Текст книги "Пламя возродится из искр (СИ)"

Автор книги: Ян Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 11

Мы стояли на гребне последнего перевала – две измученные фигуры, похожие скорее на оборванных бандитов, чем на культиваторов вполне приличных ступеней, и смотрели на долину внизу, где среди голых скал и редких зарослей колючего кустарника ютились поселения провинции – если эти жалкие скопления хижин и навесов вообще можно было так называть.

– Выглядит симпатично, – заметил я.

– Да, милое местечко, – фыркнула спутница. – Доводилось видеть карты провинции? Сам же говоришь, что был библиотечным мальчиком.

Видел, разумеется, и не одну – империя любила карты почти так же сильно, как любила бюрократию, налоги и публичные казни. Каменные Врата на картах обозначались серым цветом с пометкой «малонаселённая территория» – дипломатичный способ сказать «задница мира, куда ссылают тех, кому не повезло в цивилизованных местах».

Провинция располагалась между Южными горами и Восточными пустошами – естественный коридор для торговых караванов, который когда-то, давным-давно, был довольно процветающим местом. Ну, судя по руинам древних крепостей на склонах. Потом империя расширилась, торговые пути сдвинулись севернее, где были нормальные дороги и меньше демонических зверей. А Каменные Врата превратились в то, чем они были сейчас – полузабытой окраиной, где власть империи существовала только на бумаге. Причём уже три века только на бумаге, последние события только окончательно сбросили маски.

– После падения столицы, – продолжила Мэй Инь, спускаясь по каменистой тропе, – Временное Правительство попыталось консолидировать власть. Разослало указы всем провинциям – признать их легитимность, платить налоги, поставлять рекрутов для восстановления армии. Большинство провинций подчинились. Не из какого-то особого патриотизма – больше по привычке, из страха или практичности.

– Но не Каменные Врата.

– Но не Каменные Врата, – кивнула она, перепрыгивая через трещину в камне. – Здешний губернатор – или кто там считается властью – послал посланцев Временного Правительства обратно. В мешках.

– И что сделало правительство в ответ?

– Ничего. – Мэй Инь пожала плечами. – Собственно, а что они могли сделать? У них проблем хватает – демоны на руинах столицы, внутренние мятежи, половина армии разбежалась или переметнулась к не самым лояльным аристократам. Отправить карательную экспедицию в задницу империи ради принципа? Дорого, рискованно, и результат сомнительный. Проще сделать вид, что Каменные Врата вообще не существуют, и заняться более важными территориями. Тем более что им не привыкать – лет шестьдесят назад, ещё при отце последнего императора, попытались взять провинцию под контроль. Силой. Послали три легиона, две тысячи культиваторов. – Она улыбнулась, как кот, объевшийся сметаны. – Вернулась треть.

Логично – циничная, прагматичная логика выживающего правительства, которое выбирает битвы, где шансы на победу хотя бы есть.

Мы спускались дальше, и с каждым шагом картина становилась чётче. Долина внизу была покрыта сетью троп и дорог – не имперских, аккуратных и широких, а узких, петляющих, проложенных наобум между скал и ущелий. Поселения располагались хаотично, без какой-либо системы – группа домов здесь, одинокая башня там, укреплённый двор на холме, пещерное жилище в склоне.

И энергия. Я активировал Взгляд сквозь Пламя, сканируя долину. Попутно осознав, что неосознанно использую души из Хора для повышения дальности, улучшения распознавания, ускорения сортировки увиденного. Мдя… Впрочем, зрелище, открывшееся с вершины, было действительно интересное.

Множество аурных сигнатур – больше, чем ожидалось для такой малонаселённой провинции. Культиваторы. Много культиваторов. Первая ступень в основном, но попадались и вторые, и даже несколько третьих. Рассеянные по всей территории, не сгруппированные в единую структуру клана или школы.

– Видишь? – спросила Мэй Инь, следя за моим взглядом.

– Много культиваторов для задницы мира.

