Текст книги "Красная луна."

Автор книги: Юлия Бочарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)

Красная луна.

От автора:

Все перемешалось в этом рассказе: смешения судеб, приключения, любовная линия, детективный сюжет и немного юмора. Роман неоднообразен, не могу отнести его к какому-то одному жанру, наверное, в этом его изюминка.

Часть 1.

Пролог

  Красная луна – предзнаменование грядущих испытаний. Она заносчива и коварна, она приносит смерть. Красная луна, взошедшая на небосклоне, открывает врата судьбы; она несет в мир память о давно ушедших временах и давно погибших героях.

   Откроется завеса времени и в мир снова вернется зло. Некогда хранители, ведомые мастером, смогли справиться с ним. Но время прошло, и было забыто то, что нельзя забывать, и было потеряно то, что нельзя терять.

   Скоро, очень скоро, вновь проснутся хранители от своего долгого сна. Но что готовит им это новое время и их новые жизни? И будет ли все так, как предрешено и исполнят ли они свое предназначение, ведь мастер их...

Глава 1. Настоящее.

***

   – Ты умрешь, мастер, и все забудут о тебе.– Он ухмыляется, как всегда ухмыляется, этот тип, закутанный в черные одежды. Его глаза горят красным пламенем, словно готовые сжечь целый мир. И он смотрит на невысокого коренастого старика.

   Мир, этот мир, поглощенный пламенем и тьмой, каждый раз встает перед моими глазами.

   – Ты глуп, темный маг, ты так глуп,– старик выставляет перед собой посох.– Мир никогда не склонится ни перед тобой, ни перед твоей хозяйкой.

   – А что ты сделаешь, старик?– темный зло смеется.– Все твои ученики были повержены, а ты не сможешь в одиночку победить меня.

   Старый маг только улыбнулся в ответ, выставляя вперед посох, который тут же вспыхнул ослепительно-белым светом. У его противника в руках появилась черная сфера и в тот миг, когда свет и тьма встретились...

***

   Я полусонно потерла маковку и решила выбраться из кровати. Этот сон, этот надоедливый сон, меня просто добивает. Каждый раз одно и то же: "Ты умрешь, мастер! Нет, это ты умрешь, маг!".Бррр....Не хочу об этом даже думать, тем более мне и незачем. Сны снами, а жизнь жизнью. Вот я сейчас выберусь из кровати, оденусь, позавтракаю и...

   – Вставай уже!

   Это в голове, или меня будят?!

   Звонкий детский голосок снова принялся кричать мне в ухо, при этом усиленно тормоша. "Мы" этих вредных "пришельцев" игнорировали, повернувшись к стенке и накрывшись одеялом с головой.

   – Ну все! – воскликнула маленькая "заноза" и покинула мои скромные апартаменты.

   Толька я собралась снова погрузиться в мир забытья, но тут мой мучитель вернулся.

   – Мари, вставай, а то мистер Форгус снова разозлиться!– Меня вновь начали тормошить.

   – Ну хорошо-хорошо,– я сонно потерла веки и кое-как выбралась из теплой пастели.

   Солнце яркими утренними лучами врывалось в мою небольшую комнатку на чердаке, освещая заваленный разными бумагами и книгами стол, небольшой двухстворчатый шкаф, еще неубранную кровать и меня, с моей сестричкой Элизой.

   – Ну, и что бы ты делала, если бы не я?!– язвительно сказала маленькая беловолосая пигалица двенадцати лет от роду.

   Я надела тапки, достала полотенце из шкафа и, не отвечая на провокационные вопросы, пошлепала в уборную, захлопнув за собой предварительно дверь. Но мой жест явно не оценили, и из комнаты послышалось возмущенное бурчание.

   Она у меня милая, добрая и очень ласковая, но это только во сне, а в остальное время играет роль взрослой и рассудительной женщины, что с её возрастом уж никак не вяжется.

   Мама у нас рано умерла, Лизе тогда и трех не было, так что мне и отцу тяжело пришлось. Он все время работал, пытаясь унять боль, а я сидела с сестрой, подчас заменяя ей не только мать, но и отца.

