Текст книги "Большая книга приключений и загадок"

Автор книги: Юлия Кузнецова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Либо это совпадение, – сказал Слава, – либо кто-то тоже смотрел «Милицейские тайны» и теперь косит под героев.

– Может, они актеры, – кивнула Нонна, – а может, и нет. Громила вел себя естественно. Спокойно сказал, что им нужно поговорить со мной. Я спросила: «О чем?» Он сказал: «О ребятах из «Созвездия». Я села в машину.

– И ты не побоялась? – восхищенно спросила я.

– Ему было чем мне пригрозить, – еле слышно ответила Нонна.

Мы со Славой переглянулись. О чем девушка говорит?

– Мне завязали глаза шарфом, – продолжила Ноликова, – и долго возили по городу. Потом машина остановилась. В нее кто-то влез. Тут я слегка опустила шарф, но мне двинули по шее и поправили повязку. Шепотом тот второй стал расспрашивать меня о вас и о том расследовании, которое вы ведете. После допроса он вышел из машины, а первый, снова повозив немного по городу, доставил меня к редакции.

– И что ты им рассказала? – спросила я.

– Что вы знаете о невиновности няни. И о канарейке. Они потребовали сказать, какие у вас планы теперь. Я вспомнила, что вы собирались опросить всех соседей Родионовых.

Возникла пауза.

– А насчет пристройки вы правы были, – добавила Нонна. – Не знаю, прячут ли в ней Антона, но пристройка их очень интересует.

– Как ты это поняла? – спросила Вероника.

– Пока второй преступник расспрашивал меня о вас, первый слушал радио. Начались новости – как раз одиннадцать пробило. Передавали сообщение о пожаре – загорелся дом с пристройкой. Ведущий сказал что-то типа: «В Городской совет не раз подавали заявки на разрушение домов с пристройками, поскольку они не отвечают правилам пожарной безопасности. Сегодня произошел пожар в одном из таких домов». Так вот водитель включил громкость на максимум, а второй прекратил меня расспрашивать и стал внимательно слушать. А когда передали, на какой улице находится дом, они выключили радио и продолжили допрос.

– Неужели мы правда угадали, что Антон сидит в пристройке? – ошарашенно сказала я. – Давайте скорее искать адреса!

– В библиотеке ничего нет, – вздохнула Вероника. – Хотя раньше я думала, что в библиотеке есть все. Я, правда, туда никогда не ходила.

– А может, этот дом и не в Звенигороде, – сказала Нонна, – мало ли поселков кругом.

– Интересно, – задумчиво заговорил Слава, – а почему злоумышленники захватили Нонну, а не нас? Кстати, чем они тебе пригрозили?

– Сказали, – прошептала девушка, – что похитят моего брата.

– Я так и думал, – кивнул Слава. – Вас, москвичей, они не стали трогать, потому что им нечем пригрозить вам. Вас не за что ухватить.

– А тебя почему не киднепили? – спросила Вероника.

– Меня не так легко, как ты говоришь, «киднепить», – улыбнулся Слава и развел мускулистыми руками.

– И какой вывод? – не поняла я.

– Очень простой, – ответил Слава. – Преступники знают все про всех, а значит, они местные. И мальчика держат где-то в городе.

– Слушайте, а ведь пожар, про который по радио говорили, местные пожарные тушили! – воскликнула Нонна. – Может, у них тут вроде картотеки есть, где перечислено, какие дома не отвечают требованиям безопасности?

– Кажется, я вовремя подошел, – услышали мы неожиданно голос Ботаника. – Сколько музыки в слове «картотека», м-мм!

– Привет! – удивилась я. – А как же бабушка?

– Привет, – радостно сказала Нонна.

– Мы с ней очень удачно наткнулись на киоск «Союзпечати», – ответил Ботаник, стоя в дверях, – а там, представьте, оказался новый выпуск газеты «НЛО и мы». Так что бабушка изучает прессу. А возле киоска я увидел нашего старого знакомого.

Ботаник отвернулся, послышалось какое-то сопение и шипение. Слава встал с места.

– Тебе помочь?

– Нет, я снова зафиксировал дверцу. Не выдерживает она кошачьих лап.

И Ботаник появился в кабинете с переноской в руках. Внутри клетки шипел Супербяка.

