Текст книги "Инкарнация (СИ)"
Автор книги: Юлия Бабчинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Хочешь снова сразиться с Марси? Она же никого туда не пустит.
И действительно шестерка почитательниц Марси вместе с ней самой заняли самые лучшие места и никто не горел желанием подсаживаться.
Очарованность шикарным интерьером, первая нерешительность – все это как рукой сняло, когда Адель вспомнила, ради чего явилась сюда. Разве может она теперь просто сидеть в сторонке? Она даже не подозревала, как будет проходить отбор в королевы и очевидно, что рядом с Марси у нее было не так много шансов, а может все уже давным-давно решили за них, может родственники договорились за Марси, Адель не знала, как здесь все устроено, но раз она пришла, то обязана попытать счастья.
– Тогда дай я пересяду, – шепнула она на ухо Джудит, которая без возражений пропустила ее.
Но стоило Адель выйти в боковой проход, как раздался грохот тяжелых шагов, дверь распахнулась, и внутрь размашисто зашел мужчина в черном фраке, из-под которого выглядывал элегантный серебристо-синий жилет, сидевший на нем как влитой. Вошедший снял с головы атласный цилиндр, чуть растрепав черные непослушные волосы, и замер на месте перед Адель, как будто врезался в невидимую преграду. Она слышала, как ахнули девушки у нее за спиной.
– Ненормальная…
Только благодаря Джудит она вышла из оцепенения – ведь она смотрела в синие глаза того мужчины, что помог ей с матерью.
– Поклон, – прошептала Джудит.
Адель кое-как присела в реверансе, не отводя взгляда от мужчины. Он холодно кивнул ей, потом наклонился и поднял упавшую на пол гвоздику.
– Должно быть, ваша, – сказал он и прошел мимо, направляясь к «львиному» креслу.
Адель заставила себя сдвинуться с места и все же устроилась в первом ряду, лицом к этому мужчине, под неодобрительное цоканье Марси и ее шестерки куриц в розовых платьях. Он развалился в кресле со скучающим видом, и только когда в зал, одна за другой, вошла троица принцесс, Адель поняла, с кем имела дело.
Канцлер.
Это ему она вчера перебежала дорогу.
Принцессы словно сошли с картин и казались неземными женщинами, святынями. По центру, на троне с единорогом, устроилась правящая принцесса Элейна. На ее черных волосах сверкала диадема с огромными бриллиантами, а платье из золотой парчи вновь напомнило Адель старинных дам. Принцесса Даная села с правой стороны, заняв трон с дельфином, своим гербом. Весь вид ее был грубым, и даже серое платье казалось высеченным из камня, а не ткани. Принцесса Даная не улыбалась и выглядела крайне воинственной. А там, где на спинке трона порхала вышитая белой нитью голубка, устроилась принцесса Кларисс, о которой все знали лишь одно – она здесь лишь потому, что в ней течет королевская кровь, а власть ей совершенно не интересна. Заплетенные в небрежную косу волосы делали ее чуть моложе своих лет, и были они чуть светлее, чем у сестер, а если вспомнить портрет, подумала Адель, то она больше всего походила на свою королеву-мать.
Принцесса Элейна встала с трона, не просидев на нем и минуты, и обратилась к собравшимся с едкой улыбкой на лице:
– Этот день настал, мои дорогие, точнее ночь, – хихикнула она. – Сегодня одна из вас откроет Грааль и наполнит наши очаги магией Истинного Света. – Она обвела взглядом всех присутствующих девушек. – Грааль найдет свою королеву, так сказано в Летописи, но сначала королева… должна найти Грааль.
Принцесса Элейна рассмеялась собственной игре слов и подошла к Канцлеру, протягивая ему руку.
– Канцлер Фрост, кому бы вы отдали мою счастливую монету?
Адель нахмурилась. Что это еще значит?
Канцлер тоже поднялся и взял с ладони принцессы Элейн золотую монету, потом перевел взгляд на всех присутствующих девушек. Всего на миг его синие глаза задержались на Адель, и этого хватило, чтобы ее внутренности окаменели.
Возможно, именно так вмешивается в твою жизнь Судьба, подумала Адель, приготовившись принять монету удачи.
