Текст книги "Имперский колонист. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Владимир Кощеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 9

Аэлендор, Российская Империя, баронство Лесное.

Машина остановились на дорожке перед особняком. Выбравшийся из представительского автомобиля эльф в роскошном одеянии плавно переместился к задней двери и открыл её. Наружу показалась изящная ножка в высоком кожаном сапожке и край яркого жёлтого платья. Подав руку своей госпоже, слуга помог выбраться эннаре и тут же с поклоном отступил.

– Эннара Кирит! – с улыбкой проговорил Ярослав Владиславович, протягивая руку ладонью вверх. – Очень рад, что вы сумели вырваться на наш маленький праздник.

Эльфийская благородная дама едва уловимым движением глаз оценила украшенный особняк, количество уже прибывших гостей и ответила с лёгким придыханием:

– Разве могла я пропустить такое важное событие в жизни моего друга? – приподняв бровь, сказала она. – К тому же, полагаю, у вас найдётся минутка поговорить о наших делах.

– Всенепременно, эннара, – ответил барон с лёгким поклоном, когда она вложила свою руку в его широкую ладонь. – А пока что отведайте нашего шампанского. Уверяю, вы ещё ничего подобного не пробовали.

Он провёл гостью к столикам, установленным на заднем дворе особняка. Цепкий взгляд эльфийки сразу же вычленил эннара Синиона. Её сюзерен как раз общался с будущей графиней. Невеста была одета в расшитое человеческими мотивами лёгкое платье, на голове локоны удерживались простой с виду диадемой из белого золота, усыпанного бриллиантами.

Несмотря на показную простоту одеяния, эннару Кирит было не обмануть. Екатерина Фёдоровна была одета очень дорого, и судя по тому, как на неё смотрели другие эльфы, все коренные жители Аэлендора это прекрасно понимали. Впрочем, Солану тут же отвлёк слуга, подошедший с бокалом.

– Прошу, эннара, – произнёс Князев, вручая гостье бокал с пузырящимся напитком, – чувствуйте себя как дома. А мне нужно отлучиться.

Она посмотрела в его лицо, ожидая увидеть волнение или хотя бы сосредоточенность. Но Ярослав Владиславович открыто улыбался, как будто происходящее действительно доставляет ему удовольствие. Видимо, с невестой его связывает куда больше, чем сделка, скреплённая браком.

Он откланялся, и к эннаре Кирит тут же подошёл эннар Синион.

– Солана, – коротко кивнул эльф, активируя защиту от подслушивания. – Рад, что ты выбралась. Нам жизненно необходимо показать будущему царю, что мы лояльны его семье.

Говорил он, едва шевеля губами. Человеческий слух был неспособен уловить этот разговор, а другие эльфы как раз развлекали людей, отвлекая внимание на себя. Однако Солана не забыла, на что способна техника человечества, а потому не удивилась предосторожности. Так что и отвечала эннара Кирит таким же образом, как и её сюзерен.

– Царю? – не дрогнув ни единым мускулом, переспросила она. – Я думала, Князев станет графом.

– Один из человеческих баронов уже попытался объединить остальных. Князев снял ему голову, как раз перед свадьбой, – взяв собеседницу под руку, с довольной улыбкой проговорил эннар Синион. – В итоге освободившееся баронство приняли под свою руку русские военные. Как ты понимаешь, после такого подарка, это лишь вопрос времени, когда они открыто выступят на стороне нашего жениха. Ярослав Владиславович не дурак, и он далеко пойдёт. Оставшись один на один с Аэлендором, он фактически лишён выбора и будет вынужден либо подчиниться другому человеку, на что, учитывая характер нашего друга, он никогда не пойдёт…

– Либо самому взять власть, – продолжила за эльфийского аристократа Солана. – Интересно. А что королева?

– А что она сделает? – пренебрежительно фыркнул эннар Синион. – Эта земля уже не принадлежит Арканору. Но ты ведь понимаешь, какие перспективы у нас откроются, когда Российская Империя начнёт торговать с Аэлендором только через нас?

