Текст книги "Магия госбезопасности"

Автор книги: Ярослав Коваль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

И насторожился.

Она насторожилась тоже, хотя о происходящем в замке ей сейчас хотелось думать в последнюю очередь. Повернула голову, словно встревоженная птица, высвободилась из его рук и потянула ручку двери на себя.

Замок от крыши до подвалов наполнился характерными звуками внезапной паники: кто-то грохотал сапогами по деревянной лестнице, гремел металл, сталкивающийся с каменными стенами, мужчины перекрикивались, и в их голосах чувствовалось серьезное беспокойство.

– Что они говорят? – обеспокоенно спросил мужчина, застегивая ремень.

– На замок напали, – Кайндел распахнула дверь, высунула голову в коридор и прислушалась. – Ага, нападение. Я вроде все правильно поняла.

– Черт подери! … твою мать! … как вовремя!

Шреддер схватил меч, брошенный на стол, проверил кобуру с пистолетом и тоже выглянул в коридор. Рубашка была расстегнута, перевязь надета кое-как, но нелепо он не выглядел. Выглядел он страшно. И, когда обернулся, глаза его были жесткими, как будто прицеливающимися.

– Ты почему оружия до сих пор не взяла? – рявкнул на нее. – Что стоишь? Собирай ребят!

– Что ты так реагируешь? Нападают на местных, а не на нас, время есть…

– Вика, ты дура?! Ты думаешь, нападающие тут потусят и корректно сделают нам ручкой? А из офицеров ОСН здесь только я, Ирландец и Егерь, а он весьма средний маг. Собирай курсантов, быстро! И думай, как можно телепорт в наш родной мир поставить.

– Я не умею ставить порталы!

– Разберемся! Собирай ребят, я сказал!

Кайндел схватила свой меч и бросилась в соседнюю комнату, которую занимали Илья и Сергей. Правда, молодые люди уже были в курсе, что происходит нечто необычное – путаясь в ремешках кобуры, из комнаты выглядывал встрепанный Илья в одежде для тренировок. Он понял соратницу без слов, как и Сергей, торопливо переодевавшийся в глубине комнаты, и остальные курсанты, выглянувшие из своих комнат на шум.

А потом пространство дрогнуло, девушка качнулась, и лишь придя в себя на полу, поняла, что замок-то остался на месте, это она споткнулась и упала. А через несколько мгновений, когда уже встала на ноги и одернула одежду, осознала, что именно сшибло ее с ног.

В замке больше не осталось ни капли магии. Естественной энергии, которая наполняет собой воздух, воду, землю и вообще все, что есть в мире, оставалось лишь столько, чтобы человек чувствовал себя здесь более или менее комфортно. Однако применять магию можно было лишь за счет собственной энергии, что даже для самого мощного чародея могло стать опасно уже с третьего-четвертого серьезного заклинания.

– Что еще за дерьмо такое?! – крикнул Егерь, преподаватель магии, офицер ОСН. Он только-только вытащил артефакт, судя по всему, примеривался сотворить что-то масштабное и значимое.

– Блокировка магии, что еще! – ответила ему Кайндел, взглядом ища Шреддера. Но тот пропал. – Надо выбираться отсюда!

– Как?!

– Как-как… Сначала в парк, а там видно будет. Мы же не знаем, кто и насколько широко растянул эту блокировку функционирования магической энергии.

– Кто может поставить портал? – резко спросил Илья, проверявший обойму своего автомата.

– Никто! Я только могу попытаться связаться с нашими магами в Питере, чтоб они обеспечили нам перенос.

– Так свяжись!

– Но не здесь же. Мне и на более простую магию не хватит сил.

– Надо выбираться отсюда…

В коридоре стало тесно. Отодвинув с дороги Илью и Горо, который, как ни жался, занимал слишком много места, и мимо него можно было разве что протискиваться, заторопилась к выходу из коридора этого жилого этажа. Там была зала, где они собирались по любому важному поводу, оттуда можно было попасть и в столовую, и на террасу, открытую во внутренний двор, и в основную часть замка, где кроме нее бывали немногие курсанты. Оттуда же коридор вел в тренировочную залу со стеклянными стенами и красивыми створчатыми дверями в сад, сейчас густо покрытый снегом.