– Зачем ты забрал его из киоска? – сердито спросила Вероника.

– Ты хочешь сказать, зачем я забрал его у Боряна? – уточнил Ботаник и поправил на носу очки.

– У Боряна? – переспросила я.

– Именно. Ушлый малый увидел Супербяку, сообразил, что кот стоит недешево, и выпросил его у киоскерши, прикинувшись младшим братом Вероники. Коту повезло, что бабушка заметила новый выпуск «НЛО и мы». Я настиг Боряна в считаные секунды.

Ботаник приосанился и глянул на Нонну.

– Ты его спас! – воскликнула Вероника. – Могу подарить тебе свидание.

– Боюсь, в этом уже нет необходимости, – заявил Ботаник и уселся рядом с Нонной. – Какие у вас новости?

Мы рассказали ему о похищении Нонны и о происшествии у стадиона. Я протянула Ботанику записку.

– Под ковриком… хм… – пробормотал он. – Это меняет дело. Мальчик не в пристройке. Он под ковриком.

– Нет, в пристройке, – заволновалась я. – Ковриком могли прикрыть вход в эту пристройку, как у прислуги Юсуповых.

– Мы как раз собирались посмотреть адреса домов с пристройками в местной картотеке, – сказала Нонна. – Поможешь?

– С удовольствием. Но что делать с бабушкой?

– Мы ею займемся, – пообещала Вероника.

Ей явно хотелось оказать Ботанику хоть какую-то услугу в благодарность за спасение кота.

Пока Нонна и Ботаник искали адреса, мы слушали все новости от уфологов в изложении бабушки Ботаника. А Слава отправился звонить отцу – уточнить насчет тиров.

– Так и есть, – сказал он, вернувшись и отведя меня в сторону, – тиры есть везде. И кража недавно действительно была. Знаешь, где? В вашем «Созвездии». Надо бы персонал отеля опросить. Может, кто чего видел.

– Да, надо попробовать, – согласилась я, – это неплохая зацепка.

Наконец Ботаник с Нонной вышли на улицу. Бабушка сразу потащила внука куда-то. Наверное, по следу инопланетян.

– До завтра! – крикнул Ботаник.

– Никаких завтра! – прогремела бабушка. – Завтра мы снова идем искать место высадки!

Посмотрев им вслед, Нонна доложила:

– Мы нашли семь адресов. Кстати, Славка, ты Никива-канареечника знаешь?

– Конечно. И ребята знают.

– Так вот у него тоже пристройка имеется, как выяснилось.

– Да? – удивился Слава. – Где?!

– Может, он ее уже снес? – предположила я.

– Хорошо, что мы не стали уведомлять о своих поисках милицию, – сказал Слава. – Иначе бы они заявились к Никиву с обыском, испугали бы старика и переполошили канареек. Отлично, Нонна! Спасибо тебе!

– Да не мне, а Ботанику. Он отлично умеет работать с картотекой. Я только договорилась о допуске.

– Значит, завтра мы обследуем все семь домов! Может, Ботанику тоже удастся вырваться.

– Вряд ли, – вздохнула Нонна. – С его бабушкой спорить опасно. Вы в курсе, что ее клюка стреляет каким-то горохом? Это вроде даже не клюка, а оружие какого-то африканского племени.

– Нет, мы не в курсе. С нами Ботаник семейными тайнами не делился, – многозначительно произнесла Вероника.

– Каким горохом, что за бред?! – возмутился Слава. – Нонна, оставь непроверенные факты для своей газеты. Ладно, девчонки, встретимся в обед у Культурного центра Любови Орловой. Оденьтесь как-нибудь ярко. Завтра в городе церковный праздник.

– Но у меня нет ничего яркого, – пробормотала я.

– Ты в любой одежде выглядишь ярко, – заявил Слава. – Нонна, ты пойдешь с нами, чтобы…

– Я не пойду, – заявила Нонна.

– Но ты видела преступников! – воскликнула я. – Поможешь опознать!

– Нет! Я не стану подвергать опасности жизнь моего брата. Точка.

– А если мы напоремся на нужный дом? Неужели тебе не интересно будет дать в газету материал о похищении?

– Я и так его потом соберу, у меня есть знакомые в милиции. Так что просто передайте туда сведения, а не демонстрируйте, какие вы Супермены и Шерлоки Холмсы.

