Текст книги "Альфа-с_ка (СИ)"

Автор книги: Виктория

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Хотя, тут я, скорее всего, все же поддался истерике, вид у альфы все равно был достаточно внушительным, все такие же широкие плечи и массивный торс. И это по настоящему меня бесило.

– Ты что творишь, человечишка? – очухался от моего ментального удара Станислав.

Не знаю, почему оборотни подобную силу называли силой духа, по мне ментал, он и в Африке ментал, хотя, возможно, стоит вообще забыть про всякую мистическую чушь и оперировать только достоверными данными, полученными мной из уст Дана, Миши и Вани, а с другими оборотнями я и не общался больше.

– Я забираю этого, – не смог сдержать шипения, указал пальцами на Алексея.

– Ты же, кажется, за альфой приезжал, а не бетой, – гаденько хихикнул Станислав.

– Ничего страшного, мне все равно кто он, – я уже предвкушал, как собственноручно прибью этого гада.

– Нет, и это не обсуждается! – вспыхнул глазами вожак, ожидая полного подчинения.

– Стас, я пойду, – подал голос Алексей, окончательно выпрямившись.

– Ты больше не вожак! Ты даже больше не альфа! Как ты смеешь меня ослушаться? Я тебя изгоню и ты сдохнешь, как собака! – вожак уже рычал, я с трудом разбирал слова в его речи.

– Пусть. Он – моя пара. Истинная, – Алексей и не думал даже отводить взгляд, бросая вызов.

– В круг! Я тебя лично сейчас прибью за непослушание, – сжал кулаки Стас.

– Позже. Когда я вернусь, то приму смерть, но не сейчас, – спокойно ответил Алексей и перевел на меня взгляд полный нежности и печали.

– Я убью тебя, а потом буду ебать твоего шлюшонка у всех на виду и пущу по кругу, сделав блядью стаи.

А вот этого уже я не мог стерпеть. Рвануться с кулаками на вожака мне не позволил все тот же Миша, который и не думал меня отпускать.

– Миша, пусти, я сейчас еще и этого урода кастрирую! – извивался я всем телом, пытаясь вырваться.

– Максим, туши огни. Остальные тут не причем! – медведь мало того, что умудрялся меня удерживать, так еще каким-то макаром отвесил пощечину, которая меня и отрезвила.

– Отпусти, я успокоился, просто потом приеду и отстрелю кобелю бубенцы, чтоб кис-кис больше не стояло. По кругу он меня пустит, не в твоей я стае, чтобы пускалки распускать, урод моральный, – последнее, правда, было больше ворчанием, но и этого хватило, чтобы спровоцировать вожака на нападение.

Я бы ни за что не успел среагировать, даже чтобы просто в сторону отскочить, благо Миша, обернувшись зверем, закрыл меня от несущегося с оскалом волка. Удар мощной лапы, и огромный волк отскочил в сторону, а медведь, оскалив пасть и показывая еще более внушительный набор клыков, заревел во всю мощь, даже у меня на тот момент подогнулись колени.

– Сейчас не время, но мы еще встретимся, сучоныш, – вожак снова стал человеком, хотя это всего лишь оболочка.

Человеком ему никогда не стать – он просто псих, помешанный на власти и любованием себя сильного. Мне даже сейчас было все равно, что парень совершенно голый, и, к стати, по стояку можно было бы догадаться, что он полный садист. Возбудиться при нападении? Бррр…

– Да. Сейчас действительно не время и не место, – гнев еще бурлил во мне, но мозги начали включаться, подменяя их холодной яростью. – Ты, – глянул я на Алексея, – едешь со мной. Дан, наш договор не отменен. Миша, приводи себя в порядок, сядешь за руль.

Я не боялся повернуться спиной, когда уходил к машине, просто знал, что со спины на омегу никто не рискнет напасть. Откуда? Возможно интуиция.

Только дойдя и сев в машину, я смог выпусти пар, с силой хлопнув дверцей, дожидаясь, пока все рассядутся. Миша, пройдя перед машиной, совершенно голый уселся и никого не смущаясь, за руль. Мда, надо было все же взять запасной комплект белья. Надеюсь, что пост мы по дороге не встретим.

