Текст книги "Во всем виноваты пришельцы"

Автор книги: Вячеслав (1) Козырев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Так кто виноват?

В центре галактики, в созвездии Пегаса, отмечался знаменательный день: ровно сто лет назад произошло объединение звездных систем в Содружество Миров. По этому поводу был устроен грандиозный праздник: слеты, симпозиумы, встречи и развлечения.

И только в лаборатории дальних путешествий царила обычная рабочая атмосфера. Им предстояло совершить экспериментальный полет в космос на звездолете принципиально новой конструкции с выходом в параллельное время: старт и сразу же финиш в точке назначения. Ученым наконец-то удалось решить проблему перемещения материального тела одновременно и в пространстве, и во времени. Предварительные испытания без экипажа, а затем с одним пилотом на небольшие расстояния дали хорошие результаты, и теперь предстояла главная проверка – прыжок на окраину галактики.

Звездолет «Синевая блюмка» стоял у третьей причальной мачты. В полет отправлялись четверо. Командир корабля Ллау; штурман, он же второй пилот Днан; Брсс – старый вояка, член лиги «Пресечение», отвечающий за безопасность полета, и Аяло, специалист по контактам и сбору информации.

Кстати, по поводу этой четвертой кандидатуры у Ллау произошли крупные разногласия с Центральным Советом. Во-первых, это была баба. Сказано, конечно, грубо, но на всех развитых планетах, во всех уголках вселенной известно: женщина на корабле, в особенности на экспериментальном, всегда к несчастью. Во-вторых, она оказалась неприлично молодой. Опять же, всем и везде, даже тупым колючим мражекам, известно – молодые и, что еще хуже, красивые женские особи совершенно не способны к решению важных и трудных задач, так как они для этого просто не приспособлены. Максимально, на что они годятся, так это вдохновлять «мужественную половину» на великие дела, но уже одно их присутствие сводит на нет любые их усилия. Мужики начинают думать не о том, как выполнить работу, а о том, каким образом они на фоне этой работы смотрятся. Ну и как ни пытался командир хитрить с самим собой, главное состояло в том, что Аяло, как ему поведали по секрету, считали ведьмой. Ллау изучил досконально все личные дела экипажа, от этого зависела их жизнь, и знал, что весь личный состав – нормальные, серьезные личности, имеющие отличные характеристики. А вот детство и юность будущей специалистки по контактам прошли на окраине звездной системы, на планете Ялоо. Даже при нынешних успехах цивилизации, развитых отношениях между различными инопланетными сообществами за жителями этой планеты прочно закрепилась слава таинственных и могущественных существ. О них рассказывали всяческие страсти, а нормальное существо, говорят, там сходило с ума через три минуты после приземления. Так что Аяло являлась, мягко говоря, несколько неудобным членом экипажа.

Все попытки решить вопрос путем мирных переговоров ни к чему не привели. За день до старта Ллау решил вынести вопрос комплектования экипажа на Центральный Совет. Однако, подойдя в назначенное время к зданию Совета, с удивлением увидел, что заседание уже закончилось.

Председатель, увидев капитана, помахал ему приветливо ручкой и почему-то свернул в боковой коридор.

Другой уважаемый член этой организации, старый друг и большая умница, убегать не стал, но, подойдя, хлопнул по спине и, широко улыбаясь, прогудел:

– Дружище. Не бери в голову. Жизнь штука сложная и любопытная, можно сказать, увлекательная. Ты же ходишь в космос за впечатлениями, чтобы жизнь пресной не казалась. Так вот, считай, что тебе повезло, впечатления сами идут с тобой в полет. И какие впечатления – молодые, красивые, умные. Не впечатления, а конфетка. И не морщи нос, дружище. Все путем.

Получив такое напутствие, больше смахивающее на соболезнование, Ллау понял, что это судьба и бороться бесполезно. Он развернулся и отправился к звездолету.

И вот четверка заняла места на корабле. Место для испытаний выбрали глухое, на самой окраине Галактики, где не наблюдалось никаких следов разума, что позволяло исключить любые неожиданности.

