Текст книги "Мятеж на галактической окраине (СИ)"

Автор книги: Заид Массани

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

       – Этим уже занимаются агенты ведомства леди-инквизитора и парни из Внутренней Безопасности Планетарной Полиции, – последовал спокойный ответ. – Но скорее всего, дело здесь в другом. Однако, как бы то ни было, нам нужно срочно возвращаться в больницу.

       – А эти? – Фишер кивнул на экран.

       – Вышлите сюда звено штурмовиков. Пусть сожгут их нафраг. Пленных и в другом месте можно будет взять.

       – Но почему вы так уверены, что мятежники пошлют в больницу группу... мм... бойцов?

       – Потому что ломиться напролом не есть продуктивное занятие даже для них, подполковник. Вызывайте штурмовики и едем назад.

       Фишер недовольно сдвинул брови, но прежде чем он что-либо произнёс, на панели коммуникационного устройства загорелся индикатор входящего вызова.

       – Здесь Фишер, – произнёс эспэошник, активируя закреплённую на своём правом ухе гарнитуру беспроводной связи. – Да... да, разумеется... Это вас, господин Сенцов.

       – Меня? – инквизитор дотронулся до точно такой же гарнитуры на своём левом ухе и включил коммуникатор. – Сенцов слушает... Так... Так... Вы его ведёте, Венгер? Идентифицировать удалось?.. А-га... Сколько времени ему осталось, говорите?.. Мм... Нет, взрывать не надо. Это лишний раз доказывает мою правоту... Какую? Не суть важно, капитан. Этот аэрокар не трогать, но все другие сбивать немедленно. Как меня поняли?.. Хорошо. Конец связи.

       Инквизитор деактивировал коммуникационное устройство и оглядел находящихся в салоне штабного бронетранспортёра.

       – "Ньюфаундленд" засёк приближающийся к Флатриджу аэрокар, – без обиняков произнёс кастафореец. – Это "черепаха". Идёт курсом на ту часть города, в которой расположена больница. Время до контакта – четыре минуты. Сделать мы ничего не успеваем, можем лишь предупредить охраняющих больницу солдат. Думаю, они смогут задержать боевиков до нашего прибытия. А там и мы прибудем на место и сможем принять соответствующие меры.

       – И какого же характера меры вы намерены предпринять? – Фишер внимательно всмотрелся в невозмутимое лицо инквизитора.

       – Может, попробуете угадать? – прищурился кастафореец.

       – Знаете, я как-то не имею привычки лезть в дела Имперской Инквизиции, – отозвался эспэошник. – Мы занимаемся своим делом, вы – своим. Как говорится, разделение профессиональных обязанностей.

       – Гм... Ну, в принципе, понятно, но вас ведь никто за это не поставит к стенке, подполковник. Но если не хотите, не говорите.

       – Спасибо, господин Сенцов.

       – Пожалуйста. Для начала – противника в этом месте надлежит уничтожить...

       – Из Альцбурга уже вылетело аэрокрыло "Мантикор", будет здесь через четыре минуты.

       – Через четыре минуты? Тогда нам стоит поторопиться. Тем более, что и "черепаха" будет у цели примерно через такое же время. Отводите солдат и технику в безопасное место, подполковник. Какими бомбами снабжены "Мантикоры"?

       – Кассетные, самонаводящиеся, тип "двадцать три", с вольфрам-титановыми поражающими элементами.

       – Впечатляет, – одобрительно кивнул Сенцов. – Тогда тем более нам следует поторопиться.

       Бронетранспортёр тронулся с места, набирая скорость. Сенцов с задумчивым видом посмотрел на всё ещё передающий какие-то данные мультихроматрон и что-то неразборчиво пробормотал себе под нос.

       – Я правильно поняла, что на "черепахе" могут находиться не совсем обычные инсургенты? – Джессика Моррисон пошевелилась в своём кресле и с интересом посмотрела на кастафорейца. – Наёмники или что-нибудь ещё?

