Текст книги "Не подведи меня, Ким Тэ Хо (СИ)"

Автор книги: Ярослав Яловецкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 9

– А хороший ракурс, – заметил я, глядя на экран монитора в кабинете дяди Чана.

– Ничего смешного, Тэ Хо. Ты хоть представляешь, какой будет скандал, если эта запись окажется в сети? Да еще это все произошло в нашем отеле!

Запись, которую я сейчас смотрел, представляла собой смонтированный клип в двух актах. В первом – пара молодых и, чего уж скрывать, красивых людей балуется различными запрещенными веществами. Причем лица начинающих актеров были прекрасно видны. Во втором – жаркий акт любви, причем снятый с такого хорошего ракурса, что можно было рассмотреть все интимные подробности их страсти. Казалось бы, ничего страшного, если бы не одно «но»: оба этих человека были далеко не простыми. Парень – восходящая звезда бейсбола, а девушка – как выразился дядя, была «пом-айдолом», знаменитой певицей, известной своей скромностью звали которую Минджу. Ее даже поддерживала какая-то псевдорелигиозная организация за пропаганду целомудрия.

– И сколько они просят?

– Пять миллиардов вон.

Я, конечно, не эксперт в курсе воны, но, прожив тут некоторое время, уже понимал, что это внушительная сумма, даже в вечнозеленой валюте.

– И они прислали это только нам?

– Насколько я знаю, да, – ответил дядя, откидываясь в кресле и потирая переносицу. – Скажи, Тэ Хо, это точно…

– Не я, – перебил я дядю, потому что, кажется, уже в десятый раз отвечал на этот вопрос.

Ну это был и правда не я. Хотя все факты говорили об обратном: последние, кто заходил в номер перед заселением этой «горячей» парочки, были именно ваш покорный слуга и тетушка – уборщица, проработавшая в отеле полжизни и пользовавшаяся безупречной репутацией. Но, как известно, никакая преданность делу не устоит, если тебе предложат деньги, способные изменить всю твою жизнь, а заодно – жизни твоих детей и даже внуков.

Можно было бы предположить, что кто-то из прежних постояльцев решил снять домашнее видео, но забыл камеру и, заметив удобный момент, попытался воспользоваться ситуацией. Однако номер простоял пустым всю последнюю неделю перед заселением наших актёров, а аккумулятор камеры, судя по всему, был слабый – вряд ли бы он продержался больше пары суток. К тому же камеры наблюдения вели круглосуточную съёмку, и по ним отчётливо видно: в номер никто не заходил.

– А тогда кто? Только вы заходили в этот номер.

– Не только мы, – пробормотал я, еще раз взглянув на удивительно удачный ракурс видео.

– А кто еще?

На этот вопрос я просто кивнул в сторону экрана, на котором все еще проигрывалось то самое видео.

– Племянник, ты издеваешься? Зачем им самим уничтожать свою карьеру?

– Да мне откуда знать! – буркнул я в ответ. – Ну и кто сказал, что они собираются уничтожать свою карьеру? Это видео они прислали тебе, дядя. А ты, даже если сильно захочешь, не зальешь его в сеть – тогда пострадает репутация «Тэхва Сеул Плаза». А шантажисту никто не мешает просто не выкладывать это видео в сеть, даже если ты откажешься идти на их условия. Да и что-то мне подсказывает, что ты, дядя, уже собираешься заплатить.

– Собираюсь, – спокойно признался он.

– Ну вот, – сказал я и замолчал, задумавшись. А случайно ли я оказался главным подозреваемым? Вряд ли. Я ведь вообще не приближался к этим ВИП-ам и их номерам с самого момента, как устроился. И вдруг – совпадение: именно меня отправляют именно туда. Как удобно. И с камерой тоже всё удачно сложилось – батарея слабая, долго работать не могла.

– Дядя, ты можешь проверить, кто меня послал на подготовку этого номера?

– А это тут при чем?

– Просто прошу – проверь.

– Ладно, я распоряжусь. Доложат мне, кто заведовал распределением персонала в тот день. А ты пока успокойся, Тэ Хо. Я тебе верю. Деньги меня волнуют не так сильно, я больше беспокоюсь за тебя. В отеле есть люди, которые больше подчиняются твоему отцу и брату, чем мне. И я уверен, они уже доложили об этой ситуации или, как минимум, собираются это сделать в ближайшее время, – подтвердил дядя мои опасения.