– Потому что это не просто задница мира. Это убежище для тех, кому некуда больше идти. Ренегаты из кланов, бывшие имперские солдаты, которые дезертировали, демонические культиваторы, которые ещё не совсем потеряли рассудок, беглые преступники, просто неудачники, которые не вписались в систему империи. – Она замолчала, потом добавила тише: – Такие как мы.

Анархия в чистом виде – то, что получается, когда имперская власть отступает, а на её место не приходит ничего кроме права сильного и взаимного договора о ненападении, который соблюдается ровно до тех пор, пока выгодно.

– А кто здесь формально власть? Ты упоминала сильных культиваторов.

– Их трое. Или четверо, зависит от того, как считать. – Мэй Инь остановилась, достала из сумки флягу с водой, сделала глоток и передала мне. – Лао Шань, бывший старейшина клана Земли. Пятая ступень. Покинул клан после какого-то конфликта с патриархом – подробности неизвестны, но поговаривают, что дело было в философском разногласии насчёт того, стоит ли использовать запрещённые техники для прорыва на шестую ступень.

– И он здесь главный?

– Он главный на юге долины. Контролирует три крупных поселения и шахты, где добывают какую-то редкую руду. У него есть последователи – человек двадцать культиваторов первой-второй ступени, которые признают его авторитет. Он их не притесняет, они его не предают. Баланс взаимовыгодный.

Я отпил воды – тёплая, с привкусом кожи бурдюка, но на привередливость не было ни сил, ни времени.

– Второй?

– Сюй Линь, культиваторша воды. Четвёртая ступень, на пороге пятой. Бывший член императорской гвардии. Покинула службу после того, как её обвинили в какой-то коррупционной истории – разумеется, ложно, как она утверждает, но доказывать не стала, просто сбежала. Контролирует север долины и несколько торговых путей. Взимает пошлину с караванов, которые рискуют проходить через провинцию.

– Рэкет.

– Защита от бандитов, – поправила Мэй Инь с сухой иронией. – Бандиты, разумеется, это она сама и её люди, но формально она продаёт услугу, а не грабит. Тонкая грань, которую все понимают и никто не оспаривает.

Я усмехнулся, передавая флягу обратно.

– Третий?

– Ван Хэй. Ренегат из клана Металла. Четвёртая ступень. Специализируется на техниках разрушения защитных формаций. Его и его банду нанимают, когда нужно вскрыть чужое хранилище или сломать барьер. Не контролирует территорию – перемещается, живёт в разных местах, иногда пропадает на месяцы.

– И они не воюют между собой?

– Воюют, – кивнула она. – Регулярно. Стычки, рейды, мелкие конфликты. Но никто не пытается полностью уничтожить другого. Потому что без баланса трёх сил сюда придёт либо Временное Правительство, либо кто-то ещё хуже. Пока они друг друга сдерживают, провинция остаётся свободной территорией. Как только кто-то один получит абсолютную власть – свобода закончится.

Я обдумывал услышанное. Хрупкое равновесие, основанное на взаимном недоверии и эгоизме. Не стабильная система – временная, постоянно балансирующая на грани хаоса. Но для нас – возможность если не затеряться в этом хаосе, то хотя бы передохнуть. Надолго, всё же, оставаться в этой бандитской вольнице желания не было.

– А четвёртый, о котором ты упомянула?

Спутница замолчала, глядя на долину внизу. Потом негромко сказала:

– Никто не знает его имени. Появился полгода назад. Живёт где-то в Восточных горах, на границе с Пустошами. Иногда спускается в долину, покупает припасы, исчезает снова. Культиваторы, которые пытались выследить его из любопытства, не вернулись. Говорят, что он пятой ступени. Или выше. Говорят, что он практикует что-то запрещённое. Говорят много всего – большинство слухов противоречат друг другу.

– И трое других его не трогают?

– Боятся. – Она пожала плечами. – Он их не трогает, они его не трогают. Ещё один элемент баланса, ещё одна причина не раскачивать лодку.

