Текст книги "Десять искателей золота (СИ)"

Автор книги: Выдумок Коллекционер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

– Лорен, ты остаёшься с Блором. Ему нужен толковый помощник. Мы вчетвером пойдём в особняк. Конечно, лучше всего поделиться поровну, но так тоже ничего.

И эти четверо скрылись. В этот раз ожидание было не таким невыносимым. У Лорен и Блора есть развлечение – починка антенны. Инспектор в этом не мастер, но лучше него всё равно никого здесь нет. Дождь продолжает капать, и пятнадцать минут ушли в историю. Показался Айзек. Блор с большим трудом слез с дерева.

– Что случилось? Почему ты один?

– Мне это самому интересно. Я думал, что Брент уже здесь.

– Брент? Вы что ли разделились?!

Не к добру это, ой не к добру. К тому же у ночного гостя очень взволнованный вид. До него начинает доходить, что здесь никто не в безопасности. Если вначале ему казалось, что всё происходящее – игра, то теперь он понял, здесь в ведьмином логове все люди одинаково беззащитны. Золотая магия не щадит никого. Даже если он сообщник, то и его могут убить. Блору очень хочется вывести на чистую воду этого ночного гостя. Если он сознается и выдаст преступника, то у них появится уверенный шанс. В противном случае он так и будут гибнуть один за другим как в той детской считалочке про негритят. Блор спросил:

– Томас мертв?

– Да.

Инспектора это даже не удивило. Лорен хоть и ожидала чего-то подобного, но весть о новой смерти всегда некстати. Она облизнула губы и поправила заколку в виде бабочки.

– Как это произошло?

– Мы нашли его в сарае. Убийца явно с ним дрался, но разве из Томаса может получиться приличный боец? Нет. Вот его и убили. Доктор сказал, что это был какой-то тяжёлый предмет, что не удивительно, в сарае же полно инструментов.

– Значит, произошло уже четыре убийства.

Блор хотел расспросить Айзека получше, но из леса вышли Вера и доктор Армстронг. Все пятеро присутствующих неловко переглянулись. Был только один вопрос, который им больше всего хотелось задать друг другу:

– Где же шестой выживший? Где миссис Брент?

Все взяли инструменты. Тяжёлый разводной ключ – грозное оружие, молотком можно запросто расколоть череп, а из зубила получается потрясающий кинжал. К тому же численный перевес на стороне выживших, а не преступника. По крайней мере, все на это надеются. Доктор к всеобщему удивлению отдал пистолет Блору. Да, Вера и Армстронг хорошо поковырялись в сарае. Наличие трупа отвлекает, но они нашли все инструменты и заодно пистолет инспектора. И вся процессия из пяти выживших пошла к особняку.

Вряд ли преступник атакует такую большую группу. Если он один, то это вообще бесполезно. Однако ни в чём нельзя быть уверенными. Температура воздуха падает, земля пропиталась влагой, и приходится идти по грязи. Дождик почти переродился ливнем, который может стать уже оползнем, который понесёт этот проклятый особняк в пропасть, где ему и место.

Они дошли до дома. Решено было внутри тоже не разделяться, а проверить одну комнату за другой. На кухне нет ничего странного, а вот в гостиной все обратили внимание на то, что кто-то копался в золоте.

– Нам нужно эту комнату обыскать более внимательно. Возможно, преступник не успел сбежать. Миссис Брент, Вы здесь?!

Чувствуя, что справедливость и численное преимущество на их стороне, выжившие уверенно пошли обыскивать комнату. Проверили серванты, диваны, пространство под лестницей, а потом Вера обратила внимание на дверь. Насколько она помнит, за ней находится небольшая библиотека, наполненная старым журналами с дешёвой фантастикой. Дёрнула ручку – дверь закрыта.

– Миссис Брент, Вы там? Это я, Вера. Со мной Армстронг, Айзек, Лорен и Генри. Выходите, мы не преступники.

