Текст книги "Ноша хрономанта. Том девятый (СИ)"

Автор книги: Владимир Мясоедов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 8

Глава 8

Я с преогромнейшим наслаждением вдохнул затхлый болотный воздух, наполненный сыростью, запахом тины, характерной рыбьей вонью и легким душком чего-то тухленького…Ну да, ароматы тут мало напоминали цветочный луг или парфюмерную лавку, но честно говоря сейчас мне на это оказалось попросту наплевать. Неаполь со всеми его освобожденными жителями, захваченными военнопленными и проблемами моей собственной армии остался позади. Как и соратники, наличие которых спасало от целой кучи проблем, но иногда, например после появления несдержанных на язык коллег, создавало их ничуть не меньше, только уже совсем других. Даже Эву, в чреве которой зарождалась новая жизнь, я оставил сейчас далеко позади, чтобы побыть немного в полном одиночестве, прогуливаясь по английским тропическим болотам…Ну, почти полном…

– Посмотри вокруг, Тень! – Обратился я к своему фамильяру, обводя рукой поросшие мелкой чахлой травой кочи и заполненные гнилой водой бочажки, от которых даже среди бела дня вверх, к смыкающимся над нашими головами кронами высоких тропических деревьев, поднимались вверх туманные испарения. – Ну, разве тут не прекрасно?

Мой питомец мне ничего не ответил. Он был для этого слишком занят. С выпученными глазами орал, всем своим вытянутым в струнку телом содрогаясь крупной дрожью.

– Никаких планов на следующие завоевания, никаких отчетов о проделанных работах, никаких срочных дипломатических переписок, никаких ещё более срочных распоряжений по улаживанию неизбежно возникающих в чем-то вышеперечисленном проблем, никаких согласований, ибо с первого раза мало с кем договориться получается, никаких разборов полетов с очередными высокоуровневыми бутозерами, которые офигев от появившихся у них сил и чувства собственной важности чего-то там важное сломали или же друг другу набили морды! – Продолжал радоваться жизни я, усаживаясь на симпатичненькую зелененькую кочку. Та, правда, под моим весом хотела провалиться в глубины болота, опуская человеческое тело в трясину, выбраться откуда даже владея магией воды могло оказаться не просто…Однако я воспользовался своей властью над временем и внушил реальности, что данный объект держится на том же уровне, на котором и раньше держался. И на котором будет держаться, держаться, держаться…Без подготовленного ритуального круга уговаривать мироздание пойти навстречу желаниям хрономанта было тяжеловато, но пора уже потихонечку отвыкать от костылей, пусть даже они удобны, привычны и позволяют сильно увеличить коэффициент полезного действия чар. – Вот честное слово, Тень, у меня имеется немалое такое искушение сюда взять и переехать., плюнув на все…Нет, я так конечно никогда не сделаю, но искушение – имеется!

– Мяааааааа…! – Продолжал тянуть свое на одной ноте молодой кот, моих восторгов, судя по всему, не разделявший. Нет, он в общем-то тоже поначалу нашел в этом месте кое-что интересненькое…Однако теперь оно ему уже совершенно точно не нравилось!

– Да отпусти ты уже этого электрического сома! – Вздохнул я, перехватывая поудобнее свой молот и пытаясь аккуратно отцепить лапу питомца с сильно удлинившимися когтями от башки замершей на одном месте участой рыбины, по размерам больше напоминающей автомобиль. Сей болотный хищник охотился вероятно скорее на меня, чем на кота, ибо Тень ему был на один зуб. Но раньше, чем обитатель зловонной трясины совершил свой бросок и поплатился за собственную наглость, фамильяр решил, что такая добыча как раз по нему и совершил бросок. Успешный. Способный проглотить человека целиком или же позавтракать средних размеров крокодилом магический мутант даже дернуться толком не смог, когда маленькая тоненькая пушистая лапка одним махом легонько тюкнула его по покрытой чешуей и слизью башке, запуская тем самым энергетические проекции когтей прямо в мозги и вынося их нафиг вместе с большей частью черепа! Только вот генерирующие электрический ток органы в замершей неподвижно туше, похоже даже не почувствовавшей свою гибель и потому не пытающейся биться в агонии, работали от центральной нервной системы, судя по всему, совершенно независимо. И в результате мой питомец на своей шкуре ощутил, что чувствует монтер, сдуру схватившийся за оголенный провод под напряжением. – Все равно ведь ты его не сожрешь! Он слишком здоровый! Да и вряд ли вкусный…С чего ему быть вкусным, если питается он тут всякой дрянью, а по магической насыщенности нам с тобой уступает где-то на порядок?