Уже на бегу девушка сообразила, что вряд ли за такое короткое время враг (кто бы он ни был) успел пробраться во внутренний двор замка. А значит, он либо еще за внешней стеной, либо между внешней и внутренней стенами, или уж – в самом худшем случае – бьются в стенах замка, на входе. У двери в общий зал она налетела на Шреддера, который легким, но уверенным толчком отстранил ее от себя и покосился предостерегающе.

– Поспокойнее, детка… Ты понимаешь, о чем там разговор идет?

Зала была переполнена народом, причем в большинстве своем – иавернцами, хотя среди них через пару мгновений девушка разглядела и соотечественников – трое курсантов, задержавшихся то ли в столовой, то ли в одной из тренировочных комнат, пытались пробраться к лестнице, ведущей на террасу. То ли они увидели куратора, то ли просто приняли наконец какое-то решение, только пробираться к лестнице они стали активнее, решительнее, и вскоре уже добрались до перил.

В зале стоял шум, однако разобрать что-то связное Кайндел было трудно. Она вытянула шею – и разглядела среди иавернцев Илванхада. Тот тоже заметил ее, то ли приветственно, то ли успокаивающе поднял руку и показал вбок. Она перевела взгляд. На террасе появился Иедаван, перегнулся через перила, подал своим людям какой-то знак, и часть их кинулась в один из коридоров, как на штурм крепостной стены. Потом заметил Шреддера и выглядывающую из-за его спины девушку, торопливо подошел.

– Каэндил, скажи своему лорду, что вам всем надо выбираться отсюда, – и кивнул на Эйва, чтобы собеседница не перепутала, о ком идет речь.

– Что случилось-то?

– На мой замок напали. После боя буду знать, кто. Но даже теперь не могу сказать уверенно, что среди нападающих не найдется тот, кому в радость будет убить тебя. Из-за твоего вмешательства в судебное дело ты стала здесь известна. Я не хочу твоей смерти.

– Как выбираться-то? – растерянно уточнила курсантка, машинально ощупывая пояс с оружием. – Откуда идет нападение?

– Я не знаю, почему и как внешнее кольцо стен было так быстро захвачено. Пока я не могу вам ничем помочь. Когда упадет полог «не-магии», я разрешаю вашим магам использовать любые чары для своей защиты. Замок потом можно будет отстроить, а жизни умершим не вернуть. Будь удачлива в бою, Каэндил.

И, повернувшись, ушел.

– Судя по тому, куда потянулись местные бойцы, именно там и образовался прорыв, да? – спросил Эйв.

– Сложно сказать. Если нападающие миновали внешнее кольцо укреплений, то за стенами самого замка они уже повсюду. Нет разницы, куда пробираться. – И она вкратце перевела мужчине все, что было ей сказано правителем.

– Ага… Так, давай, показывай, какие тут еще есть выходы наружу. Все наши здесь? Егерь, все здесь?

– Все!

– Лети тут? Она незаметная, может, и пропустил.

– Я здесь… – полушепотом напомнила о себе пушистая малышка, единственная из присутствующих не обеспокоенная тем, что, возможно, придется без верхней одежды выходить наружу, в холод и буран.

– Пошли. Веди, Айна!

Девушка действительно получше, чем остальные, разбиралась в закоулках замка, и, задумавшись на мгновение, вспомнила, что дверь наружу есть и в библиотеке, куда другие курсанты (да и офицеры тоже) почти не заглядывали. Первое время, приходя туда, Кайндел немало удивлялась, зачем нужна эта дверь. Потом подумала, что в случае пожара, наверное, это очень удобно, и есть шанс спасти от огня побольше драгоценных фолиантов. Но, как бы там ни было, дверь имелась, и ею стоило воспользоваться.

– Все всё взяли? – окликнул Шреддер, оборачиваясь. – Никого нет с пустыми руками?

– Нормально! – как всегда, за всех отозвался Илья. И, повернув голову к Кайндел, улыбнулся от всей души. – У антимагии есть и несомненное преимущество. Особенно для тех, кто не пропускал занятия на стрельбище. Это к вопросу о нашем прошлом споре.