Но ответа не последовало. Конечно, это ещё ничего не значит, но в логове ведьмы у всех просыпается дремавшая до этого интуиция. Вера наклонилась и попробовала что-то рассмотреть в замочную скважину. Обычная пустая комната, но лучше проверить. Все впятером сходили на кухню за ключом и открыли дверь. Комнатка на самом деле очень небольшая и напоминает большой книжный шкаф, содержимое которого пополняется с каждым новым владельцем. Также возле двери лежит Брент. Мёртвая. Возле её трупа летает оса. Она сделала круг почёта по комнате, осмотрела растерянных людей, а потом скрылась в гостиной. Про осу быстро забыли, всем понятно, что в старом доме могло быть улье. Доктор Армстронг склонился к трупу Брент, который выглядит просто ужасно. У неё сильный отёк, исцарапана шея. Кожа на пальцах содрана, несколько ногтей отсутствуют. На их месте ещё кровоточит открывшаяся плоть. Все обернулись на дверь. На той глубокие царапины в кровавых пятнах, которые и оставила погибшая. Она в панике царапала дверь, и панике была такой сильной, что она даже содрала ногти. Трудно представить себе более жуткую смерть.

Доктор Армстронг внимательно осмотрел труп. Айзек первым заметил, что:

– Да у неё на шее укус. Эта была та оса.

– Верно.

– Слушайте, доктор, она умерла от... аллергии?

– Похоже на то.

Блор ещё раз осмотрел место преступления. Все явно ждут, пока он что-то скажет. Дверь была закрыта, закрыто и окно. Инспектор вынес свой вердикт:

– Думаю, Брент пришла в гостиную проверить золото и обнаружила там преступника. Тот каким-то образом выдал себя, испугал хозяйку дома. Та сразу же кинулась в библиотеку и заперлась. Наверное, она хотела выскочить из окна и сообщить нам, кто убийца, но её укусила оса. Какая ирония. В особняке, где орудует убийца, погибнуть от аллергии на яд осы. Преступник через замочную скважину увидел, как она корчится, и ушёл.

– То есть миссис Брент умерла из-за несчастного случая?

– Да. А дверь она царапала, потому что задыхалась из-за аллергической реакции.

Вера задумалась, а потом спросила:

– Доктор Армстронг, разве вчера Брент не спрашивала Вас, как можно защититься от укуса пчелы?

– Что?!

Все тут же повернулись к доктору. Тот сразу же промокнул лысину, на которой выступили бисеринки пота. Для Айзека это было практически признательным показанием, но не для Блора. Тот подошёл ближе и повторил вопрос:

– Ты знал про аллергию Брент?

– Нет. Не помню. Не могло быть такого.

Доктор Армстронг сразу растерялся, когда его практически прямым текстом обвинили в убийстве. Остались только самые умные и хитрые из людей. Брент, которая всех подряд обвиняет, уже мертва, мёртв Томас. А Блор готов присягнуть на Библии, что Вера является сообщником. На это указывает слишком много всего. Она неоднократно кого-то обвиняла, постоянно подбрасывая в печку дрова. А так же смерть Этель... Сейчас Вера больше подставила себя, а не доктора. Если её показания не подтвердит кто-то ещё, то у инспектора есть подозреваемый. Единственное – это ещё нужно доказать. Но Блора опередила Лорен:

– Допустим, что доктору Брент рассказала про свою аллергию. Но их разговор мог, кто угодно подслушать. Доктор мог кому-то сболтнуть, а этот кто-то и есть убийца. Да, Эдуард подозрителен, но это ещё не делает его убийцей.

Вера недовольно хмыкнула и, даже не смотря на своего оппонента, ответила:

– У него был ключ от комнаты, где спали супруги Роджерсы.

– Стой, но дверь была закрыта на цепочку.

– Да, но кто тебе про это сказал? Томас, который потом с кастрюлей бегал по всему дому? Он был в неадекватном состоянии, у него только что жена умерла прямо на той же кровати, где он спал. Конечно, он мог забыть про цепочку.