       – Технически, нет никаких причин для того, чтобы на стороне этих ваших мятежников не могли действовать инопланетные наёмники, – пожал плечами Сенцов. – В Галактике полно группировок так называемых "вольных стрелков", готовых за хорошие деньги продать своё искусство ведения войны кому угодно. Морально-этический аспект их никогда особо не волновал, знаете ли. Хотя не исключено, что это могут быть и местные кадры, обученные соответствующим образом.

       – Обученные кем? – задал вопрос Каллум Фишер.

       – Не могу вам пока этого сказать. Возможно, среди инсургентов есть бывшие солдаты и офицеры СПО, по какой-то причине примкнувшие к ним. У вас ведь есть база данных по всем уволенным в запас солдатам и офицерам?

       – Есть, разумеется. Все данные хранятся в архиве на протяжении восьмидесяти лет, затем подвергаются перезаписи, сжимаются по специальной технологии хранения данных и отсылаются в Центральный Архив на спутник Терры. Однако я не думаю, что кто-то из отставников мог бы обучить группу коммандос. Скорее здесь вариант с наёмниками-инопланетянами будет верен.

       – Патриотизм, подполковник Фишер, это, конечно, хорошо, – усмехнулся Сенцов, – только вот не стоит забывать, что негодяи могут находиться от вас на расстоянии бластерного выстрела, а вовсе не располагаться на другом краю Империума. Или вообще за его пределами. Но оставим эту тему... Сайрус – здесь Сенцов, – произнёс инквизитор в микрофон коммуникатора. – Ты всё ещё в больнице?

       – Я уже в курсе про "черепаху", если ты за этим меня вызываешь, – услыхал он в ответ ворчливый голос Джелико. – Местные тут уже всё перекрыли, Бенедек пригнал кучу полицейских, но вот с тяжёлой техникой у нас не очень. "Черепаха" ведь обычно не несёт на себе тяжёлого вооружения?

       – Если это исследовательская модель, то на ней, скорее всего, будет обычный тяжёлый лучемёт, плюс факельный огнемёт. Военная модель – ну, не знаю, где такую можно раздобыть кроме как по каналам снабжения СПО или Флота с КосмоДесантом.

       – Значит, будем исходить из самого плохого варианта, – отозвался локианец. – Что это может означать? Лучевая пушка, скорее всего, тип KX-150, роторные лучемёты, ракетная установка, может, что ещё. Зависит от производителя. Сколько разумных может перевозить аэр данного типа?

       – Двенадцать в гражданской модификации и двадцать в военной. Возможно, инопланетные наёмники неизвестного происхождения.

       – Если они намерены отбить у нас то, что мы... э-э... добыли из головы этого бедолаги, то это могут быть хорошие наёмники. Хотя... словом, будем посмотреть.

       Внешние акустические датчики БТРа донесли до слуха находившихся внутри него звук работающих двигателей атмосферных бомбардировщиков, а вслед за этим на экране мультихроматрона промелькнуло аэрокрыло "Мантикор". Хищные треугольные силуэты на большой скорости пронеслись над городскими кварталами и ещё до пересечения реки выпустили по мятежникам самонаводящиеся кассетные бомбы, начинённые поражающими элементами из вольфрам-титанового сплава, пробивающие броню лёгкого броневика "Фалагост".

       "Тип-23" управлялись встроенными сенсорами самонаводки и имели собственные микродвигатели с дальностью автономного полёта до десяти километров, поэтому для этих бомб совершенно не имело никакого значения, над целью они были сброшены или на некотором расстоянии от неё. Будучи сброшенными "Мантикорами" по ту сторону Молтена, бомбы самостоятельно навелись на цель и накрыли мятежников плотным ковром разрывов.

       Пехотинцев поражающие элементы, выполненные в виде тонких острых игл из титан-вольфрамового сплава, выкосили, будто пшеничные колосья. Кого-то посекло осколками, кого-то убило ударной волной. Грузовики попали под шквал острых игл и вышли из строя с пробитыми моторами, колёсами и кузовами. Само собой, что почти все водители также были убиты при бомбёжке.

