Текст книги "Собрание сочинений. Том четвертый"

Автор книги: Ярослав Гашек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 34 страниц)

3. Его воззрения на науку наивны в самом полном смысле этого слова. То же самое подтвердили и допрошенные свидетели, Катабаинос, его жена и прочие. Архимеда мучает навязчивая идея, что истинная наука основывается на законе о силе тяжести, но в римском своде законов нет на этот счет никакого упоминания. Будучи арестован в Таренто, Архимед чистил сточные канавы и болтал такие глупости, что его пришлось отпустить на свободу. В Сиракузах, как подтвердили и вышеупомянутые свидетели, его считали дурачком, там он «изобрел» некое колечко с веревочкой и камешком, который поднимал ввысь на пинию городского парка. Там он без всякого смысла чертил на песке разные круги и своей хозяйке – она торговала оливами, консервированными в меду – даже не удосужился помочь носить воду из колодца. Целыми днями валялся на грудах песка в саду дома № 1819 и на ворованном папирусе рисовал кружочки, кружки, потом какие-то значки вроде Δ – он называл их «треугольники» – и вроде □, напоминающими форму земли, эти он именовал «квадраты». Из прилагаемых свидетельских показаний явствует, что окружающим он надоедал разными глупостями, из которых наиболее дикими были его разглагольствования о том, что тело, погруженное в воду, легче на вес вытолкнутой им воды. Эту наивность он не позволял опровергнуть никакими доказательствами. Архимед полагает, что он великий ученый, по его мнению, Δ и □ прославили его имя во всем мире.

4. В ходе недавно проведенного обследования, у Архимеда были обнаружены физические недостатки в строении черепа, что служит признаком дегенеративности. Отмечено также, что Архимед обладает довольно живым характером, и это можно объяснить колебаниями его душевного состояния. Как стало очевидно в ходе обследования, уже с тридцатилетнего возраста Архимед страдает гигантоманией и навязчивой идеей, будто он – великий греческий ученый и изобретатель, так что общее его душевное состояние можно определить таким понятием как «поврежденный рассудок» в толковании § 46 лит. и римского уголовного права.

5. Поскольку манию величия и навязчивые идеи Архимеда приличествует считать помешательством ума согласно § 2 лит. «Б» римского уголовного права, наказанию он не подлежит.

6. Однако в связи с тем, что, будучи оставлен на свободе, он мог бы своей болтовней повредить общественному положению римских ученых и вообще как-либо иначе оказаться опасным, Архимеда следует отправить на обследование в институт для душевнобольных над Тибром.

Итак, Архимед умер десять лет спустя после падения Сиракуз. Не подлежит сомнению и тот факт, что в Сиракузах Архимед тоже рисовал свои о и О, свои Δ и □, равно как и то, что и там он составлял новые законы и теоремы. К счастью для учащихся наших средних школ, из этих его открытий не сохранилось ничего.

Запятая

Учитель Пилоун, преподававший в гимназии, обожал филологию, но коньком его была грамматика. Эту науку он любил до того страстно, что любая незначительная погрешность против нее приводила его в безмерное отчаяние. Можно даже утверждать, что так же как в глазах капиталиста человек – только миллионер, а для титулованного аристократа – только люди титулом не ниже барона, так и наш учитель Пилоун считал человеком только безупречного знатока грамматики. На прочих смертных он глядел со снисходительной усмешкой, в которой можно было разглядеть удивление и упрек: «Разве Вы тоже родились и существуете?» И в этом нет ничего странного: учитель Пилоун – и об этом следует упомянуть в его оправдание – был приверженцем старой школы и посему считал своим долгом несколько часов кряду посвящать внушению учащимся принципов грамматики, что, разумеется, после тридцатилетней практики не могло обойтись для него без определенных последствий.

Дважды, а то и четырежды в день учитель Пилоун совершал путь от дома до гимназии и обратно. На пути его неизменно возникал древний черного цвета дворец, к которому примыкала высокая стена такого же, как дворец, черного цвета.

