Текст книги "Красная луна."

Автор книги: Юлия Бочарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

   Дорога приводит к очень знакомому дому. Внимательно оглядываюсь по сторонам и ныряю в тень, увидев, что кто-то с противоположной стороны улицы направляется к этому же месту.

   Внимательно слежу, скрывая всплески силы. Незваный гость подходит к дому, оглядывается по сторонам, а, потом, не заметив любопытных глаз, проникает внутрь.

   Я была уверенна, что этот незнакомец...В голове полный сумбур. Зачем он здесь? Почему?

   На вопросы никто не ответил, Фил опять скрылся где-то внутри сознания и не спешил появляться, предоставляя мне право действий.

   Хмурюсь, но с места не двигаюсь.

   Улица, погрязшая во тьме и дома, старые и ветхие. Нищенский район, в котором властвуют совсем другие законы и приоритеты. Злые силы поглотили здесь почти все и беспрепятственно влияют на разум людей.

   По коже скользит вязкая неприятная сила, морщусь, но стоически терплю прикосновения Тьмы. Мне сейчас не до нее, а всплеск светлой силы вызовет подозрения и рассекретит меня.

   Плотнее сжимаю посох в руках, понимая, что надо мной просто издеваются. Стараюсь не дышать, и не думать, смотря во все глаза на погрязший во мраке дом.

   Старое потемневшее дерево, окно, скрывающие тайну внутреннего убранства дома. Пологая крыша, высокие стены, небольшая входная дверь.

   С неба стал падать снег, подул ветер, взметая в воздух белые хлопья, начиная хлестать лицо.

   Настроение было никакое. Мороз пробирался все глубже под одежду. И без защитного контура я была желанной добычей для него. Напряженно свожу брови.

   Жертва собственного любопытства. Терпи, раз во все это ввязалась.

   Еще через какое-то время, черной тенью из дома вышел мужчина. Огляделся по сторонам, а затем быстро пошел прочь.

   Какая прелесть, я все-таки была права. И что ему здесь понадобилось? Такими методами не помогают, а наоборот – приносят еще больше неприятностей.

   Когда мужская фигура исчезла за поворотом, любопытство стало нестерпимым, и я тоже решила посетить опустевший дом.

   Стряхнула с себя темную энергию и быстро проникла в не запертую дверь.

   Все было как во сне. В том сне, где убили девушку. Её дом, вещи. Скрипящие половицы. Я с любопытством шла по холлу, подходя к лестнице.

   Глаза устремились вверх, на второй этаж, но я не спешила подниматься. В доме было намешено большое количество различной энергии. Кажется, раньше на двери стоял защитный полог, но недавний посетитель умело его сорвал. А может быть и не он. Интересно.

   Странно я себя чувствовала в этом доме. Что-то мешало правильно анализировать ситуацию. Место преступления просто кишмя кишело фантомами различных людей. И в таком бардаке различить энергию убийцы было невозможно.

   Раздраженно встряхиваю плечами и делаю неуверенные шаги наверх.

   Ну, и где ты, принцесса?– раздалось в сознание язвительное.

   На месте преступления,– хмуро ментально произношу.– Пока ты изволил отдохнуть, со мной случилось нечто странное.

   Хм, с тобой все время происходит что-то странное,– невесело проговорил он и затих.

   Отвечать ему я не спешила, да и вообще разговаривать. Сейчас меня волновало нечто другое.

   Неуверенно переминаюсь у дверей спальни девушки, не решаясь зайти. Что-то мне подсказывало, что этого лучше не делать. Но я как всегда иду в обход логике. Вдруг осознав, что если отступлю, то потом пожалею.

   Дверь поддалась сразу, легко открывшись в сторону.

   Прохожу внутрь и замираю. Чувствуется неприятный запах протухшей энергии смерти. Морщусь и быстро оглядываюсь по сторонам. Что-то не так, что-то мешает.

   На сознание давит поток странной силы. Не понимаю в чем дело. И тут в голове взрывается.

   Беги, беги, дурочка,– вопит Фил.

   Хочу возмутиться, но тут замечаю магическое устройство и в панике делаю пару шагов назад, затем разворачиваюсь и даю деру.