Глаза эннары Кирит сверкнули, и она поспешила сделать глоток.

– Я на многое готова, эннар Синион, – проговорила она.

Эльф в ответ улыбнулся и, сняв заклинание, повёл её к остальным сородичам.

– Поговорим об этом уже после, – предложил он, – ты же не откажешься задержаться у меня, когда мы будем возвращаться?

Подтекст Солана уловила прекрасно. И никакого отторжения он у неё не вызывал. В конце концов, муж сложил голову, сын впутался в мятеж и был казнён. Но жизнь на этом не заканчивалась, и Солана Кирит не была бы собой, если бы утратила вкус к ней.

– С радостью, эннар.

* * *

Там же.

– Ну и что будем делать, господа? – спросил Кириллов, нервно поправляя галстук.

Стоящий рядом с ним барон Можаев криво усмехнулся, прежде чем залпом осушить бокал шампанского. Вся группировка почившего Брылёва прибыла на свадьбу барона Лесного, и ни один из её участников не чувствовал себя нормально. Расслабиться не давали даже слуги, которые, казалось, следят за каждым жестом гостей, не то что словом.

– Поздравим их милостей, – вставил своё слово Росток. – Вручим подарки, отпразднуем первую свадьбу в Аэлендоре, а потом разъедемся по домам. Вы как хотите, однако мне кажется, что теперь Ярослав может творить всё, что взбредёт ему в голову – комендант открыто показал, на чьей он стороне.

– Как и Высоцкий, – кивнул Перов. – Так что нет смысла дёргаться. К нам у барона никаких претензий не имеется, иначе бы мы не приглашение получили, а пулю в голову.

Кириллов скривился, продолжая бороться с галстуком, Можаев перехватил с подноса ещё один бокал, который тут же и осушил, а Перов усмехнулся.

– Не нужно так нервничать, господа. Антона, конечно, жалко, но себя мне как-то жальче. В конце концов, что для нас изменилось? – разведя руками, спросил он. – Не получилось у Брылёва, так получится у Князева. Нам-то какая разница, по большому счёту?

– Разница в том, что на Антона у нас были рычаги, – возразил Кириллов. – А Князев сам кого хочешь на рычаг натянет. И разбираться не станет. Он же отмороженный наглухо, вы только посмотрите, с каким спокойствием он крошит эльфов, наплевав на последствия и опасность.

– Ну, положим, ушастые сами виноваты, что к нему лезут, – вставил реплику Росток. – Будем соблюдать законы Российской Империи, и ничего нам Князев не сделает. Может быть, он станет царём, как хотел Антон, а может быть – нет. В любом случае Ярослав Владиславович себя позиционирует верным аристократом его императорского величества. А значит, творить беззаконие не станет. Его же военные к ногтю и прижмут.

Несколько секунд господа сохраняли молчание, пока Кириллов, оставивший свой галстук в покое, не выдохнул:

– Так, может, нам с комендантом поговорить? – предложил он. – Не знаю, предложить ему что-нибудь, чтобы он Князева урезонил?

Можаев фыркнул и кивнул в сторону входа в особняк. В открытые двери как раз выходил мужчина в рясе православного священника. Однако военную выправку одеяние служителя религиозного культа спрятать не могло.

– Комендант своего боевого батюшку отправил обряд венчания провести, а вы говорите «предложить», – заявил Можаев. – Нет, господа, пока мы запрягали, его милость уже всех обскакал. Так что предлагаю расслабиться и получать удовольствие. Брылёв уже пытался и стал наглядным пособием, а я хочу жить, и жить хорошо. Потому вы как знаете, а я пошёл с Булатовой поговорю. Скажу, как мне нравится оформление праздника.

Он покинул компанию друзей, которая на глазах расползалась, как только исчез Антон Васильевич, скреплявший благородных людей в единое общество. Кириллов, включивший труса, конечно, удивлял, однако в рамках ожидаемого, ему всегда не хватало решительности.