Но Канцлер проследовал мимо нее, останавливаясь возле Марси.
– Прошу вас, миледи, примите в знак нашего с принцессой расположения.
Они даже не скрывали, что отдали кому-то предпочтение!
От злости Адель до боли закусила губу.
– А теперь, почему бы не порадовать вас красивыми нарядами, мои дорогие! – воскликнула принцесса Элейна под восторженные возгласы претенденток.
Ее сестры, Канцлер да и сама Адель не присоединились к всеобщему ликованию.
«Судьба! – подумала Адель, разглядывая орлиный профиль Канцлера. – Как бы не так! Разве мы не сами творим свою судьбу?»
Правда, иногда не замечаем, как разрушаем чью-то еще.
***
– Позвольте представиться, леди Сания, Хозяйка Гардероба, – проговорила смуглая женщина в чепчике, приглашая девушек проследовать за ней. Она отодвинула бархатную занавеску, за которой обнаружилась дверь с ручкой из цельного рубина. – Следуйте за мной. Ее Высочество принцесса Элейна благожелательна к вам и решила преподнести в качестве презента прекрасные наряды.
Зайдя внутрь потайной гардеробной, девушки так и ахнули. Даже претендентки из знати были под впечатлением. Адель сначала показалось, что она очутилась в цветущем саду и не сразу поняла, что кругом – это все платья, различных оттенков синего цвета. У нее перехватило дыхание от такой великолепной работы, каждое платье представляло собой произведение искусства, достойное красоваться в витрине музея. Видела бы мама все это волшебство, подумала Адель и тут же тряхнула головой, возвращаясь к реальности.
Девушки уже принялись выбирать себе наряды, никого не дожидаясь. Пока из того, что уяснила себе Адель, им предстояло найти дорогу к Граалю, который скорее всего спрятали где-то во Дворце. Вот только Дворец такой огромный! А многие из девушек здесь, похоже, не впервые.
Адель беспечно считала, что справится со всем сама, но теперь, глядя, как девушки разбились по парам, помогая друг другу переодеться, поняла, что оказалась не в самом выгодном положении. А точнее – одна. Нужно было найти союзников и побыстрее, ее собственной осведомленности не хватит, чтобы дойти до заветной цели. Правда, королевский трон всего один. Принцессы не в счет.
– Если будешь стоять на месте, разберут все лучшие наряды, – произнесла появившаяся за ее спиной леди Сания. Она подцепила прядь волос Адель и хмыкнула, будто думая о чем-то своем.
Хозяйка Гардероба была уже не молода, а худое лицо лишь подчеркивало ее морщины. Но вот в глазах сверкал живой огонек, заставивший Адель посмотреть на женщину по-новому.
– Давно вы здесь работаете? – спросила Адель среди девичьего гомона. Все только и делали что обсуждали фасоны и вышивку, у кого жемчугом, у кого-то золотыми или серебряными нитями.
– Сколько себя помню, – ответила леди Сания, подцепив один наряд и приложив его к Адель. Потом взяла ее за руку, довольно крепко и даже грубовато, и подвела к зеркалу, разворачивая к себе спиной. – Нет, это не подойдет. Слишком много кружева. Может это? – И она выудила из одного из шкафов еще одно платье, усеянное мелкими цветками. – Лучше, но все еще не то.
Адель заметила любопытные взгляды других девушек. С чего бы Хозяйка Гардероба вызвалась помочь ей? И в самом деле, в чем причина? Ведь скрытый смысл есть всегда и во всем, в любом человеческом поступке. Адель еще не встречала истинно бескорыстного человека.
– Как насчет этого? Должно подойти, – не дожидаясь ее ответа проговорила леди Сания, поправляя на себе чепчик. – Раздевайся. Примерим новый наряд.
Адель ничего не оставалось, как избавиться от своего платья, оставшись только в белье и чулках. Окружающие ее девушки были на разных стадиях облачения в наряды, кто-то еще в шелковых панталонах, кто-то в нижней сорочке, а некоторые затягивали корсеты, на которые завороженно поглядывала Адель. Она еще никогда не носила платье с корсетом – в них появлялись только белые дамы, а для их районов подобные наряды не были практичными.