– Бля… Как вы это чмо терпите? – с чувством задал я вопрос Дану.

– Он наш лидер, – парень отвернулся к окну и даже не посмотрел на меня при ответе, зато Алексей прожигал меня взглядом.

– Миш, поехали уже, – настроение было ниже плинтуса и руки чесались, чтобы прибить Алексея, сидящего за мной на заднем сидении.

Машина легко завелась и, покружив по лесу, выехала на основную асфальтированную дорогу. Я старался хоть немного подремать, чтобы скоротать время до коттеджа, в котором мы остановились, но все было безуспешно. Стоило закрыть глаза, как я возвращался в ту ночь, когда решил срезать дорогу через с детства знакомый лес.

– Максим, приехали, –  медведь толкнул меня в плечо.

Все же задремать мне удалось, и воспоминания перешли в сон, только в нем я не был слабым и беззащитным, там я на равных боролся со зверем и побеждал. Медленно, получая глубокие кровоточащие раны, но побеждал.

Стоило припарковаться, как на встречу выбежал Ванька.

– Ну как? Привезли? Когда ритуал будем проводить?! – радостно зачирикал волчонок, только мне было гадко, от того, кого мы привезли.

– Привезли, – буркнул я, идя домой и даже не проследив, кто пошел следом.

– Максим, а когда ритуал? Ой, здравствуйте! – тут же переключил свое внимание Ваня, побежав к Алексею.

Зайдя в коттедж, я пошел в свою комнату. Кажется, с последней пьянки у меня еще оставалось полбутылки коньяка, только в этот раз он будет не утешителем, а успокоителем.

– Максим, давай поговорим, – услышал я голос Алексея, замерев в позе горниста, приложив горлышко бутылки к губам.

– Еще шаг, и мне плевать на оборот – убью, а потом другого альфу найду, – все же сделал я пару больших глотков огненной жидкости.

– Хорошо, я не подойду. Просто давай поговорим, – горько вздохнул Алексей.

– Говори, – жестко бросил я, садясь в кресло и закидывая ногу на ногу.

Было видно, что альфе тяжело стоять, потому он облокотился плечом на дверной косяк, но и трость из рук не выпускал.

– Расскажи мне, как ты жил? Где все это время был? – тихо спросил оборотень.

– Прекрасно жил! Сначала за родителей переживал, опасаясь любого шороха за спиной, потом с ума сходил от всех бонусов оборотничьей шкуры. Еще себя создавал. Ты даже фамилию у меня отобрал! Хуй с пропиской, но меня ни в одной базе данных не осталось – ни медицинская страховка, ни даже школьного аттестата – пустота. А стоило встать на ноги и приехать к семье, как узнал, что отец умер по моей вине, а мать прокляла, потому что так и не вспомнила! Все что было – рухнуло, после встречи с тобой!! Как тебе моя жизнь?!!! – высказывая все, что накопилось, я не забывал отпивать из бутылки и распалялся все сильнее, так что под конец речи просто орал.

– Мне жаль…

– Тебе жаль? И это все, что ты мне можешь сказать? – у меня попросту начиналась истерика, душил хохот и текли слезы, и остановить это ничего не могло.

– Максим, мне действительно жаль, я с самого начала повел себя неправильно, и вот чем все обернулось. Ты несчастен, я – ни на что не гож, но мои чувства к тебе намного сильнее, чем ты можешь себе представить, и если моя жизнь могла вернуть тебя в то время, я бы не задумываясь ее отдал.

– О-о-о! Поверь, ты и так ее отдашь! – зашипел я. – Я тебе… сам лично шею сверну и буду смотреть, как ты задыхаешься!

– Так, любиться потом будете! – прервал нас Миша, загораживая от меня Алексея. – Максим, сейчас не об этом думать надо.

– А о чем? – спросил я, сдувшись на раз, наклонился вперед и устало потер лицо ладонями.

– Как бы тебе не хотелось этого, но этот альфа лучше всего проведет обряд и поможет научиться контролировать свою силу, если ты, конечно, не хочешь, чтобы тебя разодрали на куски соплеменники, решив, что ты атакуешь. В этот раз все обошлось, потому что для них она стала неожиданным фактором, но второго такого раза не будет, – Миша серьезно смотрел на меня.

