Текст книги "Я загадала тебя (СИ)"
Автор книги: Яника Орлова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)
Глава 1
Предновогодняя суета в магазинах пугала. Все неожиданно решили, что этот год будет последним и надо отпраздновать его обязательно. Как и каждый год.
Я всегда любила новый год. Для меня этот праздник считался волшебным. И неважно, что ты уже давно не ребёнок. А твоему сыну уже девять. Но после вчерашнего объявления мужа потеряла новогоднюю искру, которой питалась каждый год. Не представляла даже, как буду встречать новый год одна. Двенадцать лет брака – в мусорку. Всю жизнь отдала Эдику.
Меня привлёк красный свитер со снежинками на манекене. И словно маленький ребёнок, рванула к заветной вещице. Но меня остановила неожиданно возникшая фигура. Просто огромная! Я налетела на мужчину, который неожиданно затараторил что-то типа «извините, прости, мне так жаль». Но одна деталь в том, что я услышала яркий акцент.
– Вас не учили, что нужно смотреть по сторонам? – потирая лоб из-за удара о его плечо, проворчала я.
– Эм… Я был, как же это. Слишком. Господи, – пробормотал ошарашенно мужчина, выше меня на целую голову. Такой большой детина и настолько эмоциональный. – В облаках как-то.
Треугольное, широкое лицо, чёрная щетина, волосы, которые аккуратно зачёсаны назад. Его брови были подняты, и из-за этого его лоб сморщился от шока. Я явно обескуражила его.
– Это я виноват, – хмыкнул мужчина. А акцент ещё отчётливее проявил себя. Он вызвал у меня глупую улыбку. – Я не заметил Вас, извините. Я был слишком… – он пощёлкал пальцами и его брови сошлись в одну линию на переносице. – Боже, я дар речи потерял.
– Невнимательны? – попытала судьбу на английском.
Лицо мужчины озарила улыбка и он активно кивнул мне, положил ладонь на свою могучую грудь. Он поправил узел шарфа на шее и виновато посмотрел на меня.
– Простите. Я вас просто не увидел. Вы такая, – он оскалился в улыбке и перевёл диалог на английский. – Маленькая. Точнее миниатюрная, – выкрутился этот прохвост.
– Ничего страшного, – отмахнулась и старалась не попасть под его очарование. Уж больно красив. Этакий англоязычный богатырь. – Я увидела цель, и все преграды пали в одночасье.
Мой английский его позабавил. Да уж. Кажется, я покраснела от стыда. Мужчина обернулся и посмотрел на красное пятно, которое называлось свитер. Он вернул свой взгляд на меня и театрально закатил глаза.
– Женщины.
– И что такой мужчина забыл в торговом центре, в эпицентре суматохи? – хихикнула и пыталась не налажать с языком. Но его улыбка сообщила мне, что я наговорила чуши.
– Какой мужчина? – усмехнулся он.
– Ну, для начала вы отлично говорите по-английски, – начала загибать я пальцы. – Вы явно не местный. Элегантность в одежде, – указала рукой на его пальто и шарф. – Взгляд, галантность. У нас такое редко встретишь.
– Вот как, – хмыкнул мужчина. – Подарки, – сказал он криво на русском.
Мы посмеялись над попытками друг друга говорить на неродных языках. Но мы пытались. Это уже что-то.
– Тогда удачи Вам в таком нелёгком деле.
Мужчина освободил руки от многочисленных пакетов и протянул мне увесистую ладонь.
– Я Джон, – его русский вызвал у меня очередное хихиканье.
– Кристина.
– Вы очень красивая, Кристина, – медленно сказал мужчина и нащупал пальцем моё обручальное кольцо. – И, конечно же, замужем, – улыбка моментально сошла с его губ.
– О, нет! – перешла на английский. При нём сняла ненавистное кольцо и, не глядя, бросила его в сумку. – Со вчерашнего дня я свободна.
– Очень жаль.
– Увы, да.
Я забылась, стоя рядом с этим Джоном. Из головы вылетело, куда я вообще держала свой путь. Пронзительный голубоглазый взгляд мужчины, словно рентген, прошёлся по мне.
– А знаете, Кристина, – приложил палец мужчина к губам. – Мне стало очень интересно, как вы будете выглядеть в красном свитере.
