Текст книги "Сила и надежда вампиров (СИ)"
Автор книги: Влада Крапицкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
Я слушал её и, смотря ей в глаза, не мог понять, что сейчас происходит в моей душе – это были какие новый ощущения. "Или старые и давно забытые?". Её ладошка приятно согревала мою руку, а голос мягко и нежно проникал в самое сердце. Так со мной никто ещё не разговаривал. Женщины или сразу начинали флиртовать со мной, говоря тоном искусительницы, или говорили вызывающе, пытаясь набить себе цену. Таша же говорила спокойно, с понимаем, и без осуждения, а скорее с лёгкой грустью, как будто жалея меня.
– Ну зачем тебе это нужно, – тем временем продолжала она. – Через месяц ты и не вспомнишь, как меня звали. Я такая же, как все девушки. Ничего нового и интересного ты во мне найдёшь.
– Таша, ты не такая как все, – прошептал я, и сердце пропустило удар. Сейчас больше всего я хотел её поцеловать и прижать к себе. Протянув руку, я провёл пальцем по её щеке, и стал наклоняться, но она тут же сделала шаг назад.
– Глеб, не надо, – устало сказала она. – Продолжения не будет, пойми это наконец. Давай займёмся выбором цвета, – и, открыв папку, стала листать её.
Сердце после её слов как-то неприятно сжалось, и я от удивления нахмурился. "Это что за дела? Наваждение какое-то. Надо собраться и придерживаться плана" – встряхнув головой, я полез в карман и достал футляр с подарком. Подойдя к Таше, я положил его на папку и произнёс:
– Таша, чтобы доказать тебе серьёзность моих намерений, и чтобы поблагодарить за прекрасную ночь, хочу подарить тебе вот это. Открой, пожалуйста.
Когда я сказал про ночь, она дёрнулась и, сжав зубы, сначала посмотрела на футляр, а потом бросила злой взгляд на меня. От этого взгляда я растерялся. "А где улыбка?".
– Я думаю, эти изумруды подойдут к цвету твоих глаз. Хотя они и не так красивы, – неуклюже закончил я, потому что вместо радости, Таша, похоже, испытывала уже ярость.
Она взяла футляр и, открыв его, посмотрела на серьги, а потом снова на меня.
– Красивые! А я дорогая шлюха, оказывается, – саркастично бросила она, и закрыла футляр. – Спасибо, но я так сказать альтруистка и занималась этим безвозмездно.
– Таша, что ты несёшь! – было такое ощущение, что меня с размаху ударили по лицу. – Это подарок от чистого сердца…
– Ага, за проведённую с вами ночь! Глеб Юрьевич, ну что вы, не стоило так тратиться! – она вложила футляр в мою руку и пошла к двери.
– Таша, постой! – я схватил её за руку. – Ты неправильно всё поняла! Нам обоим было хорошо, и я хочу, чтобы ты запомнила нашу первую ночь.
– Не волнуйтесь, я и без ваших подарков буду её помнить всю жизнь! – выдернув руку, она выскочила из кухни.
Я смотрел ей в след, ничего не понимая. "Она что ненормальная? И почему сразу шлюха?". Сделал подарочек, называется! Она теперь будет шарахаться от меня, как от прокажённого. Ей что никогда подарки не дарили? Или подарок недостаточно дорогой? Может, надо было сразу браслет дарить? Бред какой-то! И почему с ней всё так тяжело? Это что, фамильная черта характера – доставать меня? У неё с Негиной разница в возрасте более трёхсот лет, а характер у них один в один.
– Эээ, – в кухне появилась женщина в рабочем комбинезоне. – Таша срочно уехала, и попросила меня помощь вам определиться с цветом.
– Я уже определился, – меня охватила злость на Ташу. – Вот этот! – я вырвал первый попавшийся лист с образцом цвета и, протянув его женщине, пошёл к выходу.
Выйдя во двор, я сел в машину и утопил педаль газа в пол. "Неуравновешенная истеричка! Ты у меня ещё поплатишься за каждую секунду моих мучений с тобой!".
– Ну что? Наша птичка растаяла от подарка? – спросил Ридах, как только я открыл дверь в квартиру.
– Нет! – зло сказал я, снимая верхнюю одежду.
