Текст книги "Черно-белое знамя Земли"

Автор книги: Вячеслав Шалыгин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

9. Земля, 20 декабря 2196 г.

Что тянет людей в крупные города? Как можно объяснить самоубийственное стремление человека попасть в гущу огромной равнодушной толпы – явления, сравнимого по опасности с самым жутким стихийным бедствием? Если отбросить откровенно слабые сиюминутные аргументы: «в городах крутятся большие деньги» или «из мегаполисов начинается путь к вершинам славы», останется только одно объяснение: большой город – это наркотик. Он манит запретностью, пока его не попробовал, и ни за что не отпустит, если на него «подсел». А деньги и слава – это лишь оправдание сначала любопытства, потом слабости. На иглу большого города может подсесть не только безвестный и нищий искатель легкой наживы, но и знаменитый богач из провинции, вся разница в том, что последний не сочиняет для себя «легенд», он приезжает именно за наркотическим опьянением мегаполиса.

Да, есть люди, которые поступают наоборот – бегут из городов, но убегают они недалеко и ненадолго. Когда город у тебя в крови, когда его ритм – это ритм твоего сердца, избавиться от пагубного пристрастия ты сможешь, только умерев. А кому захочется умирать, когда в мире еще столько интересных мест? Столько непохожих друг на друга городов, мегаполисов и агломераций! А сколько их еще на освоенных планетах Солнечной и колониального пояса? Одурманенный городом человек не знает иного счастья, кроме счастья, выстроенного из железа, бетона и стекла. Его природа – архитектура, его музыка – индустриальный шум, его энергия – термоядерная, схожая с солнечной, но все-таки другая.

«Наверное, было бы логичнее вырубить корни проблемы, а не хвататься за ее пылающие ветви, – подумал Воротов, глядя на крупнейший европейский мегаполис с высоты десятка километров. – Перенаселенность душит исключительно большие города, а вовсе не планеты. Просто люди не мыслят себе жизни за городской чертой, от этого и страдают. Заслуженно страдают, надо подчеркнуть. И ведь нельзя сказать, что жизнь, допустим, в Лингхеде или Сандвикене чем-то отличается от жизни в столице. Тот же уклад, те же товары и услуги, та же виртуальность. Только нет такого столпотворения, безумных потоков транспорта и суеты. Чем же, спрашивается, лучше жизнь в Стокгольме? Внятно не ответит, пожалуй, никто. Максимум, на что могут сослаться, – на престиж. Но что такое престиж, если задуматься? Условность, выдуманная, чтобы оправдать неудобства, не более. Банкнота, не «наполненная» абсолютно никаким «золотым содержанием». Да, лет триста назад жить в больших городах было интереснее, приятнее, удобнее и прибыльнее. Эти преимущества и наполняли «престиж» – хотя в то время словечко было еще не в ходу. Но сейчас, живи ты хоть на полюсе, будешь иметь все те же блага, что и любой другой обитатель планеты, да плюс к тому – свежий воздух, красивый вид из окна и тишину. Остался ли в наше время хотя бы малейший смысл тесниться в городских лабиринтах? Однозначно – нет. Может быть, стремление построить себе уютный муравейник заложено в человеческих генах? Тоже – нет. Остается привычка, возникшая во времена караванных путей и меновой торговли. Но сила привычки – великая сила. Перебороть ее может только нечто революционное, нечто принципиально новое, например прорыв в технологиях гипердрайва, когда каждая дверь будет открываться туда, куда пожелает хозяин дома – хоть на соседнюю улицу, хоть на другую планету. Лишь в этом случае, когда беспрецедентным по масштабам мегаполисом станет все доступное человеку пространство, можно будет избежать скопления огромных масс народа на мизерной площади, в мрачной чащобе каменных джунглей. Но «пеший гипердрайв» – это пока лишь мечты, а перенаселенность городов – суровая реальность».