Однажды утром задумавшийся учитель Пилоун шел в свою гимназию, и вдруг нечаянно взгляд его упал на черную высокую стену. На ней большими буквами не привычной к письму рукой было выведено:

Кто это прочтет тот дурак.

Подобных надписей учитель Пилоун перевидал великое множество, но ни одна не привлекла к себе его внимания. Он не заметил бы и этой, если бы она не выделялась столь резко на огромной черной доске.

Учитель миновал стену с надписью в полдень, потом она бросилась ему в глаза пополудни, и вообще эти буквы снова и снова влекли его к себе, нарушая стройный ход его раздумий.

Покидая после уроков школу, он в раздражении размышлял о том, какой малый, прямо-таки незначительный интерес проявляют ученики к законам синтаксиса. И почти уже забыл про надпись. Но когда он приблизился к стене, ему снова бросилось в глаза «Кто это прочтет тот дурак», что привело его в страшную ярость.

В это мгновенье у Пилоуна возникло желание вынуть платок и стереть надпись, но он рассудил, что, во-первых, – так он привлечет к себе внимание прохожих, а во-вторых, – не уничтожит надписи, поскольку это невозможно – буквы прямо-таки въелись в шероховатую поверхность стены.

Пилоун побрел дальше, проклиная в душе негодяев, которые устраивают на улицах подобные безобразия.

Впрочем, против надписи как таковой пан учитель ничего не имел, но его, как всегда, всякий раз задевало, что после фразы «Кто это прочтет» нету запятой, в то время как ей надлежало тут быть.

Весь вечер у него в мозгу возникала эта паршивая надпись с приметной синтаксической ошибкой.

Наутро учитель Пилоун решил попросту игнорировать надпись. Проходя мимо, он заставил себя отвернуться и смотреть в другую сторону. В полдень учитель думал поступить точно так же, но вдруг это показалось ему недостойным пожилого серьезного человека. И он снова отважно взглянул на пачкотню, которая обезобразила стену.

И снова у него возникло ощущенье, будто его ударило электрическим током, когда после фразы «Кто это прочтет» он не обнаружил запятой.

В конце концов Пилоун понял, что этими муками он сыт по горло. Однако отринул мысль ходить в гимназию окольным путем, по другим улицам, до тех пор, пока надпись не уничтожат время и непогода.

Но позволить противной фразе истерзать себя? Четырежды в день переживать такое чувство, будто тебя дергают за волосы? Нет, невыносимо…

В тот день учитель Пилоун после объяснений в классе почти машинально положил в карман кусочек мела. Он проделал это почти машинально, но где-то в его подсознании зрело непреклонное решение.

Подойдя к высокой стене, он остановился. Сколько лет он тут ходит, а ничего подобного с ним не случалось!

Мало того! В беспокойстве учитель Пилоун несколько раз оглядел улицу. Ее редко кто посещал, но все-таки сейчас промелькнуло несколько прохожих. Учитель переждал, когда они пройдут, расхаживая вдоль по улице, туда и обратно…

Наконец улица совершенно опустела, и пан учитель не выдержал… Сунув руку в карман, он с несвойственным ему проворством бросился к стене. Рука взметнулась вверх – и уже в следующее мгновенье наш учитель с достоинством зашагал дальше.

На стене отныне было написано: «Кто это прочтет, тот дурак».

И пан учитель успокоился.

Примечания

Четвертый том Собрания сочинений Ярослава Гашека представляет его творческое наследие 1918–1922 годов. Это был тот этап в жизни и творчестве писателя, когда под влиянием Октябрьской революции в ходе сражений на фронтах гражданской войны сформировались его интернационалистские, коммунистические убеждения.

Достижение этих вершин произошло не сразу. Заметной вехой в процессе политического созревания Гашека стал февраль 1918 года, когда в Киев вступили советские войска и когда командование чехословацкого корпуса уже открыто заняло контрреволюционные позиции. Предательские по отношению к советской власти шаги командования, а главное, отказ от военных действий против австро-германского блока, во имя которых и были созданы легионы, окончательно излечили Гашека от его веры в революционную миссию этого чехословацкого войска. Большое влияние оказало на него и непосредственное общение с советскими людьми, с новым строем идей, представлений и понятий, которые они с собой принесли.

