Текст книги "Ноша хрономанта. Том девятый (СИ)"

Автор книги: Владимир Мясоедов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Морские глубины примут всех, и пусть никто из обладателей божественности и бессмертия не выйдет оттуда, не дав водам моим забрать часть своей вечности! – Вновь содрогнулась реальность, когда ей приказал один из тех, кому мироздание просто не могло отказать, и под огненным барьером, способным даже богов пронять, развернулся во все стороны сразу и сразу во всех планах бытия ревущий океан. С одной стороны прослойка его казалось маленькой, а с другой, больше чем уверен, туда бы получилось спрятать все Гималаи, да и на какой-нибудь Уральский хребет бы место осталось. А ещё эта водная преграда оказалась сюрпризом для следующей порции незваных гостей, куда более разнообразной и многочисленной. – По воле моей да поглотит растущая Бездна дерзнувших пройти сквозь неё, от участи их становясь лишь сильнее!

Посланные в качестве авангарда орки на своей шкуре прочувствовали всю мощь нашей обороны. И, видимо, несмотря на принятые меры предосторожности как-то Бесконечная Вечная Империя сумела отследить состояние своих цепных псов и понять, с чем им пришлось столкнуться перед смертью. А потому прибывшие следом цепные псы Системы были готовы к купанию в огне, что сжигает саму их бессмертную суть…Но не к силе, столь же эффективной, погибельной и неумолимой, но находящейся на противоположенной части стихийного спектра. Мои тела смотрели во все стороны сразу,а потому видели десятки и сотни темных силуэтов либо же пылающих как звезды защитной магией врагов что прорвались сквозь царство пламени, дабы застрять в глубинах искусственного океана. Застрять и раствориться в нем без следа, лишь подпитав великое заклинание, которое сейчас жадно пожирало смертных, бессмертных и даже самих богов. Всех, кого Бесконечная Вечная Империя смогла в нас бросить…Однако даже дополнительный барьер отфиьтровал не всех непрошенных гостей, а только большую их часть.

Ступившие на стальное поле враги на сей раз были представлены божествами людей, эльфов, дриад и, если не ошибаюсь, среди них как-то затесался один единственный гнолл. Или оборотень…Впрочем, это не имело значения, огромный человековолк, покрытый доходящими до костей подпалинами и слежавшейся мокрой шерстью, сделал от силы пару шатающихся шагов, прежде чем вдруг схватиться обеими лапами за свою же шею, влив доступный ему максимум энергии в блистающие как солнце когти, и голову себе оторвать. Относительно нормальных размеров человек в темной мантии и маске, видимо какой-то возвысившийся убийца или ассасин, поймал левым глазом метательный кинжал и оказался буквально стерт из мироздания. Одновременно разбухшие от влаги и горящие всей корой деревянные человекоженщины, на своей шкуре познавшие насколько эффективной может быть синергия стихий, когда повелители этих самых стихий работают друг с другом, попали под новый залп автоматических орудий и в большинстве своем просто рассыпались окровавленными щепками, не выдержав натиска снарядов и хаоса. Пяток каких-то божественных эльфов, донельзя тощих и худых, словно бы целыми эонами сидевших на голодном пайке, смогли ступить на стальную равнину…И трое из них немедленно упали, крича в агонии и держась свои ноги, которые пронзило металлическими шипами. А оставшимся двум упасть помогли, после чего одним ушастым пантеоном в мироздании стало меньше, поскольку всех участников этого – добили.

– Энергонесущие контуры в минимальном объеме заполнены, – донеся чей-то сухой и спокойный голос из центра ритуала, обязанного сделать невозможное и переписать саму реальность…Ну, вернее те молодые версии нас, которые когда-то в этой реальности существовали. – Начинаю раскрутку первичных граней хроноворонки. Место назначения – год, предшествующий появлению Бесконечной Вечной Империи. Плюс-минус пара месяцев…

– Надеюсь, вы наконец-то выбрали воспоминания, которые я должна отправить в прошлое, – прошелестел прямо в сознании голос величайшей менталистки если не мироздания, то как минимум Земли и пары сотен близлежащих измерений. – Больше времени у нас нет…

