Текст книги "Дорога охотника 2 (СИ)"

Автор книги: Ян Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 2

Мудаки пожаловали на тридцать девятый день, когда туман над болотами стелился особенно низко. Небо затянуло свинцовыми облаками, свет пробивался с трудом, будто сама природа предчувствовала неладное и пыталась предупредить.

Явно не те гости, которых я ждал – не экспедиция графа с магами, целителями и профессиональной охраной, выступавшими размеренным строем под развевающимися штандартами. И не Марек с Ведой собственными персонами… хотя эти двое, по моим расчётам, должны были вернуться не раньше, чем через месяц – если, конечно, вообще собирались возвращаться.

Нет, первыми заявились совсем другие ребята, и от их присутствия по хребту пробежал неприятный холодок, какой бывает при виде чужаков на своей земле. Охотничий инстинкт засёк их ещё за пределами стометровой зоны, словно чуткий прибор. Пять сигнатур – человеческих, судя по размеру и характерному ритму движения. Крупные, уверенные в себе, шагающие так, будто весь мир принадлежит им по праву рождения. И что самое паршивое – двигались они прямо к башне, не отклоняясь ни на метр, будто следовали невидимому компасу или точным указаниям. Слишком, сука, точным.

Я как раз проверял силки на восточной границе территории, когда почувствовал их приближение – словно лёгкое покалывание в затылке, которое с каждой секундой становилось всё отчётливее. Замер, прислушался, затаив дыхание. Нет, не показалось. Пятеро. Идут открыто, не таясь, ломая сухие ветки под ногами. Шумят, как стадо оленелосей в брачный период – так, будто им совершенно плевать на хищников, которые вполне могли бы притаиться в этих зарослях.

– Здравствуй, жопа, новый год, – пробормотал я себе под нос, откладывая добычу в сторону. Два кролика – неплохой улов для утренней проверки, но сейчас это отошло на второй план. – Началось.

Первым делом – информация. Кто они? Откуда пришли? Что хотят от этих мест? И главное – какого хрена забыли на моей территории, которую я обживал последний месяц, вкладывая в неё пот, кровь и бесконечное терпение? Ушёл в скрытность, активировал камуфляж. Мир вокруг чуть поблёк, краски размылись, словно через запотевшее стекло – знакомое уже ощущение, будто надеваешь невидимый плащ, сотканный из теней и тишины. Не настоящая невидимость, конечно – любой внимательный наблюдатель заметил бы смазанный силуэт, если бы знал, куда смотреть. Но для наблюдения из кустов – самое то, особенно когда противник даже не подозревает о слежке.

Двинулся на перехват, скользя меж деревьями бесшумной тенью.

Нашёл их через полчаса – на краю пустоши, у подножия холма, с которого открывался отличный вид на башню. Пятеро мужиков разбили временный лагерь прямо посреди тропы – моей тропы, между прочим, которую я вытоптал за месяц бесконечных хождений туда-сюда, пока изучал окрестности. Костёр горел ярко, без малейших попыток маскировки, языки пламени лизали сухие ветки с голодным потрескиванием, дым серым столбом поднимался к небу, точно сигнальный маяк для каждого хищника в округе. Голоса разносились чуть ли не на полкилометра вокруг – они даже не пытались говорить тихо, будто находились не в диком лесу, полном опасностей, а на ярмарочной площади.

Идиоты или самоубийцы? Или просто настолько самонадеянны, что не понимают, куда попали?

Я устроился на дереве метрах в восьмидесяти от лагеря, выбрав старый дуб с раскидистой кроной и удобной развилкой ветвей. Отличная позиция – листва скрывала силуэт, создавая естественную маскировку, ветер дул от них ко мне, принося запах дыма, пота и дешёвого вина. Так что даже если у кого-то из гостей имелся нюх получше человеческого, не учуют – все запахи уносило в противоположную сторону. Камуфляж размывал очертания так, что заметить меня можно было только если специально искать, точно зная, куда именно смотреть.

Начал изучать гостей, методично, как учил меня охотничий инстинкт.