Логическим завершением процесса политического роста Гашека стал его разрыв с руководством легионами (в конце февраля 1918 года) и переезд из Киева в Москву, где на него огромное впечатление произвели речи и статьи В. И. Ленина; в марте 1918 года Я. Гашек вступил в чехословацкую секцию РКП(б).

В начале 1919 года Гашек как человек, хорошо знающий газетную работу, был назначен Политотделом 5-й армии начальником типографии фронтовой газеты «Наш путь», начавшей выходить в Уфе.

В рядах 5-й армии Гашек прошел весь ее славный боевой путь от Уфы до Иркутска.

В 1920 году, по предложению Центрального чехословацкого бюро агитации и пропаганды при ЦК РКП (б) – в то время высшего партийного органа чехословацких коммунистов в России, – Гашек уехал на родину.

В Чехословакии Гашеку пришлось необычайно трудно: в стране торжествовала буржуазная реакция (см. подробнее вступительную статью).

Вера в неизбежность революционных преобразований в родной стране помогала писателю преодолевать настроения горечи и разочарования. Писатель много работает. До последних дней он пишет свой роман «Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны», прославивший его имя на весь мир.

Публицистика Гашека этих лет становится политически более зрелой. В ряде произведений он раскрывает международное значение Октябрьской революции, а откликаясь на события на родине, убежденно говорит о том, что только рабочий класс может довести дело национального освобождения до конца (статьи в «Чехословане» от 17.11.1918).

Содержание и особенности гашековской публицистики тех лет определялись как новым в его мировоззрении, так и теми практическими – политическими и военными – задачами, которые нужно было решать безотлагательно. Это придавало его статьям, рассказам и фельетонам оперативность, целеустремленность и действенность. Большинство его произведений завершается четко, по-военному поставленной задачей (статья «Два выстрела», фельетон «В мастерской контрреволюции» и др.). Примечателен и оптимистический тон произведений – даже тех, что были написаны во время отступления (продолжение «Дневника уфимского буржуя», «Сибирская скоропадчина» и др.).

В своих фельетонах Гашек создал обширную сатирическую галерею контрреволюционеров: лавочников-спекулянтов («Из дневника уфимского буржуя», «Об уфимском разбойнике, лавочнике Булакулине»), служителей церкви, освящающих именем бога черные дела колчаковских банд («Трагедия одного попа», «Дневник попа Малюты»), тихих обывателей, сеющих клеветнические вымыслы о «зверствах красных» («Уфимский Иван Иванович»); бывших царских чиновников-саботажников («Замороженные чиновники») и т. п.

Вместе с Маяковским, Демьяном Бедным и другими писателями – авторами первых советских сатирических журналов – Гашек закладывал основы советской сатиры. Вместе с ней он пережил и неизбежные болезни роста: «лобовой» характер обличений, некоторый схематизм в обрисовке сатирических персонажей и др. Но эта молодая сатира с честью выполнила свой долг – делала все, «что необходимо для революции».

Участие Гашека в гражданской войне обогатило его неоценимым жизненным и политическим опытом, приобщило к широчайшим народным массам. Здесь он увидел, как простые, ничем не примечательные люди, вдохновляемые великой идеей, становятся героями. Здесь зародился и его замысел воплотить в таком «непризнанном скромном герое» потенциальные силы народа, противопоставить его империалистическому миру угнетения и насилия и показать его победы над этим миром. Так началась непосредственная работа писателя над его гениальным романом.

В 1920 году Ярослав Гашек вместе со своей женой А. Г. Львовой вернулся в Прагу (подробнее: см. вступительную статью к данному Собранию сочинений).

