Текст книги "Гитлер vs Сталин. Тайна двух режимов"

Автор книги: Wim Van Drongelen

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

В 1931 г. случилась сильная засуха, которая в совокупности с бесхозяйственным отношением к сбору урожая привела к резкому снижению хлебозаготовок – с 835,4 млн ц в 1930 г. до 694,8 млн ц в 1931 г.

Сильный мороз в 1932 г. привел к гибели озимых, и к началу посевного сезона многие колхозы подошли без семян для посева и кормов скота. К тому же плохой уход за животными и нехватка кормов повлияли на то, что скот оказался непригоден к работам.

Несмотря на сложившуюся ситуацию, планы на местах стремились выполнить и перевыполнить, особенно это коснулось увеличения объемов экспорта зерна. Вывоз зерна за границу производился, несмотря на значительное снижение цен на него на мировом рынке. В итоге в малых городах и деревнях на востоке страны начался голод.

Перспективы на урожай 1932 г. оказались неутешительными, и предпринятые в спешке меры по снижению планов экспортных поставок и сдачи урожая не помогли избежать голода, случившегося зимой 1932—1933 гг.

Г. Джонс, ранее работавший советником премьер-министра Великобритании Ллойд-Джорджа и посещавший СССР 3 раза с 1930 по 1933 г., 13 апреля 1933 г. в газете «Financial times» писал, что главной причиной возникшего голода стала коллективизация, проводившая советским правительством. Она привела к следующим последствиям:

1) у двух третей крестьянства была отнята земля, в результате чего исчез стимул к труду, а в 1932 г. насильственным путем у них был практически полностью изъят урожай;

2) массовый забой скота из-за того, что крестьяне не хотели отдавать его на колхозные фермы, и резкое снижение поголовья лошадей привели к упадку животноводства и невозможности полноценного сельскохозяйственного труда;

3) борьба с кулачеством, в ходе которой 7 млн наиболее хороших работников и крепких хозяев были согнаны со своих земель и лишены подворья, нанесла сильный удар по трудовому потенциалу страны;

4) значительно увеличился экспорт пищевых продуктов вследствие того, что на мировом рынке сильно снизились цены на остальные экспортируемые товары (лес, нефть и др.).

Руководство ВКП (б) приняло решение о незамедлительном внедрении решений, касающихся управления аграрным сектором, – началась чистка самой партии, а в особенности учреждений системы Наркомзема СССР. Были сформированы комиссии по определению урожайности, подверглись серьезным преобразованиям системы закупки, поставок и распределения продуктов питания. Наиболее эффективными оказались меры по созданию политических отрядов, для управления которыми назначались непосредственные партийные руководители колхозов и машинно-тракторных станций (МТС).

Принятые меры позволили реанимировать сельское хозяйство, и, несмотря на кризис, в 1933 г. в стране был собран хороший урожай. А в январе 1933 г. на объединенном Пленуме ЦК ВКП (б) были констатированы ликвидация кулачества как класса и победа социализма в деревне.

Вместе с тем факт жестокого уничтожения кулаков, как и массовый голод, является еще одной печальной стороной коллективизации, приведшей к необратимым последствиям в судьбе российского крестьянства. В ходе принятых мер все кулачество было поделено на три основные группы:

1) контрреволюционные активисты-кулаки, рьяно противостоявшие созданию колхозов либо бежавшие с постоянного места жительства, перейдя на нелегальное положение;

2) самые богатые местные кулаки – центр антисоветского актива;

3) все остальные кулаки.

На деле конфискации имущества подвергались не только кулаки, но и так называемые подкулачники, являвшиеся середняками, бедняками или даже батраками, которых уличили в прокулацких настроениях или действиях, направленных против образования колхозов. Эти акты напрямую противоречили содержавшемуся в постановлении пункту о недопущении ущемления середняков.

Главы семей первой и второй указанных групп арестовывались, а их дела рассматривали специальные «тройки», в которые входили представители ОГПУ, прокуратуры, обкомов или крайкомов ВКП (б). Кулаки, отнесенные к третьей категории, в большинстве случаев не направлялись на спецпоселения, а просто выселялись в другие края. Семьи кулаков первой группы, а также раскулаченные крестьяне второй высылались в отдаленные районы страны на спецпоселение или трудпоселение.