– Ей не понравились серьги? – удивлённо спросил он.
– Почему же – понравились! Она оценила их по достоинству! Сначала назвала себя дорогой шлюхой, а потом сказала, что не стоило так тратиться.
– Дааа? – Ридах улыбнулся.
– Что ты скалишься? – меня охватила ещё большая злость.
– Вайго, ну ты же сам всегда подбирал подарки своим любовницам исходя из того, насколько они тебя удовлетворили, а Таша просто сразу назвала всё своими именами. Мне вот теперь интересно – она считает себя шлюхой достойной более дорого подарка, или понимает, что не заслужила и этот? Скорее всего – первое, потому что в приличных шлюх я не…
Но договорить Ридаху я не дал. Когда он начал так цинично говорить про Ташу, во мне поднялась волна ярости. В долю секунды я оказался рядом с ним и, схватив его за шею, процедил сквозь зубы:
– Ещё раз назовёшь её шлюхой, или оскорбительно выразишься в её адрес, я тебе язык вырву. Понял?
Он испуганно посмотрел на меня и закивал головой. Убрав руки с его шеи, я вошёл в зал и, закрыв за собой дверь, сел в кресло.
"Что вообще со мной происходит?" – удивленно подумал я. Надо успокоиться и холодно, без эмоций, разобраться во всём этом. Называю Ташу неуравновешенной истеричкой, а сам уже веду себя не лучше. "Неуравновешенный неврастеник!". Это точно! Я улыбнулся своей собственной характеристике.
Что же твориться? Я злился на Ташу и готов был её убить, но как только Ридах назвал её шлюхой, тут же бросился на её защиту, и готов был убить уже его? И что это за чувство было там, в квартире, когда Таша спокойно объясняла мне, что она такая же, как все и я через месяц забуду её имя? И почему, когда она так выразилась в свой адрес, я испытал неприятное чувство, хотя она оскорбила себя, а не меня?
Я закрыл глаза. "Ведь Ридах прав. Все подарки своим любовницам я всегда рассматривал, как плату на проведённую ночь. Почему же сейчас меня взбесили слова Таши? Ведь именно так, я и сам, в глубине души, называл всех женщин".
На следующий день, ровно в десять часов утра я набрал номер Таши, но безликий женский голос сказал, что абонент вне зоны доступа и попросил оставить сообщение. Не успел я положить телефон на столик, как он зазвонил. Номер был незнакомым.
– Алло?
– Доброе утро! – из трубки раздался приветливый женский голос. – Глеб Юрьевич?
– Да.
– Меня зовут Нина. Таша заболела, и вашей квартирой буду заниматься я.
– Да неужели? – саркастично спросил я. Ну, конечно, эта симулянтка уже себе и болезнь, наверное, придумала смертельную. Но так просто от меня она не отделается.
– Да, к сожалению, – но девичий голос звенел от радости. – Она сможет выйти на работу не раньше, чем через две недели. Таша ввела меня в курс дела и сказала, что вы каждый вечер лично приезжаете и контролируете, как идёт ремонт, и что вчера вы должны были выбрать цвет для стен гостиной. Вы уже выбрали или хотите со мной обсудить нюансы?
– Глубокоуважаемая Нина, я подожду, пока Таша выздоровеет, а потом уже буду обсуждать с ней все нюансы, – и отключил телефон.
Если сначала я разозлился, услышав о болезни, то сейчас меня начал разбирать смех. "Как банально! Неужели не смогла придумать, что-то поинтересней, чем болезнь? Зря, малышка, ты это затеяла".
– Ридах? – позвал я.
– Да? – он появился в моей комнате.
– К пяти часам вечера найди мне самого лучшего врача в этом городе, огромную корзину фруктов, и шикарный букет.
– Врача? А кто заболел?
– Таша! У людей, по-моему, это называется воспаление хитрости. Но я это воспаление быстро вылечу.
– Хорошо, – он улыбнулся и вышел из комнаты.
В начале шестого я, вместе с врачом уже подъехали к дому Таши.
– Я хочу, чтобы вы провели всесторонний осмотр и дали мне правдивое заключение. Эта девушка очень дорога мне, поэтому я хочу быть уверен, что её болезнь не опасна, – произнёс я, когда мы подошли к лифту.