– Ну прав был, прав, – пробормотала она.

– А вообще, как вариант, можно просто устроить круговую оборону, нас, извиняюсь, вообще никто не возьмет, особенно в условиях антимагии. – И любовно погладил автомат, висящий под рукой. – У меня и гранаты есть.

– Правильно, давайте уроним замок себе на голову, – отмахнулся Эйв, осматривая дверь в библиотеку. – Это сюда? Угу. – И толкнул ее плечом.

Внутри было темновато, светила только одна лампа из десяти – видимо, та, которой для свечения не нужна была магия. Немолодой иавернец, работавший при библиотеке, поднялся им навстречу, и, лишь разглядев Кайндел, опустил руку с арбалетом. Девушка успокаивающе подняла руки, а ее соотечественники тем временем деловито обследовали помещение.

Огромные шкафы из мощных досок занимали так много места, что огромная зала производила впечатление тесного, хотя и уютного помещеньица – в самый раз для вдумчивых занятий. Огромные окна, сейчас залепленные снегом сверху донизу, казались запыленными старыми зеркалами, от времени почти потерявшими способность отражать. Нашлась и дверь, тоже стеклянная и тоже заснеженная сверху донизу, плотно-плотно – ни одного просвета.

– Уходи отсюда, – на очень плохом русском языке произнес библиотекарь, гневно глядя в лицо Шреддера. – Найди другое место для того, чтобы биться.

– Мы не собираемся причинять вред библиотеке, – ответил тот. – Нам надо просто выйти наружу.

– Только выйти наружу, – повторила Кайндел на иавернском. – У тебя же есть ключ. Как думаешь, нападающие знают об этой двери?

Библиотекарь перевел на нее непроницаемый взгляд и несколько мгновений молчал, будто обдумывал, стоит ли делиться своим мнением с нею.

– Тот, кто нападает на замок, должен знать о нем все.

– В таком случае, кто-то наверняка пройдет здесь сегодня. А если мы засядем за дверью, между стеной и сараем, то шансы на это станут меньше.

Еще одна пауза, и чуть больше интереса в глазах.

– Может, так. Но вы просто замерзнете снаружи, в снегу.

– Постараемся не замерзнуть.

– О чем разговор-то? – уточнил куратор.

– Сейчас, он найдет ключ.

– Ключ не надо искать. Вот, – и библиотекарь показал на связку у пояса.

Когда замок скрипнул под его пальцами, дверь буквально отшвырнуло внутрь. Всех окатило густым облаком снежной пыли, мгновенно захрустело, а потом потекло в ботинках, и воротники курток сразу показались жгучими и колкими. Мощный поток мата стал ответом зимнему ветру, пожалуй, только Кайндел и Лети удержались от восклицаний, но лишь потому, что их обеих случившееся не напугало совершенно. Пушистая иномирянка лишь слегка прижмурила глаза, а ее подруга даже как-то приободрилась от потока свежего, пусть и студеного ветра в лицо.

Холода она не чувствовала.

Оэсэновцы выскочили наружу и мигом разбежались по крошечному дворику, который с одной стороны ограничивала стена шестигранной башни, а с другой – каменная низенькая постройка со всяческим садовым инвентарем. Ноги вязли в снегу, которого, несмотря на дневные усилия работников (а они, к удивлению гостей замка, разгребали дорожки даже под густым снегопадом, хоть это казалось совершенно бессмысленным занятием) навалило очень много, порывы ветра то и дело норовили сбить с ног. Но, к счастью, пространство, где ветер мог разгуляться, оказалось невелико. В закутках под стенами было не так ветрено, можно было что-то рассмотреть, потому что снег не залеплял глаза, и, прижавшись к холодным обледенелым камням, мужчины с энтузиазмом взялись за огнестрельное оружие.

За спиной Шреддера, словно прячась там от холода, пристроилась и девушка.

– Блокировка еще не снята? – крикнул он ей – иначе было не слышно.

– Нет. На месте.