Первый – здоровый детина с рыжей бородой, заплетённой в две косички. Судя по тому, как остальные к нему обращались – с той особой смесью почтения и опаски – это и был главный. Пахан, так сказать. Одет в потёртый кожаный доспех, явно видавший лучшие дни и не одну переделку, швы местами расходились, на левом наплечнике темнело пятно, подозрительно похожее на застарелую кровь. За спиной – двуручный меч в простых ножнах без украшений, функциональное оружие опытного бойца. Двигался уверенно, командовал резко, отрывисто, привычно. Военная выправка проглядывала в каждом жесте, хоть и подзаржавевшая от времени и вольной жизни.

Рыжий Вакс, судя по долетевшим разговорам. Почему-то я был уверен, что это именно он – слишком уж приметная борода соответствовала прозвищу, которое наверняка прилипло к нему ещё в юности и следовало повсюду, как верный пёс.

Второй – худой, жилистый тип с длинными руками. Два коротких меча на поясе, рукояти обмотаны потёртой кожей, метательные ножи в перевязи на груди – я насчитал шесть штук, расположенных так, чтобы выхватить одним движением. Постоянно вертел головой, но не по сторонам, не выискивая опасность в окружающих зарослях – реагировал на голоса товарищей, на их смех и перебранки. Плохой разведчик, если вообще разведчик – настоящий никогда бы не позволил себе такую расслабленность на незнакомой территории.

Третий – коренастый бородач с топором, лежащим рядом так, чтобы схватить в любой момент. Типичный лесоруб на вид – широкие плечи, мозолистые ладони, спокойный, немного сонный взгляд человека, привыкшего к тяжёлой работе. Только лесорубы обычно не таскают с собой арбалет и колчан с болтами, и не носят под рубахой кольчугу – я заметил, как она блеснула тусклым серебром, когда он нагнулся за хворостом.

Четвёртый – самый молодой из компании, лет двадцать на вид, может чуть больше. Светловолосый, почти альбинос, с водянистыми бесцветными глазами и постоянной ухмылкой на узком лице – такой ухмылкой, от которой хотелось отодвинуться подальше. Ничего особенного при себе не имел, кроме дубинки, окованной железом, – простое оружие для простых задач. Но что-то в его взгляде мне категорически не понравилось с первой же секунды. Что-то нездоровое, как гниль под красивой корой, как болезнь, притаившаяся за маской добродушия.

Пятый – старик. Ну как старик – лет пятьдесят-шестьдесят, что в реальности могло быть от сорока до сотни. Седые волосы, собранные в неаккуратный хвост, аккуратная бородка клинышком, одежда поприличнее, чем у остальных – чистая, без заплат, из хорошей ткани. И посох. Деревянный посох из какого-то тёмного дерева, увенчанный мутным камнем на конце, в глубине которого что-то едва заметно пульсировало.

Маг? Возможно. Значит, в случае чего – валить первым. Видел я здешних магов. Не понравились.

Я просидел на дереве два часа, слушая их разговоры и впитывая каждое слово, каждый жест, каждую оговорку. Благо, они не особо утруждали себя конспирацией – говорили открыто, громко, не понижая голосов даже когда обсуждали вещи, которые явно не предназначались для чужих ушей.

– … говорю тебе, Вакс, это здесь. Башня прямо там, видишь? Точь-в-точь как описывали в тех слухах.

– Вижу, не слепой. – Рыжий сплюнул в костёр, и слюна зашипела на углях. – Вопрос в том, как внутрь попасть. Стены вон какие – голыми руками не возьмёшь.

– Найдём способ. Не зря же тащились сюда три недели по этой глуши.

– Три недели по этой ебучей глуши, – подал голос молодой с дубинкой, и в его тоне звенела плохо скрываемая злость. – Три недели жрать дерьмо и спать на земле, просыпаясь от каждого шороха. Если там пусто окажется, я кое-кому кишки выпущу, клянусь всеми богами.

– Остынь, Крыса. – Худой с ножами хлопнул его по плечу покровительственным жестом. – Хранилище Старых не бывает пустым, это всем известно. Там всегда что-то есть – артефакты, золото, знания. Всегда.

– Откуда знаешь? Сам бывал?