Вопреки имевшимся инструкциям выселенцы практически не обеспечивались продуктами питания и необходимым для работы и жизни инвентарем (особенно это относится к первым годам высылок). Зачастую людей отправляли в районы, совершенно не предназначенные для ведения сельского хозяйства.

В конце 1980-х гг. в исторической науке появилась гипотеза о том, что И. В. Сталин осуществлял коллективизацию для того, чтобы получить деньги на индустриализацию за счет значительного экспорта сельскохозяйственной продукции, однако статистика не позволяет неоспоримо принять это мнение. Дело в том, что за 1926—1933 гг. зерна вывезено на 672,8 млн рублей, а ввоз техники был осуществлен на 306 млн рублей. Помимо этого, в 1927—1933 гг. в СССР завезли племенного скота на 100 млн рублей, а импорт удобрений и оборудования, необходимого для изготовления сельскохозяйственных орудий и механизмов, также оказался довольно велик.

К 1938 г. в ходе коллективизации были объединены почти 93 % крестьянских хозяйств, которые в виде колхозов и совхозов являлись в СССР основными производителями сельскохозяйственной продукции на протяжении долгих десятилетий.

Охранители режима: правоохранительные органы СССР в 1930-е гг. Новая государственная структура

10 июля 1934 г. ЦИКом СССР было принято постановление «Об образовании Народного комиссариата внутренних дел СССР». В состав нового учреждения вошло ОГПУ СССР, получившее название Главного управления внутренней безопасности. Наркомом внутренних дел СССР был назначен Генрих Григорьевич Ягода (рис. 28).

На новую структуру государственной власти возлагались следующие функции: обеспечение общего государственного порядка и безопасности; охрана социалистической собственности; регистрация браков.

Для обеспечения наиболее полной реализации указанных функций в составе НКВД были образованы Главное управление государственной безопасности (ГУГБ), Главное управление рабоче-крестьянской милиции (ГУ РКМ); Главное управление пограничной и внутренней охраны (ГУ ПиВО); Главное управление пожарной охраны (ГУПО); Главное управление исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ) и трудовых поселений (ГУЛАГ); отдел записи актов гражданского состояния (ЗАГС); Административно-хозяйственное управление; Финансовый отдел (ФИНО); отдел кадров; секретариат; особо уполномоченный отдел.

Всего в НКВД насчитывалось 8211 штатных работников. За функционированием ГУГБ пристально следил сам Г. Г. Ягода.

Рис. 28. Г. Г. Ягода

ГУГБ также имел собственную структуру, в которую входили подразделения бывшего ОГПУ. Особый отдел (ОО) занимался контрразведкой и борьбой с вражескими действиями в армии и на флоте; секретно-политический отдел – борьбой с антисоветскими и неприязненно настроенными партиями. Экономический отдел (ЭКО) боролся с организацией диверсий и разного рода вредительств в народном хозяйстве. Основной функцией иностранного отдела (ИНО) было проведение заграничной разведки. Оперативный отдел (оперод) занимался охраной руководства ВКП (б) и членов правительства, производил аресты и обыски, а также вел наружное наблюдение.

Специальный отдел (спецотдел) создавал шифры и наблюдал за соблюдением секретности в существовавших ведомствах.

Транспортный отдел занимался профилактикой диверсий на транспорте и боролся с вредительством. Учетно-статистический отдел (УСО) вел оперативный учет, подсчитывал статистические данные и занимался хранением архивов.

НКВД в довоенное время

С течением времени НКВД несколько раз производил реорганизацию в своей структуре, сопровождавшуюся переименованием управлений и отделов.

До начала Великой Отечественной войны в ведомстве несколько раз менялись руководители: в 1936 г. им был Н. И. Ежов, а 2 года спустя, в декабре 1938 г., на эту должность был назначен Лаврентий Павлович Берия (рис. 29).

3 февраля 1941 г., незадолго до начала Великой Отечественной войны Президиум Верховного Совета СССР издал указ, согласно которому НКВД делился на два независимых друг от друга органа – НКВД СССР (нарком – Л. П. Берия) и Наркомат государственной безопасности СССР (НКГБ), который возглавил В. Н. Меркулов. Согласно этому же указу был расформирован особый отдел ГУГБ НКВД СССР. Его заменили два подразделения: третье управление Наркомата обороны (НКО) и Наркомата военно-морского флота (НК ВМФ) и третий отдел НКВД СССР, который занимался оперативной работой в войсках НКВД.