Мы дошли до подножия гор к середине дня. Первое поселение, которое встретилось на пути, было типичным образцом местной архитектуры – если можно было называть архитектурой то, что больше походило на результат землетрясения, застывший в момент разрушения.

Хижины из необработанного камня, крыши из связанных веток и шкур, стены, подпёртые деревянными балками, чтобы не рухнули. Улица – широкая тропа между строениями, утоптанная за годы использования до твёрдости камня. Запах дыма, запах немытых тел, запах помоев и отходов, которые просто выбрасывали за стены домов, где они разлагались под открытым небом.

Люди на улицах остановились, глядя на нас. Так же, как в той деревне неделю назад – настороженно, оценивающе, но без паники. Они привыкли к незнакомцам. Провинция, где половина населения состояла из беглецов и изгнанников, вырабатывала иммунитет к чужакам.

– Не смотри им в глаза слишком долго, – прошептала Мэй Инь. – Не провоцируй. Но и не показывай слабость. Здесь уважают только силу, но излишняя агрессия приведёт к ненужным конфликтам.

Я кивнул, держа руки на виду, но подальше от оружия. Баланс между уверенностью и неугрозой – тонкая линия, по которой приходилось идти.

Мы прошли через поселение, направляясь к тому, что могло сойти за центральную площадь – пустырь с колодцем посередине и несколькими скамейками из грубо отёсанных брёвен. Несколько мужчин сидели у колодца, передавая бутыль с чем-то крепким. Даже не слишком удивился тому, что эти деревенские алкаши оказались культиваторами – первая ступень, судя по аурам. Низы местной иерархии, но всё равно опасные для обычных людей.

Один поднял голову, окинул нас взглядом. Лицо обветренное, шрам через левую щёку, отсутствующие передние зубы. Классический бандит из учебника по физиономике криминального мира.

– Новенькие? – его голос был хриплым, будто он глотал песок годами.

– Проездом, – коротко ответила Мэй Инь.

– Всех проездом. – Мужчина усмехнулся, демонстрируя пустоту во рту. – Никто не приезжает в Каменные Врата отдыхать. Бежите от чего-то?

– От скуки, – буркнул я, не останавливаясь.

Смех за спиной – грубый, но не враждебный. Мы прошли дальше, не оглядываясь.

– Здесь все бегут от чего-то, – тихо сказала Мэй Инь, когда мы отошли на безопасное расстояние. – От долгов, от врагов, от прошлого, от совести. Провинция не задаёт вопросов. Ты можешь быть кем угодно, называть себя как угодно. Никто не проверяет биографии. Единственное, что имеет значение – насколько ты силён и насколько полезен.

– И куда мы идём?

– На Восточную окраину долины. Там есть небольшое поселение у подножия гор – Сяошань, Малая Гора. Независимое место, не входит в зону контроля ни одного из трёх властителей. Нейтральная территория, где можно передохнуть, пополнить запасы, может быть, найти информацию о Пустошах.

– А проблемы?

– Проблемы везде, – философски ответила она. – Но в Сяошане их немного меньше. Хозяин трактира там – бывший культиватор клана Воды, третья ступень, который слишком умён, чтобы ввязываться в местные разборки. У него есть правило: драки на улице, а не в помещении. Кровь за порогом, а не в зале. Соблюдаешь правила – можешь остаться. Нарушаешь – тебя выкинут. Буквально. Особо непонятливых – по частям.

Звучало разумно. Для общества анархо-культиваторизма даже и неплохо.

Мы шли весь день, обходя поселения, избегая контактов. Долина была больше, чем казалось с перевала – вытянутая с севера на юг, изрезанная ущельями и холмами, создающими естественные границы между территориями. Я активировал Взгляд сквозь Пламя периодически, проверяя окрестности. Культиваторы попадались регулярно – одиночки, патрулирующие свои участки, небольшие группы, путешествующие по каким-то делам. Никто не обращал на нас внимания, или делал вид, что не обращает.

К вечеру мы достигли Сяошаня.

