Текст книги "Ад - удел живых. Книга вторая (СИ)"

Автор книги: Юрий Ливень

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 23 страниц)

Вздохнув, неожиданно громко, Игорь испугался созданного шума, и замер, чуть дыша. Тихо…

– Я Зелёный, на месте! – почти прошептал в рацию, в ответ услышал пару щелчков.

Присмотревшись, просчитал путь к лестнице. Всё усыпано стеклом и тряпками, но проскочить можно. Пора.

Вышел из здания, завернул за угол. Поднял ствол карабина вверх, снял с предохранителя, и застыл, едва не нажав на спусковой крючок. Стоп! Что там, на лестницах? А если они завалены? А если моб решит внутрь заглянуть? Снова вспомнились светлые силуэты в красном тумане у электростанции. Они были там, где стояли его друзья! Лукин, будучи в бешенстве приступа, видел других людей сквозь туман?

Почувствовав, как мешает дышать подкативший к горлу ком, Игорь забежал обратно в здание. Надо подумать, надо подумать… Не было времени на размышления, но сейчас… Это же важно!

В голове беспорядочно заметались мысли. Расправа над стрелками по дороге в Рыбинск… Приступ во время сражений с бандитами… Бой возле ГЭС… Сегодняшний визит на рынок… Ведь он чувствовал стоящего за стеной Сашку Финика! Не видел и не слышал, а именно чувствовал! Он, Лукин, не такой как все… Иммунитет, нечеловеческая сила, рост, скорость… Сколько раз думал о том, почему и как изменился, ещё в Рыбинске… Каждый раз возвращался к одной и той же мысли – его изменил вирус! Он становится таким, как эти твари, когда начинается приступ? Выжигающий внутренности и мозги голод, жажда живого мяса, неукротимое бешенство…

– Я зомби… – прошептал Игорь, глядя в пустоту остекленевшими глазами. – Зомби…

А что, если они тоже видят людей издалека, и за стенами? Моб увидит его! Если только не спрятаться так, чтобы не нашёл. И путь для отхода должен быть!

Выбирая дорогу так, чтобы не слишком хрустеть вездесущим стеклом, пробрался к лестнице. Аккуратно заглянул на марши, не торопясь пошёл вверх. Осмотрел второй этаж – та же разруха, что и внизу. Только трупов нету. Теперь выше, на третий этаж. Здесь не так и переломано, почти как раньше. Плотные ряды столов, кроватей и диванов, совсем не тронутый кухонный шоу-рум, отдел мебели для детской. Раскладки тканей и других материалов знакомые до боли…

Успокоив встрепенувшееся сердце, Лукин пошёл выше, на технический этаж. Надо найти выход на крышу. Зачем? А вдруг моб рванёт вверх? Только вниз как спуститься? Надо найти что-то, верёвку или трос. Декоративные канаты для штор? Прочные, толстые – если взять сразу три, должны выдержать. Но нет, слишком скользкие. Узел развяжется. Что же… А, вот, в отделе декора! Пожалуй, то что нужно!

Выбравшись на кровлю, Лукин привязал к основательной раме вентиляции сложенный вдвое джутовый канат. Выдержит… Аккуратно поглядев на округу с крыши, поспешил вниз, не забыв вытащить к лестнице пару увесистых диванов. На обратном пути можно завалить ими пролёт, немного задержат зверюгу. Вышел наружу, и дал четыре выстрела в воздух. Точно услышит! Сразу рванул обратно, на крышу.

Поднявшись, прилёг возле парапета и выставил руку с небольшим зеркалом. Солнца нет, бликов можно не бояться. Прошла минута, две, три… Хотел уже подняться и посмотреть глазами, как внизу раздался шум и удар по железу.

– Вот бл… – сдавленно выругался Игорь, испугавшись неожиданно громкого звука.

Чуть приподнявшись, высунул зеркало за парапет, немного поводил по сторонам и обомлел.

Возле выгоревших киосков, под самой стеной здания стояла на четырёх лапах тварь размером с телёнка. Серая бугристая кожа, уродливый силуэт перевитого мышцами тела. Тварь водила по сторонам лысой головой с вытянутой, как у собак, мордой, только не в пример шире.

Игорь почувствовал, как сердце запрыгнуло в горло и застыло, покрываясь инеем. На лбу проступил холодный пот, мигом пересохли губы. Такую тварь разве что из БТРа расстрелять можно в прямом бою! Возьмёт ли её мина?