– Ладно, без тебя разберемся, – проворчал Слава. – А вам, Ника и Гайка, на вечер задание – поговорите с теми, кого знаете в «Созвездии», насчет ружья из тира. Может, что-то выясните.

* * *

Вечером мы с Вероникой опросили всех знакомых администраторов, аниматоров, спортивных инструкторов, горничных и уборщиков в «Созвездии». Никто ничего не знал про ружье.

Время тянулось бесконечно. Папа смотрел за стенкой телевизор. Я сидела с блокнотом, но не рисовала, а размышляла, как уговорить Ботаника и Нонну участвовать в расследовании. Оба были необходимы: Нонна может опознать громилу, а Ботаник давно уже стал неотъемлемой частью нашей компании. Вдруг меня озарило.

Я подошла к телефону в холле.

– Ботаник, – зашептала я в трубку, – а твоей бабушке непременно надо, чтобы на прогулках ее сопровождал именно ты? Так, так… А ты не знаешь телефон Нонны? Знаешь? Ага, записываю…

Я набрала следующий номер. Через минуту все устроилось. Теперь все члены нашей команды могли участвовать в осмотре домов с пристройками. И я замурлыкала мелодию «We are the champions», под которую начинались занятия спортом с Таей.

Зазвонил телефон.

– Гайка? Это Тая. Я по поводу ружья. Вопрос еще актуален?

– Конечно!

– Я вспомнила: Женька, наш аниматор, как-то брал ружье из тира. Говорил, хочет брата потренировать. Но я не помню, чтобы он его возвращал…

У меня забилось сердце.

– Может, конечно, и вернул, – продолжала Тая, – а украл ружье кто-то другой, но…

– Погоди! А где он сейчас?

– Уехал вчера. Он из Московской школы анимации. Практику вчера закончил и уехал.

– Поняла. А как его фамилия, помнишь? Погоди, я ручку возьму.

– Воробьев. Только зачем это тебе? Все равно он не признается насчет ружья.

– Знаешь, Тая, я бы очень хотела с тобой поделиться, – вздохнула я, – и взять тебя с нами, но дело-то секретное и…

В холл, скрестив руки на груди, вышел папа.

– И пока, – быстро сказала я, положила трубку и направилась в комнату.

Папа молча проводил меня взглядом.

Глава 14, в которой мы наконец-то отправляемся на поиски домов с пристройками

– Это наверняка он! – сказала Вероника, когда на следующий день под мой пересказ разговора с Таей мы приблизились к Культурному центру имени Любови Орловой. – Он еще так бездарно изображал Крюка.

– И высокий, то есть с легкостью мог бы изображать громилу, – добавил Ботаник.

Его косичка была сегодня заплетена из ослепительно чистых волос – это был праздничный вид в представлении Ботаника.

– Я нашла вчера сайт Московской школы анимации. Там перечислены все, кто прошел практику. С электронными адресами. На случай, если какая-нибудь гостиница захочет их к себе пригласить. В общем, я послала Жене письмо.

– Как-то больно стрейтфовард, – поморщилась Вероника и поправила на плечах роскошный палантин золотистого цвета, погладила сумку, в которой опять зачем-то несла кота. – Как-то уж очень прямолинейно. Надо было похитрее.

– Я написала, что мы хотим его пригласить вести мой день рождения, – сказала я. – Если клюнет, придумаю еще что-нибудь. Вполне себе хитрость, между прочим!

– О’кей, о’кей, – сказала Вероника, – не сердись. Ты, кстати, так и не призналась, каким образом ты уговорила ее идти с нами.

Ника указала на Нонну, которая ждала нас под навесом Культурного центра возле плаката с изображением Орловой. Вокруг прогуливались женщины в длинных юбках и ярких платках. По улицам разносился колокольный звон. Я помахала Нонне рукой и ответила:

– Элементарно, Ватсон. Я договорилась с Ботаником, что с сегодняшнего дня его бабушку будет развлекать Виталик Ноликов. И бабуле не скучно, и Ботаник с нами, и Виталик в безопасности.

– План гениальный, – подтвердил Ботаник. – Бабушка в восторге от лавины непроверенных фактов об инопланетянах, которую обрушил на нее Ноликов-младший.