– Слышал. От людей, которые в таких местах бывали и вернулись, чтобы рассказать.

– Ага, и все эти люди сейчас богаты и счастливы, живут в замках и пьют вино из золотых кубков?

– Некоторые богаты. Некоторые счастливы. Некоторые мертвы. – Худой равнодушно пожал плечами, словно речь шла о погоде. – Жизнь такова, и больше никакая.

Я продолжал слушать, собирая информацию по крупицам, складывая разрозненные факты в цельную картину.

Итак, что мы имеем. Пятеро авантюристов – или, если называть вещи своими именами, бандитов – пришли за сокровищами башни. Услышали слухи об экспедиции графа, о хранилище Старых с его несметными богатствами, и решили урвать свой кусок пирога, пока другие не успели. Судя по разговорам, ни к какой серьёзной организации не принадлежат – вольные охотники за наживой, готовые рискнуть головой ради возможной добычи.

Вакс раньше был наёмником – это объясняло военную выправку и привычную манеру командовать, не терпящую возражений. Остальные – сброд, который он набрал по дороге или знал по прошлым делам. Может, кто-то из старых знакомых, может, случайные попутчики, соблазнившиеся обещанием лёгких денег. Неважно.

Важно другое: они были здесь первыми. Раньше официальной экспедиции графа с её магами и охраной. И явно не собирались делиться добычей – ни с графом, ни с кем-либо ещё.

– А что насчёт того охотника? – спросил старик с посохом, и мои уши навострились. Голос у него был скрипучий, неприятный, как несмазанная дверь. – Того, про которого болтали в деревне?

– Какого охотника? – нахмурился коренастый.

– Который голема завалил, если верить россказням. Говорят, живёт где-то здесь, в лесу, словно зверь лесной.

Вакс презрительно фыркнул, и рыжая борода качнулась.

– Байки для тупых селян. Голема голыми руками не завалишь, это тебе не зайца душить и не курице шею сворачивать. Деревенские любят приукрасить, сочинить страшилку для детишек.

– Но экспедиция графа действительно потеряла людей, – заметил худой, и в его голосе прозвучала нотка сомнения. – Двенадцать из шестнадцати, если верить слухам. Это не выдумка – слишком много свидетелей.

– Потеряла. В лесу, от тварей. – Рыжий поворошил угли палкой, и сноп искр взлетел к тёмному небу. – Не от какого-то мифического лесного бомжа. Обычные опасности глуши – хищники, болотные монстры, ядовитые растения. Здесь полно дряни, способной убить неосторожного. Или даже осторожного, но невезучего.

– А если он реальный? Если всё-таки существует?

– Тогда мы с ним побеседуем. – Вакс многозначительно похлопал по рукояти меча, и сталь глухо звякнула в ножнах. – У меня есть богатый опыт бесед с теми, кто лезет поперёк дороги. Обычно они становятся очень сговорчивыми после первых нескольких минут разговора.

– Вот именно, – ухмыльнулся молодой Крыса, обнажая мелкие, желтоватые зубы. – Покажем местному лесовику, кто тут главный. Научим уважать серьёзных людей.

Я невольно хмыкнул – про себя, конечно, не издав ни звука. Интересная самоуверенность, граничащая с идиотизмом. Пятеро мужиков, из которых реальную угрозу представляет разве что Вакс – и то под большим вопросом, – пришли на территорию, которую я готовил к визиту целый месяц. На территорию, нашпигованную ловушками разной степени смертоносности. На территорию, где каждый куст, каждое дерево, каждая подозрительная кочка знакомы мне как собственные ладони.

И они собираются показать мне, кто тут главный.

Ну-ну. Посмотрим.

Оставался главный вопрос – что делать с незваными гостями?

Первый вариант напрашивался сам собой: убраться подальше, затаиться, переждать, пока они сами уйдут восвояси. Башню не вскроют – я видел собственными глазами, как это пыталась сделать экспедиция графа, выглядящая куда как внушительнее этих бичей. Ничего не вышло, если что. У этих шансов ещё меньше – ни магической поддержки, ни нужных знаний. Порыскают недельку, убедятся, что без ключа никуда, и свалят восвояси, проклиная потраченное время.

