Текст книги "(Не) верю в любовь (СИ)"

Автор книги: Юлиана Ермолина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

Глава 38

Дорога в дом малютки была долгой, утомительной и очень напряженной. Мы очень переживали как пройдет наша первая встреча с малышкой. Как выбрать ту самую девочку, которая потом должна стать нам родной? Поддерживали с Таней друг друга крепким сцеплением рук. При этом надеялись, что в нужный момент наши сердца дадут нам знак, что это именно она.

Зашли с трепетом в дом малютки. Нас встретила женщина в годах и сразу проводила в дальний кабинет. Там тщательно проверила наши документы и предложила заполнить недостающие бумаги. После того как специалист убедился, что с документами все в порядке, нам предложили ознакомиться с анкетами детей. Анкет было много. Мы переглянулись с женой, не понимая, как можно быть такими бездушными и жестокими родителями. Бросить своего малыша на произвол судьбы. Как таким родителям живется после этого? Хотя мы не вправе их судить, это на их совести, им жить с этим.

Анкеты детей, у которых родители еще не лишены родительских прав, были в отдельной стопке, мы их даже не рассматривали. Практически во всех анкетах были фотографии грудничков, хотя многие уже были значительно старше. Для начала мы отобрали анкеты девочек, ведь мы приехали за дочкой. И вот только после этого стали изучать сами анкеты. Я обращал внимание на медицинские показатели малышек, а Таня больше смотрела на описание внешних данных, кто их родители. Больше половины детей нуждались в медицинском лечении, у многих был ВИЧ. Из множества отобранных анкет мы остановились на трех девочках. Более – менее здоровы. Родители разные: у одной – любители выпить, у второй – погибли в аварии, у третьей – нет уже в живых, скончались от передозировки. Не могли определиться по внешним данным, ведь фотографии старые. Решили посмотреть вживую.

Нас отвели в игровую комнату. Посадили в уголок, за перегородку из цветов, чтобы мы могли присмотреться к ребяткам сначала издалека. Указали на наших отобранных кандидаток. И как тут выбрать? Жалко их всех. Такие малышки и уже одни в этом мире. На вид им чуть больше года, но по анкетам я знаю, что возраст у них разный, от года и двух месяцев до года и восемь месяцев. И разница в полгодика между ними заметна и ощутима.

Пока я скользил взглядом по девочкам, изучал их лица и мимику, Таня засмотрелась на какого-то мальчишку. Он сидел вдалеке от всех. Одиноко и лениво играл резиновой, потрепанной уже временем, игрушкой. Светленький, худенький, неокрепший. Как бедный воробышек на фоне других детей.

Таня показала мне на него взглядом, и сразу подозвала сотрудницу, которая находилась неподалеку от нас. Уточнила про малыша. Сотрудница подошла к нам, и с легким разочарованием ответила:

– Это наш Лёшенька. Спокойный, но замкнутый малыш. В свой год и два практически ничего не говорит, только отдельные звуки. Он родился недоношенным с малым весом. – Тяжело вздохнула и с некой долей надежды, спросила. – А девочки вам что не понравились?

Как резанул по ушам ее вопрос. Ощутил себя на рынке и самое ужасное, что торгуют здесь детьми. Да, денег за это не берут, но разве можно к детям относится как к товару? Я начал заводиться, но потом одернул внутренне себя. Для сотрудницы это обычный, может даже, повседневной вопрос. Сколько приходит таких жаждущих родителей, но потом уходят ни с чем. Всем ведь нужны здоровые и красивые дети, а где их взять, если нормальные родители по своей природе от родных детей не отказываются?

Мой внутренний разговор прервала Таня, она снова обратилась к сотруднице:

– Девочки хорошие, – вернула свой взгляд на парнишку, – а можно узнать кто у Лёшеньки родители?

Сотрудница смутилась, забегала глазами и попросила дать ей минуту, она сходит, уточнит. Пока она ушла, я воспользовался моментом и спросил у жены:

– Танюш, почему он? Он даже внешне на нас не похож.

Она повернулась ко мне, загадочно улыбнулась. Потом положила свою ладонь на мою руку и тихонько ответила:

– Не знаю, я чувствую, что он мой мальчик. – Вернула взгляд на него. – На интуитивном уровне с ним есть какая-то связь. Быть может, это знак? Вдруг он тот самый? Наш?