– Няяяят! Сожру-у-у! – Принялся возмущаться наконец-то получивший свободу кот, наблюдая за тем, как его добыча начинает медленно погружаться в трясину. – Я яго посля ятого из прянципа сожру! Не съям, тяк понядкусываю-у-у!

Решив не спорить со своим котом и не отягощать поваров размышлениями о том, чем ещё можно покормить этого пушистого проглота, регулярно сжирающего еды во много раз больше собственного веса, я спрятал рыбью тушку в свое пространственное хранилище, а после взял на ручки кота и принялся его успокаивать, наглаживая аккуратно, но энергично. Или не его, а все-таки себя, ибо мне по причине как следует расшатанных за последнее время точно требовалась некоторая психологическая разгрузка и расслабляющая терапия. Впрочем, неважно…Торопиться нам было некуда, да и дальше лезть вглубь болот незачем. Тот, кого мы собирались убить, после подобного представления, прошумевшего на всю округу, сам нас найдёт. Ну, должен найти, во всяком случае, если донесшие до Убежища информацию обитатели ближайшей к этому месту деревеньки более-менее верно оценили видовую принадлежность хозяина этих зловонных топей и его неуемный голод, на порядки превосходящий аппетиты моего кота, готового жевать вкусняшки решительно в любое время дня и ночи.

Использовав умение легендарного ранга «Взгляд неба», позволяющее наблюдать за округой словно через какой-нибудь спутник шпион, оборудованный до кучи сенсорами для улавливания тепла, жизни и магической энергии, я внимательно изучил окрестности, от смыкающихся над головой крон деревьев до неожиданно далекого дна и его причудливых обитателей, подчас напоминающих каких-то инопланетян…Впрочем с учетом того, что Земля для большей их части родным миром точно не являлась, не только напоминающих.

На глубине примерно полусотни метров в вязкой жиже ползали разнообразные болотные раки, крабы и креветки, самые маленькие из которых могли сойти за двоюрдных братьев океанического планктона, а самые большие пытавшегося атаковать нас электрического сома могли бы и сами попробовать скушать. Буквально прямо под нами одно такое членистоногое, весящее под тонну, заворачивал в свои длинные-длинные листья какой-то местный аналог росянки, буквально разжижая твердый хитиновый панцирь, который вероятно и пистолетной пулей-то не пробьешь. Сновали туда-сюда рыбки, от ничтожных мальков до вполне себе грозных кистеперых барракуд, приспособившихся к местной среде и, в случае необходимости, вполне способных ненадолго на сушу выскочить, дабы скрыться от более крупных хищников или же какую-нибудь наземную добычу поймать. На уровне поверхности топи оказалось неожиданно пустынно, если не считать бесчисленных насекомых и какие-то кустики, время от времени слегка шевелящиеся или переползающие в сторону на пару сантиметров. Похожая картинка наблюдалась и в ветвях деревьев: никого и ничего кроме совсем уж мелких обитателей джунглей и разнообразной волшебной флоры. Ни птиц, ни ящериц, ни каких-нибудь мартышек или тропических болотных белок…Ничего, кроме нескольких обглоданных дочиста скелетиков, лежащих в дуплах, опустевших гнездах или прямо на листьях местных деревьев, благо некоторые из них имели достаточную прочность и жесткость, чтобы по ним человек в тяжелой броне спокойно расхаживать мог…

– Добыча приближается, Тень, – сообщил я своему питомцу, наблюдая за тем, как дрожат ветки деревьев и кусты. Причем в нескольких местах одновременно. Нечто невидимое, весьма эффективно скрывающееся и в оптическом диапазоне, и в магическом, быстро приближалось к замершей посреди болота парочке из человека и кота, охватывая их с разных сторон, чтобы уж точно никто не ушел. Мы были слишком уж желанным лакомством, да еще и с доставкой на дом…Причем в доме том уже давненько было шаром покати. Удаляться от расположенного в глубине топей магического источника средней паршивости нуждающийся в том числе и в поглощении больших доз энергии местный сверххищник не желал, а всю мало-мальски подходящую для питания физической части своего организма добычу в виде животных, птиц и даже выбирающихся на сушу крупных членистоногих уже сожрал. Не трогал он только растений и рыбу. Первых, потому как они ему в пищу тупо не годились, а вторых в силу своей крайней привязанности к дыханию атмосферным кислородом. – Будь готов. И не забудь мне их много нужно! Причем может и не совсем невредимыми, но живыми. Ставлю барьер на счет три.

