Текст книги "Пожизненно. Цитадель в огне"

Автор книги: Юрий Валин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Мы наблюдали, как все произошло, – сказала Даша.

– Да, конечно, – доктор потер горло. – Счастлив вас всех видеть, но какими судьбами? В самом пекле разгорающейся войны, на мертвом корабле…

– Мы… – Даша поколебалась, но скрывать от доктора свои намерения сейчас было глупо, – мы пришли уничтожить артефакты. В смысле все эти военные штуки, которые здесь не к месту. В Каннуте умеют убивать и без взрывчатки.

– Понимаю. Значит – судьба, – Дуллитл бросил еще один смущенный взгляд на Эле. – Что ж, вполне разделяю ваши опасения. Все эти годы я старался не привносить в здешнюю жизнь ничего опаснее отдельных приемов современной полевой хирургии и принципа устройства скромного ватерклозета. Артиллерия меня крайне утомила и в прежней жизни.

Словно в подтверждение его слов, над рекой разнесся очередной гулкий вздох, в небе зашуршало.

– Обстрел мирного города. Неоправданное варварство, – доктор вздохнул. – Однако полагаю, у них не больше двух десятков снарядов.

– Это уже двадцать первый, – робко возразил Костяк.

– Смею вас уверить, если я и ошибся, то ненамного, – Дуллитл посмотрел на нос корабля, где белела рубашка убитого командора. – Господин Найти не слишком увлекался модернизацией вооружения. Его больше привлекал социальный прогресс общества и вульгарная манипуляция людьми. Да, как много несчастий приносят в нашу жизнь безответственные романтики. Тем более когда они наделены незаурядными организационными талантами. Географические открытия, постройка флота, железная воля, увлекшая десятки тысяч людей на край мира, – все это романтично, мужественно и очень-очень кроваво. М-да, к счастью, насколько я знаю, у Найти хватило рассудка придержать секреты реактивного оружия исключительно для собственного использования. Кроме нескольких комендоров, никто не справится с запуском этих громыхающих чудищ. Не говоря уже об изготовлении новой партии ракет. Собственно, господин Найти прибег к этому чудо-оружию лишь после поражения у Крабьего мыса. У командора возникли серьезные разногласия с оставшимися союзниками. Знаете ли, этот король Эшенба – просто африканский каннибал. Кстати, у этого дикого королевского величества сейчас практически не осталось серьезных соперников. Не завидую ни Флоту, ни нашему несчастному Каннуту.

– Лорд Дуллитл, – жалобно сказала Даша, – вы бы не могли…

– Понимаю, юная леди, сейчас не время для разговоров. Все, что вы ищете, находится в каюте Найти. Согласен с вами – большую часть его секретов необходимо немедленно уничтожить. Еще вот этот ночной дальномер, – доктор указал на прибор на треноге. – Удивительнейшая вещь, лорд-командор как-то милостиво разрешил мне взглянуть. Боюсь, его будут использовать не только для любования ночными пейзажами.

– Утопим, – решительно сказала Эле. – Что там в каюте?

– Прошу вас, леди, – доктор Дуллитл покачнулся, пытаясь галантно указать направление.

На узком столе в крошечной каюте горел фонарь. Неширокая постель, застланная алым шелком, стеллаж, заваленный свитками.

– Карты, – Дуллитл показал на десятки свитков, – несомненно, самое ценное достижение Объединенного Флота. Командор любил показать их образованному собеседнику. Ему было чем гордиться, покойному конкистадору Найти. Но джентльмен не должен быть столь надменным. Итак, – доктор опустился на колени и принялся шарить под изголовьем кровати. – С годами, знаете ли, приобретаешь некоторую наблюдательность и многое замечаешь.

Доктор закашлялся. Заскрипела доска, и в свете лампы появилась книга в кожаном переплете.

– Книга? Магическая? – с подозрением спросила Эле.

– Хм, боюсь, что ваше определение близко к истине, – смущенно сказал Дуллитл. – Сам я ее видел лишь мельком. Но мне кажется, здесь чародейство очень тесно сплетено с наукой. Никогда не слышал, чтобы магию подпитывал источник электричества. Но могу поручиться головой, господин Найти очень высоко ценил эту вещь…

Щелкнули замки переплета. Даша обомлела…

– Не думаю, что эта штука опасна, – пробормотал доктор. – Хотя, бесспорно, секретов в ней хватает. Вот это наверняка защелка замка…

Даша шагнула к столу.