Когда Хозяйка Гардероба потуже затянула ленты корсета, Адель закусила губу, но промолчала. Неужели она здесь одна такая неженка? Ничего, она обязательно привыкнет и к новым нарядам, и к новым порядкам. Наконец ее образ был завершен, и леди Сания, взмахнув рукой, воскликнула:
– Бэль!
Девушки на миг посмотрели в их сторону и снова вернулись к нарядам. Пожалуй, лишь Марси была слишком занята, чтобы отвлечься от столь важного процесса.
– Вы с юга Монсальважа? – спросила Адель Хозяйку Гардероба, заметив акцент и выбор слов.
– Да, милочка, все верно, – их взгляды встретились, и в этот миг Адель будто поняла нечто важное: эта женщина почему-то была на ее стороне. На душе у Адель чуточку потеплело, хотя она и не ждала помощи от кого-то, кроме себя.
Хозяйка Гардероба ненадолго покинула ее, обходя комнату и поправляя на девушках наряды. Теперь было сложно сказать, кто выглядел богаче – все сравнялись в своей роскоши.
– А теперь, мои милые, проследуем в малую бальную залу – нам нужно убедиться, что вы знакомы с придворным этикетом, что ваши матушки позаботились об этом.
Двери распахнулись, впуская девушек все дальше в глубины Дворца, все ближе к разгадке тайн Монсальважа. Адель шагнула вперед, но тут поняла, что еще стоит босая – если не считать чулок – в своем новом великолепном платье нежно-голубого цвета. Леди Сания выбрала для нее простой, но изящный наряд, совсем как сделала бы мама. Плечи были оголены – так непривычно для Адель, а руки будто окутывал сизый туман. Талию мертвой хваткой держал корсет, вызвав в памяти Адель неприятное воспоминание из сна: как она в доспехах идет по чужим телам. Разве этот корсет не сродни доспехам из металла? В них, должно быть, тоже сложно вздохнуть. Зато корсет красиво подчеркнул ее грудь, а многослойные юбки расходились к полу ажурными складами, напоминая цветок. Вот только не было туфелек – все пары разобрали. Адель глянула на обувь, в которой пришла сюда, и поняла, насколько будет нелепо выглядеть в старых сапожках под новое красивенькое бальное платье.
– Дьявол! – фыркнула она, глядя на то, как все меньше девушек остается в гардеробной.
– Простите, кого вы звали? – раздался мужской голос из-за вешалок с платьями. – Кажется, меня, мадемуазель.
Адель услышала сонный зевок, а отодвинув платья, увидела возлежавшего на кушетке, заваленной чулками, парня со сбившейся на бок маской с клювом, украшенной синими и красно-оранжевыми перьями. Парень приподнялся на локте, подперев ладонью щеку, и улыбнулся, не поднимая головы.
– Вы потеряли туфельки, красавица, – сказал он, кивнув на ее ступни.
– Я их пока не нашла, – парировала Адель. Что-то в этом парне показалось ей смутно знакомым, а когда он поднял русую, слегка позолоченную голову, то Адель цокнула от удивления. – О! Так это же наш приятель Анри! Как же вас сюда занесло, сударь! – сказала Адель и осеклась, вспомнив про бедняжку Николетт. Разве не должна она сейчас греться в объятиях своего принца, который, правда, теперь отлеживается в королевской гардеробной? А если Анри что-то знает и начнет искать здесь свою возлюбленную?
– Вы ли это, прекрасное видение! – воскликнул Анри, потянувшись.
– Почему вы здесь прячетесь? – заинтересованно спросила Адель.
– Я помогаю своей крестной, – отозвался парень и выудил из-под кушетки пару чудесных туфелек, которые буквально переливались в свете люстр, которые свисали с потолков, как гроздья винограда. – Кто знает, может вам подойдут? – задумчиво проговорил он и скомандовал: – Ножку.
Не успела Адель что-либо ответить, как Анри ловко приподнялся, обхватил ее за талию и притянул к себе, усаживая на колено.
– Так-то лучше, – ухмыльнулся он и, согнувшись, одел ей туфельку на ногу. Та идеально подошла, заставив Адель на миг усомниться в реальности происходящего. Не сон ли это? Может ей вновь грезится недосягаемый Грааль и путь, усеянный отнюдь не розами, но шипами.