Несмотря на то что НКВД СССР выполнял важнейшую функцию охраны государственной безопасности, у большинства людей название этой организации ассоциировалось исключительно с проведением массовых репрессий, совершением военных преступлений и неоправданной жестокостью. Миллионы людей были отправлены в лагеря ГУЛАГа, сотни тысяч были расстреляны. Практически все граждане, подвергшиеся репрессиям, были осуждены «тройками» НКВД.

Рис. 29. Л. П. Берия

В 1930-х гг. НКВД очень активно взаимодействовал с гестапо. Сотни коммунистов и антифашистов немецкого и австрийского происхождения, искавших в Советском Союзе политического убежища и скрывавшихся от нацизма, были выдворены из СССР в качестве «нежелательных иностранцев». Их передавали гестапо вместе с собранными на них документами. Разведка НКВД занималась также ликвидацией иностранцев и бывших советских людей, которые вели активную пропаганду против СССР. В их числе были Л. Д. Троцкий, Б. В. Савинков, Е. А. Коновалец и др.

Среди арестованных НКВД людей в период с 1934 по 1941 г. большую часть составляли политические деятели, священники, интеллигенты, чиновники, военные и бывшие полицейские, буржуа и пр. Большинство политических заключенных содержалось во временных тюрьмах, ожидая пока их отправят в лагеря или ссылку.

Борьба с классовым врагом: «большой террор», ГУЛАГ

Жестокие тридцатые

Репрессии, осуществлявшиеся в 1930-х гг., в последние десятилетия напрямую связывают с именем И. В. Сталина, который в то время был единоличным правителем государства. Многие историки относят к жертвам политических репрессий осужденных по статье 58 УК РСФСР от 1926 г., которая квалифицировалась самые невинные действия как контрреволюционное выступление, а также пострадавших от таких акций сталинского режима, как раскулачивание и депортация по национальному признаку.

Большинство исследователей рассматривают репрессии 1930-х гг. как продолжение террора большевиков, принявшего массовый характер сразу же после Октябрьской революции 1917 г. Жертвами действий власти становились не только ярые противники режима, но и люди, которые лишь отчасти не соглашались с проводимой политической линией. Этот террор проводился и по социальному признаку, например против бывших жандармов, чиновников царского правительства, полицейских, священников, предпринимателей и представителей других социальных категорий. Некоторые историки считают использовавшуюся И. В. Сталиным политику как отход от истинной политики большевиков, обосновывая свои выводы тем, что значительный процент репрессированных составили члены партии и разного уровня руководители. Многие полагают, что «красный террор», проводившийся в условиях Гражданской войны, был объективным с точки зрения исторических условий.

Однако окончание Гражданской войны не привело к прекращению репрессий. Как стало известно значительно позже, практически все дела были сфабрикованными и строились на фальсифицированных сведениях («Дело лицеистов», «Дело фокстротистов», «Шахтинское дело»).

После того как в конце 1920-х – начале 1930-х гг. в стране стартовали принудительная коллективизация сельского хозяйства и индустриализация промышленности, а также произошло усиление роли И. В. Сталина в руководстве партией, репрессии действительно стали приобретать катастрофические масштабы. Наиболее значительными они были в 1937—1938 гг. В это время лишь органами НКВД без содействия милиции были арестованы 1,58 млн человек, а 682 000 из них расстреляны.

Идеологическое обоснование проводимых репрессий было сформулировано еще в 1920-е гг. в ходе Гражданской войны: уничтожение классовых врагов, борьба с великодержавным шовинизмом и национализмом. Сам же И. В. Сталин определил этот новый подход на Пленуме ЦК ВКП (б), состоявшемся в июле 1928 г. как концепцию «усиления классовой борьбы по мере завершения строительства социализма».

На деле руководители партии понимали неизбежность Второй мировой войны, а для подготовки к ней следовало избавиться от борьбы внутри самой партии, возможных изменников, предателей и вредителей, чтобы в военных условиях не возникло «пятой колонны».

Во время принудительной коллективизации сельского хозяйства одним из главных направлений внутренней политики правительства было подавление выступлений крестьян, направленных против советской власти. С этим же была связана и «ликвидация кулачества как класса».

Вместе с репрессиями против инакомыслящих власти попытались полностью уничтожить и церковь. Уже в 1925 г. был образован Союз воинствующих безбожников, а затем стали издавать специальный журнал «Безбожник».