       Однако транспорт с лучевым орудием уцелел, но ненадолго. Одна из "Мантикор", отделившись от остальных бомбардировщиков, спикировала по направлению к грузовику и дала по нему один залп из бортовых лазеров. Этого оказалось достаточно для того, чтобы на месте грузовика возникла обугленная куча обломков.

       Впрочем, судьба этих мятежников Сенцова нисколько не волновала. Они, в конце концов, знали, на что идут, и получили по заслугам. Гораздо больше его интересовали те, кто сейчас находился внутри приближающейся к Флатриджу "черепахи".

       Само собой разумеется, что в Галактике всегда хватало тех, кто умеет держать бластер и лазган в руках и знает, как ими пользоваться. И продаёт это своё умение тем, кто имеет возможность оплатить услуги "вольных стрелков" и у кого имеются определённые проблемы. В основном, это были различные небольшие корпорации с окраинных миров, которым нужно было обеспечить безопасность своих производств или насолить конкуренту, либо криминальные синдикаты, руками наёмников расправляющиеся со своими недругами. Иногда к помощи наёмников прибегали и игроки покрупнее, когда не желали оставлять ведущих к ним следов. Но, как правило, всё это происходило на окраинах Империума или в сопредельных с ним государствах – в центральных секторах такое, откровенно говоря, не поощрялось. Там вполне хватало Имперской Инквизиции и Галактического Патруля.

       Но у всех группировок наёмников, которые до сего момента попадались Сенцову, была одна общая особенность – они старались держаться подальше от зоны ответственности Имперской Инквизиции, прекрасно понимая, что есть определённые границы, переходить которые не стоит. А что было здесь, на Ольстере, предстояло разобраться.

       – Инквизитор Сенцов, – в микронаушнике коммуникатора, закреплённого в правом ухе, раздался голос капитана "Ньюфаундленда", – мы только что засекли прибытие "черепахи" к городской больнице. С аэра нанесён ракетный удар по охраняющим здание полицейским и солдатам СПО. Неизвестно, имеются ли раненые и убитые, но с орбиты видно, что охрана отступила к главному входу и заблокировала его, одновременно перегородив два запасных. Они выставили переносные автопушки и лучевые орудия и закрыли двери пентащитами. Лаборатория, в которой находится Сайрус Джелико, взята под усиленную охрану, для предотвращения телепортирования внутрь неё противника её накрыли полем анизотропного вакуума. Я готов отправить во Флатридж два шаттла с штурмовиками, жду лишь вашего приказа.

       – Считайте, что таковой приказ вами получен, капитан Венгер, – хмыкнул Сенцов.

       – Вас понял, инквизитор.

       В микронаушнике прошелестел фон холостого режима, после чего связь отключилась.

       – Это становится очень и очень интересным, – пробормотал кастафореец, ни к кому конкретно не обращаясь. Затем он погрузился в свои собственные мысли, нахохлившись в своём кресле, отчего стал напоминать сидящую на ветке дуболиста фенрисианскую длиннохвостую сову. Во всяком случае, именно это сравнение пришло в голову Хаммаршельд. Марсианка сдержанно усмехнулась, впрочем, стараясь, чтобы этого не заметил Сенцов.

       Никто не стал ни о чём спрашивать инквизитора. Фишер и Моррисон деликатно сделали вид, что ничего не заметили, а оперативники кастафорейца, как и полагалось подчинённым, промолчали. Раз их патрон что-то задумал или пришёл к какому-то выводу, значит, ему не стоит мешать.

       Вопреки обыкновению, городские улицы были почти пусты. Лишь изредка на большой скорости мелькали редкие гражданские машины, водители которых явно стремились оказаться как можно дальше от района, прилегающего к городской больнице, а пешеходов практически не было видно. Небо над Флатриджем было пусто – местные власти просто-напросто запретили все полёты аэрокаров, которые не относились к военным, полиции или Имперской Инквизиции. Где-то примерно в районе центральной части города на высоте около полукилометра висел, поддерживаемый экранами парения, полицейский флиттер, чьи лазерные орудия смотрели вниз, готовые, если возникнет необходимость, открыть огонь по неприятелю.