– Да я ни секунды в этом не сомневаюсь, – спокойно ответил я, еще больше убеждаясь в своей теории.

– Тэ Хо, знаешь, хоть мы и давно не виделись, ты сильно изменился, – сказал дядя. – Раньше бы ты просто закатил истерику.

– Я просто вырос, – соврал я. Ну не говорить же ему правду – что его любимый племянник решил свести счёты с жизнью после того, как понял, что его поймали на воровстве у компании. Подробностей я так и не выяснил, но вполне возможно, что и это было не случайно. Тем более мой новый «папаша» явно не здоров – и вполне возможно, что таким образом Тэ Хо просто решили вычеркнуть из списка наследников. Причём сделать это как можно быстрее.

– Хочется в это верить, – вздохнул дядя, доставая из стола пузырек с таблетками и быстро закидывая пару штук себе в рот. – Вот только что делать?

– Сколько у нас есть времени?

– Они дали нам три дня.

– Три дня – не так уж и мало, – сказал я, почесав затылок. – Пока не плати. Я попробую что-то придумать.

– Да что ты... – прервался он на полуслове, и я понял, что он все же подозревает меня и видит в моих словах лишь попытку выкрутиться из ситуации. Но я его в этом не винил – на его месте я бы подумал так же.

– Ладно, Тэ Хо. У тебя три дня. И я переведу нужную сумму.

– Спасибо, дядя. И еще – ты этой парочке уже сообщил?

– Пока нет, но собирался. Как-никак, они должны быть в курсе ситуации, раз это касается их. Иначе, если что, нас будут ждать еще большие проблемы.

– Пока не сообщай. Ну, как минимум пару дней. А потом скажи, что нам дали всего день на раздумья, – сказал я и двинулся к выходу из кабинета.

У двери меня поджидал глава службы безопасности отеля, уже, видимо, готовый схватить меня за шкирку и потащить… А вот интересно – куда? В полицию? Это точно нет. Вот только, увидев серьезный взгляд дяди Чана и отсутствие команды, он просто дал мне пройти.

Щеночки, котики, прогулки на лошадях и помощь больным детям – соцсети этой Минджу были забиты подобными постами, причем в таком кислотно-розовом оформлении, что у меня чуть кровь из глаз не пошла. Я бы ни за что не узнал в ней ту самую актрису из фильмов для взрослых, если бы не был уверен в этом на все сто. А вот и те религиозные сектанты, одетые в белое, среди которых и затесалась наша скромница. Впрочем, они тут точно ни при чем – раз уж выступают за целомудрие.

Но если отойти от ее собственных соцсетей, весь интернет был завален критикой этой певички. Ее ругали и за посредственные вокальные данные, и за скверный характер, а еще приписывали десяток романов – от коллег по цеху до богатеньких детишек, включая мою персону. Правда, никаких доказательств всему этому я так и не нашел. Слухи и ничего больше. И, скорее всего, так оно и есть.

А вот бейсболист Пак Джи Кун вообще не вел соцсетей. Вся информация о нем ограничивалась спортивными новостями, которые пестрели хвалебными дифирамбами «корейскому Микки Мэнтлу». Почему его так называли, я не знал. Видимо, Микки Мэнтл был какой-то известный бейсболист. Но кто он такой, я не представлял.

Мне как-то нужно найти способ поговорить с ними тет-а-тет. Как минимум, по их реакции я смогу понять, причастны они или нет. Конечно, есть ещё тётушка-уборщица, но эту часть я оставлю на совести дяди. Раз он так уверен в ней – пусть, если что, сам и отвечает.

Как оказалось, добраться до юного спортивного дарования Пак Джи Куна сейчас было невозможно. Он уехал вместе с командой в другой город на тренировочные сборы. И, судя по всему, вернется только тогда, когда срок ультиматума уже истечет.