   Время шло, сестренка росла и взрослела, можно даже сказать, слишком быстро. Но что делать, я совершенно рассеянная особа, так что и сама на себя рассчитывать не могу, что уж говорить о других. В общем, к восьми годам, девчушка мне и отцу заявила, что мы совершенно безответственные личности и что за нами нужен глаз да глаз, а потом начала всех строить, будить, готовить, убирать по дому и все прочее. Вначале у ее многое не получалось и мне приходилось ей все показывать, но Лиза у меня молодец, упертая девочка, и пока не достигнет своей цели не успокоится. А потом еще отца уволили из цеха, и ему пришлось уйти на другую менее денежную и более тяжелую работу. Денег у нас и так было немного, а в то время стало вообще невмоготу. Надо было платить и за мое обучение в школе, и за Лизино. В тот момент пришлось выбирать, кто останется в школе, а кто нет. Разумеется, Элизе это было нужнее, поэтому я не возражала и прервала обучение. Затем устроилась на работу, разумеется, ни сразу и ни с первой попытки. Но ничего, жизнь потихоньку наладилась и, по истечении трех лет, я ни о чем не жалею и радуюсь тому, что имею.

   Кстати обо мне. Стою в уборной перед зеркалом и пытаюсь понять степень своей заспанности. Светло-русые волосы, чуть ниже плеч, торчат в разные стороны. От постоянного недосыпания появились мешки под глазами, а если ко всему прочему еще добавить мою естественную бледность, то картина вырисовывается не из приятных.

   Опять опаздываю на работу. Элиза впихнула мне бутерброд в руки и пообещала отобрать все книги, если впредь я не буду вовремя вставать. Я, разумеется, со всем согласилась за неимением ни времени, ни сил, спорить. Быстро поела и убежала в магазин.

   А работаю я – в книжной лавке. Хозяин у меня очень ворчливый и вредный старикашка, чем-то напоминающий сказочного гнома. То ему не так, это ему не так, в общем и целом все на свете и особенно я, со своими вечными опозданиями и недостатками. И вот, опять я получу выговор. Ну ничего не могу с собой поделать, обожаю читать и, наверное, поэтому я так сильно и люблю работу в книжном магазине. Где почти целый день можно ничего не делать, нет, конечно, покупатели тоже появляются, но не так часто как хотелось бы. И вот, почитывая какой-нибудь томик, я и провожу почти целый день (и ночь кстати тоже). Моя сестра называет меня книжным червем (и не только она) и всегда плюется, когда я в очередной раз прихожу с книжкой в руках. Но наш мир так сер и неинтересен, ни эльфов, ни гномов и вообще никаких магических созданий – только маги, да и те больно странные. Сколько книг прочитала как по черной, так и по белой магии, но все равно не понимаю, почему на эту ахинею нужно тратить сем лет собственной жизни (в смысле учебы). По мне там и так все понятно, хотя я ведь не маг и мне, в общем-то, все равно, чем эти странные юноши и девушки занимаются.

   Частенько в магазинчик заходит молодой адепт ордена черных пантер, а то бишь черной магии, и пока все полки с магической литературой по сто раз не перероет, при этом уж очень нехорошо на меня косясь, не уходит. И, кстати, покупать ничего не покупает. В общем, раздражал он меня просто жуть; мелкий хлюпик, с постоянно немытыми волосами (что я уж и не знала, какого они у него в нормальном помытом состоянии цвета) и неприятным взглядом.

   Да, по одному судить нельзя, но так этих "странных" в неделю куча бывает, то посох свой оставят, то полки перевернут, а мне потом расставляй, а то вообще, на тайные встречи приходят, как будто места другого нет.

   Зимнее снежное утро. Ярко светит солнце, отражаясь от выпавшего совсем недавно белого снега. Улицы расчищены и посыпаны песком. Людей еще немного.

   Зима у нас приходит поздно и о её суровом нраве и переменчивом характере, ходят легенды; то она подарит нам капель, продолжающеюся практически всю зиму, а то совсем не щадит бедных смертных, посылая суровые, очень холодные месяцы. Вот и сейчас на улице мороз и мало кто решается покинуть свой теплый уютный дом до обеда. У нас в стране даже работать перестают, когда градусник переваливает за тридцать. Но, не смотря на это, некоторые вроде меня, все также трудятся.