Логичный план. Безопасный. Но какой-то частью сознания я понимал, что это трусость, замаскированная под благоразумие.

Второй вариант – заявиться в открытую, потребовать убраться. Территория моя, здесь действуют мои правила. Если не послушают – огребут так, что потом долго будут рассказывать в тавернах.

Проблема в том, что их пятеро. Даже если Вакс и компания – не особые бойцы, пять на одного – хреновые шансы при любом раскладе. Особенно если старик действительно маг, пусть и слабенький.

Третий вариант был самым интересным. И самым рискованным.

Подождать. Понаблюдать. Собрать максимум информации о противнике. А потом – если понадобится – использовать все преимущества территории, которую знаю вдоль и поперёк.

Они не знают, что я здесь. Не знают местности – каждая тропинка для них загадка. Не знают ловушек – я расставил их десятки за прошедший месяц. Не знают, с кем связались, принимая меня за обычного лесного отшельника.

Я знаю всё.

Охота – это не про силу и не про численное превосходство. Охота – это про терпение, тщательную подготовку и выбор правильного момента для удара.

И, судя по всему, охота только начиналась.

Гости обустроили лагерь – криво, косо, без малейшего представления о маскировке и защите периметра. Костёр горел постоянно, даже днём, когда дым был виден за километры, словно приглашение для каждого хищника в округе. Палатки – две штуки, потёртые и дырявые, явно видавшие не один сезон – стояли на самом видном месте, будто их специально выставили напоказ. Охранение… а не было никакого охранения. Вообще. Ни дозорных, ни сменных постов, ни даже элементарных верёвок с колокольчиками.

Я чуть не офигел, когда осознал это в полной мере. Серьёзно? Пришли в неизвестную местность, полную хищников и неведомо чего ещё – и не выставили даже одного дозорного на ночь? Они совсем страх потеряли?

Или просто идиоты. Что, по здравому размышлению, представлялось гораздо более вероятным.

К вечеру группа выдвинулась к башне – все пятеро, никого не оставив в лагере. Типичная ошибка новичков, которые не понимают ценности тыла. Я следовал параллельным курсом, держась в тени деревьев на границе пустоши, скользя от укрытия к укрытию. Камуфляж работал отлично – они прошли в тридцати метрах от меня, переговариваясь на ходу, и ничего не заметили. Даже не почувствовали.

В башне начался настоящий цирк, и мне пришлось приложить усилия, чтобы не рассмеяться вслух. Собственно, начиная с момента, когда клоуны бодрым стадом вломились в неё, даже не подумав выставить охранение.

– Вот эта хрень, – Вакс ткнул пальцем в массивную каменную плиту под магическим кругом, без видимых швов и замочных скважин. – Как её открыть?

Старик с посохом подошёл ближе, осторожно провёл сухой ладонью по древнему камню. Его пальцы дрожали – то ли от возраста, то ли от волнения, то ли от прикосновения к чему-то, что ощущалось даже мне с такого расстояния.

– Запечатано, – произнёс он после долгой паузы. – Магия Старых. Очень сильная, очень древняя. Такие чары живут тысячелетиями и не слабеют с годами.

– И? – нетерпеливо бросил Вакс.

– И ничего. У меня не хватит силы это вскрыть. Даже если потрачу всю ману до капли, даже если сожгу себя дотла – этого не хватит и на сотую часть.

– Тогда какого хера мы тебя с собой тащили⁈ – взвился Крыса, сжимая дубинку так, что побелели костяшки пальцев. – Кормили, поили, терпели твоё нытьё!

– Чтобы я определил, что это настоящее хранилище, а не пустышка-обманка, которых Старые оставили немало для отвода глаз. – Старик невозмутимо пожал плечами, словно не замечая угрозы в голосе молодого психопата. – Это настоящее. За этой дверью – а это именно дверь – артефакты Старых, гарантирую. Я чувствую их присутствие, как чувствуют тепло очага в морозную ночь.

– И что толку, если мы не можем войти? Будем стоять и облизываться, глядя на закрытую дверь?