Алексей встряхнулся. Вот именно – суровая реальность. Как раз она сейчас настоятельно требовала сосредоточиться на цели вояжа. Будто удачно подобранное звуковое дополнение к последней мысли, в кабине зазвучал мелодичный сигнал вызова, и виртуальный робот-секретарь сообщил, что Воротова приглашает к беседе сам директор СБЗФ Генри Добсон. Абонент был очень важный и мог бы выйти на связь без всех этих условностей, но в СБЗФ существовал неофициальный перечень сигналов, без лишних слов сообщающих агентам и резидентам почти половину необходимой информации. Вызов через приемную, но с мелодичным звонком предупреждал, что разговор будет зафиксирован в секретных протоколах, но не будет содержать официальных приказов или обязательного для выполнения «личного мнения» руководства. Все это означало, что Воротов может говорить свободно, но тщательно подбирая слова. Такой вот парадокс. И одновременно предупреждение: «есть проблемы».

Алексей приказал навигатору организовать сеанс связи в закрытом режиме – когда для окружающих абонент выглядит размытым силуэтом, а слова собеседников сливаются в мерный шум прибоя – и ответил на «звонок». Виртуальная беседа продлилась недолго, около пяти минут. Закончив, Воротов развернулся вместе с креслом и обвел хмурым взглядом заинтересованные лица товарищей.

– Получил накачку? – спросил Чижов.

– Заметно?

– В глазах вековая печаль. – Майор усмехнулся. – Нас закрывают?

– Нет, но дело к этому. Пока мы сражались с невидимками на периферии, нас терпели как необходимое зло. Но решение выдвинуться в столицу показалось кому-то там, наверху, слишком опасным ходом. В связи с этим наметились проблемы. На группу собираются навесить всех собак, от инцидента с монорельсовым экспрессом в Шанхае до нестабильности биржевых котировок. Обоснованных претензий ни у кого нет, но кому они нужны, эти обоснования? Им будет достаточно порыться в наших биографиях, найти несколько «скелетов», этого хватит, чтобы потребовать смены состава группы. Фактически – ее ликвидации.

– Постойте, командир, кому – им? – спросил Вальтер.

– Формально запрос в СБЗФ прислал Комитет по безопасности Совета, но фактически его сочинили парламентарии из самой крупной фракции. Короче – китайцы. Делу пока не дали ход, но председатель Комитета вышел на главу федеральной полиции и в приватной беседе сообщил, что это было первое и последнее предупреждение. Директор Полицейского управления любезно поделился информацией с Добсоном и предупредил его, что не позже чем через сутки отзовет из группы своих людей. То есть вас.

Алексей кивнул Грайсу и Люси. Затем перевел взгляд на Джейсона.

– Я не хочу обратно! – испуганно проблеял Чу.

– ФПУ собирается отозвать своих людей из группы всего лишь из-за одного «китайского предупреждения»? – спросил Вакидзаси. – Странно.

– Вы правы, офицер. – Воротов кивнул. – Все не так просто. Сразу после звонка председателя Комитета по безопасности с Добсоном связался глава администрации президента и предложил ему признать, что затея со следственной группой оказалась неудачной. Компенсация Шанхаем всех затрат государства, по мнению администрации, была вполне приемлемым вариантом разрешения конфликта.

– Но и это было не все, – проронил Вальтер. – Я угадал?

– Да. Коллеги по кабинету министров намекали Добсону на бесперспективность проекта еще до того, как мы начали действовать. Настойчивее других был сам премьер. Запретить не запрещал, но... В общем, не будь у Добсона прямой поддержки президента, мы никогда бы не встретились в таком составе.

– Но сейчас президент отозвал свою подпись, и ваш директор остался один против всей государственной верхушки? – снова предположил Грайс. – Типичная история.

– Возможно, у него есть союзники, но их меньшинство.

– Вы говорили, командир, что об «Омеге» знает от силы десять человек, – недовольно сказала Люси. – А получается, о нас не знает только ленивый? Как же так?

– У меня нет ответа, Люси, но сейчас речь о другом. Счет идет на часы, даже на минуты. Если не будем сидеть сложа руки, сумеем выйти из сложившейся ситуации с честью. Или хотя бы без потерь.