Не обнаружив живой добычи, моб в несколько прыжков пересёк улицы Свободы, и ударом лапы снёс голову пришедшему на шум зомби. Бросив упокоенного, убил ещё парочку, после чего замер как статуя, будто чего-то ожидая.

Спрятавшись за парапет, Лукин вытащил рацию и включил на минимальную громкость. Попутно заметив, как дрожат руки.

– Берёза, моб здесь! – зашептал в микрофон. – Здоровый! На четырёх лапах бегает! Можем не справиться!

– Принял! – зашипела рация. – Решаем! Сиди тихо!

– Тихо… – пробормотал себе Игорь. – Захочешь – не сможешь крикнуть…

Вновь выставил зеркало. На прежнем месте моба не было, но ушёл недалеко. Погнавшиеся за Игорем зомби как раз доковыляли до казарм, мутант пошёл им навстречу. Не торопясь, даже с ленцой, отбил головы пришельцам, и снова превратился в изваяние, усевшись на задницу.

«Энергию, наверное, бережёт! – сделал вывод Игорь, наблюдая за действиями твари. Неудивительно, что далеко не ходит, пока корм есть!»

Посидев несколько минут, монстр поднялся и медленно пошёл во дворы, миновав разорённый «Макдональдс».

– Берёза, моб идёт в вашу сторону, медленно! – поспешил предупредить друзей Игорь.

– Мангуст принял. Мы почти закончили, пусть идёт!

* * *

Несмотря на то, что готовились к бою в крайней спешке, Дмитрий был доволен результатом. Мину закрепили на перилах маленького крыльца, тонкой «стальки» хватило, чтобы сделать нормальную растяжку в двадцати метрах от места взрыва. Даже сообразили, как не попасть в ловушку, укрываясь в магазине. Всего-то зажгли несколько найденных свечей, и поставили их на пол в тамбуре магазина. Моб их должен заметить.

Взлетев на третий этаж дома, где собрался устроить огневую точку, Дмитрий краем внимания зацепился за царящий вокруг хаос. Неизвестно, что здесь происходило, но по подъезду словно ураган прошёлся. Все двери выломаны, квартиры разбиты до щепы, лестница обильно усыпана хламом и обломками мебели. Ни одного целого окна, некоторые вынесены вместе с рамами и решётками.

Вот и нужная квартира. Звонко капает вода в ванной, может помешать! Не стал искать вентиль, просто бросил в ванную тряпку. Окно, выходящее на перекрёсток… Обзор хороший, только фонарный столб немного мешает, хотя сектор стрельбы достаточный.

– Берёза, моб идёт в вашу сторону, медленно! – прохрипела рация, когда Дмитрий собрался вытаскивать винтовку из чехла.

А Берёза сейчас недоступен, ребята только что укрылись в соседнем от магазина доме. Уцелевшая металлическая дверь и толстые стены полностью перекрывают сигнал… Погожин ответил Зелёному и принялся обустраивать лёжку. Несколько минут есть, надо устроиться поудобнее.

На кухне нашлась целая тумбочка, сталинских времён. Умели делать… Затащил в комнату, поставил у окна, сел. Нормально. Винтовку сошками на подоконник, примерился, чуть отодвинул тумбочку. Судя по кронам, ветер не сильный – для такой дистанции, в полста метров, некритично. Дослал патрон.

– Бэтэр, стреляй! – дал команду Дмитрий, и взглянул в прицел на товарища, стоящего возле укрытия.

Бэтэр поднял дробовик, «мурку», дважды выстрелил в воздух. Мигом скрылся в убежище и запер за собой дверь.

Монстр не заставил себя долго ждать. Прошло всего несколько секунд, и на перекрёсток выскочила огромная тварь. Если своего питомца Дмитрий окрестил «кошечкой», то владыку здешних мест можно смело назвать большим котом. Серой тенью моб промелькнул за деревьями, и почти перебежал дорогу, как его внимание привлекли горящие свечи. Чуть ли не на лету мутант развернулся, и с первого же прыжка налетел на растяжку, натянутую в метре над землёй.

Грохнул взрыв, окутав крыльцо характерным облаком из чёрного и серого дыма. Сотни стальных шариков вырвались на волю, срезая ветки с деревьев и выбивая штукатурку из стены дома, где засел Погожин. Стальной бурей накрыло моба, вставшего на задние лапы от полученных в морду осколков.