   В нашем государстве с погодой вечно случается что-то странное, так что нам загодя приходиться запасаемся всем, включая деньги и медикаменты, чтобы ни дай боги, не попасть впросак. А то у нас года четыре назад, помнится, это было весной, шли сильные непрекращающиеся дожди. Тогда ни то, что из дома, на улицу выйти нельзя было. Воды чуть ли не по пояс, у некоторых и первые этажи затапливало, хотя у нас уже лет триста, строят по принципу: ни дождь, ни снег, ни ураган. В общем, около месяца наш город был похож на водное царство, с островками в виде жилых и нежилых построек. Конечно, жизнь на этом не прекратилась, всех желающих перевозили на лодках до пункта назначения, все-таки уленцы живут так из поколения в поколение и не очень-то обращают внимание на погоду.

   Я прошла меж домов, вдоль узкой улочки, свернула на более оживленный переулок и прогулялась вдоль него. Домики не больше двух этажей, выложенные из серого камня, стоят стройными рядами. Вымощенная мостовая, по которой то и дело ездят магические повозки, или же велосипедисты.

   Утром, еще до рассвета, по городу проезжает несколько магических фургонов, которые собирают мусор, а потом они перерабатывают и превращают его в более полезные предметы (ну там, ночные горшки и еще какой-то хлам, точно сказать не могу). В общем, эти драндулетки (как их прозвала детвора), считаются достижением местных магов, которым они с гордостью делятся с другими странами, и весьма успешно, к слову сказать.

   Наша маленькая страна – Уления, так же славится: сдобными плюшками, добрым нравом горожан и весьма расхлябанным правителем, который по сто раз на дню меняет себе фавориток. Благо еще не женат, а по слухам так вообще не собирается, но это его личное дело, которое меня совершенно не интересует.

   Живем мы, уленцы, здесь по мере сил и средств, счастливо и достаточно скучно. Развлечений почти никаких, а толкаться на танцульках, в надежде подцепить себе какого-нибудь кавалера, просто нет желания. Поэтому живу я серой мышкой и особо не жалуюсь, потому что мне все и так как есть, нравиться, хотя...

   – Здравствуй, Мари, опять опаздываешь?!

   – Здравствуйте, миссис Хоккинс,– я поздоровалась с хозяйкой булочной, дородной симпатичной женщиной средних лет.– Я не опаздываю, я задерживаюсь,– добавила я, весело улыбнувшись.

   – Ну, тогда удачи,– вдогонку сказала мне женщина.

   – Спасибо,– крикнула я, на мгновение оглянувшись.

   Лавка была уже недалеко, сердце забилось от волнения. Все-таки постоянные порицания выбивают из колеи, но шаг убавлять я не стала. Глубоко вздохнула, поправила выбившуюся из прически прядь и вошла внутрь.

   Все как всегда: светло, пыльно, куча книжных полок, небольшой столик с кассовым аппаратом, пара кресел, стул, переносная лестница и небольшой шкафчик для верхней одежды.

   Я скинула свой полушубок и повесила его в шкаф, сняла зимние сапожки, переодеваясь в более удобные туфли, и тяжело вздохнула, уже представляя перекошенную от негодования физиономию мужчины.

   Хозяина как не странно, нигде не было видно, но я, если честно, и не собиралась его искать.

   Если он в подсобке, то новые книги привезли и ему лучше не мешать. А может и вообще кто-то пришел, или у хозяина настроение плохое и ему жизненно необходимо побыть одному. В общем, я протерла тряпкой пыль со стола, прошлась меж рядами книг, проверяя их расстановку, а потом, убедившись, что все в порядке, решила разжиться парой-тройкой книжечек. Залезла на стремянку и внимательно начала водить пальчиком по знакомым корешкам: "История религий", "История Орденов", "Мировая История", "История Улении", а вот и "История Древних Времен". Взяла книгу в руки и уже собиралась спуститься, но тут страшно хлопнула дверь в подсобку, и я от неожиданности оступилась. И лежать бы мне в постели с переломом конечности и, причем не одной, если бы не...