       Внешние микрофоны БТРа донесли до ушей находящихся внутри него разумных грозный рёв двигателей, а через пару секунд мультихроматрон показал летящие над крышами городских построек коптеры СПО, целеустремлённо движущиеся по направлению к городской больнице.

       – Оперативно, ничего не скажу, – одобрительно кивнул Сенцов, косясь на Фишера.

       Подполковник Сил Планетарной Обороны криво усмехнулся.

       – Мы, знаете ли, тоже не пальцем деланые, – отозвался ольстерец. – И знаем, что и как надо делать, и когда надо это делать. Так что можете быть спокойны на сей счёт – этим придуркам ничего не светит. Ну, постреляют малость, не без этого. Но никто из них отсюда не уйдёт, живым ли, мёртвым ли... ну, если только мёртвым, но я сильно подозреваю, что вы захотите и трупы исследовать. Так что, как говорится – добро пожаловать.

       Сенцов в ответ на эти слова Фишера лишь повёл плечами, но вслух ничего не сказал. Да и сказать тут особо было нечего. Было хорошо видно, что СПО Ольстера действительно знают своё дело.

       Другой вопрос – насколько хорошо "своё" дело знали инсургенты. Но здесь инквизитор собирался получить ответ уже в самое ближайшее время.

Глава 11

       Чем ближе подъезжал БТР эспэошников к комплексу зданий городской больницы Флатриджа, тем отчётливее становились слышны звуки идущего там боя. Шипение лазерных разрядов перемежевалось с грохотом стабберных выстрелов и разрывами гранат, размеренно ухали автопушки. В небе снова промелькнули коптеры Сил Планетарной Обороны, летящие в направлении городской больницы.

       – Сайрус – здесь Сенцов, – произнёс кастафореец в микрофон коммуникатора. – Ты меня слышишь? Сайрус Джелико – ответь инквизитору Сенцову!

       – Допустим, я тебя слышу, Аристарх, – раздался в ответ спокойный и, вместе с тем, ворчливый голос локианца, – и что это меняет? Больница атакована, причём те, кто её атаковал, явно не из унитаза вылезли. Они прекрасно знают, что и как следует делать, из чего можно сделать вывод, что это – профессиональные солдаты, а не какие-то там инсургенты-дилетанты.

       – Какова ситуация в данный момент? Мы уже недалеко от...

       Раздавшийся буквально над головой – по ту сторону обшивки БТРа, разумеется – звук сильного взрыва не дал Сенцову закончить фразу. Судя по всему, БТР заметили и выпустили по нему ракету или НУРС, сдетонировавший при контакте с шрапнелью противоракетной обороны, выпущенной системой активной защиты транспортёра.

       – Что это было? – Сенцов требовательно взглянул на Фишера, который только что носом не уткнулся в мультихроматрон.

       – НУРС Rx-17, пятьдесят восемь миллиметров, сбит активной системой... но это вы и сами поняли. Значит, наёмники, да? – Фишер потёр ладонью вспотевший лоб. – И что всё это может означать, скажите, пожалуйста?

       – Пока на этот вопрос у меня нет сколь-нибудь... да что же это такое?!

       Ещё один взрыв снаружи БТРа оказался куда более сильным, что могло означать, что по машине СПО выпустили уже два снаряда.

       – Явно "черепаха" бьёт, чтоб ей пусто было! – вырвалось у Хаммаршельд. – Значит, армейская модификация... Наёмники могут ведь таковой располагать?

       – Чисто теоретически – да, ведь для того и существуют контрабандисты и подпольные торговцы оружием...

       – Сэр, – из кабины БТРа высунулся его водитель, одетый в форму сержанта СПО, – мы в двух кварталах от больницы. Наблюдаю взлетевшую "черепаху" армейской модификации, сканеры фиксируют, что нас взяли на прицел мультилазера. Я активировал дефлекторный щит, но наши лучемёты не способны нанести противнику сколь-нибудь серьёзный урон.

       – Идентифицировать противника возможно? – спросила Моррисон.