Зато Минджу, в отличие от него, оставалась в Сеуле. Завтра вечером она должна была выступать вместе со своей айдол-группой на концерте «Звездный вечер», организованном одним из местных телеканалов NUTV. Это было не самое крупное мероприятие, но все же довольно популярное, с участием нескольких известных исполнителей. Проблема была в том, что на это шоу билеты не продавались вообще – оно проводилось по закрытым приглашениям.

– Тэ Хо, а я не подозревала, что тебе такое нравится, – услышал я голос Рисинки, когда она села за стол напротив меня в столовой для персонала.

– Да сам не думал, – ответил я, убирая смартфон в карман.

– Какой-то ты сегодня задумчивый. Неужто не хочешь прийти к нам на ужин?

Черт, ужин. А я совсем забыл, что обещал прийти сегодня к ним. И теперь сказать, что не смогу, было уже поздно. Почему на меня все свалилось разом? Просьба Ма Ри, этот инцидент с записью, и теперь еще Рисинка со своим папашей.

– Только не говори, что ты не сможешь, – она явно что-то прочитала на моем лице.

– Все в силе, – сказал я, наконец закинув в рот кусок жареной рыбы, которую сегодня подавали на обед.

Закончив с обедом, который я все же через силу втолкал в себя, я набрал номер дяди.

– Слушаю, племянник.

– Дядя, ты не можешь мне достать билет на завтрашний концерт «Звездный вечер» на NUTV, где выступает Минджу? И лучше, чтобы у меня был пропуск за кулисы, – сразу спросил я в лоб.

– Тэ Хо, надеюсь, ты не собираешься снова натворить глупостей, – с нотками тревоги в голосе ответил дядя.

– Нет, просто хочу с ней поговорить, так сказать, прощупать почву, но обещаю – ничего лишнего говорить не буду. Так ты сможешь?

– Смогу, смогу. Директор канала – мой старый приятель по гольфу, да и «Тэхва Групп» давно закупает у них рекламу. Так что скажу ему, что от «Тэхва Групп» будешь ты. Но напомню еще раз – только не натвори дел.

– Все будет нормально, дядя, я обещаю.

– Хотелось бы в это верить, – явно не оценил мое обещание дядя. Но винить его за это я не стал.

На удивление, оставшийся день прошел спокойно, хотя я уже ожидал чего-то эдакого – раз все проблемы словно липли к моей несчастной тощей заднице. Но – ничего: ни наводнений, ни землетрясений, и даже недовольных сервисом теток я не встретил. Потому, закончив смену, мы с Рисинкой направились к ней на семейный ужин.

Рисинка жила в небольшом доме, расположенном прямо над забегаловкой. Заведение выглядело простым, без лишних украшений. Выцветшая вывеска с неброской надписью «Курица и кости» едва привлекала внимание. Правда, при чем тут кости – я так и не понял.

– Ну, курица – понятно, а почему кости? – задал я интересующий вопрос.

– Просто дядя днем подает соллонтхан, и он лучший во всем районе, – гордо сказала Со Хи.

Не знаю, что такое этот соллонтхан, но после ее слов мне даже захотелось его попробовать. Вот только время, было уже не обеденное.

Внутри все было так же скромно: около дюжины простеньких столиков с металлическими ножками, покрытых простыми клеенками, и пара вентиляторов на потолке, которые едва справлялись с духотой.

На открытой кухне шипело масло, а хозяин заведения – мужчина средних лет в фартуке – доставал из фритюра куриные ножки и обильно поливал их каким-то красным соусом.

– Дядя, а отец уже дома?

– О, Со Хи все же привела в дом жениха! А ну-ка, подойди, парнишка, дай-ка тебя рассмотреть поближе, – сказал он, подзывая меня широким взмахом большого тесака. Затем, выудив откуда-то из-за прилавка неразделанную курицу, со всего размаха отрубил ей голову.

– Да как-то не хочется, – ответил я, делая шаг назад.

– Дядя, ты опять…

– Черт Юн Сок, а я-то думал, зачем ты попросил купить курицу и обязательно с головой. А ты решил устроить свое представление, – вмешался еще один голос. Это был отец Со Хи, который появился на кухне, одетый в футболку и спортивные штаны.

– Да я же так, в шутку! Но скажи, хорошо же получилось – вон как он побледнел! – улыбнулся дядя Рисинки. Хотя, может, он и не был ей настоящим дядей, а просто другом семьи.