– Мяяя… – С явным оттенком предвкушения и кровожадности заявил мой котик, сверкая глазами, выпуская из подушечек на своих лапках коготки и подставляя свое ухо под чешущие его пальцы. Ибо когда наша добыча, считающая себя охотником, решится сделать атакующий бросок ещё непонятно, а вот лишнюю возможность покайфовать упускать мой фамильяр точно не собирался. – Всях порвям, мррр…Аккурятненько, чтобы срязу не сдохли…

Деревья и кусты в отдалении от нас шуршали ещё секунд тридцать. Угроза, из-за которой в радиусе примерно пятидесяти километров от эпицентра топей не было ни одного человеческого или нечеловеческого поселения, а редкие путешественники либо пропадали без вести, либо поворачивали назад, находя где-нибудь на остатках дорог изорванную одежду и кости слишком смелых людей, вовсе не была тупой или безрассудной. Для легендарных монстров подобное вообще не свойственно. Я и Тень выглядели подозрительными. И сильными. Мои доспехи имели легендарный ранг, их носитель имел легендарный класс и задранные в неприличную высь даже по меркам обладателей легендарных классов характеристики, молот своему владельцу и его экипировке плюс-минус соответствовал…Развитые хищники в обязательном порядке имели какие-то сканирующие способности и умели более-менее адекватно оценивать уровень опасности потенциальной пищи, иначе они просто не доживали до столь высокой планки развития, сдохнув или опасно покалечившись, а уже потом сдохнув, не на первой же охоте, так на тысячной. Но в конечном итоге атака все-таки состоялась, ведь мы были слишком соблазнительным лакомством, способным насытить почти любого, доспехи были недостаточно герметичными, чтобы защитить от этой конкретной угрозы, а предназначенное для пробивания лат и панцирей холодное оружие казалось абсолютно неподходящим инструментом для сражения с тем, что внезапно темной волной со всех сторон ринулось на нас из кустов.

– Р-р-рязня-а-а-а! Радостно завопил Тень, молниеносно спрыгивая с моих рук и ещё в полете пластая на две части особо шустрого плотоядного древесного червя. Вытянутое почти прозрачное студенистое тельце, напоминающее зубастый носок, от одного лишь соприкосновения с его когтями шлепнулось на кочку, сразу в нескольких местах почти перерезанное на шесть отдельных частей, соединяющихся друг с другом лишь тончайшими лоскутиками плоти. Проблема была в тех десятках тысяч товарок уничтоженной тварюшки, что остались целы, невредимы и взяли нас в кольцо, ведомые единым сознанием, распределенным по каждой из составляющих роя.

Я двинулся, взмахивая руками и посылая во стороны снопы маленьких кровавых игл, что пробивали прозрачные тела червей, топча ногами накатывающий на меня живой прилив будто отбивающий чечетку танцор и выпадами молота проделывая в болоте целые борозды, которые вздымали вверх десятки и сотни килограмм жижи, заодно давя червей, от которых оставались лишь брызги студенистой крови да воспоминания. Нет, они отнюдь не являлись такой уж легкой добычей, как выглядели, их мускулистая плоть прекрасно сопротивлялась бы обычным людям, даже окажись те вооружены ножами, топорами, какими-нибудь охотничьими двустволками с мелкой дробью…Всего один подобный монстр в старом мире смог бы в прямом противостоянии уничтожить туристический лагерь, наряд полиции или небольшую уличную банду. Может атакующие нас твари и выглядели как носки, но каждый такой носок по прочности плюс-минус соответствовал куска бронежилета, а кроме того отлично умел регенерировать всякие царапины и прочие микротравмы. Вот только пусть мы с Тенью и не давали сейчас себя сожрать, уничтожение накатывающей со всех сторон орды прожорливых мерзостей не являлось на самом деле моей целью. Просто было бы слишком подозрительно, если бы добыча не сопротивлялась. Подобное могло бы ещё пройти с каким-нибудь кроликом, ну на худой конец беженцем, однако обладатель легендарного класса должен был нанести рою хоть какой-то урон, а иначе стоящий за всеми этими самоходными желудками разум мог бы заподозрить подвох. Он даже близко не был человеческим, вряд ли умел считать и даже понятия не имел о письменности или механике, но было бы слишком наивно лишь на этом основании считать его тупым.