   Бомба! Бомба! Голове маячит только одна мысль, о спасение. Я привела механизм в действие, я и правда дура. Ну зачем меня туда потащило?!

   Гневная тирада прекратилась, когда прогремел взрыв. Я еле успела выбежать, и меня хорошо припечатало взрывной волной.

   В соседних домах полопались стекла. Остатки дома валялись повсюду, вперемешку с вещами. Огонь бушевал на руинах, поглощая последние улики и память о случившемся.

   В последний момент меня спасло то, что я успела накинуть на себя защитный полог, и вся основная нагрузка пошла на него, но меня все-таки хорошенько впечатало в стену соседнего дома, и я не сразу смогла подняться на ноги.

   Собрав остатки сил, двинулась прочь. Скоро на этом месте будет куча народу, а мне незачем святиться.

   Коря себя, на чем свет стоит (с чем помогал Фил), я медленно брела по улицам. Вскоре, бедные кварталы стали сменятся более ухоженными. Грязное замерзшее месиво под ногами сменилось каменной мостовой, обработанной специальными заклинаниями и никогда не замерзающей. Фонари горели исправно и свет от них, мягко разливался по ночным улицам. В домах, кое-где, горел свет, и играла музыка. Завернув за очередной угол, я невольно оказалась рядом с работающим питейным заведением. Оказаться в тепле и хлебнуть чего-нибудь горячительного показалась настолько заманчивым, что ноги сами привели меня внутрь.

   Двери передо мной распахнули охранники, и я попала в какой-то совсем другой мир.

   Над огромным залом висела хрустальная люстра, дарящая нежный золотой свет. Барная стойка ломилась от предлагаемых напитков и люди вокруг привлекали своими улыбками.

   Прошла к бару, присаживаясь за стойку. Взгляд невольно упал на певицу, стоящую на небольшой сцене и погружающую всех в мир грез. Её приятный сильный голос завораживал и манил, а музыка была всего лишь дополнением таланта, знойной брюнетки, в откровенном черном платье.

   – Нравится?– раздалось сзади.

   Перевожу затуманенный взгляд на улыбающегося бармена.

   – Нравится, у неё красивый голос.

   – Да, Катерина, прекрасная певица,– в голосе мужчины послышались грустные нотки, и он тут же поменял тему разговора.– Что будете пить, сер?

   – Бакал вина,– тут же отвечаю.

   Ночка выдалась не из приятных, и от одного бокала со мной ничего не случится.

   Смотри, опять на неприятности нарвешься,– нравоучительно заметил Фил.

   Не нарвусь, не беспокойся,– отмахнулась я.

   Бармен, приятный высокий мужчина с чисто выбритыми щеками и зачесанными темными волосами, налил мне бокал красного вина, который я тут же притянула к себе.

   Вино было терпким, но его неуловимый приятный вкус будоражил, и вскоре я попросила налить мне еще.

   Последнее что я помню, это алые губы певицы, просившие угостить её вином. А потом провал и...

***

   Ооо, как болит голова! А кто говорил, что похмелье мне не грозит. Фил! Ты где?!

   Кладу ладонь на многострадальную голову и начинаю приходить в себя. Глаза открываться не спешат, а заставлять их, сил нет. Блин-н-н-н-н!

   Чувствую тяжесть на груди. Мммм?! Как будто на мне кто-то лежит. Ааа?! Шок сменился любопытством.

   Медленно приоткрываю левый глаз. Впадаю в ступор. Аааа, что делать?! На моей груди лежит темноволосая девушка. Кажется вчерашняя певица.

   Что происходит?! И почему я ничего не помню?! Мамочки!

   Любопытство сменилось паникой и я, недолго думая, начала отодвигаться от девушки.

   Бедная моя психика, аааа.....

   Глухой удар и мои глаза созерцают пыльный пол.

   Мммм, упала с кровати. Хнык. Что я вчера вытворяла?

   – Милый,– послышался сонный девичий голосок.– Что с тобой?

   Темноволосая головка показалась на горизонте. Замираю, думая, что сказать, спросить, предпринять.

   – Ээээ,– мысли слиплись в кучку.– Где я?

   Угу, ничего поумнее спросить не могла?!