– Рад тебя видеть, Тэ Хо, – отец Рисинки протянул мне крепкую, жилистую руку.

Я поздоровался с ним, и мы втроем уселись за большой стол в углу. Этот стол был единственным таким в заведении и стоял немного в стороне от остальных.

– Шурин, ты главное не налегай, – сказал дядя Со Хи, ставя на стол две бутылки соджу и тарелку с чем-то, что выглядело как нарезанные кальмары в ярко-красном соусе.

– Да если бы и хотел – все равно бы не смог. Эта зараза мне не даст напиться, – он кивнул в сторону Со Хи, ловко открыл одну из бутылок, разлил соджу по рюмкам – как у нас говорят, до краев – и поднял одну из них.

– А мне? – вмешалась Со Хи.

– Тебе нельзя. Ты в прошлый раз уже свое выпила так, что мне пришлось краснеть перед отцом Тэ Хо, – с укоризной сказал он, а затем, осушив рюмку одним махом, добавил: – Кстати, передай ему еще раз мои извинения.

Я не стал тянуть и выпил свою рюмку следом. Да, я никогда не был большим любителем алкоголя, но бывают моменты, когда это просто необходимо. Да и трезвенником меня не назвать – я не против выпить, если есть повод. Главное – знать меру, чтобы не повторить судьбу моего настоящего отца.

– Я с ним особо не общаюсь, но если представится возможность, обязательно передам ваши слова, – ответил я, подхватив палочками кусок кальмара в густом красном соусе.

Вкусно, подумал я, закинув его в рот. Но буквально через мгновение ощутил, как огненная волна прокатилась по горлу и обожгла язык.

– О, смотрю, тебе понравился мой фирменный оджинго-боккым! – с довольной улыбкой произнес дядя Со Хи, хлопнув меня по спине и ставя на стол еще пару больших тарелок с закусками.

Отец Со Хи быстро налил мне еще одну рюмку, которую я моментально осушил, пытаясь сбить чудовищную остроту.

– Ну, дядя! – укоризненно сказала Со Хи, глядя на веселящегося родственника.

Честно говоря, я не был на него зол. Эта непринужденная обстановка семейного застолья мне даже понравилась. За последние годы моей прошлой жизни я обзавелся множеством партнеров и полезных знакомых, но все посиделки с ними начинались и заканчивались разговорами о делах. Правда, посередине мы все же обсуждали разные сплетни и костерили тех, кого с нами не было – куда же без этого.

Мне даже вспомнилось детство и те редкие моменты, когда мы всей семьей собирались за праздничным столом еще до смерти матери, после которой отец и начал сильно пить.

– Тэ Хо, чего улыбаешься? – посмотрела мне прямо в глаза Рисинка. Судя по ее виду, она успела немного выпить. Видимо, втихую подливала себе.

– Да так, – ответил я, пытаясь скрыть улыбку.

– Господи ты, боже мой! Только не говорите, что Со Хи жениха знакомить с родителями привела! – раздался громкий, трескучий, словно пила, женский голос со стороны входа в забегаловку. – Правда, он какой-то хилый. Вы бы его получше покормили что-ли!

Обернувшись, я увидел в дверях мадам, которой явно перевалило за пол века. Она была одета в кричащий розовый пиджак с блестящей отделкой, туфли на высоченных каблуках и с боевой раскраской на лице.

– Пан Джа, только тебя тут не хватало, – недовольно пробурчал дядя Рисинки.

– Не нуди! Я сегодня отмечаю удачную сделку, – сказала она, усаживаясь за столик к двум мужичкам, которые до этого тихо попивали соджу и обсуждали свои дела. – Ну что, мальчики, выпьем! Пан Джа угощает!

– Выпьем! – синхронно ответила парочка, сразу повеселев.

– Эй, женишок! А ты уверен, что справишься с нашей Со Хи? – крикнула она мне, явно уже успевшая немного «разогреться» еще до прихода сюда.

– Аджума! – возмутилась Со Хи, уткнувшись в свою тарелку.

– Что? Я тебе честно скажу: разница в темпераменте в постели может привести к печальным последствиям, – театрально драматическим тоном заявила Пан Джа.