– Меньше акробатики, не удаляйся слишком далеко! – Прикрикнул я на кота, что на всей доступной ему скорости ходил вокруг меня едва ли не колесом, буквально размазываясь в воздухе, но перехватывая большую часть атакующих нас вечноголодных монстриков, которые никогда не смогут насытиться до конца, ибо когда одна из составляющих роя накопит достаточно энергии и питательных веществ, то буквально за пару минут возьмет и поделится на две отдельные части. Отдельные черви все-таки избегали близкого знакомства с когтями Тени, карабкаясь мне по ногам, прыгая на руки, спину и грудь или же вообще метя прямо в голову, но меня давно уже не могли испугать какие-то ожившие носки, пусть даже снабженные мелкими-мелкими, но зато многочисленными и острыми как иголки зубчиками, способными прогрызть любую шкуру и плоть, да вдобавок покрытыми очень эффективным ядом, блокирующим работу любых мышц, включая те которые отвечают за дыхание и даже сердцебиение. – Раз! Два! Три-и-и!

Кровь, струей ударившая из моей высоко вскинутой руки, очертила барьер вокруг меня, моего фамильяра и относительно небольшого количества тех, кто пытался нас заживо сожрать. Следом я использовал свою власть над временем, словно бы отсекая затронутый объем пространства от остального мироздания, а вернее смещая его в принципиальное не поддающееся грубой силе «не сейчас»…И почувствовал, как в преграду впитываются десятки, сотни, тысячи прожорливых ртов! Ртов, которые могли поглощать не только материю, но и энергию. Пожалуй, даже мою магию они могли бы тупо прогрызть, пусть и очень даже не сразу…Конечно, если им не мешать.

– Хвятит? – Поинтересовался Тень, прыгая туда-сюда по извивающимся плотоядным тварюшкам и аккуратно их надрезая. Некоторые, конечно же, дохли сразу же или секунды через три-четыре, но некоторые и оставались вяло шевелиться у нас под ногами, истекая своей прозрачной студенистой кровью с травмами, снижающими их подвижность до ничтожных трепыханий, но не грозящими быстрой гибелью, вроде разрыва того нервного пучка, который заменял подобным созданиям позвоночник.

– Должно хватить, – согласился я, отрывая от своей щеки пытающегося прогрызть мне кожу червя и одновременно с этим извлекая из пространственного хранилища заранее заготовленный металлический лист, а также набор жидких магических красок. То, что сейчас придется провернуть, дабы разделаться с монстром, было намного сложнее элементарного по сути своей барьера, а потому экономить на инструментах и расходниках не следовало. – Сможешь поддерживать сразу и стабильность этой кочки, и внешний барьер? Энергией поделюсь…

– Ня вопрос! – Легкомысленно мявкнул фамильяр, что был связан со своим хозяином на уровне души, а потому являлся чуть ли не лучшим волшебным помощником из возможных. Во всяком случае в ритуалах для подобных питомцев было очень легко выполнять роль эдаких дополнительных подпроцессоров, берущих на себя какие-то рутинные задачи, чтобы обладатель более развитого разума на них не отвлекался и занимался действительно важными вещами. – Но с тябя рыбка! Ня та, которую я уже пяймал! Пябольше! Ряза в два! Нет! Три!!!