– Можем. Нужен ключ. Или очень, очень много времени и ресурсов – армия магов, работающих днями без перерыва.

– Ключ, – повторил Вакс задумчиво, почёсывая рыжую бороду. – Где его взять?

– Был у голема, который охранял башню до недавних событий. Если верить слухам.

– Голема больше нет. Развалили его.

– Значит, ключ где-то здесь, в округе. Или его забрали те, кто убил голема.

Ночью они напились.

Я не шучу и не преувеличиваю. Притащили с собой несколько бурдюков с какой-то местной бормотухой – судя по запаху, дешёвое пойло из забродивших ягод – и накачались до состояния полного нестояния. Песни орали на весь лес – фальшивые, непристойные, с припевами про разные части женского тела и подвиги на любовном фронте. Кто-то блевал за палаткой, судя по характерным звукам. Кто-то лез драться, размахивая кулаками.

Охотничий инстинкт фиксировал всё это безобразие в мельчайших подробностях, которые я предпочёл бы забыть. Хищники в округе тоже фиксировали – и благоразумно держались подальше от источника шума. Пьяный гвалт отпугивал лучше любой магии или охранных заклинаний.

– Сказочные долбоёбы, – вздохнул я себе под нос, устраиваясь на ночлег в развилке дерева метрах в ста от их лагеря. – Как их только из больницы выпустили.

Но долбоебы с оружием и желанием забрать то, что им не принадлежит. Недооценивать нельзя – даже дурак с мечом опасен, если подпустить слишком близко.

– ТВАРЬ! – орал Вакс и со всей силы врезал кулаком в камень. Хрустнуло – кажется, костяшки пальцев. – СУКА! НЕНАВИЖУ!

Это развесёлая компания искателей наживы попыталась вскрыть, очевидно, портальный камень. С помощью кирки и молотка. С предсказуемым результатом. Остальные благоразумно держались на расстоянии от впавшего в ярость командира. Я наблюдал сверху, с безопасной позиции на дереве, и мысленно делал заметки для будущего использования.

Нервный. Вспыльчивый. Плохо контролирует эмоции под давлением. Это можно использовать, если дойдёт до прямого столкновения.

Вечером они не пили – видимо, запасы закончились накануне. Сидели у костра злые, голодные – я заметил, что с едой у них было негусто, припасы подходили к концу, – и ругались друг на друга, перебрасываясь обвинениями.

– Это всё Керт виноват, – шипел Крыса, и яд в его голосе мог бы отравить колодец. – Он сказал, что здесь будет легко!

– Керт не знал про магию Старых, – возражал коренастый устало. – Никто толком не знал, какая там защита.

– Должен был знать! На то он и проводник – знать такие вещи!

– Проводник довёл нас до места. Его работа на этом закончена.

– А моя работа – без добычи возвращаться? С пустыми руками, как последнее чмо? – Крыса сжал кулаки так, что хрустнули суставы. – Три недели просрано! Три проклятых недели!

– Заткнитесь все, – рявкнул Вакс, и воцарилась тишина. – Дайте подумать.

Молчание повисло над лагерем. Потрескивание костра, далёкий крик ночной птицы. Где-то вдалеке завыл хищник – охотничий инстинкт автоматически определил: крупный, но далеко, в нескольких километрах, непосредственной угрозы не представляет.

– Есть ещё вариант, – сказал Вакс после долгой паузы, и что-то в его голосе заставило меня насторожиться. – Тот охотник.

– Какой охотник? О чём ты?

– Местный. Который якобы голема убил в одиночку. – Рыжий задумчиво почесал бороду. – Если он реальный – он знает эти места лучше нас. Знает, как открыть башню. Или знает, где ключ спрятан.

– И с чего ему нам помогать? Из доброты душевной?

– А мы не будем просить. – Вакс усмехнулся. Нехорошо так, с обещанием боли и насилия. – Мы найдём его и… убедим. Есть много способов сделать человека разговорчивым.