Проведение такой политики предполагало принудительное лишение богатых крестьян имущества и земли с последующим выселением в отдаленные районы страны, причем делалось это без решения суда. Государство с помощью таких действий смогло уничтожить основную социальную группу в деревне, которая была способна организовывать и поддерживать крестьянские выступления. Протесты сельчан против коллективизации, высоких налогов и насильственной сдачи излишков хлеба выражались по-разному: хлеб укрывали, сжигали, а партийных и советских активистов убивали, причем все эти действия рассматривались властью как проявление «кулацкой контрреволюции».

За подавление крестьянских восстаний в конце 1920-х гг. отвечал особый отдел ОГПУ, которому лишь за 1929 г. удалось подавить в деревне более 2 500 антисоветских выступлений.

2 февраля 1930 г. ОГПУ СССР получило приказ № 44/21, в котором говорилось, что особенно в районах сплошной коллективизации кулакам и прочим контрреволюционным элементам должен быть нанесен «сокрушительный удар». Согласно этому приказу ОГПУ должно было производить ликвидацию «контрреволюционного кулацкого актива». Преимущественно это касалось действовавших в стране повстанческих группировок и кулаков-одиночек.

Массовым переселением в эти годы занималась специальная группа, подчинявшаяся секретно-оперативному управлению и непосредственно ее начальнику Е. Г. Евдокимову. В большинстве случаев выступления крестьян быстро подавлялись, только в 1931 г. потребовалось использование армии для ликвидации волнений среди спецпоселенцев на Урале и в Западной Сибири.

Правительство вело активную борьбу с вредительством, так как в годы усиленных темпов индустриализации требовались не только значительные капиталы, но и грамотные кадровые резервы. Следует отметить, что значительную часть новых рабочих составляли крестьяне, которые не имели необходимых навыков для работы со сложным современным оборудованием.

Государство в значительной степени зависело от технической интеллигенции, которая оставалась в стране с царских времен. Практически все такие специалисты относились к лозунгам и призывам правительства со значительной долей скептицизма.

В некоторых процессах, проводимых по делам о вредительстве и саботаже, встречались следующие обвинения: саботаж наблюдения солнечного затмения («Пулковское дело»), составление неверного отчета, касающегося финансового положения СССР, что в итоге привело к подрыву его международного престижа («Дело трудовой крестьянской партии»); саботаж, проведенный по заданию иностранной разведки и касающийся недостаточно быстрого развития текстильной фабрики, повлекший за собой подрыв советской экономики и массовое недовольство («Дело промпартии»); порча посевного материала путем его заражения и вредительства в сфере механизации с помощью недостаточных поставок запасных частей («Дело трудовой крестьянской партии»); намеренное неравномерное распределение товаров по районам, осуществленное по заданию иностранной разведки, что в итоге привело к образованию в одних местах излишков, а в других – недостатка продукции («Дело меньшевистского Союзного бюро»).

В 1920– 1930-е гг. подобные обвинения общество воспринимало соответствующе. Все дела о саботаже и вредительстве, сфабрикованные советскими органами, перечислить невозможно, так как их было огромное множество.

Дела Промпартии, Трудовой крестьянской партии и «Союзного бюро» отличаются от других, так как все осужденные по этим процессам, с точки зрения следствия, были связаны между собой в разветвленную сеть заговорщиков, а между самими этими организациями существовало четкое разделение по саботажу в разных областях.

Во время этих и многих других процессов под репрессии попадали и иностранные граждане. В основном это были представители Великобритании и Германии, обвинявшиеся в том, что якобы под прикрытием своих фирм развернули в Советском Союзе широкую шпионскую сеть. Так, некоторые специалисты из немецкой компании AEG («Всеобщая компания электричества») были привлечены к суду по делу Промпартии. Однако их приговорили к условным срокам заключения.

В 1933—1934-х гг. наблюдалось некоторое ослабление террора. Это оказалось возможным благодаря инструкции ЦК ВКП (б) и СНК СССР, спущенной 8 мая 1933 г., которую настоятельно рекомендовалось реализовать партийным и советским работникам, служащим ОГПУ, судам и прокуратуре. Помимо того, инструкция категорически запрещала массовое выселение крестьян, кроме особо активных «контрреволюционеров», которых все же разрешалось отправлять в места не столь отдаленные. Также в инструкции был определен лимит заключенных в местах заключения Наркомата юстиции, ОГПУ и Главного управления милиции, составивший 400 000 человек. Это примерно вдвое больше, чем уже находились в перечисленных учреждениях. К началу июля 1933 г. все указания этой инструкции были выполнены.