– Не вопрос, – повторил я за своим котом, ощущая контролируемый им отток энергии и начиная наносить на ровную и плоскую металлическую поверхность символы, которые должны были облегчить мне работу. В принципе, можно было бы притащить и уже готовую основу для ритуала, но мне кажется, в таком случае выхлоп будет меньше, а Система к моим успехам и без того изрядно придирается. – Так-с, а теперь нужно найти в этой куче беспозвоночных инвалидов самого пожилого червяка…

Использовав одно из тех практически незадокументированных свойств хрономантов, о которых мало кто задумывается, я принялся искать наиболее старую тварюшку. Да, составляющие рой особи размножались делением…Но когда формировалась пара новых монстриков, то в ней был тот, кто сформировался по большей части за счет запасенных питательных веществ и тот, кому остался так сказать базовый комплект этого организма, своеобразный родитель… И чем старше он был, тем меньше поколений его отделяло от той первоначальной бестии, которая невесть с чего решила пойти не по стандартному пути эволюции большинства чудовищ Бесконечной Вечной Империи, который заключался во вполне понятном и даже естественном желании живых существ стать больше, сильнее, выносливее, эффективнее, глазастее и, в конечном счете, даже умнее, а выбрала альтернативную ветку развития, разделив свою суть между собой и своим потомством.

– Три недели, два дня, шесть месяцев, полтора года… – Бормотали мои губы, пока взгляд скользил по корчащимся полураспотрошенным червям, а их вполне себе нормально функционирующие сородичи в количестве нескольких тысяч штук грызли окружающий нас барьер. Основная же часть роя от магической преграды отхлынула и держалась на определенном удалении, посылая вперед лишь те частички целого, которых объединяющие все эти плотоядные носки воедино сознанию было бы не жаль потерять в том случае, если бы мы вдруг взорвались, загорелись, покрылись кислотой или использовали иную столь же неприятную для облепляющих нас врагов тактику. – Девятнадцать лет⁈ О! Вот этот подойдет!

Червь-долгожитель был аккуратно, чтобы вдруг не издох окончательно, перенесен в центр ритуальной магической фигуры. Его сородичи же, видя как умело владеющий волшебством человек занимается чем-то непонятным, рассредоточились по округе ещё сильнее. Некоторая часть их так вообще спешно расползлась в разные стороны. Коллективный разум уже сталкивался с коварством представителей рода людского, которые очень не хотели заживо превращаться в корм для плотоядных живых носков и вообще несколько раз пытались уничтожить данную необычную форму жизни с применением взрывчатки, зажигательных смесей, алхимии и боевой магии. Собственно информация в правительственные структуры конфедерации о хозяине местных болот была отправлена только после того, как обитатели ближайших поселений с горечью признали собственное бессилие в охоте на легендарную тварь, уничтожение которой могло бы очень и очень недурно прокачать везучника…Только вот уничтожать отдельные частички этой орды было примерно столь же продуктивно, как пытаться убить человека путем выдергивания у него волос. Даже если бы по той части топей, где сейчас развлекались мы с Тенью, нанесли удар из пары десятков рейлаганов, а после прошлись ковровой бомбардировкой, не жалея боеприпасов, победу бы артиллеристам не засчитали. Пока в живых оставался хотя бы один единственный червяк, рой бы выжил, чтобы полностью восстановиться не через пару дней, так через месяц или два. И мне не требовалось обладать способностями оракула, чтобы точно знать – какие-то страхующие заначки, спрятанные где-нибудь в дуплах деревьях или под кустами на максимальном удалении, которое только может позволить себе воля и магия нашего врага, у этой твари точно есть. По меркам легендарных монстров опустошивший болота и прилегающие территорию альфа-хищник определенно не являлся самым сильным, быстрым, умным, зубастым или магически развитым, но зато его определенно можно было причислить к первым строчкам рейтинга наиболее живучих. Рано или поздно этот рой определенно бы дорос до мифического статуса…Если бы не нарвался раньше на тех, кто может уничтожить найти абсолютно всего тела. Уничтожить их вместе с десятками квадратных километров прилегающей территории. Ударить не по многочисленным плотоядным носкам, но по разуму или энергетике, объединяющей этих бестий воедино…Ну или сделать то, что планировал я. Создать маленький временной парадокс, заставив сами законы мироздания истребить эту мерзость всю целиком, вплоть до последней частички, сделав её окончательно и бесповоротно мертвой.

