Текст книги "Пространство для двоих (СИ)"

Автор книги: Виктория Жукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

Глава 10. Две стороны тишины.

Глава 10. Две стороны тишины.

Утро у Кости не задалось.

Он проснулся от звонка начальника и, даже не умывшись, принялся за чертёж. Получалось хуже, чем предполагалось, – всё падало из рук, схемы не сходились, лампа над столом постоянно мигала. Настроение Кости потихоньку катилось от неудачи к неудаче. В конечном итоге, когда он попытался установить кристалл над металлическим кольцом, тот выскользнул из пальцев и, больно ударив Костю по мизинцу ноги, подлетел, крутанулся в воздухе и запрыгнул обратно в коробку, заняв привычное место. Мизинец неприятно саднил, но боль слегка охладила гнев.

– Расшумелся я тут, – пробормотал Костя. – Саша ещё, наверное, спит. Точнее, спала, пока я тут всё не перевернул.

Он на цыпочках выбрался на кухню. На столе лежала коробка конфет, которую Костя берёг для такого случая. Молодой человек взял блокнот и написал на листочке: «Саш, прости за шум. Подозреваю, он тебя разбудил. Примирительный шоколад?» Конфеты и записку Костя положил на тумбу в коридоре, а сам вернулся на кухню.

– Сначала кофе, потом работа. Без двойного эспрессо всё валится из рук. Потом, пожалуй, приму ванну. У меня как раз есть магниевая соль, которую подарила Саша.

Костя нажал кнопку кофеварки, отметив про себя, что сегодня напиток готовится без привычного бурчания машины. Крепкий и горячий. Он отпил кофе, снова удивившись непривычно тихому поведению кофеварки, но тревожить её не стал – боялся спугнуть. Открыв холодильник, Костя не обнаружил в нём ни сбежавшего розового йогурта, ни других предметов, напоминавших о соседке. На средней полке – магический концентрат, на нижней – контейнер с блинчиками, приготовленными по рецепту Саши, подсмотренному на её странице в «Мире и ты». Получилось почти съедобно.

Выпив кофе, Костя, согласно намеченному плану, отправился в ванну. Высыпав в воду полпачки соли – руководствуясь принципом «целая пачка сделает меня слишком спокойным», – он разделся, сложил вещи по ровной линии на вешалке и лёг в тёплую воду. Запах лаванды успокаивал. Костя дышал, вспоминая, как учила его концентрироваться Саша: медленный глубокий вдох, на два счёта задержка, ещё вдох, ещё задержка и медленный выдох.

Когда мысли пришли в порядок, он вылез из ванны. Одевшись, вышел в коридор. На тумбе всё так же лежала коробка конфет и записка.

«Странно. Неужели спит? Не верю, что шум её не разбудил. Неужели обиделась?»

Костя подошёл к стене и стукнул один раз – сигнал «привет». Тишина. Стукнул три раза – «срочно». Ответа нет. Костя прижался ухом к стене:

– Саш? Ты там? Это я. Костя. Твой сосед. Стейк с блёстками, помнишь?

Тишина.

– Отлично. Я разговариваю со стеной. Как в старые добрые времена.

–

Саша проснулась позже обычного. Потянулась в кровати, прислушиваясь. Вместо привычного скрежета приборов за стеной, бурчания Кости, шума его шагов – тишина. «Наверное, ещё спит», – пронеслась мысль в голове девушки. Однако, посмотрев на часы, она поняла: что-то не так. Костя никогда не спал так долго.

Она быстро встала с кровати и, не одеваясь, побежала в гостиную, заколотила кулаками в стену:

– Костя!!!

В ответ – тишина. Стукнула два раза – ничего. Попробовала использовать протокол «Стена» – шёпотом произнесла кодовую фразу: «Костя, привет». Свет не моргает. Колонка молчит. Никакого ответного сигнала.

– Может, он уехал? – спросила отчаявшись девушка и села на диван, уперев ладони в подбородок. Внезапно вскочила: если Костя уезжал, он обязательно оставил бы записку на тумбе! Она выбежала в коридор – тумба была пуста.