Худой с ножами медленно кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то профессиональное. Крыса оскалился, предвкушая развлечение. Коренастый равнодушно пожал плечами – ему, похоже, было всё равно, лишь бы дело двигалось. Старик промолчал, но что-то такое мелькнуло в его выцветших глазах. Что-то понимающее, оценивающее. Он знал, что слово «убедим» в устах Вакса означает совсем не мирные переговоры за чашкой чая.

Ну вот и определились.

Глава 3

На третий день они таки начали искать.

Не меня конкретно – пока ещё не знали, что я слежу за каждым их шагом. Искали следы присутствия, признаки обитания, любые намёки на человеческую деятельность в округе.

И нашли.

Мой старый лагерь.

Тот самый, где я жил первые недели после прибытия в этот мир. Яма от костра, засыпанная золой и углями. Остатки навеса из веток и листьев. Куча обработанных шкур, которые я не стал забирать при переезде к руинам – слишком громоздко, да и качество оставляло желать лучшего. Место давно заброшенное, но следы ещё читались – для опытного глаза, способного видеть историю в примятой траве и старых костях.

Вакс оказался достаточно опытным, чтобы заметить.

– Смотрите, – он присел у старого кострища, водя пальцами по земле. – Кто-то здесь жил. Долго жил – не проходом останавливался, а обустраивался основательно.

Худой с ножами обошёл периметр, изучая следы с профессиональным вниманием.

– Недели три-четыре назад ушёл, судя по состоянию. Один человек. Охотник – вот ловушки были расставлены, вот место для разделки добычи, кости до сих пор валяются.

– Тот самый?

– Похоже на то. Местный деревенский бы так не прятался в глуши, разбил бы лагерь открыто, ближе к тропам и людям.

Я наблюдал с дерева в двухстах метрах – дальше, чем обычно, на всякий случай. Охотничий инстинкт предупредил бы о приближении, камуфляж скрывал от глаз. И ощущение, новое ощущение было неприятным, словно холодная рука сжала внутренности – явно какая-то способность. Возможно, аналог моего поиска следа, а то и он, собственной персоной.

Значит, нашли след. Мой след. Теперь будут искать дальше, пока не найдут или не сдадутся. Но они упорные. Упоротые, но упорные.

– Куда он делся? – спросил Крыса, ковыряясь в остатках моего навеса.

– Перебрался. Куда-то глубже в лес, подальше от любопытных глаз.

– Найдём?

Вакс выпрямился, оглядывая окрестности с прищуром опытного охотника.

– Найдём. Лес не такой уж большой. Если он здесь – отыщется рано или поздно.

Ага. Лес не большой. Только в нём живут всякие забавные твари – сумеречные охотники, гневные секачи и ещё хрен знает какие создания, о которых я узнал на собственной шкуре. И каждый второй куст может скрывать ловушку, которую я установил за месяц обживания территории.

Удачи вам, ребята. Она понадобится.

День прошёл в поисках. Группа разделилась – двое (Вакс и худой) пошли на восток, трое (остальные) – на запад. Охватить больше территории, быстрее найти – логика понятная, но рискованная в незнакомом лесу.

Я следовал за Ваксом – он был главным, и за ним было интереснее наблюдать, изучая повадки и реакции.

Они двигались шумно, неуклюже, оставляя следы на каждом шагу. Сломанные ветки, примятая трава, чёткие отпечатки сапог в мягкой земле. Я бы нашёл их с закрытыми глазами, ориентируясь только на звук и запах.

К полудню они забрели в заросли шёпот-травы.

О, это было прикольно. Веда рассказывала про эту дрянь ещё в первые дни, дополнив мой личный опыт и навык идентификации – психотропное растение, которое буквально лезет в голову своими невидимыми щупальцами. Не смертельно, не слишком даже опасно, если быстро выбраться и не поддаться усыпляющим напевам. Да даже если поддаться – человек быстро не сожрёт. Но очень, очень неприятно.

Я заметил заросли издалека – характерный серебристый оттенок листьев в лучах солнца, специфический сладковатый… не запах даже, больше ощущение, от которого слегка кружилась голова. Обошёл стороной по широкой дуге. Вакс и его спутник не заметили – попёрли напрямик, как два слепых кабана.

И через минуту оба решили сделать привал.