Вижу как загорелись ее глаза, как она разволновалась, но нельзя спешить, нужно для начала всё о нем узнать. Я положил на ее ладонь свою вторую руку и предложил:

– Таня, давай уточним сперва про его здоровье и родителей. Может у него ВИЧ, или он рожден наркоманами. Ты понимаешь, какие последствия могут быть?

Она сникла слегка, но в глазах еще теплился лучик надежды.

– Рома, я все понимаю. Не будем спешить, сначала соберем информацию, а уж потом примем решение. – Натянуто улыбнулась и посмотрела с нежностью на меня. – Но этот малыш запал мне в душу, скажу тебе честно. Я понимаю, мы ехали за дочкой, но если будет возможность и шанс, давай усыновим его?

Я не успел ответить и подумать над ее предложением, так как вернулась сотрудница. Она протянула Тане анкету этого мальчика, и мы одновременно заглянули в нее. Первое, что бросилось в глаза, и о чем я сильнее всего волновался – отрицательный тест на ВИЧ, сифилис и прочие инфекции. Медленно выдохнул и чуть успокоившись, продолжил изучать анкету уже с самого начала, по порядку.

Романов Алексей Григорьевич, родился семимесячным, недоношенным. Романов? Улыбнулся. Насмешка судьбы или подсказка? Вес при рождении 2380 г. Отец-неизвестен, мать – Романова Анна Николаевна, 2005 года рождения. Первые роды, стремительные. Отказ от ребенка в родильном учреждении прилагается. Медицинский диагноз ребенка: врожденный порок сердца, железодефицитная анемия, атопический дерматит, отставание в психомоторном и речевом развитии.

Далее идут результаты обследований, анализов, заключение специалистов. Таня быстрее меня добегает глазами до конца анкеты, поднимает на меня глаза и с легкой улыбкой уточняет:

– Романов Алексей? У тебя еще остались вопросы? У меня – нет. По-моему, мы его нашли! Это наш малыш!

И вот, мы дождались решения суда, забрали нашего воробышка и повезли домой. В пути я разглядывал его. Светлые глаза, узкие губы, русые волосы. Как так вышло, что поехал за дочкой, а привез сына? Лёшкой еще зовут, как лучшего друга. Он не похож на нас, но он какой-то родной. Даже сам не знаю почему появилось такое ощущение рядом с ним. Может, так передается ощущение через Танино восприятие этого ребенка. Но я теперь также, как и Таня, уверен, что сама судьба нам указала на него. Это наш малыш и уже в этом нет никаких сомнений! Сын, Алексей Романович, наконец-то дома!

Казалось, самое страшное позади, мы его нашли, но оказалось, что всё только начиналось. Впереди нас ждали – плач, шараханье от нас, забитость парнишки в угол. Он нас боялся, не доверял. Еще и Пушка наводила на него панику и страх. И я его прекрасно понимал. Нужно время, малыш никогда не жил в семье. Таня все время разговаривала с ним, успокаивала и со временем он доверился ей. Я уходил на работу, а они целыми днями проводили время вдвоем. Благо, Танина работа позволяла ей работать на дому. На меня Лёшка смотрел с опаской и настороженностью. Наверно, просто мужчины – редкое явление в доме малютки, если только врачи. Таня старалась найти к нему подход, при этом подключала и меня в их игры. Мы привыкали друг к другу и с каждым днем становились ближе.

Через два месяца Таня встречала меня с работы радостной вестью: Лёшка сказал слово: «Мама» и повторил наглядно для меня, чтобы я убедился. Я видел, как в этот момент у Тани блестят глаза от сдерживания слез радости. Она счастлива, и я вместе с ней, вернее, вместе с ними.

Мама подняла всех врачей «на уши» и через полгода Лёшку прооперировали. Современные методы лечения позволили навсегда избавиться от порока сердца. С анемией и аллергией мы тоже удачно вступили в бой. Теперь наш сын практически здоровый малый. Отстает только в весе и росте, но это поправимо. Как говорит моя мама: «Были бы кости, а мясо нарастет». Родители полюбили Лёшку, как родного внука и он стал понимать, что у него есть семья. Большая и дружная.

Благодаря Таниным ежедневным занятиям, Лёшка стал произносить больше слов и перестал быть замкнутым. На детской площадке уже охотно играет с другими детьми. Он растет, меняется его внутренний мир.

Однажды, гуляя с ним в парке, я отвлекся, и услышал, как Лёшка бежит ко мне и зовет меня:

– Папа, ава.