По официальным данным, в 1934 г. были осуждены 1,2 млн человек, тогда как годом раньше осужденных было больше на 200 000 27 мая 1934 г. ЦИК СССР принял постановление, по которому процесс восстановления гражданских прав крестьян-спецпоселенцев должен был осуществляться значительно проще.

В ноябре 1934 г. Пленум ЦК ВКП (б) решил упразднить карточную систему и ликвидировать политотделы МТС, представлявшие собой чрезвычайные органы управления, образованные для наведения порядка в 1933 г. в тех случаях, когда деревня не собиралась переходить к коллективному методу хозяйствования.

Перед XVIII съездом ВКП (б) 1934 г. в партии были восстановлены Г. Е. Зиновьев, Л. Б. Каменев, Е. А. Преображенский, проблема трудоустройства которых была решена сразу же после их покаяния на съезде. 10 июля 1934 г. была проведена очередная реорганизация специальных служб Советского государства, в результате которой ОГПУ было упразднено и образован НКВД СССР с вошедшим в его состав ГУГБ. В НКВД имелся собственный орган внесудебной расправы (Особое совещание при наркоме внутренних дел), в полномочия которого входило вынесение приговоров о заключении, ссылке на срок до 5 лет и выселении из Советского Союза «общественно опасных лиц». Это Совещание стало альтернативой судебных коллегий ОГПУ, но его возможности были значительно урезаны.

1 декабря 1934 г. был убит С. М. Киров. Это событие послужило поводом для новой волны политических репрессий. Особенностью этого периода стало и то, что террор в это время касался не столько классовых врагов, сколько самой партии большевиков. Даже в официальном сообщении об убийстве Кирова содержался момент, говоривший о важности искоренения врагов рабочего класса.

В этот же день И. В. Сталин санкционировал постановление ЦИК и СНК СССР «О внесении изменений в действующий Уголовно-процессуальный кодекс союзных республик», суть которого состояла в следующем: следствие по особо важным делам должно было проходить в течение 10 дней; обвиняемый должен был получить обвинение за сутки до рассмотрения дела в суде; не допускались обжалование приговоров и помилование осужденных; приговор к высшей мере наказания приводился в исполнение немедленно после его вынесения.

Когда шло расследование убийства Кирова, И. В. Сталин дал указание разрабатывать «зиновьевский след». Спустя уже несколько дней после убийства, произошли аресты сторонников оппозиции Г. Е. Зиновьева, а 16 декабря под стражу взяли самих Л. Б. Каменева и Г. Е. Зиновьева. 28—29 декабря 1934 г. 14 человек, обвиненных в организации убийства Кирова, были приговорены к расстрелу. В приговоре говорилось, что все они «были активными участниками зиновьевской антисоветской группы в Ленинграде», а в дальнейшем получили определение как «подпольная террористическая контрреволюционная группа», которая находилась под командованием «ленинградского центра».

Если в 1928 г. Русская православная церковь имела 30 000 приходов, то 11 лет спустя во всем Советском Союзе осталось всего 100 действующих храмов.

9 января 1935 г. по указанному делу были осуждены еще 77 человек, а 16 января – группа из 19 человек во главе с Г. Е. Зиновьевым и Л. Б. Каменевым. Все судебные процессы были очень грубо сфабрикованы.

Партийная чистка

Впоследствии в личном архиве И. В. Сталина был обнаружен список двух контрреволюционных центров. В течение нескольких последних лет жизни И. В. Сталин использовал убийство Кирова как повод для борьбы со своими политическими противниками, являвшимися представителями самых разных течений и партий, относившихся к оппозиции в 1920-х гг. Практически все они были расстреляны по обвинению в террористической деятельности.

26 января 1935 г. И. В. Сталин подписал постановление Политбюро, касающееся высылки из Ленинграда 663 сторонников Г. Е. Зиновьева и Л. Б. Каменева. Вместе с этим 325 представителей бывшей оппозиции были переведены на партийную работу в отдаленные регионы. Подобные действия предпринимались и в других местах.