– Предпочитаю завершать начатое, а не выходить из ситуации, – пробурчал Чижов. – Мое министерство никогда не будет плясать под дудку парламентского большинства! Пока не поступит однозначный приказ от верховного, наш министр и пальцем не шевельнет. Так что хотя бы я останусь с тобой, командир, до победы.

– Если Добсон прикажет распустить группу, со мной ты сможешь только попить пивка, – сказал Алексей. – Мой директор будет сопротивляться до последнего, вы все это прекрасно понимаете, но давление нарастает с каждым часом. Сэр Генри – человек прямой и честный, поэтому не стал рисовать мне чудесные картины светлого будущего. Времени у нас в обрез. Сутки – максимум. Завтра в это же время Вальтер и Люси будут отправлены по своим отделам, а Джейсон вернется в «Аксу-5». Чуть позже Вакидзаси улетит в Обихиро, а мы с тобой, Виктор, прилетим в Москву, разбежимся и мгновенно забудем о двух странных днях декабря.

– Ненадолго, – сказал Вакидзаси. – Мало того, мы вряд ли вернемся к постоянным местам службы. На эту мысль наводит решимость, с которой «золотые драконы» разбираются со своими недругами.

– Меня точно грохнут, – вздохнул Джейсон. – На первой же прогулке. Эх, такой шанс сорвался!

– Но пока ничего не решено, мы будем драться, – решительно заявил Алексей. – Мы должны принять предупреждение Добсона к сведению и использовать оставшееся время с максимальной эффективностью. Мы разделимся на две оперативные тройки и зайдем сразу на две возможные цели. Чижов и Люси пойдут со мной. Вальтер и Чу будут работать с Вакидзаси. Челнок на совести Грайса. Моя группа займется комитетом Совета Федерации по инновациям и науке. Если не получится достучаться до его председателя, попробуем отыскать господина Пака, он заведует финансовыми делами как раз этого комитета. Офицер, вы найдете двоих оставшихся экспертов и вытянете из них все, что возможно. Связь между группами держать постоянно, за это отвечают Люси и Джейсон. Ясен приказ?

– Да, командир.

– Время дорого, господа, приступаем немедленно...

...Первые результаты появились у группы Воротова. К сожалению, результаты отрицательные. Из Совета Федерации офицеров не то чтобы выставили... нет. Им вежливо, но настойчиво объяснили, что все председатели комитетов сейчас на общем заседании и когда освободятся – непонятно. А финансовая группа Совета переехала в новое здание на юго-западной окраине столицы, практически в городок Седертелье. Учитывая, что челнок приземлился на служебной площадке СБЗФ неподалеку от Упсала, то есть на северо-востоке, новость была не самой приятной. Пришлось офицерам брать служебный флаер и лететь через весь Стокгольм, причем без малейшей уверенности, что господин Пак окажется на месте. На вызовы бывший эксперт не отвечал, а отследить его цифровую метку не представлялось возможным, Пак воспользовался привилегией высших государственных служащих и заблокировал виртуальный маячок на сорок восемь часов. Сделал он это почти сутки назад, так что в запасе у него оставалась половина срока. Как раз столько, сколько имелось и у «Омеги».

– И этот облом еще не самая большая неприятность, – комментируя информацию от Люси, сказал Джейсон. – За ними начали присматривать. Непонятно кто, но не безопасники и не копы. Пока вроде бы не мешают, но на нервы капают. Хотя у кого из них есть нервы? Стальные тросы у всех троих.

Он почему-то вздохнул. Наверное, сожалея, что обделен природой и в этом плане. Во всяком случае, так решил Вакидзаси. Он не стал высказывать догадку вслух, а просто незаметно усмехнулся.

– Наши дела обстоят ничуть не лучше, – заметил Вальтер. – Люси нас слышит?

– Слышит, – кивнул Чу. – Только не слушает. У них там свои проблемы, не до наших отчетов. Может, потому и нервы в порядке, что умеют сосредоточиться на главном, не распыляются. А что у нас? Ты что-то отрыл в виртуальности?

– Это следует обязательно проверить вживую. Насколько обманчивыми бывают виртуальные отражения, мы уже знаем. Но... на первый взгляд информация похожа на правду. Те двое экспертов «шанхайской комиссии» несколько часов как... мертвы.