Буржуазные издатели готовы были бы платить ему бешеные гонорары., если бы он, как бывший «красный комиссар», выступил с «разоблачением» большевиков и Советской власти. Но писатель не изменил своим убеждениям. Чтобы обойти цензуру и иметь возможность печататься, ему пришлось и в творчестве, и в житейской практике прибегнуть к своеобразной маскировке. Явно мистифицирующий характер носит, например, большая группа его так называемых «исповедальных» произведений, в том числе – цикл бугульминских рассказов.

Издеваясь над «жаждущей крови» мещанской публикой, Гашек предпослал своему написанному в несколько даже идиллической манере циклу юморесок, воспроизводящих ряд эпизодов из его деятельности в качестве «красного коменданта», интригующий подзаголовок «О тайне моего пребывания в России». Есть там и элементы сатиры, но относятся они лишь к тем явлениям советской действительности тех лет, которые справедливо критиковались и в советской печати (анархистское самоуправство, партизанщина, ультралевый радикализм).

Гашек вовсе не собирался складывать свой сатирический меч. Он обрушил его в первую очередь на голову тех, кто распространял вымыслы о «зверствах» большевиков и клеветал на Советскую республику. Таковы его рассказы и фельетоны «Идиллия винного погребка», «Генуэзская конференция и «Народни листы», «Заметки» и др.

Остроумными сатирическими новеллами отвечал Гашек и на нелепые сплетни буржуазных газет о нем как «красном комиссаре» («Моя исповедь», «Как я встретился с автором некролога обо мне», «Душенька Ярослава Гашека рассказывает: «Как я умерла» и др.).

Наступательный характер послевоенного творчества Гашека особенно отчетливо проявился в его рассказах и фельетонах, рисующих подлинный облик Чехословацкой республики: ее буржуазную, антинародную сущность («Донесения агента государственного розыска Яндака», «Разговор с цензором», «Муниципальные выборы» и др.).

Естественно, что самые острые обличительные фельетоны Гашек публиковал в «Руде право» – вначале органе социал-демократической левицы, а с созданием в мае 1921 года Коммунистической партии Чехословакии – центральном органе КПЧ. Так, не будучи формально членом Коммунистической партии, Гашек продолжал на страницах «Руде право» свою партийную работу журналиста-коммуниста.

Вера в неизбежность революционных преобразований в родной стране помогала писателю преодолевать настроения горечи и разочарования, сказавшиеся в некоторых его произведениях. «Во весь голос» прозвучал исторический оптимизм Гашека в романе о Швейке, писать который он начал вскоре по своем возвращении в Прагу. Создание произведения, полного оптимизма, искрящегося юмора, веры в народ и его силы, – было настоящим подвигом, актом не только художественного творчества, но и политической борьбы писателя.

В августе 1921 года первый том «Швейка» был закончен. Буржуазные газеты безоговорочно отвергли роман как «книгу аморальную». В защиту Гашека и «Швейка» выступил писатель-коммунист Иван Ольбрахт, напечатавший в «Руде право» обстоятельную рецензию на первый том романа, назвав его «одной из лучших книг, которые когда-либо были написаны в Чехии».

Писатель не переставал работать до последних дней жизни. Переехав в небольшой городок Липнице, тяжело больной Гашек продолжал диктовать веселые приключения своего героя. Смерть, наступившая 3 января 1923 года, застала Гашека в самый разгар работы над четвертой частью «Похождений…». Роман, прославивший своего автора далеко за пределами его родины, остался неоконченным…

1918–1919

Начало 1918 года застало Гашека в Киеве.

Публикуемые ниже два его очерка о «разговоре» Градчан и Смотровой башни на Петршине отражают стремительный политический рост писателя под влиянием происходивших в России и на его родине бурных политических потрясений (начавшаяся на Украине гражданская война, вступление советских войск в Киев, саморазоблачение командования чехословацкого корпуса, открыто занявшего контрреволюционные позиции; подъем революционного движения в Чехии).