Саша прижалась спиной к стене и медленно сползла на пол.

– Я не могла всё это придумать... Или... это был сон? И никакого Кости, никакого межпространственного взаимодействия не существовало? А что, если я сошла с ума?

Она достала телефон, нашла видео, снятое несколько дней назад. На нём слышался голос Кости – он спорил с кофеваркой. Саша прижала телефон к уху и прошептала:

– Просто чтобы убедиться, что ты существуешь.

–

Костя установил возле стены детектор активности – он точно знал, что схема подаст сигнал, когда буфер хоть немного дестабилизируется. Но, несмотря на это, он то и дело поглядывал на стену в надежде поймать тот самый момент. Детектор показывал ровную линию. Абсолютный ноль. Никакой активности с противоположной стороны контура.

– Это ведь то, что я хотел! Буфер стабилен. Я спокойно могу работать.

Но работа не шла. Мысли помимо воли улетали прочь. Как там Саша? Заметила ли она стабилизацию? Неужели так будет теперь всегда?

– Кофеварка, свари мне кофе. Только крепкий. Очень крепкий. И поговори со мной в конце концов.

– Ты жалок, – отозвалась машина.

– Зато честно.

–

Сашин день тоже не задался. Она попыталась снять сторис, но не смогла выдавить из себя ни одной искренней улыбки. Обычно во время записи за стеной что-то гудело, падало, Костя ворчал – и это давало ей ощущение, что она не одна. А теперь – тишина. Глухая, как вакуум.

– Ребята, – сказала она в камеру и замолчала. – Нет, не получается. Простите.

Она выключила запись, отложила телефон и долго сидела, глядя в одну точку. Потом встала, подошла к зеркалу и уставилась на своё отражение: всё та же футболка с восьмёркой, всё те же растрёпанные волосы. Но чего-то не хватало.

– Фона, – прошептала она. – Мне не хватает фона. И запаха паяльника. И бурчания. И записок про йогурт.

Она пошла на кухню, открыла кран. Тот самый, что недавно мурлыкал. Сегодня он молчал. Идеальная тишина – это оказалось куда хуже, чем она думала.

–

Вечером Костя и Саша, не сговариваясь, одновременно подошли к стене. Саша села на пол со своей стороны, прислонившись спиной к прохладной поверхности. Костя, помедлив, сделал то же самое. Они не знали, что другой рядом, но чувствовали смутную потребность быть ближе.

Саша, тихо, сама себе:

– Интересно, он сейчас дома? Может, тоже сидит у стены... Или работает. Или пьёт свой кофе из большой серой кружки. Или разговаривает с кофеваркой. Надеюсь, у него всё хорошо.

Костя со своей стороны, так же тихо:

– Она, наверное, снимает свои видео. Или репетирует. Или спит. У неё был тяжёлый день с этой Лерой... Хотя прошло уже несколько дней. Может, она просто не хочет разговаривать? Нет, глупость. Буфер же стабилизирован. Она меня не слышит.

Оба одновременно вздохнули – и этот вздох, благодаря остаточной микро-вибрации, едва уловимо резонировал. Саша замерла:

– Мне показалось, или я что-то слышала?

Костя насторожился:

– Показалось. Определённо показалось.

Но оба остались сидеть.

–

Ночь пришла незаметно. Костя не мог уснуть. Он принёс к стене аромадиффузор, заправленный маслом пачули.

– Если буфер хоть немного пропускает запахи... ты почувствуешь. Это как сигнал. Как «привет». Только через запах.

Он включил диффузор на минимальную мощность, лёг на пол у стены и стал ждать.

В квартире Саши через некоторое время появился едва уловимый аромат пачули. Саша, уже лёжа в кровати без сна, принюхалась и резко села.

– Пачули... Костя? Ты это сделал?

Она вскочила и бросилась к стене.

– Кость! Я чувствую запах! Ты включил диффузор? Это гениально!

Голос прорезался сквозь толщу – буфер чуть ослаб от совпадения их эмоциональных частот.

– Саш! Я тебя слышу! Нечётко, но слышу!