Нонна улыбнулась. Ботаник внимательно посмотрел на нее и добавил:

– Ты сегодня великолепно выглядишь.

– Спасибо.

Звезда местной журналистики и правда была очаровательна в блестящем изумрудном платье и мягких туфлях в тон, с волосами, собранными с помощью шпилек в высокую прическу.

– Ты прекрасна, словно нимфа… э-ээ… лесная нимфа…

– Нонна, – подсказала я.

– Именно! – обрадовался Ботаник. – Нимфа Нонна. Я буду звать тебя Нимфанонна!

– Вы прекратите любезничать? – холодно спросила Вероника. – По-моему, скоро пойдет дождь.

Я выглянула из-под навеса. Небо набухло и налилось густым серым цветом. Стены домов на его фоне отливали неестественной белизной. Трава ярко зеленела, как в мультике про Ходячий Замок.

– Сейчас загрохочет, – сказала я.

Вероника достала зеленый кружевной зонтик.

– Эта фитюлька от звенигородских дождей не защитит! – хмыкнул Слава, ныряя к нам под навес.

Посыпал мелкий колючий дождик. Любовь Орлова равнодушно следила с плаката за тем, как по улице бегут люди в праздничной одежде.

– Вот что, друзья мои, – значительно заговорил Слава. – Возможно, сегодня нам удастся обнаружить дом, где держат Антона. Возможно, надо будет разделиться, чтобы не вызвать подозрений. Или чтобы стоять на стреме. Но пока ни единым взглядом, ни единым словом вы не должны выдать преступникам наши намерения. Смейтесь, переговаривайтесь о чем угодно, только не об Антоне. На всякий случай даже не думайте о нем. Как будто мы просто гуляем под дождем.

Мы согласно кивнули.

– Так делают профессиональные следователи, – добавил Слава.

Дождь усилился.

– Ныряйте все ко мне, – распорядился Слава, раскрывая черный зонт, огромный, как палатка. – Гайка, пойдешь рядом со мной?

– Я пойду! – сказала Ника и взяла его под руку.

– Гайка, – повторил Слава, – пойдешь рядом со мной с другой стороны?

– Нет, – гордо ответила я, – я пойду рядом с Ботаником и Нонной.

– Прекрасно! – обрадовался Ботаник, пытаясь взять малахитовый зонтик Нонны в зубы, а нас с Нимфанонной под локотки. – Я буду вашим рыцарем! Первый в списке дом с пристройкой находится за библиотекой.

Толкаясь локтями и перешучиваясь, наша троица двинулась вперед. На пути к библиотеке я ощущала на спине чей-то тяжелый взгляд. Вероникин или Славин?

– Вероника, – попросила я, не оборачиваясь, – расскажи Славе про капитана Крюка.

Вообще-то я сама хотела это сделать, но раз ему Вероника больше по душе, пусть она и рассказывает.

* * *

К обеду мы обошли пять домов. На месте первого оказался супермаркет. Во втором доме как раз недавно случился пожар.

В третьем, на улице со смешным названием Лесной тупик, очень милая старушка устроила музей фотографий Звенигорода. Когда мы отходили от четвертого дома, где располагалась санэпидемстанция, Вероника капризно спросила:

– Долго еще мы с вами будем гулять под дождем, ханиз?

– Надо отработать все версии, – возразил Слава. – Ботаник! Сколько у нас осталось домов в списке?

– Два, капитан. Один принадлежит почтенному Никиву. У него мы были. А второй – на улице Луначарского.

– Вот и отправимся на Луначарского, – решил Слава.

* * *

Дом оказался обычным деревянным коттеджем. Зато его окружала куча самых разных пристроек.

Нонна вцепилась в руку Ботаника.

– Боишься громилы?

– Д-да… Я понимаю, что мне надо его опознать, но… страшно все равно.

– Ты забываешь о своем верном рыцаре!

– Ай! – выдохнула я и выскользнула из-под зонтика.

– Ты намокнешь! – бросился ко мне Слава, оставив под дождем Веронику.

Но я не слышала его. Я видела на заборе ее. Желтую канарейку.

– Мы нашли их! – возбужденно проговорил Ботаник, тоже заметив птицу. – Антон там!

– И громила, – прошептала Нонна.

