Текст книги "Пряничный домик (СИ)"

Автор книги: Виолетта Елисеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

Глава 4.

***

Настя пришла на следующий день. Она была в отличном настроении, постоянно щебетала о чем-то, прислушивался я не всегда. У нее иногда бывает такое: входя в раж, она не особо интересуется обратной реакций, ей только надо периодически слышать поддакивание. В этот раз она делилась очередными историями из своего спортивного зала. У них там давно создалось целое сообщество, общий интерес, увлеченность и все дела.

– А когда твоя тренировка? – неожиданно донесся до меня ее вопрос.

– Завтра, – на автомате ответил я.

– Они у тебя как-то реже стали, нет? – недоверчиво протянула она.

Мне хотелось поинтересоваться, ей-то какое дело, но я сдержался.

– Так и есть, – понуро кивнул я, – смысла продолжать нет. Наверстаю, когда вернусь.

Настя ничего не ответила. Видимо, мои объяснения ее полностью удовлетворили. Вообще в последнее время она стала много внимания уделять моему спорту, как будто своего ей было мало. Да, она никогда и близко к луку не подходила и даже не собиралась пробовать, но мой график был ей интересен. Ничто другое в моей жизни не удостаивалось контроля с ее стороны. Она спокойно относилась к моим зависаниям у Никоноровых, ей мало заботила моя работа или ее отсутствие, но тренировки находились в другой плоскости.

Может, в их сообществе принято обсуждать занятия вторых половинок? И это нечто вроде второго уровня вовлеченности. Мол, не только я фанат, но еще и тот, с кем я живу, втянулся благодаря мне.

Мысль выглядела со всех углов дурацкой, но что-то все равно в ней имелось такое.

На следующий день у Насти был выходной, и она взяла на себя приготовление завтрака, так что меня ждал тыквенный омлет. Я наблюдал за тем, как легко и быстро она орудует венчиком с лопаткой и почти залюбовался. В одном мы сходились: заморачиваться с утра ни она, ни я не любили. В Настином арсенале была пара-тройка утренних блюд, которые она умела делать почти на автомате, но в основном мы обходились тостами с какой-нибудь ерундой, если уж нам доводилось делить утренние трапезы.

Чтобы почувствовать себя причастным, я заварил зеленый чай. Стоило нам начать есть, Настя достала телефон и уткнулась в него мне на радость. Мысленно я снова и снова переживал наш разговор с Ладой. Почему она назвала это «медовым месяцем»? Разве медовый месяц не есть начало будущей жизни?

Я невольно представил, как Лада сейчас сидит с кем-то на кухне и рассказывает ему о своих планах на день, и мне стало не по себе. Роль ее слушателя я давно отвел себе, но по глупости упустил свой шанс. Хотя я прекрасно понимал, что никого там с ней рядом нет. Даже Валерка снова отчалил в город, и от этого мне сделалось еще хуже. Лада сидела там одна, обиженная на меня, возможно даже начинала меня ненавидеть, а я не мог ее переубедить.

Где-то в глубине души я начал понимать, что расстаться с Настей я должен прямой сейчас, а после этого сразу нестись к Ладе уговаривать, объяснять, ждать, когда она оттает. Но я продолжал жевать эту дурацкую тыкву.

– Скажи, ничего не поменялось с отъездом? – внезапно спросила Настя.

– Пока нет, – пожал я плечами, – а что?

– Тогда… ты должен знать: я уволилась. Мне позволили не отрабатывать! Так что с сегодняшнего дня я абсолютно свободна!

Я прямо скажем опешил. Такая поспешность была мне непонятна. Настя сияла едва ли как никогда. Я застыл с вилкой в руках и не знал, что отвечать и говорить.

– Эм…Хм… Разве тебе не нравилась твоя работа?

– Вначале возможно, – хмыкнула Настька, – но сейчас держаться там не за что. Лучше я за эти недели закрою некоторые свои вопросы. Не переживай, – добавила она, – у меня все схвачено.