Саша прижалась к стене:

– Я тоже тебя слышу! Что случилось с буфером? Почему всё замолчало?

Костя, сбивчиво:

– Полная стабилизация. Наверное, агентство дожало. Или естественный откат. Я не знаю. Но тут так тихо без твоего пения в душе...

Саша, со смехом:

– А тут – без твоего ворчания на кофеварку. Я даже запись включала.

– Ты записывала моё ворчание?!

– В научных целях! Как ты говоришь.

Они замолчали. Тишина, но теперь – тёплая, живая. Через минуту Саша спросила:

– Кость... а что теперь? Буфер ведь может больше не открыться...

– Я найду способ. Я инженер-заклинатель в конце концов. Если для того, чтобы услышать, как ты поёшь в душе, нужно пробить дыру в реальности, я пробью. Только дай мне время.

– Дам. Сколько угодно. Только... не замолкай опять. Хотя бы через запахи. Или записки на тумбе. Я привыкла.

– Я тоже. Я привык, что ты – самая громкая переменная в моих расчётах.

– Это комплимент?

– Это факт.

– Тогда я – переменная. А ты – константа.

– Константа... – повторил Костя, и Саше показалось, что она слышит в его голосе улыбку. – Ладно. Договорились. Я – константа. Ты – переменная. Реальность – уравнение. Решим.

–

Позже, перед самым рассветом, Саша положила на тумбу записку: «Кость, спасибо за пачули. Это был лучший "привет" в моей жизни. Я буду ждать твой новый протокол связи. И да, я думаю о тебе. Громко. P.S. Константа – звучит гордо. Носи с честью. P.S.PS. И спасибо за конфеты. Они очень вкусные».

Костя нашёл записку, прочитал, улыбнулся и спрятал в коробку, в ту самую куда складывал все Сашины записки.

Он лёг спать, когда за окном уже серело. На душе было странно – тревожно и спокойно одновременно. Где-то глубоко, на уровне интуиции, Костя знал: это ещё не конец. Потому что ни одна константа не может существовать без переменной. И наоборот.

Глава 11. Шумовые помехи.

Глава 11. Шумовые помехи.

Саша стоит посреди перевёрнутой квартиры. Одежда скинута на пол, кровать перерыта, подушки лежат на подоконнике.

– Да где же ты?

Тишину комнаты нарушает монотонное жужжание вибрации телефона. Кто-то настойчиво пытается дозвониться.

– Вдох, выдох, Саша, – обращается девушка сама к себе, – десять, девять, восемь, семь, шесть, выдох. Успокойся и найдёшь свой телефон. Пять, четыре, три, два, один.

Внезапно девушка опускает руку в кучу разбросанных на полу вещей, недолго роется в них и извлекает свой телефон.

– Алло! – не глядя на экран , произносит девушка.

– Привет, дорогая. Если бы ты ответила раньше , у тебя бы было право голоса на выбор пиццы, а теперь нет. Мясная и точка. А ещё ты будешь пить грушевый сидр. В этом выбора у тебя не было.

– Полина? Что? Какая пицца? Какой сидр?

– Говорю же: пицца мясная, сидр грушевый.

– Пол, я поняла. О чём ты вообще?

– Я еду к тебе с ночёвкой. У нас девичник.

– Но ты же была в Китае и должна была вернуться только после их Нового года.

– Но вернулась раньше и очень соскучилась по своей подруге.

– Может , тогда лучше я к тебе? – с надеждой спросила Саша, понимая , что она не в силах объяснять подруге про магического заклинателя и нестабильный буфер.

– А вот и нет. Во-первых , курьер через час привезёт пиццу на твой адрес, а во-вторых , открывай.

В этот момент зазвенел дверной звонок.

Саша осмотрела комнату, которая так и оставалась в хаосе, пнула ногой кучку вещей в сторону, расчищая себе дорогу, и вышла в коридор.

– А-а-а-а, подруга, мы не виделись с тобой три месяца! Я так соскучилась!

В квартиру вошла высокая девушка с длинными волосами , собранными в хвост. Она обняла Сашу.