Ллау поудобнее устроился в командирском кресле, подмигнул Брссу, хотел ободряюще шлепнуть Аяло, но, наткнувшись на ее насмешливый взгляд, хрюкнул с досады.

Старт. Корабль слегка завибрировал. Обзорный экран залил ослепительный свет, и, в тот же момент на экране снова появилось звездное небо, и выглядело оно теперь совершенно иначе.

– Прыжок закончен, мы в расчетном месте, – раздался голос штурмана.

Дружный вопль потряс рубку. Все радостно орали, пихали друг друга, поздравляя с успехом.

– Как насчет плохих примет? – прозвучал в голове командира ехидный голосок.

Ллау хотел рассердиться и поставить на место эту зарвавшуюся девчонку, но неожиданно для себя самого рассмеялся.

– Будем считать, что тебе повезло и ты – исключение из правил, – снисходительно произнес он.

– Ну, наконец-то наш суровый капитан изменил свое мнение о нас, непутевых, – кротко ответила Аяло и, какая наглость, показала ему свой розовый язычок.

От такого нахальства Ллау хрюкнул еще раз.

«Ну и з…» – подумал было он, но, вовремя вспомнив, что и мысли его для «ведьмы» не секрет, быстро заткнулся.

Она же, пожав плечами, повернулась к Днану и сделала вид, что больше всего ее интересует космическая панорама.

Прозвучавший сигнал бедствия заставил всех бросились к полетной карте, на которой тревожно мигала красная точка.

– Это рядом! – воскликнул Ллау и, быстро запросив дополнительные данные, сообщил: – Научно-исследовательский катер, экипаж – двое ученых.

– Но как они тут оказались? Им же категорически запрещено далеко уходить, – удивился Днан.

– Потом разберемся. Жизнь – главная ценность. Все по местам.

Он перевел оптику на максимальное увеличение, и все ошеломленно уставились на увиденное. На экране появился катер, который не подавал никаких признаков жизни. Но не это поразило их. Катер оказался связан гибким шлюзом со звездолетом неизвестной конструкции. Это была сенсация. Давно уже Сообщество не встречало новых форм жизни. Да, честно говоря, никто и не предполагал, что здесь, на окраине галактики, может встретиться что-либо подобное.

Напрасно Ллау пытался связаться с кем-либо из членов экипажа, никто не отвечал.

– Странно, – проговорил он. – Сканер показывает наличие на борту белковой жизни.

– А если это незнакомцы? Пытаются спрятаться? – предположила Аяло. – Давайте сначала на всякий случай подключимся к бортовому компьютеру и просмотрим вахтенный журнал.

Сразу же выявилось нарушение Полетного устава: вторым членом вместо опытного ученого оказался молоденький практикант. Пропустив часть, которая касалась самого полета, они начали смотреть с того места, как катер обнаружил неизвестный звездолет. Кошмарная картина предстала перед ними.

Событие это произошло совсем недавно и, очевидно, так сильно повлияло на ученых, что они оба отправились на чужой корабль, совершенно забыв главное правило инструкции, обязывающее одного оставаться на месте. Звук записался отлично, а вот изображение оказалось слегка расплывчатым, хотя можно было разобрать, как эта парочка вошла внутрь чужого корабля.

И новая сенсация – они обнаружили капсулы с живыми организмами. Практикант, как и вся эта неугомонная молодежь, нарушая первейшее правило – «ничего не трогать», – везде совал свой любопытный нос, и вот он уже радостно размахивал то ли щепкой, то ли веткой, вытащенной из какого-то прибора. Изображение пошло крупным планом, и все радостно загалдели, узнав в «ветке» высокоразвитую форму кремнево-кристаллической жизни, названную «космическими скитальцами». Совершенно безобидные «скитальцы» путешествовали во вселенной в поисках новорожденных планет, живя и развиваясь в экстремальных условиях, и отправлялись дальше, когда планеты успокаивались и на них начинала образовываться иная жизнь.