– Значит, надо выбираться за пределы внешней стены…

– Подходят! – гаркнул Илья, притулившийся под стеной сарая (проход между ними оказался узким, метров пять-шесть, едва ли больше, и перекрикнуться можно было вполне). Крикнул и пару раз выстрелил в белую круговерть.

Кайндел подивилась – что он мог там увидеть? Высунулась было из-за плеча Эйва, но мимо что-то коротко свистнуло, она опрокинулась назад, не думая, на одном инстинкте, и лишь плюхнувшись в снег, сообразила – это была стрела. Оглянулась – видно было плохо, но, судя по всему, никого не задело. Лети, всюду следовавшая за ней, прижималась к стене, не высовывалась, и в ответ на ее взгляд лишь сдержанно блеснула глазами.

– А я вижу, – сказала она. – Вот там человек.

Словно следуя ее указанию, Шреддер легко вскинул автомат и полоснул очередью в проход между двумя стенами. Справа тоже застрекотало, причем густо, хотя большинство, похоже, стреляло вслепую. В ответ гуще полетели стрелы, и девушка пожалела, что под рукой нет хорошего щита. Пуля из автомата, может, и получше оружие, чем стрела с тетивы, однако и стрелу не хочется получать. Тем более с короткого расстояния и с тетивы мощного лука.

– Почему ты не стреляешь? – рявкнул на нее Эйв.

– Я не вижу ничего!

– Я тоже не вижу, ну и что?

– Я буду стрелять, – Лети извернулась, да так ловко, как ее подруге вряд ли удалось бы даже при ее немалой гибкости, и выставила из-за ее спины свой крошечный пистолет системы «Смит-Вессон 39», самый маленький, какой удалось найти под ее руку.

– Много ты настреляешь, – буркнул Эйв, перезаряжая, но Лети его не услышала. – Эй, берегите патроны!

Ненадолго прояснилось, ветер чуть стих, снегопад стал реже, и на темно-сером фоне прохода проявились, как на негативе, фигуры людей. Кто-то из них нес с собой щит, кто-то был вооружен высоким луком, впрочем, все равно видно было очень плохо, и даже просто оценить, много ли их там, и сколько уже погибло под пулями, а если никто не погиб, то почему. Как только улучшилась видимость, активнее застрекотали автоматы, и лучники, передвигая колчаны на бедре, чтобы удобнее было выдергивать стрелы, чаще стали спускать тетиву.

Кайндел почувствовала себя совершенно ненужной. Магия все еще не давалась ей, видимо, блок не слабел, и она могла лишь наблюдать, потому что понимала – со своим пистолетом только помешает. Пока не дошло до рукопашной, оставалось лишь ждать. Да и будет ли от нее особый толк в рукопашной – большой вопрос.

– Беречь патроны, я сказал! – снова гаркнул Шреддер.

Стрельба стала чуть менее активной. Стрелы, впрочем, сыпали, как прежде.

– Что там с магией? – крикнул он после паузы, и девушка поняла, что вопрос к ней.

– Ничего.

– А они не слишком-то охотно лезут сюда! – Илья успевал и целиться, и поглядывать по сторонам с оживленной улыбкой, теперь это стало заметно.

– Ты бы полез? – спросил у него Сергей, тоже, как и Кайндел, пока бездействующий.

– Если б я жил в Иаверне, то сперва бы, наверное, не понял, что это такое. И вообще, ты бы не болтал, а молился.

– Слава Господу, и сам могу сообразить, что и когда мне делать.

Особо точной прицельной стрельбы не получалось, и все потому же. Метель не стихала, лишь время от времени становилась то слабее, то вновь сильнее. Вихри и потоки снежинок то завивались в кольца и спирали, следуя возродившемуся ветру, то принимались беспорядочно метаться, расталкивая друг друга, а иногда просто спокойно падали вниз. Чем спокойнее было их движение, тем легче становилось рассматривать нападающих, и тем увереннее отстреливались курсанты и трое офицеров.

Даже плохо знакомые с огнестрельным оружием иавернцы (если они действительно толком не знали, что это такое) быстро сообразили, чем опасны засевшие во дворике чужаки, и то ли отступили, то ли попрятались по подходящим укрытиям. Деревья росли совсем недалеко от прохода между стенами, и их вполне можно было использовать как укрытие. Заметив, что враг куда-то подевался, Эйв опустил автомат и рявкнул:

– Пауза! Кто что видит-то?