Не прошло и трёх секунд, как Росток и Перов отправились вслед за Можаевым. Опомнившийся Кириллов двинулся за ними последним. Рисковать, оставшись один на один с целым миром эльфов, он не хотел. А потому принял решение большинства.

Впрочем, как и всегда.

* * *

Ярослав Владиславович Князев.

У нас не было часовни, как-то не предусмотрели мы её в плане построек, а теперь строители и вовсе смотались. Однако батюшка Григорий, присланный комендантом форпоста, привёз с собой всё, что было необходимо.

В миру майор пограничных войск в отставке, он одним из первых вызвался сопроводить ребят в Аэлендор, с тех пор так и служит – при форпосте священником. Ему там обустроили комнату, и сегодня у отца Григория первое выездное мероприятие. Можно сказать, что он фактически получил целый престол патриарха Всея Аэлендора. Других клириков-то здесь нет.

Расставленные по определённым местам иконы, переносной алтарь, положенные каноном короны. Гостям вручили свечи, и никто даже не удивился, что эльфы тоже оказались вовлечены в процесс. Попробовали бы они отказаться под ласковым взглядом батюшки Григория, который покачивал кадилом с таким невинным видом, что воображение тут же рисовало, как он этот элемент отправления культа превращает в дробящее оружие.

Люди не смешивались с эльфами, расстановкой гостей занимался лично батюшка Григорий. И те, кто не помнил слов или не знал обряда, были оттеснены назад. Впрочем, судя по лицам ушастых гостей, они были ничуть не в обиде.

Подозреваю, даже тот факт, что они присутствовали при такой массовой молитве чужому Богу, может серьёзно сказаться на их отношениях с местным пантеоном. Мне о подобном можно было не волноваться – я свободный человек, и никаких притеснений со стороны сущности ждать не приходится.

Она вообще индифферентно относится к чужой вере. Ведь всё, что когда-то родилось, неизбежно умрёт. Хотя о богах и их отношениях думать совсем не хотелось. Достаточно было того, что мы защитили алтарь Фаэлис, пусть теперь ищет способ отдариться в ответ. Ведь мы были не обязаны спасать тот ритуальный булыжник.

Батюшка Григорий отобрал троицу бойцов, которые исполняли роль хора. И у них, надо признать, здорово получалось. Так что, пусть атмосфера и не совсем такая же, как в храме, но всё равно выходило душевно.

На лицах гостей отражались разные эмоции. Кто-то крестился в положенных местах, думая о своём, кто-то даже слезу пустил, не иначе как вспомнив о далёком доме. Когда ещё учёные государя умудрятся открыть портал заново. Сейчас на глазах баронов и эльфов, совершался первый православный обряд бракосочетания.

И это был ещё один знак, что мы пришли сюда надолго. И просто так не отступим. В баронстве Лесном зарождалась не просто новая ячейка общества. Продолжалась жизнь, даруя человечеству в нашем лице ещё один символ.

Несмотря ни на какие испытания, мы всё ещё живы и будем радоваться каждому дню, который встречаем. Вместе, как единое целое.

– Господу помолимся, – раскатистый бас священника растекался по заднему двору.

– Господи, помилуй! – ответили гости.

Процесс венчания шёл своим чередом. И я видел, как блестят глаза у Екатерины Фёдоровны, с трудом сдерживающей слёзы. Котёнок выглядела настолько трогательной в своём свадебном платье, что мне хотелось сжать её в объятиях и гладить по голове, приговаривая, что всё будет хорошо.

– Отец, Сын и Святой Дух, всесвятая и единосущная и живоначальная Троица, единое Божество и Царство, да благословит вас, и да подаст вам долголетие, счастье в детях, успех в жизни и вере, и да исполнит вас всех благ на земле, и да удостоит вас вкусить и обещанных будущих благ, по ходатайствам святой Богородицы и всех святых, аминь.

Вот всё и закончилось, и, получив последнее наставление батюшки Григория, мы обернулись к гостям. Я держал уже не невесту, а супругу за руку и чувствовал пробирающую Котёнка дрожь.