И если в первом очерке, в традициях чешской демократической литературы XIX века, писатель осуждает лишь эгоизм и верноподданничество национальной буржуазии, то во втором очерке, написанном после установления в Киеве Советской власти и всеобщей январской забастовки рабочих в Чехии, он раскрывает уже антинародную сущность буржуазии и говорит о решающей роли рабочего класса в национальном освобождении народа. Очерк звучит как восторженный гимн революции.

На Златой уличке в Градчанах. – «Чехослован», 14.1.1918.

Градчаны были основаны при короле Яне Люксембургском около 1320 года; в 1756 году получили право называться королевским городом. В настоящее время Градчаны – район Праги. Здесь находится Пражский кремль – Град.

Злата уличка состоит из шестнадцати маленьких домиков, в которых в XVI веке жили чеканщики по золоту, позднее – королевские стрельцы. В настоящее время Злата уличка превращена в музей.

Стр. 5. … пана Броучека из «Викарки». – Пан Броучек – герой сатирической повести чешского писателя-демократа Сватоплука Чеха (1846–1908) «Путешествие пана Броучека в XV столетие» (1888), в которой филистерству современной чешской буржуазии писатель противопоставляет героическое гуситское прошлое чешского народа. «Викарка», точнее «На Викарке» – старинный ресторан на Викаржской улице на территории Града. Петршин– один из пражских холмов на левом берегу Влтавы. Смотровая башнябыла построена в 1891 г. Витков– Виткова (в настоящее время Жижкова) гора в восточной части Праги, на которой 14 июля 1420 года табориты под командованием Яна Жижки (ок. 1360–1424) нанесли решающее поражение войскам императора Сигизмунда. Она стала символом героического прошлого чешского народа и персонификацией чешского рабочего класса, поскольку примыкающая к горе Витков территория – рабочий район Праги – Жижков. Вышеград– один из самых древних районов города на возвышенном правом берегу Влтавы, бывшая резиденция чешских королей.

Стр. 6. Дом представительств– здание в Праге, в котором происходили торжественные приемы, концерты и пр. Достроен в 1908 г.

Стр. 7. Из казарм на Погоржельце выходят на ночные ученья солдаты. Идут тихо, без песен. – Гашек напоминает о сопротивлении чешского народа участию в империалистической войне. Опасаясь происходивших столкновений и конфликтов с участием гражданского населения, военное командование и ввело ночные учения.

На востоке блеснула утренняя заря. – Намек на назревавшую в то время русскую революцию.

Градчаны и Смотровая башня продолжают разговор. – «Чехослован», 17.2.1918.

Стр. 8. … на Староместской ратуше черно-желтые знамена. – Гашек издевается над проявлением верноподданнических чувств верхами чешской буржуазии; черно-жёлтый – цвета австрийской монархии.

… расстреляли капрала Кудрну. – Речь идет о росте антивоенных и антиавстрийских настроений чешского населения в ходе войны (сопротивление солдат отправке на фронт, неподчинение офицерам, дезертирство и даже вооруженные выступления против военного начальства). В мае 1915 г. солдаты 102-го полка, получив приказ готовиться к отъезду на фронт, забросали офицеров камнями. Для подавления бунта командование вызвало драгун. «Зачинщики» были арестованы, двое были расстреляны, Возможно, что одним из них и был упоминаемый Гашеком капрал Кудрна.

Венская декларация Чешского союза. – Чешский союз был создан осенью 1916 г. депутатами парламента девяти чешских политических партий в Вене для противодействия росту революционного и национально-освободительного движения в народных массах, вызванному военными лишениями. В январе 1917 г. Чешский союз выступил с сугубо верноподданнической резолюцией. Но, учитывая размах революционного движения в Чехии, вдохновляемого Октябрьской революцией, и стремясь удержать его в определенных рамках, Чешский союз был вынужден высказаться в пользу самостоятельного чешского государства. 6-го января 1918 г. им была принята так называемая «Тршикралова декларация», содержащая в себе требование создания самостоятельного чешского государства, включающего и «словацкую ветвь». Она была принята не в Вене, как пишет Гашек, а в Праге на совещании чешских депутатов австрийского рейхсрата и земских сеймов.