– Я понял тебя, – кивнул, показывая этим, что услышал, – значит, готовимся к обряду! Что для этого нужно?

– Во-первых, хватит нажираться этой дрянью. Во-вторых, успокойся и иди прими душ, а в третьих, тебе действительно стоит поговорить с альфой, и не забывай, что ты еще хотел в свою новую фирму съездить, господин Великий Акционер.

========== 23. Хочешь увидеть волка? ==========

        Я рад был бы послать медведя, но понимал, что он прав – надо с ритуалом сначала разделаться, а потом свои права качать.

Пройдя в коридор, даже не глянул на Алексея, который продолжал стоять за спиной Миши, и побрел в ванную комнату. Разделся и встал под горячий душ.

Ну и как мне себя мыть? Я прекрасно помнил, что обряд подразумевает под собой секс, но мне же никто не сказал нужно ли себя мыть там! Да и чем? Не душу же «головку» скручивать и шланг запихивать?

Все мытье заняло у меня не больше получаса и это я не стал себя чистить «там», в конце концов, на это мы не договаривались. Вышел в одном полотенце, намотанном на бедра.

На кухне никого не было, а в гостиную заходить не стал. Дойдя до своей комнаты, сделал глубокий вздох, опасаясь увидеть там Алексея, и открыл дверь.

В комнате никого не было, и я смог спокойно натянуть на голое, еще влажное тело халат. Желания работать не было, да и вообще никаких желаний не было, разве что уснуть и не просыпаться.

Пролежав час, и так и не сумев успокоиться, решил зайти к Ване. Я привязался к этому ребенку, а то, что мог не пройти ритуал, старался не думать, но на сердце скребли кошки, повторяя слова, что мальчик скорее всего умрет, если не выживу или сойду с ума.

Поднявшись на второй этаж, без стука открыл дверь в его комнату, гадая, там ли он. Ваня сидел на кровати, увлеченно что-то читая в планшете.

– Привет, – нарушил я молчание. – Чем занимаешься?

– А, ну… Я… – замялся Ваня, густо покраснев.

– Порнуху что ли смотришь? – а Миша говорил, что он еще волчонок!

– Нет. Ну, то есть… – еще гуще покраснел ребенок, а во мне разгорелся неподдельный интерес.

Подойдя к нему и сев на край кровати, взял планшет, чтобы тоже посмотреть в него. На экране была картинка, разделенная на неровные квадраты, и в них два мужика трахались, а вокруг, имитируя звуки, короткие ахи, охи, скрипы, толчки, чваки…

– Это что? – не фига себе, чем современная молодежь увлекается!

– Яойная манга, – опустив глаза, ответил Ваня, лицо которого сравнялась по цвету с помидором.

Пролистав еще несколько страниц, отметил про себя знакомые позы и чисто с эстетическим интересом начал разглядывать нарисованных мужчин.

– Что ж у них кровать такая не смазанная? Сплошные скрипы! – пробубнил себе под нос, даже не думая ругать ребенка.

– Э? – не понял меня волчонок.

– Странная рисовка, говорю, сначала трахи и стоны, а потом растяжка и ласки, – решил и дальше по смущать Ваню, уж больно мило он выглядел.

– Мангу читают справа налево.

– А-а-а-а… – протянул я, видя теперь логику действий.

Я отдал планшет волчонку, удовлетворив свое любопытство, а он его сразу выключил и спрятал его под подушку. Проделав все манипуляции, парень выжидательно уставился на меня. Я не знал, о чем можно поговорить, мне просто хотелось немного посидеть с этим комком радости и веселья, потому, просто притянув парня за плечи к себе, как плюшевую игрушку, уткнулся в его макушку носом.

– Переживаешь? – первым подал голос.

– Да, – почти шепотом ответил Ваня.

– Все будет хорошо, – попытался хоть немного успокоить ребенка, при этом сам не испытывая этого чувства.

– Мама с папой тоже так говорили… – всхлипнул Ваня, позволив своим чувствам выйти наружу.