Мои тела, находящиеся в родном мире, но расположенные вдали от места проведения ритуала, начали умирать. Те из них, кто обладал наиболее совершенной защитой, делали это не сразу, а спустя несколько секунд, после того как успевали увидеть, как уничтожается окружающее пространство.Горы рассыпались прахом, что таял, не успевая долететь до земли, да и никакой земли там уже не было. Мгновенно обнажившееся океанское дно ещё больше углублялось, а появившиеся там провалы в раскаленную мантию росли ещё быстрее и вот-вот должны были уже открыть само ядро планеты. Энергетический фон засасывало словно во внезапно появившуюся на орбите черную дыру…Или она и правда где-то там вдруг открылась? От городов и биосферы давно уже не осталось ничего, ну вот совсем ничего. Даже дворец того урода, который сейчас считался королем нашей родины, растаял как крупинка сахара в целой кастрюле крутого кипятка вместе со всеми своими обитателями, от которых даже душ не осталось. Обрушившийся на наш мир поток запредельной космической мощи буквально стирал сей участок мироздания в ничто, расщепляя материю на атомы, а заодно сводя на нет любую энергетическую активность к полному и абсолютному нулю, состоянию, которое вряд ли хоть когда-нибудь здесь наблюдалось со времен Большого Взрыва. Воля, разум и полное безраздельное внимание Бесконечной Вечной Империи уничтожало аномалию, которую сия сущность посчитала для себя опасной, не считаясь с потерями и затратами. Сущность, контролирующая нашу часть мироздания, неприятно быстро пришла к выводу о полной бесполезности заваливания нас пушечным мясом, пускай и божественным…И оставалось лишь надеяться что те многочисленные небожители и армии прихваченных ими с собой героев, которые уже сдохли в барьерах, своей гибелью усилив их и подпитав, сумею выиграть нам достаточно времени, чтобы перенос в прошлое все-таки состоялся.

Одни украденные обелиски пытались взорваться от перегрузки, проводя через себя реки украденной силы, а другие словно бы забивались изнутри блокирующим течение мусором, как трубы по которым подали густую грязь вместо воды. Бесконечная Вечная Империя пыталась отключить их удаленно или хотя бы испортить, мешая воровать ту силу, которая должна была бы считаться даже не кровью, а костным мозгом Системы, если бы та человеком являлась. И иногда у этого истинного сверхбожества искусственного происхождения все-таки получалось, несмотря на принятые нами меры, обязанные предотвратить подобный вариант развития событий. Мой разум, распределенный по великому множеству тел, которое всего за несколько минут уже успело сократиться раза в два, отчаянно балансировал потоками мощи, способными играючи разорвать в клочья схему ритуала, если будет допущена ошибка…Это было похоже на жонглирование работающими бензопилами разных размеров с произвольно изменяемой каждую секунду геометрией, если бы половина бензопил оказалась покрыта горящим напалмом, а вторая источала смесь машинной смазки с жидким азотом…Укутывающая нас всех защита сжималась, трескалась и шла волнами, изо всех сил сопротивляясь обращению в ничто, и с каждым потерянным её участком те, кто сотворил эти великие чары навсегда теряли частички своей сути…А ещё очень отвлекала некая наглая особа, беспардонно вторгнувшаяся в сознание и требующая предоставить ей фрагменты оного самого сознания, которая она сейчас будет перетаскивать в хроноворонку…

Интерлюдия
Сложности воссоединения

Интерлюдия. Сложности воссоединения.

– Долорес, псы! – Ужас, плескавшийся в истеричном голосе мальчишки, разбудил Долорес даже раньше, чем осторожная, но сильная тряска, источником которой являлась тыкающая в носок на её ноги длинная веточка. – Вставай, вставай, пожалуйста! Около ворот опять крутятся псы! Бутчер думает, что они опять пойдут на приступ!

– Ухх…Собаки… – Злобно, заспанно и очень недовольно процедила испанка, откладывая в сторону длинный столовый нож, почти кинжал, которым чисто рефлекторно попыталась дотянуться до объекта, который её разбудил. Женщина, какая вот-вот должна была отпраздновать свой пятидесятилетний юбилей, раньше даже немного гордилась своими спокойными нервами и крепким сном, но после прихода Бесконечной Вечной Империи научилась спать чутко, очень-очень чутко, а при малейшем подозрительном шорохе рядом с собой могла схватиться за оружие и ударить даже раньше, чем откроет глаза. Очень уж большое впечатление на неё и нескольких выживших её товарищей по несчастью произвела одна из ночевок на свежем воздухе в первые дни после перемещения в Тренировочный лагерь. Засыпало-то их на кое-как обустроенной лесной полянке два десятка человек, а проснулась от силы дюжина. И четверо из них проснулось уже внутри каких-то гигантских червяков, очень бережно и аккуратно всасывавших бессознательные тела людей, чтобы потом начать добычу заживо переваривать внутри себя. Причем когда пожилая испанка очнулась, её ноги уже были примерно по колено в склизком, теплом и влажном чехле, бодрыми темпами натягивающимся выше. К счастью, зубов у этих тварей не было и срезать их оказалось не слишком сложно. К нечастью те, кто в желудки этих отродий погрузился целиком или почти целиком, быстро сдохли от соприкосновения с пищеварительными ферментами чудовищ, которые очень плохо оттирались или смывались водой и всего за несколько минут разлагали человеческие тела в полужидкую кашицу. – Сколько их там⁈