А на чужом звездолете засветились огоньки центрального пульта, заработали механизмы, капсулы раскрылись, существа ожили. Вид у них был, конечно, так себе, не очень. Но их реакция оказалась намного хуже. Как смогла понять Аяло из их возгласов, эти странные создания приняли своих спасителей за каких-то кровожадных монстров и без всякой видимой причины, даже не поинтересовавшись: «А кто это к ним пришел?» – открыли огонь из своего оружия, убив обоих исследователей. На этом изображение прервалось. Экран погас.

Совещание было коротким, но бурным; ситуация оказалась из ряда вон выходящей. За всю историю межзвездных контактов случалось всякое, даже войны, но такая мгновенная вспышка агрессии наблюдалась впервые. Все сошлись во мнении, что чужаки, очевидно, «не въехали» в ситуацию. Поэтому решили еще раз попробовать с ними договориться, чтобы избежать повторения подобной трагедии. Вся сложность состояла в так называемом «синдроме первой встречи», которую какой-то шутник перекрестил в синдром «Ну и рожи».

Этот вопрос на начальном этапе контактов различных цивилизаций всегда оставался главным. Каждый считал себя ну если не эталоном совершенства, то по крайней мере образцом развития эволюции во что-нибудь приличное. И впервые увидев представителей даже другой планеты, с кислой миной бормотал о том, что вообще-то и эта форма жизни имеет право на существование. Короче, обычно первая реакция была: «Ну и рожи».

Однако за длительной период существования Сообщества все уже потихоньку привыкли к этому разнообразию. Ллау и Брсс, одними из первых выйдя на просторы вселенной, перевидали массу различных рож и даже отсутствие таковых. Поэтому они спокойно воспринимали любую форму жизни: от «умной пыли» до немного ленивой, мыслящей планеты Льюсу.

Кстати, эту встречу с планетой Ллау не забудет до конца своей жизни. Осуществляя самый обычный разведывательный полет, они подлетели к планете, включили обзор и просто остолбенели, раскрыв рты. На них с не меньшим изумлением таращился огромный, во весь экран, глаз. Планета впервые видела чужих. Вся эта немая сцена длилась минут пять, после чего Ллау, неожиданно для себя заикаясь, произнес: «З-з-здрасьте», чем привел в немалый восторг окружающих. Планета, слегка покраснев, покрылась легкими фиолетовыми облачками, которые тут же разбежались, и на них взглянули уже два веселых глаза. С тех пор они дружат.

И те «коричневые кусты», повстречавшиеся землянам, также были разумными. И проблема заключалась в том, что люди этого не поняли, как не поняли и того, что существа, разбудившие их, не имели никаких злых намерений. Поэтому на «Блюмке» все согласились попробовать еще раз.

Разногласия начались при формировании группы высадки. То, что командовать будет Брсс, вопросов не вызывало. Но быть вторым, вернее, второй, неожиданно вызвалась Аяло. На естественное в такой ситуации мужское раздражение: «Тут дело нужно делать, а не под ногами мешаться», она, как всегда безапелляционно, заявила:

– Во-первых, я специалист по контактам и это моя работа. Во-вторых, я могу читать излучения мозга. В-третьих, напоминаю, жители нашей планеты умеют переходить в иное измерение и перемещаться в пространстве. – И она исчезла. Кресло, в котором она только что сидела, опустело.

– Ну и как? – раздался ее голос уже у выхода.

«В конце концов, это действительно ее работа», – рассердился Ллау, не видя выхода из ситуации, при которой он, старый, опытный космический исследователь, остается на корабле, а это «балаболка» идет на опасное задание.

– Ну и чудненько, – улыбнулась Аяло. – Будем считать, состав группы утвержден.

«Можно подумать, она собирается не в опасную разведку, а на тихую лужайку собирать цветочки. Хвала космосу, что я не женат, – подумал Ллау, – это ж попадись такой, и все, пропал».

Ему почему-то стало грустно, словно он был виноват в том, что эта молодая, красивая особа смертельно рискует. Кто знает, какой фортель могут еще выкинуть эти пришельцы.

– Муррр. Вы такой добрый, – раздалось над капитанским ухом.

Эта нахалка Аяло уже успела прочитать его мысли. Командир даже подскочил в кресле.

– Что-то не так? – недоуменно уставился на него Брсс.

