332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Влад Поляков » Кондотьер (СИ) » Текст книги (страница 14)
Кондотьер (СИ)
  • Текст добавлен: 9 июня 2021, 21:32

Текст книги "Кондотьер (СИ)"


Автор книги: Влад Поляков






сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

– Это ж ни хера себе защита! – вырвалось у Саманты, смотрящей на только что сброшенный нас план внешнего контура обороны подводного объекта. – Там такие реакторы должны стоять, что иные современнейшие форты от зависти удавятся. Два раза, на собственных стоячих носках.

– Любопытный факт в копилку уже имеющихся странностей, – произнеся это, я переключился на более практические вопросы. – Но пока принимаем как данность и готовимся к новому бою. Хорошо, что «Ландскнехт» с «Сокрушителем» мощи не утратили. Можем вот прямо сейчас брать и давить.

– Без хитрых и неожиданных ходов?

– Закончились они, Вик. Сейчас вилять неправильно будет. Эффективности чуть, а свою уязвимость покажем. Не-ет уж, сейчас нужно закрепить то, как мы резко и жёстко разобрались с теми, кто оказался ближе. Как говорится, бей ближнего, чтоб дальние забоялись.

– А забоялись ли?

– Культисты-еретики, кто-то из Гегемонии, наёмники. Три составляющих одного целого, по которому наверняка пошли трещины. Там и раньше то монолита не наблюдалось. Эх, если б удалось подсмотреть-послушать!

Увы и ах, подобной роскоши не предвиделось. Взломать кодировку каналов, по которым общались наши враги – это из разряда фантастики. Для нынешнего времени фантастики, разумеется. Ничего, и так представляем, какими будут следующие шаги. Вот берём и шагаем. Прямо сейчас, не откладывая даже на несколько минут.

* * *

Порт Трентвилля

Найм найму рознь, а уж один наниматель и вовсе отличается от другого. Это Ричарду Скариотису было очень хорошо известно за его то многолетнюю карьеру наёмника. Случалось работать на разных людей, структуры, даже на государства. Что из этого лучше, что хуже – с полной уверенностью сказать он не мог. Предположения… их делать не любил, стараясь избегать такого рода оценок.

Но работа не на кого-то, а аж на целую Гегемонию Чистоты, пускай и представленную для него лично лишь несколькими лицами – в этом он знал толк. Без малого десяток лет – большой срок. Тот самый, во время которого приходилось заниматься всяким, а часть и вовсе всеми силами скрывать, чтоб известия о его причастности к не самым пристойным делам не разлетелась по галактике. Эх, скрывай не скрывай, а если попал к кому-то важному на крючок – сорваться бывает очень сложно. В том смысле, чтобы сорваться целым, в достатке и без постоянной опаски, что одни прекрасным утром либо вечером тебя не достанут уже наёмники другого рода. Те, которые обходятся без колоссов, вооружаясь всего лишь лёгким стрелковым оружием. Но всё равно мастера своего дела, от которых скрываться и сложно, и тем более дорого. В той же Бирже привечаются самые разные профессионалы.

Скрываться от тех, кто способен идти по следу, даже если сменишь не только лицо, но даже исказишь геном? Нет, лучше уж сделать так, чтобы тебя не хотели искать. А для этого требовалось что? Верно, «всего лишь» знать о нанимателе столько, что ему дешевле оставить тебя в покое, нежели охотиться за не вовремя сбежавшим ценным инструментом.