– Да-да, конечно, – доктор в очередной раз посмотрел на меня, а потом на букет цветов и корзину с фруктами в моих руках. – Судя по всему, она вам очень дорога, – произнёс он, делая ударение на двух последних словах. – Но может, вы для начала объясните, чем именно она больна?
– Доктор, вы здесь как раз для того и нужны, чтобы ответить на этот вопрос.
Выйдя из лифта, мы подошли к квартире, и я нажал на звонок. Через тридцать секунд из-за двери раздался шорох, а потом наступила тишина. Я позвонил ещё раз, а спустя минуту ещё один раз.
– Наверное, нашей больной нет дома, – сказал врач.
"Как же нет! Увидела меня в дверной глазок и затаилась! Ох, Таша, зря!".
– Нет, доктор, она должна быть дома! – громко ответил я. – Боюсь, что-то случилось! Надо вызывать службу спасения, выламывать дверь и вызывать скорую помощь! Таша дома и мы должны прийти ей на помощь! – я достал телефон и, набрав номер Ридаха, взволнованно произнёс. – Служба спасения! У нас больная девушка закрылась в квартире, и не открывает дверь. Возможно она в критическом состоянии. Вышлите пожалуйста….
Дверь распахнулась и на пороге появилась Таша. Она зло посмотрела на меня, и я чуть не рассмеялся.
– Боже, милочка, да вас сейчас удар хватит! – произнёс врач, глядя на багровый цвет её лица. – Вам надо срочно лечь! – и заботливо взяв Ташу под локоть, повёл вглубь квартиры.
Пройдя следом за ними, я прикрыл дверь, и стал осматриваться. Увидев дверь справа, я заглянул туда – это был зал. Мебели было немного, но всё было подобрано со вкусом, и вся атмосфера дышала уютом.
– У вас, наверное, сильно повышено давление, – до меня донёсся голос доктора из другой комнаты. – Сейчас мы его померяем, а потом сделаем вам укол.
– Спасибо, не надо, – твёрдо ответила Таша. – Моё давление придёт в норму, как только вы покинете квартиру.
– У вас нездоровый цвет лица, и с такими вещами лучше не шутить!
– Глеб Юрьевич! Будьте так добры, объясните доктору, почему у меня такой цвет лица! – громко произнесла Таша.
Спрятав улыбку, я прошёл в спальню и грустно спросил:
– Неужели это из-за меня?
Она больше минуты сверлили меня своим взглядом, а затем посмотрела на врача и сдержанно сказала:
– Вы много берёте за визит?
– Таша, не волнуйся, я за всё заплачу, – произнёс я за доктора.
– Конечно, ты за всё у меня заплатишь! – угрожающе сказала она, и снова обратилась к врачу. – Со мной всё хорошо. Вызов был ложным, поэтому вы имеете право выставить двойной счёт, но я настоятельно рекомендую вам потребовать тройную оплату!
– Вы уверены, что хорошо себя чувствуете? – растерянно пробормотал врач глядя то на меня, то на Ташу.
– Да! – воскликнула она.
Посмотрев на неё, я понял, что пора прекращать эти шутки, иначе её действительно хватит удар.
– Извините, доктор, но, похоже, это ложный вызов, – произнёс я. – Давайте я вас провожу, – и кивнул в сторону входной двери.
– Ну что ж, тогда я, пожалуй, пойду, – он поднялся. – Но я рекомендую всё же следить за своим давлением, – сказал он Таше.
– Обязательно! – она улыбнулась врачу, и перевела взгляд на меня. – Глеб Юрьевич, просто захлопните за собой дверь.
Я хмыкнул и вышел в коридор. Рассчитавшись с врачом, и закрыв за ним дверь, я вернулся в спальню. Таша стояла у окна и, не поворачиваясь, безжизненным голосом произнесла:
– Итак, теперь ты решил поиздеваться надо мной?
– Нет, – серьёзно ответил я. – Я за тебя волновался.
– Не стоило. И оставь меня, наконец, в покое. Я тебе вчера всё объяснила.
– Не могу.
– Ладно, – спустя минуту произнесла она и, развернувшись, развязала пояс халата и сбросила его, оставшись в одном нижнем белье. – Не успел наиграться? Пожалуйста, я даю тебе полную свободу действий.