– Полина, я тебя вообще не ожидала увидеть сегодня. Да и вообще не ожидала увидеть скоро. Что случилось? Ты как здесь?

– Моё участие в Шанхае завершено, все остаточные моменты мы можем решать удалённо. Может быть , понадобится несколько поездок, но не сейчас. До Нового года я полностью свободна.

– До китайского? – рассмеялась Саша.

– Ах , если бы, – ответила со смехом подруга. – Ты как тут?

Саша только хотела ответить, как на тумбе появилась записка.

– Что это?

– Где?

– Листок. Я уверена на сто процентов , что его не было ещё минуту назад.

– Пол , ты чего? Конечно , он был. Проходи на кухню.

Полина , разувшись, повернула за угол. Через минуту начала выгружать из принесённого ею пакета бутылки сидра.

– Расскажи мне лучше ты. Я слышала , в «Мире и ты» появился новый многообещающий блогер со стремительно растущим числом подписчиков? Что за рубрика такая – сосед из холодильника?

Полина подошла к холодильнику, открыла дверцу , рассматривая содержимое.

– Неужели виновник рубрики – этот розовый йогурт? Или , может... стоп , а это что? Магический концентрат?

«Опять», – пронеслось в голове у Саши.

– Это... ничего, не обращай внимания, – она забрала флакон из рук подруги, вынесла его в коридор , оставив на тумбе.

– Саша, не увиливай. Я посмотрела твой влог. Ты видела два миллиона просмотров? Предлагаю залить его в китайские соцсети, расширишь аудиторию. Ты наняла человека для монтажа? Такие спецэффекты: мерцание стены, мужской голос... Кстати , чей он? Я не узнала.

– Да. Точнее , нет. Я сама монтировала. Ну почти. Да где же эта пицца? Хочешь , я пока бутерброды сделаю? Или , может , чаю? У меня штрудель есть. Яблочный , как ты любишь.

– Сама пекла?

– Обижаешь.

– Тогда буду.

Саша разлила по кружкам чай.

– Смотри , как интересно: у меня в чашке зелёный чай, а у тебя чёрный, а чайник один.

Саша остановилась посреди комнаты.

– Так я заварку заранее налила.

– Да?

– Конечно, ты просто не заметила.

– Тогда ты удивительным образом попала. Я сейчас пью только зелёный чай: Колодец Дракона или Сиху Лунцзин. Я привезла его , наверное , полчемодана и договорилась, что мне будут присылать его.

Полина сделала глоток.

– Не может быть. Я этот вкус ни с чем не спутаю. Такую смесь не достать.

– Да? Не знаю, я вроде бы его в магазине у дома покупала.

– Серьёзно?

– Да ладно, Пол, расслабься, шучу, мне его мама привезла, а ей его кто-то подарил.

Полина недоверчиво посмотрела на подругу, но промолчала.

–

Через час две девушки в расслабленных позах , лёжа на диване , вместе с пиццей и бутылками сидра в руках смотрели нестареющую классику – «Иронию судьбы, или С лёгким паром».

– Да не хочу я лавандовый раф. Я хочу просто кофе. Ты машина, ты должна подчиняться, – негромко, но разборчиво донеслось из-за стены.

– Я не машина, я произведение искусства.

Полина нажала на паузу.

– Это что? Это у тебя кто?

– Это телевизор. У соседей. Очень громкий. И странные передачи.

Саша нажала на плей, увеличила громкость.

– Смотри, сейчас мой любимый момент: удивление Нади от встречи с Новосельцевым.

– Саша, Новосельцев – это из другого фильма. Ты чего?

Полина вновь нажала на паузу.

– А ещё телевизор не спорит про лавандовый раф. У тебя что , мужик в квартире? Ты не могла намекнуть?

– Нет там никакого мужика.

– Саш, если ты меня слышишь, передай Михаилу, что лавандовый раф нужно вычеркнуть из категории «напитки» и перенести в категорию «десерты».

– Он же тебя по имени сейчас назвал, – вскочила на ноги Полина. – А ещё он передал привет Михаилу. У тебя что , тайная жизнь?