       – К сожалению, "черепаха" не несёт на себе никаких опознавательных знаков, леди-инквизитор, – отозвался водитель, ныряя назад в кабину. – Самый обычный военный аэр данного класса, в камуфляжной окраске. Ничего более.

       БТР дёрнулся, отчего все те, кто находился в его пассажирском отсеке, были вынуждены схватиться кто за что, чтобы удержать равновесие. Внешние акустические датчики донесли до их слуха злобное шипение мультилазера и ответный свист тяжёлых лучемётов БТРа.

       Характерное гудение, которое внешние аудиодатчики ретранслировали внутрь транспортёра, свидетельствовало о том, что защитное поле БТРа приняло на себя выстрелы мультилазера "черепахи". Конечно, это не турболазер, но и его вполне достаточно для того, чтобы перегрузить силовое поле со всеми вытекающими последствиями. А вот щиты вражеского аэра вполне успешно могли противостоять лучемётам БТРа эспэошников, поскольку они были рассчитаны на гораздо более серьёзные нагрузки.

       Сенцов взглянул на экран мультихроматрона. "Черепаха" висела в воздухе примерно на высоте пятидесяти метров и вела огонь из своего мультилазера по БТРу СПО, водитель которого усиленно маневрировал, насколько это позволяла ведущая к больнице дорога, обсаженная местными деревьями. Но прицел оператору мультилазера он всё-таки сбивал своими выкрутасами.

       – Где, дажж укуси вас за нос, авиаподдержка?! – Сенцов с сердитым выражением лица взглянул на Фишера. – Сбить эту летающую хрень не можете?!

       – Я уже связался с Альцбургом и вызвал сюда истребители, – отозвался ольстерец, вытерев внезапно выступившую на лбу испарину. – Они скоро будут здесь.

       – "Скоро" – это когда?

       – Подлётное время от Альцбурга до Флатриджа – примерно девять минут, – вмешалась Моррисон, чем заслужила благодарный взгляд подполковника СПО. – Коллега – не будьте настолько нетерпеливым. Все мы делаем свою работу так, как умеем.

       – Надо делать её более эффективно! – бросил Сенцов, но тем его недовольство и ограничилось.

       Вблизи больницы шёл самый настоящий бой. Группа вооружённых лазганами разумных, облачённых в бронекостюмы "Защитник" и прикрываемая боевыми дронами "Дрофа", вела интенсивную перестрелку с защищающими вход в больничный комплекс полицейскими и солдатами СПО. Перекрывающий входную дверь пентащит то и дело покрывался интерференционными волнами, принимая на себя энергозаряды, но всё ещё был далёк от того, чтобы истощить свой ресурс. Укрывшись за пентащитом, полицейские и солдаты СПО вполне умело отстреливались, заставляя наёмников использовать укрытия и собственные защитные поля.

       Появление вблизи больничного комплекса БТРа Сил Планетарной Обороны привело наёмников в некоторое замешательство, однако, следует отдать им должное, они быстро адаптировались к изменившейся ситуации. Часть наёмников переключила своё внимание на транспортёр, а "черепаха", паря в воздухе, продолжала вести огонь по машине эспэошников. Водитель транспортёра уверенно вёл машину, маневрируя под огнём, и большинство выпущенных по БТРу энергозарядов уходили в пустоту, разнося всё в окрестностях, а те, которые всё-таки попадали, вызывали интерференционные сполохи на поверхности защитного поля броневика.

       Установленная на верхней части корпуса транспортёра тяжёлая лучемётная турель, управляемая бортстрелком, который сидел позади водительского кресла, повернулась на девяносто градусов и, поймав в прицел нескольких боевиков, ведущих огонь по защищённым силовым полем полицейским и солдатам СПО, произвела три залпа, накрыв вражеских штурмовиков энергозарядами, каждый из которых был эквивалентен – в перерасчёте на древнюю единицу измерения мощности взрыва – шестистам граммам тринитротолуола. Правда, современные боевые костюмы и средства защиты были спроектированы с расчётом на куда более серьёзные нагрузки, однако лучемёты роторного типа выпускали не один заряд, а сразу несколько; зависело от модели каждого конкретного лучемёта. Так что, когда на тебя обрушивается шквал зарядов энергии мощностью эдак в килограммов шесть-семь древнего взрывчатого вещества, мало не покажется.