Я понял ее намек, но меня тревожило отнюдь не то, что мне не хватит еды в холодильнике для нее.

***

Время до отъезда пролетело незаметно. Лада неожиданно для Валеры, но не для меня сорвалась погостить к родителям. Я слегка опасался, что она вообще решит туда переехать, но мои страхи не оправдались: она вернулась за два дня до моего, то есть нашего с Настей отъезда. Однако встретиться у нас не получилось.

Наш путь до нового места оказался достоин целого рассказала. Вначале все было довольно буднично. Мы долетели обычным рейсом до города, где нам предстояло провести ночь. Перелет занял не так много времени, и особо утомиться мы не успели, но время было уже очень позднее, фактически ночь. Завалившись в гостиницу, мы даже особо не поняли, где мы и что нас окружает. Мы сказали друг другу от силы пару фраз и улеглись спать.

Будильник ворвался в мир моих снов совсем уж бесцеремонно. Когда я открыл глаза, мне казалось, что я вообще не спал. Настька уже встала. Пока я пытался отлепиться от подушки, она уже бодро расчесывала свои обожаемые локоны и даже что-то напевала.

– Доброе утро! – подмигнула она. – Спешу сообщить, что за окном минус двадцать.

– А вчера сколько было? – буркнул я.

– Не помню, – засмеялась она, – наверное, столько же.

Настя зашуршала пакетами и напевать стала даже громче. Ума не приложу откуда она черпает энергию. Я все еще пытался осмыслить, что я здесь забыл и кто я вообще.

– Просыпайся! – скомандовала она. – Времени еще полно. Я в душ!

Оставшись в одиночестве, я выдохнул. Если Настя пошла в душ, то у меня есть минут двадцать точно. Времени действительно было достаточно. Проснулись мы с запасом. Повалявшись еще немного, я все-таки соизволил подойти к окну. Стекло было покрыто характерными узорами, которые напомнили мне про Ладкины пряники. Пейзаж передо мной лежал ожидаемый: темное небо, желтые кружки фонарей, однотипные дома в окружении бесконечного снега и абсолютная безлюдность, нормальная для этого часа. Если не знать, где мы, то можно было предположить абсолютно любой город выше южных широт. Однако я все равно почувствовал себя немного странно, и ощущение чуждости окружения сделалось особенно острым.

Я отошел от окна и попробовал размять плечи. Взгляд упал на заботливо оставленный для нас чайник и пакетики растворимого кофе. Это было бы сейчас очень и очень кстати. Пока вода грелась, я сел на край постели и задумался. Мелькнула мысль, что с Ладой мы бы сейчас еще долго спорили, кому вставать первым, возможно мы бы даже поругались по этому поводу. Я спрятал улыбку. Ладка была удивительной совой, ранний подъем точно не придал бы ей сил.

Настя появилась, уже одетая. Она выглядела свежей и даже как будто счастливой.

– Как это мило с твоей стороны, – сказала она, указывая на стаканчики, в которых остывал наш кофе.

Я за это время соорудил завтрак из крекеров и мюсли батончиков, которые мы захватили как раз для этого.

Настька пила кофе маленькими глотками, закусывала его крекерами и поглядывала в окно.

– Как же это романтично, – вздохнула она.

– Что именно? – проворчал я.

– Мы с тобой вдали от дома, далеко на Севере, пьем кофе, прежде чем отправиться еще дальше.

Не замечал раньше за ней такой лиричности.

Дальше события начали развиваться стремительно. Вначале мы уселись в вездеход и двинулись куда-то мимо все тех же домов, которые очень скоро сменились редкими деревьями. Мне не было никакого дела до того, что там мелькало за окнами, зато Настя буквально прилепилась к стеклу и с интересом смотрела на все, что мы проезжали и, само собой, она сделала несколько фотографий и видеозаписей на свой телефон.

– Димка, мы в тундре! – с восторгом сказала она.

Ее энтузиазм меня сейчас скорее раздражал.