   Девушка зевнула и, поставив подбородок на свою изящную ручку, начала усиленно думать.

   – Ты вчера немного перебрал,– она рассеялась,– или мы перебрали.

   В её карих глазах появились смешинки.

   Попыталась присесть и с горестью поняла, что практически раздета (или не одета-одет).

   – Слушай,– медленно начинаю,– Катерина...– слова дальше в горле застряли.

   – Мммм, что, милый?– девушка потянулась, перетекая из лежащего положения в сидячее.

   – Между нами что-то было?

   Фух, я все-таки смогла это сказать! И как мне теперь жи...

   – Нет,– она помотала головой,– мы вырубились вчера одновременно, но я готова хоть сейчас.

   Я увернулась от наклонившейся ко мне девушки и с радостной улыбкой начала собираться.

   Вещи валялись по всей комнате, но я одевалась на пределе возможностей. Уверяя себя, что все будет хорошо. Главное побыстрее смыться.

   – Фил,– слышу обиженный голосок.

   Поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с разобиженной девушкой.

   – Что, милая,– ласково улыбаюсь, застегивая пиджак.

   – Ты куда? А как же я?

   Сейчас начнется истерика.

   – Котенок,– наклоняюсь к девушке на расстояние ладони, и потихоньку выуживаю свой посох из-за её спины, начиная врать.– Милая, мне нужно по делам, я очень занятой человек, понимаешь. А сегодня у меня важная встреча, сейчас ведь утро.– Сосредоточенно смотрю за окно.– Мой партнер не будет ждать. Пойми.

   – Я тебе не нравлюсь?– в огромных кошачьих глазах появилась влага.

   Вот, блин! Сейчас точно разревется.

   – Нет, нет, милая,– кладу руку на её щеку, мысленно начиная плеваться.– Ты очень мне нравишься, ты ведь такая красивая.

   – Правда,– на алых губах появилась улыбка.

   – Да!– Фух, посох высунула. Какое сча...

   На меня набросились и повалили на пол. Мамочки! Спасите! Помогите! Ой, убивают!

   Пытаюсь высвободиться, но ничего не получается, посох вылетает из рук. Девушка с отчаяньем маньяка пробует меня поцеловать, прижимая к полу всем своим весом.

   Пиджак с невероятной скоростью начинает расстегиваться, потом рубашка. Её руки трогают меня во всех местах, пытаясь раздеть. В отчаянье замираю, все еще не в силах поверить в этот кошмар и тут же получаю!

   Вот, гатство!

   Она меня поцеловала, страстно и в засос.

   Ооо, боги! За что мне все это?!

   Меня все еще не отпускают. Становится страшно. Уже готовлюсь сделать рывок и перевернуть её на спину, наконец, освободившись, но тут дверь резко отворяется.

   – Катерина!– раздается злой мужской голос.

   Девушка вздрогнула и скатилась с меня, резко сев.

   Все еще не понимая, что происходит, начинаю подниматься.

   Толстый сальный мужчина ногой отшвыривает меня в сторону и замахивается для удара над девушкой.

   Она съеживается, испуганно пряча глаза.

   Успеваю в последний момент, и рука жирдяя зависает в воздухе, перехваченная мной.

   – Не стоит,– холодно произношу.

   – Хочешь еще получить, грязный подонок?!– выплевывает этот тип, поворачиваясь ко мне лицом.

   Не мигая на него смотрю, ничего не говоря. Он закипает, вырывая свою руку, и сжимает угрожающе кулаки.

   – Эл, не надо,– вцепившись в ногу толстяка, умоляет девушка.

   – Не надо!– зло процеживает он.– Ты узнаешь у меня, шлюха, как водить к себе всяких проходимцев.

   В следующий момент он с силой ударяет её по лицу, и она падает на пол.

   В моих глазах разжигается пламя. Да как он смеет?!

   – Она пойдет со мной,– ледяным голосом произношу, хорошенько врезав негодяю, но тот устоял, зло улыбнувшись и занося кулак для удара.

   Я увернулась и врезала ему в живот, потом по почкам и в довершении пнула ногой, да так, что он врезался в стену и на него свалился горшок с цветком.