– Много! Много! – С ненавистью и страхом процедил мальчик, содрогаясь всем своим излишне худым телом. В стихийно образовавшуюся общину беженцев, куда входила Долорес, он попал благодаря матери…Матери, которую псы растерзали примерно месяц назад прямо в двух шагах ворот, куда та так и не успела заскочить. Причем животных пытались отпугнуть, а её отбить…И чуть не потеряли ещё четырех человек, которых основательно подрали клыки мутировавших животных. – Сотни две! А может и три! И там не только псы! Там и волки есть, и лисы, и даже медведей вроде парочка…

– Действительно будут штурмовать, – вздохнула Долорес, пододвигая к себе связку самодельных дротиков и окончательно прощаясь с идеей ещё хотя бы пять минуточек понежиться под одеялом…Вернее тремя. И даже под ними испанка была вынуждена спать в одежде. Здание автомастерской, превращенное их общиной в импровизированную крепость, имело много достоинств: просторный внутренний двор с высокой прочной оградой, которую просто так не повалить и не перепрыгнуть, очень толстые кирпичные стены, надежные решетки на окнах первого этажа, по качеству вряд ли уступающие тюремным и не позволяющие просунуть сквозь прутья хотя бы руку, собственную работающую колонку, позволяющую без всякой магии получать сколько угодно воды, просторный подвал, мастерскую с инструментами и склад с бочками машинного масла. Однако же в нем было холодно, очень холодно. И хотя дрова на сделанную в одном из уголков кухню таскали каждый день, обогреть всего одним очагом эту громадину с наступлением холодов оказалось решительно невозможно. – Иначе бы не стал этот проклятый дьявол в собачьем обличье воедино собирать воедино такую ораву.

Мелкий эстонский городок с каким-то воистину непроизносимым названием, казалось состоящим из одних согласных и не предназначенным для произнесения человеческим горлом, облюбовали сразу две стаи то ли мусорщиков, то ли падальщиков, с большой неохотой покидающих руины поселения, дабы исследовать окружающий мир. Двуногие и четвероногие. Первые нуждались в ресурсах старого мира, а кроме того опасались далеко удаляться в темный хвойный лес, окруживший поселение со всех сторон и даже частично поглотивший его, поскольку живущие под кронами пушистых колючих лап представители флоры и фауны представляли из себя серьезную угрозу, а кроме того прекрасно устраивали среди деревьев засады на легкую добычу, которой им казались люди, собирающие дикие ягоды или волшебные травы. Вторые обладали явственными территориальными инстинктами, заставляющими перегрызать глотки любым чужакам, видели в представителях вида хомо сапиенс вкусное мясо, ценили оставшиеся от бывших хозяев планеты здания в качестве укрытий, подходящих для того, чтобы спрятаться от непогоды или вывести внутри щенков и тоже не горели желанием лезть в дремучую чащу. Столкновение между ними за приглянувшуюся обеим сторонам конфликта территорию оказалось неизбежным…И, к удивлению группы из нескольких десятков беженцев, оказалось оно более-менее равным.