Едва живой червяк, являющийся одной из полноправных частей роя, оказался щедро полит моей кровью, что благодаря правильно нанесенным мистическим символам убогим и примитивным подобием связи между фамильяром и хозяином соединило воедино меня и это существо. Между прочим, оно немедленно попыталось разорвать эту связь – единый разум и инстинкты орды маленьких прожорливых бестий не ждали от подобного контакта ничего хорошего…Однако при всей своей инаковости и живучести особого опыта плетения чар монстр, состоящий из тысяч отдельных тел, не имел, а потому в поединке за эту конкретную свою единицу не то, чтобы проигрывал…Скорее у нас было некое подобие ничьей, чего для осуществления моих планов вполне хватало. Смутно ощущаемый зубастый живой носок повышенной прозрачности был положен прямо в центр фокусирующей магической звезды, а дальше я стал насыщать своей магической силой до предела тот объем, в котором он находился, одновременно возводя дополнительные барьеры, отсекающие лист металла и его содержимое от реальности. Реальности, которую я принялся очень старательно убеждать сразу в двух противоположенных вещах. В том, что этот почти разделанный на несколько частей живой носок всегда был старым, очень старым, самым старым представителем своего рода. И в том, что эта же наполовину выпотрошенная когтями Тени тварюшка вот уже через пару мгновений станет молодой, ну очень молодой, буквально пару мгновений назад родившейся…

Реальность над центром ритуала задрожала, пошла волнами, начала образовывать хроноаномалии, эпицентром которых являлся несчастный полудохлый червяк, оберегаемый от того, чтобы быть стертым с ткани бытия только и исключительно моей волей, волей гениальнейшего хрономанта с просто запредельным количеством опыта управления временем из своей прошлой-будущей жизни, который начавшиеся возмущения либо сглаживал, либо отводил в стороны от червя, от себя и от Тени. Однако масштаб зарождающихся катаклизмов все нарастал, нарастал и нарастал, если бы одна отдельная часть мироздания могла материться, она бы сейчас материлась как сапожник, поскольку в этой самой части сейчас реку времени поставили в какую-то на редкость неприличную позу, а потом принялись оскорблять действием сразу с двух противоположенных сторон! Возмущение континуума все усиливалось и усиливалось, поскольку я продолжал пытаться доказывать самой вселенной, что сей вот будущий молодой червяк на самом деле уже давно безбожно стар! Я закручивал законы природы и по часовой стрелке, и против неё до тех пор, пока только мог…А потом каким-то запредельным усилием воли, разума, магии и самой души перекинул держащиеся непонятно на каких метафизических соплях чары на энергетику лежащей передо мной части роя, будто передавал легендарному монстру обжигающее горячую картошку…Или скорее запихивал её в первое более-менее подходящее отверстие, куда она могла бы засунуться, хотя бы со скрипом. И созданное с немалым трудом заклятие отпустил, одновременно разрывая нашу связь.

Металлический лист с основой ритуала даже не уничтожило, а буквально стерло с ткани бытия. Валявшихся под ногами червей скукожило, распушило, перемололо, раздуло и высушило. Одновременно, а заодно немного в прошлом и, возможно, капельку в будущем. В разные стороны от них рвануло серое марево рвущейся или как минимум надрывающейся ткани бытия, щедро сбрызнутой содержимым реки времени…От каждого из них! В том числе и от тех, которые находились за лопнувшим от ударов снаружи и изнутри барьером, ведь с точки зрения Системы, да и мироздания тоже, все это был один монстр, просто имеющий необычайно высокое количество тел! Сия тварь могла многое. Была многим. Но вот легендарным, средненьким или хотя бы совсем уж захудалым хромантом не являлся. Однако созданный посреди болота маленький локальный хронокотаклизм спросил с него, как с такового. Ну, вернее сей хронокотаклизм просто случился, когда обработанный моей магией участок мироздания резко вернулся в норму, а вся отдача от умышленно проваленного ритуала пришлась на суть чудовища, к подобным испытаниям не готовую. И по этой самой сути, связывающей воедино каждый из плотоядных живых носков повышенной скрытности и зубастости, она дошла до каждого из находящихся в единой сети червей, уничтожив тех намного надежнее, чем это получилось бы у целой армии заявившихся на болота охотников-сыщиков, обвешавшихся ружьями, топорами и огнеметами.

Гениальнейший хрономант. Уровень 31.

Получен навык: «Насильственное внедрение заклятий».