– Спасибо, Анри, – ответила ему очаровательной улыбкой Адель и тут же встала, расправляя юбку и обувая вторую туфельку. – Вы правда меня выручили. А теперь мне пора.
В гардеробную вдруг ворвалась леди Сания, разразившись ругательствами на незнакомом Адель наречии.
– Анри, вот ты где! – воскликнула она. – Идем же, нам и так не хватает кавалеров, а Ее Высочество не намерена ждать всю ночь, когда вы отрепетируете танцы. Йоль и королевский отбор в одну ночь – это слишком утомительно, – вздохнула она. А ты что до сих пор здесь, ласточка? – проговорила леди Сания, беря Адель под руку. – Давай, скорее в зал, иначе разберут всех кавалеров.
– А я на что, тетушка? – проговорил Анри, выбираясь из своей тайной берлоги.
Тетушка? Ни единого сходства!
Он был в одной лишь белой рубашке, черных брюках и этой смешной маске. Адель отметила довольно крепкое телосложение и некоторую вальяжность во всем его образе. На лице девушки невольно появилась улыбка – возможно все дело в этом парне. Он ее определённо повеселил.
Леди Сания глянула на него чуть ли не сердито, фыркнула и махнула ему рукой.
– Иди в зал, бесстыдник. И рубашку заправь!
– Слушаюсь, тетушка, – поклонился он, вновь продемонстрировав свой коронный жест с прикладыванием ладони к сердцу, и ушел следом за всеми девушками.
Адель хотела тоже пойти с ними, но леди Сания вдруг резко дернула ее за руку.
– Не думала же ты провести меня, милочка, – сказала она и кивнула на декольте платья Адель. Та опустила голову и заметила, что ее «гвоздика» чуть смазалась с одной стороны. Вот же незадача!
Адель закусила губу и медленно подняла голову, встречаясь взглядом с Хозяйкой Гардероба.
– Ты не получала гвоздики, не так ли? – проговорила она. – И не смей мне врать, я чую ложь за версту, не даром меня приняла на работу сама королева Агния.
При имени королевы Адель вздрогнула. Похоже с этой женщиной шутки плохи.
– Нет, – сказала Адель и чуть вздёрнула подбородок, встречаясь взглядом с леди Санией. Юлить здесь не получится. Придется поговорить с ней начистоту. – Но я уверена, что имею право здесь находится. Грааль зовет меня.
Пришел черед леди Сании вздрогнуть. Худое лицо будто вытянулось еще сильнее – сколько же ей на самом деле лет?
– Тебе не выжить здесь милая, если ты лжешь, – загадочно ответила ей Хозяйка Гардероба, а в ее глазах промелькнула вековая мудрость, достойная пожалуй что королевы – или же хранительницы ее тайн. А ведь эта женщина могла ей пригодиться! Она наверняка знала здесь все, вот только как заманить ее на свою сторону? Что Адель могла предложить ей? У нее не было богатства, положения в обществе или власти, пока. Только мечты.
– О чем вы мечтаете, госпожа? – спросила ее Адель, чуть склонив голову набок, а на самом деле поглядывая, что творилось в зале за спиной Хозяйки Гардероба. Кавалеров был определенно меньше, чем девушек, и некоторые стояли в сторонке, ожидая своей очереди. Среди танцующих она заметила и Анри в его нелепой птичьей маске. Он танцевал с Джудит, двигаясь так легко, будто был создан для светских танцев.
– Я бы хотела вновь прикоснуться к… Граалю, – совсем тихо ответила ей леди Сания, будто заключая с Адель негласную сделку.
Адель улыбнулась уголком губ.
– Мечты имеют свойство исполняться, дорогая госпожа.
– Ты мне нравишься, – наконец проговорила леди Сания после небольшой паузы. – Давай подправим твою метку, пока мы не вызвали лишних пересуд и подозрений. Ты, возможно сама того не ведая, успела перейти дорогу нашей Марси и самому Канцлеру Фросту. Тебе будет нелегко, девочка. Советую подружиться с принцессой. Если конечно ты переживешь эту ночь.
Сердце Адель подпрыгнуло в груди.
– Что вы знаете об инкарнации?
– Все, – по-прежнему шепотом ответила леди Сания. – Но я связана давними клятвами и обязана молчать.
