продержаться до момента подхода подкреплений с Альмейды и Роухейма. Если же крупными...

       Военный космонавт развёл руками, как бы говоря, что здесь уже возникают серьёзные проблемы.

       – Гм... – Сенцов потёр ладонью подбородок и что-то тихо пробормотал себе под нос. – В таком случае, у нас может быть немного времени. Капитан Мендоса – передайте в штаб ССО, чтобы начали блокирование пространства вблизи Доусона. Чтобы оттуда и дажж не проскользнул! Мы же возвращаемся на свой корабль и вылетаем к спутнику. Коллега Моррисон – на вас остаётся местный участок. Ройте землю, как хотите, но найдите этих фраговых инсургентов. Нам только удара в спину в сложившейся обстановке не хватало!

       – Но каким образом мне их искать, простите?

       – Моррисон – вы глава планетарного бюро Инквизиции, и вы ещё такие вопросы странные задаёте? – серые глаза кастафорейца опасно блеснули в свете потолочных светопанелей. – Кажется, бойцы СПО на том мосту захватили несколько пленных, раненых, но живых. Возьмите их в оборот. По полной программе. Если будут молчать и строить из себя героев – у вас что, экзекьютора в штате нет, что ли?

       – Есть, конечно...

       – Ну так привлеките его для допроса. Мне без разницы, что вы будете с ними делать – хоть руки-ноги отрезайте плазменным резаком. Но информацию добудьте.

       – Принято к сведению, – холодным тоном отозвалась Моррисон.

       – Хорошо... Клаус – мы вылетаем на Доусон. Забери нас.

       – Вылетаю, боссман, – раздался в гарнитуре коммуникатора голос пилота "Скорпиона".

       Сенцов недовольно оглядел Моррисон и Чикри, покачал головой, после чего, сделав знак своим сопровождающим, быстро двинулся к выходу.

       Особо заморачиваться выбором места для посадки "Скорпиона" байкалец не стал. Зависнув на экранах парения прямо над паркингом у здания полицейского управления, он принял инквизиторов на борт и сразу же после этого стартовал на антигравах. Сенцов отлично знал, что Годвину ничего не стоило и маршевые включить, но в данной ситуации это был бы очень большой перебор.

       Очутившись в космическом пространстве, Сенцов в течение нескольких секунд созерцал открывшуюся ему в обзорном блистере пилотской кабины штурмовика картину, после чего сказал, что его мнение о местных ССО повысилось сразу на несколько пунктов.

       Силы Системной Обороны Ольстера не шли ни в какое сравнение с Силами Системной Обороны даже Роухейма или Альмейды, что уж говорить про аналогичные структуры таких миров, как Каледония, Фарадей или Вэнджелис. Однако к вопросу обороны своей планеты от возможной атаки из космоса они подошли очень основательно. Даже, на взгляд кастафорейца, чересчур.

       Все подходы к Ольстеру были перекрыты полностью фрегатами и эсминцами, а истребители-перехватчики осуществляли контроль космических трасс, сопровождая идущие на посадку корабли и активно их сканируя бортовой аппаратурой. Три крейсера, прикрываемые пятью фрегатами и двумя эсминцами, висели вблизи Доусона; в том же направлении следовал десантный корабль класса "Гурон", могущий перевозить в своих отсеках две тысячи солдат и до семидесяти пяти единиц боевой техники. Сопровождали его два корвета и два звена истребителей.

       Повинуясь отданным Сенцовым распоряжениям, Годвин посадил штурмовик на одной из причальных палуб крейсера Имперской Инквизиции. Оборудования хватало и на "Скорпионе", однако оно, тем не менее, не шло в сравнение с аппаратурой крейсера. Да и места там было куда больше, чем на штурмовом корабле.

       Капитан "Ньюфаундленда" Томас Венгер ждал инквизиторов в отсеке управления. Военный космонавт был не один – рядом с ним, внимательно наблюдая за трёхмерным экраном тактического мультихроматрона, стоял закованный в чёрную зловещего вида броню штурмтерминатора не менее зловещего вида четырёхрукий друш с Дроммолунга. На его изуродованным бракинским пластинчатым мечом тёмно-сером лице не было заметно ни тени эмоций, что, впрочем, для обитателей Дроммолунга было неудивительно. Суровая природа их скалистой и не слишком тёплой планеты, расположенной на самых задворках Хеликарнского Сектора, почти на границе с территорией Торговой Гильдии Лагоша, тому не способствовала.