– Вам это устройство знакомо? – удивился Дуллитл.

Даша развернула «книгу» поперек, раскрыла…

– Клавиатура, – прошептал доктор, – а я никак не мог понять, почему командор так странно садился за стол…

Защищенный от воды и ударов корпус, 12-дюймовый дисплей – военная или космическая разработка. Темно-зеленый пришелец из далекого компьютерного мира насмешливо смотрел на людей темным экраном.

– Toshiba, – прочел Дуллитл. – Японская фабрика?

– Все японцы сейчас китайцы, – прошептала Даша и, затаив дыхание, нажала кнопку питания.

На экране проплыла эмблема очень известной в далеком мире фирмы. Эле и лохматый отшатнулись. Доктор сказал: «О!»

Теперь с яркого в полутьме экрана на людей смотрел лорд Найти. Он был юн, улыбался, на носу его красовались очки в тонкой оправе, а на голове лихо сидела дурацкая университетская шапочка.

Даша щелкнула по самой первой иконке. Открылся золотистый экран текстового редактора.

«Сегодня к вечеру будем у Каннута. Я снова обязан прийти первым. Гонка, черт возьми, продолжается…»

Дневник. Даша торопливо щелкнула по следующему ярлыку. Требуется пароль… опять пароль… Следующим файлом, решившим открыться, оказался какой-то пространный список, снабженный фотографиями заросшей изумрудными джунглями горы. Потом компьютер снова запросил пароль…

– Это мощная вычислительная машина. Здесь полно записей командора, – прошептала Даша. – Многое зашифровано. Но все равно, топить ее нельзя.

– Хм, ну так возьмите ее с собой, – доктор Дуллитл смотрел на экран, дергал себя за всклокоченный бакенбард и старался выглядеть невозмутимым. – Полагаю, это сложное устройство не опаснее зажигательной ракеты.

Вот в этом Даша сомневалась. И скрывать правду, когда за спиной в унисон взволнованно дышат лохматый и хозяйка, было нехорошо.

– Здесь самые ценные сведения. Сокровище. Самое большое сокровище в городе, на Флоте, – Даша запнулась. – Возможно, на всем этом материке. Если узнают, что мы взяли этот компьютер, охотиться будут и за нашими внуками.

– Кто, кроме тебя, знает, что такое компьютер? – тихо сказала Эле. – Удираем отсюда побыстрее, и все. Если узнают, что мы здесь были – возьмем мы эту книгу или не возьмем, – значения уже не имеет. Не миновать нам быть дичью. Два раза нам головы не отрежут. Не бойся, Аша.

– А электричество?! – спохватилась Даша. – Сядет батарея и все.

– Насчет этого можно не волноваться, – весьма довольным тоном заверил доктор. – Динамо-машину я узнаю, как бы она ни была усовершенствованна и замаскирована. – Дуллитл взял со стола устройство, весьма напоминающее грубоватое точило с ручным приводом. Только у этого кустарного с вида механизма имелось несколько замаскированных разъемов для проводов.

Даша прочла маркировку на хвостиках-переходниках и взвизгнула:

– Вот! Это даже лучше, чем ноут! Ой, здесь и наушники есть!

– Ну, ты рада, и хорошо, – проворчала Эле. – Давайте поторапливаться.

– Как плыть? – ужаснулась Даша. – Замочим ведь.

– Кажется, есть второй футляр, – сообщил доктор, ковыряясь под ложем.

– Собирайтесь-собирайтесь, – торопила Эле. – Светать скоро начнет. Костя, иди на палубу. Что-то очень тихо.

Даша упаковала ноутбук в двойной силиконовый чехол. Был еще второй чехол, для проводов и зарядного устройства. Покойный лорд-командор весьма бережно относился к оборудованию.

Доктор рассматривал последнюю вещь, извлеченную из тайника, – короткоствольный никелированный револьвер.

– Может – в воду? – нерешительно предложила Даша. – Стрелять – только внимание привлечете. Лучше так отобьемся.

– Готов с вами согласиться, юная леди. Шумной популярности мы не ищем. К тому же этим непроверенным патронам я бы не стал доверять свою жизнь. Хотя удивительно совершенная вещь. У вас всегда оружие так тщательно отделывают?