Адель лишь кивнула – все-такие ей удалось заполучить интересную союзницу.
После того как Хозяйка Гардероба помогла ей восстановить узор, они вошли в зал с танцующими парами. Девушки оттачивали свои навыки танцев, повторяя движения за утонченной особой с высокой, закрученной в спираль, прической.
– Это Лессия Патриц, мы зовем ее просто Па. Наша учительница танцев и придворного этикета, – сообщила ей леди Сания, но в следующую секунду Адель подхватили за талию и закружили в танце. Поначалу ноги отказывались слушаться, она наступала своему кавалеру на ноги – она немного умела танцевать, но не так уверенно, как другие девушки. Даже они внимательно слушали, что говорила им наставница.
Но вот Адель перехватил другой кавалер, и она с некоторым облегчением поняла, что это ее приятель Анри.
– Давно не виделись, сударь.
– Давненько, мадемуазель. Вижу, ваши туфельки все еще при вас.
– Что это за птица, – спросила Адель, подмечая, с какой непринужденностью Анри выполняет каждое новое движение танца и увлекает ее за собой. Она кивнула на маску.
– Как же, мадемуазель. Это малиновка. Я думал, все хорошенькие девушки разбираются нынче в птичках.
– Что ж, сударь. Значит, я не такая уж и хорошенькая или…
– Не продолжайте, – усмехнулся Анри и покружил ее в танце, но потом веселая музыка сменилась на более мрачную.
– Что это за танец? – спросила Адель.
– Мистерия, – ответил Анри. – Вы подзабыли движения?
– Пожалуй, – улыбнулась она, – не продемонстрируете?
С Анри время утекало слишком быстро, и Адель удивлялась, что за окнами еще ночь. Все эти репетиции, кружение по залу, Адель пыталась сообразить, к чему все это, шло ли все своим чередом и что следовало сделать, чтобы найти Грааль, но возможно стоило немного подождать. И в действительности, вскоре Лессия Патриц громко хлопнула в ладоши и воскликнула:
– Мы готовы!
Двери в следующую залу распахнулись, и вот теперь Адель действительно ахнула. Она попала на самый настоящий бал. Девушкам вручили ажурные маски и пропустили внутрь.
По залу уже скользили пары – мужчины в черных фраках, женщины в дивных белых платьях, и все до единого были в масках. Зал был огромный – и в него только что вошло тридцать пять девушек в платьях всех оттенков синего, словно волна, что разбилась о мраморный берег.
Вдалеке Адель заметила троны принцесс и львиное кресло Канцлера, которое пустовало, а его темная фигура маячила среди группы мужчин, что-то пламенно обсуждающих.
Вдруг с ней поравнялась Джудит и с улыбкой сказала:
– Надеюсь, у тебя все хорошо? Похоже, ты не очень любишь танцы?
– Я обожаю танцы! – воскликнула Адель, сверкнув улыбкой.
– Не переживай, все будет хорошо, и знай, что всегда можешь на меня положиться. Надеюсь, больше не возникнет хлопот, как с туфельками.
– С туфельками? – переспросила Адель.
– Марси сказала девушкам спрятать от тебя все пары, – неодобрительно сказала Джудит и ушла вперед.
Адель отыскала эту самовлюбленную нахалку Марси взглядом – та конечно же стояла впереди всех. Ну ничего, она обязательно отомстит. К тому же, ей достались самые отличные туфельки! Да и кавалер оказался ничего… Во время «репетиции» Адель порывалась пару раз спросить Анри про Николетт, но решила, что сейчас не самый лучший момент. Сначала нужно устроить свою судьбу, а потом интересоваться чужими. Печальная правда жизни. Кто заботился обо всех подряд – всегда сам оставался с носом.
Музыка все лилась и лилась по залу, но танцующие пары понемногу уходили вглубь, оставались лишь некоторые мужчины, которые приглашали на танец одну за другой девушку с гвоздикой в руке. Адель осмотрелась в поиске Анри – наверняка он составит ей компанию, – но вдруг увидела, как он подхватил в танце Марси, которая прильнула к нему чересчур близко, запуская ладонь в его волосы. Насколько это благопристойно? Адель невольно поморщилась.
