![](/files/books/160/oblozhka-knigi-pozyvnoy-kovcheg.-kniga-pervaya.-na-etoy-storone-granicy-385472.jpg)
Текст книги "Позывной Ковчег. Книга первая. На этой стороне границы"
Автор книги: Владислав Еремин
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)
Глава 10. Заборы палевого цвета
«Уазик» въехал на территорию «Ковчега» со стороны Домостроительной улицы, и все пассажиры поспешили к главному корпусу.
– Общее построение в главном коридоре, форма одежды любая, начальники отделов, командуйте! – раздался голос дежурного по «Ковчегу» из ретрансляторов внутренней радиосети.
– «Первый отдел строится! Второй отдел строится! Третий отдел… Так, мужики, быстро встали в строй!» – эта команда, отданная Стрельцовым, завершила формирование общего развернутого строя. На правых флангах отделов стояли офицеры, на левых – прапорщики. Построение было осуществлено в три шеренги, но не по росту, а по званию. Место Саши оказалось на самом левом фланге отдела, после него стояли еще четыре прапорщика. Саша повертел головой. Однако много народу, больше сотни, на глаз видно.
Со стороны лестницы вышли командир и три его заместителя. Командир и его первый заместитель были в военной форме. У обоих по три ряда орденских планок, причем верхние два ряда сплошь боевые награды, а ниже – за выслугу лет и юбилейные. У первого зама на правой стороне груди красовался Гвардейский значок и Знак мастера-парашютиста с трехзначным числом, обозначающим количество прыжков.
Раздалась команда: «Товарищи офицеры». Все встали по стойке смирно.
– Товарищ полковник, личный состав «Ковчега» по команде «Общий сбор» построен. В строю двести четырнадцать человек, двадцать три человека в командировках, пять в отпуске, двое на излечении. Дежурный по «Ковчегу» подполковник «Соболь».
«Соболь» (позывной) был одет в повседневную форму ВВС – прямые брюки, китель с голубыми петлицами и эмблемами в виде перекрестия двухлопастного несущего винта и крылышек.
Словами «Товарищи офицеры» командир дал понять, что принял доклад дежурного по части.
– Товарищи офицеры! – повторил дежурный.
– Товарищи! – продолжил командир. – Новый командующий округом, генерал-лейтенант Уланов вчера негласно посетил несколько воинских частей в границах нашего гарнизона и приказал покрасить все бетонные заборы в палевый цвет. Генерал сказал, что серый цвет не гармонирует с нашим прекрасным городом. Поэтому, начальники отделов, распределите имеющиеся у нас секции бетонного забора между личным составом. Я думаю, что их будет не очень много, и мы к вечеру все покрасим и доложим. Вольно, разойдись.
Дав это распоряжение, командир убыл в сторону своего кабинета.
– Так, мужики, все за мной. Я вам сейчас покажу наш кусок забора, затем возьмете краску у зампотыла, и быстренько покрасимся, – Стрельцов распределил своих людей вдоль забора.
– Так, Саша! Серега, – начальник поискал глазами своих любимых подчиненных, – а вы за мной. Здесь и без вас хватит кому этой хреновиной заниматься.
В своем кабинете начальник выдал «Фотографу» несколько микропленок и отправил работать, а Сашу спровадил на склад, на выдачу спецтехники.
– Как все выдашь, придешь ко мне. Понял?
– Понял, Эдуард Сергеевич! – ответил Александр и умчался на склад.
Через полчаса он закончил выдачу имущества и направился к кабинету начальника. Еще по дороге он услышал громкий спор на грани ругани. Ругались где-то во внутреннем дворе.
– Что там? – спросил Саша у дежурного.
– Да, замполит и зампотыл ругаются по поводу того, сколько охры надо добавлять в белила, чтобы получился палевый цвет. Замполит предлагает отправить человека за выкрасками в штаб, а зампотыл посылает его подальше, говорит, сами разберемся.
Саша зашел в кабинет к начальнику.
– Все выдал, – доложил он.
