Текст книги "Два лица Востока. Впечатления и размышления от одиннадцати лет работы в Китае и семи лет в Японии"
Автор книги: Всеволод Овчинников
Жанры:
Публицистика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
В последующие годы площадь перед входом в императорский дворец украсилась новыми архитектурными доминантами. На ее западной стороне появилось здание Всекитайского собрания народных представителей, то есть парламента КНР. А с востока ее обрамлением стали Музей революции и Мавзолей Мао Цзэдуна. Центр площади украсила вертикальная каменная плита памятника Народным героям. Рядом установлен флагшток, на котором каждый день торжественно поднимают государственный флаг КНР.
И вот на восточной стороне площади Тяньаньмэнь, то есть перед фасадом Музея революции, появилась бронзовая статуя Конфуция – первая достопримечательность в центре Пекина, не связанная с революционной историей.
Уместно заметить, что, придя к власти, китайские коммунисты отнеслись к конфуцианству иначе, чем большевики к Русской православной церкви. На то были свои причины. Прежде всего конфуцианство – не столько религия, сколько этическое учение, духовный стержень национального менталитета. С именем философа, жившего 25 веков назад, связаны такие понятия, как культ старины и культ учености, заветы соблюдать иерархию и стремиться к гармонии.
Проявляя уважение к великому мыслителю прошлого, китайские коммунисты были вправе рассчитывать на конфуцианское отношение к своей власти. Лишь в мрачные годы «культурной революции» хунвэйбины разбили кувалдами надгробную плиту на могиле Конфуция в провинции Шаньдун.
В 1984 году в КНР был приглашен председатель Общества советско-китайской дружбы академик Тихвинский. Уверен, что в 1984 году пекинские власти отнюдь не случайно включили в маршрут, приглашенных в Китай руководителей Общества Советско-китайской дружбы, родину Конфуция. Показывая нам надгробье, расколотое хунвэйбинами, руководитель провинции Шаньдун сказал:
– Ничто так не нарушало национальные традиции Китая, как надругательство над прошлым. Ничто так не противоречило здравому смыслу, как ссора Мао Цзэдуна и Хрущева. Пусть же все это останется позади!
А в мае 1989 года мне довелось быть свидетелем того, как лидеры двух великих соседних государств пожали друг другу руки со словами: «Закрыть прошлое, открыть будущее!». Как видно, неспроста за пять лет до этого двух московских китаистов отправили именно туда, где родился и был похоронен Конфуций.
Вперед и вышеКонфуцианство – это, в сущности, морально-этический кодекс. Его главная цель – неустанное нравственное совершенствование человека. Метафорически эта цель изображается в виде карпа, который предпочитает плыть против течения, то есть всегда стремится вперед и выше.
Конфуций появился на исторической сцене 25 веков назад в смутное время междоусобиц, когда главным стремлением людей была жажда мира и порядка. Проблемы управления государством, отношения верхов и низов общества, нормы нравственности и морали – вот стержень конфуцианства.
На вопрос учеников, почему он никогда не говорит о загробной жизни, учитель ответил: «Пока люди не научились правильно относиться друг к другу в этом мире, какой смысл рассуждать о мире потустороннем!»
По мнению мыслителя, выполнение правил и норм поведения должно быть нарочито заметным со стороны. Он обозначил такие внешние примеры иероглифом «ли» (ритуал). А несведущие иностранцы прозвали все это «китайскими церемониями». Конфуций считал, что скрупулезное исполнение ритуалов способствует самосовершенствованию человека.
Мудрец из Поднебесной, живший в 551-479 годах до нашей эры, первым высказал мысль, которая через пять веков стала одной из главных заповедей христианства: «Чего не желаешь себе – не делай людям». Иисус лишь поменял местами начало и конец данной фразы.
«Государь должен быть государем, а подданный – подданным. Отец должен быть отцом, а сын – сыном». Эта ключевая фраза из книги Конфуция «Размышления и слова» имела в эпоху раннего феодализма прогрессивное звучание. Ведь она означала, что на преданность подданных вправе рассчитывать лишь справедливый государь, а на сыновнюю почтительность – лишь хороший отец.