– Так, так. Приготовиться к высадке, – раздраженно бросил Ллау, на секунду закрыв глаза. – Ну, баба, ну, достала.

«Синевая блюмка» осторожно подошла к необычному космическому «катамарану». Стыковочный рукав намертво прилип к аварийному выходу катера. Брсс с Аяло, медленно двигаясь, пересекли пустой отсек и подошли к открытому люку второго корабля. Напряжение нарастало. Каждая тень казалась притаившимся врагом, а каждый звук – началом нападения.

Перекатившись через порог, Брсс замер посреди рубки. Никого. Пытаясь уловить хотя бы малейшее колебание воздуха, он медленно повернулся вокруг своей оси и, не обнаружив ничего подозрительного, направился к выходу, собираясь позвать Аяло, но внезапно получил по голове здоровенным томом «Космической навигации. Часть 1» и растянулся на полу. А сверху с диким воплем: «Вяжи таракана»! на него уже пытался запрыгнуть Том с куском брезента в руках.

Люди не любят и боятся непонятного. Все новое должно, просто обязано хоть как-то укладываться в рамки привычных представлений. Инопланетяне не укладывались. Они не походили на «любимых гуманоидов», скорее смахивали и на кузнечиков, и на тараканов. А кто любит тараканов?

После того как практикант случайно запустил компьютер, включилась система вывода людей из анабиоза. Открыв глаза, Джим увидел прямо перед собой голову огромного насекомого. Он еще даже не успел ничего толком сообразить, а рука уже сама нажимала на курок бластера, с которым командир никогда не расставался. Такой же грохот раздался и справа, где лежал Том.

Придя в себя от шока, вызванного появлением этих так не похожих на людей существ, земляне слегка приуныли.

– Дрянь свинячья, – проворчал капитан, разглядывая останки тех, кого они расстреляли. – Кажется, это были инопланетяне и эта посудина на экране их.

– Кошмар, – передернулся механик, заряжая оружие. – Я их как увидел, так подумал, что у меня или крыша поехала, или я у чертей в аду очутился.

– Они улыбались, – раздался голос Ци.

– Ага, улыбались. Как же. Да ты посмотри на них, разве такие могут улыбаться?

– Могут, могут. В мире много всего, о чем ты и не догадываешься.

– Ты на что намекаешь? Думаешь, умнее всех? – угрожающе начал подниматься Том, снова хватаясь за бластер. – Я тебе сейчас поправлю интеллект.

– Хватит собачиться, – осадил обоих Джим. – Могут, не могут. Еще не известно, что у них на уме было. Может, они из нас детское питание организовали бы. И вообще. Прав тот, у кого пистолет быстрее стреляет. Значит, правы мы. А теперь заткнитесь и делайте то, что я скажу. Для начала выкиньте это подальше. Затем…

– Командир. Еще один звездолет, – показал на экран Ци.

– Вот дрянь, вляпались. И удрать нельзя, привязаны как бараны на веревочке, и от этих мутантов остались одни ошметки. Придется драться. Не жизнь, а сплошные звездные войны, мать их.

– Давайте пленного возьмем. В заложники. Можно будет попробовать договориться.

– Это мысль. – Джим словно впервые увидел программиста. – Значит, так, одного вяжем, остальных, если что, в расход. Посмотрим еще, чья цивилизация сильнее.

На одну из ног «насекомого» Ци попытался накинуть петлю, но Брсс взбрыкнул и попал азиату прямо в лоб, отчего тот отлетел к стенке рубки, угодив в объятия капитана, и они оба покатились под стол. Зато Тому удалось вскочить на старого участника космических битв, и, оседлав его, он попытался замотать ему голову тряпкой. Уважаемый ветеран не мог перенести такого унижения и, словно сноровистый конь с седоком на родео, заметался по рубке, сметая все на своем пути. Резко затормозив, он сделал стойку на передних лапах, а механик, растопырив руки и ноги, как большая лягушка, в гордом одиночестве пролетел по воздуху и шлепнулся в кресло пилота. Брсс, не теряя ни секунды, развернулся и со всей силы двинул в челюсть подкравшемуся сзади Джиму, а маленького Ци стукнул сверху по макушке, отчего тот распластался на полу.