Насильственное внедрение заклятий (Легендарное). Именно маги создают те заклинания, которыми они пользуются. Конечно, если они настоящие маги, а не просто какие-нибудь пользователи артефактов или марионетки, через которые действует кто-то другой…И этим кем-то другим вполне можете быть именно вы! Ну, зачем-то вы ведь научились творить свою магию через посредников в виде других живых существ, причем даже если те резко против и вообще сопротивляются вашим действиям как только могут! Сей навык обычно считается скорее вспомогательным, но тем не менее он очень полезен для того, чтобы перевести затраты энергии ваших чар на кого-то другого, а может скинуть на этого же другого вредные для здоровья отголоски пущенных в дело сил или же социальные последствия вашего деяния. Насильственное внедрение ваших заклинаний в чужую ауру, безусловно, до полноценной одержимости все же не дотягивает…Но если ваша цель именно она – то вы идете верной дорогой и почти уже её достигли! Главное не сообщайте о своих успехах слугам богов или инквизиторам. Почти наверняка им они не понравятся.

– Ну, не достижение или награда, но для примерно получаса работы целый уровень – это неплохо, – хмыкнул я, поднимая голову к кронам деревьев и прислушиваясь к хлопкам драконьих крыльев, с которыми к месту проведения ритуала приближалась моя страховка, любовница и, по совместительству, средство эвакуации. То, что мы с котом в себе не сомневались и были полностью уверены в успехе, отнюдь не означало отсутствие у меня здравого смысла или чувства самосохранения. – Жаль только трофеев особо с этого легендарного монстра добыть не получится, поскольку эти ошметки теперь ни на что не годны…

– А вот с такими выводами я бы не торопилась, милок, – раздавшийся из-за спины слабенький и едва слышимый женский голос заставил нас с Тенью синхронно вздрогнуть, резко развернувшись к источнику этих звуков, непонятно откуда взявшемуся посреди топей, где лишь несколько секунд назад буйствовал опасный для всего живого и теплокровного легендарный монстр! И обнаружили мы…Старушку. Очень и очень необычную старушку. Сидящая в инвалидной коляске посреди болота дама была одета в чистое и вроде бы даже выглаженное легкое светлое платье, а также выглядела на все сто! Лет. И еще пару-тройку диагнозов, с которыми живут вопреки любой официальной медицине. Сухие морщинистые руки были настолько тонкими, что грозили сломаться от легкого ветерка и вены на них выделялись настоящими канатами. Затянутые желтоватыми бельмами глаза явно были слепы. Короста, в несколько слоев покрывающая уши, определенно являлась то ли лишаем, то ли ещё какой-то отдельной формой жизни. Расплывающиеся по лицу огромные сине-зеленые пятна наводили на мысли о последних стадиях некоего кожного заболевания, перекинувшегося в том числе и на лысину, лишь символически прикрытую пятком волосинок. А ещё я чувствовал, что её возраст…Нестабилен. С одной стороны он измерялся веками, а с другой был в пару раз меньше чем у моего кота, которому и года не исполнилось. – Я бы даже сказала после всей той фантасмагории, что ты с этими червячками учудил, они только лучше стали…Конечно, если правильно их обработать…Настолько качественное мясо, несущее в себе отголоски несбывшегося напополам с ложным будущим, не так-то просто найти, знаешь ли!

– Фейри, – всплыли в голове воспоминания меня-будущего, сталкивавшегося уже с этими симбиотическими организмами. Наполовину гуманоидами, наполовину духами…Причем пропорции могли меняться в ту или иную сторону в зависимости от желания самого фейри, особенностей внешней среды и целой кучи иных факторов. И свою гуманоидную часть они, как правило, у кого-то крали, захватывая тела людей или представителей иных рас. Впрочем, рожать себе подобных тоже могли, хотя и не слишком любили это дело.

– Здесь и сейчас меня называют тетушкой Шеалой, – представилось сидящее в инвалидной коляске существо, чья немощь была абсолютно обманчивой. Больше чем уверен, своими сухонькими ручонками фейри могла бы ломать стальные клинки как веточки, а встав с инвалидного кресла имела бы все шансы обогнать в рывке не только профессионального спорстмена, но и гоночный болид формулы один. – И я работаю старейшиной в деревеньке Питтерсонвиль, что находится под твоей рукой, неизвестный мне бог.