Принцесса Элейна сидела на троне, сменив наряд, и хлопала в ладоши, а ее сестры молчаливо взирали на все происходящее, как каменные горгульи.
В какой-то момент Адель поняла, что и Джудит пригласил на танец кавалер – правда, он годился ей в отцы, – и другие девушки уже кружились по залу, и только она осталась стоять будто бы в нерешительности. Почему же ее никто не приглашал?
Кровь застучала в висах, сердце заколотилось чаще, когда в голове Адель вспыхнула безумная мысль. Она не может просто так стоять здесь и ничего не делать. Ее жизнь не будет зависеть от выбора каких-то мужчин. Если она будет королевой – нет, когда она будет королевой, – выбирать будет она сама.
Заиграла музыка «Мистерии» – мрачная, напряженная и вместе с тем волшебная. Решительным шагом Адель пошла вперед, туда, где стоял среди толпы других мужчин, возможно каких-то министров или политиков, Канцлер Фрост.
Его высокая фигура словно манила. Совсем как Грааль.
Адель протянула вперед руку, не веря самой себе и в то же время веря в себя, и коснулась локтя Канцлера. Совсем легко, но он заметил.
Он повернулся и посмотрел на нее с каплей удивления на безмятежном лице. Их взгляды встретились, и тело Адель пронзила ледяная молния.
– Я бы хотела пригласить вас на танец, милорд, – проговорила она и, растянув губы в улыбке, протянула ему руку.
Реакция Канцлера была мгновенной. Он коротко кивнул собеседникам, затем полностью повернулся к Адель, скользнув по ней взглядом, и шагнул вперед, принимая «вызов». Ни секунды промедления – Канцлер подхватил ее повисшую в воздухе ладонь, которая казалась такой маленькой в его собственной ладони, вторую руку уверенно положил ей на спину, чуть касаясь холодными пальцами обнаженной кожи, и сократил расстояние между ними, потянув Адель на себя. Она улыбнулась и положила руку, в которой все еще держала гвоздику, ему на плечо. Он знал каждое движение, каждый шаг, Адель в этом не сомневалась. Все его действия – выверенные, точные, и это вызывало в ней искреннее восхищение. Он вел ее в танце, и Адель поддалась.
Музыка «Мистерии» очаровывала вместе со сверканием люстр, бокалов, сиянием свечей и драгоценностей, блеском глаз других девушек. Адель поймала их с Канцлером отражением в зеркальной стене, которую они проплывали, внимая будоражащему и пронзительному, но в то же время будто гипнотизирующему ритму. Она увидела до безумия красивую пару, и еле узнала в этой девушке со стеклянными зелеными глазами себя. Где бы ни был Грааль, кажется, он уже начал действовать: в эту минуту творилась магия.
– Ты смелая, – услышала она будто из-за завесы голос Канцлера. – Или же глупая.
Адель встрепенулась и отвлеклась от созерцания танцующей пары в зеркале.
– Можешь не отвечать, лучше молчи, я и так скоро пойму, – резко проговорил он, совершенно выводя Адель из транса. – Что бы ты знала, я не танцую, – сказал он и опустил голову, устремляя взгляд на ее декольте, где виднелась поддельная метка.
Адель вдруг стало очень жарко. Горячая волна добралась до плеч, шеи, щек. О Королева! Неужто она краснеет? Не бывать такому. Это на нее так не похоже…
– Вы танцуете сейчас, – заметила она, проигнорировав, как быстро он перешел на «ты».
– Мне приходится. Я не собираюсь унижать претендентку своим отказом. Но тебе стоило бы знать, что не надо приглашать меня на танец.
Она хотела спросить «почему», но решила не развивать тему. В этом сквозило нечто опасное, и Адель не была уверена, что готова шагнуть в неизвестность.
– Вы что, пялитесь сейчас на мою грудь? – выдохнула Адель с притворным возмущением.
Канцлер медленно поднял голову, встретившись с ней взглядом. Синие глаза обожгли ее равнодушием.
– Не нашел там ничего интересного.
Что он имел в виду? Ее фигуру? Или же метку? О чем он?
Адель сладко улыбнулась ему.
– Вот и не пяльтесь тогда. Чтобы не унижать претендентку.