Обладатели полноценного разума, позволяющего использовать разного рода оружие, инструменты и броню хоть и прошли через Тренировочный Лагерь, благодаря чему стали куда более суровыми, злыми и непритязательными, чем прежде, но далеко не сразу поняли, что им нужно не просто отгонять от себя одичавших собак, а вести полноценные боевые действия, в результате чего потеряли пару десятков человек мертвыми или так сильно искалеченными, что о возвращении к полноценной жизни без могущественной магии не могло быть и речи. Звери хоть и оставались после исчезновения хозяев на Земле, но тоже прежними не остались. Животные, в чертах которых все ещё угадывались некогда лучшие друзья человека, невероятно быстро вконец одичали, практически поголовно увеличились в размерах, инстинктивно научились пользоваться навыками, ну по крайней мере некоторые из них, а также обзавелись воистину чудовищным монстром-вожаком, который по степени своего интеллекта людям определенно не уступал, да вдобавок вполне активно использовал ментальную магию для атак или же пополнения рядов своей стаи, которую рассвирепевшие люди порядочно проредили…Причем далеко не всегда пополнялась она именно псовыми, пусть даже своим дальним родственникам этот монстр. Сам ли он научился ей или же тело пса захватил какой-то злой дух, оставалось лишь догадываться, но сомневающихся в наличии подобных способностей у животного давно уже не осталось, ибо были те, кто чувствовал в своей голове постороннее присутствие и нестерпимое желание либо выбраться за ограду и отбежать от неё подальше, причем темной ночью или же когда в округе видели свору. И были те, кто ни о чем таком не говорил, но просто исчез, а их разодранную собачьими клыками окровавленную одежду вместе с отдельными кусками человеческих скелетов находили потом невдалеке от автомастерской.

Просторный двор автомастерской, предназначенный для того, чтобы заехавшим в гости клиентам было где припарковать машину, дожидаясь своей очереди на обслуживание, ныне казался маленьким и тесным. Часть пространства съел перевитый колючей проволокой пятиметровый частокол, подпирающий старую бетонную ограду, которая смогла бы остановить далеко не всех монстров, ибо высокоуровневые псы её бы, скорее всего, перепрыгнули. В одном углу под навесом громоздилась поленница из дров, рядом с которой лежали чуть меньшие кучки пригодных в хозяйстве длинных прямых веток, кое-как распиленных кривоватых досок или лиан, легко заменяющих канаты благодаря своей длине и прочности. В другом громоздились притащенные со строек кирпичи, глина и цемент. Между ними медленно сохла на веревках трава, обладающая полезными волшебными свойствами или просто полезным набором витаминов и микроэлементов, а также рыба, пойманная в протекающем неподалеку ручейке. Крытый загончик из толстой проволоки, защищающей от крупных птиц и прочих летунов, содержал в себе детскую горку, песочницу, маленькую карусель…Все те нехитрые развлечения, которые могли занять подрастающее поколение, пока их родители занимаются делами и хоть немного отвлечь ребятишек от мрачной действительности.

Рядом с воротами, единственным выходом во внешний мир из их маленького убежища, уже собралосьтридцать восемь человек. Большая их часть заваливала ворота всем чем придется, экстренно укрепляя их создавая тем самым более-менее надежную баррикаду. Меньшая же, которой просто места особо не нашлось на ограниченном пространстве, нервно топаталась на месте, сжимая в руках копья, луки, топоры, дубины и щиты. Что-то было принесено из Тренировочного Лагеря, что-то найдено или даже сделано уже здесь, но ничего по-настоящему качественного, дорого или тем более волшебного у их группы попросту не имелось. Крепкое дерево, не самое поганое железо, кое-как перекованная в примитивной самодельной кузнице сталь, ранее бывшая частью водопроводных труб или какой-нибудь деталью автомобиля. Доспехи своим качеством оружию примерно соответствовали, и у настоящих воинов родом из Бесконечной Вечной Империи вызвали бы скептическое хмыканье, ибо сделанные из нескольких слоев ткани и нашитых металлических пластин куртки были слишком тяжелыми, толстыми, неудобно скроенными…Ну не было среди нынешних обитателей этого городка профессиональных швей, портных или тем более модельеров! Не было! Кое-какой паритет с псами удавалось поддерживать разве только благодаря бутылкам с самодельной зажигательной смесью, представляющей из себя единственный козырь главных ударных сил их маленького убежища. Главных и по большому счету единственных, ведь остальные обитатели автомастерской если и могли взять в руки оружие, то были либо слишком малы, либо слишком стары, либо слишком тяжело больны, чтобы всерьез рассчитывать на победу в драке с одной из собак. А по одной они не перемещались и не нападали. Никогда.