   Еще минуту успокаивалась, смотря на потерявшего сознание мужчину, но потом развернулась и подошла к плачущей девушке, присаживаясь на корточки.

   У нее была разбита нижняя губа и из глаз лились слезы.

   Провел (я уже вконец запуталась, буду пока ОН) рукой по щеке, силой заживляя ранку на её губе.

   – Ну, все, не плач, так лучше?– голос сочувственный и ласковый.

   – Фи-и-и-и-л,– она еще сильней разревелась и крепко меня обняла.

   Похлопал её по спине, после нескольких минут всхлипываний и произнес:

   – У нас нет времени, котенок, собирайся и пойдем.

   Девушка на меня грустно посмотрела.

   – Я не могу, Фил,– она медленно поднялась на ноги.

   – Почему?– я быстро встал и схватил её за руку.

   – Моя семья должна Элу много денег,– она не смотрела на меня, пряча глаза.

   Приподнимаю её подбородок.

   – Собирайся, а я сделаю так, что он простит этот долг.

   В моих глазах загорелись злые искорки.

   – Он никогда не простит, сколько бы я не работала, он...

   Я закрыл её рот ладонью и властным голосом произнес:

   – Собирайся, Катерина.

   Девушка поддалась моему влиянию и тут же начала собирать свои вещи.

   Я подошел к мужчине, который все еще валялся без сознания и, приложив руку к его голове, начал менять его память. Минута и все было кончено. Мужчина больше не будет беспокоить девушку и её семью. Да и судя по всему, она давно уже все оплатила, просто этому зарвавшемуся индюку жалко было отпускать такую рыбку.

   Поднялся на ноги, и устало потер роб. Девушка была уже одета, оставались только вещи, которые в беспорядке летели в небольшой коричневый саквояж. Забив его до упора, девушка растерянно посмотрела на гору вещей, которые не удастся взять.

   Я усмехнулся и магией расширил внутреннее пространство сумки так, чтобы внутри образовался магический карман, с виду и по весу не увеличивающий дорожную сумку. Затем одним мановением руки отправил все её вещи в саквояж и магией прикрыл замок. Девушка тут же схватила сумку и подошла ко мне, все еще глазами осматривая комнату.

   Подозвал к себе посох и в тот момент, когда хозяин питейного заведения начал просыпаться, переместился вместе с девушкой к дверям дома Питера.

   "О, боги! Что я творю?!":– пронеслись в голове мысли, когда я открывала-открывал дверь.

   Ууу, я себя ненавижу! Полное раздвоение личности, шизофрения мне обеспечена. Хочу стать собой! Хочу-у-у-у-у-у!

   Девушка неуверенно проследовала в холл и начала осматривать.

   Услышав, что кто-то пришел, из гостиной вышли мои друзья и с интересом уставились на миловидное создание, приветливо им улыбающееся.

   – Познакомьтесь, это Катерина она...

   – Я его девушка.

   От такого заявления я мысленно себя убила, потом похоронила, потом снова убила и в конце сожгла.

   На моем лице отразилась буря эмоций, поэтому без лишних слов, я повела девушку наверх.

   Хранители с любопытством за нами проследили, так ничего и не сказав. Хотя поднявшись на второй этаж Зак ляпнул:

   – По его лицу не скажешь, что он обрадовался от этой мысли.

   Дальше были смешки, а потом голоса пропали.

   Я привела девушку в одну из комнат и, поставив её саквояж на пол, спокойным голосом произнесла:

   – Мы просто друзья, котенок, тебе придется с этим смириться.

   Она непонимающе на меня посмотрела, переваривая все сказанное, а потом громко уверенно заявила:

   – Я еще заставлю Тебя меня полюбить, Филлип!

Глава 9. Взбесившаяся карусель.

***

   Мдя. Душа поэта не знает, куда его умные (и не очень) мысли могут завести.

   Ныть не буду! Хотя и очень хочется. Все-таки быть мужчиной тяжелее, чем я думала. И какого я вообще все это затеяла?! Сидела бы в своем теле и не рыпалась. Подумаешь, не ценят, стерпеть же можно или что-то предпринять... А теперь чего, кулаки кусать и вспоминать загубленную жизнь?! Как же я хочу стать снова собой.