Вслед за ним бежала маленькая собачонка, но для него она в этот момент была всемирным злом. Он бросился от страха в мои объятия и крепко обнял меня. Это был самый трогательный момент, связанный с Лёшкой. Я его обнимал и не верил своему счастью. Так и хотелось произнести фразу волка из мультфильма: «Ну, наконец-то, папа, а то всё мама да мама».

Эпилог

Сегодня наша десятая годовщина свадьбы с Таней. Решил сделать ей подарок – вручить эту книгу. Писал ее каждую свободную минутку на работе и когда она была полностью закончена, я, пользуясь своим служебным положением, заказал единственный печатный экземпляр в своей типографии. И вот, в этот знаменательный для нас день, я вручил книгу своей жене. Хочу, чтобы она узнала, как зарождалась моя любовь к ней, как я постепенно узнавал ее и влюблялся. Наш путь навстречу друг другу был непростой, долгий, но мы прошли его вместе, всегда держась за руку.

На обложку, кстати, я решил поместить свою реальную фотографию, не из интернета, ведь это подарок моей жене. Хотелось запечатлеть себя для нашей истории в самом начале развития наших отношений.

Долго думал над названием этой книги. Сначала были варианты: «Одинокий мужчина желает познакомиться», потом «Ищу тебя». Но всё было не то. Ведь по сути, я никого не искал. По крайней мере, уж точно не искал любовь. Просто в нее уже не верил.

Всегда думал, что можно полюбить всего один раз в жизни. Но сейчас понимаю, что я ошибался, любовь бывает разная. И с ней можно столкнуться в любом возрасте и в самом непредсказуемом месте. Она не спрашивает, ждешь ты ее или не веришь? Она просто приходит к тебе и ты погружаешься в нее с головой, наслаждаясь каждой минутой.

Бывает первая любовь – зачастую наивная, чистая и по большей степени надуманная. Здесь играют свою роль гормоны, воображение и предвкушение чего-то неизвестного и загадочного. Ты ждешь, мечтаешь, идеализируешь. Всё происходит в первый раз, поэтому по-особенному западает в память.

Есть любовь яркая, страстная, горячая. Такая была у меня с бывшей женой. Здесь тоже работают флюиды, гормоны, тестостерон. Ты рисуешь себе яркую красочную и иногда выдуманную картинку и тоже живешь предвкушением, что так будет всегда. И в принципе, если это изображение совпадает у обоих партнеров, то эту любовь можно сохранить на долгие года.

Встречается любовь осознанная, цельная. Тут уже любишь и сердцем и душой. Видишь недостатки партнера, но миришься с ними, потому что понимаешь, что идеальных людей не бывает. И хороших качеств в данном человеке больше. Тебе комфортно, уютно с ним. Рядом с ним ты ощущаешь себя в безопасности. Здесь уже работает осознание и понимание, что возможно, это и есть твоя вторая половинка, твоя надежда на простое тихое семейное счастье. Всё это на подсознании и ты не понимаешь, почему тебя так тянет к этому человеку. Просто, в какой-то момент, он становится родным, любимым, твоим. Такую любовь я испытываю к своей Танюше.

А есть любовь настоящая, искренняя, непохожая ни на какую другую. Она не зависит от отзывчивости в ответ. Это родительская любовь. Детей любят ни за что-то, а просто потому что они есть. Слава богу, я испытал на себе и это чувство. И не только благодаря своему сыну.

Когда Лёшке было пять с половиной лет мы ездили всей семьей отдыхать на море. Оттуда привезли нашу малышку. Но я об этом не знал и не догадывался целых три с половиной месяца. Когда Таня на мой день рождения вручила мне коробочку с положительным тестом на беременность, я не мог поверить своим глазам. Честно сказать, даже боялся радоваться и обнадеживать себя вновь. Уж слишком тяжело потом разочаровываться. Но Таня была в этот раз на удивление спокойна. Кризисный срок беременности уже остался позади, но мы всё равно очень настороженно отнеслись к ее положению. Таня около трех месяцев в сумме за всю беременность пролежала в больнице на сохранении. Мы много раз ходили с ней в церковь, и бог нас услышал. Он послал нам дочурку с такими же красивыми как у Тани изумрудными глазами. Так, в сорок четыре года я стал дважды отцом.