– Успокойся, маленький. Я же долго был в состоянии полуоборота, остались мелочи! Мой организм привык к этому больше некуда, – гладил я рукой спину маленького оборотня и шептал на ухо, стараясь успокоить. – Ты был когда-нибудь в океанариуме? Давай после обряда туда вдвоем съездим? Будем есть сахарную вату, неприлично тыкать пальцем в экзотических рыбок, а потом налопаемся мороженного и напрочь перебьем аппетит?

– Обещаешь? – всхлипнув, но все же улыбнулся волчонок.

– Обещаю! – твердо ответил я, улыбаясь в ответ.

Вниз спустился через полчаса после разговора с Ваней, все это время мы просидели в обнимку, пока ребенок не уснул. Переживания за меня сильно вымотали паренька и стоило ему хоть немного успокоиться, как усталость взяла свое, но, думаю, это и к лучшему.

Внизу меня уже ждал Алексей, и если в начале лестницы взгляд был нежным, полным желания, то стоило спуститься на половину, как его ноздри втянули воздух и глаза потемнели от злости.

– Переоденься! – попытался приказывать альфа.

– С чего бы? – я выгнул вопросительно бровь, стараясь сдержать ярость, которую он во мне будил.

– От одежды пахнет другим самцом, – зло бросил Алексей, развернулся и похромал в гостиную.

Все верно, об этот халат я вытер руку, испачканную в семени Дана, в ту ночь, когда взял его. Переодеваться я не собирался, пусть видит, что ему не принадлежу, и срать мне с высокой колокольни на его желания.

– Надо поговорить, – выходя из кухни, Миша перехватил Алексея на пути в гостиную. – Максим, я там чай заварил с травками, сходи, попей, – это уже мне сказал Миша, одобрительно улыбнувшись.

Я кивнул головой, показав, что услышал и что мешать их беседе не намерен, но ведь это не значит, что я ничего не услышу в доме с тонкими стенами, где даже можно услышать, если кто-то пердит в туалете.

На кухне достал кружку, налил в нее заварку и залил кипятком. Из шкафчика взял миндальное печенье и уселся возле окна за стол. Телевизор включать не стал, чтобы слышать, о чем поведут беседу самцы. Потому, усевшись поудобней и вытянув ноги, откусил печенье и напряг слух, боясь пропустить что-то важное.

– Алексей, я понимаю, что ты привык… Нет, тебя растили как лидера, учили быть вожаком и на жизнь обычных людей тебе было плевать, но сейчас я советую запихнуть все твои амбиции в сраку, – услышал я голос Миши.

– Медведь, ты забываешься…

– Нет. Это ты забываешься. С самой первой встречи с Максом забываешься! – чуть повысил голос обычно спокойный, как танк, медведь. – Ты забываешь, что Максим был человеком. Первую вашу встречу я еще могу списать на полнолуние, запах пары, что вскружил голову, и то обстоятельство, что он, весь такой желанный, в лесу оказался совершенно один, но вторая, когда ты ставил метку – непростительна! Ты не имел права метить не сформировавшегося омегу, который совершенно ничего не знал о НАШЕМ мире! – последнее, медведь чуть ли не прорычал.

– В моих планах было его просветить в тот же день, но случился несчастный случай. Я не предусмотрел, что человек сможет оказать мне сопротивление, приведшее к плачевным последствиям, что для него, что для меня, – усталым голосом произнес Алексей.

«Козел! Не думал он! Будь моя воля, на поводок бы посадил и по часам срать выводил, как комнатную левретку!»

– Ты прав, – продолжил волк, – в первую нашу встречу я не смог удержать зверя, который как безумный сорвался с цепи. Утром, сумев с ним совладать (хотя не буду врать, я его понимаю) и увидев Максима практически всего разодранного, но прошедшего первую половину обряда, поспешил отнести в лесную сторожку, принадлежащую нашей стае. Почти неделю я старался зализать все его раны, понемногу выпаивая бульоном. Стоило мне только на пару часов отлучиться на охоту, как парень сбежал! Я тогда так разозлился…

– Мне-то зачем это знать? – перебил Алексея Миша. – То, что было, уже не вернешь, и, думаю, мнение Макса не изменится, если узнает, что ты его неделю в жопу целовал, пока он без сознания был!