Пока женщины не подрались (а секретарша и прокурор быстро начали забывать про свои обычные строгость и холодность), доктор примирительным тоном сказал:

– Давайте починим телефон и вызовем полицию. Она уже во всём разберётся и найдёт настоящего убийцу. Моя совесть чиста – я никого не убивал. Можете меня подозревать, я не обижусь. Нам сейчас нужно завершить этот кошмар и выбраться из логова ведьмы, обратно к людям. Они нас и рассудят.

Но Вера не сдаётся. У доктора Лектора тоже были весьма обходительные манеры, а всем известно, как он развлекается. Армстронг мог намерено оставить это поле боя, чтобы потом нанести удар в самый неподходящий момент.

– А я Вас считаю подозреваемым. Вы сообщник, который как-то докладывает преступнику о наших передвижениях.

– Хорошо, я твои опасения понимаю... Давайте тогда меня где-нибудь запрём.

– Вы уверены?

– Уверен. Пусть это будет комната на втором этаже. Тогда преступнику будет очень трудно пробраться ко мне из окна. Вы запрёте меня снаружи на случай, если я сообщник. Тогда я не смогу докладывать преступнику о ваших перемещениях. Мобильные здесь не ловят. Основной телефон сломан. А я запрусь изнутри на случай, если я невиновен. Тогда настоящий преступник не сможет пробраться ко мне. Всех это устраивает?

– Похоже, это лучший компромисс, на который мы способны. – Но всё равно Блору очень не нравится, что кто-то из группы будет отделён от всех остальных. И Макартур, и Томас были убиты, когда отделились от основной группы. В таком случае может ли вечно бегающий покурить инспектор стать следующей жертвой? С другой стороны нужно починить телефон и вырваться из этого кошмара.

Айзек посоветовал доктору запереться в его комнате с часами. Спать доктор всё равно не будет, поэтому бой часов ему не страшен. Зато в этой комнате массивная дверь. И в ней в единственной на втором этаже не цепочка, которую в принципе можно перекусить, а задвижка, которая надёжно закрывает комнату. Доктор был рад такому выбору и позволил себя там запереть. Только вот Лорен не нравится этот выбор. Проблема даже не в комнате, а в том, что её предложил Айзек. Чем больше она с ним общается, тем больше видит внутреннюю гниль человека без намёка на совесть. Ночной гость имеет свои какие-то цели и не остановится не перед чем в их достижении. Он не злодей, скорее трикстер, обманщик, для которого нет ничего святого. Полностью аморальный человек, но у него не было возможности совершить убийство кроме одного случая. Следует ли рассказать всем про их маленький секрет? Хотя это всё равно ничему не поможет. Да и Лорен саму начнут подозревать.

Оставшиеся четверо пошли к антенне. Полчаса возни под моросящим дождём, пара отбитых пальцев, крепкая армейская брань и телефон починен. Группа с облегчением вздохнула. Они пошли в дом и вызвали полицию. На том конце провода дежурный в человеческом мире очень удивился, услышав про пять убийств в особняке в горах, но пообещал прислать несколько машин. Ждать полицию нужно минимум два часа из-за дождя.

Т – небольшой городок, затерянный среди бескрайних гор, образец спокойствия и уединения. Полиция по большей части занимается всякими мелкими делами – кражами, драками, порчей имущества. Последнее убийство было два года назад – в лесу один охотник по ошибке подстрелил другого. Последнее умышленное случилось лет 15 назад, а массовых вообще не было, если не считать военные действия полувековой давности. Полиция практически объединена со спасателями, для которых всегда найдётся работа в горах. Явно на этот выезд поедут не только полицейские, но и рейнджеры и те охотники, которых удастся взять за компанию.