– Этот рот слишком много болтает, – сказал Канцлер и разомкнул их взгляды. – Прости, а на губы смотреть можно?
Она хотела было ответить, но в этот момент талию будто сдавило, хотя рука Канцлера все еще неподвижно лежала на ее спине. Губы Адель распахнулись, но раздался лишь удивленный вздох. Что это сейчас было?
– Значит, не смелая, – сделал вывод Канцлер, а спустя небольшую паузу добавил: – Должно быть, в семье тебя учили не тому, чему надо. Ты уже два раза наступила мне на ногу. Придется брать уроки танцев. Это обходится недешево.
Не сам ли он желает стать ее учителем танцев, хотела спросить Адель, правда, с чего бы у него возникло такое желание – это ведь она сама пригласила его. Но вновь ей стало слишком тесно в корсете, и пришлось сделать глоток воздуха и промолчать. От скованности сердце забилось чаще, а взгляд заметался по сторонам. Возможно, эти девушки действительно привыкли к подобным нарядам, а она немного переоценила свои возможности?
Адель убрала руку с плеча Канцлера и коснулась лба, отгоняя прядь волос. Похоже, ее лихорадило, кожа была горячей и влажной. А корсет будто бы обхватил талию еще сильнее – на мгновение ей показалось, что это канцлер так крепко стискивает ее в объятиях. Он и впрямь чуть сдавил ладонь Адель, возвращая к себе ее внимание.
– Теперь ты так просто не сбежишь, – произнес он. – Придется дотанцевать до конца.
Адель и впрямь хотелось сделать передышку, ей было сложно сделать вздох, не говоря уж о том, чтобы танцевать. В какой-то момент зал поплыл у нее перед глазами, возможно Канцлер говорил ей что-то, но она не слышала ничего, кроме своего судорожного дыхания и пульсирующего стука в висках.
Но что она будет делать, если ей удастся сбежать сейчас от Канцлера? Вдруг он сможет помочь?
Она отчаянно шагнула вперед, когда спазм судорогой сотряс ее тело, и, прижавшись к Канцлеру, она из последних сил выдохнула:
– Снимите с меня это…
– На меня не действуют твои чары, дорогая, – хладнокровно ответил Канцлер Фрост. Сейчас она видела лишь линию его губ, которые, похоже, всегда были такими суровыми.
– Избавьте меня от чертова платья… Оно… убивает…
Она глотнула воздуха, буквально вцепившись в Канцлера, и к своей радости поняла, что он увлекает ее в танце все дальше и дальше от толпы. Когда перед носом Адель распахнулись двери в некую комнату, в душе затеплилась надежда: она спасена! Но тут корсет сжался до невозможности, заставив Адель вскрикнуть.
Но вот ее спины коснулись холодные пальцы, которые двигались ловко, уверенно, развязывая ленты платья, как будто делали это ежедневно. Разделавшись с половиной шнуровки, Канцлер распахнул верхнее платье. Послышался треск ткани, когда он рванул за края, добираясь до корсета. Ни единого слова не сорвалось с его губ. Канцлер заводил ладонями по ее талии, поднимаясь выше, будто искал лазейку, но Адель могла лишь думать о том, что еще немного, и она лишится чувств.
– Я… – выдохнула она.
– Молчи.
Но вот шнуровка корсета натужно лопнула, Адель уловила блеск металла и увидела в руке Канцлера нож. Сияние ледяных синих глаз, которые пристально следили за ней, прожигало насквозь. А может, в помещении просто было холодно. Воздух наконец проник в ее легкие, Адель судорожно вздохнула, еще и еще, перевернулась набок. Перед глазами замелькали звезды, и она провалилась в ночную глубину.
Очнулась она от легкой дымки аромата можжевеловых ягод и прохладного прикосновения чьих-то губ, и не сразу поняла, что ее целует Канцлер Фрост. Ведь эти губы были мягкими и живыми, а не высеченными изо льда.
Адель зашевелилась, вплетая пальцы в его непослушные смоляные волосы и отвечая на поцелуй. Такого красивого мужчину она еще не целовала.
Но он быстро разорвал поцелуй и поднялся, а Адель поняла, что лежит на золоченном диванчике в небольшой комнате, завешанной тяжелыми шторами. Корсет валялся на полу, а сама она осталась в одном нижнем, почти невесомом, платье.