И, кажется, я стала такого же цвета, как свитер, который и стал причиной столкновения.
– Я, конечно, не напрашиваюсь, – усмехнулся Джон.
– Вообще-то напрашиваетесь, – расплылась я в глупой улыбке, смотря на мужчину, который притягивал к себе взгляд, как магнит.
– Ну, тогда я настаиваю! Хочу порадовать вас, Кристина! Ну? Идём?
Он подставил локоть, а у меня было ощущение, что моё лицо полыхает огнём.
– Ну, раз уж Вы настаиваете, то пойдёмте.
Некоторое время назад…
Как разбивается реальность? Моментально, вдребезги и бесповоротно. В голову лезут всякие бредовые мысли по типу:
«Я плохая хозяйка, поэтому он ушёл».
«Я недостаточно любила».
«Я недостаточно хороша для него».
«Он не любит нас с сыном».
Стоя в коридоре, смотрела на удаляющуюся спину мужа и не понимала, как мы к такому пришли. И его последние слова, которые он сказал перед тем, как уйти, разбили меня… вдребезги.
– Извини, Кристина, но я так больше не могу. Я влюбился и не хочу тебе врать.
Паршиво осознавать, что это конец. Такой дерьмовый финал, который ты не ждал. В особенности перед новым годом.
Жизнь делиться на «до» и «после». Ничего не будет «как раньше». И все сказочные новогодние ночи станут лишь воспоминанием. Пуф. Конец. А этот Новый год будет самым холодным и мрачным.
Метель разбушевалась, словно чувствовала моё внутреннее состояние. Очень хотелось быть такой же безмятежной, как снежинка, но в то же время нет… стоит попасть ей на ладонь, как она растает. Она могла исчезнуть за секунды. А мне хотелось провалиться сквозь землю, чтобы не переживать этот момент.
– Эдик, действительно нужно было это делать перед Новым годом?! – закричала я, не в силах больше терпеть. – Чёрт, Ефимов! Это унизительно! Ты ведь знаешь, как я люблю этот праздник! И как я должна Сашке объяснить, что отца не будет?! М?
Эдик, притупив взгляд, громко вздохнул и вцепился сильней в свой проклятый чемодан.
– Я хочу провести праздники с ней, Кристин. Прости, но я и так слишком долго откладывать, – его поджатые губы в конце не убедили меня, что ему жаль.
Мне стало смешно. До истерики и боли в груди. Забавна не сама ситуация, а то, с какой лёгкостью этот мудак говорил о расставании. Как будто между нами не было двух лет отношений, десяти лет брака и сына! Эдик всё перечеркнул, и его рука даже не дрогнула смять лист и выбросить его мусорку. Словно «она» для него была всем, как когда-то я. А в голове эхом отдался вопрос: «Почему? Почему я? Почему, чёрт возьми, сейчас?». Но, к огромному сожалению, ответа не было, а муж, который даже вещи собирал без кольца, так и не потрудился просветить меня.
Я не считала себе уродкой или ещё чего похуже. Но и красавицей тоже. Да, у меня рост метр шестьдесят, да, худенькая, грудь тройка, узкие плечи. Я миниатюрная. Эдик часто говорил, что мои карие глаза похожи на взгляд оленёнка, который потерял мать. Я добрый человек, но меня лучше не бесить. Разгон у меня быстрый. Но, видимо, этого мужу стало мало.
Двенадцать лет. Долгих лет. Просто исчезли. Пуф. Всё. Титры.
Стоя у окна в полной темноте наблюдала за тем, как уже бывший муж положил чемодан в багажник машины, которую мы покупали вместе. Даже этот проклятый чемодан! И всё его содержимое!
Эдик замер у водительской двери и медленно повернулся. Мы встретились взглядом, и я была очень рада, что он не видит моих горьких слёз. Но гирлянда, мигающая на окне, явно выдавала мои блестящие щёки. Мне стало очень противно смотреть на своё отражение.
Раньше я улыбалась от его мимолётных взглядов. А сейчас дико хотелось выколоть ему глаза, чтобы больше не посмотрел в мою сторону. Предательство засело на языке кислым привкусом, а в горле огромным комом.
Эдик коротко махнул на прощание. В ответ я отвернулась.
– Иди к чёрту, Ефимов! – пробормотала себе под нос, когда сползла на пол.