   – С вами все в порядке?– осведомился темноволосый молодой мужчина, ставя меня на пол.

   – Спасибо,– неуверенно выдала я, пытаясь поудобнее обхватить книгу, кою я из рук даже при падении не выпустила.

   – Пожалуйста,– на автомате произнес он, становясь вмиг серьезным.

   Черты его лица напряглись, и незнакомец в ожидании уставился на меня.

   Еще один странный тип, заключила я, хотя и симпатичный.

   – Что-то не так?– вежливо спрашиваю.

   Незнакомец уже собирался мне ответить, но тут из подсобки вышел разъяренный господин Форгус.

   – Ты еще здесь?! Я же сказал, что у меня этой книги нет, и никогда не было!– на повышенных тонах произнес старик.

   – Я понял,– напряженно ответил мужчина, кинув на меня странный взгляд, а потом быстрым шагом выйдя из магазина.

   Я перевела взор с входной двери на хозяина, пытаясь хоть что-то понять, но безуспешно.

   – Иди домой, Мария, сегодня можешь отдохнуть,– выпалил старик, доставая мой полушубок из шкафа.

   – Но...– было начала я.

   – Никаких "но"!!! Сегодня и завтра, можешь отдохнуть.

   Меня эта ситуация очень взволновала. Я еще никогда не видела господина Форгуса настолько взволнованным.

   – Ну, что застыла? Давай надевай сапоги и иди домой, да вот еще, возьми,– мне в руку впихнули три золотых, что меня совершенно смутило, ведь это моё недельное жалование.

   Вот так, ошарашенная и ничего непонимающая, я вышла из магазина. Господин Форгус тут же за мной закрыл дверь на замок и повесил табличку – "закрыто". Но делать было нечего, холодно, да и идти больше вроде бы некуда. Хотя если подумать, то можно и в кафе зайти – выпить горячего шоколада и пирожных Элизе принести, раз хозяин сегодня расщедрился.

   Я запихнула деньги в карман, надела перчатки и направилась к "Грэгу" (так называлось небольшое, но уютное кафе, в конце торгового переулка).

   Зашла в кафе, внутри кроме хозяина и нескольких завсегдатых никого не было. Я приветственно кивнула и прошла к стойке.

   – Ну, что тебе, Мари?– мистер Грэг был приятным пожилым мужчиной, вежливым и расторопным.

   – Можно горячего шоколада, да еще три пирожных с собой.

   – Сестренку балуешь,– понимающе хмыкнул мужчина.

   – Куда ж без этого, господин Грэг, она же у меня еще маленькая.

   – Разумеется,– согласился он.– Ну, что стоишь?! Присаживайся, а я сейчас тебе все принесу.

   – Спасибо!

   – Да не за что, милая,– мужчина приветливо улыбнулся, и ушел на кухню готовить мой заказ.

   Оглядевшись по сторонам, наметила себе столик в дальнем конце зала. Там было тепло и уютно, и достаточно уединенно, что было весьма кстати. Положила полушубок на соседний с собой стул и начала ждать. Облокотившись о деревянный стол, и тут же погрузившись в свои мысли и незаметлив, что ко мне подошли.

   – Здесь не занято?– спросил уже знакомый голос, я перевела свой отвлеченный взгляд на давешнего покупателя, из-за которого разгорелся весь тот сыр бор.

   – Ну, вообще-то нет, но...– я не успела придумать отговорку посущественнее, а он уже сел напротив меня.

   – Вы что-то хотели?– спокойным голосом спрашиваю.

   – Да вообще-то всё чего хотел, я уже нашел,– загадочным голосом произнес незнакомец, чему-то безмерно радуясь.

   Внезапно у меня закружилась голова, а потом...

   Снег под ногами начинает окрашиваться в цвет крови, жизнь уходит из моего тела, уходит очень быстро. Взгляд стекленеет, рана на боку перестает болеть и...

   Наваждение проходит так же быстро, как и возникает. Видение или наваждение, даже не знаю как это назвать, выбило меня из колеи, и вкус крови на губах отчетливо ощущался.

   – Вы побледнели, что-то не так,– ничуть не изменившись в лице, осведомился мужчина.