– Ох. Я, кажется, создал помехи. Извините.

Саша понимает: выхода у неё нет. Она вздыхает.

– Ладно. Садись. Это будет долгая и странная история.

– Обожаю странные истории.

Полина удобно усаживается на диване, отпивает сидр из бутылки.

– Некоторое время назад я обнаружила на своём пороге мужчину с таким же адресом прописки , как у меня.

– Дай угадаю, – перебила её Полина. – Только не Москва, а Санкт-Петербург? Да? Ты что , хочешь мне пересказать фильм, который мы смотрим?

– Не перебивай. Адрес полностью совпадал. Город тот же. Это оказался сосед из параллельной реальности. Оказывается , наше агентство сдаёт квартиры одновременно в разных измерениях разным людям. Между ними буферная зона. Так вот , мои благовония с пачули запустили сбой буфера, и Костя – так зовут моего соседа – оказался стоящим в моём коридоре. Потом приезжали из агентства, частично стабилизировали буфер, попадать в чужие реальности мы перестали, но вот общаться можем. Через тумбу , например , или эту стену.

Потом Саша рассказывает все подробности: про стейк с блёстками, про неугомонную Леру, про летающий тапок, про миграцию йогурта. Полина слушает , не перебивая. Когда Саша заканчивает , в комнате повисает тишина.

– То есть... ты хочешь сказать, что твой сосед – это не монтаж, не фейк для блога, а реальный инженер-заклинатель из параллельной реальности, который живёт с тобой через стену, ворует йогурты и жарит стейк на масле для волос?

– Да. Именно это я и хочу сказать.

Полина ставит бутылку на столик возле дивана.

– Это самое крутое, что я слышала за всю жизнь! У тебя – лучший сосед в истории! Он случайно не холост?

– Пол! Фокус не на том.

– Фокус всегда на этом! Ты должна нас познакомить!

– Он , наверное , работает.

– Отвлеки. Не каждый день общаешься с человеком из параллельной реальности.

– Вообще-то каждый.

– Это ты. У меня первый опыт. Он говорит на одном языке с нами? Я знаю только китайский и английский. Он знает английский?

– Пол, не суетись. Он знает русский.

– Давайте вместе посмотрим фильм.

– Это странно. И неловко. Вдруг ему не понравится. Вдруг он будет смотреть его как инженер.

– Тем лучше. Что он любит смотреть? Про магию? Про роботов? Комедии? Ужасы?

– Я предпочитаю документальные фильмы про устройство магических контуров. Но могу посмотреть и художественный. В научных целях, конечно, – раздался из-за стены голос Кости.

Полина подпрыгивает на месте.

– Костя , привет! Я Полина. Мне Саша уже рассказала про вас. Предлагаю устроить киновечер!

– Киновечер? Через стену? Технически возможно. Выбирайте фильм , я займусь синхронизацией.

– «Технически возможно» – это «да» на языке инженера? – шёпотом спрашивает Полина ; подруги смеются.

–

Некоторое время спустя раздаётся голос Кости из-за стены:

– Можете включать фильм. Я нас синхронизировал, и теперь всё , что вы будете смотреть на экране, будет видно и у меня.

– А звук? – спросила Полина. – Вы слышите нас?

– Слышу. Буфер сегодня нестабилен. Вероятно, из-за сидра – пары алкоголя создают дополнительную проницаемость. Кстати, передайте Саше, что она в прошлый раз забыла у меня... – Костя осёкся. – Впрочем, неважно. Запускайте.

Полина выразительно посмотрела на Сашу. Та сделала вид, что поправляет плед.

Фильм начался. Это была старая комедия – та самая «Ирония судьбы», которую они смотрели до вмешательства Кости. Только теперь к просмотру добавился новый участник.

На сцене с баней Костя заметил:

– Обратите внимание, архитектура квартир в этом фильме идентична. Это распространённый приём в советской застройке, но здесь он доведён до абсурда. Теоретически, если бы существовал магический контур, наложенный на типовые дома, можно было бы добиться эффекта, похожего на наш с вами случай.