       – Господин инквизитор, – Венгер почтительно кивнул Сенцову. – Мы как раз наблюдаем за действиями местных военных. Надо признать, что они вполне грамотно проводят комплекс оперативно-тактических мероприятий. Похвально, да-с...

       – Только с высадкой десанта на Доусон пусть не торопятся, – прогудел на имперском стандартном друш, едва заметно кивнув Сенцову в знак приветствия. – Пока ещё нет никаких данных от проботов.

       – А они уже там? – кастафореец кивком головы указал на висящее в створе мультихроматрона изображение второго спутника Ольстера.

       – Да. Работают, что называется, не покладая рук.

       Командир приданного космической пехоте крейсера отряда штурмтерминаторов Хигрол Вильмид издал звук, который у его расы означал усмешку.

       – Если темпы их работы не упадут по каким-либо причинам, – пояснил Венгер Сенцову, имея в виду проботов, – то ждать нам осталось недолго. Указанный вами район, называющийся долиной Сэлинджера, удостоился особого внимания со стороны зондов, так что информация оттуда уже обрабатывается бортовым ВИ. Пока ничего, – добавил Венгер в ответ на вопросительный взгляд кастафорейца, – но если там и есть что, то проботы это непременно найдут. Я так думаю.

       Сенцов хмыкнул, ничего не ответив, и перевёл взгляд на экран главного тактического мультихроматрона.

       Крейсер Имперской Инквизиции находился в космическом пространстве, внутри орбиты Доусона, и в данный момент от спутника его отделяло полторы тысячи километров. Смехотворное по космическим меркам расстояние, которое звездолёт любого класса мог преодолеть за буквально доли секунды. Аппаратура видеопоиска с такого расстояние могла различить на поверхности Доусона предмет размером с бутылочную пробку – при условии, что он не был накрыт маскирующим полем. Да и для таких объектов существовали свои способы обнаружения.

       В отличие от своего старшего компаньона, Астамара, Доусон обладал весьма слабой водородно-аргоновой атмосферой с примесями фтора, и не поддерживал на своей поверхности никаких жизнеформ. В подповерхностных пещерах, возможно, существовали какие-нибудь примитивные организмы, но пока никто не ставил себе целью их обнаружение и изучение. И как только с одного из проботов пришёл сигнал о том, что в одной из районов Долины Сэлинджера обнаружена разветвлённая пещерная система, обладающая нехарактерными для природных электромагнитными сигнатурами, кастафореец тут же приказал готовиться к высадке. Разумеется, с соблюдением всех мыслимых мер предосторожности, чтобы заранее не насторожить тех, кто избрал пещеры на втором спутнике Ольстера для размещения своей тайной базы. Ведь неизвестно ещё было, кого можно там повстречать, в свете тех данных, что получил Сайрус Джелико. Если во всём происходящем были замешаны некие инопланетные – или даже внегалактические – силы, рисковать было никак нельзя.

       Десантный когг, чьи борта украшала эмблема Имперской Инквизиции, спускался к поверхности Доусона по пологой дуге, укрытый преломляющим полем и сопровождаемый четырьмя десантными коггами Сил Системной Обороны и штурмовым кораблём Инквизиции «Скорпион». Все десантолёты были одного типа, «Фенрир», но всем было известно, что корабли Имперской Инквизиции сильно отличаются даже от военных звездолётов, а про гражданские суда и говорить нечего. Когг с «Ньюфаундленда» отличался от своих военных собратьев не только окрасом корпуса, но и начинкой. По мощности щитов «Фенриры» Инквизиции можно было сравнить с боевым кораблём класса эсминца, а установленные на них турболазеры могли доставить хлопот даже крейсеру. Так что даже сопровождать когг с крейсера Инквизиции было вовсе не обязательно, однако рисковать никто из командования ольстерских ССО не горел желанием.

       Сидя в амортизационном кресле позади пилотов когга, Сенцов внимательно наблюдал за их действиями. Как-то так уж получилось, что пилотирование чего-либо оказалось для кастафорейца делом непростым, а посему, едва не угробив во время тренировочного полёта штурмовик и выслушав от инструктора весьма нелестную оценку своих лётных качеств, кастафореец решил, что каждый должен заниматься тем, что у него лучше всего получается. Так что пилотские обязанности были справедливо возложены на Клауса Годвина, который в данную минуту находился в пилотской кабине штурмовика, следуя прямо перед десантным коггом. В случае возникновения каких-либо... помех "Скорпион" эти самые помехи мог в два счёта превратить в оплавленные обломки, разлетающиеся во все стороны в облаках перегретого пара.