А инструментом Ричард был действительно ценным. На Гегемонию не слишком многие пилоты соглашались работать даже тайно, про явно и говорить нечего. Чересчур много запретов, слишком узкие рамки. Особенно если пилот являлся даже «спящим», но всё ж псионом. Однако… Одно дело Заветы Чистоты для простых и не очень жителей Гегемонии. Совсем другое дело – то, как жили совсем не простые её частицы. И они, стоящие на высоких ступенях иерархии, хорошо понимали – псионы нужны и им. В том числе и не скованные общими рамками. В том числе и действительно хорошие пилоты. Потому и использовались пилоты-наёмники, псионы и не только, но очень, очень тайно. Не хотели властители тел и особенно душ, чтобы их паства усомнилась в чистоте веры, в тех самых Заветах, которые чуть ли не с дошкольных заведений аккуратно и не очень вкладывались в голову каждого ребёнка. Просто так и особенно при помощи псионов-менталистов – той особой страты, которая была на вершине власти и совсем не собиралась с неё слезать. Кто-то назвал бы это парадоксом. Сам Скариотис считал подобное обычным, нормальным таким лицемерием, которое с давних пор пронизывало всю человеческую жизнь… и помогало таким как он, абсолютно не брезгливым людям. добиваться желаемого. Чего именно? Денег, на которые можно было купить многое и многих. Ведь продавалось почти всё, вопрос лишь в цене.

Вот и сюда, на Гаффию, его привела немаленькая сумма, которую обещали заплатить ему и его людям. Тем, кого он подбирал тщательно, но и заменить был готов, не моргнув глазом. Если, конечно, того требовала ситуация. Очень уж часто менять членов боевой группы – обычно от четырёх до восьми колоссов – он не любил. Понимал необходимость как следует сработаться, да и даже за очень большие деньги никто из опытных пилотов не пойдёт к нему, просочись слухи, что его ведомые мрут, словно мухи после санобработки.

Сперва, по полученным вводным, казалось, что всё должно пройти без лишних сложностей. Да, ожидалось ожесточённое сопротивление секты Постижения Гармонии, которая и властвовала здесь. Но у Гегемонии возник свой интерес – какой именно, Скариотис тогда не знал, да и сейчас толком разобраться не сумел, насколько всё скрывалось – и её представители обещались помочь по существу части той же секты, только отколовшейся. Ну а чтобы помощь не была явной – дали этим раскольникам немалую сумму на приведение своих войск в порядок, помогли закупить кое-какое вооружение, а также предложили – таким образом, что отказаться бы не получилось – нанять его, Ричарда Скариотиса вместе с отрядом.

Не только с его отрядом, но и с одним неожиданным довеском. Как правило, в Гегемонии Чистоты очень не любили добавлять своих людей в отряды и без того редко использующихся наёмников. Однако сейчас, в случае этой самой Гаффии, не побрезговали, прикрепив к его пяти колоссам ещё три, к тому же узкоспециализированных, способных полностью проявить себя лишь под водой. Три колосса, три пилота Гегемонии во главе с дуксом Алоизием Пинкманом. Дукс же, если что, это звание лишь на одну ступень ниже таксиарха – предела, который может достичь в Гегемонии Чистоты именно пилот колосса. Настоящий пилот, а не обладающие лишь минимальными навыками стратилаты и комиты – эти представители религиозной и частично гражданской линии.

Только сейчас этот самый дукс и двое хилиархов были как бы в отставке. Официально оформленной, причём не недавней, а как бы задним числом… двухгодичной давности. Очень уж старались как можно сильнее смазать своё участие в ситуации с Гаффией представители Гегемонии. Ради какой-либо мелочи подобные хлопоты устраивать бы не стали. А это означало, что по результату должны были не просто оправдаться затраты, но и важный для этого государства прибыток пойти.

Три командира на полтора десятка колоссов! Подобное не нравилось ни ему, ни Пинкману, ни Шандору Пельшу, главному пилоту сектантов-раскольников. И если сам он, будучи наёмником, просто не мог претендовать на общее командование. То вот Пинкман и Пельш ещё до высадки на планету готовы были порвать друг друга в клочья.

Ох уж этот религиозный угар! Сам Скариотис был крайне далёк от всего божественного, но насмотрелся за годы работы на Гегемонию предостаточно. Оттого понимал, что это задание будет хлопотным и проблемным в любом случае. Понимал ещё до начала собственно боя и даже высадки на планету. А уж когда стало известно, кому именно предстоит противостоять, с какими именно наёмниками секты Постижения Гармонии иметь дело… С кондоттой Рольфа Тайгера – новообразовавшейся, всего из пяти колоссов, но успевшей прославиться своим конфликтом с Директоратом. Известным конфликтом, по результатам которого униженные Директора даже миллионные награды за каждого беглеца объявили.