– Надо постучаться кому-то одному в дом, – решил Слава.

– А повод? – спросила я.

– Если вы соизволите дать мне зонт, чтобы я окончательно не намочила свой палантин, – заговорила раздраженно Вероника, – я найду способ пробраться в дом.

Слава протянул ей свой зонтище. Она взяла парня под руку, раскрыла свободной рукой сумочку и вытащила Супербяку. Кот сонно жмурился и зевал.

– Look, Supertrash! – произнесла Вероника. – There’s a bird on the hedge[13]13
  Смотри, Супербяка! На заборе сидит птичка (англ.).


[Закрыть].

Похоже, умный кот знал слово «bird». Он встрепенулся, оглянулся, и через секунду его как ветром сдуло.

Супербяка взлетел на забор. Птичка поднялась в воздух и устремилась к дому. Супербяка бросился за ней и исчез за забором.

– Пора, – решила Ника. И потащила Славу к калитке с причитаниями: – Мой кот! Кот! Где он? Надо найти его!

Но калитка распахнулась сама. Из нее выскочил Супербяка, за ним бежала девочка лет трех в ярко-желтом дождевике, размахивая лопаткой.

– Уходи, уходи! Не лезь к насему Тиске!

За девочкой выскочили другие дети, потом выбежал мужчина. Он загнал ребят в дом и сам исчез внутри. Видно, решил взять зонт.

– Посел вон! – грозно прикрикнула на кота девочка, приоткрыв дверь.

Супербяка забился Веронике под ноги.

– Не надо его выпускать, – сердито буркнула малышка, – вас кот – зивоглот.

– Экзот, – поправила ее Вероника и снова взяла Славу под руку.

– Обормот, – сказала я.

– Полиглот, – включился в игру Ботаник.

– Да просто анекдот, – добавила Нонна.

Девочка засмеялась.

– У вас красивый дом, – сказала я ей, – и пристроек много.

– Каких плистлоек? – не поняла девочка. – А, комнат… Да, нас много тут зивет. Мама, папа, дядя Селеза, дядя Витя и четыле бабуски.

Слава покачал головой. Да, в этом доме явно не прячут Антона.

– Наташка! – раздался сердитый возглас.

Мужчина снова возник на пороге. Над головой он держал зонт – здоровенный, как у Славы.

– Иди домой, простудишься!

– Сицяс, – сердито ответила девочка. – Я Тиску спасала, дядя Витя!

Мужчина спустился со ступенек и направился к нам.

– Это же Виктор, – узнал его Ботаник, – из «Княжеского двора»!

Точно, к нам приближался служитель зоопарка. Он тоже узнал нас.

– Привет, – сказал он и взял Наташу за руку.

– Значит, у вас живет канарейка? – уточнила я.

– Я же вам говорил, что у племяшки такая же. Тишка. Но у нас-то одна. А еще есть один дом заброшенный, на улице Фрунзе, вроде нашего, с несколькими пристройками, так там куча птах желтопузых. Но там давно никто не живет.

– Заброшенный дом? – повторил Ботаник.

– Ну да.

– А в нем есть подвал? – спросила Нонна.

– Вроде есть. Дом старый, надо бы снести его, да у хозяев денег нет на снос.

– Вот почему его нет в пожарной картотеке, – удовлетворенно сказал Ботаник, – его должны снести.

– К нему! – скомандовал Слава. – Спасибо!

Виктор кивнул и потащил домой Наташку.

– Заброшенный дом… – повторила я, глядя им вслед. – Идеальное место для того, чтобы спрятать мальчика.

* * *

По дороге на улицу Фрунзе мы снова видели черную «Тойоту».

– Мало ли в городе черных «Тойот», Нимфанонна… – громко сказал Ботаник вздрогнувшей девушке.

На лице Славы была написана досада. Я поняла – он опять не успел запомнить номер. Мне захотелось подойти к нему и сказать: «Не переживай! Это, может быть, совершенно другая машина. Мы обязательно найдем Антона. И ты станешь следователем». Но он снова посмотрел на Веронику и спросил:

– Что ты говоришь?

– Я говорю, – сказала Вероника, – что могу позволить себе шоколад. Немного, граммов десять в день…

Вскоре мы увидели нужный дом – очень старый, почти разрушенный. Пристройки, о которых говорил Виктор, были уже снесены.