– Долорес! Ну где ты шляешься⁈ – Очень недовольно и весьма нервно вызверился на испанку седой и склочный старик по кличке Бутчер, бывший бессменным дозорным их маленькой общины. Со специально построенного наблюдательного помоста у ворот, оборудованного навесом от дождя и вытащенным из какого-то фешенебельного офиса роскошным директорским креслом, он почти никуда не уходил потому, что ходить на одной ноге ему было сложно даже с костылями. Впрочем до того как в Тренировочном Лагере их группа не слишком-то удачно решила поохотиться на матерого взрослого тролля, превратившего десяток человек в трупы и ещё столько же наградив увечьями разной степени тяжести, этот бывший житель Нью-Йорка довольно неплохо развил себе восприятие, а ещё приобрел навык прицеливания аж редкого ранга…Которыми пользоваться теперь от силы процентов на тридцать. Глазомер у него был идеальный, а вот оружия, способного добивать до предела дальности, на котором Бутчер мог бы муху сбить налету, им не хватало. То ли кто-то с развитыми навыками мародерства прошел по городу раньше, чем их община здесь обосновалось, то ли их компании не повезло наткнуться на самых больших пацифистов Восточной Европы, которые заодно и охотой брезговали, однако же самым лучшием трофеем, обнаруженным среди развалин, покуда должно было считаться гарпунное ружье для подводной охоты швейцарского производства, невесть как оказавшееся в этих краях.

– Там, где и положено шляться той, кто вернулся из чертового леса вчера уже чуть ли не в полночь, да причем не просто так, а таща на своих плечах чуть ли не целую косулю! – Отбрила нападки в свой адрес женщина, которой повезло стать одним из самых боеспособных и могущественных представителей их маленькой общины благодаря классу: «спортсменка». В молодости она, правда, занималась фигурным катанием, а не беготней по кустам за дичью, однако же каждый день продолжала прилежно делать зарядку, чтобы формы не терять и как можно дольше сохранить красоту молодости в паре со здоровьем…И Бесконечная Вечная Империя оценила, предоставив обучающий кристалл, где были собраны методики упражнений и тренировок, позволяющих обычному человеку достигнуть такого уровня, что на олимпиаде в старом мире его бы точно завернули по подозрению в злоупотреблении неизвестными видами допинга. А когда человек может двигаться очень быстро, да ещё и с чем-нибудь тяжелым в руках, то нанесенный им удар обязательно окажется невероятно мощным! Во всяком случае, если в цель попадет… – Тем более эти собаки все равно ведь держатся слишком далеко, чтобы мы до них достали, верно? Метров двести?

– Верно, – с неудовольствием признал старик, нервно поглаживая свое гарпунное ружье. Мощи в нем вполне хватило бы, чтобы вне жидкой среды пробить собачью шкуру, если только та не будет покрытая какой-нибудь костяной броней или же активным магическим барьером, однако всего один снаряд с длительным временем перезарядки делал боевую мощь Бутчера, мягко говоря, сомнительной. – До остальных членов стаи даже триста почти. Знают они, что ты даже под максимальным усилением дротик так далеко не метнешь…

– Эти – метнет, – протянул испанке пяток блестящих ровных палок Шень. Рыбак родом откуда-то из Вьетнама мог считаться самым близким к настоящему оружейнику, что имелся в их маленькой общине. Да, Бесконечная Вечная Империя сочла его всего лишь учеником столяра, и облегчающие работу навыки выдавала соответствующие…Но у других и такого ведь не было! – Для древка я взял стебли тростника, что растет у ручья, наконечники сделаны из смеси водорастворимого лака и битого стекла…

– Легковаты, – взвесила оружие в руке Долорес, недовольно закусив губы. – Ветром сдувать будет. И, когда долетят, шкуры псам толком не пропорют, оставив на память только царапины.

– Царапины, которые не зарастут, если стеклянные занозы останутся в ране, – пожал плечами Шень. – Умрет ли зверь от потери крови или же от гноящейся раны не имеет значения, главное – чтобы он сдох.

– Если он сдохнет через неделю или даже через три часа, значения для нас это иметь уже не будет! – Язвительно фыркнул Бутчер со своего насеста. – Эти ублюдки явно намерены покончить с нами здесь и сейчас! В прошлый раз пара дюжин волков почти смогли прогрызть ворота, прежде чем сдохнуть от ожогов, а сейчас их тут почти четыре десятка! А этот обгаженный не иначе как самим дьяволом вожак ещё и в качестве живых таранов аж двух медведей пригнал! Причем один из них – бронированный! Когда эти груды меха, сала и мускулов пойдут на штурм, то они пройдут сквозь нашу оборону как танки сквозь живую изгородь!