На это заявления медведя я чуть чаем не поперхнулся.

– Да, тут твоя правда, – вынужденно признал Алексей.

– Вот потому и говорю с тобой сейчас. Я приблизительно представляю, как происходит обряд у волков и насколько он отличается от медведей, потому хочу сразу предупредить, что обычные методы на Максима не подействуют и ему будет проще сдохнуть в тот момент, но на нем сейчас детскими узами повис волчонок, да и Дан надеется, что его возьмут в семью. Заметь, не в стаю – семью! Максу не нужна власть вожака, он всех одаривает теплом, как родитель! Так живут медведи, но не волки.

– Поэтому ты с ним?

– Не только. Вначале мне были нужны деньги, как всем, кто живет в городе, а потом именно этот фактор повлиял на мое решение остаться с Максимом. Мне тоже не хватает этого тепла, – согласился медведь.

– И что ты предлагаешь сделать с обрядом?

«Да, мне тоже интересно!»

– Не дави на него, – чуть понизил голос Миша, – да и после попробуй сначала немного узнать его. Он не тот омега, который был рожден в стае и с радостью раздвинул бы ноги в надежде на щенков от сильного альфы, хотя слабый волк Максима и не сможет покрыть, но ты не думай, что я не заметил.

– Не заметил что? – чуть напряженно спросил Алексей.

– То, что ты скромненько стоял в сторонке и прикрывал стаю от удара силы Макса, и при этом сам не поморщился, наблюдая за своей парой, не дает тебе права давить на него. Да и в машине и тут, дома, я тоже чувствовал, как ты стараешься его успокоить.

Эти слова заставили меня задуматься, я ведь действительно не обратил внимания на Алексея, настолько был поражен состоянием стаи вокруг себя. Хотя, если подумать логически, если я обладаю такой силой, то Алексей должен быть еще сильнее, но он ни разу на мне подобной силы не использовал, ни тогда, ни сейчас. Хотя, думаю, сделай он это и попытка была бы последним в жизни действом. Я бы нашел способ прибить эту гниду.

– …почитай человеческие книги, посмотри фильмы. В них есть неплохие моменты взаимоотношений друг с другом. Если задумаешься, то поймешь насколько они отличны от нас и их сила в хрупкости и ранимости. Они прогнутся, перестроятся, но это только закаляет их внутренний стержень. Ты меня понял?

Я настолько задумался, что пропустил начало Мишиной речи.

– Ты думаешь Максим потому такой сильный?

– Нет. Максим сейчас живет в постоянном стрессе. Он, как говорят люди, сейчас открыл второе дыхание и потому действует на грани своих сил, стараясь добиться всего, что только может.

Логика явно присутствовала в этих словах. Если подумать, то все мои всплески силы приходились на момент, когда я был слишком сильно эмоционально возбужден. И во всех случаях это была ярость.

– В любом случае, ему еще учиться и учиться.

– Для начала проведи обряд и не забывай, что я тебе уже сказал, иначе, твои кишки будут красивым узором лежать на лужайке перед домом, волк.

– Даже не сомневаюсь, медведь, – хмыкнул волк.

Я откусил еще кусок печенья. Задумавшись о услышанном, только сейчас понял, что кружка уже пуста, и я даже не почувствовал вкуса чая.

До вечера старался ни с кем не общаться, пытаясь осмыслить слова Миши, и неизвестно еще для кого они были предназначены. То, что медведь ушел разговаривать с волком, не значит, что он не знал, что я их услышу, и он это прекрасно понимал.

Как бы не хотелось мне это признавать, но Миша был прав по всем статьям и даже больше, то, что я не мог домыслить самостоятельно, он разложил по полочкам и растолковал, и Алексею в том числе.

Эх, какие же боги послали мне такого рассудительно друга? А может он мое наказание? Вот только то, что медведь совсем не так прост, как хотел бы показаться, моя уверенность все сильнее и сильнее росла. Кем он может быть?