– Доктор, я пистолеты только в кино видела.

– Простите, – поспешно закивал доктор Дуллитл. – Надеюсь, я вас не оскорбил. После вашего чудесного появления я готов видеть в вас самых опытных лазутчиков этого мира.

– Ни в коем случае, – пробормотала Даша. – Эта ночь была просто ужасной. И станет еще ужаснее, если мы не поторопимся. Вы не представляете, как сурова бывает наша Эле.

– Мы должны идти, – доктор принялся торопливо скручивать и укладывать в промасленный тубус карты со стеллажа. – Где-то здесь должен быть мой набор медицинских инструментов…

– Аша, где вы застряли? Сюда, живее, – донесся с палубы нетерпеливый голос бывшей Перчатки.

Даша бросила на доктора многозначительный взгляд. Пусть знает, что у хозяйки не только коленки обольстительные. А то доктор смотрит на спасительницу, как на ангела неземного. Эле у нас настоящая, а не какая-нибудь кукла гладконогая.

Прижимая к груди чехол с ноутбуком, Даша выскочила на палубу. Хозяйка вглядывалась в сумрак реки. Костяк, повиснув на вантах, глазел туда же.

– Что-то у пиратов произошло, – сердито сказала Эле. – Похоже, у них бой идет.

– Мисс Дария, вы не могли бы помочь включить ночной бинокль? – поинтересовался доктор, кладя на спину ближайшего покойника тубус с картами и потертую сумку.

Включить прибор ночного видения удалось наполовину – в зеленоватом свете окуляров мелькал борт далекого корабля, но удержать его в поле зрения удавалось лишь на секунду. Со стабилизацией изображения ни Даше, ни доктору справиться не удавалось. У девушки от зеленоватого мелькания начала кружиться голова. Больше других сумел разглядеть Костяк:

– Бьются. Кажется, с груагами…

– Вполне возможно, – кивнула Эле. – Помнится, покойный лорд Дагда куда-то отправил часть своих людей и дарков. Уж не в засаду ли? Интересно, как они смогли подобраться к пиратам?

– Брать на абордаж пиратов? – Доктор с сомнением еще раз заглянул в резиновые окуляры. – На «канонерской лодке» добрая полусотня бойцов Флота. Лучшие люди Найти. Вряд ли кто-то сможет захватить корабль.

– Вы не знаете груагов, – возразила Эле. – Каждый из этих костистых демонов стоит десятка опытных бойцов.

– Господа, да какая нам разница? – тихо, но настойчиво пробормотал Костяк. – Пусть там сражается кто угодно. Нам бы закончить дело да уйти отсюда. Боюсь, с берега нас видят. В городе всегда все видят. Какого дерьма нам нужно себя выдавать?

– Не ругайся, Костя, – хозяйка отвесила парню символический подзатыльник. – То у тебя «господа», то ругань. В приличном обществе находишься. Что доктор подумает? – Эле стеснительно покосилась на Дуллитла. Доктор ответил ей очень смущенным взглядом.

«Ну вот, спеклись, – со сложным чувством подумала Даша. – Ладно, наша Эле. На нее-то и одетую каждый засмотрится. А что этот джентльмен бакенбардистый? Нос у него, правда, уже не такой красный. Цепь собачья от алкогольной зависимости вполне помогла. Но разве это мужчина? У меня Костя в сто раз лучше. Хотя доктор хозяйке руку как новенькую сделал. Это тоже много значит».

– Аша, что ты замечталась? Уже спишь? – поинтересовалась любимая хозяйка и подруга. – Нам еще до берега добираться.

Даша подхватила драгоценный чехол и поспешила к корме.

– Э, гм, господа, – Костяк показал на середину реки. – Посмотрите.

На темном просторе разгорался яркий светлячок – «канонерская лодка» загорелась.

– Подожгли, – Эле вопросительно посмотрела на Дуллитла. – А ведь неплохая идея, да, доктор?

– В нашем положении поджог тоже представляется недурным ходом, – доктор кашлянул. – В некотором роде мы заметем следы.

– Костя? – хозяйка повернулась к Костяку. – Ты справишься?

– Вполне, – вор понимающе кивнул. – Только отплывите подальше, а то будете на свету, как на ярмарочной сцене, красоваться. Эти штуки на носу, наверное, взорвутся?