– Спящая красавица ожила, – проговорил Канцлер.
– Что?
– Ты и этого не знаешь? – спросил он, скрестив руки на груди и о чем-то задумавшись. – Просто искусственное дыхание. Отвечать на него необязательно.
Сколько еще запретов у этого мужчины?
Адель приподнялась на локтях и посмотрела на хищный корсет. От самой мысли о нем сдавливало грудь и останавливалось дыхание. Но если бы кто-то зашел сейчас в комнату, то воспринял бы все совершенно иначе.
– Эта штуковина настоящее зло, – проговорила Адель.
–Обычно женщины выживают. Но в этом корсет пластины из хранилища Грааля. В них магия, которая тебя чуть не убила.
– Кому это нужно?
– Всего лишь забавы принцессы Элейн, – сощурившись, сказал Канцлер Фрост. – Расточительные забавы.
А что же тогда с другими претендентками? Почему-то Канцлер не выглядел обеспокоенным, а может ему был неведом страх. Он снова посмотрел на метку, заставив Адель поежиться.
– Разве о таком не надо сообщить? Это покушение… – тихим голосом сказала Адель. Она хотела выглядеть более возмущенной, но не смогла.
– Покушение на кого?
– На королеву!
– А ты королева? – Канцлер склонил голову набок, изучая ее.
– Пока нет, но…
Неожиданно Канцлер громко рассмеялся.
– Признаюсь, такой глупости я не ожидал.
Но вдруг на его лицо легла тень.
– Или дерзости?
Он быстро подошел, схватив Адель за горло, став вдруг невероятно серьезным, а потом опустили ладонь ниже и резким движением смазал метку пальцами.
– Ты кого думала одурачить? Кто тебя прислал? Кому ты служишь? Может, дельфинам Данаи?
Адель отпрянула, обхватывая себя руками. Канцлер Фрост поднял со столика гвоздику и смял цветок в кулаке, который тут же будто бы угас, потеряв свой дивный синий цвет.
– Ты самозванка, и поэтому Грааль до сих пор не проявил себя. Все девушки с магическими отметинами должны были явиться сюда, но кто-то не дошел. Только так мы бы запустили Инкарнацию.
– И что теперь? – с легкой дрожью в голосе спросила Адель.
Магические отметины… значило ли это, что она никак не могла стать королевой? Что-то внутри Адель отчаянно сопротивлялось неизбежности. Все говорило о том, что здесь ей не место, и хуже того – она нарушила установленный порядок. Найти бы сейчас леди Санию и обо всем расспросить…
– Отойдите от меня или я закричу, – сказала Адель, сохраняя внешнее спокойствие. Она выставила перед собой руку.
– Снова приглашаешь меня на танец, таинственная самозванка? Хорошо подумала? – угрожающе сказал Канцлер.
Сейчас он уже не казался ей таким привлекательным. И о какой магии он говорил, если магия уснула после смерти королевы Агнии?
Канцлер Фрост подошел совсем близко, отводя в сторону руку Адель и нависая над ней.
– А может тебя прислала сама Элейна? – шепнул он ей на ухо. – Решила спровоцировать меня? А потом избавиться и от тебя. Очень в ее духе. Тогда передай ей – нет, нет и нет, на все три ее вопроса. Уходи, маленькая шпионка, пока я еще отпускаю.
Он и впрямь отпустил ее и вежливо указал на дверь. Адель понеслась к выходу, позабыв о своем ненадежном наряде. У нее и впрямь дрожали колени. Вот только выйдя за дверь, она замерла на месте: на мраморном полу лежала девушка в синем платье, в которой она только сейчас узнала дочь леди Маргарет. Значит, цветок принесли вовсе не горничной Лили, а ее госпоже.
Девушка не дышала, а из уголка ее рта стекала струйка крови.
***
Сначала и сама Адель позабыла, как дышать, столь неожиданным было увиденное. Могло бы показаться, что девушка просто спит, если бы не эта предательская кровавая лужица, которая все увеличивалась, растекаясь по белому мрамору пунцовым цветком, заполняя мелкие трещинки. Ядом распускались его лепестки. Смертью.