– Так, хорошо, у тебя же отгул. От забора я тебя отмазал, возьмешь тридцать четвертую машину, водитель Григорий, отвезешь посылку на «Восьмой Кордон», Григорий знает куда. А потом до вечера машина и водитель в вашем распоряжении. Вечером, когда отпустишь его, позвони дежурному, дабы наш боец не потерялся по дороге в часть. Да, и еще, мы тут тебе удостоверение сделали. На, возьми почитай. Это на случай, если посылочкой кто заинтересуется. ГАИ или ВАИ покажешь эту ксиву. Понял?
Саша кивнул головой, сунул удостоверение во внутренний карман жилетки и, взяв увесистый деревянный ящик, вышел из кабинета.
В коридоре его остановил помощник дежурного по «Ковчегу» в звании капитана:
– «Горр», подожди, сейчас водила прибежит за ящиком, а ты пока табельный получи.
– А пистолет зачем? – удивился Саша.
– Как зачем? Ты ксиву получил? – не понял помощник дежурного.
– Получил, – ответил Саша.
– Ну так бери ствол. Первый раз, что ли? – опять не понял Сашу помдеж.
Александру было неловко признаваться незнакомому офицеру, что он в первый раз. Саша получил наплечную кобуру, свой табельный «Макаров», набил две обоймы патронами, одну вставил в пистолет, а вторую в карманчик кобуры.
В ожидании водителя решил почитать свой новый документ. Красная кожаная корка с надписью «Удостоверение». Внутри на одной стороне фотография Саши, номер, серия удостоверения и надпись про оружие, а на другой стороне информация, из которой следовало, что предъявителю этого удостоверения можно почти все и везде, а тем, кто это удостоверение читает, нельзя совсем ничего. Дальше шла витиеватая подпись очень большого начальника. И печать, конечно. Саша только крякнул.
– Сейчас машина придет, – кивнул Саше помощник дежурного.
В ответ Александр кивнул головой и спросил:
– А ты не знаешь, палевый цвет – это какой?
От души посмеявшись, Саша позвонил домой и успокоил Элю:
– Приеду через сорок минут, будь в готовности к поездке в степь, смотреть тюльпаны.
А еще через пару минут прибежал всклокоченный водитель.
– Хотели на забор припахать, насилу отбился, – и все опять развеселились.
Саша помог водителю дотащить ящик до машины. Выезжая через КПП на Домостроительную улицу, он успел заметить, что забор приобрел цвет бледной чайной розы, как-то так.
«Уазик» выехал из промышленной зоны города, лихо промчался по западному полукольцу и затормозил возле нового точечного дома, в котором начала свою жизнь молодая семья Холмогоровых.
Саша выскочил из машины и поднялся на лифте на 9-й этаж. Эля закрывала дверь на ключ. У ее ног стояла большая корзинка со снедью. Молодые поцеловались, Саша подхватил корзинку и в последний момент вспомнил, что надо забрать из колясочной шезлонги, раскладной стол и гамак. Навьючившись, они вошли в лифт, и Саша с облегчением опустил чехлы на пол.
– Ты мне расскажешь, что это был за аврал? – спросила Эля, обнимая Александра за талию и прислоняясь к нему своей красивой грудью. Саша прижал к себе Элю свободной рукой и, немного протянув время, наслаждаясь исходящим от нее запахом, ответил:
– Это трудно описать словами, ты сама сейчас все увидишь.
Вытащив имущество из лифта, ребята погрузились в «Уазик». Саша представил девушке водителя Гришу, и машина помчалась обратным маршрутом.
Через некоторое время, проезжая через промзону, девушка завертела головой, выглядывая в разные окна. Затем Эля сняла солнцезащитные очки и какое-то время вертелась, словно на иголках, перестав думать о том, как она выглядит со стороны, что было ей совсем не свойственно.
Саша и Гриша смеялись до слез.
По обе стороны дороги им встречались бетонные заборы, выкрашенные в различные оттенки палевого цвета – от яркого кирпича до светлого беж. Смех заразителен, и Эля присоединилась к молодым людям.
Тем временем машина выскочила за городскую черту на Уманское направление. Заборы кое-где еще встречались, но значительно реже. Наконец Эля перестала смеяться, достала зеркальце и пудру. Водитель предусмотрительно сбавил скорость. Приведя себя в порядок, Эля спросила:
– Вас из-за этого вызывали?
– Да, – ответил Саша и задумчиво произнес: – Интересно, чем все закончится?
– Завтра увидим, долго это не простоит, – включился в разговор Гриша.