       Шквал энерголучей накрыл наёмников, но особого вреда им не причинил, так как все они были закапсулированы персональными защитными полями. Однако своё дело залп лучемёта сделал – боевики вынуждены были искать укрытие, чтобы не торчать под прицелом, что позволило снизить нагрузку на перекрывающий входную дверь пентащит.

       "Черепаха" развернулась в воздухе и произвела ещё один залп НУРСами, но на сей раз водитель штабного БТРа был начеку. Тяжёлая машина виртуозно выписала сложный вираж, уходя из-под обстрела, после чего лучемёт на крыше броневика задрал свои стволы почти на шестьдесят градусов по отношению к горизонтали, что являлось предельным углом для подобного типа оружия. Это не зенитный диспантер, способный крутиться в любом направлении и под любыми мыслимыми углами. Да и мощности у лучемётной турели, пусть и спаренной, не хватило бы, чтобы хоть сколь-нибудь серьёзно повредить тяжелобронированный аэр, но показать, что здесь тоже не дураки сидят, её вполне хватало.

       Пилот "черепахи" спохватился слишком поздно – по-видимому, он был уверен, что со стороны какого-то там штабного БТРа его аэру ничего не грозит. Ну, грозить, может быть, и не грозило, но доставить неудобства своим лучемётом БТР вполне был способен.

       Энергозаряды прошлись по окружающему куттер силовому полю, но никакого вреда ему не причинили. Лишь вызвали появление интерференционных волн на его поверхности. Однако внести в действия пилота "черепахи" сумятицу они смогли.

       Воспользовавшись тем, что куттер на некоторое время выбыл из схватки, водитель БТРа, прибавив скорость, направил его прямиком на установленную на треноге напротив входа в больничный комплекс лучемётную турель. Двое наёмников, составлявшие, судя по всему, её расчёт, бросились в разные стороны, чтобы не очутиться под массивными колёсами боевой машины.

       В противостоянии "БТР – лучемётная турель" победа досталась, как и следовало ожидать, боевой машине СПО. Из-под её колёс ударил настоящий фонтан искр, когда треснула предохранительная оболочка главного питающего фидера, но благодаря экранированному корпусу на БТРе это никоим образом не отразилось.

       С куттера выпустили ещё две ракеты, но одна промахнулась и разнесла вдребезги расположенное неподалёку какое-то хозяйственное строение, а вот вторая угодила в щит БТРа. От взрыва машина содрогнулась, однако силовое поле выдержало удар.

       – Ещё пять-шесть таких попаданий – и щит перегрузят, между прочим, – Сенцов покачал головой. – Подполковник – где же, нашт их раздери, ваши истребители?! Они что, сюда с Доусона летят, что ли?

       Ответить инквизитору Фишер не успел.

       Барражирующая над больницей "черепаха" внезапно как-то странно дёрнулась, а в следующую секунду сразу пять ракет вонзились в окружающее её силовое поле. Три остроносых силуэта пронеслись над куттером, обдав его потоками энергии, отчего аэр наёмников как-то странно дёрнулся ещё раз.

       – Они пробили щит или нет? – Моррисон внимательно всмотрелась в экран мультихроматрона.

       – Сержант – выводите нас из опасной зоны! – крикнул Фишер, обращаясь к водителю БТРа. – Если они собьют куттер, он может нам на головы свалиться!

       Повторять ему дважды не пришлось. БТР рванул куда-то так, что все, кто находился в пассажирском отсеке, схватились за что попало, лишь бы удержать равновесие.

       Звено атмосферных истребителей класса "Зенит" вышло на свою цель с переворотом, причём проделано это было настолько синхронно, что создавалось впечатление, что все три машины составляют единое целое. И так же синхронно выстрелили их мультилазеры, метя в "черепаху".