– Вот как? – заинтересовался Вакидзаси. – Вы уверены, капитан?

– Да, но если Джейсон перепроверит, возражать не стану, – сказал Вальтер. – Все-таки его каналы чуть полнее и свободнее моих.

– Проверяю, проверяю. – Джейсон сосредоточился на «коннекте».

Минут десять он практически отсутствовал, хотя физически оставалось на борту челнока. Вакидзаси и Вальтер терпеливо ждали, сохраняя полное молчание. Молчать никто не заставлял, помешать разговорами Джейсону они не могли, но говорить было не о чем. Наконец Чу вернулся из вояжа по виртуальному пространству и, устало потерев глаза, виновато взглянул на товарищей.

– Проверил все на десять раз, но толку одна десятая. Вернее, все как ты и сказал, Вальтер. Или, если хотите, как в свое время «презентовал» Алекс, только хуже. Из экспертов Совета, утверждавших конкурсные проекты, на Земле действительно остались только трое. Из них один, эксперт финансовой службы Совета Пак, упорно не идет ни на какие контакты, пользуясь правом служебной блокировки связи и позиционирования. Но его виртуальное отражение, пусть и зависшее, все-таки существует. А вот отражений мистера Строу и доктора Фостера в киберсфере больше нет. Они умерли в одну ночь; док «спьяну» упал с высоты, а у коматозника Строу сломался аппарат ИВЛ. Не знаю, что за штука, но это оказалось смертельно.

– Аппарат для искусственной вентиляции легких, – расшифровал Грайс. – Прибор помогал больному дышать.

– А-а, тогда все ясно. И одновременно неясно.

– Что тебе неясно?

– Как-то очень уж вовремя они свернули дела в этом мире, – заметил Джейсон. – Только мы собрались в столицу, как они крякнули. Ни раньше, ни позже.

– Остался Пак, – задумчиво сказал Грайс. – Почему?

– Его простейшая маскировка принесла плоды: всемогущие «золотые драконы» не сумели подобраться к нему прошлой ночью, – предположил Вакидзаси. – Такое бывает. Но это не повторится. Нам следует поспешить.

– Я вообще-то о другом спросил, – обиженно заметил Чу. – Вы меня ни в байт не ставите, а я, между прочим, последовательнее вас мыслю.

– Ты хотел услышать пару выпавших фраз? – Вакидзаси насмешливо взглянул на хакера. – Они потому и выпали, что пусты. Да, мы понимаем, что «драконы» следят за нами и даже умудряются подслушивать. Виртуальность – не допотопный Интернет, она многообразна и присутствует всюду. Раз так, неудивительно, что нас слышат и поэтому опережают.

– Я тебе поражаюсь, самурай! – Джейсон вскинул брови. – Нас пасут, как баранов, а ты этому «не удивляешься»! А за каким демоном нам всякие «кодировщики» и прочая аппаратура? Если «драконы» знают все наши планы наперед, получается, они легко могут их сорвать; да они так и делают! Что это за странная игра в поддавки?

– Ты сам себе ответил, – сказал Грайс. – Мы не знаем толком, кто наш противник, потому что не видим его. Мы вынуждены выманивать его из тени, чтобы рассмотреть.

– Подставляя гражданских? – Джейсон покачал головой. – На грани фола игра. Даже за гранью. Я, конечно, тоже не святой, но ваш цинизм будет покруче моего нигилизма, господа копы. Гораздо круче.

– Не мы устанавливали правила игры.

– Ну да. – Чу хмыкнул. – Скажете это на суде. Там очень внимательно слушают такие доводы. «Золотой Дракон заставил нас пожертвовать двумя пешками, ваша честь, и мы не смогли отказаться, ведь это давало шанс выиграть партию». Здорово! Вполне в духе всей вашей гнилой государственной системы.

– Золотой Дракон? – задумчиво переспросил Вакидзаси. – Возможно, ты прав, Джейсон Чу. Возможно... прав.

– Неужели? – Джейсон саркастично ухмыльнулся. – Я и вдруг прав? Отчего такая щедрость на похвалы?