– Это точно! – синхронно согласились Саша и Эля.
Машина свернула на проселочную дорогу и поехала медленнее. Водитель посмотрел на часы и переключил радиостанцию на громкую связь, к шуму двигателя добавились шорохи эфира.
– Контрольное время, – он посмотрел на Сашу.
Саша кивнул, через пару минут из динамика послышалось:
– «Беркут 34», «Беркут 34», ответь «Ковчегу». Прием!
Гриша остановился, взял микрофон и, нажав тангенту, ответил:
– «Беркут 34» на связи. Идем по графику, ориентировочное время прибытия – 30 минут. Прием.
Через секунду из динамика раздалось:
– «Беркут 34». Принято. «Горру» привет. Отбой.
Во время сеанса радиосвязи Эля сидела тихонько как мышка. Было видно, что в ее голове рождаются десятки вопросов, но при водителе она стеснялась их задавать.
Вскоре вдалеке появились постройки, обнесенные бетонным забором, по верху которого была намотана колючая проволока. Машина остановилась возле ворот. Рядом с воротами висела табличка: «Метеорологическая станция». И еще одна: «Строго закрытая территория, посторонним вход воспрещен».
– «Восьмой Кордон», остановка 5 минут, можно размять ноги и посетить удобства, – глядя на Элю, объявил Гриша.
– Я посижу в машине, – отказалась от посещения сомнительных удобств Эля.
Гриша и Саша вынули из заднего отсека машины ящик. В открывшуюся калитку вышли двое небритых мужчин, расписались у Саши в сопроводительной бумаге и закрыли за собой калитку.
– Спасибо за гостеприимство, – крикнул им вслед Гриша.
Машина поехала дальше, по проселочной дороге. А слева и справа росли красные, оранжевые и красно-оранжевые тюльпаны. Девушка восхищенно смотрела по сторонам.
Вдалеке показались кустарники и невысокие деревья. Машина остановилась рядом с ними. Вокруг, куда только хватало взгляда, росли тюльпаны, местность была слегка холмистой, вследствие чего возник эффект моря.
– Море тюльпанов! – восхищенно вымолвила Эля. А Саша молча любовался этой красотой.
– Там речка, воду можно пить, вот вам маленькая удочка, на хлеб ловится форель, еще решетка для жарки, а в кустах на берегу найдете очаг. Мы здесь на прошлой неделе отдыхали в командировке. Держите мобильную радиостанцию, я буду на «Кордоне». Рацию в машине переключу в режим ретранслятора. Отдыхайте и не волнуйтесь, сюда другой дороги нет. А мимо нас никто не проедет. Дальше на триста километров во все стороны только степь. Вызовете по рации, и я вас заберу. Без вызова приеду к 20 часам, – все это Гриша говорил, пока помогал нести вещи на берег речушки. Затем он уехал.
Саша установил два шезлонга и поставил между ними раскладной столик. Эля сняла шелковый брючный костюм свободного покроя, ультра-голубого цвета с рисунками фантастических птиц и осталась в закрытом купальнике, широкополой шляпе и в солнцезащитных очках.
Саша разделся и накрыл пистолет рубахой. Полчаса они лениво лежали в шезлонгах, нежась в утренних лучах солнца. Затем позавтракали. Саша повесил между деревьями гамак, и молодые люди, обнявшись, предались невинным ласкам.
Еще через некоторое время девушка захотела погулять среди тюльпанов. Ребята оделись и, взявшись за руки, пошли бродить по степи. В небе пели птицы, а в траве издавали звуки какие-то насекомые.
Погуляв, молодежь вернулась к речке, Саша таки умудрился поймать двух форелей. Выпотрошив и засунув внутрь животиков ломтики лимона, он пожарил рыбу на выложенном из камня очаге.
Эля накрыла на стол. За обедом она начала разговор:
– Мне еще год учиться, я думала, ты будешь здесь, а я там доучусь. Но, увидев всю эту красоту, а еще как ты обставил нашу квартиру, и твое оружие, и серьезных людей вокруг, пожалуй, я подумаю об окончании своей учебы здесь. Что ты скажешь?
– Я с тобой очень счастлив. Но давай не будем загадывать на год вперед, через полтора месяца у нас свадьба. Ты гостей пригласила? – ответил Саша.