В марте-апреле 1935 г. Особым совещанием при НКВД СССР был приговорен к суду целый ряд крупных партийных работников, которые в 1921 г. поддержали «рабочую оппозицию», касавшуюся сфабрикованного дела о создании «контрреволюционной организации – группы "рабочая оппозиция"».

В январе—апреле 1935 г. было раскрыто так называемое «Кремлевское дело». В его рамках были арестованы некоторые служащие Кремля. Их обвинили в создании террористической группировки, готовившей покушение на руководителей государства. По этому делу 3 марта того же года А. С. Енукидзе был лишен поста секретаря ЦИК СССР, а его место занял бывший прокурор СССР А. И. Акулов, которого в скором времени сменил А. Л. Вышинский.

27 мая 1935 г. НКВД СССР издал приказ, по которому в областях, краях и республиках были созданы «тройки», в которые вошли начальники управлений НКВД, начальники управлений милиции и областные или краевые прокуроры с получением права выносить приговоры о высылке, ссылке или лишении свободы до 5 лет.

«Генеральная чистка» партийных рядов проводилась в 1933—1934 гг. и была продолжена в мае 1935 г.

В результате этой акции из ВКП (б), общая численность которой составляла 1 916 500 человек, было исключено 18,3 % ее членов. Когда чистка была завершена, НКВД приступил к проверке партийных документов, продолжавшейся до конца 1935 г., в результате чего были исключены еще около 20 000 членов партии.

С января по сентябрь 1936 г. была проведена «замена партийных документов», вследствие чего из партии исключили еще 18 % ее членов.

В первую очередь репрессиям подвергались исключенные из партии. Большинство из тех, кто являлись членами партии на руководящих должностях в 1917 г. или позже, были расстреляны. Единственным членом Политбюро 1917 г., который смог уцелеть в результате этой чистки, был сам И. В. Сталин. Из остальных пяти человек четверых расстреляли, а Троцкого выслали из страны и убили в 1940 г.

Из семи членов Политбюро, вошедших в его состав между 1917 и 1924 г. (до смерти Ленина), четыре были расстреляны, один покончил с собой (М. П. Томский) и лишь двое остались в живых (В. М. Молотов и М. И. Калинин). Из 1966 делегатов XVII съезда ВКП (б), который состоялся в 1934 г. и стал последним перед организованной сталинской чисткой, были арестованы 1108, и практически все они них расстреляны.

Вынесением расстрельных приговоров занимался специальный орган – Военная коллегия Верховного суда СССР, причем делалось это на основании списков, составленных И. В. Сталиным и его приближенными после рассмотрения дела в течение 10– 20 мин на закрытом заседании без участия обвинения и защиты.

В 1936—1938 гг. в Москве прошли три крупных открытых процесса, проводившихся над бывшими видными деятелями ВКП (б), которых обвинили в связях с троцкистской или правой оппозицией. Всем им было предъявлено обвинение в сотрудничестве с иностранной разведкой и создании заговора, основными целями которого были убийства И. В. Сталина и других видных деятелей СССР, развал государства и восстановление капитализма. Кроме того, их обвинили в организации вредительства в различных секторах экономики с этой же целью. В процессе допросов часто использовался шантаж (например, обвиняемым угрожали расправой над родственниками, пытками и др.). Осуждением занималась все та же Военная коллегия Верховного суда. За границей эти дела получили название «Московские процессы».

Первый Московский процесс состоялся в августе 1 936 г. Главными обвиняемыми на нем были Г. Е. Зиновьев и Л. Б. Каменев. Кроме прочих обвинений, их признали виновными в убийстве Кирова и подготовке покушения на И. В. Сталина. Второй Московский процесс («Параллельного антисоветского троцкистского центра») проходил в январе 1937 г. В нем фигурировали 17 крупных партийных руководителей, таких как К. Б. Радек, Г. Л. Пятаков, Г. Я. Сокольников. Тринадцать обвиняемых расстреляли, а остальных отправили в лагеря, где все они в скором времени умерли.

В третьем Московском процессе, состоявшемся в марте 1938 г., обвинению подвергся 21 член так называемого «право-троцкистского блока», главным среди которых был Н. И. Бухарин, ранее возглавлявший Коминтерн. Вместе с ним на скамье подсудимых оказались бывший председатель Совнаркома А. И. Рыков, Х. Г. Раковский, Н. Н. Крестинский и Г. Г. Ягода, ранее возглавлявший НКВД и являвшийся инициатором первого Московского процесса. Все обвиняемые по этому делу, кроме трех человек, были расстреляны.