– Оттого, что, если мы представим себе картину немного иначе, у нас все сойдется. – Вакидзаси щелкнул пальцами. – Золотой Дракон это не тайная организация, контролирующая ночную жизнь, это человек, лидер всего «темного сообщества». Вот в чем фокус. Мы пытаемся уловить суть заговора, а должны стремиться понять логику одного человека. Это другой путь.

– Все равно ничего не сходится, – упрямо заявил Джейсон. – Как был ШНЦ сам по себе, так и остался. И Дракон на другой чашке весов или «драконы» – не имеет значения. Он или они переигрывают нас всухую. А будем все время поддаваться, так и вовсе затопчут!

Конец спору положил виртуальный вызов в адрес Вакидзаси. На связи был Воротов. Стараниями столичной виртуальности командир будто бы стоял перед товарищами вживую.

– Есть работа, господа. Мы нашли Пака и сейчас поднимаемся к нему в офис под видом офицеров криминальной полиции. Люси страхует. Вальтер, садись за «штурвал». Подними челнок в зону суб-дрейфа и будь готов подобрать нас с грузом.

– Вы хотите его... как это называется... умыкнуть? – удивился Грайс. – Алекс, это противозаконно.

– Зато эффективно, – оставаясь за кадром, вставил реплику Чижов.

– Нам придется пойти ва-банк, – серьезно сказал Воротов. – Люди, которые сели нам на хвост после посещения приемной комитета по науке, сжимают кольцо, и... я подозреваю, они не просто люди. На «ночных» не похожи, но ведут себя очень подозрительно.

– Хорошо, командир. – Вальтер произнес это через силу. – Сейчас поднимемся на отметку «двадцать пять» и зависнем в полной готовности к пике.

– Будьте на связи! Но только в закрытом аудиорежиме. Незачем пугать свидетеля повышенным вниманием. Он, похоже, и без того перепуган. По местам!

– Командир, минуточку, – вмешался Вакидзаси. – Это может быть важно. Начните разговор с Паком с вопроса, что ему известно о Золотом Драконе. У нас появилась одна интересная догадка, и, если она верна, эксперт ее обязательно подтвердит, даже сам того не желая.

– Догадка? Насчет чего?

– Насчет Дракона. Мы считаем, он не миф и не символ, а конкретный человек. Спровоцируйте эксперта на откровенность. Если он напуган, сделать это будет несложно.

– Мысль интересная, – согласился Воротов. – Так и поступлю, офицер. Спасибо за совет...

... – Вы не понимаете! – Маленький, круглый и пышущий здоровьем Пак при появлении «полицейских» болезненно посерел, а после вопроса: «Известно ли вам, кто скрывается под ником Золотой Дракон?» – и вовсе стал походить на замшелую бетонную стену. – Вы думаете, я что-то знаю? Я владею ничтожной толикой информации, господа офицеры, и нет гарантий, что она правдива. С моей помощью вы не найдете этого человека! Золотой Дракон очень умен. Очень умен и крайне изворотлив. А еще он мастер перевоплощений. Гений перевоплощений! Он способен обмануть кого угодно! И не только с помощью перевоплощения. Еще он умеет искусно искажать информацию. Очень искусно! Смешивая в одном котле правду и ложь, он может сварить такое заманчивое снадобье, что вы сами легко примете его за нужное вам лекарство. Но это будет иллюзия! Хитрость и коварство Дракона безграничны! У него тысячи имен и лиц, он неуловим, но всегда где-то рядом! Им может оказаться любой... даже один из вас!

– Красиво распинаетесь, господин Пак, только без толку все это, – сурово сказал Чижов, перед этим выразительно взглянув на командира. – Не сдадите Дракона, вам крышка.

– Хотя бы расскажите, что знаете, – сказал Воротов гораздо мягче, чем майор.

Сегодня Алекс играл роль «доброго копа». Иначе и быть не могло, при его-то располагающей внешности, да еще в паре с грубоватым и покрытым шрамами Чижовым. Предопределенность ролей резала глаз, но Паку было не до тонких наблюдений. Он паниковал, что называется, «в полный рост», и такое понятие, как критичность мышления, было для него сейчас пустым набором звуков.