Еще напрягало отсутствие Дана, но вполне возможно, что он вернулся в стаю, или же его прогнал Алексей, но об этом мы поговорим после обряда.

Вечером я весь издергался, ожидая обряда. Мое воображение рисовало страшные картинки, когда-либо увиденные в фильмах ужасов.

– Волнуешься? – зашел без стука в мою комнату Алексей.

– Не твое дело. Проведи обряд и можешь быть свободен, – огрызнулся, но надо признать, что ярости в этот раз к нему не было.

– Не буду. Надо будет тебя обучить пользоваться силой, иначе она погубит тебя, – сел на край кровати волк, с опаской поглядывая меня. – Хочешь увидеть оборотня в полном обороте? – неожиданно сменил он тему разговора.

– Ты опять меня выебешь, – увидеть хотелось, но я помнил, как он упомянул, что не смог совладать со своим зверем.

– Нет. Только первая встреча с парой настолько дика, – ответил он, как будто прочитал все мои опасения.

– Ну покажи тогда, – врать, что мне было неинтересно каким я стану, было бессмысленно.

Алексей прохромал на середину комнаты и, откинув трость к стене, начал раздеваться.

– Не хочу остаться без одежды, когда приму человеческий вид, – пояснил он свои действия и тут же добавил: – Я не знаю почему, но когда мы, оборотни, принимает звериную форму, одежда исчезает – сгорает, и обратный оборот происходит в обнаженное тело.

– А я думал шерстью становится, – поделился я своими мыслями, видно пора прекращать вспоминать фильмы об оборотнях.

Алексей позволил себе улыбку, которой родитель улыбается глупым выходкам своих детей, а после, на секунду замерев, опустился на четвереньки. По телу прошла волна судорог, тусклая вспышка, и в комнате появился большой пепельный волк с зелеными глазами.

Чисто внешне отличить его от серого лесного собрата можно было только по размерам. Намного меньше чем… чем Джейкоб в «Сумерках», который навел меня на идею об оборотнях, но и больше человека на четвереньках раза в два с половинной.

Плавным движением волк запрыгнул на кровать, заставив ее жалобно скрипнуть, и, тут же облизнувшись, припал на передние лапы, вильнув хвостом, а после полез вылизывать мое лицо.

От такого даже самый суровый старик умилился, я им не был, потому все действия волка скорее были похожи на игру.

На ощупь шерсть мягкая, язык горячий, но уж больно слюнявый, так что уже через пару минут такой возни я выглядел, как только что из душа вышел.

– Все хватит… отстань… щекотно!!! – у меня уже не было сил смеяться.

Этот волк не вызывал у меня ни страха, ни отвращения, ни злости. Я не воспринимал его, как Алексея, который будил во мне все эти отвратительные чувства.

Попытавшись отстранить волчью морду, несколько удивился, прежде чем испугаться, вскрикнул от резкой боли, так как в шею вцепились клыки зверя.

Горло перехватила невидимая сила, и крик так и застрял где-то на середине, вырываясь сипом. Тело пронзила раскаленная игла, нервные окончания взорвались, и лавина боли смыла все человеческое во мне.

Я не могу сказать выгибало меня или скручивало, не помню кричал или сипел, плакал или, зажмурившись, терпел.

Боль и только она – останется в моей памяти на всю оставшуюся жизнь.

Не буду врать, что чувствовал, как рвутся жилы и мышцы, как выворачивало суставы, как ломало кости и тело, свет в конце туннеля и ангелов тоже не было. Была лишь кровавая пелена, жар и боль…

Где-то на грани сознания слышал голоса, но что они пытались донести до меня не мог разобрать, да и не стремился, полностью погруженный в жалость к себе. Желание либо освободиться, либо сдохнуть росло с каждой минутой, проведенной в боли, которая не давала не скользнуть в бессознательную темноту, не выбраться из своих пут.

Наверно мне удалось забыться сном, так как боль начала отступать, если бы не почувствовал толчки, которые не давали уснуть и погрузиться в темноту окончательно, и при этом приносили некие приятные ощущения где-то ниже сознания…

Попытался сосредоточиться на них, но чем больше концентрировал внимание, тем дальше становилась боль и осознание откуда они.