       Но пока что на радарах и сканерах ничего подозрительного не наблюдалось. Поверхность Доусона с каждой секундой приближалась в обзорном блистере когга, и ничего на ней не менялось. Крестообразный визир целеуказателя спокойно висел в виртуальном поле, а слева от него деловито работал индикатор, указывающий остающееся до цели расстояние.

       Подповерхностные пещеры на втором спутнике Ольстера были обнаружены давно, пару тысячелетий назад, но так и не были исследованы. Небогатая планета, коей и являлся Ольстер, не могла себе позволить сколь-нибудь масштабных исследовательских миссий, а соответствующие институции с Альмейды, Роухейма и Сойтера, по всей видимости, не считали нужным заниматься исследованиями какого-то периферийного планетного тела. У них дел хватало в более близких к центрам цивилизации местах.

       На данный момент о пещерах Доусона было известно лишь то, что они не составляют какой-то единой или нескольких систем, являются обособленными, при этом некоторые из них уходят в недра спутника чуть ли не на десять километров. Сложно было сказать, есть ли там какая-либо жизнь, однако исключать такой возможности было нельзя. С увеличением глубины температура возрастала, что могло вполне благотворно отразиться на процессе эволюции... если, конечно, было кого вовлекать в этот процесс.

       Ксенобиологическими изысканиями Сенцов заниматься не собирался, хотя по ходу дела можно было и взглянуть краем глаза на инопланетную живность, буде такая обнаружится в пещерах. Но основной задачей для инквизитора это не являлось.

       Поверхность Доусона занимала собой уже всё поле обзора. Нагромождение скал и валунов, изрезанная трещинами серо-коричневая почва без единого намёка на растительность – именно так выглядел гигантский каньон, носящий название Долина Сэлинджера, с высоты трёх километров. До того места, где орбитальное сканирование и проботы заметили вход в одну из местных пещерных систем, оставалось ещё сто двадцать семь километров.

       Кастафореец приказал пилотам коггов и Годвину увеличить мощность щитов до максимума и активировать автоматические системы обороны. Всё же скорость реакции ВИ во много раз превосходила таковую у живых существ. И хотя сканеры не фиксировали ничего подозрительного, нельзя было расслабляться. На Фотани-VII группа инквизитора Эрлингура Хаддссона допустила подобную небрежность, в результате чего из восьмерых выжили только двое, а сам инквизитор скончался в орбитальном госпитале близ Кволека от полученных ран и ожогов. Поэтому Сенцов и осторожничал, предприняв все мыслимые меры предосторожности.

       Корабли снизились до шестисот метров и продолжили движение в правильном боевом построении, прощупывая пространство вокруг себя сенсорами. Стволы лазерных орудий настороженно шарили по сторонам, выискивая цели, но пока вокруг не происходило ничего угрожающего. Тонкая водородно-аргоновая атмосфера спутника не могла генерировать сильные воздушные потоки, поэтому даже дующий над каньоном ветер – наверное, по местным меркам, довольно сильный – нисколько не мешал идущим на антигравах космолётам.

       – Сэр – мы приближаемся к цели, – доложил шеф-пилот десантного когга, плотно сбитый уроженец Кальдо Адифари. – Будем над ней через двадцать пять секунд.

       – Сканеры? – спросил Сенцов.

       – Чисто. Только фон.

       – А ЭМ-излучение?

       – Норма. Либо проботы ошиблись, либо там поняли, что у них утечка, и ликвидировали её. Узнать можно будет, только попав туда.

       – Гм... Хорошо, начинайте посадочный манёвр.

       – Принято.

       Из корпуса десантолёта выдвинулись посадочные опоры, похожие на лапы какого-то насекомого, антигравы переключились в режим парения, и когг завис над серо-коричневой поверхностью каньона. Примерно в двухстах метрах от этого места в скальной гряде, что отделяла эту часть каньона от его восточной стены, до которой было около тридцати семи километров, виднелся вход в пещеру, представлявший из себя изломанную арку, ведущую куда-то в недра планетоида. Западная же стена каньона располагалась от места посадки коггов на удалении в сто семь километров и отсюда, понятное дело, видна не была.