– Всё будет хорошо, – шепнул ей на ухо и поймал переполненный эмоциями взгляд.

Выдавив улыбку, волнующаяся девушка слабо кивнула.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Настала очередь поздравлений, и к нам не спеша направился Александр Фёдорович. Булатов оказался единственным родственником, так что его поздравление прозвучало первым.

– Сестрёнка, главное – будь счастлива, – обнимая Екатерину Фёдоровну Князеву, сказал он, после чего протянул руку уже мне и, обняв, прошептал на ухо: – Узнаю, что ты её обидел, ноги вырву.

Я едва удержался, чтобы не рассмеяться.

– Я сделаю её счастливой, Александр, – заверил я.

Бароны подошли вслед за Булатовым. Каждый говорил положенные случаю слова, но я видел, что они боятся. Немудрено, учитывая, что я на днях оторвал голову Брылёву, который вёл активную агитацию за своё воцарение. Однако гостям я отвечал довольным взглядом, чтобы не пугать больше, чем они уже опасались.

Подарки были чисто символические. Всё-таки у нас было не так много выбора, что можно было вручить молодожёнам, которые и сами по себе не бедствуют. Но внимание нам оказали, и это радовало.

Слишком высоким было напряжение, и теперь праздник сам по себе многим поможет расслабить натянутые нервы. Выдохнуть и, переступив через очередное испытание, жить дальше.

А вот после баронов настал черёд эльфов. Эннар Синион на правах старшего гостя вручил нам пару браслетов.

– Для вас, Екатерина Фёдоровна, – протягивая изящное изделие, заговорил ушастый аристократ, – поддержание здоровья и защита от злых намерений. В случае опасности он нагреется. Для вас, Ярослав Владиславович, – он протянул мне более массивный вариант, – атакующий. Чтобы всегда могли устранить угрозу вашей супруге и семье. Я надеюсь, что ваш брак будет счастливым и процветающим.

Ещё раз поклонившись, он отступил в сторонку, освобождая место для других эльфов. Эннара Кирит мне ничего не дарила, а вот Котёнку вручила небольшую книгу в бархатной обложке.

– Это сборник эльфийских сказок, ваша милость, – объявила женщина. – Читайте их своим детям, начиная с зачатия. Это позволит им лучше понять мир, в котором они родятся и будут расти. И берегите своего мужа, семья – это самое главное, что у нас есть.

– Спасибо, эннара, – чуть дрогнувшим голосом ответила Князева.

Из уст Соланы, конечно, заявление о семье звучало интересно. Учитывая, что первое, что мы услышали от эльфийки, когда она убедилась, что её сын мёртв, это «Свободна!». Однако спорить с утверждением, что семья – главная ценность, я не собирался. Сам так же считаю.

Церемония закончилась, и гостей пригласили в дом. Я выбрал этот момент, чтобы подхватить супругу на руки и под понимающими улыбками гостей унести её в наши покои. Официально-то переодеться после венчания, но мало кто купился на этот повод. Впрочем, зря, ничего моей жене в этом плане не угрожало.

Во всяком случае, пока что.

– Вот и всё, Котёнок, – произнёс я, ставя девушку на ноги уже в нашей спальне. – Теперь ты замужняя женщина.

– Всё ещё девушка, – покраснев, отвела взгляд она.

– Предлагаю отложить этот вопрос до наступления ночи, – улыбнулся в ответ я. – Твоё платье уже готово, служанки помогут переодеться. Я же спущусь вниз и буду развлекать гостей. Если ты, конечно, не возражаешь…

Котёнок подняла на меня лукавый взгляд. В её чёрных глазах заплясали бесенята.

– А может быть, не спешить со служанками? – едва уловимым шёпотом выдохнула она, прежде чем коснуться моих губ своими.

– Я и так держусь из последних сил, Котёнок, – ответил я между поцелуями. – Но я ведь тоже не железный. И могу сорваться…

– Сначала тебе придётся сорвать с меня это платье, – решительно заявила она.