– Кость, – не выдержала Саша, – это комедия! Тут не нужен магический контур. Тут нужна вера в новогоднее чудо.

– Новогоднее чудо – это неподтверждённая магическая аномалия с нулевым уровнем повторяемости, – машинально ответил Костя. – Но если тебе нравится, пусть будет чудо.

Полина хихикнула и толкнула Сашу локтём: «Он прелесть».

На сцене с пьяным Ипполитом Костя снова вмешался:

– Поведение данного персонажа нелогично. Если он знал, что его невеста может быть в другой квартире, почему не проверил адрес заранее?

– Потому что он влюблён и растерян, – сказала Полина. – Это нормально – терять голову, когда влюблён.

– Потеря головы – это фигура речи. Физически голова остаётся на месте. А вот сердцебиение действительно учащается. Я замерял.

– На ком замерял? – мгновенно среагировала Полина.

Костя замолчал. Саша уткнулась в подушку.

– Я, кажется, поняла, на ком, – удовлетворённо протянула Полина и отпила сидра.

В финале, когда герои встречаются в поезде, Костя неожиданно замолчал. Саша даже забеспокоилась:

– Кость? Ты там?

– Тут. Просто... этот момент. Когда они находят друг друга, несмотря на путаницу. Это... хороший момент.

– По-моему, наш инженер дорвался до эмоций, – прошептала Полина.

– Я всё слышу, – отозвался Костя. – Но да. Возможно.

–

После фильма, выпитого сидра и съеденной пиццы Полина понимает, что нужно идти спать.

– Ладно, голубки, вам спокойной ночи. Саша, жду тебя в кровати. Костя, вы отличный сосед.

Полина скрывается в коридоре , мурлыча себе под нос.

– Кость, извини, что не предупредила.

– Ничего. Она первая , кто воспринял нашу ситуацию не как сенсацию, а как возможность.

– Возможность для чего?

– Для киновечера... например... И других совместных... проектов.

Саша улыбается в темноте:

– Других совместных проектов? Ты про что?

– Пока не готов озвучить. Нужно подготовить расчёты.

– Кость, ты опять про расчёты?

– Нет. Просто... я рад, что ты рассказала Полине. Мне кажется, это сделало всё чуть более реальным.

– Мне тоже.

Глава 12. Допрос с пристрастием.

Глава 12. Допрос с пристрастием.

Полина потягивается. Раннее утро. Слишком раннее, чтобы вставать, но и одновременно слишком позднее, чтобы опять засыпать. Девушка поворачивает голову в сторону Саши – та, раскинувшись на своей половине и захватив часть подушки Полины, спокойно посапывает.

Полина осторожно проскальзывает под Сашиной рукой, в ответ подруга поворачивается на бок.

– Клубничный йогурт... мой йогурт... коровы отделяют клубнику от молока... – забормотала она себе под нос.

Полина, улыбнувшись, закуталась в плед и вышла из спальни.

Пробираясь на кухню, Полинин взгляд зацепился за слабое мерцание в гостиной. Зайдя в комнату, девушка увидела отчётливое мерцание стены.

– Как интересно. Пока сам не увидишь, не поверишь, – произнесла девушка. – Интересно, этот забавный инженер ещё спит?

Она замолчала, задумалась и продолжила:

– Наверное, ещё спит, опять сидел до утра, работая над своим прототипом.

Она подошла к стене, коснувшись её рукой.

– Тёплая. Будто там живой человек. Хотя да, там и есть живой человек, только из другой реальности. С ума сойти!

Костя уже не спал. Вчера вечером он не стал погружаться в работу, решил проснуться пораньше.

Перед лицом юноши стоял 3D-прототип системы умного дома в уменьшенном масштабе. Задача была определить положение основного кристалла относительно других и датчиков для более точной координации работы системы. Он то и дело смотрел на расчёты, затем вновь на модель, делал пометки в блокноте , перечерчивал схемы, сдвигал элементы прототипа на модели.

Костя не глядя отпил из стоящей рядом чашки, но его лицо тут же перекосилось, он выплюнул что-то обратно в чашку.