– Кушнечик нушен шивым – прошепелявил Джим, выплюнув передний зуб. – Вштавайте, швиньи!

Удар инопланетянина на него мало подействовал, но остальные выглядели похуже и временно выбыли из борьбы: Том лежал в кресле, Ци вставать не торопился, а, приподняв голову, пытался понять, за кем поле боя. Посреди рубки на задних лапах, согнув передние в боксерской стойке, стоял целый и невредимый гуманоид.

Наступила короткая пауза.

Том мотнул головой и начал приходить в себя. Джим нащупал рукой кусок трубы. Он еще надеялся взять пленника живым.

Брсс раскрыл рот, собираясь вступить с землянами в переговоры, но его опередил Ци: с диким воплем «Айяаа-а-а» он кинулся в атаку. От неожиданности инопланетянин опешил и просмотрел, как Джим взмахнул трубой. От резкого удара труба согнулась, и старый вояка зашатался. Том, успевший прийти в себя, схватил кресло и, крякнув: «Вяжи беззубого!» – обрушил его на голову ветерана.

«Сам ты беззубый, вот перекушу пополам…» – успел подумать Брсс, и в глазах у него потемнело.

Измочаленные схваткой земляне туго запеленали свою добычу всем, что попалось под руку, превратив его в подобие египетской мумии, и уселись прямо на пленника, тяжело переводя дыхание. Вот теперь можно было и поторговаться с теми, кто находился на вражеском корабле.

Но тут в проеме двери возникла Аяло.

– Здравствуйте, мальчики. Предлагаю успокоиться и поговорить, – пронеслось в головах у всех троих одновременно.

– Ма-ма, – слегка заикаясь, промямлил Том. – Скор-пи-он.

Наша красавица и впрямь казалась немного мрачноватой, хотя и пыталась придать своему голосу дружескую интонацию. Однако для землян это оказалось чересчур сильным испытанием. И если безобидное насекомое они могли еще как-то переварить, то НЕЧТО, похожее на скорпиона, да еще таких размеров, да разговаривающее, да на свободе. Такого потрясения мозги нормального человека вынести не могли и просто отключились, предоставив организму возможность самому выпутываться из этой истории. Ну а когда «соображалка» не поспевает за событиями и «тормозит», то включаются рефлексы.

Джим выхватил бластер и, даже не переменив позы, послал длинную очередь в сторону Аяло. Остальные, наконец-то очнувшись, также открыли беспорядочную стрельбу.

Аяло почувствовала, что на таком маленьком пятачке увернуться не удастся, и метнулась под стол. Его тут же разнесли в мелкие щепки, однако за ним никого не оказалось. Пропал и упакованный «кузнечик».

Всего несколько секунд потребовалось капитану, чтобы оценить обстановку.

На «Дряни» (вот уж действительно от слова до дела – один шаг) не работали двигатели, а сам корабль был намертво состыкован еще с двумя. После такой бойни ничего хорошего от братьев по разуму ожидать не приходилось. Да и неизвестно, сколько и какого вида монстров подкинет им космос. Оставалось одно – как можно быстрее сматываться на спасательном боте. К счастью, командир знал этот уголок. Далековато до Земли, но шанс был. Тогда как здесь без вариантов – или труп, или, того хуже, ходячая закуска для этих… с усиками.

– Уходим! – закричал он.

Том и Ци, спотыкаясь и мешая друг другу, кинулись в грузовой отсек.

– Центральный, спасательный бот к запуску, курс – Земля.

– Есть, – раздался сухой машинный голос, и после небольшой паузы спросил: – Кто летит?

В обычной обстановке этот вопрос показался бы Джиму странным, но сейчас все его мысли были заняты предстоящим бегством, и поэтому он просто рявкнул:

– Три человека. Еще вопросы?

– Нет.

– Выполнять.

– Спасательный бот к старту готов.

Джим открыл ячейку с изображением черепа красного цвета, набрал код доступа, вставил ключ и крутанул его.