Я подхватил её под бёдра и, сделав пару шагов, усадил на туалетный столик. Вскрикнувшая от неожиданности баронесса на миг оторвалась от меня, а затем решительно схватила за лацканы пиджака и потянула на себя. Какие-то баночки полетели на пол, зеркало задрожало от удара, когда я дотянулся до шнуровки платья на спине девушки.

Котёнок дёрнула за удерживающий фату ободок, высвобождая волосы. И они волной окутали её плечи. Я вновь подхватил жену на руки и переместил на кровать, оставив платье скомканным куском ткани тосковать у туалетного столика.

К гостям мы спустились только через час. И оба ничуть не жалели.

Глава 10

Заказанное у эннара Гормара оборудование прибыло вовремя – получилось так, что придворный чародей Аккара приурочил посылку к моей свадьбе. Это, разумеется, не позволило отказаться от денег, которые он за него получил. Однако я был не против отдать за готовую лабораторию каких-то пятнадцать тысяч лунариев.

Так что, распрощавшись с гостями, я окопался в подвале. Это время моя супруга потратила с толком. Занимаясь хозяйством наших баронств, Екатерина Фёдоровна оставила в Утопье свою дружину, а управляющим поставила брата. Учитывая, что ей достались куда более благополучные земли, баронесса закатала рукава и взялась наводить порядок в Лесном.

Я в это не вмешивался, всё равно ничего не понимаю в том, какую брюкву на каком склоне высаживать, а в каком подвале выращивать грибы. А вот Котёнок имела прекрасное образование в этой области – как и любая дворянка, она с детства училась вести дом. Хагас не жаловался, значит, всё нормально.

– Бинго!

Я поднял на щипцах склянку с красноватой жидкостью. Внутри плавали редкие искры – остаточный эффект после энделиона. Через пару часов последние крошки магического камня растворятся окончательно. Однако вложенный эффект останется на весь срок годности зелья.

Смахнув окно дополненной реальности, я выбрал в списке контактов Тимура.

– Слушаю, ваша милость, – отозвался воевода.

– Вот и всё, Тимур, – объявил я. – Исцеляющее зелье готово. Но мне нужен доброволец.

– Этого у нас в избытке, Ярослав Владиславович, сейчас пришлю.

Учитывая, что дружина постоянно тренировалась, наличие мелких травм было практически гарантированно. Кто-то ногу подвернёт, кто-то занозу загонит. Вывихи и ушибы вообще считать не имеет смысла – Тимур со своих подчинённых не слезал, поддерживая форму и постоянно внося какие-то корректировки в тренировки.

Бойцы отрабатывали не только модели противостояния с людьми, но и учились применять тактики против чародеев. Эльфийский мир никого не обманывал своей красотой – все понимали, что первый конфликт не за горами. И если случится так, что дружинник остался без оружия и доспеха, ему придётся выживать своими силами. Для того и изучались заклинания, их эффекты, методы противодействия.

В изучении эльфийской магии серьёзно помогали записи эннара Гормара, которые тот вручил в довесок к лабораторному оборудованию. Конечно, в книгах магической академии старой эльфийской империи не имелось всех заклинаний, однако и этого было достаточно, чтобы знать, на что способно большинство местных чародеев.

Ведь большинство разумных не станет корпеть над книгами, выискивая уникальные знания. Это просто избыточно, так как требуется не только совершенствоваться в колдовстве, но и развиваться в социальном плане. Грубо говоря, заклинаний, которые нам неизвестны, может быть много, а вот тех эльфов, которые их знают – примерно как учёных на Земле. Кажется, что их много, а если сравнить с человечеством, то просто капля в море.

Дверь в лабораторию открылась, впуская дружинника.

– Ваша милость, вот, – он продемонстрировал мне кисть, которую удерживал второй рукой.

Кожа оказалась содранной до костей. Кровь уже остановили, на руке остались следы бинтов – рану уже лечили обычными методами.