– Наверняка, – Даша с тревогой смотрела на Костяка. – Осторожнее. Ты сам до берега добултыхаешься?

– К берегу поплыву в два раза быстрее, – заверил парень.

Плыть, высоко держа над водой увесистый сверток, было неудобно. Хоть и непромокаемый чехол на ноутбуке, но рисковать Даша не собиралась. Рука заболела почти сейчас же, но девушка плыла не торопясь, то и дело оглядываясь. Огонь на корабле был едва заметен, но Костяк уже должен быть в воде. Даша успокоилась, только когда разглядела голову друга. Лохматый энергично, в своем вольно-собачьем стиле плыл к берегу.

На берег Даша выбралась намного левее Плавучей башни. Навстречу, по колено в воде, бежал полукровка. Даша чувствовала, что он перепуган до полусмерти. Все-таки в одиночестве бесстрашный коротышка неизменно превращался в стеснительного домашнего брауни.

– Я думал, вы никогда не вернетесь, – уже издалека начал жалобно подвывать полудикий. – Светать начало…

– Подержи, только осторожно, – Даша передала ему драгоценный груз и, отдуваясь, села в воде. Костяк брел по мелководью. Доктор Дуллитл галантно помогал Эле выбраться на берег, и, что удивительно, хозяйка совсем не вырывала руку, рыча про то, что сама кого угодно из воды выдернет.

– Еще один колдун? – хрипло прошептал полукровка. – И где вы их подбираете?

– Сейчас в замок, забираем «наследство» и домой, – скомандовала Эле. – Двигаемся быстренько. Мин, малыш, иди ко мне, тебе особое задание будет.

Даша слышала, как хозяйка прошипела:

– Еще про колдуна услышу – уши пообрываю. Понял, коротконог косматый? Доктор – достойный человек, он мне руку вернул.

Мин торопливо закивал.

С замковой стены были видны многочисленные зарева в городе. Полыхали и два костра на речной глади. Из ближайшего пламени долетел треск первого взрыва. Начали взрываться фаларики. А на востоке небо светлело мирным сиянием восхода. Бесконечная ночь заканчивалась.

Даша отдала груз Костяку. Ноги ныли от усталости. Вокруг царила серая предутренняя тишина. Эле шепотом подгоняла спутников.

Уже нагруженный мешками с «наследством», маленький отряд столкнулся в распахнутых воротах с какими-то личностями, тоже отягощенными мешками. Парни попятились, ощетинившись ножами, но тут кто-то из них узнал Костяка. Перекинувшись несколькими фразами, группы мирно разошлись.

На пустынных улицах Эле и Дуллитл принялись обсуждать новости. К городу подходили основные силы пиратов. Скоро начнется грабеж. Даше было на любые новости наплевать. Слишком устала. В воздухе стоял плотный запах гари, над домами плыла завеса дыма. Горели в основном южная и центральная части города, но и у площади Двух Колодцев догорала скобяная лавка. Люди на улицах почти не встречались. Лишь у поворота к рынку лежал полуголый труп.

Вот и родная улица. Во дворе старого Браса неуверенно закукарекал петух.

Эле открыла калитку:

– Прошу вас, доктор. Извините, живем мы бедно.

Дуллитл вздохнул:

– Боюсь, моя леди, что в настоящее время я и вовсе не могу похвастаться никаким имуществом, кроме вот этого, – доктор встряхнул сумку с медицинскими инструментами. – Даже мой эспадрон оказался на боку у какого-то мореплавающего жулика. Я весьма нищий гость, моя леди.

– Тогда нечего с этими «лордами и леди» язык ломать, – смущенно сказала Эле. – Пива у нас сейчас нет, но могу тебя угостить Дашиным компотом, если он не скис. И тебе нужно переодеться. Уж не побрезгуй моей рубашкой…

– Док у вас, похоже, задержится, – пробормотал Костяк.

– Тебе жалко? – поинтересовалась Даша, сбрасывая влажную рубашку. – Поместимся как-нибудь. И что это за «у вас»? Ты здесь чужой, что ли? – девушка раскинула руки во всю ширь своего закутка. – Здесь мой дом.

– Понятно, но все-таки… – промямлил лохматый.

– С твоей щепетильностью потом разберемся. Давай раздевайся и ложись.