Поселение было крупнее предыдущего – человек триста пятьдесят жителей, может больше. Дома построены лучше – не роскошные, но крепкие, с каменными стенами и черепичными крышами. Улицы шире, чище. Запах помоев присутствовал, но не такой удушающий.

И люди. Больше людей, больше культиваторов. Я чувствовал их ауры – десяток как минимум, рассеянные по поселению. Первая и вторая ступени преимущественно, возможно среди них и несколько третьих.

Трактир находился в центре – двухэтажное здание из серого камня, вывеска с изображением горы и чаши. «Уединение в Горах» – высокопарное название для заведения, которое, судя по звукам изнутри, было полной противоположностью уединению.

Мы вошли.

Зал был полон – длинные столы, скамейки, люди пили, ели, разговаривали, спорили, торговались. Запах жареного мяса, рисовой водки, пота и дыма. Шум голосов, лязг посуды, иногда взрывы смеха. Атмосфера оживлённая, но не враждебная. Каждый занимался своим делом, не вмешиваясь в чужое.

За стойкой стоял мужчина средних лет, полноватый, с круглым лицом и внимательными глазами. Аура третьей ступени – не демонстративная, спокойная, контролируемая. Хозяин, судя по тому, как он окидывал зал взглядом, отмечая всё и всех.

Мы подошли к стойке.

– Комната на ночь, – сказала Мэй Инь. – И еды.

Хозяин оценил нас быстро, профессионально. Увидел потрёпанную одежду, усталые лица, руки на рукоятях оружия. Увидел достаточно, чтобы понять – беглецы, но не опасные для его заведения.

– Три серебряных за комнату, – сказал он ровным голосом. – Еда включена. Правила: никаких драк внутри, никакой крови на полу, никаких конфликтов у порога. Хотите убить друг друга – выходите на улицу. Нарушаете правила – вылетаете через окно. Окна у меня маленькие, но вы сильны. Ясно?

– Ясно, – кивнула Мэй Инь, доставая монеты.

– Вторая комната справа на втором этаже. Ключа нет – закрываете дверь изнутри. Еду принесут через полчаса. – Он взял серебро, проверил на подлинность, кивнул. – Добро пожаловать в «Уединение».

Мы поднялись на второй этаж – узкий коридор с дверями по обе стороны, тусклое освещение от масляных ламп. Комната оказалась маленькой, но чистой – две кровати, стол, стулья, окно с видом на улицу. Спартанская обстановка, но после недель ночёвок в пещерах и под открытым небом выглядела почти роскошной.

Я рухнул на кровать, чувствуя, как мышцы протестуют от усталости. Спутница села у окна, глядя на улицу внизу.

– Думаешь, нас здесь найдут? – спросил я.

– Рано или поздно – да, – ответила она, не оборачиваясь. – Но не сразу. Каменные Врата – большая провинция. Искать двух конкретных людей среди сотен беглецов и изгоев – задача сложная. Временное Правительство не пришлёт сюда полноценную охотничью группу. Может, пару разведчиков, может, наймут местных. Но это займёт время.

– Сколько времени?

– Недели. Месяц, если повезёт. – Она повернулась, встретилась со мной взглядом. – Нужно использовать это время. Восстановиться полностью. Подготовиться к переходу через Пустоши. Может быть, найти союзников.

– Союзников? Здесь?

– Почему нет? – Она пожала плечами. – Враг моего врага – не друг, но хотя бы временный попутчик. Временное Правительство враг для всех, кто здесь прячется. Мы можем найти людей, которые тоже хотят добраться до Пустошей. Или хотя бы тех, кто продаст нам информацию и снаряжение. Ну и, конечно, не стоит исключать возможность предательства.

Логично. Циничная, прагматичная логика выживания.

Через полчаса принесли еду – рис с овощами, жареная курица, суп с травами, кувшин тёплого чая. Простая пища, но свежая и обильная. Мы ели молча, с аппетитом голодных путников, для которых каждый приём пищи мог быть последним.

– Что делаем завтра? – спросил я, доедая последнюю ложку риса.