Подтянув ноги к себе, положила голову на колени и тяжело вздохнула. Бежать за ним вслед не собиралась. Не дождётся. Хочет новой жизни? Пусть катиться к «этой». Совет да любовь!
Пора сделать широкий шаг в новую жизнь.
Глава 2
Пробуждение в одиночестве началось со вздоха. Отчётливо понимала, что надо взять себя в руки, гордо задрать голову и пойти вперёд. Мне нужно было это сделать, чтобы ни свёкры, ни сын не увидели моего состояния. Это было тяжело, но другого выбора не было.
Двадцать восьмое декабря снова порадовало обильным снегопадом без ветра. Снег крупными хлопьями, падал на подоконник, создавая маленький сугроб. Снежинки медленно порхали и завораживали своим видом. Я бы даже сказала, гипнотизировали. Такое умиротворение. И я в очередной раз задумалась о том, что погода снаружи описывала моё состояние. Мне было хоть и тошно, но внутренняя лёгкость окрыляла. Как будто вчера я скинула с себя тяжёлый груз. Забавно всё-таки ведь эта неподъёмная ноша была моим мужем.
Солнце пробивалось сквозь снежные тучи, мелькая по шторам на кухне. А пар от кофе щекотал нос. Обхватив кружку, с удовольствием наблюдала за погодой и потягивала кофе. Никуда не нужно было торопиться. После такого вечера, как был вчера, решила не заморачиваться даже с праздником. К чёрту всё.
И только один вопрос внутри терзал меня: «Как рассказать сыну об его отце?». И скором отъезде родителя. Как объяснить девятилетке, что папа больше не будет жить с нами, потому что нашёл себе другую семью? Я понятия не имела, как. Я никогда не думала о том, что у нас с Эдиком всё так закончится. Видимо, я его так сильно любила, что не видела очевидных вещей. Мы стали чужими людьми уже давно.
Телефон неожиданно раздался в звонке, и я прекрасно знала, кто пытался дозвониться до меня. Мама готовилась к празднику для Саши. Он поедет на все праздники к ней за город. Хоть у кого-то должен же быть праздник.
Новогоднюю ночь мы должны были провести с друзьями, а первого числа и до рождества уехать к маме за город. Там уже нас бы ждали и свёкры, и мои родители. Но, увы, кажется, этому уже не бывать.
– Привет, мам, – постаралась максимально бодро ответить на звонок.
– Кристиночка, я начала волноваться уже! – проворчала мама, вызвав у меня скупую улыбку. – Я всю ночь не могла уснуть. Голова болела, и сердце было не на месте! У вас всё хорошо? Как Шурик? – протараторила она слишком бодро.
– Всё прекрасно, – ложь отдалась кислым привкусом на языке.
Умудрилась даже улыбнуться, хоть она и не увидела бы. Грудь сковало от тяжёлого вздоха матери. Я всегда отвратительно лгала.
– Что-то случилось, – констатировала факт женщина. – Если ты сейчас же не скажешь, то я приеду! Я не посмотрю, что тебе тридцать! Устрою такую взбучку, что мало не покажется!
Наполнила лёгкие воздухом, выдохнула, сделала глоток кофе и сказала всё по факту:
– Эдик вчера собрал вещи и ушёл. Влюбился, козлина! – процедила я сквозь зубы.
В ответ я услышала лишь протяжный вздох, заканчивающийся тихим рыком.
– Приезжай с Сашей.
– Не могу. Ресторан уже проплачен. Меня будут ждать, мам. Эдик вряд ли со мной пойдёт. Он сообщил, что хочет провести праздник с ней, – сошла я на шёпот в конце, потому что не решилась сказать это громче.
– Оля с Костей так любят тебя. Как же тяжело-то будет. Но ничего, справимся.
Мои отношения со свёкрами на максимальном уровне. У меня были две мамы, которые заботились одинаково. Сваты за двенадцать лет сдружились настолько, что каждый праздник и выходные проводили вместе. Большая… дружная семья, которую развалил Эдик. Что уж говорить, мы с Эдиком за столько лет поругались от силы пару раз. Всегда было взаимопонимание. Но, кажется, так считала только я. И оказалась слепой, глухонемой и тупой. Раз уж не видела, как муж неожиданно начал ходить «налево».