Стр. 9. Январская ночь 1918 года. – 22-го января 1918 г. в Чехии была начата всеобщая забастовка, сопровождаемая рабочими демонстрациями. Рабочие требовали прекращения войны, самоопределения для чешского народа и провозглашения республики.

Из дневника уфимского буржуя. – «Наш путь», 14.1.1919.

Газета «Наш путь» – орган Политотдела 5-й армии Восточного фронта, начала выходить 12-го января 1919 г. в Уфе.

«Из дневника – уфимского буржуя» – первый фельетон Гашека, опубликованный в советской печати, и первый, написанный им по-русски.

Стр. 12. Народная армия– так белогвардейские генералы демагогически называли свою контрреволюционную армию. ВильсонВудро (1856–1924) – реакционный американский политический деятель, президент США (1913–1921 гг.), одни из главных вдохновителей и организаторов вооруженной интервенции и блокады Советской России в 1918–1920 гг. Братья чехословаки. – В чехословацких легионах было принято называть друг друга «братьями». Это обращение насаждалось реакционным командованием корпуса в целях маскировки социального неравенства внутри чехословацкого войска; Гашек употребляет его в ироническом смысле.

Трагедия одного попа. – «Наш путь», 17.1.19:19.

Стр. 14. Генерал Войцеховский– колчаковский генерал, командир 3-го полка чехословацкого корпуса.

Два выстрела. – «Наш путь», 21.1.1919.

Жизнь по катехизису. – «Наш путь», 22.1.1919.

Vae victis! – «Наш путь», 26.1.1919.

Vae victis! ( лат.) – Горе побежденным! – По свидетельству римского историка Тита Ливия, это выражение принадлежит галльскому царьку Бранку, употребившему его после победы над римлянами в 390 г. до н. э.

Преосвященный владыка Андрей. – «Наш путь», 2.2.1919.

Армия адмирала Колчака. – «Наш путь», 7.2.1919.

Стр. 19. Генерал-майор Сыровы. – Сыровы Ян (1888–1971) – чешский генерал, командовал чехословацкими войсками в Сибири; позднее, после Мюнхенского соглашения (30.9.1938) – глава чешского капитулянтского правительства.

Из белогвардейских настроений. – «Наш путь», 7.2.1919.

Что такое отделение церкви от государства. – «Наш путь», 9.2.1919.

Уфимский Иван Иванович. – «Наш путь», 16.2.1919.

Вооруженные силы пролетариата. – «Красная Европа», 22.2.1919.

Газета «Красная Европа» была органом «Иностранной коммунистической партии рабочих, крестьян и красноармейцев», как значится в заголовке; начала выходить 15 февраля в Уфе. Ответственным редактором был Гашек; печаталась на русском, венгерском и немецком языках, выходила раз в педелю по субботам. Вышло всего четыре номера.

Международное значение побед Красной Армии. – «Наш путь», 23.2.1919.

Творчество эсеров. – «Наш путь», 26.2.1919.

Стр. 26. « Армия и народ», «Уфимский вестник» – эсеровские, белогвардейские издания.

Стр. 27. … связь с коалицией Согласия– то есть со странами Антанты.

Замороженные чиновники в советских учреждениях. – «Наш путь», 6.3.1919.

Об уфимском разбойнике, лавочнике Булакулине. – «Наш путь», 9.3.1919.

Из дневника уфимского буржуа. – «Наш путь», 22.3.1919.

Этот фельетон – продолжение первого фельетона Гашека «Из дневника уфимского буржуя», опубликованного в «Нашем пути» 14.1.1919. Слово «буржуа» вместо первоначального «буржуя» употреблено автором.

Обзор военных действий. – «Наш путь», 23.3.1919.

Рабочие полки. – «Наш путь», 25.3.1919.

Перебежчики. – «Наш путь», 5.4.1919.

Сибирская скоропадчина. – «Наш путь», 22.4.1919.