       Силовое поле куттера покрылось ветвящимися разрядами молний, отражая выстрелы мультилазерных пушек "Зенитов", но несмотря на явную перегрузку, выдержало напор энергии. Может быть, пилоту "черепахи" и удалось бы выйти победителем в этой дуэли, если бы в действие не вмешалась третья сторона.

       Судя по всему, у прибывших на усиление полицейского кордона солдат СПО оказалась при себе переносная ракетная установка. И её обладатель, не раздумывая долго и не откладывая дело в долгий ящик, навёл своё оружие на куттер наёмников.

       Разумеется, всё это не было скоординировано, и то, что выпущенные эспэошником ракеты ударили в щит "черепахи" одновременно с зарядами мультилазеров истребителей, явилось самым обычным совпадением. Но совпадением крайне неудобным для куттера.

       Одновременный подрыв двух ракет с аффиниевыми боеголовками вкупе с выбросом энергии от залпа мультилазеров вызвал резкий скачок в контурах генератора силового поля "черепахи", что вызвало кратковременное падение его мощности. И этим не замедлили воспользоваться пилоты "Зенитов".

       Мультилазеры истребителей снова синхронно выстрелили по "черепахе", и на сей раз защитное поле не выдержало. Куттер окутался настоящим фонтаном искр, щит дважды мигнул и исчез.

       Однако "черепаха" – это не полицейский флиттер, так просто такую хорошо бронированную машину не завалить. Стоит ещё отметить, что куттер имел средства противоядерной защиты, хотя как раз сейчас о применении атомного оружия речи и быть не могло. Однако СПО решили применить против боевой машины противника средство гораздо менее опасное для окружающей среды, но от того не менее грозное.

       Со стороны восточных кварталов Флатриджа послышался низкий басовитый звук, вслед за которым возник и его источник. Тяжёлый аэрокосмический штурмовик "Прометей", не сбавляя скорости, произвёл залп из своих мультилазеров, после чего выпустил по куттеру четыре ракеты.

       Это возымело свои последствия. "Черепаха" получила, по крайней мере, два серьёзных повреждения, в средней части корпуса сорвало пару листов броневой обшивки. Что происходило внутри машины, никто не знал, но все догадывались, что находящимся там наёмникам приходится не очень сладко.

       Крутанувшись вокруг своей вертикальной оси, "черепаха" завалилась на правый борт, клюнула носом и неуклюже пошла вниз, волоча за собой хвост чёрного, как смола, дыма. По ней больше не стреляли, так как в этом уже не было никакой необходимости.

       – Они падают в сторону реки, – заметила Моррисон, внимательно наблюдая за транслирующейся на экране мультихроматрона картинкой. – Хотят, видимо, смягчить падение. И выжить, соответственно.

       Аркадианка издала злорадный смешок.

       – А мы им это позволим, леди-инквизитор? – спросил Фишер.

       Моррисон кивнула в сторону Сенцова – мол, он здесь босс, у него и спрашивайте.

       – Мне нужна информация, дамы и господа, – с невозмутимым выражением лица произнёс Сенцов, тоже наблюдая за падением "черепахи". – С мёртвых мы ничего не получим, а искать псайкера-медиума некогда. Но куча пленных наёмников мне тоже не нужна, учтите это.

       – Ну, это организовать несложно! – оскалился офицер СПО.

       Возможно, наёмники, участвовавшие в нападении на городскую больницу Флатриджа, были неплохими вояками. Возможно. Только вот одного факта они, судя по всему, не учли, а именно – что здесь присутствовали имперские инквизиторы. Которым было абсолютно параллельно, кто, откуда, зачем и почему. Взял в руки бластер или лазган и замечен в антиимперских действиях – этого вполне достаточно для того, чтобы получить энергозаряд в голову. Поэтому и действовали полиция и СПО так, как было приказано вышестоящей инстанцией. А вышестоящей инстанцией как раз и являлась Имперская Инквизиция в лице леди-инквизитора Джессики Моррисон и прибывшего с Терры следователя-инквизитора Аристарха Сенцова. И инстанция эта самая ясно дала понять, что играть в благородство она не намерена.