– Мам, это моя проблема. Они с минуту на минуту приедут. Я не знаю, говорил ли Эдик с ними, но для меня уже это неважно, – во мне неожиданно грусть сменилась на злость.
Он так по-свински объявил о том, что он редкостное дерьмо. Подумал только о себе, любимом!
– Ну ничего, справимся. Работа у тебя удалённая, хорошо оплачиваемая. Сашку никуда тыркать не надо. А если уж будет совсем невмоготу, то мы с папой поможем, – мамина поддержка теплом расползлась по телу. Всегда знала, что в любой момент жизни есть люди, к которым можно обратиться. – Ой, Кристин, никогда бы не подумала. Вы с восемнадцати лет вместе. Как неразлучники! Да и из армии ты его ждала! – ворчала женщина в трубке.
– Мам, не дави на больную мозоль! И так тошно, – перебила её, потому что слушать это уже было невыносимо.
Кофе стал горький и невкусный. Не рассчитала силу, когда практически швырнула кружку в раковину. Она разбилась на пополам. Прям как моя жизнь.
Мама резко притихла, явно прислушивалась что происходит. А я стояла и смотрела, как кофе стекает в слив раковины.
Звонок в дверь отрезвил моментально.
– Они приехали с Сашкой, – буркнула и отключила звонок.
По пути к двери подошла к зеркалу и вытерла одинокие слёзы со щёк. Похлопала по щекам, чтобы добавить цвета бледному лицу. А то выглядела я болезненно.
Открыв дверь, увидела широкую улыбку от уха до уха Ольги Ивановны и скупую из-за хмурости Константина Петровича. Сашка влетел первый и от его крепких объятий я чуть не рухнула. Потеребив его макушку, запустила гостей в квартиру, у которых руки были заняты цветастыми пакетами. И мне словно кол в сердце вставили и прокрутили пару раз. Но я держала улыбку и старалась не выглядеть как разбитая ваза.
Но свекровь сразу заметила, что я фальшивила.
– А вы не ждали нас, а мы припёрлись! – басовитый голос свёкра раздался эхом по подъезду из-за открытой двери.
– Проходите. Вы же знаете, что я всегда вам рада, – от вида родных людей и их внимания не смогла удержаться от настоящей улыбки.
Аж на слезу пробило. Что такого, возможно, уже не будет.
Сашка быстро скинул куртку и ботинки и, словно торнадо пробежался по трёхкомнатной квартире. Но его ждало разочарование.
– А где папа? – расстроено посмотрел на меня ребёнок.
Переведя взгляд на свёкров, то увидела на их лицах тот же вопрос. У меня не было времени подумать над ложью. И пришлось импровизировать.
– Его вызвали на работу! – соврала, а у самой уже щёки полыхали.
Сашка моментально нахмурил брови. Явно же ребёнок расстроился. Я ждала какой-либо вспышки от Саши, но, он безмолвно скрылся в своей комнаты. У меня сердце было не на месте от его взгляда, которым сын посмотрел на меня. Хотелось сказать ему, что мне очень жаль. И обвинить себя во всех грехах, лишь бы он не расстраивался.
И только дверь комнаты закрылась, как Ольга Ивановна вышла на арену.
– А теперь не увиливай, моя хорошая. Мы не Саша, – женщина приобняла меня и затащила в гостиную. Свёкр прикрыл дверь, и два пристальных взгляда намертво прилипли ко мне. – Где Эдик?
Она осмотрела гостиную и явно заметила, что некоторые полки пусты. Мой муж любитель коллекционировать мелочи. От красивой обложки книги, которую он не будет читать, до какой-нибудь безделушки. И именно это и заметила свекровь. Он забрал всё, чтобы не возвращаться больше сюда.
– Кристина! – от басового голоса свёкра я немного вздрогнула. – Где наш сын?
– Он ушёл вчера. Собрал вещи и помахал ручкой, – пробормотала как можно тише. Подняв голову, посмотрела на мужчину, который был слишком похож чертами на Эдика. – Ушёл к другой.
Свекровь положила ладонь на грудь, охнула и плюхнулась на диван. Как будто от окружающих вздохов кому-то будет легче. Нет. Не будет. Я обняла себя за плечи и старалась даже в глаза им не смотреть. Почему-то именно мне было стыдно за всё происходящее. Константин Петрович подошёл и крепко обнял. Уткнувшись лбом в его плечо, судорожно выдохнула. Хотелось поплакать, но весь запас слёз исчерпался ночью.