Я смотрел на Ташу и во мне боролись два желания. Часть меня желала прямо сейчас уложить её в постель и любить всю ночь напролёт, а вторая часть настоятельно требовала этого не делать, чтобы не потерять её.
Подойдя к ней, я приподнял её подбородок, и легонько поцеловал в губы, а потом прижал к себе и прошептал ей на ухо:
– Малышка, пока ты не отдашь мне своё сердце и душу, я не возьму твоё тело.
Внутри стало разливаться тепло и мне показалось, что я готов вот так вечно держать её в своих объятьях. Я закрыл глаза, наслаждаясь ощущениями, а рукой непроизвольно стал гладить её по голой спине. "Лучше уйти, иначе меня надолго не хватит, и я склонюсь к первому варианту!".
Отстранившись, я позволил себе ещё один поцелуй, а потом отошёл от неё.
– Отдыхай, не буду тебе мешать. Буду ждать твоего звонка, – и быстро вышел из квартиры.
Только сев в машину, я громко выдохнул. Сердце учащённо билось в груди, и я с удивлением прислушивался к этому стуку. "А Таша мне определённо нравиться чуть больше, чем остальные женщины! И если я правильно разыграю всё, то месть доставит мне не только моральное и физическое удовлетворение!". Заведя машину, я выехал на дорогу.
В следующие два дня звонка от Таши так и не раздалось, и меня стали мучить сомнения. "А может, стоило заняться с ней сексом? Это мощное оружие и стоило использовать его?". Но всё же я был уверен, что поступил правильно, дав ей возможность всё спокойно обдумать.
К вечеру третьего дня меня стало охватывать нетерпение, и я решил съездить к ней домой. Припарковавшись во дворе, я опять задумался: "А правильно ли я поступаю? Может дать её ещё пару дней? И, скажем, подождать до понедельника?". Я откинулся на спинку сиденья. "До понедельника ещё два дня, а это долго".
Почти пять минут я приводил себе аргументы в пользу того или иного поступка. Как только я решал, что надо действовать сейчас, тут же меня что-то останавливало, но и заставить себя уехать, я почему-то не мог.
Дверь подъезда открылась и оттуда вышла девушка. Я лениво стал её рассматривать. "Да это же Катя, подруга Таши!". Открыв дверь автомобиля, я вышел и догнал её.
– Катя! Добрый вечер!
– Глеб? – она удивлённо посмотрела на меня, а потом широко улыбнулась.
– Была в гостях у Таши?
– Не совсем. Я была здесь неподалёку и решила зайти к ней, но её нет дома, – Катя бросила хитрый взгляд на меня. – Я позвонила ей – она поехала к Свете. Хочешь дам адрес?
"Вот он мой шанс начать обрабатывать её подруг! И Катя самый лучший из вариантов!".
– Чуть позже, – ответил я, улыбаясь ей в ответ. – У нас с Ташей возникли некоторые трения.
– Естественно! – она невесело усмехнулась.
– Что это значит? – я непонимающе посмотрел на неё. – А знаешь, здесь разговаривать не совсем удобно. Может, посидим в каком-нибудь кафе за чашечкой кофе?
– С удовольствием!
Усадив Катю в машину, я произнёс:
– Командуй куда ехать!
Через двадцать минут мы уже сидели в баре и, подождав пока принесут наш заказ, я пошёл в наступление:
– Так почему же ты сказала, что это естественно, что у меня с Ташей возникли проблемы?
– У неё есть некоторые предрассудки, и есть люди, от которых она старается держаться подальше. И ты входишь в категорию этих людей.
– А что со мной не так? – спросил я.
– С тобой всё так. Просто Таша не переносит очень красивых и богатых мужчин с некоторых пор.
– Почему? – заинтересованно спросил я.
Она стала не спеша помешивать кофе, и бросать задумчивые взгляды на меня. И чем дольше она меня рассматривала, тем большее нетерпение я испытывал.
– Катя, – я проникновенно посмотрел ей в глаза. – Таша мне очень нравиться, и даже больше, поэтому мне очень важно понять, почему она так упорно сопротивляется и избегает меня.