– Маленький мой, радость моя…

Звук практически оглушил, хотя даже не так. Я не слышал слов, как будто чужие слова ввинтились в мой мозг и там взорвались фейерверком смысла.

Попытка открыть глаза привела к тому, что пространство перед мной повело, и я бы упал, если бы меня не держали со спины. Только сложилось впечатление, что голова несколько ниже того места, где была эта самая предполагаемая спина.

Пока пытался понять, где нахожусь, пришел к выводу, что толчки совершенно не способствуют мыслительной деятельности, когда я уже вот-вот готов умереть. Это же какой сволочью надо быть, чтобы даже тут обломать!

Вторая попытка открыть глаза привела к тому, что глаза заслезились от яркого света, хотя мозг осознал, что комната находится в полной темноте, и это стало последним воспоминанием, прежде чем я почувствовал, как где-то ниже спины, прямо внутри, начало что-то расти и разбухать, рискуя порвать меня на куски, и при этом принося острое, болезненное наслаждение, которое хотелось продлить.

«Хоть подохну довольным…» – промелькнула последняя мысль прежде, чем меня почтил его Высочество – обморок.

«Не вовремя однако, только мне начало нравиться…»

========== 24. Детства, полные штаны или путь туда и оттуда. ==========

        Утро наступило с болью в шее и тяжестью во всем теле. Точнее тяжесть была не столько в теле, сколько на самом теле.

Попытавшись перевернуться на спину, понял, что это бессмысленно, и страннее всего ощущалось то, что голова казалась неподъемной. В нос ударил запах сырости и тины, по ушам шибанул звук дыхания, причем чужого и не в этой комнате, хоть и слышно было как через вату, но все равно различимо.

Паника пришла комом и обосновалась в горле, послав холодок вдоль позвоночника, вымораживая тело. Попытался пошевелить пальцами, но не смог их почувствовать.

Тяжесть чуть сместилась, обдав холодком задницу. С трудом повернув голову, увидел огромную волчью тушу и морду над собой, но больше всего меня поразил нависший надо мной член с шишкой у основания, который рассмотрел, скользнув взглядом вдоль серой туши.

Догадка, что он был во мне и теперь выскользнул, потому и холодок почувствовал, заставила мозг заработать, и шквал однообразных воспоминаний заставил зажмуриться.

И все равно, как бы не напрягался, ничего, кроме укуса и боли, вспомнить не смог.

От увлекательного самокопания меня отвлек горячий язык, который сейчас чувствовался совершенно по другому, казалось, что меня вылизывают через одежду – лицо, шею, грудь… Морда поднырнула под руку, добралась до живота, и вот тут я весь напрягся, ощутив укол возбуждения и удовольствия.

Подумав, что ничего плохого не будет, решил повернуться на спину, чтобы волку было удобней, и хер с ним, отомстить и пропесочить успею позже.

С трудом перевернувшись(почему-то постоянно хотелось перекатиться на бок), подставил живот и чуть приоткрыл рот, из которого тут же вывалился нереально тяжелый язык.

От удивления глаза сами собой распахнулись и тут же заслезились от света. Но самое страшное стало не это. Заорав, я услышал лишь скулеж. Задрыгав всеми конечностями, понял, что заехал ногой по морде, которая недовольно заворчала, но лезть больше не стала, зато у меня появилась возможность слезть с кровати.

Видимо от шока слезть не получилось. Попытался как раньше поднять туловище вертикально и встать, но мир дернулся и поплыл, а я скатился с кровати кубарем и, лежа на животе, стал подтягивать под себя конечности, стараясь встать хотя бы на четвереньки. К счастью, хоть и с трудом, на дрожащих руках и ногах оторвал себя от пола, а после рискнул еще раз открыть глаза и в очередной раз понял, что зря.

Первое, что увидел, стал длинный нос, какой мог быть только у зверя, а если не заострять на нем внимание, то пыль под тумбочкой, которая стояла в метре от меня…

«Бля… Вот это я дал! Вот это я орел, с таким-то зрением, мне теперь уборщицу придется нанимать, чтобы на грязь дома не отвлекаться!» – пришла первой мысль.