Неудивительно, что гуманистическая сущность этого учения вступила в противоречие с феодальным деспотизмом императора Цинь Шихуана, который впервые объединил Поднебесную и начал строить Великую китайскую стену. В 213 году до нашей эры он повелел сжечь сочинения уже покойного тогда философа и заживо похоронить 420 популяризаторов его учения.
Камни прошлого – ступени в будущееОднако уже при следующей, Ханьской династии конфуцианство было не только реабилитировано, но и стало официальной идеологией почти на два тысячелетия. А присущий конфуцианству культ учености внес в систему власти элемент демократизма. Всех государственных служащих подбирали на основе открытых конкурсных экзаменов. Претенденты состязались в знании конфуцианских текстов и умении руководствоваться ими при решении насущных житейских проблем. Такая система существовала вплоть до 1911 года, когда была свергнута последняя императорская династия.
Однако и для современных китайцев изречения Конфуция остаются хрестоматийными истинами. Например, «Учиться и ежечасно применять усвоенное – разве не радость!». «Хочешь определять будущее – изучай прошлое». По центральному телевидению Китая был показан сериал «Размышления и слова», поставленный по одноименной книге Конфуция. Об огромном интересе к нему свидетельствует тот факт, что тексты телепередач были раскуплены в нескольких миллионах экземпляров.
Возросший интерес общественности к Конфуцию не случаен. Он объясняется тем, что нынешнее поколение китайских руководителей сделало слово «гармонизация» ключевым в своем политическом лексиконе. Во внутренней политике пекинские лидеры считают приоритетной задачей сократить отставание села от города, глубинки от приморья. Во внешней политике они выступают за то, чтобы все государства научились гармонизировать свои интересы, то есть «не делать другим того, чего не пожелали бы себе».
Акцент на слове «гармонизация» закономерно привел к тому, что китайцы стали чаще оглядываться на наследие Конфуция. Более того, фигура Конфуция стала использоваться Пекином как воплощение китайской цивилизации, ее вклада в духовную культуру человечества.
С 2004 года китайцы начали создавать за рубежом «институты Конфуция», а точнее сказать, культурно-лингвистические центры имени древнего философа. Нынче в мире таковых насчитывается уже более трехсот. Подчеркивается, что их задача – не служить рупорами официальной пропаганды, а способствовать правильному пониманию современной китайской действительности.
Полагаю, что конфуцианство все больше входит в моду потому, что свойственный ему культ учености, генетически присущий китайцам, стал их важным преимуществом в наши дни, когда перед всеми странами встала задача переходить к инновационной экономике, к экономике знаний. Так что статуя Конфуция в центре Пекина долина вдохновлять жителей Поднебесной на инновации.
Тяньаньмэнь 1989
Тогдашние события глазами очевидцаМне выпала судьба стать свидетелем драматических событий на пекинской площади Тяньаньмэнь в мае – июне 1989 года. Сразу оговорюсь, что я прилетел тогда в китайскую столицу не только как корреспондент «Правды». Меня включили в группу экспертов, готовивших историческую встречу Горбачева и Дэн Сяопина для нормализации советско-китайских отношений.
Мы прилетели почти на неделю раньше назначенного саммита двух лидеров. Причем уже тогда движение транспорта в центре китайской столицы было полностью парализовано тысячами участников студенческих манифестаций. Демонстранты объявили свои массовые выступления бессрочными.
И молодежь коротала часы кому как вздумалось. Одни страстно митинговали. Другие пели и плясали. Третьи жгли листовки и газеты, пытаясь вскипятить чай. Четвертые дремали прямо на асфальте, благо стояла ласковая майская погода. Ведь никаких палаток у манифестантов не было.
Над чудовищно замусоренной площадью господствовал запах застоявшейся мочи. По словам демонстрантов, после пары ночей на асфальте они по очереди уходили отсыпаться домой или к жителям соседних улиц, которые охотно их привечали и кормили. Но физическое и эмоциональное напряжение сказывалось. И дежурившие на площади бригады «Скорой помощи» ежедневно увозили по несколько манифестантов, потерявших сознание.