– Жёстко же тебя, Сергей, – хмыкнул я, подходя ближе. – Так, садись на стул, будешь пить зелье, и посмотрим на эффект. Рана как раз не самая лёгкая, должно быть наглядно понятно, насколько хорошо у меня получилось.

Дружинник кивнул и тут же опустился на сидение. Руку он положил на пустую столешницу. А я протянул ему пробирку и запустил диагностические чары. Зелёные магические круги вспыхнули вокруг Сергея, и я жестом показал, что можно приступать.

Боец залпом осушил содержимое ёмкости и чуточку скривился – на вкус, конечно, не очень приятно, но тут, увы, с дюшесом не смешаешь.

Эффект начал проявляться практически в ту же секунду. Внутри Сергея заработала магия, и я с помощью диагностики уловил момент, когда пришли в действие исцеляющие чары. Вложенной концентрации энделиона хватило, чтобы полностью исправить не только руку дружинника.

– Ого! – выдохнул он.

Мясо и кожа уже появились на месте травмы. Исчезли мелкие оспины от осколков, усеивавших часть предплечья. Кожа выглядела так, как и должна была выглядеть у совершенно здорового человека.

Я кивнул, прежде чем развеять свои заклинания.

– Ваша милость, всё получилось, – сообщил мне пациент. – У меня даже обломанный зуб исправился… Это что же, получается, так можно любые травмы вылечить?

Я улыбнулся и покачал головой.

– Увы, но всё не так уж и радужно, как может показаться, – ответил я. – Зелье исцелит раны, может чуть-чуть поправить кости. Однако потерянную конечность не вернёт. Смертельные травмы – тоже так не залечить. Но дать время для того, чтобы дожить до квалифицированной помощи – вполне.

Сергей кивнул и поднялся со стула.

– Всё равно, Ярослав Владиславович, – сказал дружинник, – это огромный прорыв! Только подумайте о том, сколько раненых вы можете спасти, выпустив это зелье в Российскую Империю! И ведь речь не только про военных, бытовые травмы куда опаснее. Бойцы всё-таки и подготовлены лучше, и сами себе помощь могут оказать, а вот гражданские…

Мне понравилось, что он не стал одёргивать себя, вспоминая о том, что портал закрыт. Я постоянно напоминал о том, что наши учёные справятся и восстановят сообщение с Землёй, и теперь это возымело эффект. Никто из моего ближайшего окружения не сомневался – дорогу домой проложат в скором времени.

– Именно для того зелье и создавалось, – подтвердил я. – Но на этом всё. Если возникнут какие-то побочные эффекты, тут же докладывай. Всё-таки средство не испытано на людях, и ты первый, кто им воспользовался.

Сергей с серьёзным видом склонил голову.

– Будет исполнено, ваша милость.

Он покинул лабораторию, а я принялся заполнять лабораторный журнал. Новая веха для Российской Империи открывалась с этим зельем, но вся ирония в том, что передать его домой я не могу. А ведь скоро три месяца, как портал закрылся.

За работой я провёл ещё пару часов. Требовалось не только заполнить записи, но и запустить процесс приготовления новых порций. Лаборатория позволяла варить до десяти литров зелья на полной автоматизации – за счёт энделиона можно многое себе позволить. А благодаря Солане Кирит мой запас после свадьбы пополнился ещё больше.

Одна порция лечебного зелья – пятьдесят миллилитров. Так что за одни сутки работы я не только перекрывал все возможные потребности своего баронства, но и мог вполне неплохо заработать. Другим баронам ведь тоже нужны жидкие исцеляющие чары.

Продавать его эльфам я не собирался, однако кто-нибудь из наших аристократов обязательно толкнёт ушастым мою разработку. А значит, надеяться на сохранение тайны бесполезно. Впрочем, главным покупателем всё равно станет форпост.

Армейские контракты всегда были самыми выгодными.

Закончив с работой, я поднялся в особняк и едва не столкнулся с быстро идущей по коридору Алёной. Будущая мать тут же ойкнула, отступая в сторону.