– Разведка, – ответила моя опытная подруга. – Походим по поселению, послушаем разговоры. Узнаем, что происходит в провинции, какие новости с границ, кто ищет беглецов из столицы. Может быть, найдём кого-то, кто знает безопасные пути в Пустоши.

– А если нас узнают?

– Вряд ли. – Она покачала головой. – Мы здесь не единственные беглецы. После падения столицы сотни культиваторов рассеялись по провинциям. Каменные Врата приняли многих. Мы для местных – просто ещё двое изгоев. Пока не демонстрируем уникальные техники, пока не привлекаем внимание слишком мощной аурой – сольёмся с толпой.

Голоса павших шептали осторожно – Сюй Фэн предостерегал быть внимательным, Чжан Хао требовал постоянной готовности к бою, старейшина Янь советовал наблюдать и анализировать. Я прислушивался к ним, но не подчинялся слепо. Они были опытом, но не абсолютной истиной.

Первый раз за долгое время я спал в кровати, под крышей, без необходимости постоянно держать ухо востро на случай внезапного нападения. Голоса утихли, пламя внутри дремало, напряжение ослабло. Особенно, когда пришла Мэй Инь.

Молча. Последней моей осознанной мыслью было, что в этом мире я уже убил не менее сотни человек – а с женщиной был впервые.

Утро встретило шумом улицы – поселение просыпалось рано, люди выходили по делам, торговцы разворачивали лавки, культиваторы собирались группами, обсуждая что-то. Мы спустились в зал трактира, где уже сидели несколько посетителей – завтракали, пили чай, разговаривали вполголоса.

Я активировал Взгляд сквозь Пламя, сканируя зал. Ничего подозрительного – ну, кроме невозможной концентрации культиваторов, выше, чем в столице. Никто не смотрел на нас с особым интересом. Да даже без интереса не смотрел.

Мы сели за свободный стол в углу, откуда был виден весь зал и выход. Привычка параноиков, но в нашем положении паранойя была не болезнью, а необходимым инструментом выживания.

– Слышал новости? – донёсся голос с соседнего стола.

– Какие именно? – ответил другой. – Их каждый день по дюжине.

– Про Временное Правительство. Говорят, они наконец собрали армию. Тысяч пятнадцать, может больше. Идут на юг, подавлять мятеж в провинции Красного Леса.

– И чего? Красный Лес далеко. Нас не касается.

– Пока не касается. Но если они там победят – следующими будем мы. Каменные Врата – бельмо в глазу правительства. Рано или поздно придут.

– Придут – встретим. Здесь каждый второй культиватор. Пусть попробуют подавить.

Смех – уверенный, но с оттенком напряжения. Немного даже истеричного веселья. Никто не хотел войны, но все понимали, что она неизбежна. Вопрос был не «если», а «когда».

– А ещё слышал, – продолжил первый голос тише, – что в горах на востоке кто-то видел странные огни. Ночью. Говорят, будто демоны активизировались.

– Демоны всегда были активными в горах, – отмахнулся второй. – Поэтому туда никто не ходит.

– Это разные огни. Не красные, а синие. Холодные. И звуки странные – будто кто-то поёт, но не человеческим голосом.

– Бред пьяного охотника.

– Может быть. Или может быть, кто-то там практикует… всякое. Слышал, что на границе с Пустошами есть древние руины. Там могут быть техники, формации, артефакты.

– Если хочешь проверить – иди. Я сказок ещё в детстве наслушался.

Разговор затих, переключившись на более приземлённые темы – цены на припасы, результаты недавней стычки между бандами, слухи о новом борделе, который открылся на севере поселения…

Глава 12

– Пустоши, значит. Не первые, кто спрашивает, не последние. Безопасного пути туда не существует – только менее смертельные варианты, где шанс сдохнуть составляет всего процентов семьдесят вместо девяноста пяти. Но есть человек, который может помочь. – Хозяин налил себе что-то из запотевшей бутылки, выпил залпом, не поморщившись. – Лю Шань. Проводник. Бывший разведчик клана Земли. Знает тропы, знает опасные зоны, знает, где можно спрятаться, а где даже культиватор четвёртой ступени превратится в удобрение для местной флоры за пять минут. Берёт дорого, но ведёт надёжно. Вернее, те, кого он согласился вести, доходят чаще остальных. Собственно, практически только они и доходят.