– Я упомянул его имя! – Маленький эксперт нервно поерзал в огромном скандинавском кресле. – Я рассказал все, что слышал о нем от знающих людей, это уже много! Очень много!

– Много для вас, господин Пак, поскольку тянет на пулю в затылок, – жестко заявил майор. – Но нам этого мало! Рассказывайте дальше, терять вам нечего, вы все равно уже труп!

– Нет! – Пак еще сильнее побледнел, обмяк и совсем потерялся в кожаных объятиях своего непомерного кресла. – Я ничего такого не сказал. О том, что Дракон с помощью целой армии посредников и адвокатов управляет половиной правительства и Совета, знают все... на определенном уровне. У него очень, очень серьезные связи во Дворце Наций! Но никто, никто не знает, как он выглядит, где его штаб-квартира и сколько тысяч счетов в Гипербанке принадлежат ему, хотя формально открыты они на других людей. Зато всем известно, хорошо известно, что Золотой Дракон знает и видит все, даже то, чего не может знать и видеть никто, кроме узкого круга посвященных! Никто!

– Просто мистика. – Чижов наклонился к Паку и сунул ему под нос пистолет. – Но вы, гражданин, не увиливайте! Выкладывайте свою «ничтожную толику», или я разнесу вам череп!

– Виктор, не дави на него, – спокойно сказал Воротов. – Господин Пак и без твоих угроз все давно понял и согласен сотрудничать. Не так ли, господин эксперт?

– Эксперт? – Пак поднял затравленный взгляд на Алексея. – Вы имеете в виду... а-а... теперь мне все ясно. Вы, кажется, сказали, что расследуете дело, связанное с гибелью Фостера и Строу? Вы думаете, их объединяет именно этот нюанс... участие в экспертной группе по Шанхайскому проекту?

– Точно так, – пробасил Чижов. – Рассказывайте!

– Что вам известно о Шанхайском проекте, господин Пак? – подав майору знак помолчать, спросил Алекс. – Как он связан с Золотым Драконом и как оба эти понятия связаны с «новым ночным порядком»?

– Вы думаете, их убрал... Дракон? – Пак схватился руками за голову. – Я ничего не знаю! Убирайтесь из моего кабинета! У вас нет санкции на этот допрос! Оставьте меня в покое!

Он вскочил и, потрясая кулаком, прокричал еще несколько фраз на родном языке. Воротов прислушался, ожидая синхронного перевода от Люси. Лейтенант Мун фактически прогуливалась по холлу здания, следя за поведением охраны и за обстановкой снаружи, но виртуально оставалась на связи как раз на такой случай. Однако перевода от лейтенанта не последовало. Видимо, переводить было нечего.

– Приличный человек, а выражаетесь как сапожник – Чижов легонько толкнул эксперта в грудь, и тот плюхнулся обратно в кресло.

– У нас говорят «как рыбак», – наконец подсказала Люси.

– Ответьте на заданные вопросы, господин Пак, и мы вас покинем, – спокойно и уверенно сказал Воротов. – Вряд ли вам действительно угрожает опасность. Будь вы носителем опасной для Дракона информации, он вас давно бы убил.

– Зачем же вы меня мучаете? – простонал Пак. – Если моя информация никчемна, она вам не пригодится.

– Сама по себе она, возможно, набор фраз, а вот в сочетании с нашими материалами... кто знает? Выкладывайте.

– Я очень мало знаю. – Пак навалился животиком на стол и преданно заглянул Воротову в глаза. – Очень-очень мало! Вам нужен другой эксперт, Ли, наш профессор, руководитель группы. Он улетел в колонии, не оставив нового адреса, но вам не составит труда его отыскать, вы же полицейские! Он знает почти все! А я... только проверял финансовые документы. Расходы, баланс, основные средства, затраты на материалы... ничего, кроме цифр!

– Цифры значат очень много, – вышел на связь Вальтер. – Алекс, спроси, на какие конкретно материалы тратились деньги и каков порядок затрат?