– Хорошо, я расскажу, но дай слово, что она не узнает о нашем разговоре, потому что это запретная тема. То есть она не совсем запретная, иногда она и сама шутит по этому поводу и спокойно относиться к упоминаниям его имени, но всё же…
– Я клянусь, что буду молчать!
– В общем, история давняя. Таше тогда было восемнадцать, и она училась на втором курсе. В этом же институте, только на пятом курсе учился один парень, его звали Костя. Парень был не только красив, но и богат, и естественно, большая часть девушек сохла по нему…
– И Таша тоже, – внутри что-то неприятно отозвалось.
– Нет. Она просто не обращала на него внимания, сосредоточившись на учёбе. Она вообще ни с кем не встречалась. А так как она девушка симпатичная, это начало вызывать недоумение, а потом кто-то пустил слух, что у неё нетрадиционная ориентация. Но Таша никогда и не пыталась опровергнуть слухи, а наоборот прикрывалось этим как щитом. Ну и Костя заинтересовался ею. Вернее, как потом оказалось, он заинтересовался не совсем ею, а поспорил со своими друзьями, что быстро уложит её в свою постель и вернёт её в ряды нормальных девушек. Он приложил массу усилий – красиво ухаживал за ней, дарил ей подарки, водил в клубы и рестораны и, в конце концов, Таша влюбилась в него по уши, и просто светилась от счастья. А когда учебный год закончился, он бросил её без всякого сожаления, – Катя нахмурилась. – И ладно бы, если бы он просто бросил её! Он поступил мерзко – в честь окончания института он организовал вечеринку и там, напившись, при всех объяснил Таше, что встречался с ней на спор, и что она ему уже надоела. Он унизил её прилюдно, и такого ей наговорил! – она замолчала, и стала невидящим взглядом смотреть в стену, а я почувствовал, что внутри меня разгорается жажда крови этого подонка. – В общем, Таша почти полгода не улыбалась, и мы с девчонками стали побаиваться, что она и руки на себя может наложить. Ведь Костя был первым мужчиной у нее, и она его сильно любила, а тут такое…Но она молодец, всё выдержала, и даже не перевелась в другой институт, хотя мы ей и советовали это сделать. Три года она ходила с гордо поднятой головой и отвечала презрительным взглядом на все насмешки. И хотя, она никогда об этом не говорит и не показывает, какую боль она тогда испытывала, иногда в её словах проскакивают фразочки, которые ей в лицо, прилюдно, бросал это гад.
– И какие именно фразы? – тихо спросил я, хотя уже понял, что имеет в виду Катя.
– Разные, – она поморщилась. – В тот вечер, например, когда мы встретились с тобой в клубе, она назвала себя портовой шлюхой. А иногда она называет себя дешёвой сучкой, потому что этот гад именно так выразился в её адрес, когда говорил, что в постели она никакая, поэтому он и дарил ей только дешёвые подарки. – Катя замолчала, и стала водить пальцем по столу.
– Таша после этого ни с кем не встречалась? – спустя некоторое время спросил я.
– Встречалась с одним парнем, почти два года, но у них как-то не сложилось, и они расстались семь месяцев назад. Ей, по-моему, вообще теперь сложно кому-то довериться. А уж таких как ты – богатых и красивых, она обходит стороной, и если честно, мы сильно удивились, когда она уехала с тобой. На неё это не похоже, хотя если учесть количество выпитого…
– Она во мне видит Костю, – я не спросил, а просто констатировал факт.
– Скорее всего. И у меня к тебе огромная просьба – если ты просто собираешься развлечься, то выбери себе другую девушку. Таша хороший и добрый человек, и заслуживает настоящей любви, а не мимолётной связи. А если ты испытываешь к ней серьёзные чувства, то наберись терпения.
– Хорошо, – я кивнул.
У неё зазвонил телефон и она, ответив на вызов, произнесла в трубку:
– Хорошо, буду через двадцать минут, – а затем посмотрела на меня. – Глеб, ты извини, мне надо бежать.
– Да-да, – задумчиво ответил я. – До встречи, и спасибо, что рассказала мне это.