Едва успев приготовиться к стрельбе, Дмитрий поймал шишковатую голову монстра в прицел и нажал на спусковой крючок. Оглушающе ухнул мощный выстрел, разнёсшийся эхом по улицам. Но пуля лишь ошеломила монстра, скользнув по крепкому черепу. Припав к земле, монстр покачал головой, приходя в себя, и прыгнул в сторону.

Погожин выругался и привстал, чтобы посмотреть, куда направится тварь. И тут же лихорадочно дёрнул затвором, перезаряжая винтовку. Монстр, хоть и нафарширован изрядно сталью, без одного глаза, и хромая на переднюю лапу изрядно потерял в скорости, мчался прямо в сторону Дмитрия!

Снайпер выстрелил ещё раз, но пуля опять ушла в рикошет. Третий раз перезарядиться не вышло – монстр скрылся из вида, добежав до стены дома.

Погожин дослал новый патрон в патронник, и настороженно прислушался. Если моб решит ворваться в подъезд – не спасёт ничто. Ни винтовка, ни десятилетия подготовки. На мгновение, Дмитрий почувствовал прикосновение липкого страха, почти позабытого.

Снаружи раздался хруст и шорох осыпающейся штукатурки. Раз-второй-третий…

«Лезет по стене!» – вспыхнула в мозгу догадка, обдав ледяным душем животного ужаса.

Дмитрий отпрыгнул в дальний конец комнаты и взял окно в прицел. Только один выстрел, единственный шанс!

Мощная лапа с хрустом вонзила длинные, загнутые когти в оконную раму. Словно в ночном кошмаре появилась и вторая, цепляясь за проём. Когти вошли в покрытый штукатуркой кирпич, как в мягкое дерево, прочно удерживая огромную тушу. Дмитрий перестал дышать, и когда в окне появилась клыкастая морда, перемолотая взрывом в кашу, выстрелил прямо в раскрытую пасть…

–

[1] МОН-50, «монка» – противопехотная осколочная мина направленного поражения.

Глава 19. Переполох в княжестве. 1.05.2008

Переполох в княжестве

1 мая 2008 года, утро. Г. Ярославль

Едва над городом разошлись рассветные сумерки, к заставе на мосту через Пахму подъехал обшитый железными листами внедорожник с пулемётным гнездом на крыше. Впрочем, стрелка за ним не было, и ствол ПКМа смотрел в затянутое серой хмарью небо.

Увидев предупреждающе поднятую руку часового, водитель броневика остановил машину. Тот час же открылась задняя дверь, и на дорогу выбрался невысокий, плотно сбитый, с заметным животом бородач. Кроме разлапистой бороды, его голову украшала шапка-кубанка из чёрной овчины с красным верхом. Одеждой не выделялся – как и все, одет в камуфляж.

Встав на асфальт, атаман Игнат Лихой одёрнул китель, и размеренной, солидной походкой направился к блокпосту, к ожидающему его новому заместителю Кургана, хозяина этой территории.

– Что припёрся с утра пораньше? – в голосе Баги, несмотря на грубые слова, неуважения не чувствовалось.

– Все эти «ваши благородие и превосходительства» отменили уже? – атаман поднял руку в приветствии, и потянулся за сигаретами.

– Не прикалывайся! Сам же знаешь, что это Курганова причуда. Чего потревожил-то?

– Новости хреновые, казачков моих порезали ночью. – прикурив, Лихой затянулся и выпустил сизое облако.

– Господи… Что ты такое ядрёное куришь? – Бага отмахнулся рукой от едкого дыма. – Где твоих порешили?

– Да на мосту над железкой, на Добрынина.

– С которого кормишься, что ли?

– У меня другого моста нет, люди лишних тоже.

– Предъявляешь, что мои побаловались? – насторожился Бага.

– Избави Бог, у нас с вами мир какой-никакой! – атаман махнул рукой на собеседника.

– Сам понимаешь, не мир. Курган над вами смилостивился, благодарите Бога, что такой человек оказался. Сколько потеряли?

– Пятерых похоронили. – Лихой нахмурился, и нервно раздавил недокуренную сигарету о шлагбаум, тут же залез в карман за следующей.