Стр. 37. СкоропадскийП. П. (1873–1945) – генерал царской армии, крупный помещик, с апреля по декабрь 1918 г. был гетманом Украины – ставленником германских империалистов, оккупировавших Украину в 1918 г. Жестоко расправлялся с революционным движением украинского народа. После восстановления Советской власти на Украине бежал в Германию.

Дневник попа Малюты (Из полка Иисуса Христа). – «Красный стрелок», 9.7.1919.

«Красный стрелок» – так была переименована газета «Наш путь» – орган Политотдела 5-й армии; начала выходить 15.4.1919 г.

В мастерской контрреволюции. – «Красный стрелок», 29.7.1919.

Стр. 40. … занят комитетом Иностранной партии(коммунистов-большевиков). – Иностранная партия коммунистов (большевиков) была создана по инициативе Гашека в январе 1919 г. в Уфе. Она объединяла всех коммунистов-иностранцев, служивших в 5-й армий и находившихся в районе ее действий; Гашек был избран секретарем и редактором ее печатного органа – «Красной Европы».

Англо-французы в Сибири. – «Красный стрелок», 6.9.1919.

Стр. 41. « Маньчжуриян дей нью». – Слово «Маньчжурия» Гашек пишет по-разному («Манджурия», «Манчжурия»).

Стр. 42. … Лиге наций. – Лига наций создана в 1919 г. на Парижской мирной конференции держав-победительниц в первой мировой войне. Согласно принятому на конференции Уставу, она должна была стать инструментом мира, фактически же превратилась в антисоветское орудие в руках англо-французских империалистов. Гашек называет ее то Лигой народов, то Лигой наций.

Стр. 43. Генерал Стефанек(правильно: Штефаник Милан Растислав; 1880–1919) – словацкий реакционный политический деятель, военный по профессии, с 1916 г. – член созданного Т. Г. Масариком в Париже Чехословацкого национального совета, после создания Чехословацкой республики (1918) – военный министр.

Вопль из Японии. – «Красный стрелок», 26.9.1919.

Стр. 45. Клемансо, Ллойд Джордж. – Клемансо Жорж Бенжамен (1841–1929), Ллойд Джордж Давид (1863–1945) – французский и английский реакционные политические деятели, в годы первой мировой войны – главы правительств; вместе с американским президентом Вудро Вильсоном – главные организаторы военной интервенции в Советской России в 1918–1920 гг.

1920

Жертва немецкой контрреволюции в Сибири. – «Рогам-Штурм», 10.4.1920.

Газета «Рогам-Штурм» («Буря», на венгерском и немецком языках) издавалась Иностранной секцией, с восьмого номера – Интернациональным отделением Политотдела 5-й армии на немецком и венгерском языках. Ответственным редактором был Гашек. Перевод сделан с немецкого оригинала.

Стр. 47. Генерал фон Тирпитц освободил Берлин. – Альфред фон Тирпитц (1849–1930) – реакционный политический деятель Германии; вместе с Вольфгангом фон Каппом (1858–1922) возглавлял контрреволюционный переворот в Германии в марте 1920 г. («капповский путч»), подавленный дружным выступлением немецкого рабочего класса.

Сохрани нам, боже правый, цезаря и отчий край! – Начальная строка австрийского монархического гимна.

Чешский вопрос. – «Власть труда», 21.4.1920.

Газета «Власть труда» – орган Иркутского губернского комитета РКП (б) и Иркутского революционного комитета.

Стр. 48. Договор чехо-войск с представителями Советской власти. – Соглашение о перемирии, заключенное командованием 5-й армии и командованием чехословацкого корпуса 7.2.1920 г., согласно которому советское командование обеспечивало быстрейшее завершение эвакуации корпуса, а чехословацкое – обязывалось прекратить военную помощь белогвардейским воинским частям.