– Где его найти?

– Проблема в том, – хозяин налил ещё, но пить не стал, просто крутил стакан в пальцах, – что Лю Шань работает не на себя. Он на жаловании у Лао Шаня, одного из трёх здешних хозяев жизни. А Лао Шань не любит демонических культиваторов. Совсем не любит. У него свои взгляды на правильный путь культивации, если понимаете, о чём я.

Разумеется. Бывший старейшина клана Земли, сбежавший из-за философских разногласий о запрещённых техниках. Такие типы обычно либо сами практикуют всё запрещённое подряд, либо яростно ненавидят тех, кто это делает. Судя по тому, что он остался верен ортодоксальному Пути, вариант два.

– И что предлагаете? – спросила Мэй Инь.

– Вариантов несколько, каждый с долей веселья, – хозяин наконец выпил вторую порцию. – Первый: идти самим. Найти карту, компас, взять припасы на месяц и молиться всем богам разом. Второй: попытаться договориться с Лао Шанем напрямую, объяснить, что вы не такие демонические, какими кажетесь, и вообще случайно вошли не в ту дверь. Третий: найти кого-то, кто согласится за деньги сопроводить вас хотя бы до границы Пустошей – дальше сами. Но толковых проводников в округе немного, и стоить это будет прилично.

– Четвёртый? – уточнил я, потому что его интонация явно намекала на продолжение.

Хозяин усмехнулся шире, обнажив кривые зубы, и налил третью порцию уже не себе, а нам, придвинув два замызганных стакана через стойку:

– Четвёртый – самый интересный. У Лао Шаня есть проблема, небольшая, но раздражающая. Как заноза под ногтем. Банда молодых идиотов решила, что могут собирать дань с торговцев, которые платят Лао Шаню за безопасный проход через его территорию. Дерзость, конечно, восхитительная – красть у того, кто может размазать тебя по стене одной левой, – но Лао Шань терпит их, потому что главарь этой банды – племянник Сюй Линь, той самой властительницы севера. Убить нельзя – начнётся война между двумя из трёх властителей, что плохо для всех. Прогнать тоже бесполезно – вернутся через неделю. Но если кто-то посторонний, скажем, пара случайных бродяг, проучит этих выскочек, преподаст урок, не убивая, но достаточно болезненно, чтобы они запомнили на всю оставшуюся жизнь… Лао Шань будет очень благодарен. Достаточно благодарен, чтобы предоставить проводника.

Ясно. Классическая задачка для наёмников – вытащить каштаны из огня чужими руками. С одной стороны, опасно – связываться с бандитами, у которых есть покровительница пятой ступени, это как добровольно засовывать голову в пасть спящему дракону. С другой – альтернативы не слишком радужные.

– Где их найти? – спросила Мэй, и её голос был спокоен, словно мы обсуждали покупку овощей на рынке, а не план избиения местной организованной преступности.

– На Южном тракте, в двух днях пути отсюда, – хозяин достал из-под стойки потрёпанную карту, развернул, ткнул пальцем в место, отмеченное красным крестиком. – Устроили себе базу в старой сторожевой башне. Человек двадцать пять, может тридцать. Большинство – неодарённый мусор, несколько беглецов из кланов с первой ступенью, главарь – на пороге третьей. Называют себя гордо – Братство Красного Ножа. Хотя и ножи у них обычные, не красные, и братства там примерно как в змеином гнезде – каждый сам за себя. Главарь – Вэй Жун. Самовлюблённый мальчишка лет двадцати пяти, решивший, что связи тётушки делают его неуязвимым. Любит демонстрировать силу, устраивать показательные избиения тех, кто не платит, и вообще ведёт себя как типичный молодой бандит.