– Божиться не стану, что не наши… Но вроде ночью никто не шлялся, и так за две недели три бригады потеряли, одну так вообще с концами.

– Не ваша говоришь, кто же тогда?

– А что сразу на наших подумал, так начудили, что ли? – Бага нахмурил брови, на лбу прорезались глубокие складки.

– Да словно звери лютые порезвились!

– Может мертвяки откормившиеся? У нас тоже такое бывает! Неделю назад возле цирка, четверых тварь на куски порвала!

– Да не… Двоим головы прострелили, двоим черепа разбили в мясо, будто битой. Одному висок пикой продырявили.

– А вот это уже настораживает...

– Что скажешь, когда скажу, что оружие на месте оставлено? – атаман мазнул взглядом по стоящим за Багой постовым, и нервно выбросил на обочину окурок. – Ну и гадость же этот самосад!

– Ну ни хрена ж себе! – очень искренне удивился помощник Кургана. – Совсем другой расклад выходит! Дай-ка покумекаю...

– Что кумекать… Теперь ночью мост наглухо перегораживать стану, да казачков своих под крышу. И к нам в посёлок так просто не заскочишь.

– Ты на что намекаешь? Нам тоже беречься, раз у нас добыча побогаче?

– А на то, что со всех сторон припекает! Но это не в обиду, большому кораблю большое плавание. Вы сами себя в обиду не дадите.

– Верно сказал… Вот что, доведу до Его сиятельства сию информацию, – собеседника словно подменили, он уже мысленно перенёсся во дворец Кургана, и представлял, как будет докладывать. – Лады, если, что всё же наших рук дело, разберёмся, от чего и почему. Твои тоже «на беспредел» могли пойти… Да не маши рукой, знаю, как бывает! Но если это не наши, и никто из братвы, то надо эту падлу из-под земли достать! С такой угрозой спать спокойно не будешь! Мало нам мертвяков, да всякой шелупони, что вокруг бродит? Ещё с Московской братвой разбираться, борзые стали. Да с детями гор, будь они неладны...

Тут Бага понял, что сболтнул лишнего и замолчал. Взглянув в глаза казака, сочувственно похлопал атамана по плечу, и пошёл к своей машине.

* * *

Спустя четыре часа, после завтрака, одетый в персидский халат Курган стоял в своём кабинете, перед накрытым зелёным сукном столиком, превращённом в поминальный алтарь. На серебряном подносе ручной работы, с декором из позолоты и горячей эмали, стояли церковные свечи, и фотография седого худощавого мужчины в чёрной рамке.

– Эх, Касим Шакирович, Касим Шакирович… Зачем же ты так… Сам полез… – в который раз после известия о гибели друга, Курган сокрушался по потере. – Сявку эту, что тебя в капкан завела, я достану, из-под земли достану!

Вздохнув, самоназванный князь зажёг свечу. Перекрестившись, понуро побрёл к столу. Смерть подельника, погибшего из-за вонючего шныря, заманившего бригаду в ловушку, выбила Кургана из колеи. Весь вечер и половину ночи метался по кабинету, орал на слуг и подчинённых. Чуть до греха не дошло – под горячую руку попался один из бригадиров. Так бы и порешил его на месте по беспределу, если бы не вмешался Бага, земляк и близкий друг Касима, заведовавший складами с имуществом княжества. Багман, как звали в миру завсклада, в последний момент уговорил князя не ломать понятия, карая невинного. Чуть поостыв, Курган поставил Багу на место Каши, отдавая тому последнюю честь. Да и внешне Бага напоминал павшего, хоть и на десяток лет моложе…

– Ваша светлость! – в кабинете неслышно возник лакей, застыв в почтительном поклоне. – Виноват-с! Их сиятельство, граф Багман Газизович, просит Вашей аудиенции по неотлагательному делу!

– Давай, Сенька, зови! – обречённо махнул Курган, грузно падая на своё кресло-трон.

Лакей исчез, и в кабинет вошёл одетый в чёрную полевую форму заместитель, прикрыв за собой дверь.

– Ваша Светлость! Моё почтение и доброго здравия!

– Присаживайся! – князь покровительственно показал рукой на золочёное кресло у камина. – К столу теперь не садись, не по чину тебе.