   – Не беспокойтесь, все в порядке,– сухо ответила я.– Так что вам от меня нужно?

   – От Вас?– задумчиво переспросил он.– Просто стало очень занятно, почему Орден белой совы, Вас еще не нашел.

   – А причем здесь белые маги?– нервно сжав кулаки, спросила я.

   Мне эта ситуация нравилась все меньше и меньше. Мужчина же от моего ответа засиял еще больше.

   – Мари, вот держи,– в пылу разговора я и не заметила, как к нам подошел Грэг.

   – Спасибо!– принимаю из его рук горячий напиток.

   – Да не за что! Пирожные я положил на стойку, будешь уходить забери.

   – Хорошо!– я кивнула.

   – А вы что-нибудь будете, господин?– спросил хозяин у моего "друга".

   – Чай, если можно,– монотонно отозвался мужчина.

   – Будет сделано,– утвердительно произнес Грэг,– а может чего-нибудь еще?

   – Нет, спасибо, чашки чая будет достаточно,– не сводя с меня пристального взгляда, ответил этот странный, пугающий меня до дрожи в коленках, тип.

   – Сейчас принесу,– добродушно отозвался хозяин кафе и тут же проследовал на кухню, готовить этому "субъекту" чай.

   Я на некоторое время решила отрешиться от действительности и вдоволь насладиться вкусным, ароматным горячим шоколадом. Но мне не дали.

   – И кто же ты такая,– задал риторический вопрос незнакомец, продолжая размышлять вслух,– на мага не похожа, на вора тоже. Может быть ты целитель?!

   Ничего не понимая в ходе его мыслей, я вконец запуталась.

   – Знаешь, это судьба, что первым тебя нашел именно я,– радостно, заключает мужчина.

   – А вы случайно не ошиблись?– медленно проговариваю.

   – О, нет! Я ошибиться не могу. Слишком много времени я все помню и слишком явно чувствую твою ауру хранителя,– сощурив глаза, проговорил мужчина.

   – А-а-а-а-а, ну тогда понятно, – я решила со всем соглашаться, чтобы не сбрендить вместе с этим супчиком.

   – И что же тебе понятно?– вмиг посерьезнев, спросил незнакомец.

   Я состроила задумчивую мордашку, но не одна разумная мысль в голову так и не пришла, так что я ляпнула наобум:

   – Ничего!

   – Вот только не говори, что ты ничего не помнишь,– напряженно произносит он.

   – А что именно я должна помнить?– неуверенно вопрошаю.

   Огонь от горевшего камина, отразился на его лице, ложась страшными тенями, которые превращались в злобную маску.

   – Так значит, ты ничего не помнишь,– тихим и жутким голосом произнес он.

   – Почему не помну, может и помню, только не знаю, что именно вы имеете в виду,– уставившись на дно пустой кружки, проговорила я.

   Горячий шоколад закончился, а значит мне пора, а этот тип пусть остается, со своим изрядно расшатанным рассудком, один. Я отставила кружку в сторону, пригладила рукой непослушные волосы, а затем встала из-за стола.

   – Ты уходишь?– бесцветным голосом спросил мужчина, смотря на меня своими холодными серыми глазами, в глубине которых будто отражалась вечность.

   – Да, вы меня простите, но мне нужно домой,– накидывая на себя полушубок, произнесла я.

   – Как пожелаешь, ведь это твоя жизнь, верно?– значение последних слов было мне понятно, хотя за ними явно скрывалось что-то еще, что-то важное.

   – Прощайте,– кинула я, потом забрала пирожные со стойки, положив взамен серебряную монету, и вышла на улицу.

   Мороз обхватил мою фигурку, солнце скрылось за серой мглой, ветер стих и только стук сердца, еще говорил, что это не сон. Я прошла по торговому переулку, затем свернула на маленькую улочку, тянувшуюся вдоль парковой аллеи. Пробежала глазами по одетым в белое деревьям, улыбнулась и прибавила шаг. Было холодно, и задерживаться на улице не хотелось. Жар камина, чашка горячего чая, интересная книга – вот что было бы к месту.