И ладно бы просто шумиха. Нет, Скариотис привык видеть истинное за внешним, наносным. Потому и не думал, что бой будет простым и лёгким. Не с этими конкретными пилотами. Видел он те «отборочные» бои, схожие с гладиаторскими ещё из древнейшей, земной истории. И сами бои, и незапланированную, а потому особенно яркую их часть. Даже предупредил дукса Пинкмана о степени возможной угрозы. И какой оказался результат? Почти никакого результата не наблюдалось. Представитель Гегемонии был уверен, что хватит и тех козырей, которые у них имелись. Людей купленных, убеждённых или шантажируемых, что должны были в нужное время изрядно снизить мощь колоссов. принадлежащих секте, подпортить работу основного и резервного управляющих обороной центров, а также вывести из строя большую часть авиации защитников Трентвилля. А уж после всего этого численное и местами качественное преимущество атакующих, то есть их, даст о себе знать в полной мере.

Конечно, всё пошло по плану… в мечтах тех, кто на это надеялся. Скариотис лишь саркастически усмехнулся, вспомнив, к чему всё привело. Удалось лишь вывести из строя большую часть авиации и внести нарушения в работу основного центра управления. Резервный так и не получилось затронуть вирусами и прочими факторами. Про колоссов и говорить нечего – их людей повязали ещё до того, как те успели что-либо сделать. И не местные недотёпы, а люди из кондотты Тайгера. Это было лишь началом доставленных ими неприятностей.

Отражённая атака эскадрилий смертников, предоставленных Гегемонией наряду с собственно истребителями и штурмовиками? Подобное предполагалось, целью то было всего лишь сделать одну-единственную пробоину в доселе едином контуре обороны, заставить секту и её лидера, Проводящего Гармонию, засуетиться, действовать, опираясь на эмоции, а не на трезвый расчёт. И на советы тех, кого слушать умному человеку точно не следовало.

Всё должно было получиться. Несмотря даже на глупое решение дукса перемешать отряды, сведя в них как его, Ричарда, пилотов, так и из числа находящихся на их стороне союзных сектантов. Результатом была недостаточная слаженность, поскольку не столь большого числа тренировок на симуляторе не хватало. О совместимости манеры боя наёмников и этих вот откровенных безумцев с «гармонией» и прочим «совершенством» вместо мозга говорить тем более не приходилось. Ведь союзные ему сейчас сектанты были… э-э, более радикальными, чем те. от которых раньше откололись. Потому и в колоссах сидели исключительно те, кто полностью разделял те самые странные идеи секты. Насколько странные, что Ричард даже поверхностно вникать в них опасался, беспокоясь за сохранность уже собственного разума. Особенно если вспомнить, что чем выше был «градус совершенства», тем более ядрёные смеси из наркотических веществ и псионического стимулирования мозга применялся к адептам секты. И вот не просто союзничать с такими, а ещё находиться в одном отряде… Жаль, что попытки переубедить Пинкмана так ни к чему и не привели.

Тогда не привели, а теперь поздно. Из шести сектантских колоссов остались лишь два, один и вовсе едва удерживал вертикальное положение, не иначе как волею их божества удерживаясь от саморазборки на оставшиеся запчасти. Его люди, конечно, тоже не обошлись без потерь. Потерян один «Кочевник», заметно повреждён второй такой же колосс. Зато от обороны Тренвилля ничего толком не осталось, они прорвались к порту и полностью очистили от присутствия защитников этот сектор. Колоссы местных? Три потеряно, один вроде как ещё передвигается, но всерьёз воспринимать древнего «Отбойщика» ему и в голову не приходило сразу по нескольким причинам. В отличие от кондотты, которая не потеряла ни одного из пяти своих колоссов. Сверх того, ввела в строй одного из своих резервных, посадив внутрь одну из местных, чем-то им приглянувшуюся. Вот обо всём об этом он сейчас и хотел поговорить как с дуксом Пинкманом, так и находящимся на орбите, внутри боевой баржи, комитом Карлом Жоффруа.