Конечно, не буду врать, держать свою родную дочь на руках это совершенно другие эмоции. Во-первых, это девочка, к ней какое-то особое мужское отношение. Трепет, обожание и гордость за свое милое создание. Во-вторых, невероятные ощущения оттого, что в ней течет твоя кровь. Ну и тот факт, что мы так долго ее ждали и, наконец, дождались, накладывает свой феерический эффект. Не передать словами какой ты испытываешь восторг, изумление и кайф! Твоя долгожданная мечта сбылась, что может быть круче?

Сразу скажу, Лёшку я люблю не меньше, но он пацан, с ним так не потискаешься. Он больше мамин сын, у них с Таней особая налаженная связь. Но иногда он и мне доверяет свои чисто мужские секреты.

Когда мы узнали о Таниной беременности, мы сразу с ней обсудили, что рождение малышки не повлияет на наше отношение к Лёшке. Мы не станем его меньше любить. Почему-то есть уверенность и понимание, что без него у нас бы не родилась дочь. Дочь нам дана в награду за сына. Мы должны были пройти этот тернистый путь к своему счастью и Лёшка – это часть нашего пути. Он был нужен нам, мы – нужны ему. Уже не представляю свою жизнь без него, ведь он всецело занимает полноправную и яркую часть нашей жизни. Как и наша малышка. Лёшка в ней души не чает. Они такие разные с ним, но при этом такие родные и близкие люди. Мы рады, что они есть друг у друга. Лёша – ее главный защитник и надеемся, что так будет на протяжении всей их жизни.

В десять лет мы рассказали Лёше, что он приемный, но мы его безмерно любим и он всегда будет для нас единственным сыном. Он стойко принял эту информацию, хотя даже и предположить об этом не мог. Но в нашей семье все построено на доверии и честности. Мы с ним были откровенны, и он это оценил.

Внешне он так и остался непохожим на нас – русый парень с голубыми глазами, но у него появилось много знакомых жестов и привычек от меня, от Тани – он перенял мимику. Поэтому, для нас он родной от макушки до пят, ведь мы видим сейчас в нем так много наших общих черт.

Нашу оловянную свадьбу с Таней отмечаем в ресторане. Пригласили родителей, друзей, Таниных родственников. Именно в этот день захотелось праздника, собрать всех за одним столом. Ведь на протяжении этих десяти лет все эти близкие нам люди были рядом с нами. Поддерживали нас, вдохновляли, радовались и огорчались за компанию.

Нам кричат с Таней «Горько» и мы целуемся под шумные аплодисменты. После садимся за стол, и я пробегаю быстрым взглядом по гостям. Мои родители при любой возможности сразу обнимают своих единственных и долгожданных внуков. Танины родители разговаривают с ее сестрой и зятем. Лёшка старший, мой друг, нежно обнимает свою жену. Вадик сидит с новой очередной девицей, но не могу сказать, что с ней он по-настоящему счастлив. Просто заполняет ей пустое пространство в сердце. Одиннадцатилетний сын бегает со своей пятилетней сестричкой в догонялки по залу, изредка попадая в руки готовых баловать и тискать бабушек и дедушек. Каждый из присутствующих получил от жизни чего хотел или чего заслужил.

Я переплел под столом наши с Таней пальцы. Посмотрел на нее и улыбнулся. Однозначно, теперь я верю в любовь! Я нашел ее, мою такую поначалу колючую Танюшу. Но сердце не обмануло, оно сразу почувствовало, что этот колючий ёжик превратится со временем в прекрасный, правда, иногда все равно колючий цветок Синеголовик. И я теперь, как начинающий флорист, не могу налюбоваться ее красотой: внешней, душевной и внутренней. Таня боец! Столько испытаний выпало на ее голову, но она не сдалась, не опустила руки и теперь пожимает плоды своих усилий, стараний и любви.

Я снова улыбнулся, смотря на нее. Она словила мою улыбку, ответила тем же. Потом наклонилась ко мне и прошептала:

– Ромашка, я люблю тебя. Спасибо за твою любовь, опору и веру!

Я поцеловал ее. Плевать что мы уже давно не молодожены, я люблю, я любим и хочу каждую минуту проживать счастливо. Мы это право заслужили, в конце концов.

Я – ромашка, она – мой цветок Синеголовик, дети-цветы жизни, это ж целая клумба у нас вышла! Но уверен, что это только начало. Лет через пятнадцать-двадцать уже наши дети пустят новые ростки, и наша семейная клумба будет только расти и увеличиваться. По крайней мере, я этого хочу и я в это верю!