– Я вижу, что куратор переиграл в компьютерные игры!..

– Илья, прибью! Не языком работай, а глазами.

– Они отступили, – подсказала Лети, которой мельтешение метели мешало смотреть столь же мало, как и темнота. Умением видеть в темноте она уступала кошке, но ненамного, стихия же вроде дождя, снега или тумана ей смотреть не мешала совершенно.

– Далеко отступили-то?

– За деревья.

– …твою мать, нам ведь отсюда как-то выбираться надо! – выругался Шредер. – А не просто держать оборону.

– Без щитов нечего и думать туда соваться, – бросила Кайндел.

– Эй, парни, в библиотеку, быстро. Выломайте там либо полки, либо столешницы, ну, словом, что-нибудь деревянное. С книгами покорректнее!

– А дверь?

– Как ты ее тащить-то будешь, баклан? Обняв, как подружку?

– А что такого? Я буду тащить, ты – стрелять…

– Нехило устроился…

– При чем тут «устроился»? Я готов собственными руками рисковать, а ты…

– Отставить посторонний свист! Распоясались!

Ребята заныривали в приоткрытую дверь библиотеки, как в долгожданную натопленную землянку, однако обратно выскакивали быстро. Один притащил даже настоящий кулачный щит, двое других выволокли целый стол, не потрудившись отломать у него ножки, еще один, поднатужившись, тянул широченную и длинную доску – слишком грубую для полки, однако же откуда-то взявшуюся в библиотеке. Следом выглянул и библиотекарь. Он уже успел облачиться в кожаный доспех, сжимал в руке арбалет, а другой придерживал колчан с болтами у пояса.

– У меня больше нет ни одного щита, – крикнул он, глядя на Кайндел и, наверное, потому предпочитая не мучиться с чужим, плохо знакомым языком. – Но можно снять со стен старые щиты Редданагара и Саевана, старых лордов.

– Спасибо, но реликвии, наверное, стоит поберечь, – ответила она, лихорадочно соображая, как бы ответить повежливее. – Мы обойдемся.

– У меня есть запас болтов, но арбалет всего один.

– Что он говорит? – Эйв осторожно подтолкнул ее в бок.

– Предлагает помощь.

– Скажи, что мы ему благодарны.

– Я уже сказала.

Он покосился на спутницу с усталой, но все-таки задорной усмешкой.

– Ну вот… Хотел отдохнуть…

Кайндел поняла намек, вспыхнула и отвернулась.

– Ну, что поделаешь…

– Ничего не поделаешь, верно, – Шреддер вытащил предмет, в котором его спутница не сразу опознала гранату, и принялся возиться с ним. – Ты в платье-то не замерзнешь?

– Нет.

– Где там эти, иавернцы? Не выглядывают?

– Пока нет, – ответила Лети.

Ветер почти стих, и теперь снег падал крупными хлопьями, которых становилось все меньше и меньше. Пространство немедленно обрело объем, стала видна изрядная часть парка, выбеленные деревья и кусты, больше напоминающие сугробы необычной формы, истоптанная прогалина, уверенно обретающая девственно-белую чистоту, и в отдалении – темные фигурки людей, хозяйничающие у вспомогательных садовых построек. Илья поднял автомат, но то ли патронов у него оставалось маловато, то ли по какой-то еще причине стрелять по ним не стал.

– Правильно, это могут быть и просто рабочие, – одобрил Эйв, и девушка поняла, что даже такие мелочи он замечает, хотя, казалось бы, поглощен только своей гранатой.

– Просто рабочие очень легко превращаются в просто бойцов. На Иаверне нет ни одного здорового, взрослого мужчины, который не владел бы оружием и засомневался бы при необходимости пустить его в ход.

– Это могут быть и свои. В смысле, люди Иедавана. Отсюда же не видно… Как там блок?

– Как был, так и есть.