Спустя пять минут я рассчитался по счёту и, выйдя из бара сел в машину. На душе скребли кошки, и я слегка растерялся. Мне предстояло сделать сложный выбор. На одной чаше весов лежала моя жажда мести, а на другой чаше – непонятные чувства к Таше. Это было что-то среднее между жалостью к ней, желанием защитить её и наказать того выродка, который с ней так поступил.
Приехав домой, я сразу прошёл в спальню и сев в кресло, задумался. "Как же мне теперь поступить? Мстить Негине или оставить в покое Ташу, и дать ей возможность спокойно жить?".
Таша.
Лежа в кровати, я ворочалась с бока на бок и не могла решить, что же мне делать. «Идти завтра на работу или нет?». У меня есть ещё неделя больничного, вот только сдаётся мне, что Глеб и через неделю не оставит меня в покое. «Ну что ему надо? Нашёл бы себе какую-нибудь силиконовую куклу и занимался ею!». Так нет же, ему припёрло поиздеваться надо мной.
Ну откуда в мужчинах это дурацкое желание получить то, что им даже не нужно? "Душу ему мою подавай и сердце!" – меня до сих пор пробирала дрожь от этих слов. "Господи, как будто я заключаю сделку с Дьяволом! Может мне ещё и кровью расписаться где-то?" – я перевернулась на спину и уставилась в потолок.
Если я завтра выйду на работу, то мне опять придётся встречаться с Глебом, а каждый раз, когда я на него смотрела, я чувствовала, как меня охватывает злость. Вот только злилась я не на него, а на себя, потому что не сказала в нужный момент "нет". "Боже! Ну зачем я тогда так напилась?" – я в очередной раз задала себе этот вопрос, корчась от стыда. Какая же я дура! Мало мне было один раз клюнуть на уловки красавца.
"Что же делать?". Может взять отпуск? Последние два года я работа не покладая рук и может, стоит сейчас остановиться и взять тайм-аут? А ещё лучше – съездить куда-нибудь отдохнуть! Вот только куда? Сейчас декабрь и если ехать на курорт, то надо ехать за границу, а загранпаспорта у меня нет, и пока его сделают, пройдёт минимум четыре недели. А может просто съездить в какой-нибудь санаторий, подальше от Уренгоя?
Я вздохнула. Всё это конечно очень интересно, вот только Александр Сергеевич вряд ли даст мне сейчас отпуск. Его во вторник чуть паралич не разбил, когда я позвонила и сказала, что заболела. А уже со среды он начал меня доставать звонками и спрашивать, когда же я выйду на работу, а то, видите ли, Глеб Юрьевич желает работать только со мной.
Знаю я, чего желает дражайший Глеб Юрьевич! Хотя и странный он, ведь я была согласна снова переспать с ним, а он развернулся и ушёл. "А может он действительно хочет не просто интрижки, а серьёзных отношений? – пронеслось в голове. "Да нет! Даже если сейчас он и хочет чего большего, чем просто секс, то получив это, быстро потеряет интерес. Такие холёные красавцы постоянно испытывают жажду новых впечатлений, и им всё быстро приедается" – я сморщилась.
Как же мне поступить? В принципе выбор у меня невелик. Или уволиться, а этого делать очень не хочется, или дать Глебу всё, что он хочет, но быть его очередным развлечением я тоже не хочу. Да уж, куда ни кинь, везде клин. Если бы Глеб не был так красив, или богат, или самоуверен, то чего уж скрывать, я бы хотела с ним встречаться, но… Наступать второй раз на одни и те же грабли не хочется. "Хм, не хочется, а было бы очень приятно на них наступить. То есть не ошпариться, как с Костей, а ещё раз провести с Глебом ночь. Секс с ним был просто фантастическим. А дети от него вообще были бы ангелочками". Боже! Совсем рехнулась! Какие дети? О чём я думаю? Нет, однозначно надо попробовать взять отпуск, а если не получиться, то напишу заявление об уходе. Душевное спокойствие дороже, чем работа, и тем более мимолётный секс.
"А может попытаться ещё раз с ним поговорить нормально? Объяснить ему всё и сказать, что его настойчивость приносит мне только неприятности и может сломать мою карьеру или вообще жизнь?". Если в нём есть хоть капля от нормального человека, то он оставит меня в покое. Ведь в пятницу он развернулся и ушёл, а это значит, что остатки совести у него всё же есть.