       – Наши действия, боссман? – Хаммаршельд со сосредоточенным видом проверила свою снайперскую винтовку и захлопнула лицевой щиток боевого шлема. – Найти и уничтожить, как и всегда?

       – Уничтожить – да, – усмехнулся Сенцов, переглядываясь с сидящим напротив него Лустигом, – но перед этим нужно понять, что – или кого – мы тут уничтожаем, Эрика. Так что давайте сначала всё-таки разберёмся, что вообще за фраг тут творится, а потом уж будем думать, как это всё прекратить.

       – Ты здесь босс, – пожала плечами марсианка.

       – Мы готовы к высадке, сэр, – в кабине когга возникла массивная фигура Хигрола Вильмида, закованная в боевую броню. – Ждём ваших приказаний.

       – Продвигаемся группами по три бойца, предельное внимание, если что увидите странное или подозрительное – сначала осмотреться, а далее действовать по обстановке, – проговорил инквизитор. – Вперёд выдвинуть боевую антиграв-платформу с автопушками и тяжёлыми лучемётами, щиты держать включёнными. Все переговоры вести исключительно по кодированному субканалу, гиперчастота двенадцать-сто один.

       – Принято, – по-военному лаконично отозвался друш.

       – Выдвигаемся через пять минут, – кивнул Сенцов друшу, опуская щиток своего боевого шлема. – Свободны, капитан.

       Вильмид едва заметно кивнул инквизитору в знак того, что его слова приняты к сведению, развернулся и грузно затопал обратно в десантный отсек когга.

       На обратной стороне лицевого щитка боевого шлема вспыхнули пиктограммы, говорящие о том, что шлем полностью загерметизирован, а боевая броня включена и функционирует в штатном режиме. Автонанодок, генератор щита, встроенный антиграв, наплечные импульсные пушки, система компьютерного сопровождения цели, мускульный усилитель – всё это, как и прочее, встроенное в бронекостюм, исправно работало. Впрочем, если бы это было не так, инквизитор очень сильно удивился бы.

       Поднявшись на ноги, Сенцов протопал в шлюзовой отсек когга, в котором уже находились штурмтерминаторы Вильмида, облачённые в зловещую чёрную боевую броню, держащие в руках дефганы и ручные лучемёты.

       – Готовы, капитан? – Сенцов пристально взглянул на держащего тяжёлый стаббер так, словно это была детская игрушка, командира штурмтерминаторов.

       – Как вам сказать, сэр..., наверное. А вы?

       – Технически, – усмехнулся кастафореец. – Теш – открывайте люк.

       – Начинаю процедуру шлюзования, – раздался в боевом шлеме голос шеф-пилота когга Инквизиции.

       Над внешним люком вспыхнул красный предупредительный транспарант, и в то же время позади десантников задвинулся внутренний люк шлюзового отсека. Трижды коротко взревела сирена, а затем тяжёлая бронированная створка внешнего люка отъехала в сторону, открывая взорам унылую поверхность каньона и виднеющийся в двухстах метрах от десантолёта вход в пещеры.

       – Вперёд, парни! – услышал Сенцов голос Вильмида. – Тройками, прикрывать друг друга! Нип – выпускай "Самурая"!

       Один из штурмтерминаторов что-то набрал на сенсоратуре небольшого устройства, которое он держал в руках, и позади десантников раздался тихий шелест заработавшего антигравитационного двигателя. Все посторонились, чтобы дать дорогу автоматической боевой платформе NAG-4 "Самурай", вооружение которой составляли автопушка пятидесятого калибра, два автоматических роторных шестиствольных тяжёлых лучемёта и атомайзер – оружие, излучение которого разрушало межатомные связи вещества, превращая его в коллоидную пыль. Защитные поля против атомайзера не помогали, так как он легко пробивал любые щиты, поэтому это оружие было очень популярно у штурмовых отрядов.

       NAG-4 окутался силовым полем и поплыл в направлении входа в пещеру. Преодолев разделяющее когг и пещеру расстояние за пару секунд, платформа, управляемая виртуальным интеллектом, включила фотонные прожектора и двинулась вглубь пещеры. Капитан Вильмид отдал команду своим бойцам и те, держа своё оружие наизготовку, грузно затопали в том же направлении. То же самое сделали и инквизитор со своими спутниками.