От гостиницы «Годзи», расположенной на главной улице несколько восточнее центра, нам приходилось каждый день протискиваться сквозь толпы людей на площади Тяньаньмэнь к зданию Всекитайского собрания народных представителей, расположенному западнее, – там было запланировано большинство связанных с визитом мероприятий, – а потом снова спешить в отель, чтобы из своего гостиничного номера продиктовать в редакцию очередной материал. Ведь мобильных телефонов тогда еще не было.
«Долой продажных чинуш!»Москва, прежде всего, ждала от группы экспертов совета: как быть со сроками визита? Мы предложили приезд Горбачева и его встречу с Дэн Сяопином не откладывать. На наш взгляд, экстремальная обстановка может, как ни парадоксально, способствовать нормализации советско-китайских отношений. А вот выступать инициатору перестройки перед пекинскими манифестантами мы не рекомендовали.
Пекинские власти попали тогда в затруднительное положение. Ведь согласно протоколу государственного визита, Горбачев должен был возложить венок к Памятнику народным героям в центре площади Тяньаньмэнь. И там же, перед зданием Всекитайского собрания народных представителей, вместе с Дэн Сяопином принять парад почетного караула.
Китайское руководство оказалось перед мучительной дилеммой: применять ли силу для удаления манифестантов с площади? И если да, то в какой форме? Хотелось бы прояснить ряд существующих на сей счет заблуждений.
Прежде всего, главной целью молодежных манифестаций тогда были не права человека и демократические свободы, как утверждают западные средства массовой информации.
Демонстранты осуждали негативные побочные последствия реформ, начатых Дэн Сяопином в 1979 году. Они выступали против незаконных сделок частных предпринимателей, против сращивания бизнеса с партийно-государственным аппаратом. Именно на искоренение коррупции был нацелен главный лозунг демонстрантов: «Дадао гуаньдао!» («Долой продажных чинуш!»)
Внутренняя борьба в руководствеКроме того, искренние, благородные побуждения студенчества были использованы как инструмент внутренней борьбы в китайском руководстве. Глава Пекинского горкома Чэнь Ситун при поддержке «старой гвардии» требовал применить против демонстрантов силу. Тогда как представитель реформаторского крыла – тогдашний генеральный секретарь ЦК КПК Чжао Цзыян ратовал за переговоры со студентами.
Стоило ему на пару дней уехать из страны, как местные газеты назвали манифестации на площади Тяньаньмэнь «контрреволюционным мятежом». Обстановка еще более осложнилась, когда поборники силового решения стали действовать по принципу: «чем хуже, тем лучше».
В предместья Пекина были введены войска без оружия. Солдатам было запрещено даже защищать себя кулаками. Этим тут же воспользовалась беднота с окраин, не имевшая ничего общего с высокими идеалами студенческих манифестаций. Злоупотребляя безнаказанностью, эти люмпены принялись стаскивать военных с грузовиков и учинять над ними самосуды.
Как и мои коллеги, жившие в гостинице «Годзи», не могу забыть двух солдат со вспоротыми животами, повешенных на фонарях моста Цзянгомэнь. Потом невооруженный контингент вывели из столицы, дабы он рассказал личному составу других воинских частей, что в Пекине, мол, действительно происходит контрреволюционный мятеж…
И вот тогда, в первых числах июня, к столице двинулась уже другая, хорошо вооруженная армия. Танки разрушали баррикады из грузовиков и автобусов. При этом не раз происходили столкновения с местными жителями, проливалась кровь. Именно эти кадры обошли мир как эпизоды «побоища на площади Тяньаньмэнь».
В действительности же эта доминирующая на Западе версия стала результатом телемонтажа. Пожалуй, единственный подлинный кадр – юноша, который своим телом останавливает колонну танков на главной улице Пекина.
Ну а в кульминационный день 4 июня на Тяньаньмэне не было никаких танков, которые якобы бы без разбора давили манифестантов. Когда войска окружили площадь, там находилось несколько тысяч человек. Им предъявили ультиматум, после чего они практически без сопротивления разошлись.
После того как тогдашний генсек ЦК КПК Чжао Цзыян был отстранен, сторонники «закрутить гайки» активно продвигали на его место «китайского Гришина» – первого секретаря Пекинского горкома Чэнь Ситуна. Однако Дэн Сяопин, вопреки их нажиму, поставил у руля шанхайского технократа Цзян Цзэминя – как человека, способного и дальше вести Китай по пути реформ.