Я повернулась на бок и закрыла глаза. "Так и сделаю. Утром позвоню ему и договорюсь о встрече. А если после разговора он не оставит меня в покое, то уволюсь".
Проснувшись утром, и приняв душ, я стала мерить шагами кухню, всё время поглядывая на часы. Минутная стрелка двигалась мучительно медленно, и в начале девятого не выдержав, я набрала номер Глеба. "В конце концов, он деловой человек, и я вряд ли его разбужу. И уж тем более, мне не до бизнес этикета, ведь решается моя судьба!".
– Таша?! – после первого же гудка в трубке раздался бархатный голос.
– Глеб Юрьевич, я хотела бы сегодня с вами встретиться и серьёзно поговорить. Во сколько вам будет удобно?
– Можно прямо сейчас. Приезжай ко мне, – с теплотой в голосе произнёс он.
– А может, лучше встретимся в вашей новой квартире? – оставаться с ним наедине я точно не хотела.
– Там шумно и много рабочих.
– Тогда у вас в офисе. У вас же есть офис?
– Там тоже ремонт.
– Тогда в кафе? – предложила я, чувствуя, что от бессилия сейчас расплачусь.
– Хорошо, давай в кафе, – согласился он, сдавшись. – Через тридцать минут жду тебя в кафе "Сияние". Знаешь где оно?
– Да, – ответила я и, положив трубку, стала быстро одеваться.
"Блин, надо было одеться и подкраситься, а не метаться по кухне" – подумала я, расчёсываясь. "Ай, обойдётся! Даже краситься не буду. Лучше выглядеть пугалом для него, да и если ничего не получиться, и придётся писать заявление, я точно всю дорогу домой буду рыдать, как белуга". Набросив верхнюю одежду, я выскочила из квартиры.
Когда я приехала, Глеб уже ждал меня за столиком. Увидев меня, он поднялся и ласково улыбнулся. "Боже, только не надо мне так улыбаться!" – сердце учащённо забилось, а ноги вдруг стали ватными.
– Ты прекрасно выглядишь, – произнёс он, усадив меня на стул.
– Да? Вам явно пора заказывать очки, – нервно ответила я, не зная с чего начать.
Глеб подозвал официанта, и я сделала заказ. Когда его принесли, он с нежностью в голосе спросил:
– Итак, радость моя, о чём ты хотела поговорить?
– О нас с вами. Вернее, о наших взаимоотношениях.
– Я рад, что ты наконец-то признала сам факт наших отношений, – он протянул свою руку и положил её на мою, улыбаясь.
– Глеб Юрьевич, – я убрала свои руки со стола, – Дело не в них, а в том, какие последствия они будут иметь для вас и для меня.
– Я думаю самые приятные из всех возможных. И зови меня Глеб.
Моя уверенность с каждой минутой таяла, и я не знала, какими слова объяснить ему, что он зациклился на мне, просто из упрямства. А хуже всего было то, что он смотрел на меня влюблёнными глаза и говорил со мной ласковым тоном. Сейчас, рядом с ним, я чувствовала себя маленьким ребёнком, которому взрослый человек объясняет прописные истины, и как раз я, из детского упрямства не желаю их признавать.
Тяжело вздохнув, я произнесла:
– Глеб, я думаю, что вы всё же хороший человек, поэтому и решилась поговорить с вами откровенно. Все наши взаимоотношения сводились к той единственной ночи секса, а это скорее слабость, и моя ошибка. И та ночь – это не отношения…
– Согласен, – он перебил меня. – Но ты не даёшь мне двигаться дальше, иначе между нами давно бы уже были очень серьёзные отношения.
– Ни мне, ни вам эти отношения не нужны.
– Ты ошибаешься. Ты нужна мне, а я тебе, – спокойно ответил он.
– Всё, что мне нужно – это тихая спокойная жизнь, без потрясений и переживаний. А вы даже сейчас приносите мне неприятности, после одной единственной ночи.
– Таша, если ты перестанешь сопротивляться, то получишь жизнь полную любви и нежности, а потом вечный покой.