   Стоически держусь под напором безумно-довольных серых глаз.

   – Что, мастер, с одно девушкой справиться не можешь?!– с иронией в голосе произносит мужчина.

   Приподнимаю брови, оценивающе его разглядывая.

   На что это он намекает?! Сейчас я просто в бешенстве, и так целый день мозги компостируют. Так теперь еще и это.

   – С одной могу,– хитро прищуриваюсь,– но её, к сожалению, здесь нет.

   Подавись, Коуэл! Не так-то я проста. И еще заставлю себя уважать!

   Ха! Кажется, никогда не дождусь такого счастья. Облил меня ведром помоев и молчит в тряпочку. Из себя непреступную особу делает. Хм. И чего надеется?! Если захочу такого напридумываю, такого...От напора умственной деятельности разболелась голова и пришлось на время забыть о шпильках в адрес темного.

   Подлая я и мелочная, но мне так нравиться над ним издеваться. Да и сам он не ангел, постоянно меня третирует, только волю дай и в могилу сведет.

   Внутренне вздыхаю, делая глоток горячего черного чая с молоком.

   Теплота немедленно разливается по телу, принося с собой покой и умиротворение. На время все мысли закрывает нега и хочется мурлыкать от удовольствия.

   Эх, и почему так не может продлиться вечность? Вон, моя проблема номер один опять строит мне глазки.

   Взяли меня вместе с Коуэлом в осаду и издеваются, как могут, а я терплю.

   Как же мне избавить себя от притязаний этой брюнетки? Ведь в покое не оставляет, целый день ей твержу, что между нами ничего кроме дружбы быть не может, а она все равно. Смотрит на меня с придыханием, слюнки мысленно пускает. И наверняка замышляет что-то недоброе... Ежусь под гнетом противных образов. Становится не по себе. Противно. Грустно.

   Притворятся мужчиной это одно, а быть им – совсем другое. Я же все-таки девушка! И хочу быть ею!

   О, боги! Как мне со всем этим разобраться?

***

   После обеда к нам заявились посыльные от совета и принесли все, что я заказывала. Магические чемоданы с разнообразной одеждой, оружие и артефакты.

   Довольная была как паровоз. Но мое счастье было недолгим, темный тактично заметил, что можно было так не ухищряться и пойти кому-нибудь одному.

   Я разобиделась и решила с ним прекратить препираться. Все равно от наших шпилек толку мало. Да-а.

   Стою перед зеркалом и думаю, подошло бы мне это голубое шелковое платье, если бы я еще была девушкой.

   Настроение опять плохое.

   – Оооо, да ты решил всех поразить на балу! – раздалось насмешливое.

   Ну вот, не ждали!

   Коуэл стоял в дверях и, не останавливаясь, хохотал.

   – А с чего ты взял, что это для меня?– хмуро произношу, складывая платье и клодя его на кровать.

   – А кому же еще, кроме тебя, я здесь не вижу больше умалишенных.

   Бесстрастно на него смотрю, игнорируя последние слова.

   Из себя он меня не выведет, не дождется!

   – Увидишь,– на губах притаилась противная усмешка.

   – Знаешь,– медленно произносит он,– я начинаю думать о том, что ты специально меня злишь. Но, увы, ничего не получится.

   В его глазах порхают смешинки.

   – Ты в этом так уверен?– вырывается насмешливое.

   – Абсолютно,– ледяным голосом произносит темный и, бросив на меня уничтожающий взгляд, выходит из комнаты.

   Ну да, ну да. Мы еще это посмотрим. Хм. В отличие от тебя, я прекрасно себя знаю и могу врать о наших с "Мари" отношениях сколько, и как угодно.

   Все, сдаю мозги на хранение в банк, все равно ими не пользуюсь!

   Сейчас бы кто-нибудь мне сказал, как осуществить задуманное, и не бросаться словами почем зря.

***

   Бал, бал. Ух. Это было еще то зрелище.

   Огромный дворцовый зал был залит ярким нежным светом тысяч магических огней, которые меняли свой оттенок от темно-золотого до холодно-голубого, как бы раздвигая пространство (итак немаленького зала).