– М-да… А ведь меня специально сюда отправили, чтобы отоспался и все такое. Завтра за мной явятся, заберут… И снова в бой…

– Слушай, а ведь мы могли бы укрепиться где-нибудь в замке да и ждать до завтра…

– До завтра нас успеют раз пятнадцать перебить, причем очень изобретательно. Ты знаешь поблизости какие-нибудь поселения?

– Ну, три или четыре поселка видела из окна…

– Уже неплохо. Плюс в том, что ты знаешь местный язык.

– За местную я не сойду. Потому что знаю только общеупотребительный, так называемый «книжный» язык Иаверна. Но ни одного местного наречия. Это как если бы у нас на родине я разговаривала исключительно на старославянском. Или даже лучшее сравнение – если бы во времена позднего средневековья во Франции знала бы только и исключительно правильный французский.

– Что в этом такого? Разъясни, а то я в истории не силен.

– Я производила бы впечатление человека без родины. Классический французский родился из парижского наречия, при этом у каждой области был еще и свой язык. Зачастую те же лангедокцы или перигорцы из низов общества язык парижской знати вообще не понимали.

– Забавно.

– Идут! – негромко предостерегла Лети.

С другого края двора тоже что-то заметили, Сергей толкнул Илью в бок, тот насторожился, вытянул шею – и едва успел опрокинуться, пропуская мимо себя стрелу, которая ударилась в край столешницы. Стол придерживал одной из четырех рук Горо, единственный из всех курсантов облаченный в кольчужку (классической кольчуги на него изготовить не смогли, поэтому сделали нарамник с ремешками, пропущенными подмышками). Он же небрежно выдернул из дерева стрелу и с натугой поднял перед собой стол, держа его за нижние ножки.

– Приготовились! – крикнул Шреддер и швырнул гранату далеко в проход. И прижался спиной к стене.

Кайндел показалось, будто покачнулась земля. Она сжалась, рядом с ней с тихим писком повалилась на землю Лети, прижимая к себе свой пистолетик. Несколько старых деревьев упруго качнулось, разбрасывая вокруг хлопья снега, превращающегося в воду, вместе с землей щедро во все стороны сыпануло крупную щепу, обломки и брызги грязной воды. Несколько веток, обтряхнутых от снега, швырнуло и во дворик, где засели оэсэновцы, но никого, разумеется, не задело.

– Елки-палки! – выдохнула девушка. – Это что ж такое? Противотанковая, что ли?

– Противопехотная, детка. Незачет тебе по предмету… Держись за мной.

Оэсэновцы выскочили из укрытия и бросились в парк, увязая в глубоком снегу. Впереди бежали Горо со столом в вытянутых руках и трое парней, тащивших длинную доску. Тот курсант, которому повезло стать обладателем настоящего щита, старательно прикрывал сразу двоих товарищей и потому бежал медленно и скособочившись. Стрелы в них полетели не сразу, видимо, нападающие никак не ожидали противопехотной гранаты, а потому замешкались. А может, они просто ожидали еще одной и на всякий случай решили пересидеть в укрытии.

Но через пару мгновений, сообразив, что теперь речь идет о простой, всем понятной атаке, без всяких там чужеземных штучек, встретили противника шквалом стрел. Луки нападающих, хоть и не такие мощные, как средний арбалет, со столь малого расстояния действовали не менее эффективно, чем автомат или пистолет. Стрела просто прошибла бы человека насквозь, и единственное преимущество автомата перед луком состояло в простоте обращения с ним. И в быстроте ответной реакции, пусть и на бегу.

Кайндел сперва, как и было ей велено, держалась Шреддера, однако очень скоро, уворачиваясь от других бегущих и от стрел (они свистели мимо, конечно, но инстинкт был сильнее разума, и девушка отшатывалась прочь от угрожающего звука, а потом кидалась в другую сторону, и так до бесконечности), отстала от куратора. С собой у нее не было автомата, только легкий ПМ, с которого осмысленно стрелять только прицельно, то есть не на бегу. К тому же сейчас она уже стреляла из него, сбилась со счета и не помнила наверняка, сколько патронов осталось в магазине.