– Вот же негодник! – процедила Ольга Ивановна сквозь зубы. – Совсем башка набекрень! – она резко встала на ноги и подошла к нам. Женщина погладила меня по спине и тихо продолжила: – Ну ничего, попадёт ему ещё!
Странно, но сейчас я подумала лишь о том, что наша история с Эдиком длинною практически в жизнь. Мы одногодки, учились мы в параллельных классах. Родители общались как соседи, но стали близки только после того, как мы с Эдиком начали отношения. Мы начали встречать за месяц до восемнадцатилетия, а потом армия, учёба, свадьба и ребёнок. Но всему есть свойство заканчиваться. И мы достигли своего порога.
– Сашка поедет на все праздники к матери в деревню, и я понятия не имею, как объяснить ему, что папы не будет, – оторвавшись от свёкра, хрипло пробормотала.
– Ты поедешь тоже! – строго сказала женщина, на что я лишь отрицательно покачала головой. – Кристиночка, ну как же так!
– Я остаюсь здесь, в городе. С друзьями отпраздную, а потом приеду к маме. Вы же собирались всё равно остаться, чтобы быть с Сашкой. Я приеду чуть позже, – потёрла ледяные ладони и пожевала нижнюю губу из-за волнения. – Так будет лучше.
Свекровь была явно недовольна моим решением. Она сверлила меня взглядом и что-то явно анализировала.
– Но ведь там и Олег будет с Марго! Придавлю собственного сына. Он по-любому был в курсе! Два негодника! – ругалась женщина активно жестикулируя.
У Эдика есть брат близнец. Но как бы они не были похожи внешне, внутри они совсем разные. Вот как говорят огонь и вода. Это про них. Эдик – это локомотив. Он весёлый, в меру серьёзен и даже суров. А Олег – это скала. Он всегда уравновешенный, максимально спокойный, умный и очень любопытный. Но их объединяет одна черта – упорность.
Когда я забеременела, то мы приготовились к тому, что у нас будут близнецы. Но Александр Эдуардович решил, что он такой будет один. И после рождения Саши мы больше не поднимали вопрос о втором ребёнке.
– Это же не трагедия. Марго – моя подруга, а Олег, – вздохнула. – Ну, его уже никуда не деть. Что уж поделать, – пожала плечами, потому что понятия не имела, что сказать ещё.
Если у меня было много преданных подруг и друзей, то у Эдика был лишь один друг – его брат. И всё.
Ольга Ивановна поджала губы и в очередной раз что-то обдумывала. А я как будто ждала её приговора.
– Может быть, мы заберем Сашу? А тридцать первого поедем с ним в деревню? И тебе полегче будет немного, – женщина погладила меня по плечу и в конце что-то пробормотала, что-то типа «кошмар». – Как тебе? – в ответ я лишь пожала плечами. – Решено! – натянула она улыбку и посмотрела на мужа. – Кость, иди, собирай внука. А мы пока поболтаем.
Свёкр быстро ретировался. А вот Ольга Ивановна явно настроена решительно. Чтобы начать капать мне на мозг.
– Мы забираем его, а ты, моя хорошая, приведи себя в порядок. Подготовься к новому году, отпразднуй с друзьями, а потом приезжай к нам. Мы согреем тебя любовью, погуляем, как раньше, когда вы были маленькие, – прощебетала свекровь, а я лишь медленно и заторможено кивала. – От того, что наш балбес решил развестись, мы не вычеркнем тебя и Сашку из нашей жизни. Ты поняла?
Свекровь заботливо погладила меня по щеке и тепло улыбнулась. Я осилила лишь кивнуть, потому что язык прилип к нёбу. Да и говорить было нечего. Всё и так уже сделано. А сделанного не воротишь.
Отчасти я была рада, что смогу подумать в одиночестве. А год начну с того, что по кирпичику начну восстанавливать свою жизнь.
И первым делом съезжу в торговый центр и прикуплю себе что-нибудь цветастое и яркое!
Глава 3
После отъезда свёкров и протестующего сына решилась всё-таки поехать в магазин. Сто раз передумала, но собралась с силами и рванула не глядя. Поняла, что нужно отвлечься и обязательно купить что-нибудь в статусе «одинока». Я не знала чего, но была уверена, что мне это надо.