– Простите, ваша милость, не заметила вас, – проговорила бывшая секретарь посольства.

– Всё в порядке? – спросил я. – У вас напуганный вид.

– Нет-нет, просто не очень хорошо себя чувствую, – быстро покачала головой она. – Простите, ваша милость, но мне очень нужно идти.

Я кивнул и сделал шаг в сторону, пропуская беременную девушку. Алёна тут же унеслась дальше по своим делам, а я направился в столовую. После долгого трудового дня организм вспомнил, что пора ужинать.

Так-то Котёнок отправляла мне слугу с едой прямо в лабораторию, чтобы я не пропускал приём пищи. В том, что я на это способен, моя очаровательная супруга уже убедилась в первые три дня, когда я забыл не то что пообедать, а даже на ужин не явился.

– Дорогая, вот и я, – распахивая двери, объявил я.

Екатерина Фёдоровна Князева тут же довольно улыбнулась, отрываясь от окна, возле которого стояла. Гости все разъехались, так что теперь мы могли себе позволить вести обычный образ жизни, оставив аристократические манеры. И мне нравилось, что в такой домашней обстановке моя супруга может расслабиться.

– Ты даже успел к началу, – подходя ко мне и закидывая руки мне на плечи, с улыбкой произнесла она. – Спасибо.

Поцеловав жену, я погладил её по спине, и мои руки спустились ниже. Баронесса тут же фыркнула и дала мне по ладоням.

– Ну не здесь же! – покраснев, возмущённым тоном заявила она.

– Да я просто приласкаться, – с самым невинным видом возразил я.

– Знаю я ваше приласкаться, Ярослав Владиславович, – сделав максимально строгое лицо, Екатерина прошла к столу. – Мне потом душ понадобится, а еда вся остынет, и её придётся греть. А я этого не люблю.

Улыбнувшись, я придвинул ей стул, и сам опустился на своё место.

Эльфийская кухня, которую готовил нанятый в деревне повар, была достаточно лёгкой, и при этом сытной. Хотя, конечно, требовалось немного привыкнуть к незнакомым блюдам, но в целом ничего нового для меня здесь не имелось. Запасы продовольствия с Земли мы тоже подъедали – их для того и привезли с собой, в конце концов. Однако устраивать подобные дни местной пищи было полезно для разнообразия и помогало научиться понимать аэлендорскую кухню. Нам здесь жить, следует знать, что ешь.

– Брат написал сегодня, – сообщила супруга, когда мы перешли к десерту.

Зелёное желе с прожилками, похожими на дуб едкого коричневого оттенка. На вкус оказалось очень ничего, сочетание освежающей мяты с карамельными нотками.

– И какие новости у Александра, Котёнок? – спросил я, отделяя вилкой новый кусочек.

– К нему приехал барон Росток, – сделав глоток чая, ответила она. – Сказал, что наши бароны согласны, чтобы ты возглавил русских аристократов в Аэлендоре. Они ещё на нашей свадьбе начали обсуждать эту идею. А теперь готовы принять твоё старшинство.

Я кивнул, пережёвывая угощение.

Новость была приятной, но ожидаемой. После такой расправы над Брылёвым и объединением через брак с Булатовыми у остальных баронов остался не такой уж большой выбор. Комендант бы, конечно, с радостью прибрал к рукам ещё несколько освободившихся баронств, но давать военным чересчур усиливаться тоже не совсем правильно.

Привязанные к земле, они сильно снизят свой боевой потенциал. Сейчас они на службе в командировке, но как только окажутся дома, начнётся разброд и шатание. Пока что баронство Скальное стало перевалочной базой для товаров и бойцов, которые регулярно меняют места дислокации. Но наличие собственной земли будет отвлекать командующих от управления армией, и они будут отдавать предпочтение управлению баронствами. И то, и то станет получаться плохо.

– Интересное предложение, – совершенно равнодушно произнёс я. – Что конкретно они хотят в качестве платы за такую щедрость, Росток озвучил?

Котёнок чуть наморщила носик, демонстрируя отношение к моему напускному безразличию.