– Сок? Серьёзно? Апельсиновый сок вместо кофе? Этот буфер хочет довести меня до белого каления.

Молодой человек в ярости вышел в коридор, но остановился, услышав стук в дверь.

– Кто там пришёл в такую рань? – сказал юноша, открывая дверь.

– Здорова, Костян. Не спишь?

На пороге стоял Михаил. В руках он держал несколько бумажных пакетов, наполненных доверху, из одного торчал лук-порей.

– Ты чего это в такую рань?

– Привет, Миш. – Михаил протиснулся в квартиру, сунув пакеты прямо в руки удивлённому другу. – Спасибо, Миш, что проснулся ни свет ни заря, для того чтобы купить другу лучшие фермерские продукты в городе.

– Привет. Спасибо, – растерянно ответил Костя.

– Так-то лучше. Поставь продукты в холодильник, там фермерский сыр, колбасы, идеальные помидоры, короче, сам разберёшься.

– Я мог заказать доставку из «Велосипеда».

– Мог. Но они привезут химозную дрянь, а тут всё экологически чистое. Приготовь мне кофе, пожалуйста.

– Надеюсь, американо?

– Лавандовый раф.

– Миш, это не...

– Даже не начинай, – перебил его Михаил. – Пусть это будет десерт, но я хочу его. И раз ты вредничаешь, приготовь мне ещё, не знаю, сладкие тосты, пожалуйста. Жду тебя в гостиной.

– Хорошо. Вместе позавтракаем. Омлет к тостам будешь?

– Конечно. И там я купил ветчину, можешь и её принести.

С этими словами Михаил скрылся в гостиной, а Костя отправился на кухню разбирать пакеты.

Удобно устроившись с чашкой кофе и круассаном, Полина села на диван. Она смотрит на телефоне короткие ролики в «Мире и ты», тихо смеялась.

Внезапно взгляд девушки привлекла мерцающая стена, сквозь которую чётко проглядывал мужской силуэт.

«Неужели это и есть он, таинственный заклинатель? Сейчас только я у него всё и выспрошу», – подумала девушка.

– Эй, инженер!

Силуэт за стеной встал с дивана, подошёл вплотную к стене.

– Саша, это ты?

– Нет, это Полина.

– Полина... Как интересно...

– Костя, вы выспались?

– Я не... – начал было Михаил, но, лукаво улыбнувшись, замолчал на секунду и, прочистив горло, продолжил: – Я не спал.

Выкрутившись, молодой человек сел на стул, стоящий рядом со стеной.

– Совсем не спали?

– Совсем.

– Вы удивительный человек, Константин.

– Я?

– Конечно. Вы столько работаете, и ваш проект... он такой необычный... умный дом. Вы говорили, что хотите, чтобы дом сам понимал чувства и настроение хозяина и подстраивался под него. Это же действительно удивительно.

– Пожалуй. А вы, Полина, чем вы занимаетесь?

– Я работаю на международную фирму, но обо мне позже. Расскажите о ваших намерениях.

– Намерениях?

– Да. Относительно моей подруги.

– Нет у меня никаких особых намерений.

– Как? – Полина вскочила с дивана. – А эти записки? Подарки? Стейк с блёстками, в конце концов?

– Полина, а где Саша?

– Она спит. Не уходите от ответа.

– Саша. Мы... – Михаил задумался. – Понимаете, Полина, мы с ней, как бы вам сказать... мы партнёры. Мы работаем над одним проектом, плюс всегда приятно, когда дома тебя ждут. Вас ждут дома, Полина?

– При чём тут я вообще? Мы говорим о вас и моей лучшей подруге.

– Но всё же. Ответ на ответ.

– Ладно. Отвечу. Нет, меня никто не ждёт, моя работа не подразумевает сидения на одном месте подолгу.

– Какая вы энергичная.

– Следующий вопрос.

– Когда вы родились?

– Шестого декабря. Зачем вам это?

– Стрелец, значит, – прошептала Полина, затем добавила громче: – А время?

– Двадцать минут седьмого. Вечера. Вы задаёте странные вопросы.