Торговый центр встретил меня заполненной подземной парковкой. Люди в пакетами сновали туда-сюда и в явной панике, что ничего не успевают. А у меня внутри царил странный покой, что нынче буду далека от такой суматохи. Каждый этаж торгового центра украшен. Гирлянды, которые ярко светили и привлекали к себе внимание. Даже красиво украшенные маленькие ёлки. Но главным украшением, привлекающим внимание, была искусственная ель высотой в три этажа на входе в магазин.
Предновогодняя суета даже немного пугала. Все неожиданно решили, что этот год будет последним и надо отпраздновать его обязательно. Как и каждый год.
Я всегда любила Новый год. Для меня этот праздник считался волшебным. И неважно, что ты уже давно не ребёнок. А твоему сыну уже девять. Но после вчерашнего объявления мужа я потеряла новогоднюю искру, которой питалась каждый год. Не представляла даже, как буду встречать Новый год одна. Двенадцать лет брака – в мусорку. Всю жизнь отдала Эдику.
Меня привлёк красный свитер со снежинками на манекене. И словно маленький ребёнок, рванула к заветной вещице. Но меня остановила неожиданно возникшая фигура. Просто огромная! Я налетела на мужчину, который неожиданно затараторил что-то типа «извините, прости, мне так жаль». Но одна деталь в том, что я услышала яркий акцент.
– Вас не учили, что нужно смотреть по сторонам? – потирая лоб из-за удара о его плечо, проворчала я.
– Эм… Я был, как же это. Слишком. Господи, – пробормотал ошарашенно мужчина, выше меня на целую голову. Такой большой детина и настолько эмоциональный. – В облаках как-то.
Треугольное, широкое лицо, чёрная щетина, волосы, которые аккуратно зачёсаны назад. Его брови были подняты, и из-за этого его лоб сморщился от шока. Я явно обескуражила его.
– Это я виноват, – хмыкнул мужчина. А акцент ещё отчётливее проявил себя. Он вызвал у меня глупую улыбку. – Я не заметил Вас, извините. Я был слишком… – он пощёлкал пальцами, и его брови сошлись в одну линию на переносице. – Боже, я дар речи потерял.
– Невнимательны? – попытала судьбу на английском.
Лицо мужчины озарила улыбка, и он активно кивнул мне, положил ладонь на свою могучую грудь. Он поправил узел шарфа на шее и виновато посмотрел на меня.
– Простите. Я вас просто не увидел. Вы такая, – он оскалился в улыбке и перевёл диалог на английский. – Маленькая. Точнее миниатюрная, – выкрутился этот прохвост.
– Ничего страшного, – отмахнулась и старалась не попасть под его очарование. Уж больно красив. Этакий англоязычный богатырь. – Я увидела цель, и все преграды пали.
Мой английский его позабавил. Да уж. Кажется, я покраснела от стыда. Мужчина обернулся и посмотрел на красное пятно, которое называлось свитер. Он вернул свой взгляд на меня и театрально закатил глаза.
– Женщины.
– И что такой мужчина забыл в торговом центре, в эпицентре суматохи? – хихикнула и пыталась не налажать с языком. Но его улыбка сообщила мне, что я наговорила чуши.
– Какой мужчина? – усмехнулся он.
– Ну, для начала вы отлично говорите по-английски, – начала загибать я пальцы. – Вы явно не местный. Элегантность в одежде, – указала рукой на его пальто и шарф. – Взгляд, галантность. У нас такое редко встретишь.
– Вот как, – хмыкнул мужчина. – Подарки, – сказал он криво на русском.
Мы посмеялись над попытками друг друга говорить на неродных языках. Но мы пытались. Это уже что-то.
– Тогда удачи Вам в таком нелёгком деле.
Мужчина освободил руки от многочисленных пакетов и протянул мне увесистую ладонь.
– Я Джон, – его русский вызвал у меня очередное хихиканье.
– Кристина.
– Вы очень красивая, Кристина, – медленно сказал мужчина и нащупал пальцем моё обручальное кольцо. – И, конечно же, замужем, – улыбка моментально сошла с его губ.