Увы, как первый, так и второй – особенно второй – особо разговаривать желания не испытывали. Считали, что потери приемлемы, а оставшихся сил достаточно, чтобы если не уничтожить оставшихся колоссов защитников, так уж точно оттеснить их за пределы Трентвилля. Но сперва добраться до главного места, которое и являлось основной целью вторжения – подводного исследовательского комплекса, в который вот уже долгие годы шла колоссальная часть средств от Постижения Гармонии. Именно из-за него сектанты-раскольники, будучи не в силах самостоятельно захватить власть на планете, обратились к Гегемонии, многое пообещав. Точно многое. иначе те не стали бы так вкладываться в эту… Нет, авантюрой это назвать уже не получалось. Тут уже скорее высокая политика, проводимая посредством не самых пристойных инструментов. А Прикоснувшиеся к Совершенству являлись именно инструментом. Временным или постоянным, тут Скариотис затруднялся с ответом. Зато с чем не затруднялся – это с вызовом на связь пилотов оставшихся трёх колоссов, помимо своего собственного.

Грег Сколари. Билл Криштек и Айзек Риджесс. Первые двое, пилотирующие сейчас «Уравнителя» и «Кочевника», были с ним уже без малого четыре года, ухитрившись уцелеть даже там, где гибла большая часть сражавшихся с ними на одной стороне. Айзека, того он взял в свой отряд недавно, чуть более года назад, но парень показал себя неплохо. Это несмотря на то, что пилотировал «Попрыгунчика», а смертность на этих лёгких колоссах порой заходила за верхний край риска по представлениям многих и многих. Но сейчас речь шла не только и не столько о их личных талантах, сколько об общей стратегии, которую, по мнению Скариотиса, дукс Пинкман и комит Жоффруа того и гляди могли окончательно опустить на дно. В переносном понимании этого слова, так как спускаться в глубины все равно придётся. Скорее всего, если им повезёт, и никто больше не совершит серьёзных ошибок.

– Плохо, – одним словом высказался Ричард, как только все трое пилотов оказались на общем с ним канале, защищённом по возможности от прослушивания со стороны. – Они не хотят как можно скорее использовать имеющийся перевес в силах. «Можно оттеснить от порта, а добьём их потом. Или сами сдадутся, как только мы войдём внутрь исследовательского комплекса». Так говорит комит Жоффруа. Пинкман ему подпевает, добавляя, что там, под водой, ещё и здешний главный сектант.

– Дык одни наёмники против нас остались, – хмыкнул Сколари. – Им нет причины собой рисковать. В бой они вступили, неслабо трупов покрошили. Биржа против такого и не возразит. Что если сначала с ними порешать, а там, дав проход до форпоста, уже делать, что хотим? Или что эти комит с дуксом пожелают.

– Ты что ль с ними говорить станешь?

– Не, Ричард, у меня язык не того, я красиво трепаться не умею. Лучше ты.

– И дукс с комитом мне это так возьмут и позволят?

– Не позволят, – процедил молчавший доселе Криштек. – Комита тут вообще как бы нет, а дукса типа в отставку попёрли. Он весь из себя важный, ему как болегенератором по яйцам, если такого как мы вперёд себя даже на такие переговоры пропустит. Но если его того, самого подтолкнуть?

– Попробую… ещё раз, с новой идеей, – немного подумав. согласился Скариотис. – Что вообще по бою скажете, если придётся продолжать?

Все трое не особо хотели говорить, будучи скорее исполнителями. Однако пришлось. И первым вызвался наиболее молодой и где-то даже горячий пилот «Попрыгунчика».

– Я со стороны только видел, Ричард, но и это помогло немного понять. Они очень сработались друг с другом. Полное доверие. Когда отбивались от совместной атаки с воздуха и пары «Бумерангов» – никакого внимания к тому, что не было в собственном секторе. Шесть колоссов, пять отсутствий перекрытия. Исключение тут только эта, местная.