– Затраты на материалы были очень высоки?

– Да, очень. – Пак торопливо кивнул. – Непомерно! Десятки миллиардов тратились на странные закупки – то ли топлива, то ли сырья... честно говоря, не разбираюсь в таких вещах... но масштабы закупок меня просто поразили. И еще очень много денег было потрачено на переоборудование. Шанхайский центр даже пошел на грубое нарушение – перебросил средства с другой статьи. В отчетности из-за этого такая неразбериха! Но я разобрался, и, что удивительно, у меня все сошлось, до последнего цента. Все средства были потрачены исключительно на проект, никакого воровства или нецелевого расходования. Это все, что я знаю, господа полицейские, клянусь вам!

– Он лжет, – появился в эфире Вакидзаси.

– Согласен, – поддержал его капитан Грайс. – Голосовые детекторы выдают стопроцентный результат. Но это касается только его клятвы. До последнего момента он говорил искренне.

– Мы вам не верим, господин Пак, – заявил Чижов. – Вы знаете что-то еще. Что-то о Золотом Драконе. Как он связан с Шанхайским научным центром?

– Я не знаю!

– Знаете! – Майор резко ударил рукояткой пистолета по столу. Пластик «под орех» треснул, и от столешницы откололся крупный кусок. – Говорите, пока я не врезал еще раз, но уже по вашей макушке!

– Ваши методы недопустимы! – взвизгнул Пак. – Я буду жаловаться!

– Жалуйтесь! – Чижов указал на Алекса. – Вот начальство. Целый начальник отдела... криминального. И не забудьте объяснить, по какой причине я угрожаю вам физическим воздействием! Что вы такое знаете, но не хотите говорить даже под страхом смерти?!

– Смерти? – Пак вытаращился на майора. – Я не ослышался, вы угрожаете мне расправой?!

– Стоп! – громко сказал Воротов. – Давайте, остынем. Господин Пак, приношу извинения за несдержанность моего товарища. Это следствие напряженного рабочего графика. Однако мои вопросы он повторил предельно четко и правильно. Ответьте на них, пожалуйста, и мы уйдем.

– Нет никакой связи! – выпалил эксперт. – Золотой Дракон просто пользуется ситуацией! Пользуется тем, что ШНЦ делает с ночным народом и...

Пак вдруг резко откинулся назад, затем еще резче согнулся и громко ударил лбом в столешницу. Звук получился почти как от демонстрации силы Чижовым. А эффект даже превзошел ее. Новых трещин и сколов на столешнице не образовалось, зато по ней начало растекаться темно-красное пятно.

Чижов вскинул пистолет, принял боевую стойку и повернулся вокруг своей оси. Окон в помещении было много, но все выглядели целыми и невредимыми. Майор опустил оружие и, ухватив за волосы, приподнял голову Пака. Во лбу у эксперта зияла аккуратная дырочка. Чижов осмотрел затылок; выходного отверстия не было.

– Личное оружие, пороховое, двадцать второй калибр, – определил майор. – Разрешено для скрытого ношения в частной охране и... – он почему-то запнулся на полуслове, – в федеральных спецслужбах. Стреляли откуда-то... вон из той стены.

– Из стены? Ты бредишь?

– Стены всякие бывают. – Чижов мягко, по-кошачьи, двинулся сначала вправо, затем вперед и резко принял влево.

Оказавшись у стены точно напротив стола, он внимательно ее осмотрел, пошарил и нажал какую-то кнопку. Одна из панелей метровой ширины отъехала в сторону, открыв взглядам офицеров узкую нишу, вернее, коридорчик, заканчивающийся металлической дверью. Чижов втиснулся в коридор, толкнул дверь – безрезультатно – и вернулся в кабинет.

– Что там?

– Заперто снаружи. Видишь, какие бывают стены? Например, вот такие, фальшивые, с незаметными дырочками или замаскированными окошками. Подстава, Леха. Валим, пока не поздно.