– О, нет! – перешла на английский. При нём сняла ненавистное кольцо и, не глядя, бросила его в сумку. – Со вчерашнего дня я свободна.
– Очень жаль.
– Увы, да.
Я забылась, стоя рядом с этим Джоном. Из головы вылетело, куда я вообще держала свой путь. Пронзительный голубоглазый взгляд мужчины, словно рентген, прошёлся по мне.
– А знаете, Кристина, – приложил палец мужчина к губам. – Мне стало очень интересно, как вы будете выглядеть в красном свитере.
И, кажется, я стала такого же цвета, как свитер, который и оказался причиной столкновения.
Меня прожигало любопытство: кому и для чего он искал подарки. Он здесь явно гость. К кому приехал? Почему один? Но я не решилась задать эти вопросы вслух.
– Я, конечно, не напрашиваюсь, – усмехнулся Джон.
– Вообще-то напрашиваетесь, – расплылась я в глупой улыбке, смотря на мужчину, который притягивал к себе взгляд, как магнит.
– Простите меня великодушно, – Джон положил ладонь на грудь и чуть ли не поклонился.
А я стояла и лыбилась, как дурочка. Такой галантный мужчина, иностранец, немного пугающий во внешности из-за его габаритов. У меня в голове как будто колокольчики звучали. И чем больше я разглядывала его, тем громче они трубили.
Его «великодушно» по телу прошлось странным теплом, отдаваясь по кончикам пальцев вибрацией. Последний раз такое волнение и смущение у меня было, когда Эдик приехал из армии и прямо на вокзале сделал мне предложение. При всех родственниках и друзьях. Джон излучал какой-то необъяснимый свет, который ослеплял. Что уж говорить, мне хотелось прикрыть глаза, как от солнца.
– Кристина?! – расплылся в улыбке мужчина. – Если я вас обидел, то прошу прощения.
– Нет! Что вы! – замотала активно головой в попытке оправдать своё поникшее состояние. – Дело не в вас, Джон. Дело в моей жизни, которая неожиданно оборвалась вчера вечером. Всё случилось так быстро, и я не успеваю адаптироваться.
Мужчина задумчиво посмотрел на меня, обернулся и снова вернул свой взгляд на меня. А меня не покидало ощущение, что он что-то задумал.
– Знаете, что? – его большие ладони легли мне на плечи и крепко сжали. Теперь мне стало ещё больше не по себе. – Я настаиваю! Хочу порадовать вас, Кристина! Ну? Идём? – в ответ я лишь выгнула бровь в немом вопросе. – Свитер, Кристина, тот красный. Возвращайтесь на землю.
Он подставил локоть. А у меня было ощущение, что моё лицо полыхает огнём.
– Ну, раз уж Вы настаиваете, то пойдёмте.
Поймала себя на мысли, что его низкий и спокойный голос дарил покой моему кровоточащему сердцу, которое потихоньку, но пыталось залечить раны, нанесёные Эдиком. Понятия не имела, зачем согласилась на такую авантюру с незнакомцем. Но необъяснимое предчувствие, что я должна совершить этот шаг и пойти дальше при помощи этого интересного мужчины, не покидало меня. Возможно, я на правильном пути. Я уверена!
Женщины-продавцы моментально расцвели, когда мы вошли в магазин. Все взоры приковал к себе мой незнакомец. Да какая бы не клюнула на такую «картинку»? Пф-ф-ф. Любая. В том числе и я. Его энергия сносила с ног, харизма кружила голову, обходительность и манеры доводили до томных вздохов, а добивал он своей настойчивостью. Не мужчина, а мечта. Прямо-таки новогоднее чудо-чудное. И кто ему попалась? Разбитая почти разведёнка, у которой забрали привычную жизнь.
Джон хоть и был крупным мужчиной, но слишком быстро ускользнул прямиком к консультантам. А я, как мне показалось, уже была в цвет того самого свитера, из-за которого мы и оказались здесь. Пока он на ломанном русском пытался объяснить женщинам, что ему надо, я в свою очередь стояла и пялилась на его широкую спину, на которой можно было разместить карту мира. В таком масштабе, что увидит даже слепой.
Прежде чем подойти, то на всякий случай вытерла уголки губ. Ну, это так… Если вдруг слюна потекла. Мы вместе с мужчиной, его пакетами и с косыми взглядами продавцов прошли к примерочной. Чёртов красный свитер померк на фоне иностранца, который убивал своей ехидной улыбкой.