Репрессии против армейского командного состава

Репрессии затронули также и армию. В июне 1937 г. был осужден целый ряд высших офицеров Красной армии, обвиненных в подготовке военного переворота, который должен был состояться 15 мая 1937 г. В этот список вошел и М. Н. Тухачевский («Дело Тухачевского»). В дальнейшем были репрессированы многие командующие Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА). Следует отметить, что из восьми человек, входивших в состав Специального судебного присутствия Верховного суда СССР, приговорившего всех обвиняемых по «Делу Тухачевского» к высшей мере наказания, пятеро были впоследствии также расстреляны: В. К. Блюхер, И. П. Белов, П. Е. Дыбенко, Я. И. Алкснис и Н. Д. Каширин.

Наиболее чувствительными репрессии оказались среди высшего армейского командования. Из пяти маршалов были расстреляны 3, из 9 командармов I ранга – 5, из 10 командармов II ранга – 10, из 57 комкоров – 50, из 186 комдивов – 154 и т. д.

Столь крупная чистка армии способствовала тому, что оставшиеся офицеры быстро продвигались по служебной лестнице. В итоге сложилась ситуация, при которой на высших командных должностях оказались люди, не имевшие соответствующего опыта и образования. Например, тридцатилетний военный летчик, старший лейтенант И. Проскуров менее чем за год смог дослужиться до комбрига, а спустя год возглавил ГРУ в чине генерал-лейтенанта.

В организации ВЧК—ОГПУ—НКВД чистки стали производиться еще раньше. Уже в начале 1920-х гг. из этих органов были удалены ярые сторонники «красного террора». Во время борьбы с левой оппозицией некоторых из них репрессировали за то, что они сочувствовали этой оппозиции. К примеру, Я. Г. Блюмкин за попытку передать К. Б. Радеку письмо опального Л. Д. Троцкого, находившегося за границей, был приговорен к высшей мере наказания.

Наиболее активная чистка в охранительных органах была проведена тогда, когда ведомство возглавлял Г. Г. Ягода. В сентябре 1936 г. он по указанию И. В. Сталина занял пост наркома связи, но год спустя его арестовали, и уже в 1938 г. Г. Г. Ягода сам был осужден в ходе третьего Московского процесса, получив обвинение в сотрудничестве с заграничной разведкой и убийстве М. Горького. Вместо Ягоды наркомом внутренних дел был назначен Ежов, под руководством которого прошли второй и третий Московские процессы, а также было проведено следствие по «Делу военных». С его же именем связана и чистка, производившаяся в 1937– 1938 гг.

По официальным данным, в органах государственной безопасности были репрессированы около 20 000 человек, в числе которых оказались почти все бывшие работники ВЧК, являвшиеся в свое время сотрудниками Ф. Э. Дзержинского.

В среде сотрудников государственной безопасности с 1 октября 1936 г. по 15 августа 1938 г. были взяты под арест 2273 человека, из которых почти всех расстреляли. Когда органы госбезопасности возглавил Л. П. Берия, за 1939 г. были арестованы еще 937 человек, но почти всех их затем освободили и восстановили в должностях.

Репрессии по категориям

30 июля 1937 г. НКВД издал приказ «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовных и других антисоветских элементов», определивший круг лиц, которых надлежало репрессировать. К ним относились бывшие кулаки, уже подвергавшиеся репрессиям либо скрывшиеся от них, сбежавшие из лагерей, трудовых поселений в города; бывшие «церковники и сектанты», ранее подвергавшиеся репрессиям; бывшие участники выступлений, направленных против советской власти; бывшие члены партий, открыто сопротивлявшихся большевикам (эсеры, меньшевики и др.); бывшие белогвардейцы, «каратели»; уголовники и др.

Все люди, подвергавшиеся репрессиям, делились на две основные категории:

1) «наиболее враждебные элементы», которых надлежало подвергать немедленному аресту, а после рассмотрения их дел «тройками» – безотлагательному расстрелу;

2) «менее активные, но все же враждебные элементы», которые также подпадали под арест, а после осуждения приговаривались к заключению в тюрьмы или лагеря на срок от 8 до 10 лет.