– Она своего мужа в постели до инфаркта довела, – весело шепнул мне на ухо отец Со Хи, едва сдерживая смех.

– Вот-вот! А наша Со Хи входила в сборную страны! – гордо произнесла Пан Джа, кивнув в сторону стойки забегаловки.

Там, за прилавком, россыпью висели медали, несколько кубков и фотографии. На одной из них была и юная Со Хи, видимо в школьные годы. Она стояла в чем-то вроде кимоно с черным воротником, держа в руке золотую медаль и улыбаясь так, словно только что заполучила жирный тендер.

– Со Хи даже была в юниорской сборной Кореи, – продолжал шептать мне на ухо ее отец, явно гордясь своей дочерью.

Я не стал спрашивать, почему она забросила спорт. Это было не мое дело, да и выслушивать грустные семейные истории мне совсем не хотелось. Хотя, может, ничего там грустного и нет – просто завязала со спортом, решив сосредоточиться на учебе.

Кстати, еда в этой забегаловке действительно была вкусной. Даже эти до ужаса острые кальмары мне понравились. Надо будет Чон Ука угостить. Он ведь почти все время сидит дома.

– Нет, надо перестать о нем заботиться как о сыне, – усмехнулся я. А потом вспомнил, что у меня есть еще незаконченные дела на родине, которыми нужно будет заняться, как только я разберусь со всем, что на меня навалилось.

Через пару часов в забегаловке стало так тесно, что дяде Со Хи пришлось тащить стулья из подсобки – лишь бы всем хватило мест. Правда, самой шумной всё равно оставалась эта Пан Джа. Чуть выпив, она вытащила из сумочки колоду карт большого размера и начала гадать каждому желающему. Вскоре к ней даже выстроилась приличная очередь из тех, кто страстно хотел заглянуть в своё будущее.

– У тети Пан Джа настоящий талант, – сказала Со Хи. – Тэ Хо, давай она и тебе погадает.

– Спасибо, я в это не верю, – ответил я.

Честно, я никогда не понимал людей, увлекающихся всем этим. Но даже моя личная ассистентка Настя каждое утро находила в сети гороскоп – и на меня в том числе. Впрочем, работе это ей не мешало, да и превратилось в некий ритуал, с которого начинался наш рабочий день.

– Боишься? – каким-то образом услышала нас Пан Джа сквозь общий гул.

– Ничего я не боюсь, просто все это…

– Ну давай, Тэ Хо-оппа, – потянула меня за руку Рисинка и буквально притащила к ней. И откуда в таком маленьком теле столько силы?

– Ну что, начнем, – сказала Пан Джа, плавно перемешивая свою потертую колоду. Разложив карты веером, она замерла на миг, будто выбирая подходящий момент, а затем начала доставать их одну за другой.

– Первая карта – твое прошлое, – медленно произнесла она, переворачивая карту. На ней был изображен скелет на белом коне.

– Смерть, – пояснила Пан Джа. – Ты потерял что-то важное. Не человека, – себя. То, кем ты был. Твоя жизнь перевернулась. Старое обратилось в пепел, и уже не будет дороги назад.

Да нет, это совпадение, – хотя, – почесал затылок я, – с чего я вообще цепляюсь за привычную реальность? Если посмотреть на все, что со мной произошло, то уже можно ничему не удивляться.

Пока я размышлял, она уже тянулась за следующей картой.

– Теперь твоё настоящее, – её голос стал ещё драматичнее, когда она перевернула карту. На ней было изображено огромное колесо с таинственными символами и странными существами.

– Колесо Фортуны, – сказала она. – Непредсказуемость, перемены, проблемы, которые не дают покоя. Ты будто застрял в этом круговороте, не зная, куда тебя вынесет.

Ну, тут я был с ней полностью согласен – сам уже не понимал, куда всё катится и чем это в итоге закончится. Но как она попала в точку – просто поразительно.

Она достала последнюю карту и на миг замерла.

– А вот твое будущее...

На карте был фигура лежащая ничком, в ее спине воткнуты десять мечей. А над горизонтом – багровое небо.

– Десятка мечей, – Ты потеряешь того, кого хотел спасти. Это будет конец – резкий, бесповоротный. И ты останешься с этим. Один. Мечи в спине – не твои. Это ты их заносил… по глупости или по необходимости – неважно.