Шёпот-трава не отпускала легко. Чем глубже забрался – тем крепче держит, тем сильнее усталость, тем больше желания прилечь, отдохнуть.

Я мог бы помочь, вытащить их из этого кошмара. Но зачем? Пусть развлекаются. Может, поумнеют и станут осторожнее.

Минут через двадцать они выползли сами. А не так просты ребята, как кажутся – обычные гопники, скорее всего, стали бы удобрением с гарантией. Значит, амулеты имеются, как минимум, а то и навыки или способности защитные. Или просто высокие статы зарешать могли – в общем, стоит иметь в виду.

– Что… что это было? – прохрипел он наконец.

– Не знаю… никогда такого не испытывал… спал бы и спал…

– Это место проклято. – Вакс с трудом поднялся на ноги, хватаясь за дерево. – Всё проклято. Весь этот чёртов лес.

Они побрели обратно к лагерю, шатаясь, как пьяные. Я проводил их взглядом и мысленно поставил галочку в списке.

Один контакт с опасной флорой. Никто не умер. Пока. Очень жаль.

К вечеру группа собралась в полном составе у потухающего костра. Западная тройка тоже не нашла ничего полезного – только следы животных и пару заброшенных нор.

Настроение у стаи товарищей было паршивее некуда. Еды почти не осталось, башня не открывалась, загадочный охотник как сквозь землю провалился.

– Может, его и нет, – предположил коренастый без особой уверенности. – Может, это правда гильдейские байки для запугивания конкурентов.

– Следы настоящие, – возразил худой, всё ещё бледный после встречи с шёпот-травой. – Кто-то здесь жил. Недавно.

– Жил и свалил. Узнал про нас и сбежал от греха подальше.

– Трус, значит, – хмыкнул Крыса, скаля зубы. – Испугался пятерых нормальных мужиков. Поджал хвост и дал дёру.

«Нормальных», мысленно повторил я с иронией. Ага. Два с половиной бандита, недоучка-маг и психопат с дубинкой. Очень нормальная, образцовая компания.

Вакс молчал, глядя в угасающий огонь. Думал о чём-то, сдвинув брови.

– Завтра, – сказал он наконец. – Завтра попробуем по-другому.

– Как?

– Разойдёмся шире, каждый сам по себе. Будем искать признаки свежей активности – дым от костра, ловушки, протоптанные тропы. Он где-то рядом. Жопой чую.

Интуиция, надо же. Неплохая интуиция… ну, для бывшего наёмника без неё никуда, нельзя не признать. Жаль, что бесполезная – я не разводил костров днём, ловушки были замаскированы так тщательно, что пройдёшь в метре и не заметишь, а тропы… ну, тропы они видели, только не понимали, что это мои тропы, моя паутина, раскинутая по всему лесу.

Ночью, лёжа в развилке дерева и глядя на две луны, я принял решение.

Хватит наблюдать. Пора действовать.

Они ищут меня? Отлично. Я их найду первым. И покажу наглядно, что бывает с теми, кто приходит на чужую территорию без спроса и с недобрыми намерениями.

Охота начиналась по-настоящему.

Первым был коренастый. Не то чтобы он мне был особо неприятен – просто с направлением повезло. Или не повезло, тут как посмотреть.

Утром группа снова разделилась – теперь по одному, чтобы охватить больше территории и ускорить поиски. Глупо, очень глупо в незнакомом лесу, полном опасностей, но мне это было только на руку. Разделённые, они становились уязвимыми.

Коренастый пошёл прямо в сторону моего нового лагеря, через тот участок леса, где я устроил «серьёзные» ловушки для крупной добычи. Волчьи ямы – волков тут не водилось, но это их проблемы, подпиленные деревья с растяжками, лианы с заострёнными кольями. Всё тщательно замаскировано, всё проверено десятки раз.

Я шёл следом, держась на расстоянии в полсотни метров, готовый вмешаться в любой момент – если понадобится.

Он был неплох – для городского жителя, привыкшего к мощёным улицам и каменным стенам. Смотрел под ноги, обходил подозрительные места, проверял кусты перед тем, как пролезть. Но недостаточно опытен для настоящего леса. Недостаточно внимателен к мелочам, которые решают всё.