Эта новость всех немного успокоила. Скоро замкнутость ведьминского логова будет нарушена, и люди отправятся обратно в мир людей, и судить их будут по людским законами. Они вырвутся из-под власти сверхъестественных сил и сорвут маску с фальшивой ведьмы. Новость порадовала и доктора Армстронга, который отказался выходить из своего замка. Лорен попыталась его переубедить, но ничего не получилось. Четверо спустились в гостиную. Уверенные в том, что скоро всё закончится, они расположились на диванах. Даже завели расслабляющий разговор о премьере нового спектакля, ради которого можно даже в другой город съездить. Нервы уже не справляются с напряжением, поэтому неудивительно, что все с большим удовольствием переключились на другую тему, далёкую от гор, ведьм и убийств. К тому же у Блора есть пистолет, а подозрений против него ни у кого не осталось. Все довольно болтают, а на столе лежит чемодан, битком набитый золотом. Кажется, что про него забыли, но это неправда. Каждый каждую секунду помнит о чемодане и о золотой магии, в нём заключённой.

– Да, советую Вам сходить. Пусть это не классический театр, но всё равно они достойны того, чтобы увидеть их детище.

– Но какие-то декорации должны быть?

– Не обязательно. Декорации нужны, если актёры бездарны. Настоящим мастерам не нужны такие костыли. Они способны самостоятельно ходить.

– Кстати, про костыли. Мне это напомнило случай из практики, когда заказчик моего шефа пришёл с этими жуткими костылями и умудрился...

Но не успела Вера рассказать очередную гадость про своего бывшего начальника. Её прервал звон разбитого стекла. Мгновенно хрустальный замок призрачных надежд, которые возвели выжившие, разлетелся с таким же звоном. В нём даже угадывается издевательский смех ведьмы, провозглашающий, что никто не уйдёт из её логова живым. Десять минут длилось спокойствие, и вот оно прервано, растоптано. Все услышали звук падающего тяжёлого предмета. Бух – предмет тяжёлый, но мягкий. Например, это... человеческое тело. Все пулей выбежали наружу, ожидая худший вариант, но до последнего надеющиеся, что он не случится. Однако всё напрасно. На дорожке возле дома лежит доктор. Дождь капает, но у него не получится смыть такое количество крови. Сомнений в смерти Армстронга нет – голова раздроблена, а мозги растеклись по плитке. Ноги и руки неестественно вывернуты, тело превратилось в мешок с перебитыми костями. Вера пошатнулась и упала в обморок. Её подхватил Айзек. Лорен еле устояла на ногах. Она не однократно по долгу службы ходила по всяким моргам, разглядывала сотни фотографий убийств ещё более зверских, чем это. Но этих людей она не знала, для неё они были всего лишь фигурантами какого-то дела. Ни разу она не была свидетелем убийства её знакомого. У прокурорши противный комок тошноты движется по пищеводу.

Блор же не растерялся. Он выхватил пистолет и побежал наверх. Лорен быстро оправилась от шока и побежала за ним, прихватив в гостиной кусачки. Дверь в комнату доктора заперта. Инспектор открыл её, но на ней цепочка. Действовать нужно быстро. Кусачками была разрезана цепочка, но на это ушло отчаянно много времени. Итак, они внутри. Стекло разбито, но рама окна цела и закрыта. В комнате нет особых следов борьбы, но от взгляда опытного инспектора не укрылись ни бумажка, на которую наступил доктор, ни сбитая со стола канцелярская мелочь, ни разбитая ваза на полу возле окна. Доктора именно выкинули, и преступник сделал это неожиданно. Блор выглянул наружу – возле трупа Армстронга всё ещё находятся Айзек и Вера. Ещё инспектор обратил внимание на то, что достаточно далеко от окна есть водосточная труба. Дотянуться до неё из окна можно, но очень сложно. Инспектор бы с этим не справился из-за его хромоты. Он вернулся в комнату. Вроде бы всё как обычно – вдоль правой стены и возле окна стоит кровать, запечатлевшая на себе контур доктора, рядом с ней шкаф. Напротив шкафа стоит комод. В комнате спрятаться негде, проникнуть в неё снаружи тоже невозможно. Но даже если как-то с этим справиться, то остаётся последняя проблема – сбежать из комнаты. Возле трупа находятся Айзек и Вера. Они бы точно увидели сбегающего преступника. Дело попахивает явной чертовщиной. Инспектору хочется сесть за свой рабочий стол, выкурить половину пачки и всё-таки решить за вечер эту головоломку. Ещё неплохо было бы иметь нескольких констеблей, которые облазят весь дом, найдя парочку улик. Но у ведьмы на этот счёт другие планы. У инспектора просто нет времени всё спокойно обдумать.