– Глеб, ну пожалуйста, – напряжённая обстановка последних трёх недель похоже добила меня именно сейчас, и я почувствовала, что ещё чуть-чуть и я начну плакать и умолять остановить меня в покое. – Я не хочу от вас ничего. Просто оставьте меня в покое. Если вы этого не сделаете, мне придётся уволиться с работы, а эта работа мне нравиться. Я вам не нужна, и я не вашего типа. Вам нужна красивая, эффектная девушка, которая будет подчёркивать ваш статус богатого и успешного человека.
– Малышка, мне не нужна девушка, которая будет подчёркивать мой статус. Мне нужна девушка, которая будет любить меня, и которую буду любить я.
– Такие как вы не способны любить! – у меня на глаза стали наворачиваться слёзы. – Вы слишком красивы, и прекрасно понимаете, какое впечатление производите на женщин. А понимая это, начинаете этим беззастенчиво пользоваться. Согласитесь со мной! Я не виню вас в этом, и понимаю, что мы, женщины, сами в этом виноваты. Именно мы, своей доступностью и готовностью ради таких как вы на всё, превращаем вас в бессердечных ловеласов, которым быстро всё приедается, и которые жаждут новых впечатлений. Я допускаю, что сейчас я вам нравлюсь чуть больше, чем остальные девушки, но это ненадолго.
Глеб задумчиво посмотрел на меня, а потом, с какими-то нотками боли и безысходности в голосе, произнёс:
– А ты никогда не задумывалась, почему некоторые красивые мужчины становятся ловеласами? Что эта красота – это скорее проклятие? Она приносит больше вреда, чем удовольствия. Ты права, она даёт широкий выбор партнёров, и новых впечатлений, но одновременно с этим и не даёт возможности жизнь той жизнью, которой хочется. Появляется много соблазнов, но от этого устаёшь. Хочется чего постоянного и дорого сердцу, а тебя рассматривают как объект завоевания. А самое страшное – это когда ты любишь всем сердцем и готов на всё, а тот человек, ради которого ты готов на всё, видит в тебе только красивого мужчину, и воспринимает тебя как временную игрушку для своих развлечений. А наигравшись, расстаётся с тобой без сожаления и, не задумываясь о том, что после его ухода, вместо сердца остаётся выжженная пустыня, и мужчина, чтобы хоть как-то унять эту боль, начинает обращаться с женщинами так, как однажды поступили с ним.
Я растерянно смотрела на Глеба и не знала что сказать. "Боже, у него была какая-то печальная история в жизни, и он до сих пор переживает из-за неё". Теперь мне уже хотелось плакать из жалости к нему. Вытащив свои руки из-под стола, я взяла его за руку и, вздохнув, сказала:
– Мне так жаль, что в твоей жизни такое случилось, честно. Но так тоже нельзя. Тебе одному сделали больно, а ты в ответ мстишь всем остальным женщинам, и оставляешь за собой сотни разбитых сердец. Часть женщин после такого, спокойно пойдёт по жизни, часть навсегда поставят крест на любви, а вот часть начнёт мстить мужчинам. И выходит какой-то замкнутый круг. Одни мстят другим за боль, причинённую совсем другими людьми.
Глеб молчал больше пяти минут, глядя в окно, а затем произнёс:
– Так дайте мне возможность вырваться из этого замкнутого круга. Просто люби меня и позволь любить тебя.
"Боже, ну за что мне это? Разговор зашёл не то русло, и как мне теперь объяснить Глебу, не обидев его и не вызвав в нём ещё большую ненависть к женщинам, что я не могу дать ему то, что он хочет. Вернее, не верю, что он способен любить".
– Глеб… Пожалуйста, – по щеке потекла слеза, и я, смахнув её, отвела взгляд. – Я не тот человек, который может дать тебе любовь, потому что я сама должна любить человека и верить, что он любит меня. А ты… Ты просто сейчас действуешь из упрямства. Не я тебе нужна, а то, что я недоступна для тебя. Я уже сталкивалась с таким, поэтому знаю, что это такое.
– Таша, ты не права. Это не упрямство, и хоть я не знаю, с чем ты сталкивалась, но в любом случаи, дай мне шанс, – он сжал мою ладонь. – И сразу хочу признаться в одной вещи, чтобы потом это не встало между нами. Я не так богат, как ты думаешь, и та квартира, где сейчас ваша фирма делает ремонт, не моя.