Пока подельник устраивался, Курган поднялся, прошёл по кабинету, и уселся в кресло напротив. Не торопясь, налил себе коньяку из стоящего на столике графина богемского хрусталя с позолотой. Закрыв глаза, поводил носом над бокалом, вдыхая чарующий аромат «Л'Эссанс де Курвуазье» пятидесятилетней выдержки.

– Тебе не предлагаю, знаю, что не пьёшь… – Курган отпил маленький глоток, наслаждаясь богатым и шелковистым вкусом напитка. – Зачем пришёл?

– Ваша Светлость…

– Для тебя теперь – Олег Иванович. И только в этих стенах!

– Понял… Атаман пятовских казаков приезжал. – Бага быстро рассказал о разговоре с Игнатом, не упуская и не перевирая деталей.

Курган выслушал, не перебивая. Когда помощник замолчал, князь задумчиво поболтал тёмно-янтарную жидкость в бокале.

– Битами черепа разбиты, говоришь? У самого мысли есть, кто таким балует? – вопросительно приподнял бровь пахан.

– Кроме фанатов, больше некому. Подонки отбитые наглухо! Удивляет только, что стволы не взяли.

– Вот и я так думаю. Что до стволов… Думаю, скоро атаману предъяву занесут. Стволы оставили не просто так, а с намёком. Силу показывают.

– Да сколько там той силы, – покривился Бага. – Их со стадиона не так много ушло, и мы их покосили немало, когда город на доли кроили.

– Так фанаты круг себя другой шелупони собрали табун. Скинхеды, боксёры, что под нас не пошли, другое отребье. Северную часть промзоны под себя подмяли. Теперь на южную метят, где пятовские хабар собирают? Так казачки нам постоянно дань заносят, а фанаты что? Ну и за беспредел ответить должны.

Багман кивнул, соглашаясь.

– Надо бы к ним пацанов отправить, спросить за дело. Ты только козырных прибереги, неровен час дойдёт до бучи. У нас и так потери немалые. Новых направь. Пусть себя покажут. – Курган посмотрел на зама сквозь бокал. – И не забывай про сявку, как там его… Из-под земли достань!

– Сделаю, Ваша све… Олег Иванович! Я могу… идти? – Бага опёрся руками о подлокотники кресла.

– Иди. Сеньке по дороге скажи, чтоб не тревожил без особой надобности.

Когда за Багой закрылась дверь, Курган вновь посмотрел на траурный портрет подельника, и поднял бокал.

– Земля тебе пухом, Касим Шакирович…

* * *

После обеда, князь привычно устроился в удобном, высоком кресле возле панорамного окна своего кабинета. Из эксклюзивных колонок лилась чарующая «Травиата» Джузеппе Верди, в чайничке тончайшего фарфора настаивался элитный чай Те гуань инь, привезённый в этом году из Китая, в немалом количестве. Собирались пустить в дело, да не срослось…

Курган размышлял, как дальше вести работу с подчинёнными. Смерть Каши спутала многие карты. Ладно, мусульман группировки возьмёт на себя Бага. Каша пользовался у них авторитетом, по старой памяти должны и Багу признать. Остальными пока Лёня Бетон займётся, надо его поднимать. Засиделся в рядовых бригадирах. Тёрок между Багой и Бетоном вроде не было, должны сработаться. С заказчиками самому придётся разбираться. Торопят, нервничают. Особенно после смерти Азбуки, противной бабы из Углича. Сутки линию обрывали! Братву в Ростове срочно собирать надо, попутно приструнить Тутаевских. Зураб совсем берега попутал, на себя «полосатых»[1] перетягивает…

Погрузившись в мысли, князь не сразу услышал деликатный, но настойчивый стук в дверь.

– Заходи! – крикнул Курган, выключая музыку.

– Ваша Светлость, граф Багман Газизович! – на пороге возник Сенька.

– Путь проходит! – князь нехотя поднялся и направился в сторону камина.

По виду вошедшего Баги сразу стало ясно – принёс плохие вести. Сразу говорить не стал, повиновавшись жесту пахана, приглашавшего присесть в кресло.

– Говори… – приказал князь, собираясь налить несколько грамм коньяка в свежий бокал.

– Порешили пацанов! – Бага чуть не подпрыгнул в кресле, произнося простые слова.

Курган с трудом удержался, чтобы не швырнуть дорогой, эксклюзивный графин с не менее драгоценным коньяком в камин. Такие уже не купишь…

– Как порешили?! – глаза князя начали наливаться кровью. – Отморозки эти?!