– Включена система самоуничтожения корабля, до взрыва осталось шестьдесят секунд, экипажу покинуть корабль, – объявил монотонный голос компьютера.

«Пусть теперь попробуют погоняться, – злорадно подумал капитан. – За это время они не успеют расстыковаться, корабль сделает „бум“, и ужастикам крышка».

– До взрыва осталось пятьдесят девять секунд.

Джим шагнул к выходу, но вспомнил, что у него в каюте осталось несколько крупных алмазов.

«Какие-никакие, а деньги. Ничего, успею», – подумал он и мощным рывком перемахнул через коридор.

– До взрыва осталось тридцать пять секунд, – продолжал отсчитывать время компьютер, но в нем появился какой-то неуловимый оттенок. И этот оттенок капитану совершенно не понравился. Несмотря на надвигающиеся крупные неприятности, он остановился и прислушался.

– До взрыва осталось двадцать восемь секунд. Экипажу покинуть корабль. – Голос был тот же, но Джим мог поклясться, что в нем появились издевательские нотки.

– До взрыва осталось двадцать девять секунд.

– Почему двадцать девять? – машинально переспросил он.

– А хочется мне так, девушки, ох, как хочется, – каким-то томно-ленивым голоском проворковал компьютер, а затем снова сухим официальным тоном отрапортовал: – Система самоуничтожения отключена. Взрыв отменяется. Механизмы и оборудование корабля работают в нормальном режиме.

– Почему отменяется? – Джим тупо глядел прямо перед собой и никак не мог сообразить, что происходит.

– Господи, ну до чего непонятливый, – раздался короткий смешок. – Я же сказала: мне так хочется. Ты что, человеческого языка не понимаешь? Вы сейчас отсюда свалите. Никаких идиотских команд. Никаких дешевых боевиков со стрельбой и драками. И так вон все вокруг испоганили. Жизнь прекрасна, к чему взрываться-то?

– Я приказываю… – начал было Джим и остановился. У него появилось нехорошее чувство, что его внимательно осматривают, и явно без нежности.

– Не поняла. – В голосе компьютера зазвучали металлические нотки.

– Я приказываю… – снова начал Джим, но ему даже не дали договорить.

– Пошел вон. – Тон машины не предвещал ничего хорошего.

– Чего?

– Пошел вон, – повторила она и, немного подумав, добавила: – Козел.

От этого «козел» командир совершенно потерял голову. Только сумасшедшей железяки ему не хватало для полного счастья. На него разом навалились и бессмысленная жизнь, и беспросветное будущее, и первый контакт с жуткими инопланетянами, и, наконец, этот взбесившийся компьютер, глюкнутый и неизвестно почему решивший, что он – дама. Брызгая слюной и пиная все, что попадалось ему под ноги, он орал, что, в конце концов, ему до чертиков надоела эта старая калоша, и что сейчас он все здесь взорвет сам, и что…

– Дорогуша, – неожиданно ласково проурчала машина, но от этой ласки Джим замер, будто на него вылили ведро ледяной воды. – Дорогуша, у тебя какая оценка была по физподготовке в колледже?

– От-от-т-отлично.

– Ой как чудесно, – голос стал медовым, – даю тебе пятнадцать… – Она на секунду задумалась, и Джим вновь почувствовал, как его скептически разглядывают. – Ладно, двадцать секунд на то, чтобы ты отсюда убрался. Ну а если какая наглая, но неуклюжая морда не успеет, я ни при чем. Раз, два, три, побежали.

Раздался вой сирены, и над центральным шлюзом выхода в космос замигала красная лампочка. Дверь дрогнула, и Джим понял, что лирическая часть переговоров закончилась. В три прыжка он пересек рубку, коридор и ввалился в грузовой отсек. Рухнув в кресло пилота, он со всей силы вдавил в панель кнопку «Старт».

Спасательный бот выплюнуло из корабля и понесло в сторону Земли. Курс был выдержан точно: компьютер в отличие от людей делал то, что говорил.

– У кого какие идеи? – начал Колян, когда наши «путешественники поневоле» уселись в кружок обсудить план дальнейших действий.