       После того, как авиация СПО сбила куттер наёмников, ситуация кардинальным образом переменилась, причём не в пользу последних. К месту падения аэра устремились флиттеры местной полиции и два коптера местного бюро Инквизиции. Пытающиеся взять городскую больницу штурмом наёмники, судя по их поведению, ожидали чего-то в таком духе, потому как, едва лишь "черепаха", завалившись набок, пошла вниз, они, отстреливаясь, начали отходить к пустой парковке для наземного транспорта (благодаря предупреждению Сенцова о возможной атаке те из персонала больницы, кто приехал на работу на личном транспорте, успели его оттуда убрать). Видя это, кастафореец тут же связался с находящимся на орбите крейсером и запросил отчёт о ситуации. Потому как отходить к паркингу наёмники могли только при одном условии – кроме "черепахи", которую, кстати, ещё нужно было на чём-то доставить на Ольстер, поскольку аэры не предназначались даже для суборбитальных полётов, у них где-то был спрятан космический корабль. Глупо было бы предполагать, что сюда они прилетели на пассажирском галеоне с Альмейды.

       Однако, как сказал Сенцову капитан "Ньюфаундленда", никаких подозрительных кораблей вблизи не только Ольстера, но и в пределах досягаемости сканеров крейсера – а сканеры крейсера Инквизиции работали на очень больших расстояниях – не наблюдается. Конечно, вполне могло быть так, что доставивший в систему Винкастер наёмников звездолёт находился на самой планете, укрытый маскировочным полем, что делало его обнаружение весьма затруднительным. Но пока сканеры крейсера не видели ровным счётом ничего подозрительного ни в окрестностях Флатриджа, ни вообще в радиусе пары тысяч километров от города.

       В ответ на эти слова Венгера Сенцов лишь криво усмехнулся и, бросив взгляд на отстреливающихся наёмников, которых уже начали брать в полукольцо солдаты СПО, полицейские и штурмовики Инквизиции, посоветовал сингатерцу держать глаза открытыми, а орудия – готовыми к бою. Затем он отключил связь с "Ньюфаундлендом" и, взяв в руки лазган, проверил уровень заряда батареи, после чего сделал знак своим подчинённым следовать за собой.

       – Постойте, коллега Сенцов – а куда это вы собрались? – забеспокоилась Моррисон, видя, что кастафореец направился к внешнему люку БТРа.

       – Мне нужен пленный, – коротко бросил Сенцов, кидая на аркадианку быстрый взгляд через плечо. – Ситуация на планете становится совсем уж непонятной. Тот фрагов перехватчик так и не нашли, что за дерьмо было у голове у Прохорова, мы до сих пор не знаем, на планете действуют какие-то наёмники, невесть откуда взявшиеся... Вы не находите, что это уже чересчур, коллега Моррисон?

       Джессика недовольно нахмурилась. Чересчур-то оно чересчур, да вот только коллега-инквизитор недвусмысленно намекал на неспособность местного бюро Инквизиции справиться с возникшей проблемой. Но перехватчик, атаковавший корабль Сенцова во время его посадки на Ольстер, и вправду бесследно исчез, словно его сжёг коронарный выброс. Поиски его, кстати, продолжались до сих пор, но похвастаться пока было нечем. Насчёт той штуковины, что Сайрус Джелико извлёк из черепа Прохорова, пока никто не мог сказать ничего определённого. А насчёт наёмников Моррисон и вправду не могла сказать ровным счётом ничего. Но, с другой стороны, никто и не мог предполагать появления на Ольстере третьей силы... или четвёртой, если учитывать ту неведомую штуковину, которую Джелико сейчас изучал всеми доступными ему способами. Однако, имперский инквизитор должен просчитывать на несколько ходов вперёд, и здесь Джессика нехотя – причём про себя – признавала, что допустила просчёт, не приняв во внимание такой поворот событий. Впрочем, на эту тему Сенцов пока ничего не говорил. Или сам не заметил, что маловероятно, или просто сделал вид. Так сказать, корпоративная солидарность.