– Да, Олег Иванович! – выдохнул Бага. – Всех четверых! Я за ними присмотр по-тихому отправил, только он и вернулся!

– Как?! – чуть ли не заорал Курган, известие о гибели боевиков стало последней каплей, сорвавшей тормоза.

– Битами забили… – в голосе Баги зазвенел испуг от взбесившегося пахана.

– Завалить п*доров, петухов поганых! Чтоб духу их больше не было в моём городе! Каждого размазать, на ремни распустить! Понял?! Вне закона всех! Договаривайся с кем хочешь! Всем малявы рассылай! Казакам, чёрным, водяным, кировцам! За каждую голову фанатов награду назначай! Исполнять! Сейчас же!

Бага подорвался из кресла, и быстрым шагом вышел их кабинета. Курган, с маской ярости на лице, уставился в пустоту. В голове мелькали способы расправы над шавками, поднявшими руку на его людей.

Чуть успокоившись, князь сделал несколько больших глотков прямо из горла позолоченного графина, не чувствуя ни вкуса, ни послевкусия с нотками кедровых орехов, лакрицы и цитрусовых интонаций…

[1] Полосатый, он же полосатик, особик – прошедший через зону особого режима, т. е. особо опасный рецидивист (ООР).

Глава 20. Новый след. 1-2.05.2008

Новый след

1-2 мая 2008 года, г. Ярославль.

Отправив Дениса и Дмитрия на «Торжище», Ксения, Игорь и Виктор укрылись в паре кварталов от Мышкинского проезда, где начиналась территория «княжества» местного авторитета. Как посоветовал Волков, товарищи отправились почти с голыми руками – Дмитрий вооружился «Сайгой» Лукина, а Денис взял с собой только ПМ Бэтэра. Два часа тревожного ожидания длились мучительно долго, но наконец-то, во двор девятиэтажного дома, в котором прятались друзья, въехал знакомый серый «Соболь».

– Ну что Берёза, как съездили? – спросил Игорь, когда Денис и Дмитрий приехали с Торжища.

– Нормально. Повезло, что нашли схрон с хабаром хозяина машины. Цены кошмарные, за весь кузов барахла хватило на бак и семь канистр бензина, да ящик галет. – Денис разочарованно цыкнул. – Без сигарет, ценятся они, вообще только пару канистр купили бы. Ещё вербовали нас основательно. Но и хорошие новости есть.

– Вербовали? – удивился Игорь, стоящая рядом Зена заинтригованно подняла бровь.

– Ну да… Мы приехали, разгрузились, поторговались, сдали товар, получили векселя – это такая валюта местная, фантики в общем. Зашли в кабак, кофе попить да новости узнать. К нам и подсел один, даже не знаю, как назвать… Скользкий такой, с липкой улыбочкой. Всё спрашивал, кто мы да что. Дима и говорит – сидели за Волгой в подвале нормальном с бабой местной. Одной на двоих, но выбирать не приходилось – времена такие…

– Фу-у! – скривилась Ксения. – Ну и фантазия у вас!

– Наверх боялись выходить, – продолжил Денис, улыбнувшись. – Мол, там такие образины бегают, что смотреть страшно. Как жрачка кончилась, перебрались на лодке через Волгу. Баба на наш паром не успела, схарчили её монстры. А мы тихим ходом на правый берег добрались, тачку с хабаром отжали у местного, да выспросили что где и как, ну и кончили его.

Виктор, присматривавший за дворами, но слыша рассказ друга, громко хмыкнул. Дмитрий в это время занимался своим снаряжением.

– Скользкий и спрашивает – вы кто по жизни? Видно, что пацаны не простые, на военных похожи. Дима и сказал – кто платил, тому и служили. Пацанчик решил, что мы наёмники бывшие, начал в банду звать. Девок предлагал, жрачку, оружие, патроны. И повернул так – отказаться никак нельзя. Я кое-как вывернулся, говорю – мы типа за побратимом должны съездить, он тоже из наших. Заберём его, и втроём вернёмся. На юг от города едем. Ну, этот скользкий о чём-то со своими перетёр, вручил ксиву для проезда…

Денис вытащил из кармана медную пластинку с выгравированной буквой «К» и замысловатым вензелем.