– Доверчивые, – скривился Скариотис, но этим и ограничился, осознавая, что и доверие может быть силой. Ему чуждой, но всё таки силой. – Билл, а ты вместе с твоим племянником с ними лично столкнулся. Что скажешь?

– Про племяша? Жить будет, но лечиться несколько суток. Его уже отправил в форпост. За деньги там и не таких лечат.

– Твой родственник, ты и возись! Я про бой.

Особой да и вообще душевной теплоты Криштек от своего командира не ожидал. Потому и реагировать на подобное не думал. Так, пропустил мимо ушей, словно комариный зуд на пляже или посреди леса.

– Тайгер, Бельская и Меерштайн – псионы.

– Знаем.

– Они сработавшиеся друг с другом псионы, чувствующие не только себе подобных, но и тех, кто с ними рядом долгое время, – поторопился уточнить Криштек. – Айзек вот про доверие у них сказал. Так они ж псионы, один менталист, другая с прогнозами, как и все эти Бельские. Они не опасаются доверять, потому что почуют предательство. Гегемония не просто так силы псионов боится, Директорат не для забавы их в клетке из золота содержит. Они – это ж главная сила. Их только числом давить, даже не успевших в полную мощь войти. Тебя спрашиваю… есть она у нас сейчас, такая мощь?

– Ты спросил – сначала сам и ответь.

– А вот не знаю, – покачал головой пилот «Кочевника». – Они наш отряд перемололи не быстро, но деловито так. Чувствовали, что мы не одно целое, это и использовали, кроме остального. Пельш, сектант этот, в свою «Крепость» столько кредитов вбухал, а ведь расковыряли, сыграв на слабостях и железа, и пилота. Они как камень без трещин. Мы – склеенные. Двое сектантов, трое напыщенных пилотов Гегемонии, к нам как к дерьму относящихся. Вроде как платим – вы лаете. И мы, теперь уже четверо. Я племянника подхватил, рискнул. Меня ты вытаскивать не станешь, насмотрелся за эти годы. Я тебя тоже, сам из той же глины слеплен и в похожей печке обожжен. Не оскорбить хочу. Просто говорю, что есть. Ты спросил – я отвечаю. Опасность, рядом она, Ричард. Ты должен чувствовать, подольше моего от смерти сбегаешь.

Сказать, что Скариотису не понравилось услышанное – означало бы сильно преуменьшить. Он и рад был бы наорать на Криштека, шугануть Риджесса, но… Обстановка не располагала. Да и опасность, о которой сказал Билл, действительно чувствовалась. Что до единства и тому подобного – плевать он на него хотел, живя совершенно по иным принципам. Успешно, раз до сих пор был не только жив, но и неплохо обеспечен. Настолько неплохо, что хотел, предварительно обезопасившись, слать на другой конец Галактики своих давних нанимателей из Гегемонии. Только сначала следовало тут все дела решить.

А как решать? Снова пытаться убедить в чём-либо дукса Пинкмана? Или через эту толстолобую голову обратиться напрямую к комиту Жоффруа в надежде, что хоть этот поймёт необходимость прежде всего избавиться от опасного противника, а потом уже проникать в столь чаемый ими подводный трофей? Оба варианта представлялись слабоосуществимыми. Слишком много Скариотис общался с представителями Гегемонии Чистоты в разных чинах: военных, гражданско-религиозных, иногда даже теми, кто был именно что по религиозной ветви без посторонних… примесей. Пообщавшись же, понимал, что Гегемония Чистоты и сама вот-вот станет – если уже не стала – одной большой сектой. Мало чем отличающейся от этих двух сцепившихся друг с другом. Только эти мелкие, а Гегемония о-очень большая. на множество планет и звездных систем раскинувшаяся. К такого рода людям нужен особенный подход. Тот, которым он сам похвастаться не мог. Положением и происхождением не вышел. Оставалось надеяться лишь на проблеск здравомыслия в забитых Заветом Чистоты головах. Хорошо ещё, что комит – это такое звание, которое намекало на возможность немного, но отодвинуть в сторону религиозные постулаты. Теоретически. Оставалось это проверить.