– Летим дальше. Сейчас главное – проскочить мимо кораблей Управления.

– Но Сквозника с нами нет, и куда лететь – неизвестно. Ты знаешь, где находится планета Дэкт? Лично я о ней первый раз слышу.

– Он говорил о центре Галактики. Добираться туда долго, но ничего другого я предложить не могу. Когда выйдем за пределы Солнечной системы, ляжем баиньки в анабиоз. А дальше по обстановке.

– На деревню к дедушке, – проворчал Толян. – А с нами никаких неприятностей не произойдет? Мало ли что – кометы всякие, горючее закончится.

– В один конец хватит, – успокоил его Макс, – а если встретится какое-нибудь препятствие, корабль сам сделает маневр и затем вернется на прежний курс.

– Постой, не понял, – беспокойно заерзал Толян. – Получается, туда мы прибудем, а обратно?

– Давай дела делать по порядку: сначала долетим, а потом начнем думать о возвращении. И сдается мне, это будет не самый важный вопрос.

– Дядь Коль, – нервно затеребил друга за рукав Толян. – Это ж гиблое дело. А может, мы лучше где-нибудь тут рядышком полетаем, ну их, эти подвиги.

– Тут нас в два счета вычислят, поймают и упекут в кутузку, и неизвестно, чем это кончится. И потом, неужели тебе не надоело с трубами и унитазами возиться? А здесь Судьба дает возможность на мир посмотреть.

– Так ведь опасно.

– Жизнь вообще штука опасная.

И словно в подтверждение этих слов, их разговор прервался оглушительным воем сирены.

– Всем по местам, – встревоженно скомандовал Макс, но, взглянув на экран, успокоился. – Отбой, ничего страшного, вошли в пояс астероидов.

– А мы в них не врежемся?

– Ерунда, не первый раз, – начал беззаботно командир и рванулся к пульту, пытаясь дотянуться до ручки управления. – А, черт, откуда она взялась?

Прямо на них летела, быстро увеличиваясь в размерах, огромная каменная глыба.

– Ну, давай, давай, старое корыто, – хрипел Максим.

Колян, собиравшийся сесть в кресло, замер на месте с занесенной ногой, Толян в страхе закрыл глаза.

А глыба разрасталась, заполонила весть экран и… исчезла.

– Невероятно, – прошептал Макс.

Толян приоткрыл один глаз:

– Я еще жив?

– Он отвернул! – От возбуждения Максим не мог усидеть на месте. – Вы понимаете? Астероид изменил курс.

– Значит, нас пронесло. – Колян опустился на сиденье.

– Меня тоже, – заскучал Толян. – Я сейчас. – И он резво выскочил из рубки.

– Но это невозможно! Небесные тела движутся по прямой и не могут произвольно менять направление, тем более так круто.

– А тебе не показалось?

– Нет, – покачал головой Макс, пробежав пальцами по клавиатуре. – Вот, пожалуйста, график его пути; видишь, угол резко изменился.

– Нам повезло?

– Трудно сказать. Предлагаю догнать и посмотреть на это «чудо».

– Совершенно не обязательно, – живо возразил Толян, появляясь в дверях. – А если там другие инопланетяне сидят? Злые. Как говорится, враждебный разум. Сам говорил, что они везде бродят.

– Был бы враждебный, нас бы давно не было, – усмехнулся Макс. – Можешь мне поверить.

Они летели рядом ни с чем не примечательным камнем. И размеры не такие уж впечатляющие. Но почему он себя так странно повел?

– Есть! – радостно воскликнул Макс.

– Где? – в недоумении закрутили головами остальные.

– Видите что-то вроде скалы, похожей на бегемота. Смотрите чуть ниже, правильное круглое пятно.

– Обычная тень.

– Проверим, – ответил Макс и направил корабль на сближение.

– А может, не надо? – снова забеспокоился Толян.

– Спокойно, высаживаться будем, а для начала маленький ликбез: несколько советов по технике безопасности. Группа состоит минимально из двух человек: один ведущий, другой прикрывает. Второй выполняет все приказы первого, без команды ничего не делает и ничего не трогает. Нас трое, поэтому на корабле останется Анатолий, а мы с Николаем идем. Вопросы?