Попытался сделать шаг и уткнулся лицом, хотя скорее всего теперь мордой в пол. Облизнулся, чихнул от непривычных ощущений. Попытался упереться руками в пол, хотя теперь они стали лапами, и, чуть приподнявшись, согнул ноги и умудрился сесть.

Осмотрелся по сторонам и увидел свое звериное отражение в зеркале. От изумления раскрыл рот, и волк в зеркале открыл пасть, вывалив язык, от этого вид стал еще более нелепым.

Все дело в том, что волк в зеркале сидел не как я привык видеть собак, а в прямом смысле этого слова на заднице, растопырив выпрямленные задние лапы в стороны, передние же так и норовили расползтись, поэтому зверь смешно распластал по полу пальцы лап, вместо того, чтобы упереться сильными и крепкими когтями. Кто ж знал, что опираться на лапы, это все равно, что ходить на четвереньках с полусогнутыми коленями. Морда выражала крайнюю заинтересованность, одно ухо стояло торчком, в то время как второе прижалось к голове. Голубые глаза, которые я видел только у хасок, светло серая, даже пепельная шерсть.

Сзади волка, подойдя, сел второй зверь и, обнюхав шею, начал вылизывать уши, иногда стараясь дотянуться до морды.

«Бля…» – проныл я вслух, но вместо этого послышался лишь скулеж.

Опустил взгляд вниз и увидел свои яйца с членом… в шерсти… Попытался привычно потереть лицо ладонью, но вместо этого дал себе лапой по носу и тут же растянулся на полу, не удержав равновесия.

Услышал, как над головой фыркнул второй волк, надо думать, это и есть Алексей, будь я человеком, покраснел бы. Этот извращенец начал вылизывать там, где по идее должна быть моя задница. Нет, она там и есть, но… я же теперь волк!

Попытался дернуть ногой, чтобы пнуть морду Алексея, но не сумел дотянуться.

– Отвали, извращенец ебливый! – практически крикнул я с досады, но вместо этого послышались какие-то рычащие звуки, похожие на ворчание.

Морда Алексея тут же появилась перед моим лицом, и, пока он был близко, я попытался укусить его за нос, но в миллиметре лишь клацнул зубами, но намек был понят и волк улегся рядом.

Я же, не обращая внимания на оборотня, начал разбираться в конечностях. Передние лапы, потом правую ногу подтянул под себя, потом левую выпрямил. Стою. Шатаюсь. Повернул голову, следом вильнул хвост… Но как же это еще непривычно!

Лежу, бля, отдыхаю, на Алексее, матерю его про себя. Нет чтоб, сука, помог! Где вообще все?!

Попытка номер… Короче, собравшись с духом, снова собрал лапы и выпрямился. Боясь пошевелиться, постарался привыкнуть стоять на четырех опорах.

Кап-кап-кап-кап…

Звук подозрительно близко и сзади. Повернул голову и увидел лужицу на полу под собой. Ошарашено перевел взгляд на Алексея, который поспешил спрятать морду под лапой. Принюхался. Мочой не пахнет, больше пряный запах…

Не знаю, как кто, а я, низко зарычав, кинулся на Алексея, который, припадая на заднюю лапу, отскочил в сторону. Я кинулся следом за ним, забыв, что еще пару секунд назад толком стоять не мог, не то что бегать.

Толкнув лобастой головой дверь, Алексей выбежал в коридор. Естественно, я побежал следом на расползающихся лапах, даже не задумываясь, что за собой оставляю цепочку из капелек его семени.

Сейчас его хвост в метре от моего носа был, как красная тряпка для быка. Хотелось во что бы то ни стало хотя бы за него укусить.

Пробежавшись по кухне и гостиной, не обращая внимания, на погром, который создавался, когда я не успевал вписаться в повороты, опрокидывал мебель на своем пути. Зайдя на второй круг, налетел на не вовремя спустившегося медведя. Падал он громко и матерно, но и это не помешало мне быстро сориентироваться и, протопав по Мише, побежать на кухню.

– Ууууй… – послышалось сдавленный хриплый стон боли сзади.