– И что Лао Шань хочет конкретно? Разогнать их? Избить? Напугать до усрачки?

– Главное – чтобы поняли, что грабить его торговцев больше нельзя, – хозяин забрал карту, спрятал обратно. – Как именно – ваше дело. Убивать не стоит, особенно главаря – это уже будет кровная месть, от которой даже Лао Шань не защитит. В первую очередь, потому что не захочет, разумеется. Но сломать пару костей, обжечь ауру, отобрать всё награбленное и оставить связанными посреди дороги в назидание остальным – вполне допустимо. Главное, чтобы они запомнили, кто тут настоящий хозяин территории.

Мэй посмотрела на меня. Я посмотрел на неё. В её глазах читался вопрос – стоит ли? У меня была куча контраргументов против, начиная с того, что мы беглецы, которым нужно прятаться, а не светиться в местных разборках. И заканчивая тем, что связываться с родственниками сильных мира сего – это почти гарантированная подстава рано или поздно.

Но альтернатив действительно не было. Идти самим в Пустоши без проводника – такая себе идея. Пытаться договориться с Лао Шанем, будучи демоническими культиваторами, – тоже может не прокатить. Даже если я себя таковым не считал. Оставалось либо согласиться, либо остаться в этом трактире до тех пор, пока охотники или инквизиторы не выследят нас.

– Хорошо, – кивнула наконец подруга. – Мы сделаем это. Но если окажется, что это ловушка, или Лао Шань передумает, или Сюй Линь решит отомстить несмотря ни на что – вы первый узнаете об этом. Лично. С подробностями.

Хозяин рассмеялся – искренне, впервые за весь разговор, словно угроза была комплиментом:

– Люблю профессионалов. Отдохните перед дорогой. Еду принесут. Особо не затягивайте – два дня до башни, плюс время на разведку и сам рейд. Через пять дней жду вас обратно. Если не вернётесь – значит, не судьба. Если вернётесь с результатом – Лао Шань примет вас лично. Если вернётесь без результата – лучше вообще не возвращайтесь.

Мотивирующе.

– Что думаешь? – спросила она тихо.

– Думаю, что мы влипли в очередное дерьмо, – честно ответил я. – Но выбора особого нет. Двадцать-тридцать бандитов – не самая страшная угроза, с которой мы сталкивались. Главное – действовать быстро, не дать им организоваться, выбить главаря первым ударом и показательно разнести нескольких самых громких, чтобы остальные поняли намёк. Классическая тактика запугивания – работает против плохо организованных групп.

– Проблема в том, что главарь почти третьей ступени, – напомнила Мэй Инь, потирая виски. – Даже если мы оба навалимся, это будет непросто. А если он призовёт подмогу, пока мы будем с ним биться…

– Тогда я займусь главарём, – решил я, активируя пламя на кончике пальца, наблюдая, как золотистый огонёк пляшет в полумраке комнаты. – Солнечное Копьё в полную мощность должно пробить его защиту с первого раза, если попаду в уязвимое место. Ты держишь остальных – твои зеркала идеально подходят для контроля толпы, можешь запутать их, заставить драться друг с другом, пока я разбираюсь с главным. Главное – не дать им окружить нас и не увязнуть в затяжном бою. Быстро вошли, разнесли, быстро вышли. Приключение на пятнадцать минут.

Голоса внутри меня зашептали разом, как хор древних мертвецов, дающих советы живому наследнику. Чжан Хао требовал сжечь всех к чертям собачьим и не заморачиваться сохранением жизней – мёртвые бандиты не вернутся с местью. Сюй Фэн предостерегал быть осторожным и не недооценивать противника, потому что именно недооценка убивает больше культиваторов, чем все демонические звери вместе взятые. Инквизитор из Длани Очищающей советовал использовать яд или ловушки, чтобы снизить их численность до начала боя. Старейшина Янь молчал, но его присутствие ощущалось как тяжёлая, осуждающая тень, которая не одобряла всю эту авантюру с самого начала.