Костяк возражать не стал, сбросил одежду, сел на узкую койку:

– Дашечка, а ты?

– Я сейчас, – пробормотала девушка, разворачивая сверток. – Или у тебя еще силы на что-то эротическое остались?

– У меня глаза закрываются, – признался лохматый. – Ты что делаешь?

Даша сунулась под кровать, принялась ковырять ссохшуюся землю. Завернутый в обрывок кожи плеер слегка запылился, но выглядел неплохо.

– А это что такое? – пробормотал Костяк.

– Ты спи-спи, – прошептала Даша, соединяя провода и осторожно берясь за ручку зарядного устройства.

За тонкой перегородкой тихо переговаривались Эле и доктор. Мин, должно быть, давно посапывал в своем уютном гнездышке в хлеву.

Даша крутила ручку и с восторгом наблюдала, как загорается голубой огонек индикатора зарядки плеера.

Костяк вздрогнул, когда Даша вставила ему в ухо шарик наушника:

 
…Летим над лентою реки,
над маревом седым,
и, как всегда, твои духи
напоминают дым…
 

– Ого, – сипло сказал лохматый. – Здорово. Все у вас такое хитрое. Только я, Дашечка, сейчас ни слова не понимаю. Ты мне, пожалуйста, потом объясни.

– Обязательно, – Даша обняла его за шею и устроилась рядом на узком ложе. – Спи, я тебе уйму вещей объяснить обязана. Когда выспимся…

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Даша чихнула и окончательно проснулась. Тускло сияли, пробиваясь сквозь щели в стене, солнечные лучи, и в их сиянии клубилась дымная пелена. Даша села и потянулась за рубашкой. Голова казалась чугунной, в висках стучало. Страшно хотелось пить. Лохматого рядом не было, и, очевидно, уже давно.

Девушка прошлепала босиком в комнату. Постель Эле была небрежно застлана. В кувшине на столе обнаружились жалкие остатки компота. Девушка допила компот и, жуя разбухшую дольку яблока, покачала головой. Вчера целый кувшин стоял. Неужели этот доктор такой водохлеб?

За дверью кто-то негромко разговаривал. Даша распахнула дверь и слегка оторопела – во дворике оказалось полно людей. «Деловые» сидели в тени забора. По большей части знакомые лица: Утбурд, Мара, Ресничка, Малыш. Худой мальчишка не из десятка Костяка. Этого парнишку Даша знала по «Треснувшей ложке». Двое парней совсем незнакомых.

Даша машинально пригладила волосы, поинтересовалась:

– Давно вы здесь?

– Да уж порядком, – сказал Утбурд, продолжая полировать лезвие ножа. – Выспалась?

– Угу, – Даша оглядела закопченную одежду гостей, грязные лица. – Завтракали?

– Последнее, что я ясно помню, – это ужин, – пробормотала Мара. – Веселая у нас ночь была.

– Это уж точно, – согласилась Даша. – Данай вместе с Ресничкой огонь разводи. Сейчас приготовим что-нибудь. Я быстро…

У хлева девушка столкнулась с доктором. Дуллитл выглядел помолодевшим и чисто выбритым. Даже бакенбарды оказались подстрижены.

– Проснулись, мисс Дария?

– Очевидно, я многое пропустила, милорд, – сердито сказала Даша. – Где Эле и Костяк? Какого хрена меня не разбудили? Откуда народ? Куда Мин запропастился? Почему компота не осталось?

– Э-э, на все вопросы отвечать? – доктор почесал подбородок. – Народ явился не так давно. Разбудил нас. Вести оказались неутешительные, и леди Эле и ваш друг отбыли на разведку. Меня оставили хозяйничать, пока вы не проснетесь. Что касается компота…

– Про компот я так просто упомянула… – Даша махнула рукой. – Все понятно. Вы извините, я после вчерашнего в себя не пришла.

– Вполне естественно. Боюсь, нынешний день будет немногим лучше. Мы в блокаде.

– Разберемся, – решительно пообещала девушка. – Сейчас нужно эту шайку накормить. Судя по рожам, их боевой дух весьма подорван…

Даша гремела горшками и котелками, одновременно пыталась чистить зубы и руководить помощницами. В дело пошло все, что нашлось в доме. Ресничка занялась картофелем и свеклой. Мара возилась с луком. Сама Даша уже резала солонину.