Очень кстати рядом оказалось дерево, и курсантка нырнула за него, спасаясь от стрел, так и секущих воздух. Обстрел ненадолго стих, звук снежного хруста под сапогами дополнил шум схватки, и она высунулась было из-за ствола, решив, что, по идее, надо бы тоже принять участие, но едва успела спрятаться обратно – наконечник стрелы едва не обжег щеку.

Прижалась спиной к колкой коре и попыталась разобраться с пистолетом. Краем глаза почувствовала недобрый взгляд, и одновременно с поворотом головы повернула в ту сторону и оружие. Пули оказались быстрее, чем руки опытного лучника, и толчок в грудь опрокинул иавернца раньше, чем он успел отпустить тетиву, потому стрела ушла в землю. Однако он был не один, и, спасаясь от очередного выстрела, девушка бросилась в снег и откатилась в сторону, за другой ствол, надеясь, что не завязнет в сугробах.

Ей повезло, и Кайндел спряталась за сравнительно узким стволиком, надеясь, что с другой стороны не притаилась пара-тройка лучников, которые сейчас с удовольствием поупражняются на ней в меткости. Однако, осмотревшись, убедилась, что проблема не решена, потому что от своих она удалилась, и теперь бой шел где-то в отдалении, справа, но именно туда путь ей перегораживали вражеские лучники, а значит, похоже, ей придется остаться один на один с несколькими опытными воинами.

Причем без магии.

«Никудышный ты боец, скажем прямо, – подумала она. – Вот какой от тебя, к примеру, сейчас толк?»

Она огляделась и к своему огромному облегчению заметила в десятке шагов от себя высунувшегося из-за куста Илью с автоматом наперевес. За ним смутно маячил Горо. Девушка подалась было в его сторону, но предостерегающий свист и тупой звук удара наконечника о дерево заставил ее спрятаться обратно.

– Давай сюда! – громком шепотом крикнул Илья, яростно маша рукой. – Я тебя прикрою!

– Оба прикроем, – прогудел Горо.

Иавернский лучник попытался припугнуть и их, но из-за развесистого, упрямо держащего в объятиях пышные охапки снега смог лишь приблизительно вычислить их местонахождение и никого не напугал. Горо лишь слегка пригнулся, выставив нижнюю пару рук в стороны, будто хотел что-то схватить, и многозначительно помахал Кайндел автоматом.

Однако она не спешила бросаться бегом через открытое пространство. «Что ж они ко мне привязались-то?» – раздраженно подумала она. И тут ее осенило, что на нее, конкретно на нее вполне могут охотиться кое-кто из местных. Среди иномирян она единственная наглядная и очевидная женщина (Лети не в счет), отличить от прочих уроженцев Земли ее можно без труда. Может, нападающим действительно велено было присматриваться и по возможности пришибить чужачку-выскочку, чтоыб другим неповадно было лезть во внутренние дела иавернской короны.

Может, конечно, это и не так, однако вполне вероятно. Знатные лорды, которым она так здорово подгадила, могли и наверняка имели немало сторонников.

«Так, горячиться мы не будем», – приказала она себе, вжимаясь в ствол, потому что до нее, выглядывавшей из-за дерева хоть частично, но зато с обеих сторон, явно пытались хоть как-нибудь, но достреляться. И привычно обратилась к своей магии, потому что здравый смысл, предостерегавший от чрезмерного расхода личной жизненной энергии, на этот раз запоздал.

Магии не было, блок держался прочно. Однако она смутно ощутила какую-то слабину в окружающей ее антимагической системе, и решительно потянула за нее, как за ниточку в узелке. Действуя наитием, как всегда, девушка в этот момент не думала ни о чем, и даже опасность попасть под стрелу, которая с такого расстояния прошьет ее, словно лягушку, потеряла свою остроту в ее глазах. Только одно шло в расчет – ей хотелось и непременно нужно было подняться чуть выше.

– Мне надо забраться на дерево! – крикнула она Илье. – Прикрой меня.

Тверичанин с недоумением посмотрел на заснеженную крону.

– Ты в своем уме?

– Какая разница? – она испытала невиданную вспышку совершенно иррационального раздражения, и в глубине сознания подивилась сама себе. – Прикрой, говорю.