   Гости щеголяли в разнообразных нарядах, порой вовсе нескладывающихся в голове. На то и бал маскарад, что можно себе позволить много больше, чем на обычном светском рауте, да и маски искусно скрывали лица. Правда, только тех, кто этого хотел.

   Шампанское и закуску разносили подавальщики разодетые в костюмы прислуги прошлой эпохи; строгие, черные, сидящие как влитые и сильно выделяющиеся на фоне буйства красок – костюмы.

   Сам король сегодня порадовал нас белой кружевной рубашкой, вышитой мелким речным жемчугом. Темно-синим камзолом, идеально подчеркивающим все достоинства правителя, и высокими сапогами, придававшими мужчине какой-то таинственный вид.

   Да уж, что с этого ловеласа взять. Ясно же, ради кого старался. Вокруг трона вьется рой миловидных девиц, жаждущих получить хоть немного монаршей любви.

   Я усмехнулась и перевела свой взгляд на другую интересную картину.

   Катерина с Коуэлом перешептывались в сторонке, и девушка кидала на меня неоднозначные взгляды, от которых мне резко поплохело и захотелось выпить.

   Отворачиваюсь от заговорщиков, перехватывая поднос с напитками, и залпом осушаю бокал.

   Шампанское быстро просочилось по пищеводу и проникло в желудок. Но во рту все еще оставался его приятный вкус, поэтому я выпила еще, а потом закрутилось...

   Огляделась по сторонам в поисках знакомых лиц. Хранители разбежались по всему залу, совсем позабыв о нашем деле.

   Сначала я нахмурилась и стоически выдерживала все каверзы судьбы и приставания различных особ, в том числе и мужского пола.

   Тошнота во рту подкатывала, не давая соображать.

   А потом, когда я увидела, как Коуэл танцует с какой-то ослепительно-прекрасной блондинкой одетой лесной нимфой, и вовсю флиртует, совсем озверела.

   – Ну, мы еще посмотрим,– сквозь зубы произношу и быстро выхожу из зала.

   Ноги несут меня к мужской уборной. В голове давно балуется градус, радуясь такому слабому противнику как я. Перспектива зашибись и удавись!

   Врываюсь в просторную комнату и встаю перед массивным зеркалом, в красивой резной раме.

   – Я так это все не оставлю, я больше так не хочу!– мой злой рык пугает миловидного старичка, зашедшего в неподходящий момент, и с извинениями вылетевшего из помещения, так и не сделавшего свои дела.

   Дальше все было как в плохом фильме. Перемещаюсь обратно в дом Питера, быстро скидывая с себя элегантный черный фрак, ботинки, штаны... Раздевшись полностью, начинаю настойчиво произносить слова старого заклинания, которое до сего момента просто затерялось в моей памяти.

   – Embila-Ores-Zet-Baradej.

   По всему телу бегут мурашки, потом кожа начинает святиться, и меня бросает в жар. Свет с каждым вздохом становится все ярче и вскоре поглощает все вокруг.

   Жмурюсь из-за рези в глазах. Тошнота подкатывает к горлу, а потом...

   Пять минут беспамятства, и я очнулась.

   Тело не слушалось и мне потребовалось несколько минут, чтобы взять его под контроль. Приподнимаюсь и переполненная счастьем, смотрю на свое вновь обретенное девичье тело.

   -Ииииииии,– раздался девичий вопль, и я вскочила на ноги, начиная шустро одеваться.

   Платье прекрасно село по фигуре. Распустила волосы, добавила пару штрихов и вот, перед вами стоит прекрасная русалка, поднявшаяся со дна морского.

   – Я не девочка цветочек, я еще всем покажу, как просчитывать мои действия.

   Мило, но это долго не продлится, через двенадцать часов ты снова станешь Филлипом,- хмуро произнес мастер.

   – А мне больше и не надо!– глаза зло сверкнули призрачным огнем, и я переместилась во дворец, минуя всяческие охранные заклинания.

   Давешний старичок только присел с надеждой отдохнуть от суеты в спокойном месте и сделать свои дела, а тут я на его голову.

   От испуга он споткнулся и упал с опущенными штанами, да так, что задел какие-то трубы и из них на пол полилась грязная, неприятно пахнущая жидкость. Пискнув, что дико извиняюсь, выбежала из туалета.