Я заглушил хор, сосредоточился на настоящем.

Пламя внутри меня пульсировало спокойно, почти лениво, переваривая последнее сражение и души поглощённых врагов, встраивая их опыт в общую копилку знаний, которые теперь были моими. Восемнадцать голосов, восемнадцать жизней, восемнадцать судеб, прерванных и поглощённых пламенем. Иногда я задумывался – где граница? Когда количество чужих душ превысит мою собственную, кем я стану? Всё ещё Чжоу Сяо, бывшим офисным работником, перевоплотившимся в культиватора огня? Или коллективным разумом из обломков личностей, объединённых только общим носителем – моим телом?

Философские вопросы, на которые не было ответов. Да и искать их было некогда.

Хозяин лично принёс нам завтрак – рис с какими-то овощами, вяленое мясо, чай из трав, которые, вероятно, росли где-то в горах и обладали свойствами, известными только местным. Еда была простой, но сытной, да и на вкус вполне себе.

– Всё запомнили? – спросил хозяин, собирая пустые миски.

– Да, – кивнула Мэй.

– Только не идите напрямик по тракту, – добавил он, понизив голос, хотя в коридоре никого не было. – Они выставляют дозоры. Если заметят вас издалека, приготовятся или сбегут. Лучше идти параллельно, через лес – дольше, но безопаснее. И главное – не убивайте главаря. Сломайте, унизьте, оставьте инвалидом на всю жизнь, если хотите, но не убивайте. Сюй Линь может простить многое своему племяннику, но не его смерть. Даже Лао Шань не защитит вас от мести пятой ступени, если пролита кровь родственника.

– Поняли, – буркнул я, вставая. – Калечим, но не убиваем. Классическая работа по воспитанию молодёжи.

Южный тракт был широкой, укатанной дорогой, вдоль которой тянулись леса, перемежающиеся полями и редкими деревушками. Население предпочитало не высовываться при виде подозрительных путников, да и мы шли параллельно тракту, используя Взгляд сквозь Пламя и технику восприятия Мэй Инь для обнаружения дозоров.

Первого дозорного мы нашли через полдня пути – молодой парень первой ступени, сидящий на дереве и откровенно скучающий, его аура была расслаблена почти до состояния сна. Мы обошли его широкой дугой, не оставив следов. Второй дозор – пара обычных бандитов у развилки дорог, играющих в кости – тоже не заметил нас, слишком увлечённые своей игрой и спором о правилах, который, судя по громкости, мог перерасти в драку в любой момент.

К вечеру мы остановились в небольшой пещере, достаточно глубокой, чтобы укрыться от ветра и дождя, который начал моросить с закатом, превращая лес в серое, мокрое месиво. Развести костёр было нельзя – дым привлёк бы внимание, поэтому мы ели холодную еду из припасов и пили воду из ручья, который журчал где-то неподалёку.

– Завтра к полудню будем у башни, – прошептала Мэй Инь, изучая след на земле, который мы нашли у входа в пещеру – кто-то проходил здесь недавно, но след был старый, размытый дождём. – Нужно будет сначала разведать, узнать их расположение, количество, привычки. Нападать вслепую – глупость.

– Согласен, – кивнул я, прислонившись спиной к холодной каменной стене. – Потратим полдня на наблюдение. Лучше потерять время, чем влипнуть в засаду или наткнуться на вдвое большее количество противников, чем нам сказали.

Ночь прошла спокойно, если не считать звуков ночного леса – вой каких-то зверей, шорохи в кустах, далёкий крик птицы, которая звучала слишком человечески для комфорта, но никаких культиваторов или патрулей. Мы спали по очереди, меняясь каждые три часа, держа оружие наготове.

Утро второго дня встретило нас туманом, густым и липким, словно суп из молока и серости, через который едва просматривались очертания деревьев. Отличная погода для скрытного передвижения – видимость никакая, звуки приглушены, даже культиваторы с усиленным восприятием будут полагаться больше на ауры, чем на зрение.