Закон вместо «революционной целесообразности»Хочется также опровергнуть утверждения западных СМИ, будто пекинское руководство, успешно проведя экономические реформы, так и не приступило к реформам политическим. Якобы в области прав человека и демократических свобод никаких позитивных сдвигов в Поднебесной не произошло.
Первым шагом к совершенствованию политической системы Китая можно считать провозглашенное Дэн Сяопином верховенство закона. Переход от «революционной целесообразности» к идее, что законы писаны для всех, в том числе и для руководители партии и государства, явился существенным шагом к демократизации китайского общества.
Теперь главным направлением политических реформ в Китае стало расширение практики выборов на альтернативной основе. Они уже проводятся на уровне волостей и постепенно распространяются на уезды. В Китае действует многоступенчатая система голосования. Из лучших представителей уездного звена формируются провинциальные собрания. Каждое из них, в свою очередь, имеет свою квоту в парламенте. А уже он избирает главу государства – Председателя Китайской Народной Республики.
В свое время основатели КНР провозгласили «три неизменных ориентира»: марксизм-ленинизм, социалистический путь, руководящая роль Коммунистической партии. Ныне вместо марксизма-ленинизма официальной идеологией стал патриотизм. Вместо социалистического пути заговорили о социально-ориентированной рыночной экономике. И лишь третий ориентир оставлен в неизменности.
Пекинское руководство поставило стратегическую цель: «К середине XXI века превратить Китай в богатую, могучую, демократическую, цивилизованную социалистическую страну». Термин «цивилизованная» имеет в виду отнюдь не демократию западного образца, а китайский вариант популярной в Восточной Азии «полуторапартийной системы».
При ней наиболее авторитетная политическая сила опирается на абсолютное большинство в парламенте и неизменно остается у власти даже в условиях многопартийности. Именно такая модель «просвещенного авторитаризма» обеспечила экономическое чудо в Японии и Южной Корее, на Тайване и в Сингапуре. Словом, либерализация политической системы в Поднебесной шаг за шагом идет. Осторожно, с оглядкой на плачевный опыт КПСС. И по-своему, по-китайски, с учетом национального менталитета, исторических традиций.
Магия ччетырех восьмерок
В восемь утра, восьмого числа, восьмого месяца, восьмого года. Время тожественного открытия летних Олимпийских игр в Пекине, по мнению китайцев, было выбрано на редкость удачно. Ведь нумерология, а проще говоря – магия чисел издавна имеет в духовной культуре Поднебесной немаловажное значение. Восьмерка же символизирует бесконечность, завершенность, полноценность, универсальность. Словом, считается многогранно счастливой цифрой.
Поднебесная начала активно готовиться к летним Играм еще задолго до решения Международного олимпийского комитета. Китайский народ составляет пятую часть человечества. И пока он не побывал хозяином Игр, нельзя считать осуществленным принцип универсальности, лежащий в основе олимпийского движения.
Вообще говоря, география Олимпиад порой рождает вопросы. Китайцам было трудно понять, почему, проведя игры в Лос-Анджелесе, США всего через два срока вновь получили право быть их устроителями в Атланте? Почему 16-миллионная Австралия уже имела Мельбурн и получила Сидней, тогда как 1300-миллионный Китай ни разу не был хозяином Олимпиады?
Летние Олимпийские игры пока лишь дважды проводились в Азии. Первый раз в Токио, второй – в Сеуле. По личному опыту знаю, что после Токийской олимпиады 1964 года и Сеульской – 1988 года мир совершенно иными глазами взглянул сначала на японское, а затем на южнокорейское экономическое чудо. Так что для Поднебесной Олимпиада-2008 дала уникальный шанс поведать человечеству о рывке к мировому лидерству, который совершает народ с пятитысячелетней историей.
Впрочем, не секрет, что стремительный взлет Китая нравится не всем. И вот по обкатанной схеме «цветных революций» наемные громилы стали жечь в Лхасе китайские лавки. Следом поднялась шумиха о «репрессиях в Тибете». Цель – дискредитировать КНР и спровоцировать бойкот Олимпиады-2008 в Пекине. Затея эта провалилась, хотя эстафета олимпийского огня столкнулась с трудностями.