– Прошу, – тихо сказал Джон, указав рукой на примерочные. А я не могла и пошевелиться. – Хотите, я вам помогу? – расплылся в улыбке мужчина.
– М-м-м, флиртуете, – усмехнулась, отодвинув шторку. – Похвально, Джон.
Жар с лица перешёл на всё тело и, увидев своё отражение в зеркало, нахмурила брови. Красные щёки не смогли скрыться даже под слоем косметики. Приложив ладони, почувствовала жар, а улыбка не сползала с лица. Даже подумала о том, что у меня защемило нерв. Ведь мне прямо сейчас только этого не хватало.
Чувствовала себя как ребёнок, которого заставляли что-то примерять на морозе. Ситуация, конечно, сюр.
Натянув мягкий свитер, осознала, что он даже размером не ошибся. Ну или консультанты. Я чувствовала дикую неловкость, как будто я изменяла мужу. Бывшему… неофициально мужу. Но избавиться от грустных мыслей мне помогли мысли о том, что за шторкой меня ждал мужчина, который дико странный и интересный на первый взгляд. Я покрутилась перед зеркалом, практически утопая в мягкости свитера. Высокое горло прятало подбородок, а шерсть согревала тело, которое снова покрылось мурашками от мыслей об Эдике.
Отодвинула шторку и решила первой начать диалог. Но меня ждал провал. Джон стоял спиной и только когда он повернулся, заметила телефон у его уха. Он нагло прошёлся по мне взглядом, и его спокойствие сменилось на волнение. Мужчина выдохнул через ноздри, и я услышала чёткое на английском:
– Я перезвоню, родная.
Всё моё волшебство разрушила лишь одна фраза. Опустив взгляд, глухо фыркнула.
«Размечталась? М-да».
– Почему вы возитесь со мной? – не смогла удержаться от вопроса, проглатывая слова.
Я будто снова начала забывать английский. Голова была забита явно не этим. Консультанты прожигали нас любопытными взглядами. Я была уверена, что меня прокляли уже сто раз. Из зависти.
– А почему бы и нет? Хочу сделать вам новогодний подарок, извиниться за свою неуклюжесть и увидеть снова вашу улыбку, – в конце он поджал губы, но уголки подрагивали, смотря на меня. – Мне очень нравится, – расплылся в улыбке этот подхалим. – Особенно свитер.
Я приняла поражение, соглашаясь, что мне тоже нравится. Ценник висел на красивой булавке, и он нагло отцепил его.
– Не вздумай снимать, – усмехнулся мужчина и скрылся от моего взора.
Я стояла и не могла понять, что происходит. А что происходит? Какой-то мужчина, иностранец, незнакомец купил мне свитер. Дикость какая-то. Но на своё собственное удивление просто вышла из примерочной. Приняла такой широкий жест. Но каково было моё удивление, когда увидела такой же второй свитер. И как одна из консультантов упаковывает его в пакет, чтобы вручить моему незнакомцу.
Кажется, с моей помощью он нашёл подарок своей «родной».
– Вот же дура, – пробормотала себе под нос и еле сдерживала смех.
Глава 4
Вздохнув, перекинула шерстяное пальто через руку и, подкравшись, подошла к кассе, где меня ожидал мужчина. Джон расплылся в улыбке, подмигнул и добавил ещё один пакет на свою руку. К многочисленному количеству уже имеющихся.
Я смущённо посмотрела на женщин-консультантов и заметила их взгляды, в которых читалось «тебе очень повезло». Ага, конечно. Знали бы они… как мне «повезло».
Мы двинулись к выходу, а я так и не решилась спросить, кто такая «родная». Видимо, у иностранцев «так положено». Имея отношения радовать незнакомых женщин. Не могла понять, почему от одного его взгляда в мою сторону я сгорала от смущения. А Джон вёл себя легко и непринуждённо. Неужели он каждый день спасает женщин от печали? Супермен, блин.
Когда мы вышли из магазина, то я не выдержала.
– Джон, позвольте вернуть вам деньги, – начала я на английском, и мужчина резко затормозил. Я снова налетела на этот огромный шкаф мышц. – Вот блин! – потёрла лоб и услышала тихий смешок.