– Воды мало, – озабоченно сказала Мара.

– С водой будет плохо, – убито кивнула Ресничка.

– Война, – неразборчиво сказала Даша, энергично двигая палочкой-щеткой во рту. Серая пена лезла на подбородок.

– Город с ума сошел, а ты о зубах заботишься, – с некоторым уважением сказала Мара.

– Я, возможно, еще не одну войну переживу, – пробубнила Даша, – а зубов у меня единственный комплект. Нужно беречь.

– Это правильно, – вздохнула Мара. – Только у меня все в «Треснувшей ложке» сгорело. Прибежала туда, как деревенщина, с вещами. Пудру новую три дня назад купила. Может, оставила бы дома – уцелели бы вещички.

– Куда там, вся Бобовая улица горит, – тихо сказала Ресничка. – Что с нами теперь будет?

– А что в городе вообще происходит? – поинтересовалась Даша, вешая котел над очагом.

В городе происходили жуткие вещи. На рассвете пираты, высадившись западнее и восточнее городских стен, вошли в город. Добрая четверть Каннута к этому времени уже пылала. Деморализованные небывалым обстрелом горожане только к утру попытались потушить загоревшиеся дома. С огнем быстро справились в районе Пристаней и в Центральных кварталах. Часть Восточного угла и почти весь Южный полыхали до сих пор. По слухам, хозяева загоревшихся домов, в отчаянии, сами поджигали соседей. Десятки людей погибли в бессмысленных драках. Пираты, практически одновременно вошедшие со всех сторон в город, в драки не вмешивались. По сути, бойцы Объединенного Флота в глубь города не пошли, лишь заняли городские стены и королевский замок. По Каннуту прокатилась ужасная весть – пираты, занявшие Луговые и Выгонные ворота, ни единого человека из пылающего Южного угла не выпустили, беженцев отшвыривали копьями прямо в огонь. Тех из горожан, кто в панике пытался подняться на городскую стену, расстреляли из убийственных, пробивающих человека насквозь арбалетов. В такие ужасы не слишком-то верилось, но очевидцы клялись, что собственными глазами видели зверства проклятых захватчиков. В Южном углу до сих пор слышны крики. Выходить из домов в пока еще спокойных Западных кварталах мало кто решался.

– Мы полгорода прошли, – мрачно сказала Мара, помешивая рагу. – Все запершись сидят. Даже наших на улицах не видно. Понятно, Гвоздь с ребятами на реке остался. Мы две лодки с барахлом у Нового Рыбного рынка приняли, как было приказано. Потом пираты мимо прошли. Кораблей, наверное, не меньше сорока. Теперь Гвоздь от города отрезан. Что делать-то? «Треснувшая ложка» дотла сгорела. Мы, Аша, к вам двинулись. Думали – может, выбрался Костяк. Он хоть что-то сделать может. Ты уж извини, что заявились без спросу. Костяк сказал, что вы и сами только на рассвете из замка выбрались. Ты пиратов видела?

– Видела, – осторожно сказала Даша. – Лихие парни.

– А короля вы не видели? – робко поинтересовалась Ресничка. – Говорят, он в Цитадели засел. Там две сотни гвардии под командой хромого Элкмара.

– Король, наверное, мертвенький, – Даша вздохнула. – Лорд Элкмар вроде бы дрался, но вот куда делся, одним богам известно. Нам, девочки, лучше только на себя надеяться. Пиратов, я думаю, остановить трудно будет. Они очень разозленные.

В дом заглянул Малыш:

– Вы жрать готовите? Пахнет вкусно. Скоро сготовите?

– Скоро-скоро, – Даша протирала миски. – Вы бы там, парни, какую-нибудь стражу выставили.

– Уже поставили. Этот ушастый распорядился, – Малыш изобразил руками пышные бакенбарды. – Ничего дядька, забавный. Он правда – лорд?

– Самый настоящий, – заверила Аша. – Таких знающих лордов еще поискать.

Кормить «деловых» пришлось в две смены – мисок не хватило. Малыша и Утбурда, чтобы слюнями не давились, Даша взяла с собой к колодцу. Следом увязалась и Мара.

Когда проходили мимо перекрестка, Даша увидела выбитое окно в доме приказчика обувной лавки. Внутри дома отчаянно визжала женщина. Звенела посуда, кто-то гадко ругался.