– Давайте все-таки внутри проверим, – скомандовал Слава.

Он поднялся на крыльцо и подергал дверь. Та оказалась заперта.

– Думаю, можно залезть через окно, – сказал Слава, – в таких домах шпингалеты слабые.

– Погоди, – остановила его Нонна, вытаскивая из волос шпильку.

Она поковыряла шпилькой в замке, и дверь открылась.

– Пожалуйста… – повернулась к нам Нонна.

С распущенными волосами, в намокшем изумрудном платье, она была похожа не на нимфу, а на русалку.

Слава вошел первым.

– Никого нет! – послышался его голос.

– Можно не заходить? – с надеждой спросила Вероника.

– Почему же, заходите. Здесь можно переждать дождь. А кроме того, интересно!

Я осторожно поднялась по ступеням и вошла в дом. Остальные последовали за мной.

Держать тут похищенного ребенка было бы невозможно – холодно, сыро. Крыша протекает, а главное – все просматривается.

Но Славка прав, тут и правда интересно – так, как было интересно в заброшенном парке. Темные углы, окна, щедро украшенные паутиной. Какие-то бутылки на потемневшем от влаги полу. Некоторые стоят, другие лежат. По лежачим стучит вода, капающая с потолка, и получается как звук шагов. Тук-тук! Топ-топ! Я поежилась. Откуда здесь эти дурацкие бутылки? И крышек на них не видно.

Возле окна высилась куча досок, видно оставшихся после сноса пристроек. Рядом стояли рулоны металлической сетки. Вот почему заперли дом – чтобы не утащили стройматериалы.

– Слава, помоги мне, – капризно попросила Вероника, – подай руку! Вдруг пол прогнил и провалится под моими каблуками?

Слава вышел в прихожую, чтобы помочь Нике. Нонна и Ботаник молча бродили по дому. Я стала представлять себе Антона. Вполне возможно, что он сидит в подобном месте. Но я-то – с друзьями, а мальчик совсем один. И ему наверняка страшно.

Я приблизилась к одному из углов. Странные звуки неслись из него. Чириканье? Или снова капли стучат по бутылкам?

Я шагнула в угол, и пол под моими ногами угрожающе затрещал. Внезапно окно распахнулось.

– Берегись, Гаянэ! – закричала Нонна.

Я повернула голову – на меня падали доски. Нонна кинулась ко мне, а Ботаник попытался задержать железную сетку, которая тоже рушилась на меня. Раздался треск, и прогнивший пол под нами рухнул. Мы полетели вниз.

Раздалось оглушительное чириканье. Из подвала поднялась целая туча птиц. Они гневно кричали, били нас крылышками по лицу и поднимались, поднимались сквозь щели между досками и сеткой, упавшими на нас.

– Ребята, все нормально! – услышали мы голос Славы. – Я вас вытащу! Эти доски… Ну-ка, стой!

– Слава, я его видела! Вытаскивай ребят, я догоню! – крикнула Вероника.

И я подумала: как здорово, что в минуту опасности Ника из кисейной барышни превращается в нормального человека.

Хотя нет, об этом я подумала потом, уже дома, вспоминая наши приключения. А тогда я полусидела на полу, прижавшись к зеленому платью Нонны, а Ботаник переговаривался со Славой.

– Это канарейки, – вдруг сказала Нонна, – о них говорил Виктор.

Я подняла голову. И увидела птиц, разместившихся на выступе фундамента.

– Вячеслав, осторожнее! – крикнул Ботаник. – Возьми сначала вон ту доску…

– Вас не задело? – с тревогой спросил Слава, убирая обвалившиеся на нас доски.

– Нет!

– А Гайка? Я не слышу ее голоса!

– У меня все нормально, Слав, – тихо сказала я. – Кого ты видел? За кем помчалась Вероника?

– Да Борян тут объявился… – пропыхтел Слава. – Кинул какую-то записку, а значит, и доски на тебя он скинул. Убью его! Ботаник, руку…

– Сначала девушки, – запротестовал Ботаник.

– Не до любезностей, Ботаник! Я тебя не подниму после девчонок. Ты же самый тяжелый!

– Иди-иди, Сереж, – толкнула его Нонна.