Встревоженная словами старикашки, который характер имел крайне скверный, но до откровенной лжи опускался редко, Долорес поднялась к нему под навес по шаткой лесенке, не забыв прихватить с собой облегченные дротики…И, к сожалению, прогноз желчного американца выглядел верным, как никогда. Растительность вблизи автомастерской давно была вырублена, частично дабы подступы лучше просматривались, частично дабы дрова тащить не так далеко приходилось, а потому взору испанки открылось целое воинство зверей. В высокой траве, вытаптывать которую было почти бесполезно и в тени деревьев стояли, сидели или даже лежали сотни собак: высоких, мохнатых, мускулистых животных, большая часть которых была человеку где-то по пояс. Миниатюрные породы в составе этой огромной стаи если и были когда-то, то до момента повторного знакомства с людьми просто не дожили. Некоторые псы явно мутировали ибо были гораздо крупнее положенных им норм, и ещё год назад своим появлением вызвали бы настоящий фурор на любой выставке: белый как снег изящный дог, размерами почти уже догоняющий лошадь, почти равный ему по высоте но явно куда более массивный бульдог, у которого череп украшали короткие острые рожки как у какого-то козла, сидящая на ветке дерева овчарка, чья шкура меняла цвет почти как у хамелеона, а громадные выпущенные когти по цепкости явно не уступали кошачьим…Сильнее всего выделялся вожак. Массивная заросшая серо-рыжей шерстью туша размером с быка, у которой вдоль спины шел напоминающий веер гребень из шипов и кожаной перепонки, как у какого-то доисторического ящера, а глаза источали яркий синий свет, хорошо заметный даже днем. В данный момент он сверху-вниз смотрел в глаза одному из волков, очень крупных и очень страшных бестий, чья шкура отливала подозрительным металлическим блеском, держащихся несколько в отдалении от основной массы псов…Как показывал недавний опыт знакомства с подобными бестиями – клыки у них по прочности превосходили сталь или, как минимум, могли очень даже успешно её рвать. Однако же ни один из диких родичей собак не осмеливался скалить на остальную свору зубы или хотя бы пытаться отсюда убежать. Ужаснейшие звери из лесных дебрей под влиянием волшебства и звериных инстинктов беспрекословно слушались того, кто являлся альфа-хищником этой территории. Оба медведя, кстати, находились у него за спиной, видимо в роли эдаких бодигардорв-телохранителей, обязанных прикрыть патрона в том случае, если осажденные сделают вылазку. Один вроде бы более-менее обычный, бурый, если не считать размеров, от которых бы и белому поставили диагноз «гигантизм», а второй хоть и меньше, но зато обросший на груди, животе и башке пластинами костяной брони, сильно напоминающими идеально подогнанные к телу доспехи.

– Да, большую силу собрал этот ублюдок… – Процедила испанка, с ненавистью взирая на монстра, из-за которого их община лишилась уже стольких людей. Да, если честно сказать, далеко не все погибшие ей нравились. Парочку она и вовсе весьма активно недолюбливала…Однако даже самый последний криворукий раздолбай, который начинал бледнеть и заикаться от предложения сходить вместе в большой, темный и страшный лес, имел ту ценность, которую женщина всю свою предыдущую жизнь сильно недооценивала. У него ведь были рабочие руки! Руки, одним своим функционированием решающие какие-то проблемы их маленькой общины, пусть даже самую казалось бы незначительную: уборку, готовку, стирку, присмотр за детьми, проведение ремонтных работ…А теперь, когда они погибли, эти абсолютно необходимые дела пришлось бы делать кому-то другому. Возможно даже и самой Долорес, которая несмотря на полученные в Тренировочном Лагере уровни и некоторое повышение характеристик отчетливо чувствовала свой далеко уже не детский возраст!