– Поздно, – вдруг сообщил Джейсон. – Я сижу в отражении здания. Снайпера не вижу, зато вижу, что к вам бегут охранники. Штук двадцать, если не больше. Лифты, лестницы, даже выход на крышу... все заблокировано. Остается только прыгать в окно. Но поспешите, на подлете целое звено полицейских флаеров. Минуты через полторы будут у здания и заблокируют для комплекта еще и окна.

– Грайс! – Воротов приготовил оружие. – Подгоняй карету к окнам с северной стороны. Люси, ответь!

– Некогда, командир, – шепнула лейтенант. – Не волнуйтесь за меня, выберусь. Я ведь здесь служу.

Челнок-невидимка опередил полицейские флаеры на считаные секунды. Машины с «мигалками» были настолько близко, что можно было различить их бортовые номера, когда размытое полупрозрачное пятно вклинилось между ними и открытым окном на семидесятом этаже офиса финансовой службы Совета Федерации. Офицерам оставалось лишь преодолеть психологический барьер и запрыгнуть в невидимый шлюз челнока, где их встретил Вакидзаси.

– Теперь я понимаю, почему тот таксист рухнул в обморок, – утирая испарину, сказал Воротов. – Прыжок в бездну без страховки... это щекочет нервы.

– Э-э, командир, – тоном бывалого произнес Чижов. – Ты еще не десантировался в гравикоконе. Вот где экстрим! Ни парашюта у тебя за спиной, ни батута внизу. Только маленькая такая штуковина на поясном ремне, чуть больше бляхи. Летишь камнем вниз и размышляешь, сработает или нет. Говорят, однажды на Грации целый взвод разбился, в какую-то электромагнитную аномалию ребята попали – все гравикоконы в отказ пошли.

– Как быть с Люси, командир? – крикнул из кабины Вальтер. – Где мы ее подберем?

– Для начала оторвись от флаеров!

– Они нас и так не видят!

– Почему же висят на хвосте? – недовольно проскрипел Джейсон. – Ничего вам доверить нельзя. Смотрите и учитесь, законники, как от себе подобных отрываться.

– За штурвал не пущу, – предупредил Вальтер.

– А я и не прошусь. – Чу открыл доступ в виртуальность, но теперь погрузился в нее так, чтобы происходящее в нереальном мире видели все члены группы.

Полицейские флаеры, так же как и наблюдатели мобильных отрядов, и прочие оставшиеся на земле копы, не могли рассмотреть челнок в реальном пространстве. Отражение корабля-нарушителя в киберсфере было тоже не слишком заметным, но его цифровая метка отслеживалась легко и просто. Вот почему флаеры уверенно шли следом и никакие маневры, даже резкий старт в стратосферу или выше, не могли принести ощутимого результата. Выше тридцати километров флаеры обычно не поднимались, но ничто не мешало им передать эстафету более серьезным машинам – челнокам орбитальной полицейской группировки.

– В этом вся тонкость, – самодовольно заявил хакер, комментируя виртуальное отражение. – Вид со стороны хотите?

Изображение осталось объемным, но уменьшилось в масштабе. Члены «Омеги» все как один невольно отпрянули. Картинка выглядела настолько натуральной, что казалось, будто челнок раскололся пополам и на месте разлома действительно теперь нет ничего, кроме серого скандинавского неба и силуэтов летающих машин: относительно крупного полупрозрачного впереди и десятка маленьких чуть позади.

– Джейсон, довольно анимации, – строго сказал Воротов. – Избавь нас от флаеров.

– Легко! – Чу совершил замысловатый пасс рукой, и полупрозрачный силуэт исчез.

Флаеры сбросили скорость и разошлись несколькими звеньями в разные стороны. Возможно, начали поиск, хотя, скорее всего, просто заложили вираж и легли на обратный курс. Найти челнок-невидимку без метки было нереально, это знали все, в первую очередь пилоты.

– Все это прекрасно, теперь мы можем чувствовать себя в безопасности, – уныло сказал Грайс, – только есть две проблемы. Мы не сумеем сориентироваться по спутникам и не сможем войти в виртуальность. Челнок больше не часть глобальной системы воздушного движения. Он теперь – неопознанный летающий объект. Соответственно, если нас засекут системы противокосмической обороны...