Потом был вертолет. Как нам сказали, помимо, собственно, нас, нужно было доставить какой-то важный груз, так что еще неизвестно, что там был первоочередным. Не поверите, но я никогда до этого не летал на вертолете. Настя тоже. На какое-то время новые впечатления захватили и меня. Я вообще думал, что они зимой не летают! Первые время, пока мы поднимались над землей, я как завороженный смотрел вниз, пока картинка не сделалась совсем уж однообразной.

Мы приехали в самую что ни на есть полярную ночь, и до сих пор странно было не видеть за столько часов солнце.

Новый дом встретил нас приветливо: первое, что мы увидели огромное мозаичное панно «Арктика», потом были многочисленные пяти и девятиэтажки, раскрашенные во всевозможные цвета: от ярко-розового до кислотно-зеленого. На фоне белейшего снега выглядело это особенно эффектно. Нам повезло, что погода была ясной, и можно было рассмотреть все в деталях.

Чувство нереальности происходившего до сих пор не отпускало, не могу передать это словами, но все ощущалось по-другому, даже Настька, сидевшая справа от меня, как-то притихла. Так начиналась наша новая жизнь.

***

Настя размашисто распахнула занавески и уставилась на улицу.

– Честно говоря, не верится, – засмеялась она.

В общем-то за окном был двор как двор. Это немного успокаивало. Избыток впечатлений сегодняшнего дня начал утомлять, и у меня даже слегка разболелась голова. Хорошо хоть мне дали сутки отдохнуть и освоиться. Настя и вовсе могла быть предоставлена самой себе хоть завтра, хоть послезавтра.

– Завтра пойду записываться в спортзал, – объявила она, будто прочитав мои мысли.

Я непонимающе уставился на нее.

– А что не так? – хлопнула она глазками.

– Слушай, откуда у тебя столько сил? – не выдержал я.

– Я по-своему уникальна, – снова засмеялась Настя.

Она подошла ко мне вплотную, повисла у меня на шее и заглянула в глаза. Не знаю, что она ждала, но я осторожно выскользнул из ее объятий.

Однако даже Настькины силы имеют свойство заканчиваться, она вырубилась, едва ее голова коснулась подушки. Мне же напротив сон не шел. Я лежал на своей половине кровати и листал фотоальбом в телефоне. Конечно, я хотел найти наши с Ладой фото. Мы время от времени дурачились так втроем: я, она, Валера. Разглядывая кадры, я пытался рассмотреть хоть какой-то намек на особое отношение Лады. Сейчас я отчетливо видел, как почти всегда старался держаться поближе к ней, а иногда даже приобнимал. Хотите верьте – хотите нет, делал я это неосознанно, но да и еще раз да! Теперь я видел то самое притяжение между мной и Ладой. Только вот что дальше?

Часть 2. Глава 1.

***

Лада и представить не могла, что за один день можно стать и самой счастливой, и испытать настолько угнетающее разочарование. А все лишь из-за того, что она позволила себе обмануться и поверить в то, чего не могло случиться. Сколько раз она говорила себе, что Дима может быть другом и только другом. И то даже не ее, а Валериным.

Ведь у нее так хорошо получалось жить со своими чувствами, она уже смирилась, что никогда-никогда не сможет подойти ему, она все понимала, но все равно сделала то, чего делать было никак нельзя!

Можно подумать, она не догадывалась, какие ему нравятся девушки. Нет, не так! Она прекрасно знала, какая ему подойдет девушка. Не даром же они знакомы буквально всю жизнь! В самом деле Дима был словно всегда. Лада уже и не помнила себя без него.

И подходящей для Димы девушкой была точно не Лада.

Никто на всем свете не знал про ее влюбленность. Она настолько боялась своих чувств, что смогла сохранить это в секрете ото всех. Ни лучшая подруга, ни тем более Валера, никто не знал. Кроме Димы. Но так больше продолжаться не могло.

Ладе просто необходимо было кому-то выговориться. Особенно сейчас, когда после его отъезда прошло больше месяца. Невыносимо было раз за разом представлять, как он сейчас вот прямо в эту секунду вместе со своей Настей! Как он обнимает ее целует, а еще… Сцены с «а еще» были особенно яркими в Ладином воображении. Они изводили ее, не давали спокойно спать, от ревности и какой-то отупляющей безысходности хотелось кричать и лезть на стену. Лада чувствовала себя так, будто распрямилась какая-то пружина, которую она годами удерживала, и теперь вся ревность и подозрения обрушились на нее, наказывая за годы относительного спокойствия.

Так больше продолжаться не могло. И Лада решилась открыться единственному человеку, которому могла доверить свой секрет. Той самой лучшей подруге.

Напрашиваясь к Ирине в гости, Лада сразу предупредила, что будет сложный разговор и заранее попросила ее не обижаться. Ира слегка удивилась, но обещала выслушать до конца.

– Лада, ты же не скажешь мне про то, что Степка изменил мне с тобой? – только и спросила она.

– Что?! – закричала Лада. – Нет, конечно!

– Тогда хорошо.

Подруга встретила Ладу на пороге своей квартиры и, пока та раздевалась, не сводила с нее слегка встревоженного взгляда.

Ирина была очень стройной высокой блондинкой, чьей фигуре Лада иногда немного завидовала. Сама Лада с пугающей периодичностью округлялась, и новое увлечение выпечкой этому только способствовало.

В кухне уже ждал чай и печенья.

– Я принесла пряники, – вспомнила Лада и метнулась за пакетом, забытым в прихожей.

Некоторое время они просто молча пили чай – гостья собиралась с мыслями.

– Ладуль, у тебя все хорошо? – аккуратно поинтересовалась Ира.

– Честно говоря, нет.

– Может тогда расскажешь?

Лада познакомилась с Ирой много лет назад, когда училась еще на втором курсе института. Ирина Владимировна в то время была аспиранткой, которую обязали провести нужное количество семинарских часов. Конечно, до выпуска Лады они общались только на какие-то учебные темы, но со временем подружились по-настоящему.

– В общем, – вздохнула Лада, – ты помнишь Диму?

– Ты про лучшего друга твоего брата?

– Да.

– И что с ним? Он же вроде где-то на Севере сейчас.

– Именно. Вместе со своей девушкой.

– Ясно, – понимающе кивнула Ирина.

– Я не знаю, когда это точно случилось, но… но…

– Он тебе небезразличен, – подсказала Ира.

– Да, – виновато опустила глаза Лада.

Ира задумалась. Лада тем временем собиралась с мыслями, чтобы рассказать свою историю без лишних эмоций.

– Я же его всю жизнь знаю. Он как будто всегда был, понимаешь? Даже не знаю, когда он перестал быть для меня соседским Димкой. Но ясно же было, что мы не созданы друг для друга.

– Почему? – просто спросила Ирина.

– Ему другие девушки нравятся. Я это точно знаю.

– Какие другие?

– Ну, другие. Я пару раз пересекалась с ним и его подружками на вечеринках Валеры. И они были очень, – Лада задумалась, подбирая нужное слово, – современными и… деятельными. Так что…

– Это когда было-то?

– Года два назад.

– Погоди-ка, погоди! – лицо Иры вытянулось. – Ты получается после этого начала штурмовать свои неподходящие работы.

Лада понуро молчала. А что сказать? Ира была на сто процентов права. Причинно-следственная связь здесь лежала на поверхности.

– Ну, да, – наконец, кивнула Лада, – я подумала, что смогу стать такой же. А все вокруг только и говорят, что работа лучший путь к развитию. Мне казалось, так я смогу поработать над характером.

– Допустим. Скажи честно, сработал план?

– Да не особо. Сама же видишь.

– Ладно, ты попробовала. Гипотеза не подтвердилась. Надеюсь, ты больше не будешь над собой издеваться?

– Валера мне не простит очередного вылета с работы. Так что с этим покончено.

– Подожди, не так! – мотнула головой Ира. – Тебе не надо меняться, и не надо пытаться стать другим человеком! Зачем? Ты замечательная сама по себе.

– Если бы я была замечательной, я…

– Была бы с Димой, да? – закончила за нее Ира.

– Не так буквально, – отвела взгляд Лада.

– Об этом мы еще поговорим, но что-то мне подсказывает это не конец истории. Я права?

Лада замолчала, снова собираясь с мыслями.

– За два месяца до его отъезда мы с ним были дома вдвоем. И… как-то так вышло… В общем между нами кое-что произошло, и мне казалось, это начало будущего. Ну, что мы теперь как будто вместе.

Ирина терпеливо ждала продолжения.

– А утром вернулся Валера, – вздохнула Лада, – и между делом рассказал про эту Настю.

– Настя – это та самая девушка Димы?

– Да.

– И что Дима?

– Ничего. Он просто ушел. Потом он мне звонил пытался объясниться, говорил, что расстанется с ней.

– А ты?

– А я, пока он исчез, много думала о нас, о них.

– И что же ты надумала? – мягко уточнила Ира.

– Мы не можем с ним быть вместе! Я не смогу, как она. Быть ему настоящей парой. Как это называется, партнером. Она с ним уехала туда, а я… у меня бы не получилось. Я знаю себя, я бы там его не поддерживала, а наоборот мешала. Он долго не мог найти себя. У него, как у меня, вечно что-то не так было с работами, его постоянно пилила на эту тему семья, и вот, наконец, у него наметился какой-то путь.

– Подожди, – Ира подняла руки, стремясь привлечь к себе внимание, – ты хочешь сказать, что он раздолбай?

– Немного не так, – нахмурилась Лада, – он просто не мог найти себя. У него не было понимания, куда направляться. Но, похоже, ему, наконец, встретилась правильная девушка. Не просто же так именно с ней он вдруг встряхнулся. Если бы мы сошлись, я бы опять начала тянуть его вниз!

– Ладушка, милая, – с сочувствием произнесла Ира, – кто тебе это внушил?

– Никто. Можно подумать, у меня не было времени узнать себя. Мы как-то втроем поехали с палатками на одну ночевку, не знаю, как они в ручей меня не сбросили. Я испортила им с Валерой весь отдых.

– Хорошо, давай подытожим. Ты сама бортанула своего Диму, а теперь страдаешь?

– Я сделала это для нашего блага!

– Не сомневаюсь.

Они еще долго говорили, Ирина старалась подобрать нужные слова, а Лада снова и снова возвращалась к одному и тому же, но, когда она ехала домой, ей было намного легче. Все-таки дружеская поддержка оказалась именно тем, чего ей так отчаянно не хватало все эти годы ее безответной влюбленности.

Домой Лада возвращалась в почти хорошем настроении. Разговор с Ириной позволил ей многое прояснить для себя. Подруга всегда умела находить правильные слова для постоянно метущейся души Лады.

По дороге Ладе на глаза попался продуктовый магазин. В принципе ей ничего не было там нужно, но была одна вещь, которая так и манила: ягоды. Сколько себя помнила, Лада просто обожала ягоды. Всякие-разные, малину, смородину, землянику, морошку… В детстве, когда они с Валеркой путешествовали между дачами многочисленных родственников, самым главным ожиданием Лады были они – ягоды. Брат был к ним не в пример спокойнее, но компанию ей периодически составлял. Лада вспомнила, как они частенько сидели в тени большой яблони и таскали из огромной тарелки кисловатую, но тем не менее вкусную малину.

Картинка нарисовалась в воображении настолько живо, что Лада невольно улыбнулась. Больше она не сомневалась. Зайдя в зал магазина, она пошла прямиком в секцию со свежей зеленью. Дальше последовал процесс придирчивого выбора. Лада перебирала лоточки и внимательно изучала их содержимое. Она не могла выбрать что-то некачественное. Валера на самом деле больше всего любил ежевику, к которой Лада была больше всего равнодушна, но это не помешало отыскать самые спелые и красивые ягоды. Для себя она отобрала малину и свой недавний фаворит физалис (пожалуй, две коробочки).

Раз уж зашла, Лада заодно взяла еще чего-то по мелочи. Из магазина она выходила вполне себе довольная.

Лада так и предвкушала, как они с Валерой завалятся на диван, включат телевизор и начнут смотреть что-нибудь интересненькое. Идеальный вечер как он есть! Надо было только быстро приготовить ужин для них с Валерой. Но она должна успеть к его приходу.

Брат к ее удивлению уже был дома. Лада сразу поняла, что он не в духе. Валера в последнее время сильно уставал, и она старалась поддерживать его, как умела. А умела она в первую очередь готовить.

– Привет! – преувеличенно весело поздоровалась Лада. – Сейчас сделаю нам поесть.

– А ты где была? – недовольно спросил Валера, увязываясь за Ладой.

– Сходила к Ире в гости.

Валеру ее ответ словно успокоил. Он уселся за стол и стал наблюдать за тем, как Лада раскладывает немногочисленные покупки. Когда дело дошло до ягод, его брови так и взметнулись вверх.

– Неплохо, – прокомментировал он, – малина в середине зимы.

Лада замерла с лотком в руках. Никогда раньше Валера не цеплялся к ее покупкам, малина-не малина, шоколад или карамель. Его такие мелочи заботили мало. Усилием воли она подавила в себе желание рассказать, как ей вспомнились их посиделки под яблоней с той самой малиной в огромной тарелке. Ясно же, что такое сейчас было бы совершенно неуместно.

Так и не придумав, что ответить, Лада просто спрятала ягоды в специальный отсек холодильника.

– Курицу будешь? – глухо спросила она.

– Я поел, – отрезал Валера, – быстро сварганил рагу в мультиварке. Там еще осталось, не заморачивайся.

Лада кивнула больше самой себе и просто вышла из кухни. Она сама не могла себе ответить, что так сильно вывело ее из равновесия, но чувствовала она себя просто ужасно. Никаких ягод ей, конечно, уже не хотелось. Хотелось только вернуть их обратно в магазин, чего сделать уже было невозможно.

Лада села на диван в гостиной и постаралась сморгнуть выступившие слезы. Вспомнился Дима, который старательно поедал ее безвкусный и сухой бисквит. И, вроде, Валера ничего такого не сделал и не сказал, но ощущение неловкости и какой-то необъяснимой вины разрасталось с катастрофической скоростью.

Валера появился через несколько минут. Просто сел рядом на диван и поставил перед ней тарелку с малиной и физалисом.

– Ну, прости меня, сестреныш, – тихо попросил он, – просто тяжелый день.

– За что ты просишь прощение?

– Обидел тебя с этой ягодой. Я ведь знаю, как ты ее любишь.

– Ты все правильно сказал, – моргнула Лада, – я потеряла контроль.

В целом так оно и было, на несчастные ягоды Лада потратила последние деньги, которые у нее лежали на карте. Дальше оставалось только жить за счет Валеры. Родители давно прекратили участие в ее финансировании, а собственные доходы после очередной потери работы пока не радовали стабильностью.

Собственно, именно это Лада и пыталась донести Диме. Если бы они объединились в своей неорганизованности последствия бы стали непредсказуемыми. Но как там говорят, осознание проблемы есть первый шаг к ее решению?

– Ну, ладно тебе, – Валера толкнул ее плечом, – не дуйся. Я забыл, какой это тонкий ягодный момент.

– У меня все тонко, – неожиданно устало произнесла Лада и, пока она не расплакалась, поспешила уйти из комнаты.

Теперь ей было стыдно перед Валерой. Она воспринимала его заботу о ней как нечто само собой разумеющееся, а он ни слова до этого не говорил. Пора было что-то с этим решать, но пока вся надежда была только на тот самый специальный курс в Университете.