– Нет, – просиял Толян. – Ты начальник, тебе и карты в руки.

– Прекрасно, мы пошли одеваться.

Они подошли к шкафчикам со скафандрами, и… Колян растерянно посмотрел на друзей.

– Здесь какие-то маломерки.

– Таких не берут в космонавты, – заметил Максим. – Для тебя, понимаешь ли, нужно специальный костюмчик заказывать.

Он внимательно осмотрел снаряжение и повернулся к Толяну:

– Придется, Анатолий, нам с тобой отправляться. Но учти, никакой самодеятельности.

– А если враги? – хмуро поинтересовался Толян; идти ему ужасно не хотелось.

– Да хоть черти с дьяволом, – отрезал Макс. – Чаще всего люди гибнут по собственной дурости, а мне еще жить хочется.

– Мне тоже, – буркнул Толян.

– Тогда давай подставляй руки-ноги.

Облачившись в скафандры, они на оставшемся катере подлетели к астероиду, зацепились за его поверхность и, выйдя в открытый космос, осмотрелись; вблизи круглое пятно пропало.

– Николай, мы правильно высадились?

– Вы на краю.

– Ясно. Анатолий, стой на месте, а не то улетишь куда-нибудь, ищи тебя потом, а я посмотрю, нет ли тут хоть какой-нибудь лазейки.

Толян, с удовольствием выполнив команду, тут же устроился в небольшой расщелине.

– Я в кино видел похожий огромный космический корабль инопланетян, – разглагольствовал он, с интересом наблюдая за действиями командира. – У них катастрофа, все погибли, и миллион лет они носились в холодном космосе. А мы нашли. Представляешь? Напишем в газету, на весь мир прославимся.

– Ты у нас и так широко известное лицо в узких кругах. С тобой столько народу желает поближе познакомиться, – заметил Максим, продолжая внимательно исследовать поверхность астероида. – Нет, ничего не могу найти, – огорченно сообщил он. – Придется возвращаться.

– Это мы с превеликим удовольствием, – обрадовался Толян. Выкрутившись из расщелины, он заметил необычный, в форме куба, камень. «Сувенир на память», – подумал он и потянул свою находку.

И в тот же миг рядом с ним в сторону легко скользнула метровая плита, открывая черное отверстие входа.

– Ух, ты! Молодчина! Как догадался?

– Да вот смотрю – странный предмет. Дай, думаю, проверю, – засмущался польщенный похвалой Толян. – Интуиция.

Они включили фонари и, проскользнув в тоннель, очутились в круглой шахте длиной около десяти метров и выложенной изнутри керамической пятиугольной плиткой, в конце которой виднелась перегородка с круглым люком.

– Да здесь целая межпланетная станция! – ахнул Максим. – А это входной шлюз, попробуем через него пройти дальше.

Едва он договорил, как почувствовал, что позади него происходит нечто неладное. Он оглянулся и закричал:

– Стой! Не трогай!

Но было поздно. Любопытный Толян, обнаружив расположенную возле входа кнопку, не удержался и нажал на нее.

Плита плавно соскользнула на место, напрочь закупорив выход.

– Я что, стенке говорил? – налетел на него Максим.

– Так оно, это, кнопка, – принялся оправдываться Толян.

– Что «кнопка»? Какая «кнопка»? Ее для тебя ставили? На ней висела табличка: «Нажимать именно Петрову»?

– Нет, – виновато съежился Толян. – А что это движется к нам?

Максим обернулся и увидел появившуюся на противоположной стороне маленькую ярко-оранжевую звездочку; прозвучал негромкий щелчок, и от нее во все стороны начали разбегаться тонкие лучи. Ветвясь и пересекаясь, они образовали нечто похожее на гигантскую паутину, которая, раскалившись добела, зловеще двинулась на людей.

– Черт, лазерная ловушка! Что теперь делать?

– Я сейчас, я исправлю, я отключу, – засуетился напуганный Толян и снова надавил на злосчастную кнопку. И сразу вслед за первой выскочила вторая сеть.