Вот же тетка умеет жути нагнать, – подумал я и, быстро откинув в голове все, что она наговорила, вернулся за стол, закинул в рот кусок острого кальмара и запил его рюмкой соджу. Прошлое, будущее – да какая разница?

Глава 10

– Добро пожаловать, господин Ким, – поприветствовали меня, как только я показал пригласительный, переданный мне дядей. После этого мне выдали бейдж особого гостя, который, по словам того же дяди Чана, позволит мне заходить куда угодно, разве что за исключением женских туалетов. Хотя, если потребуется, то и туда можно.

По расписанию айдол-группа Минджу под названием "Люмин", состоящая аж из пяти девушек, должна была выступать в конце вечера. Это дало мне время съездить домой и приодеться. Все-таки не дело наследнику конгломерата являться в обычной одежде, которую я ношу, чтобы не выделяться на работе в отеле.

– Господин Ким, мы высоко ценим сотрудничество с "Тэхва Групп". Меня зовут Ли Бо Ын, я менеджер по работе с особыми гостями. Позвольте сопровождать вас сегодня, – ко мне подошёл мужчина средних лет с аккуратной стрижкой и улыбкой во все тридцать два зуба.

– Мне сообщили, что вы хотели пообщаться с артистами, выступающими сегодня вечером. Думаю, я даже догадываюсь, с кем именно, – добавил он с многозначительным видом. – А пока, может, послушаем следующую исполнительницу?

Он многозначительно улыбнулся, словно намекая, что эта исполнительница должна мне точно понравится.

– Да, почему бы и нет, – ответил я, сверившись с часами на смартфоне и решив, что с сопровождающим будет даже проще. Да и послушать концерт тоже можно – времени у меня еще вагон.

Мы заняли места в партере, почти по центру зала. В тот момент, когда я разместил свой привилегированный зад в мягком кресле, свое выступление завершила группа каких-то женоподобных парней. На сцене стояло пятеро юношей с идеально уложенными волосами, в ярких разноцветных костюмах с блестками – Филипп Бедросович явно бы одобрил их стиль. Они делали прощальные поклоны под восторженные крики женской части аудитории, хотя общий прием был скорее сдержанным. Видимо, эти парни все еще только набирали популярность. Тем не менее, в первых рядах можно было заметить несколько поклонниц, размахивающих светящимися палочками и плакатами с их лицами.

Когда "мальчики-пальчики" скрылись за кулисами, свет в зале полностью погас, окутывая зрителей напряженной тишиной. На мгновение все застыло – лишь редкие вспышки света от телефонов и браслетов поклонников пробивались сквозь темноту.

Сцена озарилась резким светом, и в центре появилась девушка с длинными черными волосами и не менее длинными ногами – в высоких черных сапогах, коротких до неприличия шортах и полупрозрачном топе, едва прикрывающем белье.

– Вали со сцены, шлюха!

– Кто вообще додумался ее сюда позвать?!

Зал встретил ее, мягко говоря, прохладно. Особенно громкими криками отличилась большая группа чьих-то фанаток в одежде одинакового светло-голубого цвета, сидевшая почти в центре. Что им так не понравилось – я не понимал. Девушка выглядела вполне достойно, и пела она неплохо. А еще я удивился ее выдержке – даже под шквалом негатива она ни разу не повела глазом и продолжала выступать, будто ничего не происходит.

– Изыди, демоница-искусительница! – воскликнул кто-то из первых рядов, облачённый в белый костюм, – и этот внезапный крик окончательно меня рассмешил.

Чёрт, не знаю, кто она такая, но чтобы заслужить такой приём, нужно было сильно постараться. Интересно, что же она такого сделала, что её здесь все так «любят»?

– Наступи на меня, Сэйрин! – неожиданно закричал какой-то пухлый парень и рванул к сцене, но его тут же перехватили несколько охранников. Выступающая девушка, видимо, решив поддержать одного из своих немногочисленных фанатов, даже послала ему воздушный поцелуй, чем еще сильнее взбесила тех фанаток, которые ее освистывали.