Глава 11

Замахнулся? Бей. Вытащил пистолет? Стреляй. Если будет хоть миг неуверенности – сразу почувствуют, что ты не действительно опасный человек, а так, фуфломёт дешёвого розлива. Это я знал со времен ещё школьных, насмотрелся на всякое. Да и лично встрять в неприятные ситуации не раз довелось. Сейчас ситуация по сути не отличалась – масштаб разве что изменился кардинальным образом.

Медлить было нельзя. Более того, нам не стоило даже думать о временном, незначительном по срокам возврате на собственную базу, дабы пополнить арсеналы колоссов. Причина? Нежелание потери набранного темпа, разумеется. Однако и действительно жёсткой необходимости не имелось. Вот они, особенности вооружения колоссов, таки да сыграли ещё одну положительную роль. Энергетическому оружию вообще не требовался боезапас как таковой. Гауссовки? Не столь большие объёмы расходуются. Ну а от ракетного оружия мы не то чтоб избавились, просто свели наличие оного к разумному минимуму. Про автопушки и вовсе говорить не стоило – реально устаревающий тип, просто некоторые не хотят этого понимать, ну а иные стремятся сэкономить. Да-да, любители снимать пенку с гуано и тут не перевелись, хотя и влетают на подобных фокусах с незавидным для себя и с завидным для своих противников постоянством.

Выдвижение в сторону порта. Ай, что там выдвигаться то, расстояние не такое и великое. Только про осторожность забывать не стоило. А ну как вражины какую пакость нам уже приготовить успели? Маловероятно, но всякое случается. Береженого боги берегут, а небереженого, вестимо, конвойные стерегут. Так стерегут, что от них легко и просто дождаться хоть прикладом в спину, хоть пулей в любую часть организма. Хотя тут то у нас уже пуль нет, исключительно высокотехнологичное оружие, факт.

Мысли куда-то бегут, извиваются в замысловатые узлы. Это одной своей частью, в то время как другая работает идеально, отслеживая и оценивая ситуацию. И ситуация явно оборачивается к лесу задом, а к нам фасадом. Хорошо… надеюсь на это.

– Хорошее построение, – усмехается Мария. И вижу эту усмешку, и слышу.

– Решили беречь, как озабоченная приличиями деваха свою целку-непротыкайку.

– Сэм!

– А что сразу Саманта, а, Карин? – порядку ради Меерштайн изобразила ответное возмущение. – Среди нас таких точно нет. Давно нет. Или напомнить про то, как каждая из нас в Железной Академии зажигала и отжигала? Я могу, мне скрывать нечего.

Трёп трёпом, а построение противника и впрямь являлось наглядным свидетельством того, что колоссов-«водников» продолжали беречь, как Кощей своё яйцо. А уж есть в нём игла, нет в нём иглы – история, как полагается, умалчивает.

Итак, что мы имеем с гуся… с такой вот неразумной бережливости противника? Классику жанра, а именно «Сокрушителя» как основу, подпирающих его «Уравнителя» с «Кочевником», «Дротика» за спинами этого трио. Оно понятно, он и специфичен, ибо заточен больше на отражение атаки с воздуха, и повреждён серьёзно. «Попрыгунчик» в качестве застрельщика, вызывающего огонь на себя? Опрометчиво, но при удаче действительно способен оттянуть на себя часть внимания… если, конечно, позволить вести партию им, а не перехватывать инициативу самим. «Велит»? Отведен в тыл, ибо как ещё не развалился – действительно тайна велика сие есть.

Казалось бы – атакуй на здоровье, пользуясь наличием ах двух тяжеловесов, «Ландскнехта» и «Сокрушителя», разворачивай не слишком быстрое, но надёжное перемалывание противника. как диктуют каноны в таких случаях. Ан нет, подобное было бы неразумным шагом. Причина проста и наглядна – во-он те три колосса, арьергард и подвижный резерв изображающие. По сути нетронутые, с полным боезапасом, мощные даже на суше. Потому никакой напрашивающейся атаки в варианте давления – не слишком торопливого, но мощного. Исключительно быстрота, натиск, концентрация огневой мощи на тех, кого выбить проще остальных.