Стр. 49. … лозунгом «добот». – В чешском языке существует разговорное простонародное выражение «prasknont do bot», соответствующее русскому «удрать», «смыться». Оказавшись в Сибири в безвыходном положении, уставшие, разуверившиеся в своем командовании солдаты чехословацкого корпуса мечтали лишь об одном – «удрать» скорее домой. Так родился лозунг «do bot Sibiř!» («Прочь из Сибири!») или просто «do bot». Гашек перевел этот лозунг словом «наплевать!».

МасарикТомаш Гарриг (1850–1937) – президент Чехословакии в 1918–1935 гг., основатель либерально-буржуазной Чешской народной, затем Прогрессистской (реалистической) партии. Председатель Чехословацкого национального совета. Активно поддерживал мятеж Чехословацкого корпуса в России. Философ-позитивист религиозно-этического направления.

Стр. 50. … так называемый Центр. – После разгрома Колчака в Иркутске был создан эсеро-меньшевистский Политический центр, поддерживаемый интервентами; просуществовав всего несколько дней (от 4.1. до 22.1.1920 г.), он был вынужден сдать свою власть Иркутскому Ревкому.

К празднику. – «Красный стрелок», 27.6.1920.

Статья была написана Гашеком в связи с предстоящим вручением 5-й армии почетного Красного Знамени ВЦИК.

Белые о 5-й армии. – «Красный стрелок», 15.8.1920.

Чем болен аппарат экспедиции. – Бюллетень «Вестник Поарма. 5», 22.10.1920.

Что станет с Чехословацкой буржуазной республикой? – Статья была опубликована 11.1.1920 г. в газете «Всемирная революция» («Вилагфоррадалом»), издававшейся Иностранной секцией Политотдела 5-й армии в Омске на русском и венгерском языках; написана Гашеком по-русски. Перепечатана в журнале венгерских политэмигрантов в СССР «Шарло эш Калапач» («Серп и Молот», 1932, № 7) на венгерском языке. Найти русский подлинник не удалось. Перевод сделан с венгерского языка.

Стр. 55. Немец и Виктор– лидеры правого крыла чешской социал-демократической партии.

… доктора Крамаржа. – Крамарж Карел (1860–1937) – глава правительства Чехословакии в 1918–1919 гг.; сторонник интервенции в Советскую Россию. В 1890–1919 гг. – один из лидеров партии младочехов. С 1935 г. – руководитель фашистской партии Национального объединения (существовала до конца 1938 г.)

… бывший антимилитарист Клофач. – Клофач Вацлав Ярослав (1868–1942) – министр национальной обороны Чехословакии в 1918–1920 гг.; в 1920–1938 гг. – вице-президент, затем президент сената Чехословакии.

… короля Бржетислава. – Князь Бржетислав I правил в XI в. (1035–1055 гг.). Обнаружить город Хум на территории Чехословании не удалось.

Стр. 57. В Кладно… образовался Рабочий Совет. – Под влиянием Октябрьской революции в крупных промышленных центрах Австро-Венгрии стали возникать Рабочие Советы; 18 ноября 1917 г. был создан Окружной рабочий Совет в Кладно, а летом 1919 г. – Объединенный районный Совет рабочих депутатов, установивший свой контроль над всей Кладненской областью.

… народную песню «Где родина моя?». – Песня «Где родина моя?», которую поет один из персонажей пьесы Й. К. Тыла «Фидловачка» (1834), была положена на музыку композитором Ф. Шкроуном и вскоре стала чешским национальным гимном, а после 1918 г. – чешской частью государственного гимна Чехословакии.

История заслуг пана Янко Крижа. – Сб.: Я. Гашек. «Две дюжины рассказов». Прага, 1920.

… Яношик… трижды обошел в пляске свою виселицу. – Юрай Яношик из Терхова (1688–1713) – словацкий крестьянин, участник национально-освободительной и антифеодальной борьбы словацкого крестьянства, атаман «збойницкой» (разбойничьей) дружины. Образ Яношика стал легендарным. Согласно одному из преданий, Яношик, приговоренный к смерти, попросил разрешения в последний раз поплясать перед виселицей «збойницкий» танец и три раза обошел в пляске свою виселицу.