«Новый Пекин, великая Олимпиада»Я прожил в Пекине одиннадцать лет. Много кратно наведывался туда на короткий срок. Но, оказавшись там на открытии Года России в Китае, буквально не узнал знакомый город. Стремительные вертикали небоскребов, поражающих разнообразием и смелостью архитектурных решений. Плавно изгибающиеся ленты многоярусных развязок. А вместо привычной велосипедной реки – нескончаемые вереницы автомашин.
Вспомнил, что я впервые попал в Токио за два года до Олимпийских игр 1964 года. Тогда над городом от зари до зари стрекотали отбойные молотки. Воздух был пропитан строительной пылью. Среди тесной неразберихи двухэтажных деревянных жилищ вырастали опоры железобетонных эстакад. И вопреки традиции не строить дома выше императорского дворца, к небу дерзко устремлялись первые высотки.
Нынче в Пекине приходишь к убеждению, что в его облике куда больше примет завтрашнего дня, нежели было в тогдашнем Токио. Жители китайской столицы, вся страна показывают, как осуществляется на практике девиз: «Новый Пекин, великая Олимпиада».
В Оргкомитете Игр мне рассказали, что подготовка к всемирному празднику спорта имела три стратегических ориентира. Первый из них – «экологичная Олимпиада». На защиту природы была ассигнована треть общей сметы расходов. К примеру, для обслуживания участников Игр закуплено 500 автобусов новой конструкции. Их двигатели работают с практически нулевым выбросом вредных газов – факт небывалой в истории Игр.
Доля каменного угля в энергобалансе Пекина была снижена вдвое и теперь не превышает 20 процентов. Введены европейские стандарты содержания углекислоты в автомобильных выхлопах. Вокруг столицы озеленено 100 тысяч гектаров горных склонов, вдоль дорог высажено 23 тысячи гектаров лесных полос.
Второй стратегический ориентир – «высокотехнологичная Олимпиада». Игры стали витриной научно-технического прогресса и инновационного потенциала Китая. Наглядный пример: информатика. На основе новых и высоких технологий выпускается почти половина промышленной продукции Пекина. В городе оставлены только наукоемкие производства.
Наконец, третий стратегический ориентир – «объединяющая Олимпиада». Поставлена цель, чтобы Игры не только способствовали модернизации Пекина и всего Китая, но и стали мостом между цивилизациями Востока и Запада, углубили взаимопонимание между народами всех континентов, использовали олимпийский дух, дабы популяризировать традиционную китайскую культуру.
Пекин теперь уже не жалеет, что Сидней перехватил у него Игры 2000 года. Успехи социально-экономического развития позволили Поднебесной лучше подготовиться к Олимпиаде-2008. Однако есть один аспект, неизмеримо усложнивший задачи Оргкомитета. Это последствия моторизации страны, особенно ощутимые в столице.
Еще когда я работал в агентстве «Синьхуа» в 90-х годах, по пекинским улицам ездили 10 миллионов велосипедов и 200 тысяч автомашин. Теперь же среди 12 миллионов жителей китайской столицы почти 4 миллиона автовладельцев. Поэтому нужно было позаботиться о том, чтобы атлеты и зрители не попадали в транспортные пробки, создать возле спортивных сооружений достаточно бесплатных автостоянок.
Автодорожную сеть столицы расширили втрое. При мне в Пекине было лишь две линии метро: кольцевая под снесенной городской стеной и радиальная, идущая с востока на запад под главным проспектом столицы. К Олимпиаде протяженность метрополитена увеличилась вчетверо. Его дополнили линиями скоростной надземки.
Олимпиада-2008 прошла в Пекине на 37 спортивных сооружениях. Из них 19 были построены заново. Главные сооружения находятся на севере, за четвертым кольцом, где еще недавно были крестьянские поля. В олимпийском парке был построен национальный стадион «Птичье гнездо» на 90 тысяч мест. Там прошли церемония открытия и закрытия Игр, финалы по футболу и легкой атлетике.
Второй, крытый, стадион на 18 тысяч мест стал местом соревнований по гимнастике и волейболу. В центре водных видов спорта с трибунами такой же вместимости состязались пловцы и ватерполисты.