Она вела себя спокойно. Наверное, журналистке приходилось попадать и не в такие переделки. А я мучительно размышляла об Антоне. Как же ему плохо сейчас, наверное…

– Гайчонок! – позвали меня сверху.

Я очнулась. Кто-то назвал меня Гайчонком… Наверное, послышалось.

– Давай руку, – ласково сказал мне Слава.

Он вытащил меня из подвала и поставил на ноги.

– Убью Боряна!

– Сначала давайте записку найдем, – сказала Нонна.

Мы начали перебирать доски. Приходилось сгонять канареек. Я насчитала двадцать птиц.

– Удивительно… – пробормотала я. – Помните, Никив говорил, что канарейки не могут жить вне человеческого жилища.

– Они и живут тут в человеческом жилище, – откликнулся Ботаник, – ну… в некотором роде…

– Чем же они тут питаются? – недоуменно спросила я.

– А вот!

Нонна подняла одну из бутылок и потрясла ее в воздухе.

– Там какие-то семена…

– Значит, их кто-то кормит, – сказал Слава.

– Или они живут здесь сами, – предположил Ботаник, – а семена собирают в бутылки на зиму. Как белки запасают орехи. Потом зимой переворачивают и – еда готова.

– Тогда это научное открытие, – сказала Нонна.

– Завтра зайду к Никиву, – решил Слава, – расскажу ему про здешнюю колонию канареек.

– Между прочим, – медленно заговорила я, – наличие этой колонии только подтверждает теорию Никива о невероятных интеллектуальных способностях канареек.

– А, вот она! – воскликнула Нонна, отлепила от кирпича мокрый листок и развернула его.

Это оказался обычный белый лист формата А4, сложенный вчетверо. Посередине было напечатано:

«ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ. ЗАБУДЬТЕ ОБ ЭТОМ ДЕЛЕ»

– А вот и мы! – громко сообщила Вероника, появившись у распахнутого окна. – Вылезайте, ханиз. Дождик кончился.

У крыльца стояла Вероника и небрежно придерживала рукой шею Боряна, зажав ее, словно сумочку. Тот сопел, но даже и не пытался вырваться.

– Как же у тебя вышло поймать его? – поразился Ботаник.

– Я возглавляла отряд герлскаутов, – ответила Ника. – Я вообще везде самая первая!

Ее лицо светилось от гордости. Она даже простила Ботанику, что тот покинул ряды ее поклонников. Мы окружили Боряна.

– А знаете что… – сказал вдруг Слава. – Думаю, нет смысла ни о чем его расспрашивать.

– Как это? – не поняла Ника.

– Очень просто. Я и так видел, что именно он подкинул записку и свалил на Гайку и ребят доски.

– Но… – запротестовал Борян.

– Сожмись! – приказал ему Слава и продолжил: – Поэтому предлагаю сначала окунуть его головой в бетонный колодец, а потом отвести в милицию.

– Кто тебе поверит? – выкрикнул Борян чуть придушенно.

– У меня четыре свидетеля, – хмыкнул Слава.

– А у меня – знакомый милиционер Толька Редькин, – добавила Нонна, сообразив, к чему клонит Слава.

– Тогда не будем терять времени, друзья, – подытожил Ботаник.

Вероника разжала руку, Слава направился к Боряну, засучивая рукава куртки.

– Подождите! – возмутился мальчишка. – Я вам все расскажу!

Хлопая глазами, он переводил взгляд с одного на другого, словно раздумывая, как много можно поведать нам, и яростно чесал пухлую щеку.

– Я расскажу! – повторил он. – К тому же я не виноват. Я не скидывал доски.

– Так… – решительно произнес Слава, – мне становится неинтересно. Нонна, звони Редькину.

– Дай договорить! – возмутился Борян. – Бегу я по улице, смотрю – у этого дома парень, мелкий такой, крутится.

– Как он выглядел? – спросила Нонна.

– Обычный, в серой куртке с капюшоном. Без зонта. Толкнул окно, пихнул доски – и внутри загрохотало. А потом отскочил и бросился за угол. Я тоже за угол завернул. Там «Тойота» черная, а возле нее – мужик здоровенный. Спрашивает мелкого: «Вышло?» А тот головой качает и записку показывает. Тут бугай меня заметил и говорит: «Слышь, пацан! Кинь в окно бумажку!» Мелкий подошел ко мне и…

– Ты не разглядел его лица? – перебил Слава.