Четверо оставшихся в живых вернулись в гостиную. Пусть это некрасиво, но было решено доктора не трогать до приезда полиции. Тем более ему в принципе уже всё равно. Сейчас доктора больше занимает разговор с архангелом Гавриилом. Последняя четвёрка практически слышит, как где-то смеётся ведьма. Ей весело, забавно, потому что люди полностью попали под её золотые чары. На столе всё ещё лежит чемодан битком набитый золотом, а на всей этой горе восседает удивительной чистоты рубин, алый, как кровь, которая пролилась за последние сутки. Все косятся на проклятые сокровища, вспоминая, как они всего лишь сутки назад сидели в этой гостиной, слушали байки Айзека, смотрели старые фильмы на кассетах, играли в карты на гораздо более маленькие суммы и обсуждали новое кафе супругов Роджерсов. Кажется, что это было десятки лет назад и вообще с другими людьми в другой вселенной. В особняке тихо, только ветер воет где-то под крышей, да копошатся мыши. До приезда полиции осталось полтора часа. Лорен не отказалась бы провести всё это время в гостиной, поставить тяжёлые ставни на окна, запереть все двери. Они забаррикадируются изнутри, и преступник их не достанет. Даже если он находится среди них, то это не важно – ему всё равно не сбежать. В гостиной будет три овцы и один волк. Численное превосходство на их стороне, и преступнику лучше подумать, что он будет говорить полиции. Полтора часа можно потерпеть. Однако у Веры появилась догадка, которая в очередной раз спутала всем карты.

– Слушайте, а вы уверены, что мы будем в безопасности, когда прибудет полиция?

– Конечно. Вряд ли преступник будет нападать на такое большое количество людей. Скорее он попытается скрыться где-то в лесу, а вот сообщнику, когда всё выяснится, придётся несладко. – Блор сказал всё это с нажимом и еле уловимой угрозой. Он давно подозревает Веру, начиная со смерти Марстона, которого она отравила. Понятно, что она как раз и не будет в безопасности, когда прибудет полиция. Но инспектор и не подозревал, что она готовит ему шах и мат:

– И всё-таки Айзек был тогда прав. Именно Вы, инспектор, являетесь сообщником. Вы постоянно выходите покурить. Вы единственный умеете вскрывать двери с помощью отмычек и мастерски убирать цепочки. Вы звонили в полицию, с которой уже могли договориться. У Вас есть связи в криминальном мире, позволяющие сбыть золото. В конце концов, именно Вы осматривали каждом место преступление первым, поэтому у Вас была возможность скрыть самые явные улики против преступника. Лорен, ты ведь сказала, что если преступник – это инспектор, то нам всем конец. И похоже, ты была права. Прости, что тебя подозревала, но преступник – Блор.

Тот вздохнул. Он снял вою любимую шляпу и положил её на камин. Она явно перестала быть такой уж счастливой. Где-то раньше отдала последний свой заряд удачи (где-то тогда на скачках, на задании, на приёме у комиссионера*) и теперь превратилась в всего лишь старую тряпку, ни на что ни годную. Инспектор вытащил пистолет и положил его на каминную полку.

* Комиссионер – имеется в виду высокое звание в полиции.

– Мне очень не хочется расставаться с оружием, но я положу пистолет здесь. Как видите я больше не хочу увиливать, и наверное, стоило вам с самого начала признаться. Да, за последние сутки я совершил убийство.