"Черт, да я ее знаю!" – мелькнуло у меня в голове, когда я услышал имя девушки на сцене. Это же та самая певичка, которой приписывали роман со мной… ну, точнее, с Ким Тэ Хо. И, судя по словам моего отбитого братишки, это все было не только слухами. И, как в подтверждение моих мыслей, наши с ней взгляды встретились. В этот момент она хищно улыбнулась, но тут же собралась и продолжила выступать. Теперь мне стало ясно, что значила та улыбка менеджера, который сидел сейчас рядом.

Впрочем, меня это мало волновало. Если бы времени было побольше, возможно, я бы заглянул в ее гримерку.

Выступление закончилось так же, как и начиналось – свистом и ругательствами. Но Сэйрин, как ни в чем не бывало, поблагодарила публику, чем вызвала еще больший шквал негодования. Кто-то из той бешеной группы фанаток даже попытался прорваться на сцену, но охрана была готова к подобным выходкам. А та группа в белом вообще начала кидать в нее какой-то белый порошок – видимо, соль, чтобы "изгнать демоницу".

– Не обращайте внимания, это фанатки “Люмин”, – показал менеджер Ли в сторону группы в голубом.

– А эти кто? – кивнул я в сторону тех, что в белом, хотя уже сам догадывался: это же те сектанты, с которыми фотографировалась та самая Минджу.

– Ну, это… – замялся он. – Они представители организации "Обет Света". Они одни из спонсоров канала, так что мы не могли отказать им, – сказал он, будто извиняясь передо мной за их присутствие. Впрочем, если он и правда думает, что я встречаюсь с этой Сэйрин, то такая реакция вполне обоснована: пассию ключевого партнёра освистывают и закидывают солью прямо у него на глазах.

Ну точно, сектанты. А название-то какое… Хотя по их злобным рожам – им до света как мне до аскета.

– Знаете, что бывает, когда кто-то неразборчив в связях? – с явным намеком сказал я, решив таким нехитрым маневром все же как-то помочь этой девушке.

– Я обязательно передам ваши слова директору канала, – с виноватым видом сказал он.

– Вот это правильно, менеджер Ли. Так что я надеюсь на взаимопонимание, – улыбнулся я.

– И мы тоже надеемся на взаимопонимание и дальнейшее сотрудничество с "Тэхва Групп". Ну что, пройдем? Думаю, она будет рада вас видеть, – хитро улыбнулся менеджер Ли.

В том, что она будет рада, я сильно сомневаюсь – уж больно недобрый взгляд был у неё, когда она заметила меня в зале. Да и встречаться с кем-то, кто знал прежнего Тэ Хо, мне лишний раз не хотелось.

– Возможно. Но меня интересует другая персона. Вы знаете Минджу?

– Минджу? Вы имеете в виду ту Минджу? Но как бы… – махнул он в сторону фанаток.

– Да, ту самую. А что-то не так?

– Нет, господин Ким, все в порядке. Я сейчас проведу вас до гримерки “Люмин”. Они уже должны были прибыть.

На самом деле я собирался перехватить ее уже после концерта, но если он сам предлагает – грех отказываться. Да и сидеть в зале с этими чокнутыми фанатиками больше не хотелось.

– Да, и еще одна небольшая просьба. Не говорите ей, кто хочет ее видеть. Это сюрприз, – подмигнул я менеджеру Ли.

– Конечно, конечно, я вас понял, – с энтузиазмом ответил он, видимо, решив, что мы с ней действительно хорошие знакомые. А может, и больше. Тем более, желтая пресса уже приписывала ей роман с Тэ Хо.

Мы направились в сторону служебных помещений. Через пару минут мы уже стояли у двери с табличкой "Люмин".

– Я сейчас, – сказал менеджер Ли, уже собираясь постучать в гримёрку.

– Постой, – остановил я его, поняв, что в таком проходном месте нормально поговорить с ней у меня точно не выйдет. – Нет ли у вас тут уединенного местечка, где мы с ней сможем, так сказать, пообщаться без лишних свидетелей?

Не знаю, что он подумал обо мне в этот момент, но, видимо, ничего хорошего. Скорее всего, в его глазах я выглядел просто животным, не способным сдержаться. Да и тот факт, что Сэйрин находится здесь, только усугублял ситуацию.