– Пригласила. Наши мамы хоть и не подружились, слишком уж они разные, в один голос меня успокаивали, провожая к тебе: дескать, езжай к Сашеньке, и ни о чем не думайте. Вера Александровна и Ника тоже участвуют в подготовке застолья и всяких развлечений. Сейчас определяются с рестораном. А после свадьбы поедем на море, хорошо?
– Хорошо, – Саша посмотрел на часы. – Время как летит. Ты тюльпаны будешь рвать?
– Конечно, но позже, – задумчиво ответила Эля.
Неожиданно заговорила рация:
– «Горр», ответьте «Беркуту 34». Прием.
Саша взял рацию:
– «Горр» на связи. Прием.
Рация заговорила голосом Гриши:
– Через 20 минут приеду к вам, не пугайтесь. Прием.
– Хорошо, ждем. Конец связи, – завершил разговор Саша.
– Значит, ты «Горр», – заулыбалась Эля. – А я кто буду?
– Не знаю, – честно ответил Саша.
Через 20 минут Григорий поставил на стол огромную тарелку с горячим шашлыком, самодельным соусом, охапкой зелени и большую бутылку домашнего вина. И опять уехал на «Кордон».
– Сколько здесь всего, нам не съесть даже половину, а вино какое вкусное. Все, я бросаю институт и превращаюсь в домохозяйку, буду рожать тебе детей и вкусно кушать. К черту карьеру, когда здесь так хорошо и сытно, – Эля с удовольствием ела жареное мясо и пила вино.
Вечером Григорий привез молодых людей домой, пьяных от чистого воздуха, обильной пищи и домашнего вина.
Прощаясь, Саша сказал Григорию:
– Мы завтра будем отсыпаться, ты не приезжай. Да, Эля?
– Да, милый, в горы на выходных съездим, – засыпая на ходу, согласилась девушка.
Григорий и Александр не ошиблись в своем предположении, что история с заборами так просто не закончится.
На следующий день из штаба округа по всем частям развезли образцы с цветом краски, и все военнослужащие, свободные от нарядов и командировок, в экстренном порядке повторно покрасили заборы в палевый цвет. Правда, смыть результаты предыдущей покраски догадались не все. Вследствие этого новый колер лег на старый слой краски неравномерно, и «Опять получилась порнография», – эта цитата, выхваченная из речи командующего военным округом, была донесена до последнего солдата. Получилось, что второй день подряд несколько тысяч человек занимались ерундой. А это уже проблема.
Округ замер в ожидании решения командующего.
Пару дней командующий округом притворялся, что все нормально, но прозвучал дружеский звонок из Москвы от коллеги с вопросом:
– Вы у нас, говорят, организовали вернисаж на заборах?
Командующий скрипнул зубами и принял волевое решение:
– Внутренние заборы вернуть в первоначальный вид, а фасадные в течение недели заменить на металлические ограждения черного цвета. Высоту, толщину прутков и расстояние между столбами четко определить и снабдить чертежами.
На этом эпопея с палевым цветом завершилась, а солдаты и их жизнь стали доступней для обывателей благодаря решетчатым фасадным заборам.
К счастью для Саши, он, будучи в законных отгулах, не принимал участия в этих подпрыгиваниях.
Глава 11. Краники должны блестеть
В воскресенье Саша вывез Элю в горы. На высоте чуть больше двух тысяч метров над уровнем моря они вдоволь налюбовались красотами Заилийского Алатау. Им повезло увидеть орлов, парящих в восходящих потоках воздуха. А еще Саша показал Эле, как выглядят легендарные эдельвейсы. На некоторых кустиках отчетливо виднелись нераскрытые бутончики.
– Какие малипусенькие, – умилилась Эля, наклонившись лицом к растениям и пытаясь их понюхать.
– Нет, не пахнут, но все равно спасибо большое, я очень рада, – девушка была в восторге.
– Скоро зацветут, – заметил Саша.
– Может, покушаем, – предложила она, насладившись цветами.
– Солдат всегда готов, солдат всегда здоров, и пыль, как из ковров, мы выбиваем из дорог… – напевая, Александр снял однодневный рюкзак и расстелил на траве покрывало, а девушка накрыла импровизированный дастархан. Подкрепившись бутербродами и чаем из термоса, ребята прилегли на траве.