Молодой человек снова посмотрел поверх ее головы, пожал плечами и кинул Горо автомат, сам же вытащил пистолет – отличный, хоть и тяжеловатый для руки Кайндел «Глок». Иномирянин подхватил брошенное оружие второй правой рукой и воинственно выставил дуло из-за куста.

– Готова? – крикнул Илья, подбираясь.

– Готова!

– Давай!

Девушка прыгнула, цепляясь за подходящую ветку, и почти одновременно из-за роскошного снежного куста на лучников выскочили двое оэсэновцев. Курсантка даже не знала, стрелял ли в нее кто-нибудь или почли за лучшее спрятаться от пуль, чем идти на верную смерть ради надежды попасть в нее. Она карабкалась на дерево, путаясь в юбке и мысленно проклиная иавернские традиции по части одежды.

Утверждаясь коленями на нижней ветке, курсантка поняла, в чем слабинка магической системы, и как именно надо «потянуть». Выполняя все эти действия, она, не останавливаясь, карабкалась все выше и выше, уже даже не прячась, потому что это было бесполезно – ствол истончился, и, чтобы в нее не могли попасть, надо было все время поворачиваться боком. Еще через пару мгновений Кайндел осознала, что снять блок на магию в целом не в состоянии – она может лишь «расшатать» его, чтобы самой безбоязненно обращаться к энергиям и оперировать ими.

Добравшись до самой удобной ветки, выдернула из-под себя подол, обхватила руками ствол; а в следующий миг в ее ладонь ударила-таки стрела, чуть более меткая, чем ее предшественницы. Девушка уже погрузилась в магию, поэтому не почувствовала боли, лишь толчок и неприятный холодок. Уже не боясь упасть, потому что воздух поддерживал ее, Кайндел дотянулась до стрелы и непринужденно выдернула ее из дерева и из тела. За наконечником щедро брызнула кровь, но быстро иссякла. Рассматривая ладонь, чародейка с любопытством следила за тем, как стремительно затягивается кровоточащая рана. А потом коснулась двумя пальцами ствола, и дерево медленно наклонилось к земле, позволяя девушке с удобством спуститься по себе на землю.

Ступив в снег, она посмотрела на лучников, прятавшихся от Ильи и Горо буквально в шести-семи шагах от того места, где опустило ее дерево. Эти опытные и уверенные в себе иавернские бойцы были бледны настолько, что сами казались отражением лежащего повсюду снега. Потом первый из них подхватил колчан и бросился бежать, а за ним – остальные, и в считанные мгновения отряд растворился в темноте ночи (которая больше не была для Кайндел непроницаемой) и между деревьев.

– Что это они? – удивился, подходя, слегка запыхавшийся Илья.

– Кажется, увидели во мне альва, – медленно произнесла девушка, с усилием выбираясь из мира магии, куда ее уже почти затянуло.

– Ну и чего?

Она пожала плечами.

– Не знаю…

Шреддер устроился прямо на снегу, уложив голову на несколько сломанных у ближайшей сосенки «лап». Кайндел подтянула под себя подол, устроилась рядом с ним, скрестив ноги. Остальные оэсэновцы разместились кто где – и на стволе поваленной ветром ели, и на охапках веток, и просто на снегу – те, кому повезло с одеждой. Морозец покусывал, но терпимо, потому что ветер стих, прекратился снегопад, и в лесу было бы вполне комфортно, если б у курсантов ОСН имелся хоть один приличный топор. Рубить дрова мечом и тем более автоматом – дело безнадежное.

– Ты точно не замерзнешь? – спросил девушку куратор, плотно кутаясь в куртку, тонковатую для местной зимы.

– Нет. И могу сделать так, чтоб не замерз и ты. Даже смог бы вздремнуть.

– Ага, а потом не проснуться.

– Нет, что ты. Все будет нормально.

– Ладно, давай, – с сомнением протянул мужчина, устраиваясь на лапнике поудобнее. – Блин, спальник бы сюда. Ватный. Толщиной с твое запястье.

– И так будет хорошо. – Она сосредоточилась, корректируя нужно заклятие под нужды Эйва. Последнее оказалось не так просто, тем более что действовать пришлось не на себя, а на другого, и результат сложно было проконтролировать. – Так лучше?