Подобное бьётся подобным! И вот два «Попрыгунчика», Свирского и неизвестного нам пилота, сцепляются в воздухе. Можно считать, что угрозы точечных ударов в уязвимые места от юркого противника теперь нет. На какое-то время так уж точно.

Бросок вперёд. А какие из имеющихся у нас колоссов одновременно и более быстрые, и в то же время способны выдержать хотя бы несколько попаданий от «Сокрушителя»? Всё верно, «Стоик» и мой «Ирбис». Именно они сейчас на острие атаки, в нарушение тех самых шаблонных действий, преподаваемых в подавляющем большинстве заведений по подготовке пилотов. Железная Академия ни разу не исключение, откровенно то говоря. Скорее даже напротив, Директорат вообще не любил особо новаторских схем.

Атака. И концентрация огня не на «Сокрушителе» – его, несмотря на повреждения, слишком долго было бы расковыривать – а на уже повреждённом «Кочевнике». Знакомый ведь противник, совсем недавно сталкивались. Прекрасно помню и полученные тем повреждения, и манеру пилотирования. Учитывая всё вышеперечисленное – самое оно бить по уязвимым местам. Первым делом учитывать полностью или почти исчерпанный ракетный арсенал. Ну вот негде было пилоту полностью перезарядить ракетные контейнеры, негде и всё тут! Даже если предположить, что на сопровождающей колоссов вражеской бронетехнике что-то внутри находилось, то явно не в таких масштабах, чтобы полностью пополнить запасы. А посему… использовать и без вариантов. «Кочевник» ведь без своих ракет намного менее опасен.

Уклониться, отработав движками влево, затем, отключив антиграв, ощутить пару мгновений свободного падения. Опять движки и неминуемая перегрузка, во время которой нельзя позволить себе и тени отвлечения внимания. Все орудия сконцентрированы исключительно на «Кочевнике» И плевать на снаряды из автопушки – их примет на себя щит. Зато от ракет со стороны «Сокрушителя» по любому уворачиваться. И от лазеров как его, так и «Уравнителя». Попадание, ещё, и ещё, и опять. Не в меня, хвала богам и демонам, в «Кочевника», у которого теперь нет силового щита, осталась лишь броня, и без того покоцанная.

Бедный Йорик… то есть «Стоик». Трайдент явно не хватает опыта. Но она старается, отвлекая на себя внимание и одновременно стараясь из оставшихся орудий гвоздить туда, куда сказали. Ещё бы защите побольше внимания уделяла, как и советовали ей. Я и советовал.

Прёт на предельно допустимой для него скорости «Ландскнехт», ведя огонь из плазмоганов и пуская ракеты на подавление противника в целом, а вот гауссовки и лазеры направляя на «Кочевника» с «Уравнителем». «Сокрушитель также старается не отставать от старшего собрата, хоть труба чуть пониже и дым пожиже. Тут и весовая категория, и общее число орудий, им несомых. Всё ж семьдесят тонн и девяносто пять – разница существенная.

Сцепившиеся два «Попрыгунчика» – это дело отдельное. Но и тут Вику пытается помочь О’Мэлли, выцеливающая своими двумя гауссовками его тоже весьма юркого противника.

Скрип, скрежет не то сминаемого, не то разрываемого металла, который доносят аудиодатчики, фильтрующие грохот взрывов до приемлемого и усиливающие вроде как неслышные в общей канонаде звуки. Это наша первоочередная цель под названием «Кочевник» не выдержала массового натиска, подламываясь в ногах. Попытка врубить антиграв. движки, таким образом уйдя в тыл… провалена с теми же взрывами и треском. Новые повреждения, да наложившиеся на ранее полученные – результат очевиден. Вот и отстрел спасательной капсулы, на которую никто внимания обращать и не пытается.