– Свои безобразничают, – заметил Утбурд. – Никаких пиратов не нужно. А раньше все на нас валили. Клеветники.

– Все с ума сошли, – Мара мрачно поправила кинжал, открыто торчащий за поясом.

– Это называется – анархия, – пробормотала Даша, крепче сжимая ручку ведра.

Без лохматого и Эле было как-то не по себе.

У колодца скопилась целая толпа. Воду давали бесплатно, но за порядком следила троица здоровых мужиков. Утбурд с Малышом явно намеревались сунуться без очереди, но Даша ухватила их за руки.

– Правильно, девка, – заметил один из добровольных стражников, помахивая дубинкой. Сейчас «деловой» не «деловой» – разницы нету. Приплыл Каннут. Пиратам без бою город сдали, куда уж дальше? Держи от нас подальше своего карлика. Он, случаем, не из тех дарков, что пиратского короля прихлопнули? Вон рожа какая, на человека вовсе не похож.

– Что вы такое говорите? – обиделась Даша. – Он, хоть и ростом не вышел, всю ночь дома тушил. Теперь без гроша остался. А вы дарками ругаетесь.

– Ладно, девка, – сказала другой страж порядка. – Я тебя знаю, ты у однорукой Эле живешь. Ты моей сестре письмо писала. Ты девка хорошая, даром что с «деловыми» водишься. Пусть коротышка не обижается. Нынче все только и болтают про карликов пронырливых. Мол, ночью на корабль командора пиратского напали. Ограбили пиратов как детей малых и сожгли живьем. От этих дарков и все беды. Кто у нас про карликов-убийц до сих пор видал-слыхал? А теперь и карлики, и девы ланон-ши с ними заодно, и пиратов несчитанные тысячи. Говорят, из-за этих карликов злоубийственных пираты в город сунуться боятся. Держать стены-то надо было. Эх, наденут нам ошейники…

Когда с полными ведрами возвращались домой, Малыш засмеялся:

– Это же не война, а чистое представление. Чего только не навыдумывают? Смотри, Утбурд, за тобой весь пиратский Флот гоняться станет. Ты у нас вылитый карлик. Злоубийственный. Еще хорошо, что наши девки на ланон-ши никак не тянут. Те статью чуть позавиднее будут.

– На тебя юбку надеть – вылитая ланон-ши, – заметил Утбурд. – Ой, конец нам совсем!

Они засмеялись. Даша помалкивала – знала, кого ночью и за карликов приняли, а кто и обольстительной ланон-ши свидетелям злоубийства показался.

Свернули на свою улицу. Впереди через забор перемахнул мальчишка лет семи. Почему-то почти голый, но с длинной палкой и свертком под мышкой.

– Смотри, – удивился Малыш, – такой сопляк, а тоже себе что-то зацепить умудрился.

Пацан резво запрыгал вдоль забора.

– Мин! – позвала Даша, не успев даже подумать, почему так уверена, что не обозналась.

Фигурка резко остановилась.

– Ой, он еще пострашней тебя будет, – Мара пихнула локтем коренастого товарища.

Утбурд смотрел на неуверенно подходящего полукровку. Вблизи безносый и широколицый Мин совсем не казался ребенком. Шерстка на его голове стояла дыбом, а свернутый под мышкой комбинезончик явственно вонял горелым.

– Здравствуйте, – полукровка неуклюже шаркнул лапой. – Аша, твой Костяк еще не вернулся? Я с Южного угла. Там плохо.

– Пошли в дом, – поспешно сказала Даша. – Там расскажешь, да заодно и позавтракаешь. Доктор тебе ухо чем-нибудь смажет. Ты, похоже, обжегся.

Мин пристроился рядом с Дашей. Все ускорили шаг. Даша видела, как Утбурд во все глаза разглядывает необычное копье полукровки. Вор перехватил обеспокоенный взгляд девушки, плотно сжал свой лягушачий рот, показывая, что волноваться нечего, болтать не будет. Мин в свою очередь исподлобья косился на «деловых».

Даша с облегчением толкнула калитку. Гости с сытыми просветленными лицами сидели у забора, доктор рассказывал что-то про пиратов. На полукровку, шмыгнувшего за дом, никто внимания не обратил.