   В моей голове, как не странно, не было мыслей, просто отголоски каких-то чувств и воспоминаний, но я об этом старалась не задумываться, бодрым шагом ступая к своему дому.

   Свернула еще раз и прошла вдоль Старого переулка, знаменитого своими причудливыми и древними зданиями. Уже предвкушая, как залезу в свое любимое кресло, стоящее у камина, но тут...

   Снег, боль, кровь – как в видении, и я, стоящая в недоумении.

   Преступник подкрался сзади, засадив мне нож в бок. Пирожные упали в грязь, голова сильно закружилась, ноги перестали держать и...

Глава 2. Прошлое.

   – Что, я умерла и попала в мир демонов?– осведомилась я хриплым голосом.

   Комната, в которой я лежала, была просторной, но только яркое пламя горящего в камине огня, освещало это помещение, расползаясь огненными отблесками по стенам и потолку.

   Я располагалась на огромной кровати, с навешенным зимним балдахином, и думала о том, что хуже не бывает.

   Бок сильно жгло, отголоски боли распространялись по всей спине. Я лежала на животе, отчего мое самочувствие еще сильнее ухудшалось. "Мир" кружился перед глазами, вместе с черными мошками, в количестве двух штук, тошнило и сильно хотелось пить.

   – Если бы я тебе не помог, то ты была бы мертва,– раздался рядом с кроватью знакомый голос.

   Мужчина отодвинул рукой темно-красный балдахин, а затем присел на край кровати рядом со мной.

   – Знаешь, никогда не думал, что хранители могут быть настолько слабыми,– язвительно произнес незнакомец, проверяя мои повязки на спине.

   Боль моментально растеклась по телу, из-за чего пришлось закусить губу.

   – Кто вы?! И вообще, зачем меня спасли?– пересилив себя, вымученно спрашиваю.– Кто меня пытался убить?

   – Кто я?...Хм...– он на некоторое время замолчал, вероятно, обдумывая, стоит ли мне все это знать.– Меня зовут – Коуэл, а убить тебя сейчас многие попытаются.

   С этими словами он начал менять мне повязки. От его прикосновений становилось еще больнее, рана на боку, была, по-видимому, очень серьезной и боль не давала мне покоя. На некоторое время я прекратила допрос этого странного мужчины, пытаясь справиться с нахлынувшей волной боли.

   Он промыл мне рану, наложил на её место сильно-пахнущие травы, а потом новую повязку, зафиксировав её клейкой тканью.

   От трав мне стало еще больнее. Рану начало еще сильнее жечь, а в висках пульсировать, из-за чего я сильно-сильно зажмурила глаза и сжала кулачки. Боль не унималась, расплываясь постепенно по всему телу вплоть до пят.

   Кричать не было сил, да и гордость не позволяла мне до такого опуститься. В итоге я чувствовала себя просто ужасно и неосознанно начинала проваливаться в сон.

   – А ты молодец, в первый раз вижу девушку, которая так бы держалась,– насмешливо произнес мужчина.

   Его слова тяжким грузом легли мне на сердце. Я с усилием открыла глаза, пытаясь в полумраке разглядеть его лицо. Сон все еще порывался завладеть мной, хотя я всеми силами боролась с наваждением. Но в итоге не справилась и потеряла сознание.

   ***

   – Отстань,– полусонно пробормотала я, пытаясь не дать стащить с себя одеяло.

   – А я к тебе и не пристаю,– высокомерно произнес мужчина.– Я только хочу, чтобы ты, наконец, перестала строить из себя ребенка и соизволила проснуться.

   Одеяло все еще порывалось от меня удрать, но я его держала, как могла, пытаясь отогнать все неприятные и назойливые мысли, да и не только их.

   – Хм,– раздалось рядом со мной.

   Неприятное урчание в животе заставило внять голосу разума и открыть правый глаз для ознакомления с ситуацией.

   -Угу, – буркнула я.

   Меня как холодной водой окатило, и неприятные картины тут же всплыли в памяти.

   Я непонимающе посмотрела на своего спасителя.

   – Моя рана...она больше не болит,– неожиданно вырвалось у меня.

   – А это и немудрено,– скрестив руки на груди, произнес этот странный тип.– Ты же хранитель как-никак.