   На подлете к залу, встряхнулась и гордо выпрямилась, мысленно себя подбадривая.

   Для моей мести требовалось не так уж и много – насолить всем и сразу!

   Разум, поддавшийся алкогольному змею, шел напролом.

   Зал встретил меня шумом и звоном бокалов, музыка мелодично разливалась по всему помещению, несколько перекрывая общий гомон.

   Прохожу мимо веселящихся парочек, шепчущихся и смеющихся в сторонке. Потом ноги уводят меня вглубь, туда, где идет самое веселье.

   Внезапно меня хватают за руку и силой притягивают к себе. Возмущенно раскрываю рот с желанием нецензурно выругаться, но в меня дыхнули таким перегаром, что он мог запросто и убить, поэтому все слова из головы выветрились.

   Покрасневший и очень пьяней мужчина, что-то пытался мне сказать, заплетающимся языком, щупая меня при этом за пятую точку. Я, разумеется, не смогла стерпеть такой наглости и с силой наступила ему на ногу, а потом еще влепила нехилую пощечину, от которой он пошатнулся и чуть не упал, но его вовремя подхватил на руки приятель, мало от него отличающийся – такой же пьяный и плохо соображающий.

   К моему несказанному счастью на этот инцидент никто не обратил особого внимания, и я смогла продолжить свой путь.

   Где-то в центре всеобщего веселья я наткнулась на Ромиэля. Наткнулась это точнее всего, потому что он буквально возник передо мной, преграждая путь.

   Попыталась обойти живую преграду, но она, как назло, не хотела убираться с моей дороги. Насмешливо рассматривая меня своими темными и таинственными глазами, он улыбался.

   Нахмурилась, решая, что сделать. Но соображала, я значительно медленнее этого негодяя, потащившего меня к танцующим парочкам. Все зачатки сопротивления были подавлены в зачетке, жесткой хваткой.

   Я сильно пожалела, что не врезала ему как следует в первый же момент, как увидела. А сейчас, просто не могла этого сделать, находясь на виду сотен глаз.

   Мужчина крепко прижал меня к себе, начиная вести. Музыка качала нас на волнах танца, то замедляя, а то наоборот прибавляя темп. Мы кружились в невообразимом ритме, поддавшись магии праздника.

   Я не отрывала глаз от него, то и дело, начиная тонуть в озерах его глаз, которые постепенно меняли свой оттенок, от синего – до голубого. Завороженная и привлекая.

   Он же играя, и дразня меня, то наклонялся к моей шее, которую обдавало горячим дыханием, а то наоборот отдалялся, лишая меня такого близкого и родного тепла. Начиная сходить с ума от манящего и играющего со мной иноземца, я совсем потерялась.

   Голова от шампанского кружилась, и танец только усугублял мое положение.

   Когда музыка закончилась, я не сразу это поняла, потому что Ромиэль и не думал меня отпускать, наклоняясь все ближе и ближе, пока наши губы не слились в жарком и страстном поцелуе.

   Где-то на грани сознания я понимала – этого нельзя делать, и что все происходящее неправильно. Я ведь не такая, я ведь люб...

   Через долгие мгновения я осознала насколько сильно меня тенет к этому, раздражающему во всех отношениях, типу. Он властвовал надо мной и заставлял забить все, даже свое имя. Мужчина поглотил меня целиком. Медленно и со вкусом приучая к себе.

   Я поняла, что он решил мне отомстить в первые же секунды, как его увидела. Но мне так хотелась забыться, выкинуть из головы: хранителей, Тьму, да и Коуэла в придачу. Что я позабыла о предосторожности и допустила его слишком близко, туда, где за щитом скрывается моя истинная сила.

   Наш поцелуй все длился, минуты сливались в тягучую массу, и время будто остановилось подвластное нашей воле.

   Но вдруг меня рывком выдернули из объятий брюнета и с силой развернули к себе. Я смотрела затуманенными глазами на посеревшего от злости Коуэла и от страха съежилась.

   Он кинул уничтожающий взгляд на Ромиэля, всем своим видои показывая, что это не конец и ему придется отвечать за свои действия. А затем темный больно схватив меня за кисть и куда-то повел.