Девушка успела разложить по мискам следующую порцию рагу, когда услышала голос вернувшейся хозяйки. С ней был оборванный и закопченный Виг. Костяк тоже вернулся живым и здоровым, хотя выглядел мрачнее тучи. Нашел взглядом подругу, с трудом улыбнулся. Даша подала завтрак, с помощью Реснички поставила вариться компот. Попутно слушала голоса с заседания военного совета, устроенного во дворе.

– Они нас всех хотят вырезать, – сказал Костяк. – Всех подряд. Оставят только гребцов посильнее и баб покрасивее. Этих – на цепь. Остальным ножом по горлу. Только об этом и орут со стен. Мол, за лорда-командора никому пощады не будет.

– Ну, говорят, что, если кто добровольно и с серебром в руках сдастся, тех через одного казнят, – равнодушным голосом добавила Эле. – Возможно, это у них шутка такая. У Луговых ворот порубили всех подряд, а женщин в огонь загнали. Сведения верные, один из ваших собственными глазами видел.

– Это чтобы напугать, – пробормотала Мара. – Не может быть, чтобы всех подряд под нож. Так не бывает.

– Бывает, – возразил Дуллитл. – В дальних краях иной раз всех подряд убивали. Вполне можно в такую безжалостную принципиальность Флота поверить. Пираты сейчас в ярости.

– Верить – не верить – это не разговор, – пробурчал Утбурд. – Что-то мне подсказывает, что я не войду в число живых, пусть даже эти северные благодетели только каждого десятого резать станут. С такой, как у меня, рожей арифметика простая. Нет уж, давайте на оружие надеяться. Виг, скажи, от Гвоздя так ничего и не было?

– Дошел один парнишка, – Виг потер опаленное лицо. – Проскочил у Пристаней. Там купцы крепко засели. Но парню пираты два «болта» в спину засадили. Успел сказать, что Гвоздь в город пробиться не может. Если кто выскочит, пусть к Дозорной горе идет или на Пустые хутора, там наши собираются.

– Нужно вырываться, – в один голос сказали Утбурд и незнакомый Даше «деловой».

– Понятно. Только как? – с досадой сказала Эле. – По одному? Перестреляют, как голубей. Обложили плотно, не проскочишь.

– Не может быть! – Мара вскочила на ноги. – Мы, «деловые», неужто не проскочим?! Костяк, что ты сидишь, как петух, в темя клюнутый? Ослаб, да?

– Рот закрой! – зарычал Костяк. – Жмура двинутая. Думаешь, мы хуже тебя вертеться умеем? На стенах стрелки, за воротами десятки копейщиков в полном вооружении. Пиратов принесло числом не меньше, чем всех нас в Каннуте, включая лялек, старух и коз. Думаешь, если мы с голыми животами на их алебарды и копья кинемся, очень лихо получится? Заткнись и слушай, что умные говорят! Если кто желает – валите на все четыре стороны.

Даша подумала, что первый раз видит лохматого в ярости. Вообще-то, жуткое зрелище.

– Ты чего? – пробормотал Утбурд. – Мара же так, сдуру сболтнула. Вместе держаться нужно. И госпоже Эле мы вполне верим. Она в войнах участвовала. Что делать-то сейчас?

– По-моему, нужно продержаться какое-то время и момент найти, – сказал Дуллитл. – Пиратов хоть и много, но если они в город втянутся, то заслоны на стенах и у ворот наверняка ослабнут. Вы лучше всех город знаете. Возможно, в темноте…

– Ночью их Гвоздь наверняка со спины пощекочет, – поддержал Виг. – Да и не один же наш Гвоздь снаружи остался? В темноте нам сподручнее будет.

– Только до ночи где прятаться? – обеспокоенно сказал Утбурд. – Пираты ведь не глупее нас, тянуть целый день не станут. И так почему-то сидят, выжидают.

– У них там сложности, – задумчиво сказала Эле. – Похоже, они союзники между собой нынче ненадежные. Те, что в замок ворвались, закрыли ворота и даже своих внутрь не пускают. Черное знамя подняли.

– Это бойцы командора Найти, – пояснил доктор. – Они раньше только лично ему подчинялись. Назывались – флотилия «Юг». Самые дисциплинированные. Грызлись со всеми остальными. Но это пока командор жив был. Теперь расклад изменился. Союзники им могут и не простить нынешней чрезмерной ловкости. Замок – лакомый кусочек.