   Я потерла переносицу, натянула одеяло повыше и кое-как, пытаясь не оголить свои телеса, села.

   – Ничего не понимаю,– моя рука заскользила по телу, нащупывая место ранения. Дотронулась и ничего. Боли нет, раны тоже. – Но это невозможно!– непонимающе произнесла я, задумчиво прикусив указательный палец правой руки.

   – Ладно,– оторвал меня от размышлений Коуэл.– Я приготовил тебе одежду, она на стуле около двери, одевайся и спускайся вниз. Там уже обо всем поговорим.

   Не успела я, и возразить, а он уже вышел из комнаты, оставляя меня один на один с ночной темнотой.

   Я не знала где я, сколько сейчас времени, да и вообще, что все это значит.

   – Одевайся!– бурчала я, вставая на холодный пол босыми ногами.– Угу, и побыстрей,– хотелось ругаться и сильно.

   Закутанная в одеяло, как пингвин, я медленно двигалась к заветному стулу. Почему-то от всей этой неразберихи у меня руки чесались кому-нибудь врезать, а права я буду или нет, уже неважно.

   – Ага! Одежда!– я, наконец, добралась до места и стала внимательно рассматривать предложенное.

   На стуле лежало платье: строгое, черное, можно даже сказать – мрачное, но судя по всему, теплое. В общем, подходило оно практически идеально.

   Бросать одеяло и переодеваться в холодной комнате, было выше моих сил, но поколебавшись, я все же оделась.

   Одежда одеждой, да и обувь моя стояла рядом с кроватью, но растрепанные волосы и ужасно недовольный вид, заставили меня скривиться и отвести взгляд от небольшого зеркальца, висящего на стене рядом с дверью.

   – Страх и ужас в одном лице,– констатировала я, открывая дверь и выходя из комнаты.

   Мрачный темный коридор, освещенный всего одной лампой. Скрипящие половицы старого дома и тишина, в которой слышны только мои шаги.

   Сердце прерывисто билось в груди, скованное страхом. Когда я спускалась вниз по лестнице на первый этаж, мне даже показалось, что оно на секунду замерло, что-то предвкушая.

   В холле был полумрак. В растерянности я начала оглядываться по сторонам.

   Куда идти если здесь несколько дверей. Конечно, можно проверить их все, но...

   Когда я уже собралась приступить к активным действиям, слева от меня заскрипели петли, и раскрылась старая деревянная дверь.

   Он стоял в проходе и внимательно смотрел на меня.

   – Тебе неприятна тьма?– не отводя глаз, спросил мужчина.

   – А тебе хочется довести меня до истерики?– от взгляда этого типа у меня мурашки побежали по спине.

   – Отчего же,– сухо сказал Коуэл, освобождая проход в комнату.

   Я кинула на него подозрительный взгляд и быстро вошла в гостиную. И каково же было мое удивление, когда я увидела...

   – Ты меня пытать собрался или как?– в тишине раздался мой спокойный голос.

   Я в ужасе смотрела на пыточный стул и на множество различных пыточных принадлежностей, лежавших на столе рядом с ним.

   Внезапно в камине сильнее загорелся огонь, и я поймала себя на мысли, что еще чуть-чуть, и начну паниковать, если уже...

   – Пытать,– у меня за спиной раздался насмешливый голос.

   Я нервно обернулась и встретилась с его холодными глазами, начиная пятиться назад.

   – Чем больше ты будешь сопротивляться, тем больнее будет,– ледяным тоном проговорил Коуэл, схватив меня за кисть и каким-то невероятным рывком, усадив на стул.

   Я сопротивлялась, брыкалась, ругалась, но все было бесполезно. Он был сильнее, намного сильнее меня.

   Через какое-то время я уже была пристегнута ремнями к пыточному месту.

   – Что ты собираешься делать?– пытаясь освободиться, выпалила я.

   Он спокойно подошел к столу, протер руки какой-то смесью, достал, из небольшой деревянной коробки, флакон с черной жидкостью, стеклянный шприц, и, подойдя ко мне, бесцветным голосом произнес:

   – Если ты и после этого ничего не вспомнишь, то придется применить более жесткие меры.