Лорен в шоке закрыла лицо руками. Ей всегда казалось, что именно Айзек – самый подозрительный из всех, но сейчас Блор даёт признательные показания. Понятно, что будь прокурорша у себя в кабинете, читая рапорты, она бы раскусила это дело в два счёта. Оно явно не такое уж и сложное, но паника парализует волю. Блор продолжил:

– Когда лейтенант Макартур пошел чинить телефон, я вышел покурить. Вы все это прекрасно помните. Тогда ко мне подошёл Томас. Ему было страшно, у него был мой пистолет. И он уверял меня, что видел кого-то постороннего в сарае. Моя вина – вместо того, чтобы пойти за всеми остальными, я поддался россказням нашего любимого толстячка. Он ещё упрекнул меня в том, что я хочу пойти за всеми, а среди них явно есть сообщник. Мы пошли в сарай, и тогда Томас на меня напал. Он всерьёз воспринял обвинения Айзека, поэтому был уверен, что я убил его жену. Я ему не дал выстрелить и выбил пистолет. Мне на самом деле угрожала опасность, а в сарае полно острых предметов. Убивать Томаса не хотелось... Но в ходе драки я воткнул ему секатор в шею. Секатор можно найти в кустах возле сарая – это я его туда выбросил. После этого я оставил пистолет и вернулся в гостиную. Но я совершил только...

Блор не успел закончить, а Айзек ринулся к каминной полке, чтобы схватить оружие. Однако ночной гость не ожидал, что у хромого инспектора будут такие рефлексы. Тот ударил Айзека коленом в солнечное сплетение. Когда он согнулся пополам, пытаясь справиться с резкой болью и вздохнуть, то к пистолету устремилась Вера, но и тут Блор не сплоховал. Он её перехватил, вывернув ей руку. Айзек попробовал встать, но получил ботинком по лицу. Блору этого было достаточно – он уверен, что Айзек и Вера сговорились. Сейчас не так важно, кто из них кого убил, главное – обезвредить эту парочку. Эти мысли и привели инспектора к поражению, ведь последний ход сделала Лорен. Она схватила со стола часы и обрушила их на голову Блора. Она сама не хотела подобного результате, но так получилось. Достаточно было только оглушить инспектора, но прокурорша не рассчитала силы из-за натянутых нервов. Удар тяжёлых часов проломил череп Блора. Тело обмякло и упало на пол. Увидев кровь, Лорен залепетала:

– Блор,.. Генри,.. что с тобой?.. Ааааа!

Лорен взвизгнула, когда поняла, что натворила. Даже неспециалисту понятно, что вряд ли кто-то переживёт такое. Кровь растекается по полу, а окровавленные часы упали на пол. Вслед за ними Лорен тоже опустилась на колени.

– Нет, я не могла его убить. Это была самозащита. Верно? Нет, не верно. Это можно трактовать как умышленное убийство. Но у меня ведь есть обстоятельства, смягчающие наказание. Массовое убийство и всё такое. Давайте просто спрячем труп. Нет, полиция скоро приедет. Давайте подумаем, насколько мне сократит срок чистосердечное признание...

Пока Лорен панически бормотала что-то, Вера взяла пистолет. Айзек справился с болью и выпрямился, но уже было поздно. Вера наставила на него дуло пистолета. Ночной гость нервно ухмыльнулся:

– А я думал, что мы партнёры?

– К сожалению, я тебе до конца не доверяю.

Вера отошла подальше от камина, от трупа Блора, от часов и от своих прежних друзей. Лорен подняла взгляд на свою знакомую, которую теперь не узнать. Та сбросила с себя остатки манер, правил, обязательств, сковывающих её подобно броне. Она и есть та самая ведьма Апата, которая правит в своём логове, где нет места людям. Если подумать, то Вера каждый час всё сильнее и сильнее преображалась, теряя остатки человечности. Яд золотой магии задёл её сильнее остальных или она с самого начала могла в любой момент обернуться злой ведьмой – это не важно. Главное – никто во время не заметил её преображение. Вера Клейторн окончательно распрощалась с человеческими условностями и стала ведьмой, готовой на любую даже самую мерзкую магию. Она услышала шаги позади неё и, чуть повернув голову, сказала:

– Я тебя ждала.

Продолжение следует. Дальнейшая сцена раскроет все преступления, поэтому я с ней торопиться не буду.