Волчью яму он не заметил.

Листья и ветки, прикрывающие её, выглядели абсолютно естественно – я потратил полдня, чтобы сделать маскировку идеальной, собирая материалы с окрестных деревьев. Коренастый шагнул туда, думая, что это обычная земля…

И провалился с коротким воплем, который тут же захлебнулся.

Яма была глубокой – метра два с половиной, стены отвесные, хорошо утрамбованные, вылезти без посторонней помощи практически невозможно. Кольев на дне не было, к счастью для провалившегося… может, и стоило. Зато недавно прошедший дождь неплохо так заполнил ловушку, превратив дно в настоящее болото.

Крик оборвался хрипом. Потом – ругань, плеск, ещё ругань, более отчаянная.

Я подошёл к краю ямы и посмотрел вниз, не таясь.

Коренастый барахтался в грязи, пытаясь нащупать дно и найти опору для рывка. Топор он потерял при падении – тот утонул где-то в чёрной жиже. Арбалет – тоже, он даже не пытался его найти. Теперь был беспомощен, как муха в говне… в смысле, в патоке.

– Эй! – заорал он, увидев мой силуэт над собой. – Эй, помоги! Вытащи меня отсюда!

Я молча смотрел. Скрытность деактивировал – пусть видит, с кем имеет дело, пусть запомнит это лицо. Лук в руках, стрела на тетиве. Не целился – пока не целился.

– Ты… ты кто такой? – Он прищурился, пытаясь разглядеть черты лица против солнца. – Ты тот охотник? Тот, которого мы ищем?

Молчание было ему ответом.

– Слушай, мужик… мы тебе ничего плохого не хотим, честное слово! Просто искали… ну, знаешь, башню… хранилище… Никаких претензий к тебе лично!

– Знаю, – сказал я наконец. Голос прозвучал хрипло – давно не разговаривал вслух, отвык от звука собственной речи. – Знаю, что вы искали. И знаю, что нашли.

– Мы можем договориться! У Вакса есть деньги, он заплатит сколько скажешь!

– Мне не нужны деньги.

– Тогда что? Что тебе нужно? Говори – всё обсудим!

Я помолчал, разглядывая его сверху вниз. Обычный мужик, не герой и не злодей. Просто пошёл за лёгкой добычей, не подумав о последствиях, соблазнившись обещаниями богатства. Таких много – в любом мире, в любое время.

– Сиди здесь, – сказал я наконец. – Не ори, не дёргайся. Грязь засосёт глубже, если будешь дёргаться. К вечеру за тобой придут товарищи.

– Что? Нет! Не оставляй меня здесь одного!

Я отступил от края ямы. Крики преследовали меня ещё минут десять, постепенно затихая по мере удаления, пока я уходил в глубь леса.

Один готов. Осталось четверо.

Вторым стал худой с ножами.

Этот был опаснее коренастого – быстрый, внимательный, с хорошей реакцией человека, привыкшего к опасности. Атаковать его в прямом столкновении я не хотел – слишком рискованно, он мог успеть добраться до меня раньше, чем я пущу вторую стрелу. Шесть метательных ножей в умелых руках – серьёзный аргумент.

Поэтому – лук. Дистанция – моё преимущество.

Я выследил его к полудню. Он шёл на юго-восток, вдоль ручья, время от времени останавливаясь и прислушиваясь. Чувствовал что-то. Не меня конкретно, но… неуютность. Ощущение чужого взгляда на спине, которое заставляло оборачиваться.

Хорошие инстинкты. Недостаточно хорошие, чтобы спасти.

Позиция была идеальной – большое дерево с раскидистой кроной, метрах в сорока от тропы. Я забрался наверх, устроился поудобнее в развилке ветвей, наложил стрелу на тетиву.

Худой появился через минуту. Шёл осторожно, рука на рукояти ножа, голова вертится по сторонам, сканируя окрестности. Но не вверх. Никто никогда не смотрит вверх – это удивительная слепота, которая погубила немало охотников, ставших добычей.