   Его слова стали последней каплей.

   – Зачем ты тогда меня спасал?!– в ужасе наблюдая за тем, как он закатывает рукав моего платья, проговорила я.

   – А спасал ли я тебя?– холодно ответил он.

   Железная игла проколола мою плоть. Черная жидкость начала растекаться по жилам.

   – Нет...пожалуйста...не надо!– проваливаясь в беспамятство, повторяла я.

   Перед тем как потерять сознание, я услышала: "Одним хранителем больше, одним меньше, но если ты ничего не вспомнишь, толку от тебя будет мастеру".

   "Мастеру! Мастеру!":– упало в глубину моего сознания.

   Холод и смерть. Тьма везде. Тьма всюду. Сердце не бьется. Пустота вокруг. Не чувствую рук и ног, и ничего не понимаю

   Свет, внезапной яркой вспышкой, озарил тьму моего сердца и...

   ***

   ... – Скажи, дедушка, а когда я выросту, то смогу, стать мастером, как ты?– мальчонка лет пяти на вид, сидел на коленях у седовласого старца и весело улыбался.

   – Конечно, Фил, конечно,– старик расхохотался и крепко обнял ребенка.

   Солнце медленно опускалось за горизонт, его лучи неторопливо растекались по небу оранжевыми всполохами. Нежный ветерок развивал курчавые темные волосы мальчика и седые старика.

   Они сидели на огромном валуне, на окраине дремучего леса, и наблюдали за преображением природы.

   – Ты станешь мастером, малыш, но для этого запомни: «Природа твоя мать и твоя властительница, и только она даст тебе истинную силу».

   Старик погладил кудрявую шевелюру ребенка и...

   ***

   ... Туман клубиться над землей. Солнце еще не встало из-за горизонта. В лесу холодно и влажно. Пахнет хвоей.

   Лес раскачивался в такт ветру и пытался вразумить юношу, который спешно пробирался сквозь его чащу.

   Вся одежда парня состояла из поношенных штанов и довольно тонкой рубахи. На плече у него болтался небольшой тканевый мешок, набитый какими-то вещами.

   Юноша был задумчив и целенаправлен. Двигаясь сквозь непролазные завалы, словно там их и нет, ни на минуты не останавливаясь – он направлялся к своей цели.

   Все черты его лица были идеально правильны, но в пронзительных васильковых глазах таилась безмерная тоска.

   Лес, старый лес, протестующее шелестел листвой и всеми силами пытался вразумить парнишку, но это было тщетно и напрасно потому, что...

   ***

   ...Темный переулок, грязная улица в захудалом городишке. Дождь бьет по крышам и превращает землю в непролазное месиво. Покошенные дома, разъезженные, не мощеные дороги. Запах тухлятины и помоев витает в воздухе. Отчаянье и обреченность чувствуется повсюду.

   – Этот ублюдок сломал мне нос!– вопил грязный обросший бугай, пытаясь одновременно лупить ногами валяющегося в грязи парня и стирать с лица кровь.

   Его приятель, невысокий щуплый мужчина, в это время старался обчистить незадачливого прохожего.

   – Слышь, Малой, а у этого хлюпика деньжат-то нет,– недовольно приподнимаясь с корточек, произнес мужчина.

   – Вот... Еще и за просто так должен работать, ах ты...

   Он лупил парня ногами до тех пор, пока его компаньону это все не надоело.

   – Все!!! Хватит! Поигрался и будет!– схватив Малого за плечо, проговорил щуплый.

   – Все понял,– стерев грязным рукавом, кровь с лица, проговорил Малой.– Идем, теперь этому «бедняжке» уже никто не поможет,– последний раз ударив валяющегося в грязи юношу, произнес бугай.

   Воры ушли, а парень остался. В грязи, истекающий кровью, он цеплялся за жизнь. В его измученных глазах еще теплилась надежда, но она угасала вместе с искрами жизни.

   «Как смешно, я так надеялся увидеть мир и узнать правду о нем, а вместо этого погибаю в луже, среди помоев»:– подумал парень.

   Сознание покидало его, сил сопротивляться слабости не былой и Филипп погрузился в сон...мертвый сон.