– Ничего не странные. Так если вы просто партнёры, к чему всё это?

Михаил вздыхает:

– Саша... она мне дорога. Как человек, как соседка. Я хочу, чтобы она была счастлива... но я не...

– Что «не»? – перебила его Полина. – Не мягчите, Костя, будьте мужчиной и скажите уже чётко, чего вы ждёте от Саши.

– Всё... Всё технически сложно...

– Я так и знала, – девушка вновь села на диван. – Хотя это уже хоть что-то.

Шум разбудил Сашу. Она, практически не открывая глаз, на автомате выходит из спальни и идёт в гостиную. Она видит сидящую на диване подругу, смотрящую с возмущением в стену перед собой.

– Пол, ты чего? Что происходит?

– Я тут вывожу на чистую воду твоего заклинателя.

– Что? Костя?

– Он мямлит. А ещё он симпатичный, – добавляет она шёпотом. – Кажется.

Саша смотрит на стену, видит знакомый силуэт.

– Пол, это не Костя.

– Не Костя? А кто?

– Извините, Полина, я Михаил, друг Константина.

– Извините, Саша, я не специально. Я принёс Косте продукты. А тут вопросы. Мне было интересно, вот я и прикинулся.

Покрасневшая Полина забралась на диван с ногами.

– Я допрашивала не Костю. Значит, дата рождения...

– Дата моя, я не знаю время рождения Кости. Извините ещё раз.

– Я спрашивала у незнакомого человека про намерения. Про стейк. Про записки...

Саша начинает хохотать.

– О Господи, Пол, ты допрашивала Михаила? Это же друг Кости.

– Я поняла. Теперь я хочу провалиться сквозь землю.

– А где Костя? – спрашивает Саша.

– Он готовит завтрак.

В этот момент за стеной появляется ещё один силуэт.

Полина закрывает лицо руками.

– Что происходит?

– Да так, ничего страшного, – отвечает Михаил. – Я познакомился с Полиной и наконец увидел Сашу. Почти увидел. Как мои тосты?

– Всё готово. Я пришёл, чтобы сказать об этом.

– Костя, ваш друг... ваш друг... – возмущённо произнесла Полина, – он настоящая... заноза...

– Поверьте мне, я знаю. Я, конечно, думал, что вы познакомитесь иначе, но как есть.

– Приятно познакомиться, Полина.

– Не могу ответить взаимностью, – обиженно ответила девушка.

– Тогда через три минуты подойдите к почтовой тумбе.

С этими словами Михаил вышел из комнаты. И ровно через три минуты в коридор вышла и Полина, вернулась, держа в руке маленькую коробку и записку.

– Михаил, вы уже тут?

– Да. Я вас слышу.

– Хорошо. Я устрою вам личный допрос, если вам так хочется, и... – она замолчала и продолжила после небольшой паузы, – ...я не обижаюсь.

– Что он написал? – хором спросили Саша и Костя.

– Это наш секрет, – ответил Михаил. – Полина, не выдавайте меня.

– Не буду.

– А давайте вместе позавтракаем, – предложила Саша. – У нас есть круассаны. Накроем столы здесь, у стены, будем болтать и есть одновременно. Как будто стены и нет вовсе.

– Да, давайте, – все согласились.

Константин и Саша вышли на кухню.

– Полина, я считаю, что ваша подруга – чудесная девушка. Это моё мнение. Я не знаю насчёт намерений своего друга, но точно знаю, что он будет полным дураком, если упустит её. Я бы очень хотел найти такого человека. Но для меня преграда – это не только стена.

– Для меня тоже. Я вас очень хорошо понимаю. Но преграды нужны для того, чтобы их преодолевать.

– Преодолеем их вместе?

– Я и вы? – удивлённо спросила Полина.

В комнату вошла Саша с подносом в руках.

– Пол, ты чего так улыбаешься стене?

– Ничего. Мы говорили о преградах.

Из кухни донёсся голос кофеварки:

– Опять мне всё это разгребать. Надеюсь, они не заставят меня готовить лавандовый раф каждый день. Я не выдержу.