– Не-а. Оно ж под капюшоном было. Я только руку его видел. Крепкая такая, как у тебя. Он мне записку сунул, а потом оба сели в «Тойоту» и уехали. А я пошел к вам – записку кидать.

– А номер машины ты не запомнил? – поинтересовалась я.

– Не-а. Был бы Колян, он бы запомнил. У него по математике «пятерки» одни.

– А доски? – напомнил Слава.

– Когда я подошел, они уже упали!

Борян даже глаза вытаращил от напряжения. Я поверила ему.

– И это все? – спросил Слава.

– Ага!

Слава подошел к парнишке и неожиданно схватил его под колени. Борян повис вверх тормашками в крепких Славиных руках.

– Уверен? – спокойно спросил Слава.

– Нет! Нет! Не все! – завизжал мальчик.

Слава вернул его на место.

– А что еще?

– Они… они мне деньги дали! Тридцать рублей!

Борян вынул из кармана бумажки, но ветер вырвал их и бросил в лужу. Паренек нагнулся и стал выуживать бумажки из воды.

– Вот баран! – в сердцах выругался Слава. – На них же отпечатки пальцев быть могли! Иди отсюда, с глаз долой.

Борян поспешил убраться. Снова начал накрапывать дождь. Быстро темнело, как бывает осенью. Мы молчали.

– Может, в милицию сходить? – спросила Нонна. – Рассказать про «Тойоту», про записку с угрозами.

– Тогда придется про твое похищение рассказывать, – возразил Слава. – А разве бугай и коротышка не велели тебе молчать? Меня злит другое. Чего они к нам прицепились?

– Наверное, мы идем по верному следу, – предположила я. – Меня больше удивляет то, что вчера они упустили канарейку и дали нам возможность прочитать записку. Что за неумелые преступники? Может, это замаскировавшиеся дети, вроде Коляна и Боряна?

– Дети, которые разъезжают на «Тойоте»? – с сомнением покачал головой Ботаник. – Может быть, мелкий и ребенок, только с крепкими руками, но помогает он кому-то взрослому. Например, капитану Крюку. Ему, кстати, легко было бы ребенка завербовать, он же спортивный аниматор. А родителям ребенка сказал, что у них тренировки на свежем воздухе.

– Отличная версия, – одобрила Нонна. И добавила: – Как все твои другие версии, Сереж.

– Несмотря на прорву отличных версий и улик, следствие зашло в тупик, – констатировал Слава. – Птиц желтопузых в городе полно, с их помощью Антона не найти. А преступники играют с нами в кошки-мышки. Записочки подкидывают.

– Да, угрозы настроения не улучшают, – согласилась Нонна. – Слушайте, завтра я участвовать в расследовании не смогу. Надо собирать материал для нового номера.

– Неужели наше расследование потерпело крах? – вздохнул Ботаник.

– А знаете, что? – встрепенулась я. – В последнее время у меня очень хорошо работает интуиция, и…

– И что тебе подсказывает твоя интуиция, Пифия[14]14
  Пифия – древнегреческая жрица-прорицательница.


[Закрыть] ты наша? – спросил Ботаник.

– То, что завтра с нами случится что-то хорошее, – серьезно сказала я.

– Очень надеюсь на твою интуицию, Гайка, – усмехнулся Слава. – Потому что больше нам надеяться, кажется, не на что.

Лишь спустя полчаса, стоя у дверей нашей гостиницы и провожая глазами удаляющегося Славу, я поняла – без его хорошей физической подготовки мы бы не справились сегодня. Не смогли бы разгрести завал, не смогли бы сами выбраться. Жаль, что я не успела сказать ему об этом.

– Слушай, хани… – сказала вдруг Вероника.

Я обернулась. Она тоже стояла у дверей, провожая глазами Славину спину.

– Извини, что шла под Славиным зонтом. Но иначе я испачкала бы светлые брюки и палантин. А твоим джинсам ничего не страшно.

Я покачала головой. Пару часов назад Никины слова обрадовали бы меня, но после пребывания в сыром подвале важными мне казались совсем другие вещи.

– Да ерунда! – сказала я Веронике. – Главное – найти Антона.