– Уединенное место... – он посмотрел на меня, явно принимая решение.

– Да, менеджер Ли, место уединенное и тихое, чтобы нам никто не помешал. Ведь для представителя "Тэхва Групп" такое найдется, – воспользовался я своим статусом и надавил на него.

– Да-да, пройдемте, – сказал он, услышав волшебные слова "Тэхва Групп".

Поочередно он проверил несколько комнат и остановился на небольшом помещении, наполовину заваленном какими-то коробками – видимо, с реквизитом.

– Я скоро, господин Ким Тэ Хо, – сказал он и быстрым шагом направился в сторону гримерок, оставив меня посреди пыльных коробок.

"И это, по-вашему, олицетворение невинности?" – пронеслось у меня в голове, когда взгляд упал на почти раздетую девицу. Её невинное лицо никак не вязалось с вызывающим сценическим образом: мини-юбка и топ, едва прикрывающий пышную грудь как минимум третьего размера.

– Привет. Может, поговорим? – произнес я, улыбаясь.

– Тэ Хо... – пробормотала она, делая шаг назад. Но я был готов к этому и, сделав пару шагов, перегородил ей путь к отступлению.

– Менеджер Ли, не выйдете на пару минут? И проследите, чтобы нас никто не побеспокоил, – улыбнулся я ему. Он лишь кивнул и покинул подсобку, оставив меня и Минджу наедине.

– Чего тебе? Думала, ты связался с той шлюхой Сэйрин, – злобно выплюнула Минджу, и я невольно подумал, что Тэ Хо был тот ещё ходок. Будь я его возраста, даже позавидовал бы. Да и из этих двоих я бы тоже выбрал ту горячую девушку со сцены.

– Знаешь, я тут на одно видео наткнулся… с бейсболистом Пак Джи Куном. У него уже сорок тысяч просмотров, – сказал я, доставая смартфон и открывая страницу в популярной соцсети.

– А-да… – промямлила она, и даже через слой штукатурки, коим был сценический макияж, я заметил, как ее лицо побелело от страха.

Все правильно я подумал: ее рук это дело, вот только зачем? От ревности, наверняка. Но это был точно не ее план, а значит, за ней кто-то стоит. И у меня было только два кандидата – мои новые братец и сестра. Причем Е Джин я не меньше подозревал, чем Сон У, а на самом деле – даже больше.

– Да-да, вот, посмотри, – сказал я, протянув ей смартфон. Она взяла его трясущимися руками, а я нажал на экран, запуская видеозапись. На ее лице застыла гримаса непонимания.

Все было просто: на записи, которую я открыл, Пак Джи Кун эффектным ударом битой по мячу запустил его прямо на противоположные трибуны.

– Знаешь, я, наверное, теперь его фанат. Так выбить мяч... – усмехнулся я, забирая смартфон из все еще трусящихся рук девушки. – Но вижу по твоей реакции, ты ожидала там увидеть немного другое.

– Я… я не понимаю, о чем ты говоришь, Тэ Хо, – сказала она, видимо, собравшись с духом.

– Все ты понимаешь, моя дорогая, – приблизился я к ней и продолжил: – Скажи, где исходники той записи?

– Я еще раз говорю: я не понимаю, о какой записи ты говоришь Тэ Хо, – попыталась отодвинуть меня с прохода к двери, что, если честно, у нее почти получилось.

– Той самой записи, которая окажется в сети уже сегодня, если ты не скажешь, где оригиналы. А еще ты мне скажешь, кто тебя на это надоумил, – надавил я, прибавив в голосе жесткости.

И что с ней делать? Может, службе безопасности отеля передать? Хотя дядя на это точно не согласится – я уже понял, что он не особо любит идти на конфликты. Иначе бы и со мной вел себя куда жестче. А может, прямо сейчас попробовать… есть ли у меня хоть какая-то сила? – мелькнула мысль. Я посмотрел ей прямо в глаза и спросил:

– Где оригинал записи?

Меня пошатнуло, но я удержался в вертикальном положении, потому что держался за ее руки.

– У меня в телефоне. И больше нигде. Я что, дура, такое везде оставлять? Еще в сеть утечет – тогда моей карьере точно конец, – сказала она, будто это обычный вопрос.