– Это чтоб через посты бандюков проезжать. Так-то ксива недёшево стоит, но нам, как будущим браткам, с барского плеча «старшаки» отстегнули. После, мы из кабака вышли, закупились нужным, и ходу…

– Нормально… А что за новости?

– За девок заговорили, я и спрашиваю – а что в борделе, есть горячие штучки? Покраше, да построптивее. Таких укорачивать одно удовольствие! – услышав эти слова, Бэтэр кинул на друга гневный взгляд. – Скользкий говорит – нету, здесь цыпочки попроще. Что получше, князь в Москву, на Биржу отправляет. Рынок такой, под Москвой, даже целое поселение на острове. Тут один из братвы, рядом тёрся, язык и распустил. Говорит – была одна, лысая. Пацаны её привели пахану показывать, а она брыкалась так, что еле удержали, всё пыталась князя ногой ударить. И материлась по-чёрному, рот скотчем заклеили.

– Марина! – воскликнул Виктор и громко скрежетнул зубами.

– Курган её и отправил на Биржу. Сказал, что тамошний пахан как раз таких резких любит…

– Порву с-суку-у! – Виктор зарычал, едва удерживая рвущуюся наружу ярость.

– В общем, нам туда… – Денис вздохнул, глядя на покрасневшего от злости друга. – Да, вот ещё что… Ростов придётся объезжать, он под бандюками. Ксива не поможет, особенно если Ксюху заметят. Город под зеками с местных зон, полный беспредел.

– Пока вы ездили, я по квартирам пробежался… – Игорь показал на увесистый баул у крыльца. – Чутка еды нашлось, на дорогу должно хватить.

– Грузимся, едем. Мы с Димой в кабину, вы в кузове размещайтесь.

* * *

Тобухинский мост пересекли без проблем, помог полученный в кабаке пропуск. Стоящие на блокпосте братки даже машину не стали досматривать, увидев медную пластинку. Хоть и не кургановские – на знаках перед мостом, и на самом блоке красовались заметные издалека литеры W.

– Купцы? – спросил одетый в «Горку» бородатый часовой. – Чьих будете?

– Сами по себе! – небрежно кинул в ответ Денис.

– К нам желаете? Одиночки долго не живут. Да и полегче оно, в коллективе!

– Мы рисковые! – улыбнулся Денис, наблюдая, как поднимается шлагбаум.

– Ну бывайте! Фарт рисковых любит! – не стал настаивать бородач.

Реконструкцию моста, начатую в прошлом году, так и не закончили. Вскрытый и недостеленный асфальт, залысина оголённых бетонных плит на месте снятых трамвайных путей… Тем не менее сооружение выглядело ухоженным. Кто-то постарался убрать груды старых шпал и рельсов, песок с гравием соскребли бульдозером вниз моста, расчистив проезд в обе стороны. Навстречу как раз шёл тентованный КАМАЗ, с белыми буквами W на передке и бортах.

– Дима, может мы зря отказались? – развеселился Денис.

– Фарт в переводе с английского – значит «пердёж», – холодно произнёс Дмитрий. – Рисковых фортуна любит…

На другом берегу Которосли проехали мимо разорённой территории рынка с левой стороны, с правой мелькнула златоглавая церковь.

– Тот самый храм, что на тысячерублёвке изображён – кивнул в сторону куполов Денис. – Красивые тут места…

Дмитрий бросил безразличный взгляд на достопримечательность, не сказав ни слова. Замолчал и Денис.

До Московского проспекта, на удивление, доехали легко. Зомби не бросались навстречу, и не стояли на газонах, их просто не было. С правой стороны улицы Наумова все дома выглядели целыми, совсем как в прежние времена. Только все окна закрыты толстыми решётками или стальными листами. Да проезды между домами были перегорожены высокой изгородью, сваренной из металла. Левая же сторона улицы выглядела лишь ненамного лучше, чем в остальном городе.

– Хороший здесь хозяин! – заговорил Дмитрий. – Прибрались, защитились…

– Ракетное училище рядом, вояки наверняка место держат. Но вообще, не знаю. Разве что на связь с Рыбинском выйти, спросить. Рация достанет. Да и у них между собой должны быть контакты.

– Если военные, надо переночевать. Время к вечеру. Думаю, союзники не откажут.

– Витёк может проблему создать, он сейчас пешком готов до самой Москвы бежать. – Денис нажал кнопку на рации, между салоном и кузовом не было окошка. – Бэтэр, это Берёза. К ракетному училищу подъезжаем. Если что, не бузи.