– Сможешь его достать, пока эта тварь занята гипнозом своих инструментов и за окружающим миром не следит? – Смирил свою извечную язвительность Бутчер. – Ветра сейчас вроде нет, сдувать снаряды не будет…А если мы убьем вожака, то стая распадется, а отдельные псы или даже мелкие своры на двадцать-тридцать собак проблемой не станут…

– Сомневаюсь, что эта тварь сдохнет от парочки заноз, пусть даже и стеклянных, – вздохнула испанка, примеряясь к облегченным дротикам. Обладатель сильных сканирующих навыков в их группе был всего один, и погиб он незадолго до возвращения на Землю, когда на лагерь сформировавшейся общины напала толпа нищих бродяг, не сумевших за три месяца скопить достаточно империалов для билета в родной мир и отчаянно не желающих становиться чьими-нибудь рабами, мясом для жертвоприношений, а может и просто мясом. – Впрочем, даже если не удастся, мы ничего не тяреяем, кроме нескольких стеблей бамбука и пригоршни битого стекла…

Пожилая испанка на миг прикрыла глаза и сосредоточилась, используя один из самых полезных навыков, подаренных ей Бесконечной Вечной Империей, а именно экстремальный мускульный форсаж. Мускулы правой руки, тела и плечевого пояса Долорес налились кровью и разбухли минимум трехкратно, их словно начало поджаривать в пламени десятков свечей и колоть множеством очень острых игл, а после окончания действия усиления останется целая кучка микротравм, которые станут зверски болеть еще сутки, а может и больше…Однако возможность в рывке совершить невозможное, например отправить в нокаут апперкотом тролля, перепрыгнуть через дом или же разбить распускавшего руки латника об дерево, в процессе дерево оное нафиг сломав, стоила того.

– Сдохни, тварь! – Рявкнула испанка, один за другим посылая в полет все пять дротиков. Возможно, в меткости до Бутчера она не дотягивала, но кое-какие усиливающие пассивки для лучшего поражения цели у неё тоже имелись. А также практика, очень-очень много практики, и потому женщина была уверена – снаряды имели неплохие шансы попасть в цель, думающую будто она находится в полной безопасности. Или, по крайней мере вонзятся куда-нибудь не сильно далеко от неё, может в землю, а может в ктелохранителей-медведей или волка.

То ли атаковать ей стоило молча, то ли разрезавшие воздух изделия их лучшего мастера в полете слишком сильно свистели, однако же вожак прервал сеанс гипноза и шарахнулся в сторону…И в результате все равно попал повстречался с дротиком, ударившим его прямо по морде и оставившем глубокую кровоточащую царапину чуть левее правого глаза. Ещё один слегка мазнул кончик спинного гребня, но разбился все-таки о землю. Два бестолково тыкнулись в грунт, а последний получавшему ментальные указания волку, тоже попытавшемуся уйти от атаки, вонзился практически под хвост!

– Одним серым меньше, этот уже не боец! – Усмехнулся Бутчер, наблюдая за тем, как грозный лесной хищник вертится волчком и скулит, пытаясь вырвать из своего крестца застрявшую там занозу. Только вот бамбуковое древо в его зубах сразу же треснуло, а извлечь обломок дротика без рук было тем ещё аттракционом. – Хотя жаль конечно, что это не вожаку задницу ты продырявила…

– Да, от такой мелочи он явно не сдохнет, – печально согласилась Долорес, при помощи специальной техники массажа разминая свою рабочую руку, вернувшуюся к нормальным габаритам. Полностью боль это упражнение снять не могло, но хотя бы слегка ослабило бы ту агонию, которую сейчас испытывали почти порвавшиеся мышцы. – У ублюдка даже глаз не задет, так, бровь рассечена…И заражения крови ему бояться явно не стоит. Даже мне почти не стоит, выносливость для обычных болезней слишком высокая, а эта тварь меня явно намного сильнее…

Пусть жизни вожака особо ничего не угрожало, но гордости, по всей видимости, оказался нанесен огромный урон. Забыв о дополнительном зомбировании своих подчиненных, ну а может выдаче им ценных телепатических указаний, мутировавший пес громко завыл, и сразу же собравшаяся под стенами автомастерской орда зверей настоящей лавиной рванулась на приступ. И первыми в атаку бежали те, кто не являлся частью его стаи, и кем он мог пожертвовать с легким сердцем: медведи, волки и лисы, на которых до этого момента Долорес не обращала особого внимания, так обладатели рыжей шерсти по сравнению с остальными псовыми выглядели какими-то мелкими и особых проблем доставить были не должны.

– Они пошли на приступ! – Закричала испанка, хватая самые обычнее дротики, которые были складированы на этом помосте чуть ли не в первые же пять минут после его возведения. К сожалению, другой такой удобной позиции для обстрела нападающих не было – не успели возвести, все силы бросив на то, чтобы закончить частокол, через который звери не могли бы просто перепрыгнуть, как делали пару раз отправленные вожаком в самоубийственную атаку животные. – Всем готовиться!