– Корона графа, Ярослав, но ты не лезешь в их дела, – сообщила супруга. – За тобой право говорить от их имени и судить. Естественно, вводить новые законы и налоги ты не вправе.

Я улыбнулся и кивнул.

– Уже неплохо, – помешивая сахар в чае, сказал я. – Хотя, конечно, маловат титул. Граф Аэлендорский звучит красиво, но мы и так с тобой графская семья, под нами два баронства, – напомнил я. – Было бы неплохо стать герцогом. Ну или князем Аэлендорским.

– Князь Князев? – с улыбкой на губах уточнила Котёнок.

– Зато представь, как звучит: княгиня Екатерина Фёдоровна, – изображая мажордома, с пафосом произнёс я. – Правда, тогда нам точно потребуется трое детей.

На этот раз разговор о детях уже не вызвал такой бурной реакции, как раньше. Котёнок после первой брачной ночи немного успокоилась в этом плане, хотя, глядя на гостившую у нас любовницу Смирнова, чуть побаивалась становиться матерью.

Но это, полагаю, до тех пор, пока Алёна не родит. Семён Тихонович после моей свадьбы поспешил отбыть обратно в Ланндрасс и вряд ли вернётся, чтобы забрать ребёнка в своё баронство. Так что какое-то время баронессе Утопья придётся проводить время рядом с младенцем. А их наличие рядом у женщин вызывает тягу завести себе такого же.

– Давай начнём хотя бы с одного, – осторожно предложила моя жена. – А то кто знает, может быть, я за первый же подход всю программу выполню.

Я хмыкнул в ответ, откладывая приборы.

– В таком случае мне не остаётся ничего иного, кроме как согласиться на предложение наших баронов, – озвучил своё решение я. – Передай брату, пусть скажет Ростку, что я приму корону графа.

Если эта история с единоначалием в Аэлендоре закончится мирно, будет просто прекрасно. В конце концов, мы все здесь отобраны его императорским величеством, и каждый из новоявленных аристократов понимает, что, когда портал откроется, отвечать за все прегрешения придётся перед государем.

А император может не только даровать титул, но и лишать его. Тем более, имея на руках доказательства попытки измены, какое у меня завелось после схватки с Брылёвым.

– Я передам, – кивнула Котёнок, прежде чем подняться из-за стола. – Ты опять в лабораторию или пойдёшь со мной?

Я вытер лицо салфеткой и тоже встал.

– Ну раз уж у нас утверждён план на расширение семьи Князевых, – заговорил я, глядя на свою жену и подходя к ней, – нужно ему следовать. Прошу, Котёнок.

Подхватив её на руки, я заставил Князеву взвизгнуть. Обхватив мою шею руками, жена с улыбкой принялась целовать меня. Так мы и добрались до спальни, и лишь перед самым сном я сказал то, что собирался сообщить ещё за ужином.

– Я сделал исцеляющее зелье.

Котёнок уже сидела перед зеркалом и расчёсывала свои чёрные волосы. Услышав мои слова, она взглянула на меня в отражение и улыбнулась.

– Поздравляю, Яр! – радостно воскликнула она и тут же уточнила: – Значит, ты больше не будешь пропадать в лаборатории?

– Какое-то время, – подтвердил я. – Так что займусь делами своего баронства. Да и графская корона ведь не просто так даётся, наверняка найдётся сто и одна причина, почему мне нужно разбираться в проблемах наших людей в Аэлендоре. Впрочем, раз я выбрался из лаборатории, ты можешь заняться своими разработками.

Котёнок кивнула и положила расчёску на столик. Поднявшись на ноги, она сбросила с себя пеньюар. Полупрозрачная ткань рухнула на пол, а баронесса и будущая графиня мягким кошачьим шагом двинулась ко мне.

– Нам нужно отпраздновать твой успех, мой дорогой муж, – забравшись на постель, прошептала мне на ухо Котёнок. – Что скажешь?

Я молча улыбнулся и жестом погасил свет в спальне.