– Принял… – сухо ответил бас из динамика.

Свернув на Московский проспект, сразу попали в узкий, едва разминуться можно, проезд между грудами искорёженного тяжёлой техникой железа. Смятые, разорванные и сплющенные остовы машин превратили дорогу в коридор, упирающийся прямо в блокпост на перекрёстке с улицей Нагорной. Стоило подъехать к бетонным блокам, создающим короткую «змейку» перед проездом, как у шлагбаума появился солдат, одетый в армейскую «флору», с каской на голове и автоматом наготове.

– Стой, кто идёт? – выкрикнул звонким, юношеским голосом так, что сидящие в кабине Дмитрий и Денис заулыбались.

– Старший прапорщик Хворостов с отделением! – высунувшись из окна фургона, крикнул Денис.

Солдат почему-то стушевался и скрылся за перевёрнутым набок автобусом. Через минуту вместо него появился другой воин, чуть постарше.

– Лейтенант Даниленко! Вы из какой части?

– ФАПСИ, Рыбинск! – ответил Денис, представляя реакцию на свои слова.

– Рыбинск?! – удивился лейтёха. – Сейчас!

Сзади к «Соболю» подъехала ещё одна машина, обшитый железом «Форд-Транзит» с буквой F на передке. Коротко мигнула фарами.

– Сейчас тут пробка будет… – Денис не скрыл раздражения. – Интересно, только нам так повезло, или со всеми так?

Военные справились довольно быстро. Десяти минут не прошло, как знакомый уже лейтенант лично поднял шлагбаум, и показал рукой поворачивать направо. Проехав бетонную «змейку», Денис подчинился команде, остановившись сразу за поворотом.

– Здравия желаю, тащ старший прапорщик! – офицер подошёл к открытому окошку. – Связались уже с Рыбинском, ваши приезд подтвердили. Приказано вам помочь, проезжайте на КПП, дальше по улице. Виноват, но придётся досмотреть машину, положено!

– Мы и сами такому приказу рады. Досматривай, раз положено…

Лейтенант обошёл фургон, и открыл сдвижную дверь кузова. Встретившись в упор с глубоко приветливой улыбкой Виктора, сидевшего скраю, спиной к перегородке.

– Уй, ёпт! – вырвалось у лейтёхи, отпрыгнувшего на пару шагов назад.

– Бэтэр я! – буркнул Виктор, и закрыл дверь обратно.

Почему-то неуверенным движением руки лейтенант взял под козырёк и выпрямился.

– П-проезжайте! – пролепетал, отходя от испуга.

К счастью, сидящую рядом со страшным Бэтэром девушку Даниленко успел увидеть…

* * *

С рассветом нового дня, отдохнувшие и накормленные на нехитрой, но сытной солдатской кухне, друзья отправились в путь. Остановка у союзников приободрила всех – удалось не только спокойно выспаться, но и попариться в баньке. Что особенно порадовало Ксению, соскучившуюся по горячей воде. Нелегко пришлось только Денису и Дмитрию – местный гэбист не один час выпытывал все подробности обстановки в Рыбинске и Московской области. Кроме всего прочего, военные за ночь обварили «Соболь» железными листами по кругу. Боеприпасами помогли скудно – лишь дали пополнить боекомплект, потраченный по дороге.

– Едем на Гаврилов Ям. Оттуда через Комсомольск, Ильинское, Хмельники, выбираемся к Переславлю. Там к местным ракетчикам заедем. – сидя в кабине, Денис повторял подсказанный штабистами маршрут, водя пальцем по карте.

– Знаешь, что меня удивляет, Денис… – отвлёк товарища Дмитрий. – Здесь ракетчики, там тоже, в Рыбинске не одна воинская часть… В каждом городе полно военных, но заразу не остановили нигде. Мы служили в этой системе, и сам знаешь – любой из пацанов спиной вперёд пополам сложился бы, но выполнил бы приказ. Только не было его.

– Как говорит Бэтэр – чтобы хер вставить, яйца нужны… – не отвлекаясь от карты, задумчиво пробормотал Денис. – Круг большой получается в объезд Ростова. Почти двести километров. Помнишь, что подпол сказал про те места? Вроде тихо, но слухи ходят разные, и лучше бы ехать в составе колонны.