   Не совсем адекватно все воспринимающая, я притихла и потупила взор.

   Еще минуту назад я была почти счастлива. Это была не любовь, но в том поцелуе не было лжи, притворства, не было той злобы и мстительности, что сейчас были у Коуэла. Этот мужчина давно не приносит мне ничего кроме боли, да и веру в него я уже потеряла из-за того, что дом той девушка, в убийстве, которой обвиняют Питера, взорвал именно он. Как же все сложно!

   Меня тащили через весь зал, не удостоив вниманием и сжимая мою руку так, чтобы мне было больно.

   Через некоторое время мы вышли из зала, но темный не останавливался, ведя меня дальше, туда, где не было чужих глаз, и у него бы появилась возможность высказать все, что он обо мне думает.

   Мы прошли еще немного. Боковой коридор пустовал.

   Здесь было тихо и только на грани слуха можно было уловить праздничный шум.

   Мужчина повел меня к окну, развернулся ко мне лицом, и вернул мне пощечину.

   – Ты моя, Мария, и только моя,– он попытался меня поцеловать, но я отшатнулась от него, как от прокаженного, положив ладонь на горящую щеку и больно прикусив нижнюю губу.

   – Мария,– он сделал шаг мне навстречу, изменившись в лице,– прости, я...

   В его глазах больше не было гнева, скорей раскаяние. Но мне уже все равно. По щекам потекли слезы, которые я не смогла остановить.

   – Как должно быть ты меня ненавидишь, что каждый раз делаешь еще больнее, Коуэл,– я говорила удивительно спокойным голосом, несмотря на то, что в груди разрывалось сердце.– Ты думаешь, что у меня нет сердца, или тебе так нравится топать его?!

   – Подожди,– он хотел что-то сказать, но я не дала.

   – Молчи, хоть раз послушай то, что я тебе говорю,– голос начал срываться.– Я больше не хочу тебе видеть, мне надоели твои игры, надоело чувствовать себя ничтожной.– Я замолкла, смотря в его растерянные глаза, а потом горестно добавила.– Я не верь тебе, больше не хочу верить.

   Я развернулась и медленно пошла прочь, унося с собой осколки той далекой первой любви, которая с самого начала была ложью. И дело вовсе не в пощечине, я её заслужила. Дело в той тьме, что заполнила его душу, когда он посмотрел на меня. Он все еще служит своей госпоже, он все еще войн хаоса. А я лишь глупая девчонка, поверившая тому, кто с самого начала насмехался надо мной.

   – Мари, подожди, прошу,– за спиной послышались быстрые шаги.

   Я не смогла бы вынести очередной лжи и его спокойных ласковых глаз.

   Как же я себя ненавидела за слабость, которую испытывала к этому мужчине.

   Не оборачиваясь, я убыстрила шаг, а затем, начала бежать...

   Я спряталась, скрылась от него. И теперь, притаившись за толстыми зимними портьерами, тихонько выжидала.

   – И от кого прячется, мисс?

   Мне закрыли рот рукой, чтобы я не вскрикнула и крепко к себе прижали.

   Вот еще счастье привалило на мою голову! Филл-л-л-л-л, спаси меня-а-а-а-а-а!

***

   – И где тут короткий путь!– я злилась и готова была уже сорваться на крик.

   – Хм, если тебе так нравится здесь загорать, можешь оставаться!– зло процедил мужчина за моей спиной.

   – Ха! Щас, только платочек поглажу!

   Вот, прекрасная перспектива – идти по карнизу здания, зимой, в бальном платье, в туфлях на каблуке и выслушивать брюзжание незнакомого типа.

   – Язва, поторопись или мы вдвоем замерзнем!

   Я мысленно себя поддерживала. Холодно было жутко. Силой пользоваться не могла. Коуэл бы это засек. Наверняка сейчас пытается меня найти. Ненавижу! Хорошо хоть карниз был широкий, а то я бы давно валялась внизу с переломами всего и сразу. Высоко – жуть!

   Уууу. Как же холодно!

   – Тебе легко говорить, изверг!– более миролюбиво произношу, пытаясь не смотреть вниз.

   И почему меня угораздило пойти на такое?!