Горный воздух и бутерброды повели мысли Саши в сторону возможности экстремальной любви на склоне горы. Приподнявшись на локте, он внимательно посмотрел на девушку.
Эля сразу отреагировала на его взгляд:
– Что? – спросила она, уже зная ответ. – Нет, не сейчас, нет. Давай дома. Здесь негигиенично, нет. Эй, что ты делаешь? Саша, прекрати немедленно… Да нет же, ой!
Как позже сказала Эля:
– Было очень хорошо, но не очень удобно.
Вечером следующего дня, когда Саша вернулся домой со службы, Эля посмотрела на него с заговорщицким видом и, показывая на Сашину спортивную сумку с надписью «Спортивное общество “Спартак”», проговорила:
– Я тут одну интересную сумочку нашла.
Затем она достала из сумки и развернула на тахте новое белое кимоно с вышитыми на груди синими иероглифами. Достала защитные перчатки без пальцев. С ухмылкой вынула паховую раковину и в завершение развернула черный пояс с оранжевыми иероглифами и двумя золотыми полосками.
– Это чье? Только не ври, будто твое. Я знаю, что значит такой пояс, – попыталась строго задать вопрос Эля.
– Ну, раз не мое, тогда я не знаю, чье это имущество в моей сумке, – засмеялся Саша.
– Саша, прекрати меня дразнить. Что это за пояс? – Эля топнула ножкой.
– Милая, ну как я могу тебя дразнить? Это черный пояс, второй дан, подтверждает в Кекусинкай карате уровень мастерства Семпай, предыдущий перед уровнем Сенсей. И это все мое.
– Сенсей я знаю, это учитель. А Семпай – это кто? – спросила Эля, поглаживая оранжевые иероглифы на красиво смотрящемся поясе. Саше была очень приятна такая реакция Эли. Он шел к этому поясу семь лет, тренируясь пять раз в неделю в спортивном клубе в Ленинграде, а потом еще в течение двух лет беря индивидуальные занятия с мастером из Японии.
– Сенсей в переводе с японского – это «Человек, достигший высокого уровня мастерства, рожденный раньше», а Семпай означает «Товарищ, что стоит впереди». У японцев все с вывертом. По-нашему просто второй дан. Или третий дан, и так до девятого. Вершина мастерства – красный пояс. Я на первом дане планировал завершить с тренировками. Но мне Сенсей целый философский трактат прочитал: «Получив черный пояс, первый дан, нельзя останавливаться и думать, что теперь ты достиг всего. Нужно продолжать тренировки, и тогда через какое-то время черный пояс начнет истираться и светлеть, возвращаясь к исходному белому цвету. Мастер снова становится учеником, но только сфера его учебы постепенно начинает выходить за пределы понимания среднего человека».
– Да, – Эля не нашла сразу нужных слов, – это сильно. А почему ты мне раньше не рассказал? А сложно получить такой пояс?
– Нет, не сложно, – засмеялся Саша. – Прямо как в детском стишке: «Немного желанья, чуть больше старанья, терпенья по капле в микстуру вливать, и вы непременно получите пять». Не думал, что это тебе будет интересно, и поэтому не рассказывал.
– Расскажи мне про карате, а то я много чего слышала, но ничего толком не знаю, – попросила Эля.
– Хорошо, слушай. В Ленинграде карате началось в 1972 году с нескольких небольших секций и довольно долго было на полулегальном положении, а примерно в 1975-м появились официальные группы в спортивных обществах «Спартак», «Локомотив» и еще много где. Я начал тренироваться в «Спартаке» в 1977 году, а с 1979-го по 1982-й участвовал во всех чемпионатах. Потом я поступил в военное училище и перешел заниматься в СКА. В училище же, под крылом преподавателя по «Физо», организовал свою группу из курсантов. Правда, перед этим пришлось пройти обучение и получить аттестацию на инструктора по армейскому рукопашному бою. А два года назад официальное карате в нашей стране закончилось. У меня к тому моменту был первый кю, коричневый пояс с золотой полоской. Но я еще полтора года занимался индивидуально и в начале прошлого года получил первый дан, а уже после выпуска из училища потратил свой первый офицерский отпуск на получение второго дана. Но это уже в Москве было, а черный пояс мне прислали сюда из Японии.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.