Зато сразу перевод всего арсенала на «Уравнителя». Очень всё быстро сейчас идёт, явно неожиданно для вражеских командиров.

Совсем неожиданно! Но приятным неожиданностям я всегда рад. Ох как хорошо гробанулся с небес да о твёрдую землю «Попрыгунчик», подловленный лазерными импульсами и болванкой из гауссовки. Первые сняли и так истощившийся щит, ну а болванка… Просто таки «золотое попадание» как оно есть! Ухитриться – случайно или преднамеренно – пробить пусть и так сееб толщины, а всё ж броню, и напрочь вывести из строя антирав. Хорошо получилось, душевно. Попытка же сдемпфировать падение двадцати тонн с немаленькой для этого веса высоты направленным импульсом реактивных движков… Следящая за обстановкой Бельская отжалела несколько выстрелов за ради возможности поставить точку в ещё одном эпизоде этого сражения.

Хрясь. Примерно так можно было описать «падение колосса с небес на грешную землю». Антиграва нет, ноги повреждены, других повреждений тоже наверняка хватало. А попытки подняться… Их окончательно пресекли пуском в ту сторону нескольких тяжелых ракет из пусковых установок «Ландскнехта». И вот всё об этом «Попрыгунчике», малость перефразируя одну древнюю любительницу рассказывать истории.

Если запахло жареным – начинают споро суетиться даже такие тугодумы, как господа из Гегемонии Чистоты и прочие культисты. Это я к тому, что после потери сразу двух колоссов, да ещё столь быстро и неожиданно, «Наутилус» и «Акванавты» просто вынуждены были вступить в сражение. Только вот ведь незадача – сейчас они вынужденно выходили из положения не то резерва, не то арьергарда, а сделать это одномоментно не представлялось возможным. Более того, ориентированность на водную стихию не позволяла им занять сколь-либо пристойную позицию быстро. Мизерное количество реактивных движков, не столь мощный антиграв, специфика строения нижних конечностей и прочие нюансы. Хорошо для воды не есть удачно для суши. Это ж не универсалы или полууниверсалы, тут понимать надо.

И… О как?! Воистину, естественный душевный порыв порой следует поддержать, добавив к нему огоньку или там плазмы с лазерным гарниром. Это я про «Велит», которому бы лучше было отсиживаться в тылу, ограничиваясь редкими прицельными выстрелами да попутно молиться, чтоб на него поменьше внимания обращали. Так и польза была б, и риска меньше. Бессмысленного риска, оценивать степень которого всех нормальных пилотов учат чуть ли не с самого начала. Этот же… Культисты такие культисты. Угу, которые явно опиума для народа пережрали на завтрак, обед и ужин одновременно. Или же последовательно, не суть.

Бах и в дамки. Или скорее в клочья и прямиков в некролог, если Прикоснувшиеся к Совершенству вообще их используют. Или сразу в мученики? Ай, пофиг. В любом случае, ещё одним колоссом меньше. Слабеньким, и до этого момента покалеченным, а все равно не пустое место. Даже сильно повреждённый, с выбитым большей частью вооружением колосс не может считаться безобидным. Бывали, знаете ли, прецеденты, да и не сказать, чтобы редкие.

– Горю… Реактор выходит из стабильного состояния. Обратный отсчёт.

– Покинуть машину.

– Я ещё могу с минуту…

– Приказ, пилот Трайдент! Выполнять! О’Мэлли. прикрыть и обеспечить эвакуацию.

Был «Стоик», а теперь уж по сути и нет его. Совсем нет, поскольку если идёт вразнос реактор – от колосса в лучшем случае разбросанные куски и немногочисленные пригодные к дальнейшему применению запчасти останутся. Зато шквальный огонь за ради прикрытия стартовавшей спасательной капсулы и прикрытие её «Шквалом» Карины помогли. Да-да, помогли, хотя и немного сбавили наш навал уже на «Уравнителя», давая тому возможность отступить, скрыться окончательно за «Сокрушителем».


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю