Текст книги "Пространство для двоих (СИ)"

Автор книги: Виктория Жукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

Глава 15. Аномальный стрим.

Глава 15. Аномальный стрим.

– Всё получится, перестань рвать волосы, – голос Полины звучал твёрдо, как никогда раньше.

– А вдруг буфер поведёт себя странно? А что если мы не справимся, и она всё снимет? Тогда всё пропало. Нас не только выселят, но и... о боже, Костю же могут уволить...

– Чисто гипотетически...

– Костян, ты не помогаешь, – толкнув друга в плечо, произнёс Михаил. – Саша, не переживайте, с вами два гения и Костя, как-нибудь справимся.

– Ой, не нравится мне всё это.

Александра села в кресло, отпила воду из серой чашки, поставила её на столик, наклонившись. Вдруг краем глаза девушка заметила необычный предмет за диваном. Саша встала, попыталась отодвинуть диван от стены.

– Ты что делаешь?

– Помоги, диван тяжёлый.

Совместными усилиями, не с первой попытки, девушкам удалось сдвинуть диван с места.

Саша потянулась за находкой.

– Что у вас там происходит? – раздался из-за стены голос Михаила.

– А вот что, – сказала Саша и вытянула перед собой серый тапок.

– И? – Полина удивлённо посмотрела на подругу. – Это мужской тапок. Его что, этот козёл оставил?

– Этот козёл, как ты выражаешься, уезжая, забрал даже мои тапки. А это тапок...

– Это мой, – произнёс Костя. – Всё это проделки нестабильного буфера, я его третий день ищу.

– Вот о чём я и говорю. Мы никогда не знаем, как поведёт себя буфер. Что же делать?

– Действовать по плану и не волноваться, – сказал Михаил.

– Хорошо, – твёрдо ответила Саша. – Костя, на тебе буфер, делай всё, что в твоих силах для его стабилизации. Михаил.

– Я тут, моя королева.

– Михаил, настрой световые ловушки для иллюзии спецэффектов. Полина, ты отвлекаешь Леру, если я начну валиться. Это ты умеешь.

– Конечно. Я полгода вела переговоры с китайскими поставщиками. Лера по сравнению с ними – пушистый котёнок. У всех всё готово?

– Да, – сказал Михаил. – То есть почти, нам нужно ещё немного доработать световые ловушки.

– Хорошо, время ещё есть.

– Полина, – голос Михаила зазвучал глубже и тише, – побудете моей ассистенткой?

– Вот так всё и начинается. Пожалуй, я больше не буду готовить десертные напитки. Теперь я делаю сок, – донёсся скрипящий голос кофемашины из кухни.

Ровно в три часа в дверь позвонили.

Саша, выдохнув, открыла. На пороге стояла Лера с включённой камерой.

– Узнаем правду, – закончила девушка, затем, увидев Сашу, добавила: – Привет, Саша, ты готова к съёмкам? В любом случае они уже идут. – Девушка зашла в квартиру. – Итак, друзья, магия или фейк? Здесь нет права на ошибку.

– Привет, Лера, – произнесла Саша, закрывая дверь. – Всё готово. Сейчас ты увидишь, как работают настоящие спецэффекты.

Лера замечает Полину:

– О, у тебя новая героиня? Это твоя команда?

Полина делает шаг вперёд, протягивает руку.

– Полина. Подруга, ассистентка и главный скептик. Сегодня я помогаю Саше доказывать, что магии не существует.

– И ты в это веришь?

– Я верю в доказательства, – многозначительно ответила Полина.

– А-а-а-пчхи! – раздался за стеной мужской чих.

– Да тише ты, – добавил другой мужской голос.

– Что это? – удивлённо спросила Лера.

– Соседи. Недавно переехали, наверное, разбирают вещи.

– Два мужчины?

– Это не наше дело, – добавила Полина.

– Приступим, – вмешалась Саша. – Сейчас вы увидите, в чём секрет легендарного летающего тапка. Вашему вниманию представляется леска. Обычная тонкая леска, по которой скатывается тапок. Я дёргаю за кольцо, тапок спускается вниз.

В подтверждение Саша дёргает за заранее подготовленное кольцо. Тапок летит через комнату.

– В прошлый раз лески не было.

– Была. В монтаже мы подтёрли её.

– Допустим. А что насчёт тумбы?

– Здесь тоже всё просто. Под столешницей – магнит. Записка исчезает, когда я незаметно сдвигаю её в щель. А новая появляется из той же щели, когда я дёргаю за нитку с обратной стороны.

Саша выходит в коридор к тумбе, демонстрируя заранее подготовленный реквизит, и записка исчезает, затем так же внезапно появляется.

– А голос? – не унималась Лера. – Мужской голос из-за стены?

– Тут сложнее. Мы с Полиной записали несколько фраз мужским голосом – точнее, Полина попросила знакомого актёра. И воспроизводили через колонку, спрятанную за диваном.

Саша незаметно подаёт сигнал Полине. Та запускает запись с телефона. Из-за стены раздаётся голос Михаила: «Саш, ты там?»

– Но в прошлый раз он отвечал на мои вопросы! Спонтанно!

– Это была чистой воды импровизация. Я подавала знаки своему ассистенту, который сидел в соседней комнате с микрофоном.

В этот момент из стены раздаётся настоящий голос Кости:

– Саш, я нечаянно включил диско-шар. Он сейчас замигает. Прости.

И диско-шар на потолке действительно начинает вращаться.

– Это демонстрация световых эффектов. Часть программы, – произнесла Саша, не моргнув глазом.

– Он назвал тебя Саш.

– Ассистенты тоже люди. Мы дружим.

Девушки заходят на кухню.

– Я сполосну руки? – поинтересовалась Лера.

– Конечно.

Лера открыла кран, и тот, гордо подпрыгнув, извергнул из себя струю фиолетовой воды.

– Опять! Это не может быть совпадением! Саша, это настоящая аномалия!

Саша переглянулась с Полиной и спокойно произнесла:

– Это краситель. Я добавила его в фильтр для воды. Часть сегодняшнего шоу.

– Но ты не знала, что я пойду мыть руки именно сейчас.

– Ты всегда моешь руки перед интервью. Я посмотрела твои стримы и подготовилась. Ты предсказуема.

– Ты хорошо подготовилась, Саша. Очень хорошо.

Саша победно улыбнулась.

Лера ещё некоторое время ходит по квартире, поднимает журналы, бросает предметы, но, не найдя ничего интересного, завершает стрим.

Перед самым уходом она подходит к Саше.

– Саш, не для записи. Я не знаю, верить тебе или нет. Ты показала мне леску, магниты, колонку. Но фиолетовая вода... и тот голос, который назвал тебя по имени... И диско-шар, который включился сам... В общем, я не дура. Я три года расследую аномалии и знаю, когда мне показывают фокус, а когда – что-то настоящее.

Саша задумывается.

– Лера, я не могу тебе всего рассказать. Но... если я скажу, что это и не фокусы, и не магия, а что-то среднее – тебя это устроит?

– Вполне. В моей рубрике «Лера_Раскрывает» всегда есть место загадкам, которые не нужно раскрывать до конца. Сегодняшний стрим я смонтирую как разоблачение. Но в конце – знаешь, что я скажу? «Кажется, магия всё-таки существует. Но я никому не скажу».

– Спасибо, Лера, – выдыхает Саша. – Ты отличный детектив и отличный друг.

– Я не детектив. Я просто люблю тайны. И хорошие истории.

Когда Лера уже собирается уходить, на тумбе появляется записка от Кости: «Саш, всё прошло хорошо? Я выключил диско-шар. Кофеварка спрашивает, можно ли ей выйти из режима молчания». Лера видит записку, но не читает.

– Тумба?

– Магнит. Помнишь?

– Конечно. Магнит.

После ухода Леры ребята собираются у стены, стена становится полупрозрачной.

– Мы сделали это, – произнесла Саша. – Лера поверила в разоблачение. Кажется, поверила. Почти поверила. Во всяком случае, она обещала смонтировать всё так, как нам нужно.

– Ты отлично импровизировала. Даже я почти поверил, что леска и магниты – это всё, что у нас есть.

– А моё чихание вы прикрыли переездом соседей. Гениально.

Девушки рассмеялись.

– Ребята, мы – команда мечты, – выдохнув, сказала Полина. – Межпространственная команда по связям с общественностью.

– Предлагаю отметить это. Кто за?

– Я весь день молчала, – произнесла кофеварка. – Я заслужила право высказаться. Этот стрим был балаганом. Но вы молодцы.

– Спасибо. Это почти комплимент.

– Это констатация факта. Не привыкай.

– Я когда-нибудь к ней привыкну, – добавила Полина.

Теперь смеялись все.

Вечером Костя, проходя мимо тумбы, замечает лежащую на ней записку.

«Кость, спасибо за сегодня. И спасибо, что диско-шар включился не вовремя. Это добавило остроты. Я чуть не поседела, но Лера, кажется, на нашей стороне. Может, когда-нибудь мы расскажем ей правду. Но не сегодня. P.S. Кофеварка права: мы молодцы. P.P.S. Передай Мише, что Полина сказала про него: "Он чихает очень мило". Это комплимент».

«Саш, ты сегодня была не просто блогером. Ты была режиссёром, актрисой и спецэффектом в одном лице. Я горжусь нашим партнёрством. P.S. Михаил прочитал твою записку и теперь чихает специально. P.P.S. Диско-шар я починил. Он больше не будет самовключаться. Наверное».

Глава 16. Мама приехала.

Глава 16. Мама приехала.

«Надеюсь, буфер не изменит вкус блинов. Я очень старалась. В дополнение к десерту кладу тебе самую вкусную сметану и вишнёвый джем. Мой любимый.»

Саша перечитала записку трижды, прежде чем поставить контейнер с блинчиками на тумбу.

Угощенье через две минуты исчезло с гладкой поверхности тумбы, а на его месте появилась записка:

«Очень неожиданный сюрприз. Спасибо большое, Саша.»

«Я просто подумала, а что если нам устроить совместный завтрак?»

«Отличная идея! Я как раз готовлю свою фирменную яичницу с беконом. Подожди, скоро будет часть завтрака от меня.»

Когда через десять минут на Сашиной тумбе появляется тарелка с порцией любимого завтрака Кости, ребята решают переместиться в гостиную.

– Вот, совместный завтрак, – говорит Саша, удобно устраиваясь на кресле возле стены. – Яичница очень вкусная.

– Спасибо. Но твои блинчики лучше. Этот вкус навеял мне воспоминания из детства. Как ты это сделала?

– Это мой личный талант. Я рада, что тебе понравилось.

Саша откусила кусочек бекона.

– М-м-м, такой хрустящий и одновременно нежный.

– А это уже мой талант.

Из кухни раздался скрежещущий голос кофеварки:

– Девушка, он измерял линейкой длину бекона, а лишнее подрезал.

– Я оптимизировал площадь жарки.

– Да, он действительно... ровный.

Ребята смеются.

– Кость, скоро Новый год... – начала говорить Саша.

– Да, я помню про то, что после Нового года придут работники агентства для полной стабилизации буфера. У меня есть уже несколько наработок на этот счёт.

– Нет. Точнее, да. Но я не об этом. Скоро Новый год, и я хотела у тебя спросить: какие у тебя планы?

– Планы? Закончить работу над прототипом умного дома.

– А отметить праздник?

– Отметить? Я не отмечаю. Для меня это просто смена дат в календаре и всё. Переоценённый праздник.

– Никогда?

– Никогда. Хотя Михаил каждый год зовёт к себе. Но это всё не для меня.

– Это так странно. – Удивилась девушка. – Нет, так не должно быть. Решено. В этом году мы празднуем Новый год вместе. И это не обсуждается. Всё должно быть серьёзно, с боем курантов, шампанским. А ещё не забудь поставить ёлку и украсить дом.

– Ёлку?

– Конечно, Кость, какой Новый год без ёлки?

В этот момент у Саши звонит телефон. На экране светится короткое слово: «Мама».

– Просто так она редко звонит. Надо ответить.

Девушка отвечает на звонок.

– Да. Мам, что случилось?

– Что, я не могу позвонить своей единственной дочери?

– Не в такую рань в субботу.

– У меня стыковка между рейсами в твоём городе. Скоро буду.

– Ты как всегда без предупреждения. Через сколько тебя ждать?

– Я уже подъезжаю.

Саша кладёт трубку.

– Это катастрофа.

– Что случилось?

– Сюда едет моя мама.

– Это код красный? Я правильно понимаю?

– Хуже. Это код фиолетовый. Она ни слова не знает ни про буфер, ни про соседа из параллельной реальности. Она даже мой блог не смотрит, считает, что я занимаюсь какой-то ерундой. Как и поступление в актёрский. Она химик, руководит крупной фармкомпанией. А дочь пляшет перед камерой. Она хотела, чтобы я занималась чем-то серьёзным, пошла по её стопам. Или на крайний случай стала бы сосудистым хирургом. Нет, правда, она так и говорит.

– Но твой блог сделал тебя популярной, и это, я так понимаю, приносит неплохой доход.

– Для неё важнее принципы, нежели популярность. Представь себе, что будет, если она узнает про буфер.

– Да, я понимаю.

– Я постараюсь увести её подальше из квартиры, но какое-то время мама всё равно пробудет здесь. Костя, постарайся сделать так, чтобы сегодня буфер не сбоил.

– Я очень и очень постараюсь.

– Но мне рот не удастся прикрыть! – раздался голос кофеварки из кухни. – Я против заговоров и тайн!

– Ничего сегодня с ней не могу поделать, – сказал Костя, затем добавил, обращаясь к кофеварке: – Молчи, иначе будешь делать ванильный раф мне всю неделю.

– Ты его не любишь.

– Из вредности полюблю.

– Посмотрим, кто кого, – добавила машина и замолчала.

– Костя, я обожаю слушать ваши перепалки, но мне пора идти, нужно успеть хотя бы загрузить посудомойку.

Через полчаса в дверь позвонили. Саша, переодетая из своей растянутой старой футболки в розовую с ярко-зелёными ушками, открыла дверь.

На пороге стояла женщина примерно пятидесяти лет, одетая в строгий костюм кремового цвета и туфли-лодочки, в одной руке она держала большую яркую коробку, перевязанную лентами и бантами сверху, а в другой – большой белый бумажный пакет.

– Здравствуй, дочка, – произнесла женщина, проходя в квартиру. Она молча оглянулась, затем наклонилась и коротко обняла дочь.

– Что за странный запах?

– Запах?

– Да, пахнет озоном.

– А, это... прислали на пробу новые аромадиффузоры, вот пользуюсь.

– Странная всё же у тебя работа. За голову ещё не думала взяться?

– Мам, не начинай.

– Я и не начинаю. Ты же не будешь всю жизнь со своими танцульками перед камерой кривляться. Нужно подумать о серьёзной работе. Вот твой брат...

– Да, да, да, я знаю, что мой брат защитил докторскую. Но это его жизнь, а не моя.

– Послушала бы мать, пока есть возможность.

– Мам, может, чаю?

– Можно и чаю.

На кухне Саша разлила в чашки горячий, свежеприготовленный чай. И как всегда, самозаваривающийся чайник предугадал вкус каждого: Саше достался ромашковый чай с чабрецом, Наталье Сергеевне – крепкий пуэр.

– Возьми у меня пакеты, я привезла твои любимые сладости.

Саша достала из бумажного пакета коробку конфет из молочного шоколада с неожиданным вкусом; внешне конфеты ничем не отличались друг от друга, но вот начинка ни в одной не повторялась. Однажды Саша, в поиске самой вкусной конфеты, надкусила каждую.

– Спасибо, мама.

Наталья Сергеевна, удобно устроившись на диване, приняла из рук дочери чашку чая.

– Приятно, что ты помнишь мой любимый, спасибо. То, что сейчас нужно.

– Я всегда держу несколько видов чая дома.

– Приятно удивлена твоей предусмотрительности. Рассказывай, как твоя жизнь? Твой брат говорил мне, что в твоём этом блоге у тебя новая рубрика – как приучить соседа в холодильнике или что-то такое. Как тебе в голову пришла такая идея?

– Да так. Опыт.

– Опыт? Интересно.

В этот момент за стеной раздались приглушённые голоса.

– О соле мио... – сначала хриплый голос, затем мужской: – Ой, да не пой ты, попросили же вести себя тихо.

– Что это? – удивлённо спросила Наталья Сергеевна, смотря на стену.

– Это... ничего, это соседи, – испуганно ответила Саша, её ладони вспотели, и она спрятала руки в рукава.

Это движение не осталось незамеченным мамой, но она промолчала.

– Я всегда знала, что у меня незаурядная дочь с богатой фантазией.

– Мам, а ты не хочешь выпить кофе в соседней кофейне? Заодно прогуляемся.

– Саша, я приехала к тебе в гости, в кофейне я могла посидеть и в аэропорту.

– Да, конечно, – промямлила Саша, нервно теребя край футболки и стараясь не смотреть на стену.

– Вас не заставить меня замолчать! – снова раздался хриплый приглушённый голос.

Наталья Сергеевна повернула голову на звук.

– Саша, мне показалось или стена начала светиться?

– Это... такой свет, – произнесла Саша, ещё сильнее засовывая руки в рукава.

– Пойду налью себе воды, – сказала Наталья Сергеевна, приподнимаясь с дивана. Она вышла в коридор, но через минуту вернулась, держа в руках лист бумаги.

– «Кофеварка устроила революцию, не могу больше её сдерживать. Буфер крайне нестабилен, статистически высокая вероятность свечения». Что это?

– Это... строчки из пьесы.

– Готова поклясться, что этого листа не было на тумбе, когда я пришла.

– Конечно, был, ты просто не заметила.

– Саш, прости, но это уже очень подозрительно, – раздался голос Кости из-за стены. – Здравствуйте, Наталья Сергеевна. Я Константин.

– Саша, это мужской голос? Объясни.

– Мама, сядь, пожалуйста. Это странный разговор.

Женщина села на край дивана.

– Это Костя. Он живёт... вроде как в соседнем подъезде, и у нас смежные стены. Иногда мы общаемся. Это он – часть моей рубрики, сосед, оставляющий записки, и всё такое.

– Саша, это не дело – иметь такие тонкие стены. Нужно позвонить в управляющую компанию, пусть займутся этим вопросом. Вдруг он извращенец. Или, ещё хуже, у него нет образования.

– Я инженер, – ответил Костя. – И я не извращенец. У вас чудесная дочь. И я прошу прощения за шум.

– Инженер из-за стены – это уже интересно. Костя, а расскажите, чем вы конкретно занимаетесь?

– Мам...

– Помолчи, дочь. С тобой мы позже разберёмся.

– Я разрабатываю прототип умного дома, который будет реагировать не только на голос, но и на сенсорные ощущения, настроение, походку и подбирать сценарии согласно собранным данным.

– Очень интересно. А какие у вас намерения насчёт моей дочери?

– Мам!

– Я хочу, чтобы Саша была счастлива. И я поддержу её всегда и во всём. И я надеюсь, что однажды этой стены не будет, – ответил Костя, затем добавил: – Не буквально, конечно.

– Это лучший ответ от молодого человека моей дочери. Обычно они мямлят.

– Он не молодой человек... – начала Саша, но замолчала, потупив взгляд.

– А сейчас мямлишь ты.

Наталья Сергеевна усмехнулась, покачала головой и поднялась с дивана.

Через некоторое время она начала собираться.

– Время неумолимо мчится вперёд, и мне пора. Саша, присмотрись к этому молодому человеку. Послушай меня хотя бы тут, – прошептала она возле уха дочери, затем добавила громче: – Константин, рада знакомству. Надеюсь увидеть вас когда-нибудь лично. И надеюсь, это будет не на свадьбе. Или чтобы свадьба не была вокруг стены.

– Мам, какая свадьба, о чём ты? – покраснела Саша.

– Хорошо, – спокойно произнёс Костя. – Я учту. Думаю, что после Нового года мы познакомимся с вами лично.

– Буду рада.

Глава 17.Подарочный обмен: начало.

Глава 17.Подарочный обмен: начало.

Раннее утро, Саша сидит на полу в окружении множества коробочек, пакетов, открыток, разорванной бумаги... Она проснулась рано, потому что не могла больше спать, когда рядом столько нераспакованных подарков. Бренд, о сотрудничестве с которым девушка мечтала уже много дней, прислал ей новогодний бокс. И он был просто огромный.

Саша, напевая что-то новогоднее себе под нос, раскладывала добычу по категориям. Ароматические свечи с запахом глинтвейна – в одну стопку. Набор эфирных масел – поближе к себе. Два пледа – один с забавными оленями, другой с суровым норвежским узором – она развернула и по очереди приложила к щеке, проверяя мягкость. Рядом легли соль для ванны с лавандой и бамбуковая подставка под кружку.

– Это обязательно нужно заснять, – пробормотала она, включая камеру на телефоне.

Она навела объектив на богатство и затараторила:

– Друзья, смотрите, какая красота! Пришёл новогодний бокс от «Магии уюта», и я сейчас всё это буду тестировать и делиться впечатлениями. Но... – она перевела камеру на плед с оленями, и её голос стал чуть тише, интимнее, – кое-что из этого я, кажется, уже знаю, кому подарить...

Она загадочно улыбнулась и выключила запись. Саша взяла плед с оленями, встряхнула его.

– Косте бы понравился. Или нет? Может, он вообще не любит оленей? – она вытянула плед перед собой и прищурилась. – Инженер-заклинатель и олени. Это либо идеально, либо катастрофа.

Она попыталась представить Костю, с головой закутанного в этот плед, нависшего над своими кристаллами, в то время как с его плеча свисает плюшевая оленья морда с красным носом. Картина была настолько абсурдной, что Саша закатила глаза.

– Надо спросить. Без вариантов.

Она решительно прошла в коридор и положила на тумбу записку.

«Кость, вопрос: как ты относишься к оленям на пледе? Это важно.»

Ответ пришёл через три минуты – колокольчик звякнул, и Саша схватила листок.

«Саш, уточни: олени как биологический вид, как символ или как принт на текстиле? От ответа зависит моя реакция.»

«Как принт на текстиле. Очень мягком.»

«К текстилю отношусь нейтрально. К мягкому текстилю – положительно. К оленям – терпимо. Итог: скорее да, чем нет.»

Саша перечитала последнюю фразу трижды. «Скорее да, чем нет» – от Кости это звучало почти как «разумеется, я мечтал об этом всю жизнь».

«Отлично. Тогда второй вопрос: твой любимый запах?»

На этот раз пауза затянулась. Саша успела заварить себе чай, вернуться к тумбе, постоять и уже начала волноваться – не сбежала ли записка куда-то в буферную воронку. Но наконец колокольчик звякнул.

«Пачули. По очевидным причинам. С недавних пор.»

Саша улыбнулась, прочитав записку.

– Из-за пачули всё началось, – раздался из-за стены приглушённый голос Кости.

И вот Саша и Костя уже вместе смеются каждый со своей стороны стены.

На столе Кости был беспорядок: кристаллы всех оттенков, мотки тончайшей проволоки, рунные пластины, светящиеся камни и пара самодельных артефактов. Костя стоял в задумчивости рядом, слегка наклонившись.

Он вертел в пальцах небольшой кристалл голубоватого оттенка, но тот казался ему слишком холодным. Рядом лежал тёплый янтарный камень – но он был слишком простым.

– Ей нужно что-то, что будет напоминать обо мне, – пробормотал он вслух. – Не магический же концентрат. И не руну стабилизации – это скучно. Что-то... тёплое. И светящееся.

Из кухни донёсся скрипучий голос кофеварки – она, видимо, слышала его монолог.

– Подари ей цветок. Или стихи. Или цветок со стихами. Что ты как не человек?

Костя поднял голову и посмотрел в сторону кухни.

– Я инженер. Я подарю ей артефакт.

– Артефакт – это не подарок, – наставительно произнесла кофеварка. – Артефакт – это инструмент. А девушкам нужно... чувство.

Костя задумался, уставившись в пространство перед собой. Чувство. Как измерить чувство? Как преобразовать его в то, что можно потрогать, включить и поставить на полку? Он перевёл взгляд на кристаллы, и в голове начала складываться схема.

– Чувство... – медленно повторил он. – А что, если артефакт, который реагирует на чувства?

Кофеварка издала звук, подозрительно похожий на фырканье.

– Гениально. Ты подаришь ей детектор эмоций. «Саша, когда ты злишься, он мигает красным. С Новым годом». Очень романтично.

– Я подарю ей светильник, который меняет цвет под настроение, – Костя уже не слушал её сарказма, он схватил карандаш и начал делать наброски прямо поверх старых чертежей. – Это красиво. И функционально.

– Функционально... – проворчала кофеварка. – Ты безнадёжен.

Но Костя этого уже не слышал – он подбирал кристаллы по спектру, проверял их чистоту и прикидывал, как вписать руну синхронизации в сферический корпус.

Саша тем временем собирала свой подарок на кухне. Плед с оленями лежал перед ней, аккуратно сложенный. Рядом стояла коробочка с набором масел – разумеется, с пачули в главной роли. И маленькая плитка молочного шоколада с цельным фундуком.

– Плед – чтобы не мёрз, – перечисляла она вслух, укладывая всё в бумажный пакет с нарисованными от руки снежинками. – Масла – чтобы помнил. Шоколад – потому что он, кажется, его любит. Или нет? Ладно, пусть будет. Инженеры тоже люди.

Она взяла ручку и написала записку, старательно выводя каждую букву.

«Кость, это тебе. Плед – для тепла. Масла – для настроения. Шоколад – для всего остального. С наступающим. Саша.»

Она положила пакет на тумбу, поправила бантик и отошла на шаг. Ждать пришлось недолго – пакет исчез.

Вместе с пакетом исчезла и Сашина заколка в виде маленькой серебряной звёздочки, которая случайно лежала рядом с тумбой. Через минуту заколка вернулась обратно, да ещё и с крошечной запиской, прицепленной к ней.

«Это твоё. Вернул. Спасибо за подарок. Плед мягкий. Олени не кусаются. К.»

Саша рассмеялась, прицепила заколку обратно и громко сказала в стену:

– Я знала, что олени тебе понравятся!

Из-за стены донеслось сдавленное:

– Я этого не говорил.

Саша засмеялась ещё громче.

Костя держит в руках небольшой стеклянный шар на бронзовой подставке. Внутри шара миниатюрная руна, вырезанная из светочувствительного кристалла, – она пульсирует мягким светом.

– Диапазон настроек – полный спектр. Чувствительность – высокая. Защита от помех – есть, – пробормотал он. – Должен работать.

Он взял листок и написал записку.

«Саш, это светильник. Он реагирует на настроение того, кто рядом. Если загорится розовым – ты радуешься. Если жёлтым – задумалась. Если зелёным – спокойна. Я хотел подарить тебе что-то, что будет напоминать обо мне. С наступающим.»

Он поставил светильник на тумбу. В момент, когда его пальцы разжались, руна внутри шара ярко вспыхнула розовым. Костя замер.

Саша достала светильник из коробки и замерла. Шар был прохладным, гладким, а внутри него, словно живое сердце, пульсировала голубым руна. Она медленно повертела подарок в руках, и руна на мгновение вспыхнула ярче.

Девушка развернула записку. Прочитала. Улыбнулась.

– Он хотел подарить мне что-то, что будет напоминать о нём...

Светильник внезапно загорелся розовым. Очень ярким и тёплым. Саша невольно ахнула.

– Я радуюсь. Оно правда работает.

Она поставила светильник на книжную полку.

Саша решила проверить функционал. Она закрыла глаза и начала думать о грустном: монолог Нины Заречной, сломанный ноготь на безымянном пальце, пропавший было плед... Светильник сменил цвет на синий. Саша кивнула и стала думать о том, как Костя ворчит на кофеварку, – шар тут же потеплел и загорелся янтарно-жёлтым. А когда она вспомнила, как Костя уронил стейк и как они вместе смеялись над этим, – руна снова стала розовой.

– Буду тебя беречь.

Светильник мигнул, словно подмигивая.

Вечером Саша сидела на полу в гостиной, прислонившись спиной к стене. С её стороны стена была прохладной. С другой стороны, она знала это точно, Костя тоже сидел, закутавшись в плед с оленями.

– Кость, светильник – это лучшее, что мне дарили, – сказала она, глядя на полку, где мерцал розовый огонёк. – Это настоящая магия.

– Он настроен на эмоциональный спектр.

– Мой любимый – розовый. Но синий тоже красивый. И жёлтый. И зелёный... Кость, он идеален.

– Как и плед, – ответил Костя. – Он действительно тёплый. Олени оказались... забавными.

Саша повернула голову к стене.

– Кость, ты сейчас в пледе?

Пауза. Затем короткое:

– Да. А что?

– Ничего. Просто представила.

Поздней ночью, перед тем как лечь спать, Саша положила на тумбу последнюю записку за этот день.

«Кость, сегодня был день подарков, но главный подарок – это ты. Даже через стену. С наступающим».

Она уже лежала в кровати, когда колокольчик звякнул в последний раз. Она не выдержала, встала и на цыпочках прокралась в коридор. На тумбе лежал ответ.

«Саш, я не умею говорить красиво. Но плед с оленями теперь – моя любимая вещь. И светильник, который я сделал для тебя, – он работает, потому что я думал о тебе, когда его создавал. Это не магия. Это... другое.»

«Что-то другое», – пронеслось в голове девушки. Она улыбнулась.